Текст книги "Избранные труды"

Автор книги: Эдуард Побегайло

сообщить о нарушении

Текущая страница: 51 (всего у книги 82 страниц)

При заражении венерической болезнью несовершеннолетнего виновный должен знать или допускать, что потерпевший не достиг 18-летнего возраста.

Заражение ВИЧ-инфекцией

Чрезвычайная опасность вируса иммунодефицита человека (ВИЧ инфекции) состоит в том, что он вызывает заболевание СПИДом. Болезнь эта практически неизлечима, летальный исход неизбежен. В течение короткого времени больной уходит из жизни. Коварство заболевания проявляется в том, что заразившийся длительное время может не знать об этом и представлять при несоблюдении правил предосторожности грозную опасность для окружающих.

По данным лаборатории эпидемиологии и профилактики СПИДа ЦНИИ эпидемиологии Минздрава России, в течение года после проникновения в организм человека вируса иммунодефицита СПИДом заболевают 3–5 % зараженных. Пик заболеваемости приходится на период от года до пяти лет с момента такого заражения; через пять лет СПИД развивается лишь у 10–20 % зараженных. Не исключено и то, что некоторые из зараженных вирусом вообще не заболевают СПИДом^[1113].Таким образом, ответ на вопрос, разовьется ли у зараженного ВИЧ-инфекцией заболевание СПИДом, может быть дан лишь по прошествии довольно длительного промежутка времени.

Вот почему в ст. 122 УК РФ установлена ответственность не за заражение СПИДом, как это было предусмотрено в ст. 115² УК РСФСР, а за заражение ВИЧ-инфекцией. К моменту возбуждения уголовного дела в крови у потерпевшего обнаруживается, как правило, лишь ВИЧ-инфекция.

Актуальность борьбы с рассматриваемым преступлением в связи с катастрофическим распространением СПИДа сомнений не вызывает. По оценкам специалистов, к 2004 г. число инфицированных вирусом иммунодефицита достигло 2 млн человек.

Преступления, предусмотренные ст. 122 УК, посягают на безопасность жизни и здоровья человека.

Деяние, предусмотренное ч. 1 ст. 122 УК, относится к категории преступлений небольшой тяжести, деяния, предусмотренные ч. 2 и 4, – к преступлениям средней тяжести; деяние, предусмотренное ч. 3, – к тяжким преступлениям.

Районному суду подсудны дела о преступлениях, предусмотренных ч. 2–4 ст. 122 УК.

Ответственность по ч. 2 ст. 122 УК наступает за фактическое заражение другого лица ВИЧ-инфекцией лицом, знавшим о наличии у него этой болезни.

Объективную сторону преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 122 УК, образуют: а) общественно опасные действия (бездействие) субъекта, приведшие другое лицо в опасность заражения ВИЧ-инфекцией; б) фактическое заражение потерпевшего вирусом иммунодефицита; в) причинная связь между деянием субъекта и заболеванием другого лица.

Способы совершения преступления разнообразны. Фактическое заражение ВИЧ-инфекцией может произойти половым путем. Использование при этом презерватива не дает абсолютной гарантии защиты от заражения. Любой половой контакт с ВИЧ-инфицированным подвергает другого человека реальной опасности заражения.

Вирус иммунодефицита передается через сперму, кровь, слюну, слезную жидкость, женское молоко и другие биологические выделения больного^[1114]. Поэтому в число действий, характеризующих объективную сторону составов преступлений, предусмотренных ст. 122 УК, с полным основанием можно включить не только половые контакты (включая анальный и оральный секс), но и использование одного шприца или иглы при внутривенном введении наркотиков, сдачу донорской крови лицом, знавшим о наличии у него такого заболевания, и т. п. Не исключено при этом и заражение бытовым путем.

Состав преступления – материальный. Оно считается оконченным с момента заражения другого лица вирусом иммунодефицита. Для признания преступления оконченным не имеет значения, разовьется ли у инфицированного заболевание СПИД или нет. Достаточно самого факта попадания в его организм вируса иммунодефицита.

