Текст книги "За гранью вечности (СИ)"

Автор книги: AlexanderMay

сообщить о нарушении

Текущая страница: 53 (всего у книги 70 страниц)

Тот усмехнулся и вытер кровь с раненой руки о нагрудник Даймона.

– Попробуй сказать мне это, будучи без оружия…

Даймон промолчал в ответ и кивнул бойцам. Они вмиг скрутили бессмертного и вывели его из помещения. Процессия прошлась по короткому коридору и начала спускаться вниз по лестнице на первые этажи дворца. Гелион шёл сам, его руки и плечи держали сзади, чтобы тот не вырвался.

– И где вся охрана? – озираясь по сторонам, спросил он.

Даймон не ответил.

– М-м-м… Перебил и их? Интересно, сколько клятв ты нарушил за один день?

– Я не убивал Ваших стражей, – промолвил надзиратель. – Они связаны, но целы и невредимы.

– Значит, ты и Цитадель захватил? – в издевательской усмешке проговорил пленник.

– Нет, только это крыло дворца. Никто не знает, что здесь произошло.

– Пока не знает. Ты думаешь, никто не догадается о случившемся? Вести из Элизиума придут быстро.

– Я обо всём позаботился, – равнодушно ответил Даймон, шагая рядом с Гелионом.

Аскалон ухмыльнулся и замолчал. Кучка воинов с пленным военачальником спустилась на первый этаж и остановилась около просторного коридора, ведущего в холл дворца.

– И куда мы идём? – презрительно глядя на обидчика, спросил Гелион.

– В безопасное место, – буркнул Даймон и кивнул одному из стражников.

Тот воткнул тряпку в рот пленнику, достал из-за пазухи мешок и натянул его на голову военачальника. Руки сзади заковали в кандалы, а поверх туники надели чёрную мантию.

Надзиратель дал знак шагать. Процессия медленно выступила в холл. Здесь было пустынно – знать и офицеры находились в столице, у входа во дворец дежурило лишь несколько патрульных.

– Стоять! – крикнул один из стражей Цитадели, когда мимо проходили воины с закованной фигурой. – Это ещё кто?

– Агент Пандемониума, как я и говорил, – уверенно ответил Даймон. – Ведём его в Элизиум к господину Гелиону для дачи показаний.

– Вот же мразь… – замотал головой патрульный. – И это у нас в Цитадели… Пожёстче с ним!

Даэв кивнул и велел спутникам шагать дальше. Гелион начал что-то мычать и брыкаться, но Даймон ударил его по задней стороне шеи, прикрикнув:

– Заткнись! – и тот замолчал.

Колонна шагала ещё долго, Гелион знал каждый уголок Цитадели Тэминона, поэтому понимал, куда его ведут.

Около погрузочного склада товаров на причале стояло небольшое парящее судно. Процессия обошла расставленные тут и там деревянные ящики и перебралась на корабль.

– Склад пуст – свидетелей нет, – подтвердил Даймон, оглядываясь по сторонам. – Отчаливай!

Судно дёрнулось и поплыло прочь от острова к Эфирному барьеру, защищающему этот форт элийцев. Гелиона посадили на скамью не дали возможности двигаться – несколько рук крепко держали его за плечи.

Через час корабль пришвартовался, и пленника насильно повели с борта на землю.

«Холодно, – заметил военачальник. – Значит, я далеко от Ока».

Гелиона спустили по длинной каменной лестнице в какое-то сырое помещение. Слева скрипнула решётка, и мужчину бросили в камеру. Затем с него скинули мантию и мешок, но снимать кандалы с рук не стали. Оглядевшись по сторонам, он спросил у нависающего над ним Даймона:

– Ну и куда ты меня привёл?

– Это остров Теней, – равнодушно ответил бессмертный. – Здесь Вас недолго продержат.

– Недолго? – усмехнулся воин. – Это сколько по меркам Даэва? Сотню лет?

– Несколько недель, – устало бросил Даймон.

– А потом? Что потом? Отпустишь, словно ничего и не было? Думаешь, я просто так обо всём этом забуду?

– Не забудете. Но уже ничего не сделаете. Скорее всего, Вас лишат поста военачальника. Наверное, сделают простым офицером.

