Текст книги "Четырёхликий Будда"

Автор книги: Эрлан Су

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 72 страниц)

Тень в переулке легла на лицо Фань Сяо. Он замер, а потом вдруг усмехнулся:

– У Ю Шулана, как я посмотрю, и вкус, и эстетика – явно требуют доработки. Пожалуй, я займусь этим лично.

Он приблизился, глаза сузились:

– А может, ты просто специально это сказал – чтобы отпугнуть меня? Как и с тем мальчиком, которого ты увёл. Неужели и правда собирался с ним снять номер?

Ю Шулан слегка нахмурился:

– Ты себе надумываешь лишнего.

– Хорошо, пусть так. – Фань Сяо наклонился ближе, горячее дыхание обдало ухо собеседника. – Но ведь, когда ты сам только что лапал меня с ног до головы – тебе ведь понравилось, не так ли?

Он не дал Ю Шулану вставить ни слова, перехватил его возражение и, не отводя взгляда, произнёс твёрдо:

– Мы же оба мужчины. И мужчина всегда чувствует, когда другому тоже хочется. От этого ты не отмажешься.

Спокойный и всегда контролирующий ситуацию Ю Шулан впервые сорвался. Он глубоко затянулся сигаретой, сдержал раздражение и взглянул в глаза:

– Я старался сохранить наше приятельство. Не хотел ставить точки. Но раз ты сам хочешь… скажи, Фань Сяо, ты серьёзно хочешь со мной переспать?

– Хочу. Очень, – выдохнул Фань Сяо. И сам не ожидал, как вспыхнуло лицо, едва он произнёс это вслух.

Ю Шулан втянул воздух поглубже:

– Хорошо. Тогда скажи честно – ты гей?

– Я…

Ю Шулан не дал ему замяться:

– Ответь прямо. Ты гей?

– …Могу быть.

Ю Шулан усмехнулся:

– Вот и всё, Фань Сяо. Ты просто хочешь поиграть. Не знаю, что на тебя нашло. Если причина во мне – извини. Но я тебе клянусь: я тебя не соблазнял. И ни разу не вёл себя как человек, который тебя хочет.

Здесь не нужно было вдумываться – смысл его слов лежал на поверхности, выложен, как острый нож.

– То есть ты хочешь сказать… – голос у него был низкий, охрипший, с нотками почти болезненной навязчивости, – что ты никогда ко мне ничего не чувствовал?

Он упёрся ладонью в стену, загнав Ю Шулана в узкое пространство между собой и бетонной поверхностью.

– Если я ничего не путаю, – продолжал он с безумным, вымученным смешком, – в тот день, когда я сорвался и поцеловал тебя… ты ведь возбудился? А когда ты только что лапал мою талию – ты, мать твою, не слишком-то отвращался, да?

– Это была обычная физиологическая реакция, – резко ответил Ю Шулан, но уже не с яростью, а с утомлённой холодной усталостью. – У любого мужчины она может быть. Это не имеет ничего общего с любовью.

Не имеет ничего общего с любовью.

Словно хлыст ударил прямо по сердцу. Фань Сяо резко отвёл взгляд – не осмелился встретиться с его глазами.

Ю Шулан спокойно отстранил его руку от стены. В его голосе звучала усталость:

– Фань Сяо, ты просто заигрался. Это мимолётный каприз, и ты сам это знаешь. Приди в себя. Найди себе девушку. Живи нормально. И забудь всю эту ерунду. Я этой ночью не вернусь, завтра встретимся в аэропорту. А дальше… давай будем просто коллегами. Только работа. Никаких личных разговоров.

Он отбросил сигарету, в последний раз задержался взглядом на Фань Сяо, будто хотел что-то сказать, но передумал. Повернулся и, взмахнув рукой, бросил напоследок:

– Бывай, господин Фань.

До выхода из переулка – всего несколько шагов. Уличный свет упал на него тёплым золотом, но даже он не смог развеять ту тоску, что поселилась в глазах Ю Шулана.

