Текст книги "Директор Арк (ЛП)"
Автор книги: Coeur Al'Aran
сообщить о нарушении
Текущая страница: 58 (всего у книги 110 страниц)
– И всё равно продолжает нарушать мои распоряжения?
– Он не покидал-…
– Хватит пытаться развесить мне лапшу по ушам, Озпин. Мы оба отлично знаем, что твой поход в клуб с той девчонкой случайностью вовсе не был, – произнес Джеймс, на мгновение замолчав и о чем-то задумавшись, а затем все-таки добавив: – По крайней мере, я на это надеюсь. Не хотелось бы читать тебе нотации насчет огромной разницы в возрасте.
– Я предпочитаю женщин постарше, и тебе о моих предпочтениях отлично известно. Чтобы вызвать хоть какой-то интерес с моей стороны, мисс Белладонне не хватает нескольких сотен лет жизненного опыта, – пробормотал Озпин. – Не говоря уже о том, что мы с Салем до сих пор женаты.
Пусть свои клятвы они приносили в совсем другую эпоху, причем еще до основания современных Королевств, но чисто технически он сейчас являлся гражданином Вейла и потому был обязан подчиняться соответствующим законам, в которых наличие титула “Королевы Гриммов” у жены вовсе не давало основания для автоматического расторжения брака. Подав на развод, Салем, при должном усердии адвокатов, разумеется, вполне могла отсудить у него половину Бикона.
“Знал же, что сначала стоит закончить с бумагами, но нет, надо ведь поскорее забраться в постель и начать делать детишек…”
Сколько подобных ошибок он совершил?
– Я не возражаю против того, что Бикон обнаружил убежище Белого Клыка, но лавры победителя должны достаться Атласу, – сказал Джеймс. – Мы не имеем права демонстрировать слабость в тот момент, когда Салем подталкивает Белый Клык к войне с нами. Если ничего не получится, то меня наверняка сместят с поста, а на вопрос, какую политику поведет мой преемник, вряд ли кто-либо сумеет сейчас ответить.
Ничего хорошего в данном случае ожидать явно не стоило. Даже если новый генерал окажется компетентным военным и дипломатом, который не развяжет новую войну с фавнами, об Озпине и Салем ему всё равно ничего не будет известно. Да и среди чиновников Атласа более чем хватало тех, кто получал деньги от того же Белого Клыка, ПКШ или кого-нибудь еще.
– Так кто же тогда возглавит штурмовую группу? – поинтересовался Озпин. – Не ты, не Винтер, не Жон и, конечно же, не я. Не Глинда, учитывая ее должность. Кто тогда остается?
Джеймс тяжело вздохнул.
– Ну… есть у меня на примете одна кандидатура…
***
– ПРИВЕТСТВУЮ, САЛАГИ! ТЕПЕРЬ Я – ВАШ НОВЫЙ КОМАНДИР!
Руби стояла рядом со своей командой, директором Арком, мисс Гудвитч и Синдер Фолл, а также несколькими незнакомыми солдатами и Охотниками Атласа, привлеченными к выполнению этого задания. Напротив них находилась девушка с оранжевыми волосами и довольно точной копией стека мисс Гудвитч в руках.
– Пенни?.. – удивленно спросила Руби. – Что ты-…
– Для тебя я – капитан Пенни, подруга Руби. А теперь упала на землю и двадцать раз отжалась!
– Что?..
Стек больно ударил по ладони, а голос Пенни стал гораздо громче – так, словно кто-то выкрутил регулятор телевизора на максимум:
– ТРИДЦАТЬ РАЗ!
– Н-но было же двадцать!
– Сорок за пререкания, рядовая. Или желаешь пятьдесят?
Руби поспешила лечь на землю и начать отжиматься.
– Шевели задницей, рядовая. Я хочу, чтобы волосы на твоих подмышках полировали мои ботинки.
– Но это же какой-то бред!
– Желаешь отжиматься еще больше, рядовая?
– НЕТ, КАПИТАН ПЕННИ! – воскликнула Руби.
– Почему-то я так и подумала.
