Текст книги ""Фантастика 2026-114". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Екатерина Скибинских

Глава 37

Сайрен:

В нужный нам коридор мы ворвались слаженной боевой командой. Мгновенно оценив силы противника в виде одного лича и около десятка оживленцев, как нам и донесли наши разведсквозняки, мы тут же ринулись в бой.

Как договорились заранее, рэсс Валентайн взял на себя скелетошек, мы же с Аррисом набросились на некрохрень, оказавшуюся именно той самой, что охраняла наш лагерь! Тут уже было дело принципа завалить его именно нам двоим, пока Саяра с целителем мирно ожидали, когда мы им расчистим путь…

Ладно-ладно, погорячился и выдал желаемое за действительное – парень этот непонятный расправлялся с оживленцами, довольно сноровисто используя ножку от стула, решив поберечь свою магию, а Саяра крушила оставшихся противников чем-то убойным. Я краем уха лишь услышал заклинание для создания костной муки, боюсь представить, что она использовала еще.

– Ну что, скотина, готов увидеть, чему студенты научились? – мстительно прошипел Аррис, оттачивая на ходячей сдохлятине свои боевые навыки. – Доволен? А так? И еще!

Я от него не отставал, пытаясь наконец-то завалить эту падаль, к которой у нас конкретно личные счеты. Правда, обошелся без комментирования своих действий, берег дыхание.

Неприятным сюрпризом стало, что личу оказалась подвластна кое-какая магия, которую он тут же попытался использовать против нас. То ли создатель наделил, то ли артефакт какой, то ли… Гадство, тема «Исчезнувшие виды нежити» была у нас еще на втором курсе, да и я особо не уделял ей внимания: как бы исчезли – и слава всему святому. Может, что-то и упустил. Тем не менее это всего лишь очередной ходячий труп, в меру заторможенный по сравнению с живыми опытными боевиками.

Правда, что отрубленная конечность так же уверенно поползет ко мне и схватит за ногу, я ожидал меньше всего. Зато узнал еще одно отличие лича от оживленца: их части тел сохраняют некроэнергию и после отсечения. И, судя по тому, что тело продолжило пускать в нас какую-то зеленую магическую дрянь после того, как ему размозжили череп ледяной кувалдой, повреждение мозга для тварей также не являлось критическим.

Только против ледяных лезвий мало какая нежить устоит, будь она трижды вымершей и доисторической! И мы с Аррисом с удовольствием покрошили остатки лича как можно мельче, чтобы оно даже ползать не могло!

В какой-то момент я, поддавшись азарту, даже использовал одно из кулинарных заклинаний Саяры, выученных в свое время на паре, и порубил некоторые части тела лича на мелкие аккуратные кубики со стороной не больше двух сантиметров. В жаркое, конечно, не пойдет, но все же.

Даже невольно оглянулся, чтобы проверить, оценила ли она. Но увы. В коридоре оставались лишь мы с Аррисом, добивающие то, что осталось от лича. Валентайн и этот, как его там, уже вломились в кабинет сероземной скотины и обшаривали там все, а Саяра курировала поиски. Угу, ожидаемо. Ну да ладно.

– Давай совместно заклинание ледяной корки, – бросил отрывисто Аррис, озабоченно оглядывая месиво, оставшееся от лича.

Я удивленно приподнял бровь, не понимая, зачем в принципе использовать заморозку, да еще и двойную. То есть да, что отрубленная кисть в состоянии поползти, можно было догадаться. Но этот фарш? Ну серьезно, за счет чего он может двигаться и что сделать?

Тем не менее спорить или даже высказывать свои сомнения не стал, усвоив главное правило боевиков еще на первых курсах: получив на поле боя указание более опытного мага, пусть самое дурацкое, сначала делаешь, потом спрашиваешь зачем. Твое секундное промедление может стоить кому-то жизни.

