Текст книги "Директор Арк (ЛП)"

Автор книги: Coeur Al'Aran

сообщить о нарушении

Текущая страница: 88 (всего у книги 110 страниц)

Да, Жон был достаточно разумным, чтобы осознавать собственную некомпетентность и прислушиваться к тем, кто гораздо лучше него разбирался в большинстве вопросов. Мама наверняка бы назвала это главным признаком работающих мозгов, но он считал подобное качество всего лишь обычным здравым смыслом – в общем, тем, чего очень многим людям крайне не хватало.

С другой стороны, конкретно сейчас Жон оказался обязан продемонстрировать свою “невероятную гениальность”. Следовало показать себя тем, кто, по мнению Синдер, легко мог предсказать любые ее шаги.

Само собой, требовалось избегать различных вещей, которые имели шанс разрушить сложившийся образ. Например, не стоило рассчитывать на то, что Синдер вернет Озпину такую могущественную вещь, как Реликвия Разрушения.

Не вернет.

Впрочем, это же делало ее весьма предсказуемой. Но и тут надо было не переборщить. Если Жон подготовится к вполне ожидаемому предательству, а Синдер вдруг решит его не предавать, то все замыслы моментально пойдут прахом.

В идеале ему следовало угадать всё вплоть до мелочей, впечатлив и напугав ее своими “хитрыми планами” до такой степени, чтобы она ничего не смогла предпринять, опасаясь “неизбежного наказания”.

До сих пор Жону удавалось выкручиваться именно потому, что эти самые мелочи Синдер додумывала за него самостоятельно. Но сейчас ей хотелось услышать план, а не просто наблюдать за тем, как тот станет постепенно “претворяться в жизнь”.

Вот только никакого “гениального плана” у Жона не было. Как, впрочем, и всегда…

– Я тебе верю, – сказал он.

– Ты мне веришь? – переспросила Синдер, повернув голову так, чтобы взметнувшиеся волосы коснулись его лица. – Довольно смелое заявление, Жон. Кое-кто и вовсе назвал бы глупостью доверие к той, кто некогда пыталась тебя убить, особенно если речь идет о Реликвии Разрушения.

Она наполнила бокал и пододвинула к нему.

– Вина?

– Ты меня не поняла, – произнес Жон, а затем принял бокал и сделал неторопливый глоток, ни на миг не отводя от нее взгляда.

Разумеется, он не был сторонником идеи о том, что все женщины являлись хищницами, но Синдер ее, похоже, очень даже разделяла.

– Разве? – ухмыльнулась она, соприкоснувшись своим бокалом с его. – Но что такое “вера”, Жон? Для меня это всего лишь индикатор того, насколько человек уверен, что его манипуляции с другими людьми принесут желаемый результат. Ты веришь в то, что нянька присмотрит за твоим ребенком вовсе не потому, что хорошо ее знаешь, а из-за заплаченных денег, надежды на соседей, которые могут вовремя заметить неладное, и благодаря страху няньки перед полицией, обязанной вмешаться в случае ненадлежащего исполнения ей своих обязанностей. И в верность собственной девушки ты веришь лишь из-за уверенности в наличии у нее сильной эмоциональной привязанности, которая не позволит никуда от тебя деться.

– Цинично. Но тебе идет. Может быть, мне стоит в дальнейшем называть тебя “Циничной Синдер”?

Она рассмеялась и внезапно шагнула вперед – вплотную к Жону. Тот не шелохнулся, чтобы не демонстрировать собственную неготовность к подобному повороту и не разрушать сложившийся у нее в голове образ. Вместо этого Жон слегка приподнял бровь и сделал еще один глоток вина.

Когда Синдер забрала у него пустой бокал и положила руки на плечи Жона, то сохранять спокойствие стало гораздо сложнее. Тем более она тут же соединила пальцы у него на затылке и приблизила свое лицо к его так, что Жон ощутил на губах ее горячее дыхание.

– Предпочитаю называть себя реалисткой. Так что же ты подразумеваешь под словом “вера”? Просвети-ка меня.

Под данным словом Жон подразумевал именно эмоциональную связь, привязанность и уважение – в общем, все те вещи, которые Синдер никогда бы не приняла. Впрочем, для него оно обладало далеко не единственным значением, иначе бы он ни за что не смог доверить какое-нибудь дело ей, Айронвуду или даже Роману с Нео. В конце концов, у каждого слова имелось множество различных смыслов, верно?

