Текст книги "Панцироносица. Наука против волшебства (СИ)"

Автор книги: Сашка Серагов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 71 страниц)

– Вы на самом деле уничтожили следы нашего присутствия в доме? – спросила Раяна, – а как же Васька с Кристой? Они могут выдать нас… они знают, что мы были в доме, и…

– Я сделаю так, что они ничего не скажут. Прикинусь следователем, сниму с них показания… в общем, создам впечатление, что в момент нападения дом был пуст. Не волнуйтесь на этот счёт. А теперь… – словесница разложила на кровати жилетку Киры и белые шифоновые брюки Раяны, – Кира… у тебя на внутренней стороне воротника приколота скрепка. Не подскажешь, как она там оказалась?

– Без понятия, – развела руками девушка, – может, Сашка пошутил?

– Сашка… – улыбнулась словесница, – а ты, Рая, посмотри сюда. Тут вырезан маленький уголок. Ты за гвоздик зацепилась, или это так было?

Все присутствующие переглянулись.

– Что вы хотите этим сказать? – спросила Стешка.

– Такседо Маск опять вышел на нас. Он хочет узнать, кто мы в обычной жизни. Он сразу понял, что два человека, входящие в отряд – девушки, и что в момент нападения они были обнажены. Он оставил себе метки, чтобы вычислить хотя бы одного человека. Или сразу двоих.

– Но зачем ему это надо?

– Я вам объясню. Он – если, конечно, это мужчина – тоже носит «Панцирь». Он хочет получить ответы на некоторые вопросы. На какие именно? Вероятно, он включил своё оружие самостоятельно, и обнаружив себе подобных, заинтересовался, или испугался… он хочет знать, кто и когда дал ему этот «Панцирь», потому делает всё возможное, чтобы вычислить других людей, которые так же прячутся.

– Он уже третий раз появляется там же, где и мы, – заметила Кира, – но почему? Как он нас находит?

– Мне тоже хотелось бы это узнать. Может, существует неучтённый канал связи, но… – и словесница рассказала о предоставленном ей праве перепрограммирования «Панцирей», о праве отключить их или даже вовсе забрать, если владелец оружия использует его в криминальных целях.

– Хотите сказать, что и у него есть такое же право? – удивилась Стешка, – да кто же он такой тогда?

– Вот и мне это интересно… Рая, ты что делаешь? – словесница повернулась к «золотой» девочке – та пыталась прощупать руками бока и живот под пупком, – с тобой всё в порядке?

– Да, – кивнула Раяна, – я просто… так где внутри меня скрыта машина? В животе?

– Во всём теле. Сразу этого не объяснить, но главные центры управления скрыты здесь… – она указала на голову девушки, на солнечное сплетение и крестец.

– А расскажите про Гришу, – попросила Кира, – он ведь не виноват, что всё так случилось у него там… дома?

– Вот с ним придётся повозиться основательно… – и Александра Антоновна пересказала девушкам суть проведённого ею допроса. Гриша поведал какую-то странную историю о некой женщине, которая снилась ему чуть ли не каждую ночь, начиная с января-месяца этого года. Она, мол-де, просила его отыскать Киру, Эммочку, Раяну и позаботиться о их безопасности на тот случай, если словесница по каким-либо причинам не сможет прилететь на Землю. Таинственная ночная гостья даже указала Грише координаты тайника с оружием и взрывчаткой – оттуда-то он и взял гравитонобой…

Александра Антоновна показала девушкам мидгарианское оружие; оно пошло по рукам, и рассматривали его довольно долго. Вещь – в этом не было сомнения – изготовили явно не на Земле. Она напоминала противотанковый гранатомёт, но земных аналогов для неё не существовало.

– Гриша знал, что твари нападут, и решил познакомить тебя, Кира, – она кивнула девушке, – с Раей. Надеялся, что вы дадите отпор вместе. Мало того, он сказал, что будет связываться с нами и предупреждать о новых появлениях этих существ…

– А почему перед нападением исчезла связь и погас свет во всём городе? – спросила Кира.

– Знаете, кто управляет действиями этих тварей? – спросила словесница и сама же ответила, – волшебники.