Но Аррис сам ответил на невысказанный вопрос, когда куча фарша напоминала уже едва ли не сплошную глыбу льда.

– Перестраховка. Недаром пять веков назад личи считались высшей нежитью, – хмуро пояснил он, кривя губы. И пусть произнес он это со своей привычной уверенностью, я его знал не первый год и уловил, что крылось за этими словами.

– Кто-то не столь прилежно учился на первых курсах и прозевал тему «Исчезнувшие виды нежити»? – съехидничал я и самодовольно ухмыльнулся, когда Аррис скорчил гримасу, совсем как в детстве.

Вместо ответа он подошел к решетчатой двери временного пристанища преподавателей, нежданно обретших иную ипостась. И больше всех этим возмущался тушканчик, прижавшийся к прутьям и голосивший во все горло, пока остальные его товарищи то пытались забиться по углам, то куда-то карабкались, а парочка шаталась, как пьяные, посреди комнаты. Сонное заклинание понемногу начинало действовать, но конкретно этот преподаватель, похоже, держался за счет переполнявших его эмоций.

– Рэсс ай’Тассард, ну право слово, не навсегда же. Вызволим вас всех и вернем вам облик, – скривился Аррис после особо громкого писка.

– Ты их различаешь, что ли? – опешил я, пытаясь отличить одного тушканчика от точно такого же другого. Не говоря уж о том, что пищали они все как… ну как тушканчики и пищали. Определить, что именно этим писком выражают, в любом случае нереально. Кроме эмоций, естественно.

– Ну, конкретно этот во всех ипостасях самый крикливый и психованный, я как-то с ним в рейд ходил… – проворчал Аррис едва слышно, но тушканчик все равно услышал и разразился уже новой возмущенной трелью.

– Да не хотел я вас обидеть, и, клянусь, идея с порошком вообще не мне принадлежала, имейте терпение!

Оставив Арриса в коридоре разбираться с обидчивым преподавателем, я обвел глазами сам кабинет, намереваясь вдоволь насладиться видом супостата в тушканьем виде. Но, судя по озабоченным лицам Саяры и целителя, что-то шло не по плану.

– Он же мелкий, забиться мог в какую-то щель… – досадливо поморщился Валентайн, перехватив мой взгляд.

– По крайней мере, в коридор точно не выбегал, – согласно кивнул я, чувствуя, как меня обдало морозом от нехорошего предчувствия. Если этой скотины в кабинете нет, то и порошок на него не подействовал. А значит, мы его использовали зря! И где-то бродит абсолютно невредимая сероземная гнида, которой подчиняется вся нежитью.

Я в коридоре постою, прослежу, чтобы никто не подкрался незамеченным, заодно запущу разведсквозняки, – пробормотал я, оценив, что в кабинете от меня помощи все равно не очень много. Там и так уже трое человек все переворачивали вверх дном.

Хорошая мысль, – отстранённо кивнула Саяра, даже не взглянув в мою сторону.

Но запоздалая, я уже запустил, – падал я голос Ариса у меня за спиной. – Нежить пока далеко, но те же личи всего лишь этажом ниже и скоро могут заглянуть к нам на огонёк. А вот мразоты, затащившей нас сюда, нигде нет. Либо его в принципе не было на момент активации порошка, либо…

Глава 38

Сара:

Я краем глаза следила за тем, как мужчины переворачивают вверх дном покои супостата, а сама между тем размышляла. Если мы ошиблись и падлюки не было дома, он вернется, и… ничего хорошего. Неужели везение кончилось?

Нет, не будем отчаиваться. Может, просто зверек забился под какой-нибудь диван и теперь изображает мышь в обмороке. Найдем.