– Пенни, – начала было Янг, но тут же поспешила исправиться, когда та посмотрела на нее: – Капитан Пенни. Эм… Мы здесь ожидаем того, кто возглавит штурм базы Белого Клыка…
Внезапно до Янг дошла ужасающая правда. Да и не только до нее. Кто-то из солдат Атласа пробормотал, что забыл обновить завещание, а один из Охотников принялся биться головой о ближайшую стену.
– Это ты, – прошептала Янг. – Ты поведешь нас на штурм, ведь так?…
– Подтверждаю! И генерал Айронвуд, и специалист Шни сейчас заняты. Из-за угрозы проникновения шпионов в офицерский состав было принято решение сделать неожиданный ход и доверить проведение операции мне. Генерал также упомянул мой несравненный тактический гений, – пояснила Пенни, с гордостью уставившись на них. – Разве это не замечательно?
– Д-да… – кивнула Янг. – П-просто чудесно…
– Мы обречены, – простонала Блейк.
– Что ты там бормочешь, салага? Тоже желаешь поотжиматься?
– Почему ты разговариваешь как сержант из фильмов про армейский учебный лагерь? – поинтересовалась Вайсс.
– У меня было очень мало времени на оттачивание навыков командования солдатами, – пожала плечами Пенни. – Потому я загрузила в себя несколько сотен гигабайт видеофайлов наставлений, инструкций и мотивационных речей.
Ударив кулаком в раскрытую ладонь другой руки, она указала на собравшихся вокруг людей.
– Люблю запах напалма поутру! Не стреляйте, пока не увидите белки их глаз! Вперед, в лютую сечу, в свирепый огонь! Копья наперевес и под удар щиты! Мечами добудем день, на клинках принесем рассвет!
Ответом ей стала полная тишина.
– Ага, – наконец произнесла Янг, похлопав Блейк по плечу. – Мы действительно обречены. Была рада нашему знакомству.
Та лишь вздохнула.
– Сегодня! – взревела Пенни, потрясая кулаком. – Мы будем ужинать в аду!
========== Глава 42 ==========
Оскар мрачно смотрел прямо перед собой, натягивая легкий бронежилет производства Атласа. Как ему сказали, подобная защита могла помочь против осколков и пуль не слишком больших калибров. Как и аура, между прочим. Похоже, местные власти крайне негативно относились к тому, чтобы дети из другого государства выходили на бой с опасными террористами совсем уж без брони.
Оскар с ними не спорил. Он вообще не произнес ни единого слова с того момента, как Озпин передал ему контроль над телом.
“Тебя что-то беспокоит?”
– Ничего, – вслух ответил Оскар.
Лицо Озпина отразилось в зеркале раздевалки, в которой они сейчас находились.
“Если бы тебя действительно ничего не беспокоило, то и настроение оказалось бы совсем иным”.
– Просто оно плохое.
“Так на твоем месте сказал бы практически любой подросток. В подобном возрасте людям вообще свойственно сразу же начинать всё с мрачным видом отрицать. Ну же, Оскар, в чем дело? В грядущем штурме? Так нашей задачей будет стоять в оцеплении и не давать террористам сбежать. Хотя лично я считаю, что гораздо больше придется повозиться с тем, чтобы не позволить погибнуть различным любопытным идиотам, которые обязательно полезут в самое пекло. В общем, нам почти ничего не угрожает”.
Оскар хмуро продел в жилет вторую руку и застегнул молнию, а затем открыл шкафчик и достал оттуда свою трость. Ну, или трость Озпина. Грохот захлопнувшейся дверцы отразился от стен.
“Оскар…”
– Он вел себя так, словно меня вообще не существует!
Некоторое время стояла полная тишина.
“Джеймс?” – наконец уточнил Озпин.
– Да! – крикнул Оскар, сердито уставившись на отражение Озпина в зеркале. – Он назвал меня твоим “носителем”, даже ни разу не упомянул мое имя и вообще делал вид, будто меня нет!
“Джеймс крайне плохо умеет общаться с людьми”.