Субъективная сторона преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 122 УК, характеризуется ч. 2 ст. 24 УК как умышленной, так и неосторожной формой вины. Лицо осознает, что, будучи носителем ВИЧ-инфекции, нарушает установленный запрет вступать в половой контакт с другим лицом либо иные правила предосторожности, предвидит возможность заражения другого лица от этого вирусом иммунодефицита и желает (прямой умысел) или сознательно допускает наступление таких последствий либо относится к ним безразлично (косвенный умысел). Одним из доказательств умысла виновного является наличие официального письменного предупреждения органов здравоохранения с четким перечнем запрещенных действий, в результате которых возможно заражение других лиц.

Неосторожная форма вины в виде преступной небрежности в этом составе преступления исключается. Однако она возможна в виде преступного легкомыслия, когда лицо предвидит последствия своих действий (бездействия), но без достаточных оснований самонадеянно рассчитывает на их предотвращение.

В случае одновременного заражения другого лица ВИЧ-инфекцией и какой-либо венерической болезнью действия виновного образуют совокупность преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 122 и ст. 121 УК.

Субъект преступления – специальный: достигшее 16-летнего возраста вменяемое лицо, которое является носителем ВИЧ-инфекции или болеет СПИДом.

К квалифицирующим признакам (ч. 3 ст. 122 УК) закон отнес заражение ВИЧ-инфекцией двух или более лиц либо заведомо несовершеннолетнего, т. е. не достигшего 18 лет. Их понимание аналогично рассмотренным ранее.

В ч. 4 ст. 122 УК предусмотрен самостоятельный состав преступления – заражение другого лица ВИЧ-инфекцией вследствие ненадлежащего выполнения лицом своих профессиональных обязанностей.

Объективную сторону преступления образуют: а) общественно опасные действия (бездействие), состоящие в нарушении специальных правил профилактики распространения ВИЧ-инфекции (например, правил приема и хранения донорской крови и крови лиц, проходящих освидетельствование, подготовки к повторному использованию медицинского инструмента, раздельного содержания ВИЧ-инфицированных и здоровых людей в больничных палатах); б) фактическое заражение хотя бы одного лица вирусом иммунодефицита; в) причинная связь между ненадлежащим выполнением лицом своих профессиональных обязанностей и наступившим вредным последствием.

Субъективная сторона рассматриваемого преступления, как и любого деяния, состоящего в ненадлежащем соблюдении тех или иных мер безопасности или невыполнении профессиональных обязанностей, характеризуется неосторожной формой вины в виде преступного легкомыслия или преступной небрежности.

Субъект преступления – специальный: медицинский работник или сотрудник научно-исследовательской лаборатории, чья профессиональная деятельность связана с получением или хранением донорской крови, с лечением либо обслуживанием инфицированных вирусом иммунодефицита или больных СПИДом.

В примечании к ст. 122 УК устанавливается специальное основание освобождения от уголовной ответственности лица, совершившего преступление, предусмотренноеч. 1 или 2 данной статьи: «…если другое лицо, поставленное в опасность заражения либо зараженное ВИЧ-инфекцией, было своевременно предупреждено о наличии у первого этой болезни и добровольно согласилось совершить действия, создавшие опасность заражения». Речь, таким образом, идет о добровольном согласии потерпевшего принять на себя риск заражения. Обычно это супруг или лицо, состоящее в гетеро– или гомосексуальной связи с больным и находящееся с ним в настолько тесных и глубоких эмоциональных отношениях, что риск заражения смертельной болезнью не имеет для него (нее) существенного значения^[1115]. Законодатель учел этот морально-психологический феномен, введя в УК РФ указанное примечание.

Незаконное производство аборта

Деяние, предусмотренное ч. 1 ст. 123 УК РФ, относится к числу преступлений небольшой тяжести; деяние, предусмотренное ч. 3 данной статьи, – преступление средней тяжести. По делам о преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 123 УК, производится дознание дознавателями (следователями) органов внутренних дел (ч. 3 ст. 150 УПК РФ). Эти дела подсудны мировому судье. Дела по ч. 3 ст. 123 УК расследуются следователями органов внутренних дел (см. ч. 2 ст. 151 УПК РФ). Дела эти подсудны районному суду.