Я уже внимательнее принялась осматриваться по сторонам. Потом перевела взгляд на клетку с остальными тушканчиками. Благо решетка на бывшей тюрьме для преподавателей была не как в темнице – из редких толстых прутьев, а скорее похожа на мелкую ажурную сетку. Грызуны больше не метались по полу, как обезумевшие мухи под фонарем, а забились по углам и сонно шевелили носами. А потом падали лапками кверху. Усыпляющее заклинание, прицепленное Арэном к порошку, начало действовать. Кажется, эффект оказался немного сильнее, чем мы с девочками рассчитывали, – сознание в этом облике не совсем трезвое, скорее спутанное, как минимум в первый момент, а потом еще на него глушилка от целителя наложилась, вот зверюшки и поплыли.

Машинально я пересчитала живность. Семь хвостов, ага. В сумку поместятся, а через двенадцать часов действие порошка закончится, пойдут своими ногами. Думаю, претензий от настрадавшихся преподавателей я не услышу – они тут с самого начала с детьми и наверняка намучились. Хорошо, никто не потерялся, я точно знаю, что пропало семь человек преподавателей и сопровождающих.

Стоп. Сто-о-оп…

– Отбой поискам. Я знаю, где эта сволочь. – Деловито кромсая сдернутые с окон шторы на широкие ленты бинтов, я хищно улыбнулась. – Сай, бери воздушной петлей по одному и тащи сюда, будем пеленать и проверять.

– Ты думаешь, он там?! – моментально понял Арэн, присаживаясь рядом.

– Пропавших преподавателей семь человек. За решеткой семь тушканчиков.

– М-м-м?

Я хмыкнула и кивнула на появившегося в дверях Стрелу:

– Один из этих семи здесь. Значит, кое-кто лишний там.

Парни переглянулись, и в их глазах медленно загорелся огонек кровожадного интереса. Так, кажется, тушканчиков ждет тщательный досмотр и вдумчивый допрос. Когда проснутся.

– Вы только остальных преподавателей не передушите от усердия, – посоветовала я, ловко пеленая зверьков одного за другим и выкладывая рядком вдоль решетки. И на всякий случай отпихнула особо заинтересованного Арриса. Кажется, тому очень уж хотелось припомнить нашему «гостеприимному» хозяину и замеченные мной веснушки на Аррисовой заднице, и стойку на коленях у столба, и прочие приятные мелочи.

– И как же мы вычислим гада? – скептически поджал губы Сайрен, а Арэн так выразительно размял длинные изящные пальцы, что я поспешила отогнать подальше и этих двоих – от греха.

– Я нашел нашу одежду. – В дверях появился Валентайн с аккуратно свернутым тряпичным тюком. – И вашу сумку, Саяра.

Он протянул мне найденное имущество и вдруг на крошечную секунду улыбнулся уголком рта… У меня неожиданно заломило в висках – острое чувство чего-то знакомого накрыло с головой. Но еще через миг это наваждение исчезло, как его и не было.

– О-о-о-о! – Тушканчики и личевладелец на несколько минут оказались забыты. Я кинулась к своей сумке, как к давно потерянному родственнику, ну а парни радостно воссоединились со своими штанами и прочей обувью. Зеркальные одеялки они аккуратно сложили и сдали мне. Я как раз закончила ревизию собственных пожитков и удовлетворенно вздохнула: живем.

А потом кое-что заметила и вдруг поймала за хвост одну интересную мысль. Снова полезла в счастливо обретенную сумку, пощупала застежку. Прищурилась… и ловко цапнула за шкирку одного из уже спеленутых зверьков.

– Ага! Ну что, могу вас обрадовать: злодей найден. Вот он, ирод! – И я торжествующе потрясла сонного тушканчика.

– Как вы узнали?

– В сумку ко мне полез, нехороший человек. А она чужих не любит.

– Кусается? – пошутил Сай и тут же вылупил глаза, когда я невозмутимо кивнула. – Правда?! Хочу такую же!

– Палец она ему отхватила начисто, – вздохнула я, с отвращением вытряхивая из подпространства «трофей». – А у этого конкретного грызуна на лапе недостача.

