Текст книги "Избранные труды"

Автор книги: Эдуард Побегайло

сообщить о нарушении

Текущая страница: 47 (всего у книги 82 страниц)

К. и К-ва состояли в браке и имели малолетнего ребенка. Отношения между ними сложились напряженные. К-ва обратилась в суд с заявлением о расторжении брака. К. любил жену и не давал согласия на развод. Суд дважды предоставлял супругам трехмесячный срок для примирения. Супружеские отношения между ними не прекращались.

Однажды К-ва заявила, что сожительствует с другим мужчиной, и потребовала, чтобы муж забрал свои вещи и ушел от нее.

Поздно вечером, вернувшись домой, К. через окно спальни увидел, что в постели вместе с женой находится Ч. Взволнованный увиденным, он схватил в сарае заряженное двуствольное ружье, выставил стекло в окне, проник в квартиру и выстрелил в Ч., который от ранения в шею сразу же скончался, а затем выстрелил в убегавшую К-ву, но не попал. По показаниям К. и потерпевшей К-вой, подкрепленным другими фактическими данными, он действовал «как в тумане», «был бледен, весь трясся», плохо помнил последующие события. Хотя жена и говорила, что изменяет ему, однако К. не верил ей, полагая, что она шутит. Застав жену с любовником при указанных обстоятельствах, К., несомненно, действовал в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного аморальным поведением потерпевших.

К такому же выводу пришел и Президиум Верховного Суда РФ, рассматривавший дело в порядке надзора^[1066].

В результате систематического противоправного или аморального поведения потерпевшего может возникнуть длительная психотравмирующая ситуация, вызывающая порой состояние физиологического аффекта. В такой ситуации психическое напряжение у виновного постепенно накапливается и, когда «чаша терпения» переполняется, возникает сильное душевное волнение (так называемый кумулятивный аффект), которое приводит к совершению убийства^[1067].

По делам этой категории довольно часто приходится сталкиваться со случаями физиологического аффекта, формирующегося постепенно под воздействием длительной психотравмирующей ситуации, вызванной систематическим неправомерным либо аморальным поведением потерпевшего. Особенно это характерно для убийств, совершаемых в семье (типичный пример: пьяница-муж – на этой почве в семье постоянные скандалы, дебоши, драки, оскорбления – и, наконец, его убийство в состоянии аффекта отчаявшимися домочадцами). УК РСФСР не рассматривал такую длительную психотравмирующую ситуацию в качестве основания возникновения аффекта. Однако надзорная практика нередко исходила из того, что ответственность за убийство, совершенное в состоянии сильного душевного волнения, наступает и в том случае, когда оно возникает как следствие неоднократных противозаконных действий потерпевшего, из которых последнее явилось непосредственной причиной возникновения такого состояния^[1068]. Показательно в этом отношении следующее дело.

Между супругами А. сложились крайне неприязненные отношения, вызванные продолжавшимся в течение длительного времени аморальным и противоправным поведением мужа. Супруги постоянно ссорились. А., будучи пьяным, неоднократно избивал жену, ее часто видели с синяками. Однажды А. вновь избил жену, угрожал убить, а затем заявил, что их внук на самом деле является его сыном от снохи. Услышав это, А-ва схватила стоявшее рядом ведро и, по ее выражению, «не помня себя», стала бить им по голове А. От полученных повреждений А. скончался.

А-ва была осуждена за убийство без отягчающих обстоятельств. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР, рассмотрев дело в кассационном порядке, пришла к выводу, что преступление, совершенное А-вой, – результат накопившихся в ее психике отрицательных эмоций за многие годы систематических унижений, оскорблений и побоев, которые она терпела от мужа. Действия А-вой были переквалифицированы на ст. 104 УК РСФСР (ч. 1 ст. 107 УК РФ)^[1069].

Действительно, несправедливо считать более общественно опасным преступление, совершенное в состоянии аффекта, вызванного системой противоправных действий со стороны потерпевшего, чем преступление под влиянием того же аффекта, но вызванного разовым насилием, оскорблением или иным противозаконным действием^[1070]. В УК РФ эта несправедливость устранена.

