Текст книги "Четырёхликий Будда"

Автор книги: Эрлан Су

сообщить о нарушении

Текущая страница: 66 (всего у книги 72 страниц)

– Ты не…

– Не переживай, – Фань Сяо даже не дал Ю Шулану договорить. – Я знаю меру.

Цинь Чжиян уже открыл дверь машины, как услышал за спиной ленивый голос Фань Сяо:

– Цинь Чжиян, может, и со мной обнимешься? Всё-таки я твой первый соперник в любви.

– Катись, – коротко бросил Цинь Чжиян, захлопывая дверь и садясь в машину.

Фань Сяо облокотился о крышу, чуть наклонился к окну и вдруг заговорил серьёзно:

– Цинь Чжиян, если однажды встретишь кого-то по-настоящему важного – не лезь грязными методами. Не повторяй моих ошибок. Я чуть не потерял самого дорогого человека. Ю Шулан слишком много вытерпел от меня. Ты назвал меня мразью – не буду спорить. Просто возьми это себе на заметку. Не каждый будет таким, как Ю Шулан, кто даст второй шанс тому, кто этого не заслуживает.

Руки Цинь Чжияна сжали руль так, что побелели суставы. Он отвернулся:

– Ты говоришь это, потому что считаешь меня таким же.

Фань Сяо выпрямился, в голосе не дрогнуло ни одной ноты:

– Нет. Я говорю это потому, что ты помог Ю Шулану.

Он хлопнул по крыше:

– Езжай. Найди там, в Африке, свою настоящую любовь.

Цинь Чжиян тихо выругался, в последний раз взглянул на Ю Шулана в зеркале заднего вида и только тогда вдавил педаль газа. Машина с рёвом сорвалась с места.

– Мотоцикл не сломался? – спокойно спросил Ю Шулан, глядя, как Фань Сяо возвращается.

Фань Сяо замялся, потом усмехнулся:

– Нет. Я же знал, что Цинь Чжиян каждый день катается мимо. Пусть теперь успокоится.

– Значит, ты и его проверил? – Ю Шулан чуть прищурился.

– Да. Соперника нужно знать досконально. – Фань Сяо поднял руки, будто сдаваясь. – Я же просто… не был уверен в себе.

– Вот как? Уважаемый Фань Сяо тоже умеет сомневаться? – Ю Шулан легко закинул ногу на мотоцикл. Узкие тёмные брюки натянулись по бёдрам, очерчивая их с вызывающей откровенностью. Он завёл двигатель, медленно подъехал вплотную и, наклонившись, сказал тихо:

– Фань Сяо в кожанке – зрелище, от которого чешутся руки. Я-то думал, сегодня попробую на вкус брутального мачо… но теперь тебе не светит лечь ко мне в постель.

Фань Сяо провёл пальцем по его лицу, большим пальцем ласково задел уголок губ:

– Все шансы – твои. Только одно хочу знать: дать мне ещё один шанс, принять меня снова – тебе это действительно так сложно?

Двигатель мотоцикла глухо вибрировал. Ю Шулан наклонился и едва коснулся губами его губ:

– Я солгал. Я редко поступаю импульсивно. Но за всю взрослую жизнь импульсивных поступков было два: однажды я поспешил влюбиться в тебя, ничего о тебе не зная. А потом – прекрасно зная, что ты ещё тот ублюдок, всё равно вернулся к тебе.

Он задумался и добавил:

– Сложно ли это? Вряд ли. Одной бутылки байцзю хватило, чтобы напиться – вот и весь путь назад.

Рука Фань Сяо на его талии сжалась крепче. Голос предательски дрогнул:

– Ю Шулан…

В следующую секунду он почувствовал, как его отталкивают. Ю Шулан легонько похлопал его по щеке:

– Мотоцикл старый, двоих не потянет. До свидания, Фань Сяо.

Опустив ресницы, Ю Шулан вывернул ручку газа и рванул с места.

Фань Сяо замер, потом вдруг рассмеялся и, сложив ладони рупором, закричал ему вслед:

– Ю Шулан, я люблю тебя!

