Текст книги ""Фантастика 2026-114". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)"

Автор книги: Екатерина Скибинских

Глава 22

Сайрен:

– Тихо, потерпи, – онемевшими губами прошептал я в ухо Джастина. Друг сжал зубы и мучительно зашипел, пытаясь сдержать стон. Муравей на его плече щелкнул ненормально большими жвалами. Мутант сероземный, чтоб ему… Если бы у нас была наша магия, ни одна нежитеголовая тварь даже не приблизилась бы! Но магии нет, а злобных чудищ с садистскими наклонностями по десять штук на каждого. Скрутят, разденут, сделают что хотят, как ни сопротивляйся. За сопротивление еще и отдельно добавят.

Проклятущие насекомые жалили так, что в глазах темнело. Мы лежали голые и связанные возле муравейника уже несколько часов, и мне оставалось только надеяться, что наказание закончится, как нам и объявили – на закате.

Остальные парни и девчонки из нашей группы сидели и «работали над заданием» совсем рядом. Поначалу это доставляло мне особое неудобство – не очень мужественно, знаете ли, светить выпоротым голым задом на публику, да еще когда тебя распяли в таком виде на земле возле муравейника. Но через несколько часов мне стало все равно, тем более что никто и не думал смеяться или злорадствовать. Оно, конечно, и от их сочувствия было кисло… Ладно. За прошедшее время на моем месте так или иначе побывал каждый из парней. Хорошо, девчонок пока не тронули…

Радовало одно. Кажется, в этот раз у нас получилось. Нас наказали за украденное масло и то, что мы «пытались бежать», вместо того чтобы послушно выполнять «задание» лича. Эта дохлая морда даже в голову свою пустую не взяла, что мы не пытались сбежать и масло воровали не для того, чтобы сожрать по дороге. Мертвый садист вообще, по-моему, сдох слишком давно и плохо помнил, как там у живых людей все устроено с физиологией и мотивацией поступков. А про остальную живую природу вообще понятия не имел.

Шанс слабенький… но он есть. Благодаря одной слишком умной девчонке, заставившей нас задуматься над глупыми, как нам тогда казалось, вещами. Кто бы мог знать, как скоро пригодятся те глупости? Только бы… только бы они догадались хоть примерно, где нас искать!

По крайней мере, мы сделали все, чтобы оставить хоть какой-то след, несколько дней продумывая, что можно сделать за от силы пятнадцать минут. Иллюзий мы не питали: сбежать невероятно сложно, а остаться непойманными просто нереально. Не с теми, кто может выследить нас просто по запаху и способен передвигаться с нереальной скоростью, используя подчиняющихся им сероземных тварей. У нас могла быть лишь одна попытка и всего несколько минут на реализацию задуманного.

По некоторым признакам мы с ребятами уже намозговали, что нас держат в плену вовсе не в той аномалии, в которую мы влипли изначально. Местность другая – раз, нас тут, в лагере, огороженном колючими нежитевидными кустами, много. И все из разных групп – два.

Времени и возможности пообщаться с собратьями по несчастью почти не было. Но мы все равно пытались, несколько раз нарвавшись на «наказание». Дурацкий лич, который руководил командой загонщиков, а потом и надсмотрщиков, не нуждался ни во сне, ни в еде. А потому мог бдить круглые сутки, подлюка. Одна радость – раз в трое суток ему требовалась подзарядка от некроартефакта, и эти три часа были единственным временем, когда и остальная нежить ослабляла контроль за пленниками.

Мозги пришлось включать на полную мощность. Уж больно пугали неясные перспективы – зачем нас вообще поймали и держат здесь? С какого перебеса заставляют учить странные заклинания, практического применения которых не требуют? Да мне и представить странно, как такую чушь можно магичить вживую. А ведь если не учить – наказывают, как… как… неприятно, короче. И очень унизительно. Вот как сейчас.