Каждая беременная женщина имеет право самостоятельно решать вопрос: иметь ребенка или нет. Операция по искусственному прерыванию беременности (аборт) может производиться лишь в соответствии со специальными правилами, допускающими производство данной операции только в медицинском учреждении, получившем лицензию на указанный вид деятельности, врачами, имеющими специальную подготовку. В соответствии со ст. 36 Основ законодательства Российской Федерации «Об охране здоровья граждан» от 22 июля 1993 г. искусственное прерывание беременности может производиться при сроке беременности до 12 недель, по специальным показаниям (например, смерть мужа во время беременности, отсутствие жилья, проживание в общежитии, на частной квартире, беременность в результате изнасилования и др.) – до 22 недель, а при наличии медицинских показаний (например, заболевание ВИЧ-инфекцией, активные формы туберкулеза, хронический алкоголизм, наркомания и др.) и с согласия женщины – независимо от срока беременности.

Аборт принято подразделять на правомерный и неправомерный (криминальный). В ч. 1 ст. 123 УК криминальным признается «производство аборта лицом, не имеющим высшего медицинского образования соответствующего профиля», т. е. гинекологической специальности (гинеколог, хирург-гинеколог, акушер).

Объект преступления – общественные отношения, обеспечивающие безопасность жизни и здоровья беременной женщины. Всякая операция по искусственному прерыванию беременности, а тем более незаконная, ставит под угрозу не только здоровье, но нередко и жизнь беременной.

Объективная сторона рассматриваемого преступления состоит в противоправных действиях, направленных на прерывание беременности. Способы совершения незаконного аборта могут быть различными (оперативный, механический, токсический и др.), на квалификацию преступления они не влияют.

Состав преступления – формальный. Преступление считается оконченным с момента производства операции, завершившейся изгнанием плода независимо от того, причинен ли при этом какой-либо вред здоровью женщины^[1116]. Если же плодоизгнания не произошло, то содеянное следует квалифицировать как покушение на аборт^[1117].

Незаконный аборт может быть произведен и в то время, когда плод уже способен к внеутробной жизни. Если действия по производству аборта вызовут преждевременные роды и приведут к появлению на свет живорожденного ребенка, которого затем лишают жизни, содеянное надлежит квалифицировать по совокупности преступлений как незаконное производство аборта и убийство. Обязательным признаком незаконного производства аборта является согласие беременной женщины на его производство^[1118]. В противном случае виновные должны отвечать за причинение тяжкого вреда здоровью (ст. 111 УК).

Субъективная сторона преступления характеризуется виной в виде прямого умысла. Виновный сознает, что, не имея соответствующего образования и, следовательно, нарушая установленные законом правила производства аборта, он тем не менее по просьбе женщины его производит, и желает совершить указанные действия.

Субъектом преступления (в соответствии с ч. 1, 3 ст. 123 УК) может быть только лицо не имеющее высшего медицинского образования необходимого профиля. Об этом недвусмысленно говорится в диспозиции ч. 1 ст. 123 УК. Поэтому мнение о том, что субъектом данного преступления может быть и лицо, имеющее требуемое образование, но нарушающее закон, которым установлены сроки, обстоятельства и место производства аборта^[1119], является неправильным.

Однако вряд ли можно считать обоснованной декриминализацию законодателем незаконного производства аборта лицом, имеющим высшее медицинское образование соответствующего профиля, особенно при наступлении тяжких последствий для здоровья потерпевшей. Правда, это уже относится к проблеме совершенствования нового уголовного законодательства, а не к законодательным реалиям.

Квалифицированный вид данного преступления (ч. 3 ст. 123 УК) имеет место, если производство аборта повлекло по неосторожности смерть потерпевшей либо причинение тяжкого вреда ее здоровью. Необходимым признаком объективной стороны этого преступления является наличие причинной связи между действиями, направленными на прерывание беременности, и наступившими тяжкими последствиями.

Состав преступления – материальный.

Смерть потерпевшей может наступить как во время производства аборта, так и после него. Тяжким вредом для здоровья потерпевшей являются, в частности, такие последствия незаконного аборта, как бесплодие, тяжелое хроническое заболевание, а также другие последствия, указанные в ст. 111 УК.

Рассматриваемое деяние является преступлением с двумя формами вины. Для квалификации содеянного по ч. 3 ст. 123 УК должны быть установлены прямой умысел виновного по отношению к производству аборта и неосторожность в виде преступного легкомыслия или преступной небрежности по отношению к наступлению смерти либо причинению тяжкого вреда здоровью потерпевшей.