Рёв мотора стих где-то далеко. Ю Шулан остановил байк, поставил ногу на асфальт и достал сигарету. Она дважды коснулась ею губ – и тут же сзади оказался Фань Сяо. Он вскочил на мотоцикл и обнял его за талию:

– Директор Ю, подбрось меня. Что дальше делать со мной – решай сам.

Ю Шулан метнул в его сторону ленивый взгляд, прикусил сигарету и снова завёл байк. Он едва тронулся – и тут же резко затормозил. Фань Сяо влетел грудью ему в спину и услышал низкий голос:

– Держись крепче. Иначе тебе не поздоровится.

Сжавшись вцепившимися руками в сильную талию, Фань Сяо спрятал и смех, и слёзы в широком плече этого мужчины.

Глава 110. Дополнение 4: Войти в дом и переступить порог.

Одеяло, непрестанно вздрагивавшее, наконец замерло после последней судорожной волны. Пальцы, впившиеся в простыню, медленно разжались, синеватые сосуды больше не выпирали, кисть побледнела и обвисла, словно обессиленная. Смуглая крупная ладонь скользнула по коже от плеча к предплечью и, наконец, накрыла ту руку, властно раздвинула пальцы и вплелась с ними в крепкий замок.

Фань Сяо не отрывался от поцелуев с Ю Шуланом, снова и снова обводя кончиком языка контур его губ. Когда переполнявшая его нежность становилась невыносимой, он принимался слегка покусывать их, чем вконец изводил партнера. Тот в ответ прикусил его губу и тихо выругался:

– Убери свой язык, у меня нет сил на такие игры.

Фань Сяо, вполне удовлетворенный, оказался послушным. На нём по-прежнему была полная рабочая униформа. Он приподнялся, кое-что поправил, молния с шипением скользнула вверх, и от этого зрелища захватывало дух.

Он поднес воду к губам Ю Шулана, но тот с отвращением отвернулся:

– Я сам в состоянии.

Фань Сяо притянул его к себе и влил несколько глотков почти насильно:

– Ага, точно. Раньше это директор Ю опекал других и в постели, и вне её.

Ю Шулан зажал во рту сигарету, усмехнулся и с насмешливым прищуром бросил:

– Ревнуешь? Тогда ложись, и я тебе услужу, тоже буду опекать тебя и в постели, и вне её.

Выражение лица Фань Сяо помрачнело, он принялся покусывать и осыпать поцелуями заднюю часть шеи Ю Шулана. Тот погладил его волосы и с покорной улыбкой проворчал:

– Не кусай там. Стало теплее, будут видны следы. Вчера Тянь Сяотань ещё спрашивала, не читаю ли я какой-нибудь букварь, и я даже не знал, что ответить.

Фань Сяо не понял намека, да и не стал вникать, поглощенный бурлящей в нем ревностью, кислой, как старый уксус.

– Отныне я буду баловать только тебя, и в постели, и вне её, – Ю Шулан убрал сигарету и сам потянулся к нему для поцелуя, приговаривая «мой дорогой», «мой драгоценный», пока наконец не умаслил Фань Сяо, эту ходячую бочку уксуса.

Они обнялись в лучах заходящего солнца. Бескрайние сумерки окутали весь город, один за другим зажглись огни, постепенно сливаясь в море сияющих окон.

– Раньше я не любил этот час сумерек, на душе становилось пусто. Казалось, что все эти зажженные огни сплетают людей в единую сеть, и только я остаюсь за её пределами, одинокий и лишний.

Слова Ю Шулана были тихими и неторопливыми, словно клубы дыма, что он выдыхал. Почти прежде, чем они окончательно рассеялись, он спросил Фань Сяо:

– А у тебя было такое чувство?

– Я боюсь глубокой ночи, – Фань Сяо уткнулся подбородком в плечо Ю Шулана. – Хотя я часто запирался в комнатах, не пропускающих ни лучика света, я на самом деле боюсь темноты. Боюсь, что в следующий миг увижу медленно поднимающуюся воду.