Повернуть за угол – и вот уже посторонние. Незнакомая улица, чужие лица. В тот самый момент, когда фонари осветили его глаза, за спиной раздались быстрые шаги. Его снова схватили за запястье.

– Ю Шулан, – в голосе Фань Сяо не было прежней лени. Он стал глубоким, резким. – Подожди.

Ю Шулан рванулся было, но тут же обернулся, срываясь на крик:

– Фань Сяо, ты издеваешься?! Не надоело?! Хочешь поиграть – иди вон, через два квартала гей-бар! С твоей внешностью там очередь выстроится! Только ради всего святого – отъебись от меня, ясно?! Я больше…

– Я тебя люблю.

Три слова, вырвавшиеся назло ветру, как выстрел, пронеслись по переулку и разорвали всё на куски.

От шока до попытки осмысления, от сомнения до понимания – Ю Шулан прошёл всё это за пару секунд. И, в итоге, выдал:

– Чушь.

Фань Сяо подошёл почти вплотную. Их лбы едва не соприкоснулись – пространство между ними сократилось до дыхания, до пульса, до жара кожи.

– Раз ты называешь это чушью, Ю Шулан, – прошептал он, – тогда позволь мне проговорить эту чушь вслух.

Голос его был тих, но в нём звучала опасная решимость:

– Я каждый день хочу тебя видеть. А когда вижу – не хочу отпускать. А когда не вижу – внутри всё свербит. Я придумывал сотни глупых поводов, чтобы оказаться рядом. У «Бохая» никогда не было столько дел, и, честно говоря, я терпеть не могу все эти прогулки по паркам и заповедникам. Я не так уж плохо ориентируюсь в городе, но часто специально шёл не туда – чтобы ты приехал меня выручать. Моя правая рука давно в порядке, а левая – даже ловчее. Все эти трюки были только ради одного: быть рядом с тобой.

Он сделал шаг ещё ближе. Время будто сжалось до одного вздоха.

– Я не знаю, любовь ли это. Но ты ведь знаешь жизнь лучше меня, Ю Шулан… Скажи сам – это оно?

Ю Шулан, впервые за долгое время, ощутил смятение. Он отводил взгляд, будто боялся сгореть в пламени, которое лилось из глаз Фань Сяо.

Он хотел сделать шаг назад – но не смог: рука Фань Сяо скользнула по его запястью, мягко прошла по ладони и, наконец, сцепилась с его пальцами.

Ночной ветер был удивительно тёплым. И в этом тепле легко было тонуть.

– Фань Сяо, ты действительно хочешь быть со мной? Это не игра? Не сиюминутное помешательство? – Ю Шулан говорил медленно, по слогам. – Я не прошу обещаний. Но ты хоть раз представлял себе нас? В будущем?

Фань Сяо промедлил. Его глаза скрылись в тени, он тихо сказал:

– Да. Я серьёзно. Обещания – воздух. Но если заглянуть в то, что у меня в голове… – ты везде. Ты – моё «потом».

Ю Шулан молчал, внутри что-то боролось.

– Фань Сяо, быть геем – это не путь по розам. Я никого не хочу туда тянуть насильно. Я давал тебе шанс свернуть. Ты сам отказался. Значит, теперь не обижайся, если я…

Он сжал их сцепленные пальцы и резко дёрнул, увлекая Фань Сяо обратно в переулок.

Прижал к стене, сильно, будто намертво. В глазах – не просто желание, но и сдержанный, изматывающий голод. Он смотрел на этого мужчину – и больше не отводил взгляд.

Фань Сяо усмехнулся, прижал его к себе:

– Тогда поцелуй меня, Ю Шулан. Быстрее.

А потом сам рванулся вперёд:

– Я больше не могу ждать, – прошептал он, прижимая Ю Шулана к себе. – Мой Бодхисаттва…

Глава 44. Я тебя научу...

Дверь гостиничного номера с грохотом распахнулась – и тут же захлопнулась. Переплетённые в порыве страсти силуэты на мгновение вспыхнули в полоске света, прежде чем раствориться во тьме.