– О-хо-хо, – засмеялся Гелион и замотал головой. – Все знают о моих подвигах. О том, что я заслужил этот пост сам – без чьей-либо помощи. Как только ты лишишь меня званий, поднимутся бунты.

– Бунтовать нет времени. Да и сил. Воины и так не видят отдыха. Благодаря Вам, – Даймон строго посмотрел на военачальника, ожидая его ответа.

Гелион закатил глаза и вздохнул.

– Только не говори, что всё это из-за личной неприязни. Надеюсь, ты не забыл, кто сделал тебя командующим, дал власть и кому ты обязан возвращением утраченных территорий?

– Я обязан воинам, что сражались в Бездне, Ингисоне и Келькмаросе. Воинам, которые верят в своё будущее и хотят жить.

– Не будь меня, не было бы и этого похода, кретин! Кстати, ты не ответил, – сморщился Аскалон. – Так кто стоит за срывом церемонии?

– Престол займёт законный владелец, – монотонно произнёс Даэв.

– М-м-м, – наигранно удивился пленник. – И кто же?

– Господин Фаметес.

– Забавно… – ухмыльнулся Гелион. – И кучка легионеров во главе с безумным бессмертным решила вернуть ему трон, да?

Даймон сощурился и смолчал.

– А помнишь, как ты предал его, уговаривая меня восстать против Элизиума? Ты клялся мне в верности, произносил речи… Куда делось это всё? Теперь тебя уже не устраивает старый Даэв?

Даймон нахмурился. Он опустил голову и тихо заговорил:

– Балауры не отступят против атак на Элиос. Сейчас, после стольких лет войны появился шанс уничтожить ящеров раз и навсегда. Вы бы никогда не пошли на это.

– На что?

– На объединение Элиоса и Асмодеи.

Гелион звонко расхохотался. Честно сказать, Даймон не ожидал такой реакции и слегка удивился, но не стал ничего говорить.

– Дракана с два! – утолив приступ смеха, промолвил пленник. – Вот насмешил… О, Айон, ты вправду меня удивил, ха-ха. Я думал, причиной может быть всё, что угодно, но только не это. Объединить давних врагов! Ха-ха-ха… Даймон, скажи, бессмертие лишило тебя разума? Хорошо, только скажи мне, и я это быстро исправлю… Как можно быть настолько наивным? Я до сих пор надеюсь, что ты пошутил.

– Я не шучу, – грозно ответил Даэв. – Войска асмодиан и элийцев смогли отбить атаку Дерадикона. Балауры удивлены, а до командования северян дошла некая мысль.

Гелион искривил лицо в ухмылке и покачал головой.

– Сколько раз ты уже упоминал это событие… Победить один раз ничего не значит. Особенно для асмодиан. Вспомни, почему вы бились на одной стороне: это было всего лишь выгодно для вас – ничего более.

– Увидим… – печально вздохнул Даймон и пошагал к выходу.

– Стой! – крикнул ему вслед Гелион.

Даэв обернулся.

– В Элизиуме не простят осквернения Святилища.

– Если только Верховный жрец сам не принимал в этом участия… – бросил воин и открыл створку решётки.

– Так-так… Всё спланировал, думаешь? Интересно. Скажи, ведь ты же не сам это придумал… – тихо промолвил Аскалон.

Даймон замер и искоса посмотрел на пленника.

– …Куда тебе. Ты лишь крыса на побегушках: склоняешься задом перед тем, кто сильнее или умнее, – военачальник посмеялся и упёрся взглядом в землю, перебирая стальные цепи на руках. – Знаешь, а ты немногим ушёл от Раверинтоса – такая же безмозглая пешка, как и тот фанатик. Им управлял выродок Слутгельмир из Асмодеи. А кто помыкает тобой? Неужто тот красивый зеленоглазый асмодианин, которого ты защищал? А ты не думал, что он делает и говорит только то, что ему выгодно? Как и все серозадые…

– Помолчите, господин Гелион… – напрягши скулы, высказался Даймон. – Я делаю то, что считаю нужным, и по своим причинам.

– Думаешь, я не знаю, почему ты такой? – продолжил пленник, словно не обращая внимания на слова бессмертного. – Ты желаешь изменить мир, но понимаешь, что сам ничего не добьёшься. Я читал твою биографию, Даймон. Мы с тобой похожи.

Воин, всем своим видом выказывая скуку, облокотился о петли и сложил руки на груди.