Когда последний отсвет заката поглотила тьма, Ю Шулан крепче обнял Фань Сяо, протянул руку и включил свет в комнате.

Люминесцентные лампы озарили его нежные глаза:

– Теперь и меня свет затянул в ту сеть, наш дом тоже стал одним из бесчисленных огоньков. И тебе больше не нужно запираться в темноте. Не бойся, Фань Сяо, я всегда буду рядом с тобой.

Я исцелил твое одиночество, а ты развеял моих демонов. Две искалеченные души обрели друг в друге опору, и вместе они стали целыми…

Они приняли душ и вместе принялись готовить ужин. Затем сходили к соседям и забрали Тяньтяня. По соседству поселилась новая семья, с ребёнком того же возраста – очаровательной девочкой, которая всего за три дня стала лучшей подругой Тяньтяня.

Фань Сяо старательно очистил для Тяньтяня креветок, но мальчик даже не притронулся к целой тарелке.

– Я хочу отнести их Чу Сань попробовать. Настоящие друзья делятся всем.

Фань Сяо вытер руки салфеткой, налил вина себе и Ю Шулану, чокнулся с ним и сказал с улыбкой:

– Директор Ю, давайте отметим. Наш Тяньтянь тоже влюбчивая душа.

Ю Шулан медленно отпивал, в его глазах искрилась усмешка:

– Интересно, сколько же хлопот он нам доставит в будущем.

– Пустяки. Хуже, если он не сможет добиться расположения девочек. Правда, Тяньтянь?

– Правда!

Комната наполнилась радостью. Ю Шулан смотрел на два сияющих лица, и сердце его переполнялось счастьем.

После ужина Тяньтянь, наигравшийся за день, начал зевать. Ю Шулан помыл его, рассказал сказку на ночь и, лишь убедившись, что мальчик крепко уснул, выключил свет и вышел из спальни.

Фань Сяо уже помыл посуду и стоял на кухне, тихо разговаривая по телефону. Увидев Ю Шулана, он сразу прильнул к нему, обнял и обмяк всем телом, словно сладкая обуза. Даже его голос в телефонной трубке стал тягучим и вязким, и лишь щипок в бок от Ю Шулана заставил его прийти в себя.

Закончив разговор, Ю Шулан спросил:

– Это насчет Сюй Чжуна?

Фань Сяо кивнул:

– Сюй Чжун собирает заседание совета директоров. Намерен сместить меня.

Ю Шулан достал из холода два банки пива:

– И что ты собираешься делать?

Фань Сяо усмехнулся:

– А ты совсем не волнуешься за меня?

– Разве наш генеральный директор Фань когда-нибудь позволял себя обижать? Лучше я посочувствую Сюй Чжуну – бедняга, наверное, будет разбит вдребезги.

Фань Сяо взял пиво, потянул Ю Шулана на диван и усадил рядом:

– Количество его акций значительно превысит мои, и ничто не помешает ему сместить меня с поста генерального директора «Пинфэн Венчур».

Ю Шулан ненадолго задумался:

– Ты что, больше не хочешь «Пинфэн»?

Фань Сяо легонько стукнул своей банкой о банку Ю Шулана:

– С директором Ю говорить – одно удовольствие, не нужно лишних слов. Да, «Пинфэн Венчур» мне больше не нужна. «Пинфэн» – инвестиционная компания, она держится на поддержке непрерывного потока огромных капиталов. Теперь, когда наша семья рухнула, никто больше не станет вливать средства в компанию. Несколько моих первых проектов принесли неплохой доход, на счетах достаточно оборотных средств, плюс Сюй Чжун привлёк нескольких партнеров, так что он уверен, что «Пинфэн» у него в кармане.

Фань Сяо легким движением коснулся губами уголка рта Ю Шулана, слизав капельку пива, и продолжил с улыбкой:

– Насколько мне известно, привлечённые им партнеры не имеют единого мнения: одни хотят вкладываться в новые отрасли, другие – в игровую индустрию. А Сюй Чжун всю жизнь проработал в медицине и по-прежнему хочет инвестировать в разработку лекарств.