– Ну что же, – предложил Валентайн после того, как невинные тушканчики были аккуратно упакованы в один из карманов моей сумки, а вражий враг превращен в плотный кокон и запечатан отдельно, – если главная проблема решена, стоит разобраться с оставшейся нечистью. Там у запертой двери их уже целая толпа собралась, во главе с оставшимися личами. Со всей округи сбежались. Но поскольку команд не получают, особо в двери не ломятся. Стоят и ждут.

– Ну и славно, самое время прихлопнуть всю дрянь одним ударом, – потер руки Стрела, повернувшись к племяннику и его декану. – Парни, соорудим на троих? Вам, рэсс целитель, не предлагаю, у вас ориентация… неподходящая.

– Мне есть чем заняться, – сухо отрезал Арэн, который добрался до письменного стола, стоявшего в той же комнате, что была разделена решеткой на тюрьму и, судя по всему, лабораторию. – Мелочи оставляю тем, у кого, кроме грубой силы, ничего нет.

– Спорим, не подеретесь? – съехидничала я, на корню гася конфликт. Взрослые люди, здоровенные мужики, вокруг северный пушной зверек со спецэффектами, а они туда же. – Арэн, некогда рассматривать каждую запись, складывайте все сюда, – с этими словами я расстегнула молнию, пришитую вдоль донышка моей сумки, и расправила скрытое под ней дополнительное пространство. У меня в молодости на Земле такая сумка с молнией на дне была, вроде дамская, а расстегнешь – и верблюда с Привоза домой принести можно, не то что пять кило болгарского перца и ведро синеньких. И это без магии. А здесь-то моя хозяйственная одесская душенька оторвалась по полной: стадо верблюдов при желании упакую.

Целитель покосился на меня непонятно, но послушно начал складывать гадскую документацию аккуратными стопками и передавать мне для дальнейшего контейнирования.

– Да как тебя убить, мать твою так?! – донёсся удивленный растерянный возглас из двери, куда устремились наши боевики. И вот это мне совсем не понравилось, особенно в купе с раздавшимся угрожающим рычанием и холодком, пробежавшим по моей спине…

Глава 39

Сайрен:

Единственное, что меня сейчас радовало в данной ситуации, это что одна неугомонная бытовичка занята делом и не лезет в бой.

Вот только, открыв дверь, собираясь ворваться в толпу нежити, рассредоточившейся по всему коридору, мы с Аррисом на несколько мгновений удивленно замерли, дружно уткнувшись взглядами в абсолютно невредимого лича, изрубленного нами в состояние фарша совсем недавно. Кажется, теперь я понимаю, почему их несколько столетий назад так опасались…

– А вы думали, что, мелко изрубив его, уничтожите? Это лич, а не оживленцы, неучи! – рявкнул Валентайн, выдергивая нас из кратковременного ступора, и первым бросился в толпу нежити, осыпая ее убойными заклинаниями из своего арсенала.

Пять, мать их так, личей! Да твою ж..!

Следующие несколько секунд, минут, час?.. совершенно смазались для восприятия. Понятие времени как-то утратило смысл, пока мы усиленно пытались выжить сами, не пустить тварей к Саяре и целителю и наконец-то покончить со всей этой некропакостью.

Немало помогали сухие команды нашего декана, взявшего на себя сразу двух личей и каким-то чудом сумевшего на некоторое время обезвредить третьего. Для этого ему пришлось спустить едва ли не четверть резерва, заковав противника в ледяной панцирь, от которого тот хоть и избавлялся, но фора в десять-пятнадцать минут у нас имелась.

Мы с Аррисом в первый раз одолели лича вдвоем, сейчас по личу на каждого – наш потолок. Рэсс Валентайн справится с двумя, но еще и третий… Я, конечно, верил в его мощь и непобедимость как моего наставника, но лучше не испытывать судьбу. Да и не стоило забывать о банальных оживленцах, которых по касательной, мимоходом, приходилось как-то умудряться размазать между нападениями личей.