– И чем же?

– Ты сирота, – улыбнулся Гелион. – Вырос в церковном приюте в Интердике, ведь так? Конечно, так. Как и я… Но моим домом был Теобомос. Знаешь, очень редко бывает так, что дети, не имеющие богатых и знатных родителей, вырастают прекрасными бойцами и становятся Даэвами.

Даймон сощурился и склонил голову набок.

– Это было давно, – промолвил он. – Я уже не помню своего детства.

– Сколько лет живёшь, а врать до сих пор не научился, – ухмыльнулся военачальник. – Всё ты помнишь: и как годами ходил в грязных обносках, голодным скитаясь по улицам, и как завидовал офицерским отпрыскам, чьи дома были всегда полны тепла и ласки…

– Довольно, – прервал его воин, приблизившись к пленнику.

– Я тоже всё это пережил. Ты думаешь, я не понимаю твоих мотивов? Считаешь, что я видел меньше боли в своей жизни? О, ты сильно ошибаешься.

– Мне не нужно Вашего сочувствия. Сейчас я Даэв. Даэв без прошлого…

– И будущего, если не освободишь меня прямо сейчас, – перебил его Аскалон. – Обещаю, что, если ты немедленно снимешь с меня кандалы и выпустишь, я тебя не развоплощу.

– А теперь я удивлён Вашей наивности, господин Гелион, – криво ухмыльнувшись, промычал воин. – Приятного отдыха.

Даймон быстрым шагом вышел из клетки и захлопнул решётку, повесив на неё тяжёлый замок.

– Проклятый ублюдок! – лицо Гелиона вмиг налилось злобой и яростью. – Клянусь Айоном, я выберусь отсюда и расправлюсь с тобой и твоей прекрасной жёнушкой, дракан тебя дери! Две головы на пиках болтаться будут остальным в назидание, слышишь? Слышишь, отродье балаурское?

Даймон ничего не ответил. Он подошёл к одному из легионеров и грозно приказал:

– Глаз с него не спускать! И не слушать его гадкие речи: он ещё тот умелец лапшу на уши вешать. Легата Пепельных Облаков привести сюда же и посадить в соседнюю клетку. Следить за ними и днём и ночью! Всё понятно?

Бойцы дружно кивнули, и Даймон, что-то буркнув, быстрым важным шагом поднялся на поверхность. Бессмертному элийцу предстоял путь в столицу, где всё должно было закончиться строго по плану.

***

Элизиум.

Легионеры Сияния Миражей и Когтя Грифона оцепили Площадь Святых. Около Святилища творилось нечто невообразимое: сотни знатных элийцев, крича и визжа, бросались на воинов, офицеры угрожали центурионам расправой – страсти накалялись с каждой минутой.

Из ворот храма в окружении четырёх бойцов, двух Даэвов и Верховного жреца вышел юноша в фиолетовой робе. Он вознёс руки к небу и крикнул:

– Тихо!

Но это было бесполезно – никто его не услышал. Тогда Белатрисс, уже переодевшаяся в привычное для неё платье, взмахнула руками, и над площадью мгновенно пролетел сильный поток воздуха, привлёкший внимание разбушевавшихся гостей.

Все затихли и развернулись лицом к храму. Когда последние горожане подняли с брусчатки свои слетевшие шляпы, юноша вышел вперёд и громко заговорил:

– Меня зовут Фаметес из династии ан Ривенов! Я – законный правитель Элизиума!..

Но ему не дали договорить. Площадь вмиг взорвалась криками и негативными окликами:

– Самозванец! Фаметес мёртв! Уберите мальчишку!.. – доносилось со всех сторон.

Белатрисс не выдержала и вновь пустила вихрь по округе. Крики тут же сменились на тихое недовольное бурчание. Фаметес одобрительно кивнул девушке и продолжил:

– Я не самозванец! Моё имя – Фаметес, и я военачальник Элизиума! Глава Ордена Миразента пытался отравить меня, но у него не получилось: я выжил и готов снова занять законное место на троне.

– Докажи! – донеслось из толпы.

Тогда слово взял Верховный жрец Юклиас.

– Как глава Святилища Элизиума и слуга Айона я заявляю, что это действительно военачальник Фаметес ан Ривен. Магистр Раверинтос мёртв – он убил себя, когда его поступки вскрылись.