Субъективная сторона преступления характеризуется прямым или косвенным умыслом. Умысел всегда внезапно возникший. Однако это не исключает в некоторых случаях наличия неприязненных, враждебных отношений между виновным и потерпевшим, относящихся к более раннему времени. Важно, чтобы умысел на убийство возник внезапно, в состоянии аффекта, спровоцированного конкретными противоправными или аморальными действиями потерпевшего.

Мотивы преступления могут быть различными (чаще всего это мотивы мести или ревности). На квалификацию преступления они не влияют, однако их выяснение необходимо для ответа на вопрос, было ли состояние сильного душевного волнения у лица, совершившего убийство^[1071].

Субъект преступления – вменяемое лицо, достигшее 16-летнего возраста. В ч. 2 ст. 107 УК назван квалифицирующий признак преступления – совершенное в состоянии аффекта убийство двух или более лиц. Речь идет о нескольких убийствах, совершенных одновременно или на протяжении короткого промежутка времени и охватывавшихся единым умыслом виновного. Содеянное квалифицируется по ч. 2 ст. 107 независимо от того, какие мотивы обусловили первое и последующие убийства. Главное, чтобы эти убийства были совершены в состоянии физиологического аффекта, вызванного противоправным или аморальным поведением каждого из потерпевших.

Аффектированное убийство одного человека и покушение на жизнь другого не могут рассматриваться как оконченное преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 107 УК. Содеянное в таких случаях следует квалифицировать по ч. 1 ст. 107, а также по ст. 30 и ч. 2 ст. 107 УК.

По смыслу закона убийство не должно расцениваться как совершенное при квалифицирующих признаках, предусмотренных п. «а», «г», «е» ч. 2 ст. 105 УК, а также при обстоятельствах, с которыми обычно связано представление об особой жестокости (в частности, множественность ранений, убийство в присутствии близких потерпевшему лиц), если оно совершенно в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения либо при превышении пределов необходимой обороны.

Убийство, совершенное должностным лицом в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения во время исполнения им своих служебных обязанностей, в том числе и с использованием вверенного для служебных целей оружия, следует квалифицировать по ст. 107 без дополнительной ссылки на ч. 3 ст. 286 УК.

Убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление

Статья 108 УК устанавливает ответственность за два хоть и близких по своему содержанию, но самостоятельных преступления: убийство при превышении пределов необходимой обороны (ч. 1) и убийство при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление (ч. 2). В УК РСФСР была предусмотрена ответственность только за первое преступление.

Деяние, предусмотренное ч. 1 ст. 108 УК, относится к категории преступлений небольшой тяжести; ч. 2 – к категории преступлений средней тяжести.

Ответственность по ч. 1 ст. 108 УК наступает в случае, если убийство совершено при защите от общественно опасного посягательства, но с превышением пределов необходимой обороны, т. е. при явном несоответствии защиты характеру и степени общественной опасности посягательства.

В таких случаях прежде всего необходимо констатировать возникновение ситуации необходимой обороны и совершение действий в целях защиты от общественно опасного посягательства, а затем уже оценивать, имело ли место явное несоответствие защиты характеру и опасности посягательства, вышло ли лицо за пределы правомерной обороны.

Об условиях правомерности акта необходимой обороны и превышении ее пределов речь идет в ст. 37 УК. Под необходимой обороной понимается правомерная защита от общественно опасного посягательства путем причинения вреда посягающему.

Условия правомерности акта необходимой обороны принято подразделять на относящиеся к посягательству и защите. Посягательство должно быть:

а) по своим объективным признакам общественно опасным;

б) наличным, т. е. начавшимся (или близким к началу) и еще не окончившимся; должно обладать способностью неминуемо, немедленно причинить общественно опасный вред;

в) действительным (реальным), а не мнимым; существующим в реальной действительности, а не только в воображении обороняющегося.