Зачем берут кровь из вены каждый день? И чем все это кончится в конце концов? Не жертвенным ли камнем?

Короче, так себе будущее. И мы изо всех сил пытались от него отвертеться. По обрывкам разговоров охранников можно было бы сделать выводы о том, кто нас похитил и с какой целью… Если бы они были живыми. Но надсмотрщики могли часами стоять на одном месте, не шевелясь, уставившись мертвым взглядом в одну точку, реагируя лишь на какое-то нарушение. Приказы, видимо, они получали сразу напрямую в мозг.

Так что нам оставались лишь догадки. Коротких разговоров шепотом все же хватило на то, чтобы сопоставить впечатления. Кто-то всем этим руководил, кто-то живой. И похоже, сфера его влияния распространялась далеко за группу личей. Холодок проходил в душе от мысли, что абсолютно вся нежить могла быть в его подчинении. Если это так – лишь вопрос времени, когда он пошлет ее всю на нашу империю.

Вслух это никто не проговаривал, но по взглядам ребят и так было понятно, что не меня единственного посещают такие мысли. А еще у нас отобрали не все вещи, и мы попробовали сориентироваться по карте, выдранной из учебника по географии. Начали делиться, кто где влип, Кларку пришло в голову отмечать эти места точками, мы попробовали, и…

Главное, один парень из Сарагона сказал, что знает о других группах, которые должны были уйти в рейд после него. Народу из них среди нас не было, но пара точек на карте все равно прибавилась. Аррис, слушавший наш бред молча, тоже ткнул еще в одно место на карте. Мы оценили результат… и нам дружно поплохело.

Характер окружающей среды безошибочно подсказывал, что самое абсурдное и страшное положение верно. Эта местность на карте располагалась точно по центру опрокинутого солнца в древней эмблеме захватчиков. Мы ее сами дорисовали поверх схемы из точек.

И испугались всерьез. А потом… потом вспомнили уроки Саяры.

Прекрасно понимали, чем это грозит. За любое малейшее нарушение заведенного тут порядка мигом следовала жестокая расплата. Но между тем, как бы это смешно ни звучало, эти сдохляки следили, чтобы мы оставались живыми и относительно здоровыми. По крайней мере кормили и следили за состоянием тех, кого подвергли наказанию.

Правда, я не ожидал, что вместо обычного часа-двух мы окажемся связанными на весь день. Кровь, выступившая из ран, приманила немало гадких насекомых. Хорошо еще, что они не ядовитые. Просто больно чертовски, когда кусают, а еще щиплет потом… но у нас уже была возможность убедиться, что этот странный и неприятный эффект от выделяемой насекомыми жидкости не вредит, а, наоборот, заживляет раны. В этот раз нас с Джастином высекли гораздо сильнее, чем кого-либо до этого. Из-за этого каждый укус яркой вспышкой боли прокатывался по всему телу, поначалу выбивая предательские слезы. Но ближе к вечеру то ли концентрация муравьиного сока в теле повысилась, затуманивая разум и притупляя боль, то ли удалось притерпеться.

Хоть бы не зря! Если нас с Джастином просто и без затей высекли кнутом и бросили у муравейника, как всегда, то о судьбе дяди Арриса, отвлекавшего надсмотрщиков, чтобы дать нам шанс улизнуть, пока ничего не было известно. Он был единственным из преподов, кого оставили с нами, остальных угнали в другое место сразу. Подозреваю, виной тому его возмутительно моложавая морда – если не присматриваться, можно принять за моего ровесника.

Из моего положения было ничего толком не рассмотреть, да и один из муравьев ужалил очень близко к веку, из-за чего правый глаз все-таки заплыл, превратившись в щелочку. М-да, на лице заживляющий эффект как-то не так работает… но вроде опухоль спадает довольно быстро.

Так вот, когда нас только притащили обратно в их лагерь, я успел окинуть беглым взглядом территорию: Арриса не было. В душе брезжила надежда, что он просто в другом лагере – для преподов – или для него придумали другое наказание, да хоть бы муравейник побольше вне пределов моей видимости!