Пусть доверие на основе знания о хороших качествах того или иного человека приносило немалое удовольствие, но как и сказала Синдер, это ничуть не мешало позволять совершенно незнакомому сантехнику устранять засор в трубе. Такого же доверия, как, например, к другу, к нему, конечно же, никогда не будет, но свою работу он всё же сделает.

Роман давным-давно поделился с Жоном своим взглядом на разницу между верой и доверием.

– Вера – это знание о том, как человек поступит, – произнес он.

Единственный глаз Синдер сверкнул – не совсем так, как бывало при использовании ей силы девы, но очень похоже. Руки на его плечах напряглись, а ее лицо оказалось еще немного ближе к лицу Жона.

– Весьма на тебя похоже, – произнесла Синдер. – Ты доверяешь не кому-то постороннему, а своим представлениям о нем – тому, что помогает тебе им манипулировать.

Она прижалась к Жону.

– Но означает ли это, что ты способен предсказать реакцию какого-нибудь человека в абсолютно любой ситуации?

Ну, при определенной подготовке Жон действительно мог сотворить нечто подобное. Как и говорил Роман, не стоило сомневаться в том, что люди начнут действовать себе во благо, пусть это самое благо серьезно отличалось от человека к человеку.

Если дать Руби денег и отправить за печеньем, то она его обязательно купит, поскольку печенье искренне любила. Блейк моментально убежит охотиться на Белый Клык, если попросить ее провести соответствующее расследование. Точно так же не стоило рассчитывать на то, что первая вдруг перестанет есть печенье, а вторая внезапно позабудет о Белом Клыке. Такое поведение попросту противоречило их представлению о благе.

Впрочем, Синдер ожидала его ответа, поэтому Жон произнес:

– Да.

Она довольно улыбнулась.

– Абсолютно любого человека? – уточнила Синдер.

– Мне это не потребуется, – ответил Жон, после чего заметил ее удивление и добавил: – Я предпочитаю концентрироваться исключительно на важных людях.

– Хм… А я вхожу в их число?

– Конечно.

– Тогда ты знаешь, что произойдет дальше, верно?

От этого самого “дальше” Жон не ожидал абсолютно ничего хорошего.

Секундой позже Синдер подтвердила обоснованность его подозрений, впившись в губы Жона и закрыв единственный глаз. С другой стороны, так она не смогла увидеть его первоначальную реакцию, а уже через мгновение он и сам взял себя в руки, положив ладонь на ее талию.

Поцелуй длился ровно пятнадцать секунд…

Да, Жон их считал.

Когда Синдер оторвалась от него, он умудрился сохранить более-менее нейтральное выражение лица. Довольно ухмыльнувшись, она провела пальцем по его щеке и наклонила голову так, чтобы лишний раз подчеркнуть собственную красоту.

Если бы на ее месте находилась какая-нибудь другая женщина с той же внешностью, то Жон, пожалуй, и сам потянулся бы к ней за добавкой. К сожалению, перед ним сейчас была именно Синдер Фолл.

– Тебя ничем не получается удивить, – произнесла она. – Но как раз эта черта и влечет меня к тебе. Хотя какой смысл говорить то, что ты и так уже знаешь, верно? Лучше скажи: что, по-твоему, я должна буду сделать, когда отыщу Реликвию Разрушения?

Жон понятия не имел, как ему следовало ответить на подобный вопрос. Нет, он догадывался, что с Реликвией Разрушения Синдер по собственной воле никогда не расстанется, но выдать во всех подробностях единственный вариант ее дальнейших действий попросту не мог.

К счастью, это тоже не имело особого значения.

Придвинувшись к ней, Жон прижал Синдер к груди, заметив, как на ее лице появилось выражение восторга.

– Думаю, что ты и сама всё поймешь, когда придет нужное время.

– Правда? – ухмыльнулась она. – А к чему такой туманный ответ?

– Я считаю, что никакой ответ тебе вообще не требуется. Мы прекрасно понимаем друг друга безо всяких слов. Если кто и способен хоть сколько-нибудь глубоко заглянуть в мои планы, мысли и схемы, то это именно ты.