К защите предъявляются следующие требования:

а) допустима защита не только собственных интересов обороняющегося, но и интересов других лиц, а также общества и государства;

б) защита осуществляется путем причинения вреда посягающему, а не третьим (посторонним) лицам; особенностью защиты является ее активный характер, по существу, это контрнаступление, контрнападение;

в) защита должна быть своевременной;

г) защита не должна превышать пределов необходимости^[1072].

Причинение смерти посягающему при соблюдении условий правомерности акта необходимой обороны не является преступлением и потому исключает уголовную ответственность.

Другое дело – убийство при превышении пределов необходимой обороны. Деяние это общественно опасно и противоправно. Однако тот факт, что лицо причинило смерть при отражении общественно опасного посягательства на правоохраняемые интересы, смягчает ответственность. Именно поэтому закон относит преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 108 УК, к привилегированным видам убийства.

Превышение пределов необходимой обороны (эксцесс обороны) представляет собой умышленные действия, явно не соответствующие характеру и опасности посягательства (ч. 2 ст. 37 УК). Убийство при превышении пределов необходимой обороны является результатом явного (резкого, значительного, не подлежащего сомнению) несоответствия между вредом, которым угрожал посягавший, и лишением его жизни в результате оборонительных действий, между способами и средствами защиты, с одной стороны, и способами и средствами посягательства – с другой, между интенсивностью защиты и интенсивностью посягательства (например, убийство лица, совершающего незначительную кражу или неквалифицированный грабеж, причинение смерти безоружному хулигану при помощи огнестрельного оружия, нанесение смертельных ранений несравненно более слабому лицу). Обороняющийся в данной конкретной ситуации не использует очевидную возможность осуществить оборону менее опасным способом, более мягкими средствами.

Усматривая в действиях обороняющегося превышение пределов необходимой обороны, правоприменительные органы должны не ограничиваться в процессуальных документах лишь общей формулировкой о «явном несоответствии защиты характеру и опасности посягательства», а конкретно указать, в чем именно выразилось превышение пределов необходимой обороны и на каких доказательствах основан этот вывод^[1073].

При решении вопроса о том, имело ли место превышение пределов необходимой обороны, не следует механически исходить из требования соразмерности средств защиты и средств посягательства, а, как отмечается в п. 8 постановления Пленума Верхового Суда СССР от 16 августа 1984 г. «О применении судами законодательства, обеспечивающего право на необходимую оборону от общественно опасных посягательств», необходимо учитывать характер опасности, угрожавшей оборонявшемуся, его силы и возможности по отражению посягательства, а также все иные обстоятельства, которые могли повлиять на реальное соотношение сил посягавшего и защищавшегося (количество посягавших и оборонявшихся, их возраст, физическое развитие, наличие оружия, место и время посягательства и т. д.). При совершении посягательства группой лиц обороняющийся вправе применить к любому из нападающих такие меры защиты, которые определяются опасностью и характером действий всей группы^[1074].

Для установления наличия или отсутствия признаков превышения пределов необходимой обороны следует иметь в виду, что в состоянии душевного волнения, вызванного посягательством, обороняющийся не всегда может точно взвесить характер опасности и избрать соразмерные средства защиты.

Действия обороняющегося нельзя рассматривать как совершенные с превышением пределов необходимой обороны и в том случае, когда причиненный им вред оказался большим, чем вред предотвращенный, и тот, который был достаточен для предотвращения нападения, если при этом не было допущено явного несоответствия защиты характеру и опасности посягательства^[1075].