– Отсутствие четкого плана развития – самый серьезный недостаток для компании. Сюй Чжун пока не осознает всей серьезности проблемы, он одержим лишь желанием занять моё место. Я как раз хочу воспользоваться его рвением, чтобы продать все свои акции.

Фань Сяо сделал глоток прохладного пива.

– Корабль скоро пойдет ко дну, а мои туфли должны остаться сухими.

– У тебя же огромный пакет акций, продать его не так-то просто, – Ю Шулан указал на возможную проблему.

– Передача акций между акционерами не требует одобрения совета директоров. Поэтому я договорился с одним мелким акционером, чтобы тот потихоньку нашептал Сюй Чжуну, будто мне срочно нужны деньги и я хочу продать часть акций «Пинфэн Венчур», но с условием, что это временная сделка: через полгода я выкуплю их обратно по цене на 3% выше. То есть к тому моменту я снова стану главным акционером «Пинфэн».

– Так это ловушка, которую ты устроил с тем акционером?

– Верно. Цель – заманить Сюй Чжуна в ловушку. Узнав об этом, он непременно приложит все усилия, чтобы купить мои акции. И, зная, что я никогда не продам их ему напрямую, он пойдёт через посредников. Именно этого я и добиваюсь.

– И он уже попался?

– Угу. Завтра я подпишу контракт. – Фань Сяо осторожно взял Ю Шулана за запястье. – Мне придется уехать дня на три. Директор Ю, смилуйся, разреши мне остаться сегодня.

С тех пор как они воссоединились, Фань Сяо еще ни разу не оставался на ночь. Каждый раз в последний момент Ю Шулан выставлял его за дверь, а на следующее утро он уже мчался обратно с завтраком, полный радостного возбуждения.

Ю Шулан поставил пиво, отстранил руку Фань Сяо, встал и распахнул входную дверь. Глядя на удрученное лицо мужчины, он сказал:

– Сначала вынеси мусор, потом возвращайся.

Глава 111. Дополнительная глава 5: Чаевые должны быть сто юаней.

В день первого осеннего дождя Фань Сяо стал генеральным региональным агентом по продажам фармацевтической компании «Кандада» в трех северных провинциях и, посредством сделки по обмену акциями, новым членом совета директоров компании.

В ресторане юго-восточной кухни Ю Шулан ждал, чтобы отпраздновать с Фань Сяо.

– Сэр, будете заказывать? Сегодняшее фирменное блюдо от шеф-повара – рыба с лимоном и травами.

Приятный мужской голос вернул Ю Шулана, смотревшего в окно. Он повернулся и взглянул на высокого статного официанта, стоявшего рядом, затем с улыбкой спросил:

– Что еще можете порекомендовать?

– Официанты в нашем заведении тоже неплохи, стоит попробовать.

Ю Шулан откинулся на спинку стула, разглядывая мужчину перед собой, одетого в тайский костюм. Яркий, роскошный колорит экзотики, сочетание аристократизма и кокетства, одновременно противоречащих и гармонирующих друг с другом, разожгли в нем скрытый огонек.

Он сделал глоток воды, поднял взгляд и спросил:

– Сколько с меня?

Официант сохранял почтительное выражение лица:

– Если это вы, сэр, то хватит и ста батов чаевых.

Ю Шулан зацепил пальцами инкрустированный драгоценными камнями пояс на его талии и начал медленно теребить его, тихо проговорив:

– Говорят, что дешевое редко бывает хорошим, боюсь прогадать. Можно проверить товар?

Официант наклонился, чтобы долить Ю Шулану чаю, и в момент, когда их тела сблизились, спросил:

– А как вы хотите проверить товар, сэр?

Ю Шулан бросил на него многозначительный взгляд, затем поднялся и направился в туалет.

Едва официант остановился перед кабинкой, как сильная рука изнутри резко втянула его внутрь. Дверь захлопнулась, его поясной ремешок потянули, и он столкнулся с чьей-то теплой грудью.