Жон проследил за тем, как ее ухмылка становилась всё более и более самодовольной.

– Синдер Фолл не зря была самой опасной из моих противников, – немного наклонившись вперед, прошептал он ей на ухо. – И не просто так я предоставил тебе второй шанс. Ты знаешь, что нужно делать, Синдер. Я лишь попрошу тебя вернуть команду RWBY в целости и сохранности, потому что они еще пригодятся нам обоим.

– Нам…

Жон не совсем понимал, что конкретно имела в виду Синдер, но она положила ладонь ему на грудь, закрыла глаз и потянулась для еще одного поцелуя. К счастью, тот оказался гораздо короче предыдущего – всего шесть с половиной секунд.

– Да, – выдохнула Синдер. – Да, я знаю, что нужно делать.

– Тогда мне не стоит об этом волноваться, – кивнул Жон, отступив на шаг назад.

Синдер оказалась этим не слишком довольна, но спорить всё же не начала.

– Думаю, пока не стоит что-либо демонстрировать окружающим, – продолжил Жон. – Сейчас пресса проявляет ко мне чересчур много внимания, да и среди студентов слухи расходятся слишком уж быстро. Впрочем, те же Питер с Кицуне в данном плане ничуть не лучше. Не надо раньше времени раскрывать наши карты.

Синдер вздохнула.

– Наверное, ты прав. Хорошо, подождем того момента, когда всё это станет выглядеть еще более впечатляюще, – усмехнулась она, проведя рукой по весьма соблазнительным изгибам тела. – Но мы еще вернемся к данной теме, Жон. Надеюсь, сегодня тебе приснятся приятные сны.

***

Жон распахнул дверь в свою комнату так, что она с силой врезалась в стену. Лежавшая на диванчике Нео встрепенулась и оторвалась от своего мороженого, а также от книги, которая, как ему показалось, еще недавно являлась частью опоры жуткой на вид конструкции, именуемой Блейк словом “кровать”.

Жон уперся ладонями в колени, выглядя так, словно только что пробежал целый марафон. Но если учесть расстояние от его кабинета до комнаты, то преувеличение было не слишком-то и сильным.

– Я целовался с Синдер! – прохрипел он. – Дважды!

Нео моментально скатилась с диванчика и, не вставая с четверенек, поспешила в ванную, толкнув дверь плечом. Там она нащупала на полке необходимый предмет, попутно уронив остальные на пол, а затем кинула его Жону. Тот рухнул на одно колено, рывком сорвал крышку с пузырька и влил в себя его содержимое.

Мятная жидкость для полоскания рта потекла по губам, подбородку, шее и рубашке, но он продолжал ее лить, не обращая ни малейшего внимания на подобные мелочи. Пришлось даже опуститься на оба колена, а задранное вверх лицо наверняка создавало впечатление человека, истово молившегося какому-нибудь богу свежего дыхания.

Нео поставила перед ним пластиковый тазик, в который Жон и сплюнул все те кусочки зла Синдер, имевшие шанс остаться внутри него. Но Нео всё равно крутилась рядом, всем своим видом демонстрируя обеспокоенность тем, что он погибнет от этой жуткой отравы. Она гладила его по голове, прижималась грудью и беззвучно что-то шептала на ухо – скорее всего, уверения в том, что ни одна мерзкая гадина Жона здесь не достанет.

– Это было ужасно, – пробормотал он. – Особенно язык! Мы, конечно, и раньше целовались, но сейчас… этот ее взгляд… Кажется, Синдер действительно в меня влюбилась!

Нео вздрогнула, ринулась к холодильнику и достала оттуда несколько упаковок.

– Одно лишь мороженое не поможет мне пережить подобный кошмар, – покачал головой Жон. – Я вообще не знал, что Синдер способна испытывать какие-либо чувства, так что лучше тащи сюда сразу отбеливатель.

Нео откуда-то вынула бутылку виски.

– А вот это может и сработать, – кивнул Жон.

Избавившись от пробки, она набрала в рот побольше напитка, притянула Жона к себе и впилась в его губы. Обжигающая волна алкоголя смешалась с клубнично-ванильным вкусом мороженого и начала медленно, но неизбежно вытеснять воспоминания о Синдер.