А вот подсознание гаденько нашептывало, что недаром были похищены именно выпускники, другие им не нужны. Никто из преподавателей и сопровождавших некоторые группы опытных рейнджеров с нами не попал. Кроме Арриса, с которым в момент, когда все случилось, мы выясняли отношения, по-дружески, по-родственному, сцепившись в небольшой потасовке по поводу… в сочетании с его мордой сработало.

А впрочем, какая, на хрен, разница, из-за чего мы цапались? Сейчас это такие мелочи! Лишь бы был жив и здоров, а там я согласен даже просто спокойно постоять, пока он меня мутузит, отрабатывая навыки рукопашного боя… Гадство! Аррис, зараза такая, выживи, а?

Глава 23

Сайрен:

Раздавшиеся рядом шаги тяжелых ботинок заставили меня насторожиться. С трудом повернув затекшую шею, я скривился, увидев лича, смотревшего на нас с Джасом с исследовательским интересом в мертвых глазах. А впрочем, может, это просто отблеск закатного солнца отразился, какие могут быть эмоции у трупа? Или же от боли у меня совсем уже помутилось в голове.

Подчиняясь его знаку или мысленному приказу (импульсу?), несколько надсмотрщиков рывком поставили нас с Джастином на ноги, вырвав сдавленный стон из груди. Я не сдержал ругательства, когда веревки сняли и к затекшим конечностям прилила кровь. Стоять все еще удавалось с трудом, приходилось цепляться за ненавистных сдохляков. Джас же и вовсе выглядел совсем нехорошо, едва ли не теряя сознание. Как-то так получилось, что он лежал ближе к муравейнику и ему досталось больше укусов. К беспокойству за Арриса добавилось волнение за друга, слишком тяжело перенесшего это наказание. Я искренне надеялся, что муравьиный сок выводится из крови естественным путем и не имеет никаких последствий даже в случае передозировки. А то ведь любое лекарство может стать смертельным, если его ввести слишком много…

– Надеюсь, урок вы усвоили, – обронил лич пустым голосом. – Присоединяйтесь к остальным.

И отвернулся, собираясь уйти к своему обычному посту под дальним деревом. Надсмотрщики, убедившись, что мы с Джасом в состоянии стоять на ногах, бросили на землю нашу одежду и отступили. Джастин тут же чуть было не свалился, чудом сумев удержать равновесие, я едва успел придержать его.

Дайяна, не выдержав, бросилась к нему и, подобрав его одежду, подставила парню плечо. Следом за ней тут же подскочил Сиэн, помогая придержать его с другой стороны и отвести к остальным. Краем глаза я отметил, как кто-то дернулся уже в мою сторону. К счастью, надсмотрщики никак не отреагировали на это, видимо, имели соответствующий приказ по поводу помощи своим же после приведения наказания в исполнение.

Я же, успев снова пробежаться взглядом по всем нашим, напряженно отслеживающим каждое наше движение и слово, практически с отчаянием осознал, что Арриса среди них нет. И, судя по тревоге и страху во взглядах, с момента нашего побега и не было. Отмахнувшись от помощи подбежавшего ко мне Каспера, я шагнул вперед за личем.

– Что с Аррисом?

Один из сдохляков, не успевших отойти, грубо влепил мне затрещину за то, что заговорил без разрешения. Еще один предостерегающе ухватил за предплечье. От силы удара я невольно прикусил губу, по подбородку потекла теплая струйка крови. Но меня это не остановило, лишь раззадорило. Зло сплюнув кровь, я вывернулся из хватки сдохляка и, рванувшись вперед, успел дойти до лича и даже тронуть его за рукав прежде, чем меня схватили и скрутили уже так, что не дернуться, вырвав невольный вскрик из груди от боли в выпоротой спине и заднице.