Неоказание помощи больному

Деяние, предусмотренное ч. 1 ст. 124 УК РФ, относится к категории преступлений небольшой тяжести; деяние, предусмотренное ч. 2 данной статьи, – преступление средней тяжести. Предварительное следствие по делам этой категории проводится следователями органов внутренних дел (ч. 2 ст. 151 УПК РФ). Дела эти подсудны мировому судье.

В Основах законодательства Российской Федерации «Об охране здоровья граждан» от 22 июля 1993 г. регламентированы основные виды оказания больному медицинской помощи. В ст. 38, в частности, говорится, что первичная медико-санитарная помощь является основным, доступным и бесплатным для каждого гражданина видом медицинского обслуживания; порядок ее оказания устанавливается органами управления муниципальной системы здравоохранения на основании актов Министерства здравоохранения РФ, Государственного комитета санитарно-эпидемиологического надзора РФ и др. В ст. 39 Основ говорится о случаях оказания скорой медицинской помощи. Она оказывается гражданам при состояниях, требующих срочного медицинского вмешательства (при несчастных случаях, травмах, отравлениях и других состояниях и заболеваниях), и осуществляется безотлагательно лечебно-профилактическими учреждениями независимо от территориальной, ведомственной подчиненности и формы собственности медицинскими работниками, а также лицами, обязанными ее оказывать в виде первой помощи по закону или специальному правилу. В ст. 41 и 42 Основ соответственно зафиксированы правовые положения оказания медико-социальной помощи гражданам, страдающим заболеваниями, представляющими опасность для окружающих. Неоказание любого из перечисленных видов помощи больному расценивается как преступление (ст. 124 УК).

Объектом данного преступления являются общественные отношения, обеспечивающие безопасность жизни и здоровья человека.

Объективная сторона преступления характеризуется бездействием в виде неоказания помощи больному без уважительных причин, независимо от вида заболевания и фазы его течения. Таким образом, речь идет о недобросовестном либо несвоевременном исполнении медицинским работником своих обязанностей.

Ответственность за неоказание помощи больному наступает при наличии правовой обязанности ее оказывать и обращения больного, или его представителя, или других лиц за оказанием такой помощи. Обязательным условием наступления уголовной ответственности за неоказание помощи больному является отсутствие у виновного уважительных причин, оправдывающих его бездействие (форс-мажорные обстоятельства (непреодолимая сила), помешавшие вовремя явиться к больному, болезнь самого медицинского работника, препятствующая выполнению профессиональных функций, отсутствие необходимых лекарств, материалов, инструментов и проч.).

Состав преступления – материальный. Уголовная ответственность наступает, если неоказание помощи повлекло по неосторожности причинение средней тяжести вреда здоровью больного (ч. 1 ст. 124 УК – простой состав) или смерть больного либо причинение тяжкого вреда его здоровью (ч. 2 ст. 124 УК – квалифицированный состав). Между бездействием медицинского работника и наступившими вредными последствиями должна быть установлена причинная связь.

Субъективная сторона преступления характеризуется наличием двух форм вины. Для квалификации содеянного по ст. 124 УК должны быть установлены умысел по отношению к невыполнению лицом своих профессиональных обязанностей по оказанию помощи больному и неосторожность (в виде преступного легкомыслия или преступной небрежности) по отношению к наступившим вредным последствиям, о которых идет речь в ч. 1 и 2 ст. 124 УК.

Субъект преступления – специальный: лицо, достигшее 16-летнего возраста, обязанное оказывать помощь больному в соответствии с законом или со специальным правилом. Прежде всего это врачи, а также фельдшера, медицинские сестры, акушеры и др.

Оставление в опасности

Деяние, предусмотренное ст. 125 УК РФ, относится к категории преступлений небольшой тяжести. По этим делам производится дознание дознавателями (следователями) органов внутренних дел (см. ч. 3 ст. 150 УПК РФ). Они подсудны мировому судье.

Объектом данного преступления являются общественные отношения, обеспечивающие безопасность жизни и здоровья человека.