При правомерной обороне защита должна совпадать, соответствовать во времени общественно опасному посягательству. В тех случаях, когда посягательство еще не началось и отсутствовала непосредственная угроза его осуществления, а также когда оно закончилось, необходимая оборона невозможна, а следовательно, нельзя вести речь о превышении ее пределов. В п. 5 указанного постановления Пленума Верховного Суда СССР по этому поводу указывается: «Действия оборонявшегося, причинившего вред посягавшему, не могут считаться совершенными в состоянии необходимой обороны, если вред причинен после того, как посягательство было предотвращено или окончено, и в применении средств защиты явно отпала необходимость»^[1076]. В таких случаях ответственность за причинение смерти посягавшему наступает по другим статьям гл. 16 УК. Если при этом будет установлено, что в результате нападения обороняющийся находился в состоянии сильного душевного волнения (а практически это бывает всегда!) и смерть посягавшему причинена сразу же после окончания нападения, содеянное квалифицируется по ст. 107 УК.

В то же время надо учитывать, что состояние необходимой обороны может иметь место и при наличии реальной угрозы нападения, а также тогда, когда защита последовала непосредственно за актом хотя бы и оконченного посягательства, но по обстоятельствам дела для оборонявшегося не был ясен момент его окончания. В этих случаях возможна и правомерная оборона, и превышение ее пределов.

П. познакомился со студентами X. и 3. и распивал с ними спиртные напитки в баре, а затем в своей квартире. Когда X. стал приставать к жене П., склоняя ее к совершению полового акта, П. избил его и 3. После драки X. и 3. извинились перед супругами. Поскольку у 3. была сильно разбита губа, П. вместе с X. пошел проводить 3. в травматологический пункт. В пути следования на П. неожиданно напал X. с ножом, а затем 3. Защищаясь, П. вырвал правой рукой нож у X. и ударом левой руки сбил его с ног. В это время его схватил 3. и, чтобы освободиться, П. ударил 3. ножом и, упав вместе с ним, продолжал наносить ему удары в область лица и шеи. К этому времени с земли поднялся X. и ударил П. ногой по голове. Вскочив на ноги, П. нанес удар X. ножом и вновь упал уже вместе с ним, продолжая наносить ему удары в лицо и шею. От полученных множественных ранений X. и 3. скончались.

П. был осужден за убийство с особой жестокостью двух лиц. При этом суд не учел, что П. действовал в состоянии необходимой обороны. Ссылка в приговоре на то, что потерпевшие, когда нож оказался у П., реальной опасности для него не представляли, что каждому из них П. нанес только по одному ранению, когда они стояли, а все остальные – когда лежали на земле, свидетельствует о превышении П. пределов необходимой обороны. Президиум Верховного Суда РСФСР, рассмотрев дело в порядке надзора, переквалифицировал действия П. на ст. 105 УК РСФСР (ч. 1 ст. 108 УК РФ)^[1077].

Субъективная сторона преступления характеризуется виной в виде прямого или косвенного умысла. Лицо осознает, что, обороняясь от общественно опасного посягательства, совершает противоправное деяние, предвидит возможность или неизбежность причинения смерти посягающему и желает либо сознательно допускает ее наступление или относится к этому факту безразлично. Умысел здесь всегда внезапно возникший.

Превышение пределов необходимой обороны признается лишь тогда, когда защищающийся сознавал возможность отразить нападение более мягкими для посягающего средствами, но, тем не менее, избрал неоправданно суровые средства, заведомо для него излишние^[1078].

Причинение посягающему при отражении общественно опасного посягательства смерти по неосторожности не может влечь за собой уголовной ответственности. Состав преступления в таких случаях отсутствует. Это означает, что если при отражении нападения обороняющийся, например, стреляет из пистолета или ружья в ногу либо руку посягавшего, но промахивается и попадает в голову или другой жизненно важный орган, в результате чего наступает смерть, он не подлежит ответственности.

При превышении пределов необходимой обороны, как и при правомерной обороне, доминирующим является мотив защиты от общественно опасного посягательства. При этом преобладают эмоции гнева, страха и т. п. и весьма характерно состояние аффекта, вызванного противоправными действиями нападающего.

Субъект преступления – лицо, достигшее 16-летнего возраста.

В тех случаях, когда в ситуации необходимой обороны должностные лица правоохранительных и контролирующих органов превышают ее пределы и причиняют смерть посягавшему, ответственность наступает по ч. 1 ст. 108 УК, а не за превышение должностных полномочий (ст. 286 УК).