Никто не зажёг свет.

В густом, словно бездонном мраке слышалось лишь сбивчивое, тяжёлое дыхание.

– Ю Шулан, – прошептал Фань Сяо, не отрываясь от его губ. Его слова, срывавшиеся прямо между сомкнутыми ртами, звучали приглушённо, едва различимо, пропитанные хриплой, затаённой чувственностью. – Тебе нравятся бледные, нежные, покладистые?.. М-м?

Его язвительный шёпот вызвал короткий смешок. Голос Ю Шулана был хриплым, затуманенным:

– А ты-то чем берёшь? Дай брату проверить товар.

Щёлк! Где-то в углу вспыхнул тусклый свет – ночник разогнал темноту, окрасив комнату в мягкое, приглушённое сияние. Два красивых силуэта замерли в этом островке полумрака, словно заключённые в интимную капсулу вне времени.

Фань Сяо отстранился, выпрямился – в его взгляде мелькнула холодная, почти презрительная решимость.

– Ю Шулан, – произнёс он, пристально глядя мужчине в глаза. – Тебе нужен мужчина а не кукла.

Его пальцы уже касались верхней пуговицы спортивной кофты. Во взгляде – вызов, хищная уверенность, полная осознанной власти. Одно движение – и пуговица соскользнула, обнажая тело, на котором даже кулон грозного Четырёхликого Будды казался умиротворённым.

Ю Шулан опёрся спиной о стену, расслабленно, будто в ожидании зрелища. Закурил, точнее, вложил сигарету в рот и усмехнулся:

– Продолжай.

Ещё одна пуговица – и крепкие грудные мышцы едва заметно показались из-под ткани. Третья – исчезла, как и предыдущие, открыв ровные, натренированные мышцы живота, упругие, будто у дикого зверя в прыжке. Ю Шулан затаил дыхание, забыв даже прикурить.

Ниже – чёткая, соблазнительная линия бедра. Фань Сяо не стал скрывать её под поясом. Скинул рубашку на пол и, не отводя взгляда, медленно потянулся к ремню. Большие пальцы легли на край брюк, готовые идти дальше – и только тогда он поднял глаза на стоящего у стены мужчину.

Во рту у Ю Шулана пересохло, словно внутри него разгорелось пламя. Он напрягся, будто собираясь броситься в этот огонь, и, слегка приподняв подбородок, выдохнул:

На полу вперемешку валялись вещи, а перед ним – как из древних мифов – стоял мужчина, от чьей фигуры невозможно было отвести взгляд.

Он знал, что Фань Сяо в отличной форме, но не представлял – насколько. Взгляд Ю Шулана потемнел – в нём вспыхнул первобытный голод, желание, что нарастало с каждой секундой.

Мужчина, на котором не осталось ничего, кроме кулона, медленно двинулся вперёд. Каждый его шаг отзывался в воздухе тяжёлым эхом, будто удары древнего колокола.

– Директор Ю, – голос Фань Сяо прозвучал низко, с едва заметной усмешкой. – Товар вас устраивает?

Ю Шулан резко притянул его к себе и жадно впился в губы. Между поцелуями, с хрипотцой, сорвалось:

– Господин Фань… надо было сразу раздеваться. Даже если ты натурал – чёрт с ним, я согласен!

Мятая постель, переплетённые тела, дыхание – тяжёлое, рваное, сбивчивое… И вдруг, будто разряд среди бури, раздалось:

– Ю Шулан!

– Что? – мужчина, лежащий над ним, опираясь на локоть, прерывисто перевёл дыхание. – Испугался?

– Дай мне закурить, – Фань Сяо прикусил сигарету, усевшись у изголовья. В его голосе звучала тихая усмешка. – Всегда представлял себя сверху, а теперь… Ничего, просто дай немного собраться, перестроиться.

Он нарочно показывал тревогу, выдуманную растерянность, даже сжал губы в фальшивую улыбку.