Объективная сторона преступления характеризуется бездействием виновного, заведомым оставлением без помощи лица, находящегося в опасном для жизни или здоровья состоянии и лишенного возможности принять меры к самосохранению по малолетству, старости, болезни или вследствие своей беспомощности, в случаях, если виновный имел возможность оказать помощь этому лицу и был обязан проявить о нем заботу либо сам поставил его в опасное для жизни или здоровья состояние.

Бездействие в данном составе преступления таким образом распадается на два вида: а) бездействие-невмешательство, когда субъект не оказывает помощь потерпевшему, находящемуся в опасном для жизни или здоровья состоянии, возникшем помимо действий виновного; б) спровоцированное бездействие, когда виновный сам своими предшествующими действиями поставил потерпевшего в опасное для жизни или здоровья состояние^[1120].

Следует иметь в виду, что поставление лица в опасное для жизни или здоровья состояние, порождающее обязанность оказывать помощь, возможно в результате как противоправных, так и непротивоправных, как виновных, так и невиновных актов поведения. Например, невиновный участник дорожно-транспортного происшествия обязан оказывать необходимую помощь пострадавшим.

Рассматриваемое деяние, в частности, проявляется в неоказании неотложной медицинской помощи, физической помощи путем предоставления транспорта, одежды, продовольствия, вызова врача, спасателей (в горах) и т. п.

Для вменения состава данного преступления необходимо установить целый ряд объективных и субъективных обстоятельств: а) лицо находится в опасном для жизни или здоровья состоянии (т. е. ему угрожает смерть или наступление тяжкого вреда здоровью, что обусловливает необходимость экстренных мер для спасения); б) оно лишено возможности принять меры к самосохранению ввиду малолетства, старости, болезни или вследствие своей беспомощности (например, при сильном опьянения); в) виновный имел реальную возможность без серьезной опасности для себя или других лиц оказать этому лицу помощь; г) виновный был обязан заботиться о лице, находящемся в опасном состоянии, оказывать ему помощь (например, в силу родственных отношений или в силу профессии, рода деятельности – учителя, воспитатели, руководители спортивных секций, пожарные и др.), либо д) сам поставил его в опасное для жизни и здоровья состояние (например, уговорил плыть на дальнее расстояние, обещая в необходимом случае помощь)^[1121].

Состав преступления – формальный. Оконченным преступление признается с момента невыполнения обязанности по оказанию помощи потерпевшему, независимо от наступления реальных вредных последствий.

Следует иметь в виду, что если лицо своевременно сообщит о необходимости оказания помощи надлежащим учреждениям или лицам (сотрудникам милиции, пожарной охраны, медицинским работникам), состав преступления отсутствует.

Субъективная сторона преступления характеризуется прямым умыслом. Виновный осознает, что он, будучи обязан оказать помощь лицу, находящемуся заведомо в опасном для жизни или здоровья состоянии, и имея реальную возможность оказать эту помощь, желает уклониться от нее и уклоняется. Мотивы рассматриваемого преступления разнообразны (боязнь уголовной ответственности, эгоизм, месть, ревность, неприязнь и т. п.).

Субъект преступления – специальный: лицо, достигшее 16-летнего возраста, обязанное проявлять заботу о другом человеке (родители, опекуны, воспитатели, педагоги, телохранители и др.), либо само поставившее потерпевшего в опасное для жизни или здоровья состояние (например, водитель транспортного средства, наехавший на пешехода, руководитель туристической группы, оставивший ее в горах в опасном состоянии).

Преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности^[1122]

§ 1. Понятие и виды преступлений, посягающих на половую неприкосновенность и половую свободу личности

Криминальные посягательства, предусмотренные в главе 18 УК РФ, в теории и на практике традиционно именуются половыми преступлениями. Они посягают на охраняемые уголовным законом половую свободу и половую неприкосновенность личности. Речь идет о праве человека, достигшего определенного в законе возраста, самому решать, с кем и в какой форме удовлетворять свои сексуальные потребности (половая свобода), а также об абсолютном запрете на совершение любых сексуальных действий с подростками и малолетними (половая неприкосновенность). Половая свобода и половая неприкосновенность являются частью гарантированных ст. 22 Конституции РФ прав и свобод личности.

