Текст книги "Четырёхликий Будда"

Автор книги: Эрлан Су

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 72 страниц)

Лицо Фаня Сяо в этот момент будто потемнело, взгляд стал колким. Ю Шулан запнулся:

– …просто ты изначально был скверным.

– Скверным? – Фань Сяо повторил слово, будто пробуя его на вкус, и вдруг рассмеялся. Он опёрся локтями на колени, наклонился вперёд, плечи мелко вздрагивали от смеха.

– Директор Ю, вы прозорливы. Иногда я и сам думаю, что я скверный, – он приподнял взгляд. – Например сейчас я планирую… занять у уважаемого директора Ю единственный выходной за полмесяца и вытащить его прогуляться со мной, – небрежно добавил Фань Сяо, будто речь шла о какой-то мелочи.

Из-за необходимости как можно быстрее запустить производство настойки, проектная группа трудилась без перерыва больше двух недель. И теперь, когда запуск официально состоялся, был достигнут пусть промежуточный, но ощутимый результат. В награду всем дали выходной – всего один, но он казался почти роскошью.

– Прости, но… – начал было Ю Шулан, но не успел договорить.

Фань Сяо тут же его перебил:

– Кажется, кто-то тут всё ещё не поблагодарил меня.

Ю Шулан тихо цокнул языком и невольно нахмурился. Последнее время Лу Чжэнь вёл себя странно – если он сам не напишет, тот вообще не выходит на связь.

Раньше всё было иначе: Лу Чжэнь был внимательным, навязчиво тёплым, мог позвонить просто из-за чашки кофе. Сообщения – одно за другим. А теперь… Ю Шулан иногда просыпался после трёх дней в запарке и только тогда замечал, что от Лу Чжэня не было ни строчки.

Стоило позвонить – тот либо спал, либо был на работе. За последние две недели они толком и не разговаривали.

Ю Шулан винил себя – слишком много работы, слишком мало внимания. Чтобы хоть как-то это исправить, он заранее договорился: в выходной свозит Лу Чжэня в Диснейленд в Линчэне. Маленький жест, который должен был всё исправить.

Только Лу Чжэнь не выглядел особенно воодушевлённым. В трубке долго молчал, прежде чем нехотя согласиться.

Уже Лу Чжэня еле тянет… А тут ещё и Фань Сяо.

– Я знаю, что должен тебе, – Ю Шулан сел рядом, голос был мягким, примирительным. – Но у меня и правда завтра планы.

Мужчина рядом усмехнулся:

– С девушкой?

Ю Шулан затянулся сигаретой и выдохнул дым:

– С партнёром.

Фань Сяо кивнул, без тени иронии:

– Тогда не смею мешать. Позволю себе заранее пожелать вам… прекрасного отдыха, директор Ю.

Ю Шулан повернулся к нему. Когда Фань Сяо улыбался, всё лицо будто растворялось в этой теплой, искренней мягкости. Казалось, он и правда ни на что не намекает. Просто доброжелателен. Как солнце сквозь матовое стекло – приглушённое, но ощутимое.

Он покачал головой и тихо усмехнулся – над собой, над своей прежней мнительностью и склонностью к излишней чувствительности. Директор Ю всегда отвечал добром на добро. Слегка понизив голос, он пробормотал:

– Где ты откопал эту твою чудо-мазь? Нос вон, остался сухим.

Он неторопливо поднялся, опустив взгляд, и спросил:

– У тебя дальше по плану что-то есть? Если нет – пойдём вместе, купим тебе нормальный крем.

На лице Фань Сяо отразилось искреннее удовольствие. Он тоже встал, с ленцой набросил руку на плечо Ю Шулана и, протянув слова с напускным разгильдяйством, заявил:

– Не могу поверить… Директор Ю всё-таки заботится обо мне.

Пальцы Ю Шулана чуть дёрнулись. Он на долю секунды задумался… но всё же не убрал руку с плеча.

***

В торговом центре Фань Сяо отошёл в сторону и прислонился к колонне, набирая чей-то номер.

Чуть поодаль Ю Шулан стоял у стойки, выслушивая объяснения консультантки. Его лицо было спокойным, голос – вежливым, движения – сдержанными. Он терпеливо сносил всё раздражение от обилия баночек и банальных слов.

Фань Сяо наблюдал за ним, с едва заметной улыбкой на губах. Но в глазах улыбки не было.

Звонок был принят почти сразу. На другом конце – слегка удивлённый, но радостный голос:

– Господин Фань? Вы мне звоните?

– А что, – голос Фань Сяо был лёгким, почти шутливым, – я теперь имею право только писать, а звонить – уже нет?