Чей-то захват сомкнулся на его подбородке, официант оказался в твердых объятиях.

– Говоришь по-тайски? – Горячее дыхание обожгло его лицо, вызывая легкое щекотание.

– Да.

 – Скажи что-нибудь.

– ต้องทิปหนึ่งร ้อยหยวน

– Что это значит?

– Чаевые должны быть сто юаней.

Ю Шулан тихо рассмеялся:

– Если товар хорош, чаевые тебе обеспечены.

Грудь к груди, Ю Шулан прошептал ему на ухо низким голосом, подобным глухому звуку в ночной серенаде, волнующему душу:

– Дорогой, открой рот, дай мне сначала поцеловать тебя.

Тот, кто оказался в его объятиях, был послушен, его голова медленно склонилась, и ради ста батов чаевых он слегка приоткрыл губы.

Ю Шулан поцеловал его, коснувшись влажных мягких губ. В процессе трения возникли бесчисленные трепещущие искры, вызывающие головокружение и привыкание. Его пальцы впились в волосы мужчины, слегка надавливая, делая поцелуй глубже и насыщеннее.

Переплетение губ и языка было не таким нежным, как обычно, а обладало подавляющей силой, легко лишая другого дыхания. Молчаливое согласие и покорность человека в его объятиях лишь усилили желание Ю Шулана владеть. Он притянул его ещё крепче, пальцы теребили волосы мужчины, и хриплым голосом потребовал: – Расстегни две пуговицы.

Длинные пальцы расстегнули две пуговицы на бежевом приталенном жакете с высоким воротником. Легкий поток воздуха, вызванный теплым дыханием, ударил в шею официанта, заставив его кадык судорожно сдвинуться.

Поцелуй обрушился на шею. Крошечный участок кожи будто охватило пламя, трепет, проникающий в самую глубь костей, распространился отсюда по всем конечностям. Целуемый мужчина не выдержал, его ресницы отчаянно задрожали, затем опустились, скрывая смущенный взгляд.

Темно-зеленый шарф, перекинутый через плечо, сполз, пояс с драгоценными камнями на его талии мягко зазвенел. Высокий статный официант был полностью пассивен, за его спиной находилась сильная рука Ю Шулана, подобная нерушимой тюрьме, готовой навечно заключить его в свои объятия.

Пуговицы были расстегнуты уже на треть, влажные поцелуи продолжали опускаться ниже. Очевидно, оба хотели большего, чтобы утолить внутреннюю тревогу.

И в этот момент из-за двери донесся нарочито тихий, но знакомый голос:

– Фань Сяо, Фань Сяо, ты здесь? Ты же сказал, что скоро вернешь мне униформу? А теперь менеджер уже ищет меня.

Обнимаемый Ю Шуланом официант тихо выругался: «Черт!», подтянул завязанный на бедрах саронг и запрыгнул на унитаз.

Едва встав на ноги, не теряя ни секунды, он обхватил Ю Шулана, заставив того наклониться, и снова поцеловал его…

На столе стояло множество вкусных блюд, когда Фань Сяо, одетый в элегантный костюм, вышел из раздевалки для персонала. Он хлопнул по плечу коллегу-официанта, улыбнулся и протянул ему сигарету.

Подняв взгляд, он на мгновение замер, удивление мелькнуло на его лице и тут же исчезло. Обменявшись с бывшим коллегой парой шуток, он направился к столу.

Ю Шулан уже вернулся к своему обычному спокойному и элегантному состоянию, оставив позади образ развратника, соблазняющего официанта. Рядом с ним сидела женщина, уже в возрасте, с величественной осанкой.

Едва Фань Сяо приблизился к столу, как услышал, как женщина говорит:

– Ты снова вернулся к старому? Неужели у прошлого есть своя прелесть?

Ю Шулан лишь улыбнулся в ответ, не сказав ни слова, отодвинул стул и усадил Фань Сяо.

Он положил руку на ногу Фань Сяо и сказал:

– Позволь тебе представить, это госпожа Ши. Она тоже ужинала в ресторане, и мы случайно встретились.