– Что-о-о??? – девушки посмотрели на словесницу так, словно перед ними стояла безнадёжная идиотка.

– Сегодня в Видном произошло убийство, – объяснила та, – на крыше дома, с которого хорошо видна Заводская улица, была живьём сожжена девочка. Картина преступления напоминает ритуальное жертвоприношение, и время преступления совпадает с отключением электричества и помехами в эфире. Вот так…

– Бред какой-то, – только и могла сказать Кира.

– Ну да, – мрачно заметила Эммочка, – а клювоносец не ожил после того, как ему прострелили башку… и удостоверения от твоих прикосновений не сгорали.

Довольно долго в комнате царило молчание. Девушки думали над вопросом – что с ними всеми случилось в прошлом? И что – или кто – стоит за необъяснимыми событиями, просыпавшимися на и без того суматошный столичный мегаполис…

– Вы плохо выглядите, – сказала вдруг Кира, приглядевшись получше к словеснице.

Женщина действительно выглядела сильно переутомлённой. Глаза её поблекли, а сквозь смуглый загар на щеках и лбу проступила бледность.

– Я сегодня слишком часто пользовалась телепортером, – объяснила Александра Антоновна, – а это слишком сильная нагрузка на нервы. Обычно рекомендуется использовать не больше пяти перебросок в сутки, я сделала одиннадцать…

– Вы уверены, что вам полегчает? – осведомилась Эммочка.

– Голова болит, но это не смертельно. Мне уже давно нужно было прилечь…

Девушки приготовили словеснице постель, и та на прощание сказала:

– Ты, Кирочка, завтра зайдёшь ко мне и заберёшь жилетку. Я перешью воротничок. Если кто-то надеется увидеть скрепку именно на тебе, то пусть он будет уверен, что жилетка, висевшая в ванной, была не твоя… а тебе, Рая, я куплю новые штанишки. Такие же…

– Да ну их в задницу, штанишки эти, – отмахнулась Раяна, – что вы будете из-за какой-то фигни тратиться…

– Нет уж, извини, Рая… я куплю их тебе. Во всём происходящем есть и какая-то доля моей вины, так что не отговаривай меня. Бесполезно… да, и ещё. У нас есть последняя панцироносица из тех, кого я смогла отыскать, и в воскресенье мы поедем к ней.

Девушки пожелали Александре Антоновне скорейшего выздоровления, оделись и отправились по домам.

Выйдя из квартиры занемогшей словесницы, Эммочка сказала Стешке:

– Давай мы тебя проводим. Хотя бы до моста.

– До моста не обязательно, вас ведь тоже ждут. Хотя бы до поворота на Ключевую, а впрочем… как хотите.

На город опустилась ночь. Подруги не спеша брели по Борисовским Прудам. Эммочка, заметив, что Кира чем-то расстроена, сказала:

– Кирка, ты не грусти… будет у тебя ещё свидание, получше, чем сегодня. Ты что, обиделась на Гришку?

– Как тебе сказать… допустим, у него какой-то дар. Пусть он знал, что с нами ничего не случится, но всё-таки получается, что он нас как бы подставил… и пусть он даже испугался, но всё равно побежал нас выручать… о Господи, да я уже запуталась окончательно. Какие-то мутанты, эти «Панцири», а тут ещё и какую-то малышку сожгли…

Кира замолкла и принялась разглядывать оранжевые пятна падающего от фонарей света на серой асфальтовой полосе.

– Я всё думаю о Такседо Маске, – сказала она наконец.

– Что, влюбилась? – улыбнулась Раяна.

– Вовсе нет, ты что? Я хочу понять – чего он добивается? Он залезает в магазины, но ничего оттуда не уносит. Теперь он преследует нас. Тогда, у Стеши, он глазки заклеил, чтобы нас не заметил кто, в Видном он вместе с нами вынес пьяных пацанов из задымлённого бассейна… почему он ходит за нами, но не хочет открыться? Что им движет?

– По-моему, ты влюбилась, – хмыкнула Стешка, – ты так всё хорошо обдумала… а прикинь, если под маской скрывается какая-то тётя? Вот смеху будет… Лекса проделывала такой трюк с голограммой – и её принимали за мужика.