– Нет-нет, конечно, можете. Просто… вы ведь всегда заняты, я и не ожидал…

– Какая бы ни была занятость, разве можно забыть про нашего Чжэнь-чжэня? – Фань Сяо продолжал смотреть в сторону Ю Шулана, улыбка играла на лице, как солнечный блик, – Завтра ты свободен, Чжэнь-чжэнь?

– Эм… господин Фань, вы хотели что-то обсудить?

– Я в этом городе уже давно, а вот по-настоящему так ничего и не посмотрел. Завтра, кажется, наконец смогу вырваться. Вот и подумал – не проведёшь ли для меня маленькую экскурсию?

– А… ну… – Лу Чжэнь замялся.

– Если не можешь, просто скажи. Ничего страшного.

– Нет-нет, могу! Время есть. Во сколько встретимся?

– Завтра, девять утра. У городской заповедной зоны.

Когда разговор закончился, Ю Шулан как раз выбрал крем. Он повернулся к Фань Сяо и протянул коробочку, даже не заметив, что тот только что с лёгкостью воткнул тонкую иглу в живую ткань чужой жизни.

Они вышли из торгового центра. Из-за внешности и роста оба сразу начали ловить на себе взгляды – кто-то украдкой оборачивался, кто-то доставал телефон. Но ни один из мужчин не обращал на это внимания.

Усевшись в машину, Ю Шулан только застегнул ремень, как зазвонил его телефон.

Салон был тихим, замкнутым, и голос в трубке легко рассек воздух:

– Шулан, я… мне только что сообщили. Завтра… агентство записало меня на съёмку.

Ю Шулан никогда не курил в машине. Но сейчас рука сама полезла в карман, пальцы нащупали сигарету. Он крутил её между пальцами, не зажигая. Голос его был ровным:

– Понял. Тогда я отменю бронь на отель и билеты. Перенесём на потом.

С момента, как Ю Шулан ответил на звонок, и до того, как положил трубку, прошло меньше тридцати секунд. Он прикусил сигарету и уставился в окно.

Фань Сяо завёл машину и медленно выехал с места.

– Кинули? – в голосе прозвучало сочувствие.

– У моего партнера появились дела.

– Тогда… может быть…

Ю Шулан повернулся. На лице его появилась лёгкая улыбка, а в глазах – смесь иронии и усталости:

– Можно. Куда хочешь завтра пойти – я с тобой.

– Городские угодья. Встречаемся в девять тридцать.

Фань Сяо улыбнулся краем губ.

Глава 19. Фань Сяо, заведи уже девушку.

Осень стояла ясная и прохладная, лёгкий ветерок, ни облачка – день выдался по-настоящему хорошим.

Лу Чжэнь был в ослепительно белом спортивном костюме, свежий, сияющий – будто только что сошёл с подиума.

– Доброе утро, господин Фань, – поприветствовал он Фань Сяо, который стоял у воды, наблюдая за рыбой. – Я… не слишком опоздал?

– Нет, – отозвался Фань Сяо, отводя взгляд. – Это я слишком рано пришёл.

Он перевёл взгляд на бумажный пакет в руках Лу Чжэня и, чуть улыбнувшись, спросил:

– Что принёс?

Лу Чжэнь чуть смутился:

– Немного еды. Сам готовил. В заповеднике довольно просторно – можно перекусить на привале, восстановить силы.

– Заботливо, – сказал Фань Сяо с вежливой, но отстранённой улыбкой и машинально поблагодарил.

– Тогда… пойдём?

Фань Сяо глянул на часы: 9:10. Ю Шулан должен быть с минуты на минуту.

Настоящая, едва заметная радость промелькнула в его глазах. Он достал сигареты, тряхнул пачкой:

– Закурю ещё одну. Внутри курить нельзя.

Ю Шулан всегда пунктуален. Если он с кем-то договаривался, то почти наверняка приезжал заранее. До девяти тридцати оставалось несколько минут – ровно одна сигарета.

На Фань Сяо был длинное белоснежное шерстяное пальто – и если бы забыть о гендере, то он с Лу Чжэнем в белом костюме смотрелись бы вполне как идеальная пара.

Он чиркнул спичкой, и даже этот жест был каким-то по-своему радостным. Зажал сигарету в зубах, и, выпуская первый дым, спросил:

– Чжэнь-чжэнь, как думаешь, если человек, с виду идеальный, вдруг окажется разоблачённым прилюдно… с тайной, которую он прятал до последнего – что он сделает?

– А? – Лу Чжэнь опешил, не сразу понял, к чему тот клонит. – Наверное… разозлится? Опозорится?

Фань Сяо тихо рассмеялся, цокнул языком:

– Вряд ли. Он же игрок. Даже если проглотит осколки собственных зубов – сделает это с улыбкой.