– Где Аррис? Что вы с ним сделали? – упорствовал я, крикнув уже громче, сморгнув невольно выступившие слезы.

– Сай, остановись! Не надо, Сай! – донеслось испуганное негромкое со стороны наших, но я просто не мог молча отступить и тихо сидеть, ничего не зная о судьбе родного человека! Даже не попытавшись узнать!

Лич остановился и медленно обернулся, уставившись на меня ничего не выражающим взглядом. Я же получил еще несколько сильных затрещин и тычок под ребра. В глазах на миг потемнело от слишком сильного удара. Слабость после наказания еще давала о себе знать, да и боль никуда не делась, но я лишь стиснул зубы крепче, пережидая очередную вспышку, прострелившую тело.

– Студентам время учиться, – произнес лич отстраненно заученную фразу, которую мы слышали от него каждый день.

– Но Арриса здесь нет! Вы же не убиваете нас, мы вам нужны живыми! – задергался я в руках этих тварей, безуспешно пытаясь вырваться, во что бы то ни было намереваясь узнать о судьбе дяди.

– Он – не студент. Нарушителей ждет наказание, – прозвучало между тем безразличное в ответ.

И я совсем не удивился, когда после этой фразы меня потащили обратно ко вбитому посреди поляны столбу, к которому привязывали «нарушителей» для порки. Не сдерживая эмоций, разразился потоком брани, используя всевозможные ругательства, когда-либо услышанные мной. Я понимал, что повторная порка по свежим ранам надолго выведет меня из строя, но сейчас это волновало меньше всего.

– Да чтоб тебя, дохлая морда, скажи хотя бы, жив он или нет! – крикнул я, прибавив под конец словцо покрепче, уже особо ни на что не рассчитывая.

Но неожиданно в личе что-то неуловимо изменилось. От его изучающего взгляда стало немного не по себе, а надсмотрщики вдруг остановились, больше не пытаясь тащить меня к столбу, но и не ослабляя хватку.

– Хочешь увидеться со своим другом? Ты на него похож, – задумчиво произнес он, приблизившись.

Я же вдруг четко осознал, что именно изменилось. Взгляд, тон, давно высохшие прилипшие к деснам губы, изогнувшиеся в несвойственной личу усмешке… Эмоции, которые мертвая плоть не способна испытывать, сколько бы магии в нее ни влили. А вот тот, кто управляет всеми этими тварями, – вполне. И именно он сейчас смотрел на меня через глаза лича и использовал его речевой аппарат.

– Это может быть даже интересным… Одевайся, тебя проводят, – приказал он в итоге и, похоже, покинул пока тело лича. По крайней мере, тот снова застыл, уставившись в одну точку безразличным пустым взглядом, как и надсмотрщики рядом, бездействующие все то время, что я, с трудом сдерживая стоны, с шипением натягивал штаны и рубашку. Как только очередь дошла до обуви, лич снова отмер.

– Идем, хозяин ждет. Охранять, – кивнул он сдохлякам, окружавшим напряженных боевиков, с волнением наблюдавших за моими действиями. Лич тут же повернулся к моим друзьям и отдал команду уже им: – Учить!

И, не оглядываясь, пошел куда-то прочь с поляны, мимо некроартефакта. Два надсмотрщика подхватили меня с обеих сторон под руки и потащили следом. Пожалуй, произошло то, на что мы даже не надеялись: лич впервые и вовсе покинул поляну, оставив лишь сдохляков на охране. Но вот какую цену за это доведется заплатить уже мне, не говоря уж об Аррисе? Вот-вот мне предстоит это узнать, наконец-то воочию увидев того, кто затеял это все. Познакомиться с нынешним хозяином Серых земель…

Глава 24

– Это что, направление на аномалию? – озадаченно нахмурил лоб Дайрен, рассматривая шевелящуюся на стволе дерева черную метку. – Странно…

Я первым делом бросила взгляд в сторону, куда указывала стрелка, да и не только я. Но куда ни посмотри, все те же деревья и холмистая местность, ничто не выбивалось из картинки, нигде не видать легкого искажения воздуха, как должно быть в опасной близости от аномалии. Или это что-то иное, что не подчиняется уже общеизвестным правилам? Тот, кто в состоянии создавать аномалии искусственно, вполне может уметь и изменять их границы и способность влиять на окружающую среду, разве нет? Надеюсь, что я ошибаюсь и все же переоцениваю врага.