– Но причина-то совсем не в этом, верно? – проворчал Оскар, отвернувшись от зеркала и постаравшись не демонстрировать свой страх. Впрочем, его усилия оказались напрасны, поскольку Озпин находился не где-нибудь за спиной, а как раз в голове. – Он раскрывает в моем присутствии государственные тайны, обсуждает директора и ничуть не беспокоится из-за меня.
Озпин громко вздохнул.
“Возможно, Джеймс тебе просто доверяет”.
– Не считай меня идиотом, Озпин. Он мне ничуть не доверяет – всего лишь забывает о том факте, что я существую. Пока еще существую, и вскоре перестану это делать, – произнес Оскар, все-таки выплеснув то, что его мучило. – Сколько мне осталось? Как скоро я прекращу свое существование, полностью уступив тело тебе?
“Не знаю, но сомневаюсь, что нечто подобное произойдет в ближайшее время. Джеймсу известно лишь о наличие такого феномена. Он видел, как это происходило в прошлом, но понятия не имеет о каких-либо конкретных сроках. Не принимай близко к сердцу его слова, Оскар. Ты всё еще остаешься самим собой”.
– Но ведь так будет не всегда, верно?..
Озпин ничего не ответил. Ему было нечего сказать по этому поводу.
Он и сам не знал, по какому принципу проходило слияние. Просто однажды Оскар Пайн перестанет существовать – по крайней мере, как отдельная личность. Возможно, он действительно станет частью Озпина, но смысл от этого ничуть не изменится. В конце концов, сам Озпин не был способен различить в себе сотни когда-то “поглощенных” им людей, а вот факт того, что каждый раз ему доставалось тело без какого-либо “постороннего” разума, отрицать не мог.
Генерал Джеймс Айронвуд об этом знал и потому не видел необходимости в сокрытии чего-либо от Оскара. Ну, или в попытках убедить того в том, что услышанное следовало держать в строжайшей тайне. Возможно, Джеймс полагал, будто Озпин как-то контролировал Оскара, а может быть, считал последнего мелочью, которая ни для кого не имела совершенно никакого значе-…
“Оскар!” – воскликнул Озпин. – “Немедленно прекрати так думать и вообще избавься от подобных мыслей!”
– Но почему? – спросил тот. – Это ведь правда.
“Нет, не правда. Что бы там ни думал Джеймс, его мнение никак не влияет на твое место в мире. Ты не раб, и вовсе не я контролирую твое тело. Ты – такой же человек, как и все”.
– Тогда почему я не имею права выбирать, как мне жить?
“Ну… на этот вопрос я не могу тебе ответить…” – произнес Озпин, на пару секунд замолчав. – “Но ты действительно хочешь всё бросить и куда-то уйти? Разве я хоть раз заставлял тебя делать то, чего ты не желал?”
– Да! – крикнул Оскар. – Мне пришлось оставить мою семью! Мою маму! Я…
Он прикусил губу, с горечью уставившись в зеркало, а затем продолжил:
– Я понимаю, что твоя миссия очень важна. Действительно понимаю. Но… она именно твоя, а вовсе не моя. Я оказался здесь всего лишь очередным звеном в длинной цепи – тем, о ком все вскоре позабудут.
“Если бы тут можно было что-либо изменить, то я бы так и поступил. Я никогда не просил об этом”.
– Знаю и ни в чем тебя не виню…
“Только Джеймса и его равнодушие”, – вздохнул Озпин. – “Понимаю, что вряд ли это тебя утешит, но я не верю в то, что он желал как-либо задеть твои чувства. Джеймс сейчас испытывает жуткий стресс из-за того, что происходит вокруг, и просто слишком сильно обрадовался моему появлению. Разумеется, данный факт его никак не оправдывает, но теперь ты хотя бы знаешь причину, по которой он сказал такие слова”.
Оскар опустил взгляд.
– Наверное, я веду себя очень глупо…
“Нет”, – ответил ему Озпин. – “И хватит уже так думать. Нет абсолютного ничего глупого в том, чтобы задавать беспокоящие тебя вопросы, как, впрочем, и трусливого в страхе за собственную жизнь или эгоистичного в желании стать чем-то большим. Я далеко не всегда был таким, как сейчас, Оскар. Когда-то я мало чем отличался от тебя. У меня имелись мечты, страхи, желания и амбиции. Даже жена с детьми, которых я люблю”.