Площадь вновь озарил громкий гул.

– Сколько можно их обдавать ветром? – нахмурившись, спросила у жреца Белатрисс. – Нужно что-то посерьёзнее.. Канеус! – крикнула она в толпу.

Из-под чёрного капюшона в самом центре площади засветилась пара острых глаз. Спустя лишь мгновение округу тряханул сильный подземный толчок. Несколько человек, охнув, свалились с ног, остальные схватились друг за друга и не отпускали, пока всё не прекратилось.

– Ну, теперь-то до них должно дойти, что перебивать – некультурно… – тихо пробормотала Белатрисс, кивнув фигуре в капюшоне.

– Это так! – продолжил Юклиас. – Всё, что было сказано – правда! Господин Фаметес – ваш законный правитель! Его благословил Айон и Служители Вечности! Именно перед ним вы должны преклонить колени, а не перед самозванцем Гелионом!

Гости недоверчиво переглянулись. Юный военачальник сделал ещё шаг вперёд и расправил руки в стороны. Кто-то робко выкрикнул:

– Да!..

Несколько рук громко захлопали. Через несколько секунд к ним присоединились ещё десяток. Вскоре по Площади Святых разлились дружные аплодисменты, сменяемые одобрительными воплями и кивками.

– Слава Айону… – промолвил Юклиас, наблюдая за картиной.

Фаметесу аплодировали сотни людей, а это значило, что они вспомнили в нём своего императора. Всё прошло, как нельзя лучше.

***

Этим же вечером.

Храм Стражников. Элизиум.

Даймон направлялся в покои Фаметеса. Он подошёл к залу заседаний и тихонько приоткрыл дверь. Обнаружив там фигуры военачальников, сидящих за столом вокруг своего правителя, Даэв тихо прикрыл её, решив дождаться окончания совещания.

Буквально через десять минут дверь отворилась, и из зала стали медленно выходить капитаны элийских гарнизонов. Даймон проводил недоверчивым взглядом улыбающегося Ференто, главу Интердики, и наткнулся на Ваталлоса – военачальника Бертрона.

– Господин Ваталлос, – бессмертный учтиво кивнул мужчине, которого чуть не сбил с ног.

– Даймон, – скупо поприветствовал его элиец. – Ты не сдержал обещания…

Пронзительный грустный взгляд ан Боуэна старшего заставил Даэва опустить голову и сжать кулаки.

– Я искал по всей Бездне, – промолвил воин. – Но следов Вашего сына не нашёл.

Ваталлос вздохнул и зажмурился. Казалось, он сдерживал подступавшие слёзы.

– Зачем он вообще отправился в эту проклятую Цитадель?..

– Мне жаль, – лишь произнёс бессмертный.

– Он всегда был своенравен… – тихо заговорил мужчина. – Считал честь превыше всего… Я был плохим отцом и не смог уберечь его от него самого…

– Не вините себя…

– А кого? – резко перебил его военачальник. – Тебя? За то, что не уследил за своим легионером…

– Он уже не был моим легионером, когда пропал.

– А как же письмо, что он послал тебе? Ты сам говорил, что он хочет вернуться в легион! – надрывным голосом произнёс Ваталлос.

– Я не успел ответить ему, а потом меня лишили легатства… – пялясь в блестящий пол, ответил Даэв. – Не теряйте надежды. Может, Дариус ещё вернётся.

– Я молюсь каждый день. Он – единственное, что осталось у меня…

– Тогда он точно вернётся, – добродушно кивнул Даймон и вздохнул. – Что было на совещании?

– Обсуждали сегодняшнее утро, – отстранённо пробормотал военачальник. – Это ты спланировал всё?

Даэв не хотел пока упоминать об асмодианине, поэтому ответил:

– Это был общий план. В нём участвовало много Даэвов.

– Я заметил… – буркнул мужчина.

– Да защитит Вас Айон, господин Ваталлос, – не желая больше задерживаться, попрощался бесммертный.

Капитан гарнизона Бертрона не ответил. Он молча пошагал к лифту, Даэв проводил его задумчивым взглядом и открыл дверь в зал. Во главе длинного стола всё ещё сидел Фаметес.

– Добрый вечер, господин Даймон, – промолвил юный правитель, узнав гостя. – Рад Вас видеть.