Сексуальные отношения в обществе регулируются главным образом моральными нормами, отчасти – нормами семейного права. Реализуются они в брачных и внебрачных взаимоотношениях полов. Уголовный закон устанавливает запрет на совершение общественно опасных деяний, которые грубо нарушают нормальный уклад половой жизни, попирают сложившиеся в обществе принципы половой морали и естественные правила человеческого общежития. Все остальные сферы интимных связей регулируются нормами нравственности.

Итак, половые преступления – это предусмотренные уголовным законом общественно опасные действия сексуального характера, грубо нарушающие установленный в обществе уклад половых отношений.

Родовым объектом этих преступлений являются общественные отношения, обеспечивающие безопасность личности. Глава 18 включена в раздел VII УК РФ – «Преступления против личности».

Видовым объектом преступлений, предусмотренных главой 18 УК, являются общественные отношения, обеспечивающие половую неприкосновенность и половую свободу личности.

В зависимости от непосредственного объекта посягательства половые преступления можно подразделить на две группы:

1. Преступления против половой свободы личности: изнасилование (ст. 131 УК); насильственные действия сексуального характера (ст. 132 УК); понуждение к действиям сексуального характера (ст. 133 УК).

2. Преступления против половой неприкосновенности: изнасилование и насильственные действия сексуального характера в отношении несовершеннолетних и малолетних (п. «д» ч. 2 ст. 131, п. «д» ч. 2 ст. 132 и п. «в» ч. 3 ст. 131, п. «в» ч. 3 ст. 132 УК); половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста (ст. 134 УК); развратные действия (ст. 135 УК).

УК РФ 1996 г. эту группу норм о половых преступлениях выделил в специальную главу (гл. 18). Ранее глава «Преступления в области половых отношений» была только в УК РСФСР 1922 г. Новый уголовный закон, в частности, изменил понятие «изнасилование» по сравнению с УК РСФСР 1960 г. За действия, ранее предусматривавшиеся ст. 117 УК РСФСР, в УК РФ была установлена ответственность в двух статьях: 131 (изнасилование) и, отчасти, 132 (насильственные действия сексуального характера). Под признаки ст. 131 УК РФ теперь подпадает только насильственное гетеросексуальное сношение, т. е. совершение полового акта (совокупления «естественным» путем) между мужчиной и женщиной. Насильственное удовлетворение мужчиной сексуальных потребностей с женщиной в извращенной форме (совершение оральных или анальных сексуальных контактов) в настоящее время расценивается как насильственные действия сексуального характера (ст. 132 УК). До принятия УК РФ правоприменительная практика, по сути дела, использовала институт аналогии, квалифицируя насильственную сексуальную связь с женщиной в извращенной форме как изнасилование^[1123]. Статья 132 УК РФ охватывает также насильственное мужеложство и лесбиянство, а также насильственный «оральный секс», в котором потерпевшим выступает лицо не только женского, но и мужского пола.

По сравнению со ст. 118 УК РСФСР 1960 г. значительно изменена ст. 133 УК РФ 1996 г. (понуждение к действиям сексуального характера). Расширен круг потерпевших от этого преступления (ранее это могла быть только женщина, сейчас – лица обоих полов) и круг способов понуждения (раньше к ним относилось лишь использование материальной и иной зависимости потерпевшей от виновного).

Серьезным изменениям уже после принятия подверглась ст. 134 УК РФ 1996 г. (половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста). Вначале в УК был установлен 16-летний возраст потерпевшего (потерпевшей) от этого преступления. Затем Федеральным законом РФ от 20 мая 1998 г. он был снижен до 14 лет^[1124]. И, наконец, под воздействием справедливой критики Федеральным законом РФ от 8 декабря 2003 г. 16-летний возраст потерпевших был восстановлен^[1125].

По сравнению со ст. 120 УК РСФСР 1960 г. в ст. 135 УК РФ 1996 г. (развратные действия) возраст потерпевших от этого преступления первоначально был снижен до 14 лет, но затем Федеральным законом РФ от 8 декабря 2003 г. повышен до 16 лет.

Такова характеристика изменений в законодательстве о половых преступлениях, происшедших в последнее десятилетие.