Впрочем, для избавления от них он бы не отказался поцеловаться даже с Питером.

Когда Нео оторвалась от Жона и слегка приподняла бровь, тот ответил:

– Помогло.

Она покачала бутылкой.

– Ага. Давай повторим – просто на всякий случай.

Нео кивнула и уселась к нему на колени. Жон придержал ее за талию, пока она распаковывала мороженое и смешивала его с виски. Набрав в рот побольше и того, и другого, Нео опять наклонилась к нему.

Вкус Синдер окончательно смыло новой волной алкоголя с клубникой.

***

Что подумал Кроу, когда на следующее утро нашел Жона с Нео спящими в луже разлитого виски и растаявшего мороженого, так и осталось загадкой. Он посмотрел на них, закатил глаза и произнес:

– Генерал Айронвуд хочет с тобой встретиться.

– Что?.. – переспросил едва пришедший в сознание Жон.

– И Винтер тоже, – добавил Кроу. – Ты еще не забыл, что у нас тут намечается целое вторжение? Ну, масштабное нападение Гриммов, которых возглавляет бессмертная психопатка.

– Ох, – простонал Жон, все-таки открыв глаза.

Нео продолжала спать, к счастью, оставшись полностью одетой. Да, их наряды пропитались виски и мороженым, поскольку сон в луже еще никому не шел на пользу… Хотя нет, в ней спал только Жон. Нео устроилась прямо на нем, используя его в качестве гибрида кровати и плота.

– М-можно чуть позже? – поинтересовался Жон. – Я сейчас нахожусь не в самом лучшем состоянии.

– Ага, в состоянии похмелья, – ухмыльнулся Кроу.

– Меня Синдер поцеловала, – буркнул Жон.

– Переживешь.

– И еще призналась мне в любви…

– Что?! – воскликнул Кроу, на несколько секунд даже утратив дар речи. – Она что сделала?.. Хотя это многое объясняет. После такого я бы тоже попытался стереть себе воспоминания бутылкой-другой спиртного.

– Скажешь Айронвуду, что я сейчас немного занят, ладно? – с надеждой попросил его Жон.

– Я уже здесь, Арк, – раздался от двери голос генерала Джеймса Айронвуда.

Он остановился там, сложив на груди руки, а рядом с ним застыла хмурая Винтер Шни.

– Интересный ты выбрал способ меня поприветствовать. Озпин еще ни разу не проявлял такой непрофессионализм.

“Непрофессионализм?..”

Разум Жона отказывался работать в подобных условиях, так что смысл слов Айронвуда до него никак не доходил. Он оторвал голову от пола, обозрев спящую Нео, простиравшуюся вокруг лужу и валявшуюся неподалеку полупустую бутылку.

“Эм… О!”

– Извини, – пробормотал Жон. – Понимаю, что это весьма невежливо с моей стороны.

Нащупав бутылку, он протянул ее Айронвуду.

– Будешь?

Кроу согнулся пополам от хохота.

========== Глава 68 ==========

Жон ничуть не сомневался в том, что Айронвуд специально отказался переносить встречу на более поздний срок. Скорее всего, тому просто нравилось смотреть на его мучения. С другой стороны, угроза Салем была достаточно серьезной, чтобы ничего не откладывать на потом, так что теперь Жон сидел за столом с красными глазами и ощущал всё то дерьмо, которое осталось у него во рту со вчерашнего вечера.

Честно говоря, пол выглядел куда уютнее стула, и, пожалуй, стоило поглядеть на него чуть-чуть поближе.

– Эй! – воскликнул Кроу, едва успев поймать Жона до того, как тот свел очень близкое знакомство с кафелем. – Вот так и чувствует себя единственный трезвый человек в пьяной компании, да?

– Что, новый для тебя опыт? – поинтересовался Айронвуд.

– С тех пор, как Жон возглавил Бикон, я регулярно сталкиваюсь с чем-то новым, – ответил ему Кроу. – Никогда не угадаешь, что с тобой случится на следующий день.

– Тоже верно, – вздохнул Айронвуд. – Конца и края этому нет… Директор Арк, я прибыл сюда в качестве официального главы ограниченного контингента сил Атласа, призванного оказать Вейлу помощь в борьбе с угрозой Гриммов. Нам необходимо определить, где разместятся наши солдаты.