– Расефиэль, господин Фаметес, – воин поклонился и занял место справа от юноши. – Как Вы себя чувствуете после сегодняшнего?

– Отлично, благодарю. Ваша жена говорила, что успех – это Ваша заслуга.

– Она преувеличивает, – улыбнулся мужчина. – Как Вам старое новое место?

– Лучше прежнего, – нахмурив брови и потерев ладонью подлокотник, ответил юноша. – Я усвоил много уроков. Впредь не буду совершать прошлых ошибок…

– Я рад это слышать, – одобрительно кивнул Даэв. – В ближайшие дни Вам придётся решить много задач: тех, что раньше решал магистр Ордена.

– Да, издать кучу указов, назначить людей на посты…

– И не забудьте про пост магистра. Его должны будете назначить лично Вы как покровитель Ордена Миразента.

– Вы правы, – вздохнул Фаметес. – Но я пока не представляю, кто достоин занять эту должность.

– Выберите самого мудрого. Он должен быть опытен и чист. И, конечно же, быть верен Вам.

– Может, господин Юклиас?

– Зная Верховного жреца, могу сказать, что он вряд ли согласится, – улыбнулся воин. – Даже если Вы попросите, он пожелает остаться главой Святилища.

– Тогда на ум никто не приходит… – нахмурился юноша. – Стойте. Вы говорили о самом мудром. А что насчёт Вашего заклинателя… Как его?..

– Канеуса? – удивился бессмертный и вскинул бровь.

– Да. Он мне показался очень мудрым и… верным.

– Мудрости ему не занимать, но…

– Даэв может быть главой Ордена? Или это нарушает традицию? – перебив его, заинтересовался правитель.

– За последнее время мы нарушили столько традиций, что, я думаю, это возможно, но… – Даймон даже растерялся. – Это очень необычное решение. Честно говоря, Вы повергли им меня в шок. Канеус – мудрец, но он ещё и воин. Зная его своевольный характер, он может запросто проигнорировать Ваше предложение.

– Значит, Вы его убедите, – настоял Фаметес. – Я желаю видеть возле себя советника, опытного во всех отношениях. Он должен помогать мне не только касательно дел Элизиума, но и советовать в военных вопросах. А кто может быть лучше Даэва, да ещё и заклинателя?

– Пожалуй, Вы правы… – выцедил из себя Даймон, всё ещё не соглашаясь в душе с мнением юного правителя.

– Хорошо, с одним вопросом разобрались. Теперь остаётся ещё одна важная должность: пост военачальника Арэшурата. После отставки господина Гелиона достойного кандидата будет тяжело найти…

– Я понимаю… – кивнул Даймон.

– И это будете не Вы, – довольно строгим тоном произнёс юноша. Во взгляде Фаметеса Даймон увидел нарастающее недоверие.

– Я и не желаю этой должности. Особенно, сейчас, – максимально равнодушно ответил Даэв. – Тем более, на мой взгляд, на высоких постах и так будет достаточно бессмертных.

– Причина вовсе не в этом, – тон правителя действительно изменился на предельно серьёзный. Юноша прожигал Даэва своим пронзительным взглядом. – Я знаю, что Вы помогли мне только из-за своего плана, который я пообещал поддержать, если вернусь на пост военачальника Элизиума. Вы использовали меня ради своей цели. В ваших глазах нет верности. Есть только выгода. Поэтому обещать Вам высокое положение и звание я не могу.

Даймон молча кивнул. Он не стал спорить с Фаметесом, как бы ему этого не хотелось.

– Надеюсь, у Ваших друзей были другие мотивы, – продолжил юноша. – Но хватит об этом. Вы выполнили своё обещание: я сижу на троне – теперь я выполню своё.

Даэв внимательно посмотрел на Фаметеса.

«О да, ты изменился… – подумал воин. – Теперь ты не похож на зелёного мальчугана. Что ж, может, из тебя и выйдет достойный правитель…»

– К сожалению, я не могу отдать Вам Сияние Миражей – его бойцы очень опытны и нужны мне в Ингисоне. Для авангарда берите Коготь Грифона. Ещё восемь легионов я соберу из Бертрона и Интердики. Если я пойму, что асмодиане не планируют диверсию, то я вышлю ещё десять легионов. Вы согласны?

Даймон улыбнулся. С каждым словом юноши воин убеждался всё больше, что Фаметес – не худшая партия для столицы и Элиоса в целом.