Густой табачный дым клубился между ними, окутывая комнату. Ю Шулан долго молчал. Пока Фань Сяо начал нервничать, он вдруг молча забрал у него сигарету, глубоко затянулся – и с силой вдавил её в пепельницу.

Развернулся, лёг на спину, пнул Фань Сяо в бок:

– Будь сверху.

Сработало! Пронеслось у того в голове, хотя внешне он лишь удивлённо вскинул брови:

– Ты серьёзно?.. Я сверху?

– Серьезно. Не хочу, чтобы у нас остался какой-то осадок после первого раза, – Ю Шулан обнял его за шею, целовал медленно, один раз за другим, почти шепча. – Только позови меня красиво.

У Фань Сяо перед глазами вдруг всплыла записка Лу Чжэня с тем мерзким «дядя Ю». Вспышка холода пронеслась в глазах, но он быстро взял себя в руки:

– И как ты хочешь, чтобы я тебя звал?

– Назови своим парнем, – тихо, искренне. – Я всё ещё не верю, что ты – со мной. Будто это сон.

Фань Сяо расплылся в улыбке, брови чуть приподнялись:

– Так, значит, я был в твоих снах, директор Ю?

Ю Шулан скользнул ладонью по его талии, шепнул с нажимом:

– Так что? Начнёшь?

– Конечно… мой парень.

…Но всё равно. Где-то внутри осталась маленькая заноза. И это всё ещё было не совсем то.

После всего Фань Сяо уткнулся щекой в шею Ю Шулана, затаился там, не двигаясь, словно не хотел отпускать этот миг.

Ю Шулан поглаживал его по спине, стараясь приободрить:

– Всё нормально. Время было вполне приличное. Думаю… ты вписался в среднюю статистику по мужчинам.

Фань Сяо резко прижал ладонь к его губам, приподнял голову и взглянул на него снизу вверх – глаза всё ещё налиты красным, как после лихорадки:

– Я просто слишком возбуждён был… и немного… нервничал.

Ю Шулан кивнул под его ладонью, соглашаясь без слов.

– Чёрт, – выдохнул Фань Сяо, обречённо. – Это был мой первый раз. Никогда раньше… ни с кем. Ни с женщиной, ни с мужчиной. Ты – первый.

Глаза Ю Шулана распахнулись, он похлопал по ладони, всё ещё прижатой к его губам. Фань Сяо тут же отдёрнул руку, отвёл взгляд, и только покрасневшие уши выдавали его волнение.

– Правда?

– Правда.

Ю Шулан редко смеялся по-настоящему. Но сейчас – не сдержался. Настолько открыто, тепло и искренне, что даже сам удивился.

– Прости, – сказал он, стараясь унять дрожь в плечах. – Я не издеваюсь. Просто… совсем не ожидал.

Он притянул Фань Сяо обратно, нежно коснулся его губ:

– Не спеши, малыш. Я научу тебя.

Дыхание у уха, биение сердца, тепло кожи под ладонями… Мир сжался до двоих. Больше не существовало ничего – только они, здесь, сейчас.

– Да, вот так… здесь, именно здесь… чуть сильнее…

– Слишком быстро. Притормози. Так будет дольше.

– Фань Сяо! Всё, хватит, я сказал – стоп!

Ю Шулан… пусть всё, что я говорил, было ложью – я всё равно хочу повторить: «Я люблю тебя. Очень люблю».

***

Когда самолёт пересекал небо, Фань Сяо одной рукой перелистывал документы, а другой – под одеялом – едва касался пальцев Ю Шулана.

Ю Шулан спал, надев маску на глаза. Его измотал Фань Сяо – по-настоящему измотал. Мужчина, впервые познавший вкус плоти, оказался не лучше хищника. Ю Шулан не смог ему отказать – сердце подвело. Но сам же теперь и расплачивался. Ему ведь тоже впервые пришлось лечь под кого-то. А с таким неукротимым телом, как у Фань Сяо, долго не протянешь. В итоге пришлось прибегнуть к… альтернативным способам, чтобы его утихомирить. Сработало. И даже весело вышло.