Кира в ответ только фыркнула и замолчала. У иных людей, как оказалось, полёт фантазии воистину стремителен…

– Я, пожалуй, поеду на дедову фатеру, прямо сейчас, – Раяна вынула телефон и начала набирать номер такси, – устала я что-то, как собака…

– А как же так – у тебя дед советник Путина, а ты ходишь всюду одна и без сопровождения? – поинтересовалась Кира.

– А ты хоть раз слышала в новостях его фамилию? – улыбнулась «золотая» девочка, – не слышала. И не услышишь. Геннадий Тимурович не нуждается в рекламе. Поскольку не знают его – не знают и меня. А если мой телепортер и впрямь может унести меня из Москвы в Оренбург… или, скажем, в Сакмару – то чего мне бояться каких-то там похитителей…

Кира усмехнулась. Что тут можно было возразить… разве что следовало сперва научиться правильно обращаться с телепортером.

Девушки договорились встретиться завтра днём и прогуляться по городу – отметить, что называется, знакомство, а если Александра Антоновна будет свободна, то пригласить и её – она, в конце концов, новый человек в Москве, и к тому же прилетела с другой планеты… Ей наверняка будет интересно получше познакомиться со столицей и её памятными местами.

Дома на вопрос мамы – куда девалась прежняя одежда – Кира придумала, что переоделась у словесницы, так как ухитрилась, мол-де, опрокинуть на себя банку повидла. Поверила мама или нет, но дальнейших расспросов не последовало. Уже укладываясь в постель, девушка отправила словеснице СМС со своей версией относительно перемены гардероба.

– Раньше я лгала чисто по детски, – прошептала Кира, – теперь сочиняю на ходу как профессиональная мошенница. И кому я лгу? Маме. А ведь я всегда с ней делилась, очень многим… Или почти всегда. Рассказать ей, что со мной происходит? О том, что кто-то непонятно откуда засылает в Москву монстров, убивающих и калечащих кого ни попадя?

Яковлева ищет какую-то девушку… Яковлева – в «Панцире». И Кира – тоже. И Эммочка, Стешка… теперь ещё и Раяна… и ещё кто-то, он – последний в списке. Если задача словесницы – найти и защитить кого-то, то что должны делать остальные?

– Лекса не с Земли? – прошептала Кира, – очень похоже на то… но на мне – оружие, как и на ней. Я тогда – кто?

Листиков…

Что он говорил, когда Кира спросила его о будущем?

«… это тот Кратов, который со Стешкой встречается? Почему он дразнится, не знаю, но… Что-то мне подсказывает, что оба они расстанутся этим летом, ещё до начала августа… »

«… точно не уверен, но где-то ближе к середине августа ты будешь ездить в Сокольники и навещать там какого-то парня на инвалидном кресле… »

«… Я вижу тебя и дочку Ахмета Радиковича. Ей на голову свалился рогатый жук, она перепугалась, и ты его сняла… »

«… В точности не уверен, но думаю, что человек, которого все называют Такседо Маском, имел несчастье поучаствовать в одной малоприятной истории, имевшей место в поезде „Тюмень-Москва“… »

– Почему Славка должен бросить Стешку? – еле слышно проговорила Кира, – кто будет – и ещё будет ли? – виновен в разрыве?

И кого я буду навещать в Сокольниках? Кого-то, кто очень дорог мне? Какой парень будет жить там? Я не знаю никого, кто передвигался бы на коляске… или он в неё пока не сел?

С Раяной я познакомилась. Но где ей на голову свалится рогатый жук?

Девушка зажмурилась и обхватила руками гудящую от напряжения голову. Зачем ей думать обо всём этом? Мало ли что говорил какой-то там Листиков?

«Да он же говорил Лексе, что будет предупреждать нас! – спохватилась Кира, – значит, эти неведомые твари вот-вот появятся снова? »

Она взяла с тумбочки телефон, нырнула под одеяло и набрала Гришин номер.

– Кира? – Листиков ответил после первого же гудка, словно ждал этого звонка, не выпуская телефон из рук.