Тело действовало на рефлексах, уклоняясь от ударов и нанося свои, пока мозг просчитывал, какое заклинание в какой момент использовать целесообразнее, сколько маны стоит задействовать, сколько осталось и сколько необходимо оставить в резерве. Меня переполнял азарт, все внутри пело, отдаваясь бою сполна. Удар, еще, уклон, смена заклинания, серия сразу с двух рук, еще уворот… Готов!

Ставший уже привычным фоновый шум в виде глухих взрывов, свиста воздушных лезвий, завывания нежити, азартных воплей увлекшегося Арриса и четких отрывистых ценных советов по убиению личей рэсса Валентайна в какой-то момент стих. Щелчком пальцев отправив в полет ошметок лича с плеча, я огляделся, оценивая устроенный погром. Да уж, развлеклись что надо.

– Что теперь? – Аррис брезгливо отодвинул носком сапога горку искромсанного практически в фарш лича… или двух. В таком виде хрен поймешь, что это и сколько его там. – Оставим так – оно снова соберется воедино и отправится за нами?

– Разумеется. Или думаешь, лежать будет, тебя дожидаться? Как ты вообще умудрился с таким пробелом в знаниях получить диплом нашей академии? – холодновато спросил рэсс Валентайн, распекая Арриса, напомнив мне разгоны, которые он устраивал нашей группе после каждого практического занятия.

– Быть одним из лучших рейнджеров и выживать в Серых землях мне это не мешало, – кисло отозвался Аррис, но это лишь заставило декана слегка приподнять правую бровь и едва заметно усмехнуться. Уй, дело плохо. На экзамене такое выражение лица означает верный неуд.

– Так как их все-таки уничтожить так, чтобы не встали? За счет чего-то же они восстанавливаются, – подал я голос, отвлекая. И тут же, пока не переключились на меня, вспомнив, что я-то еще академию не закончил, а пробел в знаниях точно такой же, продолжил: – Артефакт, от которого они подпитывались в лагере! Что-то подобное, да?

Рэсс Валентайн смерил меня страдальческим взглядом, будто тяжелобольного, у которого шансов на поправку нет. Но все же ответил уже спокойнее.

– Тот артефакт нес конкретную функцию подпитки и мешал студентам покинуть лагерь, потому пришлось забрать его с собой. А личи восстанавливаются за счет филактерии, – пояснил он, но, не увидев на наших лицах желаемого эффекта, тяжело вздохнул. – Ее еще называют «сосуд жизни» – это любой предмет, в который помещается душа лича. Вот пока она существует, лич обладает ретроактивным бессмертием – восстановление тела начинается лишь после фактической смерти. В нашем случае после того, как искромсали в фарш. Пройдет некоторое время, и они снова соберутся воедино.

– Хреновые новости. И где нам искать эти филактерии? Судя по первому убитому, счет идет на минуты, – выразил общую мысль Аррис.

– Вероятнее всего, в кабинете хозяина этого места, – пожал плечами рэсс Валентайн.

– Зачистка местности проведена! – первым делом сообщил я, вернувшись к Саяре и целителю.

– Но не полная и временная, – добавил Аррис.

– Шикарно. Еще хорошие новости будут? – поморщилась Саяра, отвлекшись от укладывания в свою безразмерную сумочку содержимого всех ящиков письменного стола и полок в двух шкафах. Правда, брали они только записи, поскольку хрен его знает, что у личевладельца в пробирках, мешочках и ящичках для артефактов. Может, и ценное, но вдруг рванет?

Аррис в двух словах описал суть проблемы, пока рэсс Валентайн уже обыскивал как раз те самые подозрительные артефакты.