– А разве они еще не разместились?.. – уточнил Жон.

– Я же сказал: “официально”, – повторил Айронвуд. – Понимаю, что голова у тебя сейчас совсем не соображает, но хотя бы слушать ты способен?

Жон печально вздохнул.

Не было его вины в том, какую свинью вчера своим признанием подложила Синдер.

– Прошу прощения. Давай продолжим.

– Атлас не собирается посылать сюда все свои силы, если только этого не потребуют обстоятельства. Разумеется, солдаты будут находиться в состоянии готовности, учитывая предоставленные Совету доказательства. Мы знаем, что угроза велика, – произнес Айронвуд, указав на присутствующих. – Но для перемещения всей армии потребуется нечто более существенное, чем наши слова.

– Заполнять очередные документы? – с тоской спросил Жон.

– Заполнять очередные документы, – кивнул Айронвуд. – Но заниматься этим будешь не ты, поскольку твое вмешательство в такого рода вопрос лишь намекнет на неспособность Атласа всё сделать самостоятельно. Винтер с парой команд разведает окрестности и отыщет необходимые доказательства.

Даже жуткое похмелье не помешало Жону осознать, что Айронвуд собирался “отыскать” эти доказательства вне зависимости от того, существовали ли они на самом деле.

– Но на поиски может уйти какое-то время, особенно если Салем отступила слишком далеко.

– Или вообще отказалась от своей затеи, – пробормотал Жон.

– Ты сам-то в это веришь? – поинтересовался Айронвуд.

– Нет. Как, впрочем, и Синдер с Озпином. Просто… – вздохнул Жон, неопределенно покрутив в воздухе рукой. – Кто-нибудь должен был сказать, что подобная возможность существует.

– Ага, сказать и сразу же о ней позабыть, – кивнул Айронвуд, выбравшись из-за стола. – Идем, Винтер. Нужно проверить, как устроились наши люди. Профессор Порт упомянул, что комнаты нам предоставят в “крыле имени Джеймса Айронвуда, копирующем боевой корабль Атласа не только своим внешним видом, но и деталями интерьера”.

Жон поморщился, отлично различив издевку в его голосе.

Кроу лишь ухмыльнулся, а когда гости из Атласа покинули помещение, похлопал его по плечу.

– Ну, по-моему, всё довольно неплохо прошло.

– Наверное. Теперь остается только ждать…

***

– Итак…

Блейк лежала в своей постели, глядя на нижнюю часть кровати Янг и терпеливо ожидая, когда мысль в голове напарницы наконец закончит формироваться.

– Итак…

За окном пели птицы, а сидевший на подоконнике и прижавшийся мордочкой к стеклу Цвай планировал их зверское убийство. По крайней мере, при приближении любого представителя пернатого племени он смещался так, словно готовился к прыжку. Похоже, Цвай и в самом деле искренне ненавидел птиц, но особенно сильные чувства вызывали почему-то вороны.

– Итак…

– Да во имя всего святого! – все-таки не выдержала Вайсс. – Ты уже скажешь хоть что-нибудь или так и будешь повторять одно и то же весь день напролет?!

– Я надеялась, что кто-нибудь меня поймет без слов, – пробормотала Янг. – Потому что просто не знаю, что тут можно сказать.

Кровать над Блейк скрипнула, и из-за ее края выглянула Янг, свесив вниз гриву волос. Книги едва слышно затрещали, а вся конструкция пошатнулась, и Блейк непроизвольно задумалась о том, насколько мало ценила собственную жизнь, которую от внезапного окончания отделяли лишь сны, мечты и порнография.

– Сомневаюсь, что кто-то другой сумеет в подобной ситуации найти за тебя подходящие слова, – вздохнула Руби. – Я вот считала, что “очень злые и страшные злодеи” встречаются только в играх. Например, в тех, в которые мы с друзьями играли в Сигнале.

– Потому что там им самое место, – буркнула Блейк. – В настоящей жизни у каждого имеются какие-то свои причины поступать так, а не иначе. Иногда они даже ставили перед собой весьма благородные цели, но когда-то давно решили немного сократить путь, свернув на скользкую дорожку и пойдя совсем не туда…

Ей вспомнился Адам.