«Мудрое решение – не посылать один из лучших легионов на волю Айона в кровавые земли Асмодеи. Очень хорошо, Фаметес, очень хорошо…»

– Так Вы согласны? – переспросил правитель, не дождавшись ответа.

– Простите, я задумался… – оправился бессмертный. – Да, я согласен… Я вышлю Вам весточку, как только будут первые успехи.

– Хорошо, бойцы будут готовы в течение недели, – как ни в чём бывало продолжил юноша. – Я переговорил с господином Терианом Лекасом: он предупредит господина Видара из Пандемониума о наших намерениях. Без согласия военачальника северной столицы я не разрешу поход.

– Разумно, – согласился Даэв. – Вы сказали, что говорили с Терианом Лекасом. Можно спросить, где он сейчас?

– Ближе, чем Вы думаете, – Фаметес поднялся и важно пошагал к двери в свои покои.

Открыв дверь расписным ключом, правитель распахнул её перед Даймоном. Мужчина шагнул внутрь. За массивным столом, тускло освещаемым догорающей свечой, сидела фигура, облачённая в чёрное. Завидев гостей, она резко обернулась, и из темноты засияла пара ярких ядовито-зелёных глаз.

========== Часть 6. Глава 4. ==========

Комментарий к Часть 6. Глава 4.

Отредактировано.

Фоэта.

Как Даймон и обещал, за Эви, всё ещё одиноко живущей в Акариосе, стал присматривать Калион, глава наёмников. Он приезжал к ней каждый день около полудня и приносил с собой какие-нибудь подарки: в основном, свежие фрукты и травы.

Эви вот уже почти неделю жила одна в большом доме. Ей было очень непривычно долгое время находиться в одиночестве, ведь с детства её окружали нянечки, сверстники, куча прислуги, да и кавалеры, в конце концов. С недавних пор девушка стала бояться оставаться одной, пускай вокруг и было безопасно.

Целыми днями элийка сидела в доме, боясь выйти на улицу. Почему именно, она не могла себе ответить. Оттого визиты Калиона были для неё спасением. Они гуляли по Акариосу, ездили верхом по окрестностям города, бывали у озера. С ним было легко и приятно общаться. Несмотря на некую напыщенность и хитрый взгляд, Калион казался весёлым и позитивным человеком, что можно было редко сказать о наёмниках. О людях этой профессии ходили разные слухи – и почти всегда неприятные. Наёмники на то и наёмники, чтобы выполнять любую работу за деньги.

Так сложилось, что в Фоэте не было собственных легионов, как не было и военачальника, кому они должны подчиняться. Элизиум не стал выделять острову свои войска за ненадобностью: здесь никогда не встречали ни асмодиан, ни балауров. Но зато было предостаточно своих проблем, на которые столица не обращала внимания: дикие звери, керубимы, дукаки – злобное племя гоблинов, нещадно вырубающее лес. Учить мирных жителей Фоэты держать в руках оружие было некому, поэтому пришлось воспользоваться помощью наёмников из Бертрона и Элтенена. Это были либо бывшие легионеры, либо рекруты, не вступившие в ряды легиона. Также среди наёмников было немало крестьян, овладевших оружием и теперь зарабатывающих себе на жизнь не ремеслом, а защитой своих соседей – всё-таки воинам платили достаточно и, что немаловажно, стабильно.

В этот день Калион обещал проехаться с Эви верхом до озера, поэтому велел ей к полудню быть готовой. Девушка подготовилась к прогулке основательно: набрала воды в флягу из сушёной тыквы, прицепила к седлу три полные корзинки еды, уложила несколько покрывал и пледов, прихватила пучок лечебных трав и два ножа, запрятанных в одежду – мало ли что. Когда Калион подъехал к дворику девушки, она уже поправляла седло своей лошади.

– Доброе утро, милая леди, – как всегда важно поклонился мужчина, будучи верхом, и широко улыбнулся, щурясь от ярких лучей полуденного солнца.

– Вы опоздали, – улыбнулась в ответ Эви и ловко забралась в седло. – Уже почти пол-первого.

– Что ж, прошу прощения за мою непунктуальность, – лукаво промолвил мужчина и развернул лошадь к дороге. – Тогда поторопимся?