Если убийство совершается при превышении пределов необходимой обороны при наличии отягчающих обстоятельств, указанных в ч. 2 ст. 105 УК (например, смерть причиняется двум и более лицам), то содеянное надлежит квалифицировать только по ч. 1 ст. 108 УК.

Убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны (ч. 1 ст. 108 УК), необходимо отграничивать от убийства, совершенного в состоянии аффекта (ст. 107 УК), которое также может быть спровоцировано общественно опасным посягательством. Если первое всегда совершается с целью защиты от такого посягательства, то для второго характерны иные мотивы (месть, ревность и проч.). К тому же, хотя и трудно представить себе убийство при превышении пределов необходимой обороны в спокойном, хладнокровном состоянии психики, признак сильного душевного волнения для него не является обязательным.

В ч. 2 ст. 108 УК предусмотрена ответственность за убийство, совершенное при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление. В УК РСФСР такой нормы не было. Вопрос об ответственности за причинение вреда задерживаемому в соответствии с п. 3 указанного постановления Пленума Верховного Суда СССР в правоприменительной практике решался по правилам о необходимой обороне или превышении ее пределов. УК РФ в ст. 38 специально предусмотрел причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление, в качестве самостоятельного обстоятельства, исключающего преступность деяния.

Ответственность по ч. 2 ст. 108 УК наступает в случае, если причинение смерти задерживаемому не являлось необходимым для его задержания, т. е. явно не соответствовало характеру и степени общественной опасности совершенного задерживаемым лицом преступления и обстановке задержания.

Следует иметь в виду, что о превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, речь может идти лишь при наличии у данного лица права на задержание (совершение общественно опасного посягательства, обладающего признаками преступления; реальная опасность уклонения преступника от уголовной ответственности; цель его задержания и т. д.) и непосредственно в ситуации по задержанию. Только после этого выясняется, превышены ли меры, необходимые для задержания лица, совершившего преступление.

Об условиях правомерности акта причинения вреда лицу, совершившему преступление, при его задержании говорится в ст. 38 УК. К ним следует отнести следующие:

а) задерживается лицо, совершившее именно преступление, а не иное правонарушение;

б) насилие применяется только при наличии твердой уверенности, что именно данное лицо совершило преступление;

в) вред задерживаемому может быть причинен лишь при наличии реальной опасности уклонения его от ответственности;

г) такой вред может быть причинен лишь в целях задержания лица, совершившего преступление, и доставления его органам власти;

д) меры, которые принимаются для задержания лица, совершившего преступление, должны быть необходимыми, т. е. оправданными обстоятельствами дела; насилие должно быть вынужденной, крайней мерой, когда иными средствами задержание осуществить невозможно;

е) предпринимаемые меры по задержанию такого лица должны соответствовать характеру и опасности совершенного им преступления, а также опасности его личности;

ж) меры по задержанию преступника должны соответствовать обстановке его задержания; ее характеризуют степень интенсивности и способ оказываемого преступником сопротивления, количество задерживаемых и задерживающих, наличие оружия, место и время задержания (день или ночь), возможность применения других, более мягких и безопасных способов и средств и другие признаки;

з) причиняемый вред не должен превышать пределов необходимости^[1079].

Причинение смерти задерживаемому при соблюдении условий правомерности акта задержания не является преступлением и уголовную ответственность исключает. Следует иметь в виду, что лишение жизни преступника, пытающегося скрыться или иным образом уклониться от задержания, может быть признано правомерным только в случаях совершения им убийства, бандитизма, похищения человека, захвата заложника, терроризма, разбоя, изнасилования и другого тяжкого преступления, преимущественно насильственной направленности. Только в этих случаях можно констатировать, что предпринимаемые по задержанию меры соответствуют характеру и опасности совершенного задерживаемым преступления. Причиняя смерть преступнику, задерживающий сознает, что иного выхода нет. Разумеется, при этом должны быть соблюдены и другие условия правомерности акта причинения вреда лицу, совершившему преступление, при его задержании.