– А смерть моя, Иванушка, в яйце… – пробормотала Саяра себе под нос непонятную фразу. Но прежде, чем я переспросил, что она имеет в виду, ее лицо вдруг просияло. – Слушайте, так эта хрень должна же источать какие-то эманации, я права? – И, дождавшись нашего кивка, продолжила: – А в том самом лагере как раз занимались тем, чтобы обучить студентов всей этой некроерунде. По факту, если Сай с Аррисом постараются, они смогут прочувствовать фон и смогут определить местонахождение этих филактерий.

Мы переглянулись с дядей с одинаково скептическим выражением лица. Во-первых, меньше всего хотелось обращаться к той противоестественной магии, от которой буквально выворачивало наизнанку, а во рту селился стойкий привкус тухлятины. Во-вторых, нас хоть и гоняли в том «лагере», заставляя зубрить все как можно усерднее, практических занятий была всего пара штук от лича, основные, так понимаю, этот четырехпалый и должен был проводить, объясняя нагляднее – что, как и куда. А в-третьих…

А в-третьих, послышались едва уловимый шорох из коридора и сдавленное ругательство стоявшего рядом Валентайна, ясно давшие понять, что тут не до раздумий. И, не сговариваясь, мы с Аррисом потянулись к той дряни, что невольно все же засела на подкорке.

В первые несколько секунд я вообще ничего не чувствовал, кроме трупной вони, исходившей, казалось, от меня, хоть я и понимал, что это внутреннее ощущение и на самом деле этого запаха нет и никто, кроме меня, его и не чует. А в следующий миг меня едва не вывернуло, когда это ощущение лишь усилилось, будто справа от меня находится нечто склизкое, давно прогнившее, усеянное мерзкими шевелящимися личинками, но все еще живое и… злое.

Открыв глаза, не сдержавшись, я закашлялся, чувствуя, как невольно проступили слезы, пытаясь отдышаться, но все же вытянул руку в сторону одной из крайних полок шкафа.

– Там… кха-кха… эта мерзость… – выдавил я, не в силах сбросить с себя ощущение, что и сам весь в этих личинках и гнили.

– А я не смог толком прочувствовать… Только что оно где-то тут, в кабинете. Видать, не врала эта гнида, «молодые потоки» и все такое в самом деле имеют значение, – протянул Аррис, бросив на меня уважительный взгляд.

– Так понимаю, это оно. Фиалы выглядят достаточно старыми, чтобы им могло быть несколько веков, и если не ошибаюсь, то они из аккендиила, – вскоре отозвался целитель, извлекая несколько небольших сосудов как из-под зелий, но из самого дорогого материала в нашем мире. – Именно он имеет наивысшую магическую проводимость, но вместе с тем данные сосуды магически не прощупываются. Валентайн, как их уничтожить? Нужен какой-то особый ритуал или?..

– Зачем усложнять? – перебил его наш декан. – Давай их сюда.

Невольная мысль, что не только мы тут с Аррисом неучи в плане личей, померкла от осознания, что я меряюсь на целителя, никогда и не учившегося в боевой академии. А в следующий миг стало не до того, когда рэсс Валентайн вдруг подбросил филактерии в воздух и просто расстрелял серией боевых заклинаний, превратив в пыль.

Одновременно с этим из коридора послышался жуткий вой, а затем характерный звук шлепающегося на пол сырого мяса… ну или фарша, если быть точнее. Саяра, выглянувшая в коридор, тут же вернулась, чуть бледнее обычного. Но быстро взяла себя в руки, так что я даже не уверен, не показалось ли мне.

– Личей больше нет. И из кабинета мы забрали все, что нам было нужно, – резюмировала она.

– Тогда уходим, – решил за всех рэсс Валентайн. – Это место я пока запечатаю. Позже вернемся с экспедицией и как следует все изучим.

– Только припасами бы разжиться, – снова влезла Саяра, выдав фразу в своем репертуаре. – Наверняка здесь есть кладовая. Вы, когда разведку проводили, ничего похожего не заметили?