Девушка положительно угукнула, и наездники помчались прочь из города – только шлейф из пыли нёсся за ними столбом.

– Кто первым пересечёт крепостные ворота, тот выбирает место для пикника, – крикнул наёмник вслед Эви.

– Вы проиграете, – промолвила она и пришпорила лошадь сильнее. – Но! Пошла!

Калион ухмыльнулся и помотал головой.

– Ну уж нет! Попробуйте догнать моего жеребца, юная леди!

Неожиданно для девушки, конь наёмника встрепенулся, громко заржал и вдруг понёсся вперёд с недосягаемой скоростью. Эви удивилась и попыталась догнать мужчину, но его скакун был намного резвее. За столбом пыли, несущимся за Калионом, девушка увидела широкую и довольную улыбку на его лице.

За самыми воротами мужчина остановил лошадь и устремил взгляд на уже не особо спешащую элийку, чья победа была украдена хитрым наёмником. Калион сделал вид, что зевает, дожидаясь спутницу, и произнёс, когда её лошадь поравнялась с его:

– Долго же Вы едете, милая леди. Так и до сумерок не доберёмся!

Эви нахмурилась ехидной улыбке мужчины, тот подмигнул и помчался дальше.

Дорога до озера петляла между многочисленными крохотными селениями вокруг Акариоса. Дальше по сторонам стали мелькать лишь редкие домики крестьян, разбросанные по бескрайним полям зерновых.

– Это хлебопашцы, – Калион махнул головой на двоих мужчин, работающих в поле неподалёку от дороги. – Скоро второй сезон урожая.

– Разве земли Фоэты плодоносят не круглый год? – спросила Эви, поравнявшись с наёмником.

– Почве нужно отдыхать – заключил он, немного сбавив скорость. – Мы живём на крохотном острове, если сравнивать его с континентами Элиоса. Но своим хлебом мы кормим не только себя, но и Бертрон, Элиан, Элизиум… Почти вся Фоэта – огромное солнечное поле, на котором растёт пшеница, рожь, да и много других злаков. Откуда же в земле столько сил, чтобы круглый год плодоносить?

Эви непонимающе помотала головой. Калион улыбнулся и продолжил:

– Мы разделили остров на несколько частей: юг, центр и север. Крестьяне засевают поля так, чтобы на каждой из зон урожай созревал в разное время. Это позволяет почве отдыхать и набираться сил, в то же время из-за этого не бывает перебоев с поставками зерна на континент.

– Удобно… – промолвила девушка, рассматривая красоты полей, тянущихся прямо к горизонту.

– Это больше необходимость, нежели удобство. Крестьянам приходится покидать свои дома раз в год, чтобы возделывать земли на другом конце острова, – Калион вздохнул. – Кстати, кто Вас научил так держаться в седле? Вы прекрасная наездница!

– Благодарю, – девушка улыбнулась. – Родители научили. Я с детства любила лошадей. Мама говорила, что ездить верхом я научилась раньше, чем ходить – заслуга отца: он частенько сажал меня в седло, а иногда брал меня с собой на прогулки с ветерком.

– У Вас было счастливое детство, – заключил мужчина, внимательно рассматривая спутницу с головы до ног.

– Да, можно сказать и так… Родители исполняли любые мои желания. Знаете, я была капризной девочкой: постоянно рыдала, если мне что-то не покупали. Разговаривать со мной в те моменты было бесполезно – я заливалась слезами и не хотела никого слушать. Тогда мама и смекнула, что единственный выход – купить мне эту вещь… У меня всё было: куча придворных вместо неживых скучных кукол, красивейшие наряды во всей Интердике и уважение вперемежку с завистью от сверстниц, которым такая роскошь только снилась.

– Ваш отец – видимо, очень важный человек.

– Мой отец – губернатор Юфросина. Это в Интердике.

– Слышал об этом городе, – утвердительно кивнул Калион. – У нас в Акариосе есть один пожилой воин – он родом оттуда и раньше служил в Небесной флотилии: летал на кораблях, воевал с асмодианами.

– А Вы? – Эви внимательно посмотрела на мужчину. Его короткие, слегка взъерошенные чёрные волосы блестели на солнце, а глаза были задумчивы, словно он всё это время витал в своих воспоминаниях. – Вы воевали с асмодианами?