– Гриша…

– Ты в порядке? Тебя перенесли домой?

– Гриша, я хочу сказать, – начала девушка, – я не держу на тебя зла из-за того, что сегодня случилось. И я не считаю тебя причастным к этому. Не знаю… наверно, всё это сложилось ради Раяны. Но я тебя прошу – давай обождём встречаться, только на какое-то время. Хотя бы до лета.

– Я уже знаю, что с тобой всё хорошо. И если ты просишь об этом, то пусть так и будет. Мне достаточно только знать, что тебе больше ничего не грозит…

– Ты знал, что мы, ты… не погибнем?

– Знал.

– К вам ещё не приходили?

– Отец поехал в Видное объясняться с гэбистами. И дядька тоже. Звонил один мой знакомый, такие ужасы рассказывал…

– Я совсем разбита, Гришка. Пока. До лета…

– Спокойной ночи. Привет Хлое.

Кира действительно чувствовала себя окончательно вымотанной – настолько, что даже не обратила внимания на какую-то упомянутую парнем Хлою. Она устроилась поудобнее, пристроила одеяло на голову, стараясь заслонить ушки от доносящихся из-за стенки звуков какой-то ночной телевикторины…

– Как я завидую тем, кто может быстро заснуть, – прошептала она, – я действительно сейчас разбита. Будут меня допрашивать, или арестовывать, и кто там прицепил мне скрепку… мне это всё в высшей степени фиолетово. Просто наплевать…

Сигнал тревоги застал Мирослава дома, когда он, придя с работы и поужинав бутербродом с колбасой, как обычно устроился на диване с книжкой.

«Секретные агенты против секретного оружия» Жака Бержье полетели на пол. Мирослав соскочил с дивана, развернул «Панцирь» и включил телепортер.

Он перенёсся на Заводскую улицу города Видное, но не на источник сигнала, а на ближайшее пустынное место в сотне метров от него. Таковым местом оказался чей-то сад. На изучение окрестностей вокруг подвергшихся нападению домов ушло не больше полминуты. Но его вмешательства почти не потребовалось – четверо «панцироносцев» уже были во владениях братьев Листиковых, мало того – они расправились с хорошо вооружёнными мутантами с той же лёгкостью, с какой невоспитанные дети ломают игрушечных кукол.

Мало того – в команде панцироносцев обнаружилось пополнение. Новый, уже пятый по счёту участник – его Мирослав определил по используемому оружию – выпустил по троим жабоподобным созданиям нечто, со стороны напоминающее луч прожектора, только оранжевого оттенка. От двоих нападавших остались только ноги с обугленными коленями, а третьего окатило разорвавшимся бензином от зажжённых на парковке машин.

Пятёрка панцироносцев уничтожила двадцать с лишком неведомых тварей.

Мирослав наскоро осмотрел место побоища, благо на него никто не обращал внимания, помог перетащить из бассейна на свежий воздух несколько десятков напившихся до поросячьего визга юнцов и лишь затем направился в тот самый дом, в бассейне которого несколькими минутами раньше плескались Кира и Раяна.

Ему пришлось проявить максимум осторожности, ибо единственный человек в доме – а им оказался Гриша Листиков, друг Киры Беляковой – постоянно находился под присмотром кого-либо из панцироносцев. Странное оружие в руках парня сразу бросилось ему в глаза. Что за оружие, откуда? Как оно попало к Грише? Мирослав уже готовился отобрать странную вещь, несмотря на возможный отпор панцироносца из сопровождения, но его внимание привлекли чьи-то кроссовки и красные женские туфельки на обувной полочке в холле.

Других людей он здесь не видел. Кому могла принадлежать обувь?

Единственным местом, которое он не осмотрел, была ванная комната с входом из бассейна. Но там находился Гриша и его стражник-панцироносец… В конце концов он вывел парня из дома во двор. Мирослав направился в освободившуюся ванную…

И вот тут его ожидал сюрприз – он увидел на вешалке Кирину верхнюю одежду. Здесь же досушивался наряд Раяны.