Самолёт слегка тряхнуло. Ю Шулан не проснулся, только голова соскользнула набок. Фань Сяо отложил бумаги и бережно повернул его голову, устроив на своём плече. Чтобы тому было удобно, сам чуть осел в кресле.

Инженер с соседнего ряда, через проход, бросил на них взгляд – в глазах мелькнуло удивление. Фань Сяо ответил улыбкой, но взгляд его стал тяжёлым, с внутренним нажимом. Инженер поспешно отвёл глаза, скривившись в натянутой усмешке. Лишь тогда Фань Сяо снова глянул на своего спутника – и в глазах у него проступила настоящая мягкость.

Самолёт благополучно приземлился. Фань Сяо вёл за собой сразу два чемодана, заслоняя Ю Шулана от спешащих пассажиров.

На обратном пути всё было иначе, чем при вылете. Но именно сейчас сердце Фаня Сяо было до краёв наполнено чем-то сладким, щемящим. Даже взлохмаченная прядь, торчащая у Ю Шулана на макушке во сне, казалась ему бесконечно милой.

Вдруг в кармане завибрировал телефон. Ю Шулан оглянулся и потянулся за чемоданом:

– Возьми трубку, я понесу сам.

– Не надо, – отозвался Фань Сяо, чуть повернувшись, чтобы открыть карман. – Достанешь сам, просто посмотри, кто звонит.

Он не хотел терять ни одного повода быть рядом.

Ю Шулан сунул руку в карман, пальцы скользнули под ткань, коснувшись горячей кожи. Фань Сяо даже не попытался скрыть вспышку похоти, мелькнувшую в глазах – пока его взгляд не упал на экран телефона.

Имя, всплывшее на дисплее, заставило его застыть.

Lu.

Выражение лица застыло лишь на долю секунды – и тут же стало прежним. Но Ю Шулан всё равно это заметил. Мельком, вразрез.

– «Lu». Брать будешь? – небрежно спросил он, протягивая телефон.

Экран вибрировал, зелёный огонёк вспыхивал всё настойчивей. Фань Сяо подумал о той фотографии на полке. О цветах. О Ю Шулане, отвернувшемся от объектива.

– Возьми. Прими звонок. Поднеси к моему уху. Тут шумно, и динамик не пробьётся.

– Хорошо, – спокойно откликнулся Ю Шулан, и смахнул по зелёной полоске вызова.

Из телефона донёсся мужской голос, но его почти заглушил шум и гул аэропорта. Ю Шулан, как и просил Фань Сяо, прижал аппарат к его уху.

– Алло. – Фань Сяо был подчеркнуто вежлив. – Да, только что вернулся из командировки, сейчас ещё в аэропорту.

Он глядел на Ю Шулана и, продолжая разговор, сказал в трубку:

– Встретить? Не стоит, не утруждай себя.

– Завтра? – В голосе проступила лёгкая досада. – Не получится. Завтра семинар.

Его внимание рассеивалось. Взгляд скользил по губам Ю Шулана – таким притягательным.

А потом в глазах полыхнул холод. Эти губы… Лу Чжэнь ведь тоже их целовал.

Слово отказа уже почти сорвалось с языка, но он проглотил его. Вместо этого голос его стал обыденно мягким:

– Ладно. Послезавтра свободен. Пришли адрес, договоримся.

Связь прервалась. Ю Шулан закончил вызов и вернул телефон в карман Фань Сяо.

– Даже не спросишь, кто это? Ты совсем не следишь за своим парнем?

Ю Шулан усмехнулся и, продолжая идти, как бы между делом спросил:

– Ну и кто?

– Команда фармацевтов. Хотят, чтобы я вложился в их продукт. Вот и подмазываются.

– Интересно тебе?

– Нет. Но они уж слишком старательные. Отказать в обеде – это уж как-то некрасиво.

Ю Шулан кивнул:

– Логично.

Фань Сяо вдруг остановился и посмотрел на него:

– А твои… бывшие. Кто-нибудь из них встречал тебя в аэропорту?