Повышенная общественная опасность рассматриваемых преступлений очевидна. Помимо того, что они посягают на половую неприкосновенность, нравственное и физическое развитие несовершеннолетних и малолетних, половую свободу взрослых лиц, эти преступления нередко связаны с причинением вреда здоровью и жизни потерпевших, нанесением им глубоких психических травм. Половые преступления также затрагивают интересы родных и близких потерпевших, причиняют им серьезные нравственные страдания.

Значительную общественную опасность представляет и личность сексуальныхпреступников, в первую очередь насильников. Специальные исследования свидетельствуют о том, что им присущи такие психологические качества, как грубость, цинизм, жестокость, отсутствие чувства стыда, моральная распущенность, эгоцентризм, крайний примитивизм во взглядах на взаимоотношения полов, отношение к женщине как к низшему существу, не признающая никаких преград на пути к удовлетворению сексуальных потребностей разнузданность^[1126].

Обратимся к материалам уголовной статистики.

Динамика зарегистрированных изнасилований за период с 1987 по 2003 г. была подвержена значительным колебаниям.

Рост регистрации числа изнасилований наблюдался до 1990 г. включительно. Если в 1987 г. было зарегистрировано 10 902 изнасилования (коэффициент на 100 тыс. человек населения составил 7,3), то в 1990 г. – уже 15 009 (коэффициент – 10,3). В 1991–1992 гг. наметилась тенденция к некоторому снижению показателей регистрации этих преступлений, еще более явственно это проявилось в 1994–1997 гг. В 2001 г. эти показатели по сравнению с предшествующим годом вновь незначительно возросли (на 3,7 %), но уровня конца 80-х – начала 90-х годов они не достигли: было зарегистрировано 8196 преступлений данной категории (коэффициент – 5,6)^[1127]. Примерно на таком же уровне держится регистрация изнасилований в 2002–2003 гг. (незначительное снижение, соответственно, на 1,0 и 0,4 %). В 2004–2005 гг. отмечается некоторое ее увеличение: в 2004 г. зарегистрировано 8795 случаев изнасилования (рост по сравнению с предыдущим годом на 8,8 %, коэффициент – 6,1), а в 2005 г. – 9222 таких случаев (рост на 4,9 %, коэффициент – 6,4)^[1128].

При оценке этих статистических данных следует учитывать значитель ную латентность рассматриваемых преступлений, связанную главным образом с тем, что многие жертвы сексуального насилия не обращаются в правоохранительные органы. В результате скрываются подлинные масштабы этого явления и тормозится разработка эффективных мер борьбы с ним. По данным специальных расчетов, ежегодное фактическое число изнасилований в России (с учетом «искусственной» и «естественной» латентности) в конце 90-х годов составляло около 44–50 тыс. фактов^[1129], что в 4,5–5 раз выше официальной цифры регистрации.

Количество осужденных за изнасилование до 2002 г. снижалось: в 1998 г. было осуждено 7245 чел., в 1999 г. – 7516, 2000 г. – 6441, 2001 г. – 6534, 2002 г. – 5950, но к 2006 г. уже почти достигли уровня 1999 г. (в 2003 г. было осуждено 6657 чел., в 2004 г. – 7380, в 2005 г. – 7451)^[1130]. Объясняются эти колебания в основном теми же причинами (речь идет лишь о незначительной части «айсберга»).

Что же касается структурных (качественных) изменений изнасилований, то, как показывают выборочные исследования, они весьма неблагоприятны. Растет, в частности, доля наиболее опасных, квалифицированных изнасилований. Половина этих преступлений совершается группой лиц. Чем моложе преступники, тем чаще они совершают изнасилование в группе. Наблюдается существенное «омоложение» контингента сексуальных преступников.

Что же касается иных половых преступлений, соединенных с насилием, то их регистрация, начиная с 1990 г., также снижается. В 1990–1996 гг. число зарегистрированных случаев насильственного мужеложства (одного из основных видов насильственных действий сексуального характера, предусмотренных в настоящее время ст. 132 УК РФ) сократилось почти наполовину (42,4 %). Тенденция эта с некоторыми колебаниями сохраняется и в последние годы: в 2001 г. зарегистрировано 6631 преступление, предусмотренное ст. 132 УК, в 2002 г. – 5704, в 2003 г. – 5126, в 2004 г. – 5690, в 2005 г. – 5981^[1131]. И здесь, конечно, следует учитывать значительную латентность рассматриваемого явления.