Это был повод хорошенько задуматься. Кроссовки, туфельки, одежда…

«Листиков знает двух панцироносцев в лицо! Панцироносиц! Они – девушки примерно его же возраста! Нападение застало их врасплох, во время купания… но чья это одежда? »

Мирослав понимал, что панцироносцы отнюдь не дураки и обязательно придут за своими вещами. Времени у него было в обрез, может, какая-то минута, или меньше… но что следовало предпринять? Он обшарил карманы жилетки, джинсов, брюк, но ничего не нашёл.

– Чёрт! – воскликнул он и решил попробовать одежду на запах, но безрезультатно – её только что выстирали, и все запахи, кои у каждого человека строго индивидуальны, исчезли.

– Чёрт! – повторил он уже громче, и тут его взгляд упал на лежащий на полке степлер. Недолго думая, он приколол скрепку на воротничок, а от двухслойных брюк отрезал крохотный кусочек ткани. Теперь у него были хоть какие-то улики…

Задерживаться дольше было опасно, и он сразу же телепортировался домой.

Ему было уже не до чтения. Он понял, что при определённой доле везения вполне способен заставить панцироносца… панцироносицу! – сбросить покровы с лица.

Гриша Листиков знает их лично…

– Нет, Листикова трогать пока нельзя, – сказал себе Мирослав, – иначе я раньше времени выдам себя. На некой знакомой ему девушке можно увидеть красные туфельки… с кроссовками уже сложнее… а вот жилетка… хм, я вроде бы где-то видел её… неужели?

Он видел эту или почти такую жилетку на Кире. Стало быть, и скрепку следует искать на её воротничке. Даже если она избавится от неё, отметина всё равно останется…

– Кира, – повторил он вслух, – Эмма, Стеша… неужели это вы? Вы – панцироносицы? Да ну к чёрту, бред какой-то… они же девчонки! Почти дети…

Он целый час терзал свой перегруженный мозг и даже не заметил, как заснул.

Азек Нефри сидел перед камином и просматривал лист бумаги с интересующими его вопросами и полученными на них ответами.

Вылазка в Видное кончилась ничем – ну, или почти ничем. Отряд инкопов – двадцать пять наиболее крепких особей – погиб в полном составе. Местные службы правопорядка заполучили удивительнейшие трофеи – четыре стеклянные глыбы с вплавленными в них останками человеко-лягушек, множество трупов, пулемёты, гранатомёты и винтовки незнакомого производства (на оккупированном Мидгарде ещё можно было отыскать старинные арсеналы с огнестрельным оружием)… Джедис, Кинзи и учёный-физик с планеты Нифлхем Стоян Квятковски до сих пор изучали доклады экстрасенсов и данные с приборов контроля, установленных на Заводской улице. Их успехи были куда как скромны – записи с камер наблюдения были уничтожены одним из ликвидаторов, характеристики защитных систем зловредного отряда всё ещё уточняются. Самое скверное было то, что по указанному адресу находилось сначала два ликвидатора, а затем откуда-то, словно с неба, в доме появилось ещё трое. Это наводило на мысль, что земляне разгадали-таки секрет телепортации, причём сделали это достаточно давно, ибо Джедис со всей своей машинерией не сумел засечь точку их выхода, что свидетельствовало о высоком научно-техническом оснащении противника.

Нефри был уверен, что земляне покамест не решили проблему путешествий в иные измерения… а если решили? Он нашёл достаточно материалов на эту тему – как научных исследований, так и разной дилетантской писанины, именуемой «научной фантастикой». Складывалось впечатление, что земляне либо очень близки к разгадке проблемы, либо нарочно притворяются слабыми и беспомощными…

– Крепкий орешек нам попался, – пробурчал контрразведчик, – как бы зубы об эту Землю не сломать…

Он вновь вернулся к своим бумагам.

Зная определённые заклинания и формулы, любой Светоносец мог обратиться к Прогрессорам с просьбой о помощи или просто задать какой-нибудь вопрос. Ответ, как правило, не медлил с появлением, но сейчас почему-то приходилось ждать, да и ответы были какими-то невразумительными…

Такое, насколько помнил Нефри, случалось лишь тогда, когда Прогрессорам кто-либо противодействовал, или (как объясняли они сами)из-за каких-то их собственных, внутренних дрязг.