Превышение мер, необходимых для задержания, применительно к данному составу имеет место в тех случаях, когда применены такие средства и методы задержания, которые явно не соответствуют характеру и степени общественной опасности совершенного задерживаемым лицом преступления, его личности, реальной обстановке задержания, и задерживаемому без необходимости причинен явно чрезмерный, не вызываемый обстановкой вред – смерть.

С. работал сторожем на мясокомбинате. Охраняя объект, он увидел на территории комбината двух незнакомых мужчин. Пытаясь задержать их, С. потребовал, чтобы они остановились, и сделал предупредительный выстрел. Однако эти лица, проникшие на территорию комбината в целях хищения мясопродуктов, побежали в сторону забора.

В тот момент, когда незнакомцы находились уже около лаза в заборе, С. в целях их задержания произвел в них выстрел. Этим выстрелом один был убит, а другому было причинено легкое телесное повреждение.

В данном случае имело место очевидное превышение мер, необходимых для задержания. Причинение указанным лицам такого вреда при указанных обстоятельствах явно не соответствовало опасности их поведения^[1080].

Субъективная сторона преступления характеризуется прямым или косвенным умыслом (ч. 2 ст. 38). Виновный осознает, что, задерживая преступника, сам совершает противоправное деяние, предвидит возможность или неизбежность причинения смерти задерживаемому и желает либо сознательно допускает ее наступление или относится к этому безразлично.

Причинение по неосторожности смерти лицу, совершившему преступление, при его задержании не влечет уголовной ответственности. Состав преступления в таких случаях отсутствует.

Смерть лицу, совершившему преступление, причиняется лишь с целью лишить задерживаемого возможности уклониться от уголовной ответственности и предотвратить совершение им новых преступлений.

Субъект преступления – вменяемое лицо, достигшее 16-летнего возраста. В тех случаях, когда в ситуации задержания преступника должностные лица правоохранительных и контролирующих органов превышают меры, необходимые для задержания, и причиняют смерть задерживаемому, ответственность наступает по ч. 2 ст. 108 УК, а не за превышение должностных полномочий (ст. 286 УК).

Если убийство совершается при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, при наличии отягчающих обстоятельств, указанных в ч. 2 ст. 105 УК (в частности, смерть причиняется двум и более лицам), то содеянное надлежит квалифицировать только по ч. 2 ст. 108 УК.

2.5. Иные преступления против жизни

Причинение смерти по неосторожности

В отличие от ст. 106 УК РСФСР УК РФ 1996 г. исключил причинение смерти по неосторожности из разряда убийств. Предложения на этот счет делались давно^[1081]. Убийство и неосторожное причинение смерти – понятия разного порядка. В общественном сознании понятия «убийство» и «убийца» ассоциируются лишь с умышленным причинением смерти. Убить можно только умышленно. В законодательстве многих странах умышленное убийство достаточно резко отграничивается от неосторожного причинения смерти. Так было и в законодательстве дореволюционной России. Именно на эти позиции встал и УК РФ (ст. 109).

Причинение смерти по неосторожности – результат грубой недисциплинированности, невнимательности, неосмотрительности виновного. И хотя степень общественной опасности таких преступлений ниже по сравнению с убийствами, это вовсе не означает, что последствия данных преступлений всегда менее тяжкие. В условиях научно-технического прогресса прослеживается явная тенденция к их возрастанию. Поэтому нельзя недооценивать опасность неосторожных преступлений^[1082].

Деяние, предусмотренное ч. 1 ст. 109 УК, относится к категории преступлений небольшой тяжести, а деяния, предусмотренные ч. 2 и 3, – к категории преступлений средней тяжести.

Объектом рассматриваемого преступления являются общественные отношения, обеспечивающие безопасность жизни человека.

Объективная сторона преступления выражается в действии (бездействии), нарушающем те или иные правила предосторожности и причиняющем в результате смерть другому человеку. Смерть потерпевшего при этом должна находиться в причинной связи с деянием виновного.