– Кто это, «он»? – спросил Лу Чжэнь.

Дым растворился в лёгком ветерке, оставив за собой терпкий шлейф. Ответа не последовало. Возникла пауза. Лу Чжэнь поёжился.

Солнце в этот осенний день было особенно ядрёным – ещё девяти не было, а оно уже палило по-летнему. У входа в туристическую зону не было ни укрытия, ни тени. Лу Чжэнь вытер лоб и, глядя на Фань Сяо, спросил:

– Вам не жарко, господин Фань?

Теперь, когда Фань Сяо больше не нужно было поддерживать маску «тёплого и доброго человека», он мог бы промолчать. Но настроение у него было неожиданно хорошее – и он всё же ответил:

– Жары не чувствую. Просто сухо слишком.

Свободную руку он сунул в карман пальто, и пальцы нащупали внутри маленькую круглую баночку крема.

Прохладный металл мгновенно будто щёлкнул тумблер в его голове, как будто кто-то резко открыл шлюз. Мысли – неправильные, неуместные – хлынули в сознание.

Тепло чужих пальцев на лице. Сосредоточенность, с которой он выбирал крем в торговом центре. Усмешка на губах, когда говорил «заткнись». Жадное желание в тесной машине. И то самое, едва слышное «Фань Сяо» – только когда его прижмут по-настоящему.

С сегодняшнего дня всё это исчезнет.

Ю Шулан, скорее всего, отдалится. Начнёт выстраивать границы. Снова станет вежливым, сдержанным. Перестанет позволять ему ерунду, больше не полезет в его карман за сигаретами. Не позволит обнимать себя по-братски, будто между ними никогда не было иного напряжения.

И что с того? Всего-то и делов…

Он поднял голову и вгляделся в даль.

У входа в заповедник машины медленно ползли вперёд. Фань Сяо сжал зубами сигарету, не заметив, как она догорела – пепел еле держался.

9:15. Ровно по графику он увидел, как машина Ю Шулана сворачивает с шоссе на парковочную аллею.

Фань Сяо отвёл взгляд, затянулся – и только тогда заметил, что в пальцах осталась лишь короткий окурок.

Сто метров. Он бросил окурок, роскошные туфли с хрустом раздавили его об асфальт.

Восемьдесят – достал коробок спичек, начал вертеть между пальцами.

Пятьдесят – коснулся пальцами амулета Будды у себя на груди, чуть провёл по нему.

Тридцать – неожиданно усмехнулся, тихо, почти издевательски над собой. Потом резко повернулся к Лу Чжэню и повёл его в сторону обочины.

Прямо перед ними остановилось такси – пассажир только что вышел, счётчик ещё не включился.

Фань Сяо буквально втиснул Лу Чжэня в салон. И, звуча одновременно виновато и нетерпеливо, сказал:

– Извини, Чжэнь-чжэнь. Вспомнил срочное дело – надо вернуться в офис. Сегодня не получится прогуляться. Я всё компенсирую. Обязательно.

Он захлопнул дверцу, дважды хлопнул ладонью по крыше:

– Поехали.

Лу Чжэнь ничего не понял. Сидел с растерянным лицом, высунувшись в окно, держа в руке пакет с едой:

– А это?.. Что с этим?

Глаза Фаня Сяо оживились. Он забрал у него пакет и улыбнулся:

– Спасибо. Наслажусь по полной.

Такси мигнуло поворотником, свернуло на проезжую часть и медленно покатилось вперёд.

Выхлоп ещё не рассеялся, как на освободившееся место плавно въехала белая Audi. Окно медленно опустилось, Ю Шулан, склонив голову, посмотрел на стоявшего у обочины Фань Сяо.

– Я опоздал? – с лёгкой усмешкой спросил он.

Фань Сяо наклонился, опершись о край окна:

– Нет. Это я пришёл слишком рано.

Он открыл дверцу и устроился на переднем пассажирском сиденье, указал вперёд:

– Парковка вон там, метров тридцать.

Ю Шулан завёл двигатель, повернул руль влево:

– Видел, ты с кем-то разговаривал в такси?

Фань Сяо провёл языком по зубам, ответил таким же лёгким тоном:

– Старик дорогу спрашивал. Я посадил его в такси, чтобы нормально доехал.

Ю Шулан продолжал смотреть перед собой, на губах – лёгкая, почти ласковая улыбка:

– Забавно. Сам заплутавший указывает другим путь?

– Потому и на такси отправил, – легко парировал Фань Сяо.

В салоне повисла спокойная, непринуждённая атмосфера. Ю Шулан чуть вскинул подбородок:

– А что у тебя в руках?