Но как бы там ни было, содержание ответов оставляло желать лучшего.

Казалось бы, дело обстоит проще простого – положить список вопросов на алтарь, провести обряд, затем один из Прогрессоров возьмёт авторучку и дополнит список тем, что желает узнать проситель…

Азек Нефри хотел лишь одного – получить побольше информации о ликвидаторе, который появился в доме Листикова раньше всех прочих. И вот что он получил:

Имя ликвидатора.

Ответ Прогрессора – «Владычица».

Отец ликвидатора.

Ответ Прогрессора – «Своей деятельностью он нанёс много вреда нашим самым прилежным ученикам».

Мать ликвидатора.

Ответ Прогрессора – «Эта женщина ведёт идеологически вредный, паразитический образ жизни, демонстрируя окружающим устаревшие модели поведения».

Другие родственники ликвидатора.

Ответ Прогрессора – «Ничтожные существа, о которых и вспоминать не стоит. Брат подаёт определённые надежды, но Регрессоры не позволяют ему самореализоваться».

Место проживания ликвидатора.

Ответ Прогрессора – «Из окна её комнаты открывается прекрасный вид на милое заведение, которое представляет для нас некоторую, но не слишком большую ценность».

– И вот с этой галиматьёй я должен её искать? – воскликнул Нефри и грязно выругался.

Он хотя бы выяснил, что ликвидатор – женщина. И на том спасибо.

Он вновь задумался о источнике этих ответов. Прогрессоры, как он уже давно понял, преследовали какие-то свои личные цели, когда вступали в контакт с людьми. Они не только помогали людям и другим стремящимся к развитию расам, но и отчаянно дрались между собой – в основном из-за власти, ибо каждый стремился влезть повыше на самую главную кочку – поближе к Верховному Существу, которое почитали Светоносцы. А потому любой контакт с человеком чреват тем, что выдаваемую информацию подсмотрят конкуренты…

– Всюду сплошное враньё, – сказал себе Нефри, – все врут. Эти Прогрессоры, даже сообщая правду, ухитряются подать её так, что при попытке воспользоваться ею обязательно сядешь в лужу. Они стравливают между собой даже тех, кто им служит…

Нефри рассмеялся.

– Даже на половину вопросов не ответили. Ликвидатора зовут Владычицей… просто охренеть можно, какое звучное имя…

Он чувствовал, что какой-то смысл в ответах Прогрессора всё же присутствует, вот только не мог его уловить. Их манера отвечать порой бывает весьма своеобразна. Они большие шутники и мастера загадок. Нефри прочёл ещё два ответа от своего надматериального информатора:

«Больше всего на свете Владычица боится подземных жилищ и горящего сена».

«Владычица никогда не ест грибов».

Нефри бросил бумаги в камин. Остальным участникам квартета не нужно знать, что именно ему отвечали те, кто видит Верховное Существо.

– А ведь я мог бы её отыскать, – задумчиво проговорил Нефри, – с моими возможностями просканировать шестьдесят человек из числа пришедших на вечеринку – дело нехитрое. Но если остальные узнают о том, что я затеваю… мне надо будет постараться выбраться в Москву на проживание. И пользоваться этой информацией надо крайне осторожно, иначе я по милости Прогрессоров сойду в могилу раньше времени. Впрочем, мне некуда спешить. Большая часть наших операций остаётся, к счастью, никем не замеченной. Пусть эта Владычица кромсает инкопов и впредь. Тем самым моя победа над ней будет более весомой и значимой…

Загудел коммуникатор. Кому Нефри мог сейчас понадобиться? Ну конечно же, старому дураку Кинзи…

– Зайди ко мне, Азек, – сказал вице-адмирал после приветствия, – есть разговор…

В кабинете Кинзи больше никого не было. Нефри уселся в кресле, проглотил предложенную хозяином порцию коньяка и спросил:

– Что говорит наш инфертехнолог Зак и его нифлхемский дружок?