– Если это так, то каким образом кто-то из них сумел выйти за ее пределы, чтобы оставить след? Я уж молчу о том, куда они дальше делись. Следов драки тоже вокруг нет, – усомнился Валентайн.

– И почему он просто не сбежал, – кивнула я. – Скорее всего…

– Не мог, – хмуро поддержал меня Вайдер. – Что-то не пустило. И наверняка даже далеко за границу он высунуться не сумел. А это значит…

– Всем стоять на месте и смотреть по сторонам! – вдруг рявкнул в амулет связи Эрик. – Аномалия буквально в нескольких шагах, кто влипнет – можем не успеть выдернуть!

– Но как-то же этот муравьиный художник из нее высунулся? И я искренне надеюсь, что вернулся он самостоятельно, как только подал знак, а не его вернули и… – через несколько минут все же решила поделиться своими сомнениями Рика, но фразу не договорила, поморщившись. Тут же продолжила уже другим тоном, послав легкий импульс вперед: – Возле самого дерева и на десять шагов вокруг него все стабильно, магический фон даже не колышется.

– Мне кажется, – я потерла нос и моргнула, – или вон там еще одна стрелка? И она показывает на…

– Стоять на месте! – снова рявкнул рыжий великан, а меня, видимо для надежности, еще и ухватили сзади за пояс, не давая сделать ни шагу. Обернувшись через плечо, я увидела серые и непривычно хмурые глаза Валентайна.

– Спокойно, я и так никуда не бегу. Зато вижу вон там подозрительное дупло.

– Саяра права, стрелка не одна. Могут быть еще, постарайтесь со своих мест внимательно осмотреть ближайшие деревья. Уверен, где-то еще должен быть знак. И потом, если кто-то из ребят сумел оставить этот знак, может, он указывает не на аномалию, а на что-то, где выцарапаны ее координаты? – неожиданно встал на мою сторону Арэн. Он был как-то по-особенному собран и серьезен сегодня, а еще даже не подумал устраивать скандал по поводу рук Валентайна на моей талии. То есть его целительство умеет задвинуть свою дурь ради дела? Похвально…

– Если этот некто мог выцарапать координаты, зачем ему тогда заморачиваться с маслом и муравьями, рисовать стрелку? Скорее всего, он на побег не рассчитывал, у него было лишь несколько минут, чтобы оставить такой знак, который похитители не заметят сразу, явившись за ним. Стрелка должна указывать на что-то иное, – не согласился молчавший до этого Тристан. И его слова звучали более чем резонно.

– Предлагаю активировать один из простейших артефактов и бросить как раз в сторону того дерева с дуплом, показавшимся Саяре подозрительным. Если аномалия там, артефакт просто тут же затухнет, – предложил Дайрен.

– Хорошая идея, – одобрил Вайдер. – Рика, будь добра, наклепай нам своих боевых кузнечиков и отправь прочесывать подлесок. Поставь срабатывание взрывателя на резкое прекращение потоков, тогда мы вовремя услышим и увидим опасность.