– Никто не творит зло ради самого зла, – добавила Блейк.

– Кроме этой Салем.

– Да, кроме нее. У меня не получается придумать ни единой причины, по которой можно захотеть убить всех людей и фавнов, а также уничтожить Ремнант.

– Ставлю сотню льен на то, что это связано с отсутствием у нее личной жизни.

– Янг, пожалуйста, будь серьезнее…

– Что?.. Но ведь я и говорю совершенно серьезно. Нет ничего страшнее женщины, которой пренебрегают. В таком состоянии она легко вступит на путь массовых убийств. Кроме того, только женщины способны лелеять свои обиды так долго.

– Ты же, надеюсь, понимаешь, насколько женоненавистнически звучат твои слова, правда? И к тебе они тоже, между прочим, относятся.

– Да, и я свои недостатки отлично знаю! Никогда не прощу того парня, который шлепнул меня по заднице на последнем году обучения в Сигнале.

– Янг, ты ему руку сломала. Обе руки.

– Это он еще слишком легко отделался…

Блейк фыркнула, толком не понимая, насколько серьезным был спор Янг и Руби. Пожалуй, она бы ничуть не удивилась, если бы тот оказался ни капельки не шуточным. Впрочем, не стоило исключать и вариант, при котором они его затеяли с целью поднять всем настроение.

У их команды имелось в запасе вполне достаточно времени как на подобные раздумья, так и на неторопливую подготовку, но ни одна из них сегодня утром не проявляла малейшего желания выбираться из постели. Уже одиннадцать часов наступило, так что поднять их с кроватей сумеет, видимо, лишь постепенно разгоравшийся голод.

“Даже в споре участвовать нет сил”, – подумала Блейк. – “Хочется перевернуться на другой бок и проспать всю неделю. Может быть, когда я проснусь, то забуду о произошедшем”.

– Полный отстой, – тем временем подвела итог Янг.

– Но мы же хотим выполнить это задание, – возразила ей Вайсс. – Разве не так?

Блейк вовсе не винила Вайсс в том, что в ее голосе совсем не слышалось уверенности.

– Так, – ответила она. – Уж лучше иметь четкую цель, чем бродить из угла в угол, не находя себе места.

– К тому же у нас есть шанс снять с Вейла осаду, – добавила Руби. – И мы станем героями.

– Куда приятнее заниматься делом, чем с тревогой гадать о том, что происходит вокруг, – согласилась с их доводами Янг. – А попутно еще и немного выпустим пар на Гриммах.

У полученного командой задания имелось множество плюсов. Да, оно было крайне опасным, но они ведь являлись Охотницами, так что сам выбор профессии предполагал постоянную угрозу жизни и перспективу преждевременной смерти.

– Но какой же это отстой! – воскликнула Янг. – Я просто не понимаю, почему у нас столь отвратительное настроение!

– Потому что мы отправляемся на смертельно опасное задание?

– И? Мы уже бывали на смертельно опасных заданиях. Гора Гленн, например. А команду RVNN едва не покромсал на куски психопат-таксидермист.

– Янг! – возмутилась Вайсс, хотя Блейк отлично слышала, что она едва сдерживала смех.

– Я говорю о том, что к опасности нам не привыкать. Мы участвовали в обороне Атласа. Никто из нас не боится Гриммов, верно?

На некоторое время в комнате наступила тишина. Затем Блейк первой выразила свое согласие с Янг, и остальные последовали ее примеру.

Да, все они испытывали немалое напряжение, но боялись вовсе не задания, монстров или похода в Земли Гриммов. В конце концов, в Вейле очень скоро будет ничуть не безопаснее, чем в пункте их назначения. Сюда направлялась Салем – та, кто повелевала этими самыми Гриммами.

– Так в чем же дело? – спросила Янг. – Мы не боимся, нас не заставляют сидеть без дела и даже поручили очень важную работу. Это гораздо лучше, чем ждать и молиться о том, чтобы кто-то там справился со своей задачей. Но почему я испытываю практически непреодолимое желание заползти в кровать и не вылезать из-под одеяла, пока всё не закончится?

– А если мы потерпим неудачу? – едва слышно прошептала Руби.

И это был как раз тот самый вопрос, который их всех мучил.