– Научная группа пока не может установить точные характеристики защитных систем ликвидаторов. Собранных нами данных слишком мало, но… – Кинзи вновь взялся за бутылку, – я вызвал тебя по другому поводу.

– И? – Нефри лёгким усилием воли поднял рюмку в воздух, и она поплыла над столом к хозяину.

– Благодарю, – Кинзи принял ёмкость, – так вот… Зак пытается решить проблему чисто дедуктивным методом – исследует ликвидаторов, затем выйдет на их логово, и всё такое… почему бы тебе не взяться за это дело с другого конца? Как ты думаешь – где находится их база? Командный центр? Какое государство на Земле могло решить проблему выхода в гиперпространство и сохранить этот секрет от завистливых и жадных конкурентов?

– Гиперпространство… – хмыкнул Азек, – понимаешь ли… эта тема мелькает в земной науке не один десяток лет, начиная с середины девятнадцатого века – ну, все эти опыты Теслы, исследования Максвелла, Планка… но затем появился Эйнштейн и зарубил это дело на корню. Веришь ли, во многих научных сообществах на исследование проблемы Вечного Двигателя и на попытки оспорить бредни Эйнштейна было даже наложено табу. Работы не принимались, периодическим изданиям было запрещено публиковать что-либо на эту тему. Земляне сами, не без помощи нефтегазовых магнатов, похоронили ключ к телепортации, управляемой гравитации и межзвёздным перелётам. Но не исключено, что военные тайно работают в этом направлении. В России этим занимаются безусловно, в Соединённых Штатах – тоже…

– А в Японии, КНР, Германии?

– Первые безусловно отпадают. У них нет никакой геостратегической доктрины планетарного масштаба, есть только одно стремление – экономический рост ради экономического роста, как у раковых клеток. Плюс желание верхушки и финансовой элиты переселиться в Россию, если родные острова сползут в океан. Китайцы вполне могут разработать чудо-оружие, ибо они растут демографически и их земли скоро исчерпают производительную силу, а Германия – битая собака… явно не тот случай. Но кое-что дельное я могу посоветовать…

– Излагай.

– Кроме действующей спутниковой группировки на околоземных орбитах есть порядка четыре десятка неактивных космических объектов. Судя по всему, эти спутники принадлежали прежней, погибшей цивилизации. Контроль за гиперпространством можно осуществлять с их помощью… скажите об этом Заку – пусть слетает и покопается в их начинке.

– Это всё?

– Нет, не всё. Мы должны проверить все варианты появления на Земле этих… ликвидаторов. Мы покинули систему Валгаллы-Муспелхема втайне от всех. На родине нас считают предателями… что если адмирал Рубеус следит за нами втайне от короля? Это тот ещё хорёк, уж будь уверен…

При упоминании фамилии командующего ВКС Ванахема Кинзи скривился, будто ему в рот налили половник горчицы. Нефри в одном прав – Рубеус в любой момент мог подложить свинью своему заместителю, начальнику управления специальных операций, коим являлся Кинзи.

– И это только одна версия, – продолжал Нефри, – на нас мог выйти Королевский Разведывательный Корпус Ацтлана, или резидентура Спикера с Немезиса, да мало ли кто…

– Ну что же, – Кинзи встал, – продолжай изучать Землю, может, тебе действительно повезёт наткнуться на их базу… а с Заком я поговорю отдельно. Кстати, как там дела у инкопов?

– Всё идёт как надо. Инициирована ещё одна тысяча особей.

– Они там не скучают? Что с выпивкой, провиантом, женщинами?

– Полный порядок. К счастью, большинство инкопов – педерасты, так что с бабами у нас возни немного. Плохо только то, что они съедают женщину, едва она им надоест. А насчёт провианта не волнуйся. Мы с Заком всё уладили. Голодным никто не останется. Кстати, я хотел спросить вот что… может, нам стоит применить против ликвидаторов специальных инкопов?

– Нет, пока не стоит, – ответил Кинзи, – их лучше попридержать до лучших времён.

Специальные инкопы, в отличие от всех прочих, не нуждались в обычном оружии – они атаковали противника при помощи пиро, – электро, – или криокинеза. Их численность была невелика, и использовать их следовало лишь в самых крайних случаях.