Пока рейнджеры активировали артефакты, вбивая нужные параметры, я честно осматривала ближайшие деревья в пределах видимости. Невольно подумалось: если некто сумел оставить стрелку маслом, то что ему мешало тем же маслом на другом дереве написать конкретные координаты? Правда, чем больше я всматривалась в кору, тем больше понимала бессмысленность этой затеи. Стрелка узнаваема, даже если бы мы пришли значительно позже и часть муравьев успела бы убраться. Числа в таком случае превратились бы в мешанину, просто невнятное пятно муравьев. Нас бы даже это не привлекло, скорее всего. Не говоря уж о затраченном времени на эти художества. Тристан прав, у «художника» явно было всего несколько минут. Тем больше поднималась тревога внутри от мыслей, какие последствия ожидали того, кто сумел это все провернуть. Вряд ли похититель погладил по головке и укоризненно погрозил пальчиком за побег.

– У дупла точно чисто, – наконец отозвалась Рика, сверяясь с управляющим артефактом, куда поступали данные по каждому из «кузнечиков».

– Не суйтесь, – кивнул Тристан и исчез в подлеске. И ведь я знала наверняка, куда он идет, прямо сейчас смотрела на то самое дупло, прекрасно просматриваемое с моего места, а поди ж ты – Тристан, что всамделишный эльф, натуральным образом растворился в окружающей среде. Я только по едва заметному шевелению листьев могла теперь догадываться, где он там крадется. Хотя казалось бы, от кого тут прятаться? Но никому в голову не пришло сделать нашему «эльфу» замечание. Осторожность в таких делах лишней не бывает.

Я даже вздрогнула, когда этот лесной дух вновь возник на открытом пространстве, так неожиданно это случилось. А в следующую секунду взгляд прилип к его руке, одетой в тонкую кожаную перчатку. Он держал в ней лист бумаги… точнее, это была страница, вырванная из учебника по географии, – я рассмотрела заголовок, выделенный жирным шрифтом, на одной стороне и довольно схематичную карту империи на другой.

А между строчками печатного текста кто-то торопливо и не очень аккуратно, хотя и мелко вписал свое сообщение.

Вайдер тут же, не скрывая охватившего его волнения, выхватил этот лист.

– Это почерк Сая! – воскликнул он дрогнувшим голосом, подняв на нас сияющие надеждой глаза. – Точно он. Значит, он жив!

– А ты сомневался, – укорила я, смягчив упрек улыбкой. Где-то внутри со звоном ослабла натянутая до отказа струна. И хоть это еще ничего не доказывало, в частности, о судьбе других ребят не рассказывало, откуда-то пришла уверенность, что и они живы, просто от одного взгляда на эти косые неровные строчки. Накорябанные, видимо, втихаря под полой на коленке. Об этом свидетельствовала и прорванная в паре мест от слишком сильного нажатия пером бумага.

– И остальные, стало быть, тоже, – кивнул Эрик, и по его глазам я поняла, что вот те самые перетянутые нервные струны сейчас стонут от облегчения не только в моей душе. – Отставить сантименты. Читай.

– Вы читать собираетесь? – одновременно с ним рявкнула Рика, которая, вообще не скрываясь, вытерла слезы рукавом. – Что там?

Вайдер быстро пробежал записку глазами.

– Все живы, это точно. И мы не ошиблись с выводами: аномалии действительно двигаются. По периметру некоей территории, с определенными промежутками и по определенному графику. Сай смог указать его только примерно. Там, внутри охраняемой зоны, устроено что-то вроде учебно-исправительного лагеря. И дети не могут оттуда уйти – их магию связали печатью. Она же не дает отойти от границы больше чем на пару десятков шагов.

– Учебно… что? На кой хрен и кому это сдалось? Ладно, не суть важно. Координаты есть? Хоть что-то, где их искать? – перешел сразу к делу Эрик.

– Есть, – кивнул Вайдер. – Предлагаю…

Серия резких негромких хлопков перебила его, доносясь откуда-то справа. Я только успела обернуться, как меня схватили за шиворот и за пояс одновременно, дергая в сторону. Уже в полете я сообразила, что это взрываются кузнечики Рики – маленькие артефакты, рассеянные по траве и успевшие ускакать во все стороны на довольно большое расстояние. Если они начали взрываться, значит…