– Если мы потерпим неудачу, то Вейл падет, – ответила ей Вайсс.

– А еще погибнут солдаты и Охотники, – добавила Руби. – И потому Атлас тоже не выстоит.

– Так что у Вакуо с Мистралем ни малейшей надежды не останется, – закончила их мысль Блейк, поморщившись и вновь уставившись на нижнюю часть кровати Янг. – Никто на нас не давит – только взваленная на плечи судьба всего Ремнанта.

Она вздохнула, провела ладонью по лицу и пробормотала:

– Теперь понятно, почему у меня настолько дерьмовое настроение…

Впрочем, остальные явно чувствовали себя ничуть не лучше. Еще недавно хоть как-то шевелившиеся Янг, Вайсс и Руби рухнули обратно на свои кровати, моментально утратив желание что-либо делать.

Проблемой являлось не задание, Синдер или Гриммы, а то, что стояло на кону. На них давила жуткая ответственность, и пока кто-нибудь сюда не придет, сняв этот груз с их плеч, они так и будут лежать до самого начала-…

– Кар! Кар!

– Гр-р-р!

Цвай все-таки сумел вцепиться зубами в крыло очередной вороны, и в пылу борьбы они оба вылетели на улицу.

– Цвай… Он что, выскочил в окно?! – воскликнула Руби.

Блейк смотрела в ту же сторону расширенными от ужаса глазами. Да, она сама совсем недавно попросила нечто такое, что могло бы отвлечь их от мрачных мыслей, но ведь имела в виду вовсе не это!

Янг с Руби уже вылетели из своих кроватей и теперь спешно одевались. Вайсс скакала на одной ноге, тихо ругаясь себе под нос и разыскивая обувь. Блейк слегка приподнялась на локтях и с удивлением проследила за тем, как ее подруги моментально превратились из едва способных передвигаться зомби в гиперактивных безумцев, застрявших в дверном проеме при попытке одновременно выйти в коридор.

– Ну, думаю, такой вариант тоже сойдет…

***

– Цвай! – крикнула Янг, выбежав на улицу. – Нет, плохой мальчик! Не убивай птич-…

Из кустов под окном их комнаты выкатилась женщина с черными волосами и бледной кожей. Обычно милый и спокойный, по мнению всех, кроме Блейк, корги с рычанием рвал зубами ее красную одежду в надежде отгрызть руку.

Янг эту женщину знала.

– Продолжай, Цвай! Убей птичку и сожги ее труп!

– Уберите от меня свою бешенную шавку! – рявкнула Рейвен Брэнвен. – Проклятый Тайянг!

– А разве нам не нужно-… – начала было Вайсс, но Янг преградила ей путь вытянутой рукой.

– Нет. Думаю, Цвай и сам справится.

– Я имела в виду помощь ей.

– Тоже нет. Как я уже сказала, Цвай самостоятельно во всём разберется.

– Цвай, – раздался знакомый голос. – Не надо кусать Рейвен. Не тяни в рот бяку. Ты понятия не имеешь, где она была.

Корги моментально оставил Рейвен в покое, оттолкнувшись лапами от ее плеча и с радостным лаем помчавшись навстречу загорелому блондину с голубыми глазами. Тайянг Сяо-Лонг наклонился и погладил его по голове.

– Хороший мальчик, – произнес он. – Эта мерзкая, злобная, вонючая, эгоистичная…

– Эй! – возмутилась Рейвен. – Между прочим, я нахожусь прямо перед тобой!

– …крикливая и склонная к сквернословию пародия на женщину тебя не напугала? Нет, не напугала. Ты показал ей. Хороший мальчик!

Цвай под градом его комплиментов перекатился на спину и подставил животик, виляя даже не хвостом, а всем телом.

– И еще ты целился ей в горло – прямо как я тебя учил. Такой умничка.

Рейвен поднялась на ноги и потянула из ножен клинок. Окружающие сразу же напряглись, а Янг наверняка бы и вовсе кинулась в драку, если бы ее не удерживала Блейк.

Вокруг толпились студенты, заинтересовавшиеся выпрыгнувшим из окна псом, а потому места для схватки настоящих Охотника и Охотницы было явно маловато.

– Что, учишь зверушек выполнять за тебя твою работу? – фыркнула Рейвен. – Ты размяк и постарел. Стал слабым.