Преступление имеет материальный состав и считается оконченным с момента наступления смерти.

Субъективная сторона преступления, предусмотренного ст. 109 УК, характеризуется неосторожной формой вины.

При преступном легкомыслии лицо предвидит возможность наступления смерти в результате своих действий (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывает на ее предотвращение (ч. 2 ст. 26 УК). Например, переправа в ветреную погоду людей на лодке через реку в расчете на благополучный исход, основанный на предыдущем опыте, в результате чего произошла трагедия (лодка перевернулась, люди утонули).

К. во время поиска своей коровы случайно прикоснулась к ограждению склада руками и была смертельно травмирована током. В действиях Т., подключившего ограждение из колючей проволоки к розетке электросети с напряжением 220 вольт, было признано наличие преступного легкомыслия. Т. предвидел возможность наступления смерти кого-либо от совершенных им действий, так как вывесил специальное предупреждающее объявление. Однако его расчет на то, что люди могут подойти к складу лишь со стороны дороги, где было вывешено объявление, оказался легкомысленным^[1083].

Причинение смерти по небрежности означает, что лицо не предвидело возможности ее наступления в результате своих действий (бездействия), хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло ее предвидеть (ч. 3 ст. 26 УК). Например, медицинская сестра по невнимательности дает больному вместо лекарства сильный яд; лицо производит чистку пистолета, не осмотрев его, в результате происходит выстрел и причиняется смерть другому человеку.

Следующее уголовное дело иллюстрирует случай причинения смерти по небрежности.

В целях обороны от возможных преступных посягательств Ш. передал своему другу Ф. имевшийся у него неисправный обрез. Ф. обещал отремонтировать оружие и вернуть его, как только минует надобность в нем. Однажды вечером друзья встретились на квартире Ш. и распили бутылку водки. После этого Ф. достал из пальто обрез и, беседуя с Ш., стал бесцельно размахивать оружием перед его лицом. Ш. эти действия не понравились, и он попросил Ф. убрать обрез, однако тот не обратил на это внимания. Тогда Ш. со словами «маши обрезом перед своим носом» резко повернул руку Ф. с оружием в его сторону. Неожиданно произошел выстрел, в результате которого Ф. получил смертельное ранение.

В данном случае Ш. грубо нарушил правила обращения с оружием. Он должен был и мог предвидеть возможность выстрела. Поэтому его действия были квалифицированы как причинение смерти по неосторожности в результате преступно небрежного обращения с оружием^[1084].

Причинение смерти по легкомыслию представляет по общему правилу большую общественную опасность, чем такое же деяние, совершенное по небрежности. Это объясняется тем, что в первом случае речь идет о сознательном нарушении правил предосторожности, охраняющих жизнь человека, и предвидении возможности наступления смерти потерпевшего при легкомысленном расчете на ее предотвращение, а во втором – о непредвидении наступления смерти при наличии обязанности и возможности ее предвидения. Чаще всего причинение смерти по неосторожности является результатом преступной небрежности.

Причинение смерти по неосторожности следует отличать от случайного ее причинения, когда лицо не только не предвидело возможности наступления смерти, но по обстоятельствам дела не должно было и не могло ее предвидеть. Вина лица в причинении смерти при несчастном случае отсутствует, уголовная ответственность исключается.

Субъект преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК, – вменяемое лицо, достигшее 16-летнего возраста.

Квалифицирующий признак преступления (ч. 2 ст. 109 УК) – причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей.

Под ненадлежащим исполнением лицом своих профессиональных обязанностей понимается совершение деяний, не отвечающих полностью или частично официальным требованиям, предписаниям, правилам, в результате чего наступает смерть потерпевшего. По делам данной категории должно быть установлено, какие именно профессиональные обязанности нарушил виновный.

Субъект преступления в данном случае – специальный – лицо определенной профессии, осуществляющее функции в соответствии с данной профессией.