Фань Сяо приподнял брови, потом опустил взгляд – и вместе с ним спрятал вежливо-хищный блеск в глазах. Ответил спокойно:

– Еда. Говорят, тут местность большая – если устанем, перекусим.

Ю Шулан бросил на него короткий взгляд:

– Ты сам приготовил?

Фань Сяо тут же постучал по приборной панели, виртуозно сменив тему:

– Вон свободное место.

Они припарковались и вместе вошли в городской экопарк.

Поскольку пришли рано, людей в парке было немного. Камыши тихо колыхались, река мерцала лёгкой рябью. Осень уже вступила в свои права: трава и деревья начали желтеть, но в этом угасающем великолепии было особое очарование – хрупкое, упрямое. Порыв ветра – и пух тростника взвивался в воздух, превращая всё вокруг в блеклую, но завораживающую акварель.

Они брели по длинному деревянному настилу, что тянулся сквозь весь заповедник, останавливаясь там, где вид открывался особенно красивый. Прислонялись к перилам, позволяя себе лениво ничего не делать.

Фань Сяо ловил взгляды прохожих – и не только из-за своей внешности: высокий, эффектный, уверенный. Его тёплое шерстяное пальто смотрелось здесь так же неуместно, как вечерний костюм на пляже.

Но рядом идущий мужчина не удостоил его ни единым взглядом.

Ю Шулан был спокоен. На нём был простой серый свитер, который, несмотря на свою обыденность, подчёркивал бледную, почти фарфоровую кожу. Он молча смотрел на людей вокруг, прислонясь к перилам. Улыбка на его лице была едва заметной, но в ней чувствовалась настоящая расслабленность.

– На что смотришь? – спросил его Фань Сяо.

Простой вопрос, а Ю Шулан словно задумался. Только спустя несколько секунд ответил:

– Они… все такие радостные.

– Они радуются, и ты радуешься? – Фань Сяо слегка наклонил голову. – Вот оно как. Оказывается, начальник Ю такой… гуманист.

Ю Шулан цокнул языком и улыбнулся в ответ:

– Фань Сяо, ты всегда всё переворачиваешь.

Он снова взглянул на проходящих мимо людей:

– Я не настолько великодушен. Но когда рядом кто-то искренне радуется, это… передаётся. Разве у тебя не так же?

– Рядом? – Фань Сяо сделал шаг ближе, почти прижался. – Тот, кто рядом с тобой – это я.

Он наклонился к Ю Шулану чуть ближе, почти шепча:

– Как думаешь, я сейчас… испытываю эту самую “искреннюю радость”?

Ю Шулан протянул руку и мягко оттолкнул его лицо, ставшее слишком близким:

– Радость – не знаю. Но вот что ты не искренний – это точно.

Фань Сяо запнулся. Вороватому всегда неловко, когда его поймали.

Ю Шулан глянул на него искоса:

– Что, попал в точку?

Оправившись, Фань Сяо лениво обвил его плечи рукой. Он чувствовал, как под ладонью напряглись мышцы – тело Ю Шулана отреагировало быстрее, чем разум.

– Ну да, у нас же директор Ю – самый проницательный, – сказал он с усмешкой.

На солнце можно было разглядеть каждую тончайшую ворсинку на ухе Ю Шулана. Когда его дыхание коснулось кожи, ушная раковина быстро окрасилась в розовый. Почти незаметно.

Мило, – отметил про себя Фань Сяо.

Он стал тереться об него, как избалованный кот. Почти физически, нагло, навязчиво – всё это на фоне мостика, по которому гуляли прохожие. И всё бы ничего, но Ю Шулан уже не мог держать лицо. В какой-то момент он резко стряхнул его руку.

– Жарко. Отойди.

Фань Сяо не обиделся. Наоборот, глядя, как Ю Шулан отводит глаза, наконец почувствовал ту самую искреннюю радость.

– Раз так, пойдём к воде. Может, найдём тенёк.

У берега росли ясени – стройные, крепкие деревья, даже осенью не утратившие листвы. Они отбрасывали не слишком плотную, но заметную тень.

Скамеек не было. Фань Сяо собрался сесть прямо на траву, но Ю Шулан цокнул языком и, не глядя, обратился к проходящей мимо паре:

– У вас не найдётся пакета?

Получив пластик, он аккуратно развернул его на земле – только тогда кивнул:

– Теперь можно. Садись.

Он скользнул взглядом по ослепительно белому пальто Фань Сяо и лениво бросил:

– Только сидеть. Ложиться – запрещаю.

Сказал – и в тот же миг вытянулся на траве сам, выгнув спину, расправив плечи. Упал в тень, как будто именно её и ждал весь день.