– Среди ликвидаторов есть огнемётчик, – сказал Нефри, – если мы не отыщем и не уничтожим их, они всю нашу армию испепелят за минуту.

– Мы их найдём, – усмехнулся Кинзи, – и каждому из них засунем паяльник известно куда. Будь уверен…

====== 18 ======

18

Кира могла бы, как обычно, проваляться в постели до полудня, но из сладкой полудрёмы её вытянул Сашка. Запертая дверь его не остановила – он открыл задвижку ножницами, подобрался к изножью кровати и слегка пощекотал ноги сестры вынутым из подушки пером.

– Да что это, блин, такое! – захныкала Кира, резко вскидываясь и соскальзывая коленом с кровати.

– Нет у меня никаких блинов, – хихикнул Сашка, – тебя мама вызывает.

– Что там ещё стряслось? – девушка села и потянулась за халатиком.

– А я что, знаю? Что-то с твоим приятелем Гришкой, – Сашка подошёл к двери и обернувшись, добавил, – кстати, у тебя пятки ещё с прошлого лета твёрдые, как чугун. Смотри, скоро весь паркет в комнатах исцарапаешь.

– Иди, достал уже…

«Вот теперь начнётся, – подумала она, припомнив события минувшей ночи, – сейчас папа спросит – была ли я в Видном в момент появления там двуногих свиней. Что там Лекса говорила? Что она может замести следы? Что в Гришкиных комнатах не останется ни одного отпечатка? Не знаю, может, это и правда… но какая разница? Легавые и гэбисты тоже не идиоты. Почти наверняка осталась хоть какая-то ниточка… »

Кира запахнула халатик и прошла на кухню. Она уже смирилась с предстоящим, как ей казалось, разоблачением…

Но за столом царила вполне мирная обстановка – мама пила чай, папа что-то просматривал в газете. Кира взялась за остывший завтрак, и мама, отставив чашку, сказала:

– Ты вчера с Гришей не ездила в Видное?

– Нет, – помотала головой Кира, – мы погуляли здесь, пошли в Зябликово, потом на Борисовские пруды… а что?

Папа, не отрываясь от газеты, рассказал всё то, что Кире и без того было известно – разве что в папиной интерпретации чудовища превратились в незаконное бандформирование, приехавшее в город на двух микроавтобусах и напавшее на большую группу отдыхающих студентов (хороши студенты, подумала девушка), в результате чего дом Листикова-старшего пострадал от взрывов, а дом Листикова-младшего сгорел дотла. Члены бандформирования перебиты подоспевшим СОБРом, и среди мирного населения жертв вроде бы нет…

–… Вот только к месту происшествия никого из нас не пустили, – закончил мастер пера, – развернули у оцепления и велели убираться. Вот и всё.

Кире сразу стало легче. Если бы у ФСБ было хоть малейшее основание считать её свидетельницей – упаси Господь, подозреваемой – то госбезопасники уже были бы здесь, неровен час, с ордером на обыск, а то и на арест… а поскольку этого не случилось, значит, и остальным девочкам, прежде всего Раяне Сафуановой, ничего не грозит.

– Я видела, – сказала она чуть дрогнувшим голосом, – Гриша уехал по Борисовским Прудам к Каширке, а потом отзвонился, и всё у него было нормально…

– Ну и слава Богу, – ответила мама, – должно быть, он не любит отдыхать в таких компаниях.

– Он ни разу не предлагал мне поехать к… – Кира запнулась, стараясь вспомнить имя Гришиного кузена, – к Лёвке. Наоборот, по пятницам он старается вовсе не показываться в Видном.

– Правильно делает, – согласился папа, – там та ещё компания была…

Кира знала чуточку больше о Лёвкиных приятелях и готова была расписаться под папиными словами. Та ещё компания…

Она на минуту вышла из-за стола – пусть родители думают, что девушка отправилась звонить Грише для того, чтобы выспросить подробности происшествия. Попутно Кира заглянула в ванную, привела себя в порядок и сменила халатик на пижаму.

Вернувшись за стол, она без особого аппетита принялась ковыряться ложкой в тарелке.