– Любишь? В настоящем времени?..
“Моя жена до сих пор жива, хотя и сильно изменилась, причем не по своей воле”.
Оскар посмотрел в зеркало, увидев, что Озпин закрыл глаза.
“Она никогда не просила об этом. Когда ее запятнала сила Бога, она желала лишь смерти. Освобождения… Но их проклятье связало ее и извратило разум. Она ни в чем не виновата, Оскар, и я до сих пор ее люблю. Думаю, где-то в глубине души она тоже меня любит”.
– Но ты всё равно собираешься ее убить?
“Это то, чего она хотела. Это то, с чего всё когда-то началось. Я бы убил Богов, если бы мог, поскольку именно они виноваты во всех наших бедах, но придется удовольствоваться тем, что когда-нибудь мы с ней уйдем дальше, воссоединившись с нашими детьми. Я слишком сильно устал, Оскар. Устал сражаться, устал умирать и больше всего на свете устал отбирать жизни юношей и девушек, единственная вина которых заключается в том, что они оказались на меня ‘похожи’. Я устал смотреть на то, как хорошие люди вроде тебя уходят в небытие”.
Озпин тяжело вздохнул, после чего добавил:
“Извини… Здесь я не способен ничего изменить, остановить… предотвратить. Могу лишь еще раз попросить бессмысленного прощения за то, что неизбежно произойдет”.
Его руки вытерли выступившие слезы.
“Оскар…”
– Всё в порядке, – соврал он. – Просто… что-то попало в глаз.
“Воздух тут довольно сухой. Должно быть, в нем много пыли”.
Тихо всхлипнув, Оскар согласно кивнул.
***
Иногда Жон чувствовал себя так, словно пытался жонглировать включенными цепными пилами.
Одна из них имела форму Блейк и сейчас находилась сбоку от него, обиженно надувшись из-за того, что ее не пускали в бой и заставляли стоять в оцеплении. Вовсе не требовалось читать инструкцию по эксплуатации Блейк Белладонны, чтобы понять, какими осложнениями грозила подобная ситуация.
Вторая цепная пила выглядела как команда RWBY. Нет, они вовсе не были плохими или непослушными, но обладали похожей на Проявление Пирры способностью, только притягивали к себе не металл, а неприятности. Хотя Жон считал, что Проявлением Пирры являлся вовсе не “магнетизм”. Она ведь могла управлять металлом так, как ей захочется, верно? Ну, либо ее воле подчинялись сами магнитные поля.
И да, Жон прочитал очень много комиксов, на которых и основывались его рассуждения.
Но жонглировать всего парой цепных пил особого труда не составляло. В конце концов, у него имелось две руки. Проблемы у любого новичка начинались с вводом в игру третьей пилы. А если учесть тот факт, что ей являлась сама Синдер Фолл, то в подобной ситуации в ужасе убежал бы даже матерый профессионал. И не просто бы убежал, но бросил бы свою работу, переехал в другую страну, сменил имя и принялся бы выращивать какие-нибудь баклажаны.
По сравнению со всем этим, главенство Пенни в операции оказалось сущей мелочью. Ну, по большей части…
– Итак, дамочки, – произнесла она. – Придерживайтесь плана. Никаких глупостей. Двигаемся быстро, бьем сильно. Действуйте четко. Чем меньше цель, тем меньше промахов. Оружие к бою.
Жон вздохнул и перестал ее слушать. При всей нелепости речей Пенни, план операции составлял лично Айронвуд, и в нем было продумано всё, включая появление Адама Тауруса, взрыв боеголовки с Прахом или нападение армии Гриммов. Собственно, роль Пенни и сводилась к тому, чтобы проследить за его выполнением, как сам Жон присматривал сейчас за командой RWBY и Синдер.