– Но не настолько, как ты, которую едва не загрыз маленький корги, – ухмыльнулся Тайянг, тоже поднявшись на ноги и жестом попросив Цвая отойти к Руби. – Да ты посмотри на него. Он уже стал гораздо сильнее и опытнее тебя, не говоря уже о том, что умеет пользоваться лотком.

Тайянг сделал шаг вперед, и Рейвен зеркально повторила его движение. Ни один из них явно не собирался уступать. Вскоре они остановились друг напротив друга, напоминая взведенные пружины.

Никто из зрителей не осмеливался комментировать происходящее. Малейший звук вполне мог спровоцировать данную парочку начать безжалостно разрушать всё вокруг в попытке побыстрее прикончить противника.

– И это говорит мне мужчина, чьим единственным и весьма сомнительным достижением является привычка таскаться за каждой юбкой. Разве я могу воспринимать его слова всерьез?

– И это говорит мне женщина, которая любит нападать на беззащитные мирные поселения, называя убийство их жителей “силой”. Разве я могу воспринимать ее слова всерьез?

Рейвен нахмурилась.

– И это говорит мне мужчина, который свободное время тратит на обучение животных цирковым трюкам. Разве я могу воспринимать его слова всерьез?

– И это говорит мне женщина, которая кормит детей, отрыгивая им в рты пережеванных червяков. Разве я могу воспринимать ее слова всерьез?

– И это говорит мне мужчина, который в тридцать восемь лет ходит в коротких штанишках. Разве я могу воспринимать его слова всерьез?

– О! – выдохнуло несколько человек из толпы.

Тайянг покраснел, опустил взгляд на свои доходившие лишь до голеней штаны и нахмурился.

– И это говорит мне женщина, которая-…

– Деритесь уже! – крикнул из окна студенческого общежития Кардин Винчестер. – Или сходите потрахайтесь! Понятия не имею, что у вас тут происходит.

Рейвен с Тайянгом моментально отступили на пару шагов друг от друга.

– Как будто меня заинтересует мужчина, который даже не способен купить себе штаны по размеру.

– Как будто меня заинтересует женщина, которая откладывает яйца.

– Ч-что?.. Извиняйся!

– Изви-яйца! – ответил ей Тайянг. – Почему бы тебе не пойти поискать веточки для строительства уютного гнездышка?

Янг даже не знала, стоило ли ей разозлиться или все-таки выложить вчерашний ужин в кусты.

– Они… они так флиртуют?

– К сожалению, да, – произнес оказавшийся у нее за спиной Кроу.

Судя по выражению его лица, он жалел лишь о том, что выпил совершенно недостаточно, чтобы потерять всякую связь с реальностью. И в кои-то веки Янг его в этом полностью поддерживала.

– Тайянг и Саммер были очень милой парой – типичная счастливая семья. Но как сами можете наблюдать, у него с Рей “романтика” выглядит совершенно иначе. Нет, страсть тут тоже присутствует, но назвать их отношения “милыми” язык никак не поворачивается.

– И это, по-твоему, юмор, Тайянг? Впрочем, ты всегда считал каламбуры забавными.

– Ага, прямо как мою женитьбу на тебе. Тоже не слишком смешная шутка получилась, да еще и кульминация того совсем не стоила.

– Сам виноват, что такой идиот.

– Сама виновата, что такая трусиха.

– Сам виноват, что такой нормальный.

– Что? – удивленно переспросил Тайянг.

– Ну… – несколько смутилась Рейвен. – Ты всегда пытался навязать мне “нормальные” семейные ценности.

– У нас был ребенок!

– Это у меня был ребенок, а вы с Кроу просто напились!

Тайянг вздрогнул.

– Ага, точно, – усмехнулся Кроу. – Когда она рожала, мы решили прийти поддержать ее песнями и танцами. Рей тогда выглядела так, словно собиралась поскорее закончить с тобой, Янг, а потом придушить нас с Таем твоей пуповиной. Да и Саммер совсем не обрадовалась.

– О Боги… – простонала Янг. – Какие же вы оба идиоты…

– Команда STRQ не зря считалась… уникальной, – вздохнул Кроу. – Эй вы! Даже не думайте целоваться на глазах у детей!