– Я видел их только, когда их легион напал на Фоэту, – хмуро улыбнулся он. – Но, право сказать, тогда я уложил немало их аканов, хе-хе.

Глаза Эви погрустнели. Она отвлеклась от элийца и уставилась на дорогу. Желтеющие поля стали сменяться на зелёные холмы, за которыми должна показаться блестящая гладь большого прекрасного озера, спрятанного в самых недрах Фоэты.

Путники обогнули высокий холм – дорога пошла чуть под горку, и вскоре перед всадниками показалась широкая голубая полоса, переливающаяся в мягком тёплом свете солнца. От воды вдруг подул свежий приятный ветерок – рядом с озером жара практически не ощущалась – его воды были всегда прохладны, но причина этого странного явления оставалась загадкой.

В центре огромного озера виднелся небольшой островок, на котором высилось громадное дерево с широкой фиолетовой кроной, нависающей над водой. Под цветастой листвой на длинных тонких лапах вальяжно расхаживали розовокрылые птицы с высокими хохолками.

У берега, как ни странно, было пустынно. Обычно здесь паслись стада жвачных, напоминающих бизонов, а чуть поодаль, на склонах холмов, шныряли туда-сюда кучки смешных, но агрессивных керубимов, только иногда и с явной опаской подходящих к воде.

Калион выбрал место для пикника под массивной кроной одиноко стоящего дерева у самой кромки песчаного берега. Мужчина спешился, привязал поводья к толстой ветке и принялся разгружать свой багаж. Под широкую тень от листвы вскоре въехала и Эви. Она остановила животное и принялась слезать с седла. Калион увидел это, спохватился и, побросав всё, что было в руках, подбежал к девушке и подал руку. Эви, не задумываясь, приняла помощь и через секунду тоже оказалась на твёрдой земле. Калион, как всегда, улыбнулся и молча продолжил сооружать импровизированный лагерь.

Девушка не спешила разгружаться, и куча вещей, по-прежнему привязанных к седлу, явно вызывала недовольство у лошади элийки. Животное, громко фыркая и топчась на месте, то и дело потряхивало боками из стороны в сторону, отчего груз звенел и бряцал. Расстелив пару пледов у самого ствола и разложив по ним корзинки с едой, Калион устало плюхнулся на один из них и сел, прислонившись спиной к грубой коре массивного дерева. Он удивлённо посмотрел на Эви, безуспешно пытающуюся успокоить свою лошадь, ухмыльнулся и спросил:

– Зачем Вам столько вещей, леди Эви? Уж не бежать ли Вы от меня собрались?

Девушка резко обернулась. Мужчина заинтересованно смотрел на неё и кусал спелое яблоко.

– Нет, что Вы… – засмеялась она и махнула рукой. – Скажете тоже. Просто я себя знаю: засмотрюсь по сторонам и обязательно потеряюсь, – оставив попытки успокоить животное, элийка присела рядом с Калионом и тоже взяла из корзинки фрукт. – А Вы меня потом искать будете по всей Фоэте.

– И, потерявшись, Вы не хотите остаться без еды, – закончил он, не снимая с лица ехидной улыбки. – Понятно всё. Ну, со мной Вы можете этого не бояться. Уж я-то не позволю Вам потеряться.

Эви мельком улыбнулась, но тут же отвела взгляд. Калион заметил это, но не придал внимания. Он протяжно вздохнул, развалившись на своём месте, и томным расслабленным взглядом глядел в слегка дрожащую и от этого переливающуюся яркими лучами гладь озера.

– Знаете, милая леди, я, пожалуй, Вам завидую.

– Отчего же? – повернувшись лицом к мужчине, спросила элийка.

– Я не могу похвастаться богатыми родителями и прекрасными нарядами, – по его лицу вновь растеклась улыбка, а глаза плавно закрылись.

– А чем можете?

– Все мои достоинства напоказ, – засмеялся он, расслабленно слушая шелест листьев над головой и пение мелких птиц, то и дело перелетающих с ветки на ветку. – Умение держать в руках оружие, опыт руководителя, уважение подчинёнными, недурная внешность – да и всё, пожалуй. В отличие от Вас, милая Эви, моё детство не представляет ничего интересного.

– Мне будет интересно послушать, – девушка подняла глаза к небу и принялась рассматривать, как солнечные лучи пробиваются сквозь листочки, подсвечивая их края.