– Я знаю, что вы впятером хотели бы поучаствовать в штурме, – сказал он, повернувшись к девочкам и Оскару. – К сожалению, ничего не получится, причем вовсе не потому, что я вам не доверяю или думаю, будто вы не готовы к сражению с настоящим противником. Вы готовы к нему ничуть не меньше, чем я.
“Пожалуй, даже больше”.
– Но генерал Айронвуд принял такое решение, и это именно его операция, – продолжил Жон. – Репутация Бикона зависит от того, удастся ли кому-либо из террористов сбежать, чтобы предупредить Адама Тауруса. Подобный исход пагубно отразится и на нас, и на Атласе. Мы обязаны перехватить всех, кто попытается это сделать.
Они согласно кивнули – даже Блейк. Жону оставалось надеяться лишь на то, что она действительно станет придерживаться плана. Впрочем, незаметно оттащить Янг в сторону и попросить проследить за ней ему это нисколько не помешало.
Янг, к слову, призналась, что и без того намеревалась так поступить. Похоже, обещаниям Блейк в их команде никто уже не верил, особенно если они касались сражения Атласа с Белым Клыком.
“И мне сложно поспорить с Блейк в том, что до сих пор Атлас никаких успехов в борьбе с Белым Клыком не продемонстрировал”, – подумал Жон, оглянувшись на различные команды Охотников, спокойно проверяющих свое оружие солдат и прочих профессионалов.
Во время “брифинга” все они молчали, но сейчас тихо переговаривались между собой, развернув карты здания и обсуждая наилучшие способы штурма. Вообразить себе, глядя на них, что члены Белого Клыка сумеют как-то выскользнуть из готовящейся ловушки, было попросту невозможно.
Глинда стояла рядом с Синдер и явно желала оказаться в любом другом месте, но не собиралась оставлять столь опасную личность без соответствующего надзора. Жон решил ей помочь, подойдя к ним и прошептав Синдер на ухо:
– Помни о том, что я тебе сказал.
Она посмотрела на него и подмигнула.
Вот зачем Синдер это сделала? Что скрывалось за ее подмигиванием?
Впрочем, вопросы Жона так и остались без ответа, потому что операция уже началась. Они погрузились в броневики, которые должны были “незаметно” доставить их к нужному месту. Он, Глинда и Синдер за время пути в одном из них не произнесли ни единого слова.
Похоже, почувствовав нервозность Жона, куда более спокойная Глинда положила ему ладонь на предплечье.
– Тауруса там точно не будет, – прошептала она. – Просто рядовые члены Белого Клыка. Сомневаюсь, что кто-либо из них окажется так же силен, как он. Но даже если мы наткнемся на какого-нибудь опасного противника, разбираться с ним будут солдаты Атласа, иначе Джеймс наверняка начнет ворчать.
Это означало, что им практически ничего не грозило.
Жон улыбнулся, почувствовав себя гораздо лучше.
– Ты права. Если верхушку здешней ячейки поймаем именно мы, то лишим Атлас столь желанного для них главного приза.
Синдер согласно кивнула.
Внезапно взвизгнули тормоза броневика, и взвыла сирена, разумеется, предупреждая об опасности вовсе не противника, а тех гражданских, которые оказались неподалеку. Над дверью вспыхнул зеленый огонек, а она сама начала автоматически опускаться.
Выскочившие наружу специалисты открыли огонь по окнам склада – не для того, чтобы кого-то там задеть, а для подавления возможных стрелковых позиций.
– Вперед! – скомандовала Глинда и, подавая им пример, первой бросилась к логову Белого Клыка.
Жон нервно сглотнул и поспешил вслед за ней.
Впрочем, у дверей уже находилась штурмовая группа Атласа, как и было изначально задумано. Внутрь полетели светошумовые гранаты, дезориентируя чувствительных к такого рода вещам фавнов. Затем туда же ринулись солдаты, громко приказывая противникам немедленно сдаться и лечь на пол.
Жон с Глиндой тоже направились вперед, пусть даже вспышки гранат повлияли и на них. На полу уже лежал один фавн без видимых ран, но с заведенными за голову руками. Над ним стоял специалист Атласа.
– Мы проконтролируем вход, – произнес он. – Команды Охотников двигаются дальше и производят зачистку.
– Присматривайте за тылами! – рявкнула Пенни, пробежав мимо них и продолжив на ходу сыпать цитатами из различных фильмов. С другой стороны, на эффективность ее действий в короткой схватке сразу с четырьмя террористами в следующей комнате данный факт никак не повлиял. – Когда-то здесь работала сотня человек. Теперь же это склад-призрак.
Проигнорировав ее, Жон бросился вслед за Глиндой по лестнице справа, тут же столкнувшись с еще одним террористом, который удивился их “встрече” ничуть не меньше его самого. Удар Кроцеа Морса оказался парирован, но довольно неуклюже. Террорист пошатнулся, а в игру вступили вбитые кошмарными тренировками Нео рефлексы.
Жон кинулся вперед, навалившись на противника всем своим весом и заставив того начать пятиться. Быстрая подножка повалила его на пол, а короткий удар плоской частью меча лишил сознания. После этого Жон поспешил на помощь Глинде, на которую наседали остальные члены Белого Клыка.
Адреналин в крови приглушил все звуки, а взгляд остановился на здоровенном террористе, попытавшемся снести ему голову огромным топором. Шагнув в сторону, Жон пропустил оружие рядом с собой, позволив тому врезаться в пол, а затем наступил ногой на руки, удерживавшие топорище. Удар мечом вовсе не оглушил противника, но вызвал вспышку ауры.
“Обучены”, – подумал Жон. – “Но обучены они довольно плохо”.
Похоже, им всем открыли ауру и показали, как ей пользоваться. Это само по себе сделало их сильнее обычных людей, которые вообще не были способны выдержать серьезный удар, но до уровня настоящих Охотников, разумеется, не подняло. Даже до уровня Жона.
Он парировал ответную атаку, сделал шаг вперед и наказал противника за отсутствие нормальной стойки быстрой подножкой. Добивать террориста не пришлось, поскольку специалисты Атласа уже поднялись по лестнице, начав заковывать в наручники обезвреженных фавнов.
У Жона появилась возможность напасть на следующего противника.
Они с Глиндой пробивались по не слишком широкому коридору, ни разу не встретив больше трех-четырех врагов одновременно.
Остальные команды Охотников разошлись по многочисленным закуткам и кладовкам, либо поспешили проникнуть через балкончики в основное помещение. Теперь оттуда слышались выстрелы и крики фавнов о том, как они обязательно покарают “жалких людишек”.
Адама здесь не было. По крайней мере, он до сих пор никак не обозначил свое присутствие.
Жон впечатал очередного террориста спиной в стену и вывернул из его рук оружие. Тот в ответ ударил головой в лицо, заставив звезды танцевать перед глазами, но кто-то отодвинул Жона в сторону и “успокоил” фавна.
– Ты в порядке? – спросила Глинда.
– Да, – ответил ей Жон, стерев со лба выступивший пот.
Он и сам удивился тому, насколько хорошо справлялся. Не на уровне Глинды, разумеется, но весьма и весьма неплохо.
– Они не настолько сильны, как те, что напали на Бикон, – добавил Жон.
– Таурус тогда потерял лучших из лучших. Думаю, ему пришлось набрать новых добровольцев.
– Рисковать оставшейся частью старой гвардии, направляя ее внутрь Атласа, он бы не решился, – произнес появившийся из-за их спин специалист Атласа. – Тут опасны лишь лидеры, а все прочие – всего лишь мясо, предназначенное для поиска новых добровольцев, выполнения различных мелких поручений и создания впечатления, будто Белый Клык присутствует в стенах города.
Похоже, основные боевые силы находились где-то за пределами Атласа.
Жон кивнул и направился вперед, наблюдая за тем, как штурмовые команды взламывали двери и выволакивали из комнат фавнов. Никто из них не погиб, что было очень хорошо. Большинство захваченных врагов пребывало без сознания, хотя некоторые пытались вырваться, а кое-кто щеголял синяками или даже не особо опасными на вид ранами.
“Пока всё идет весьма неплохо”, – подумал Жон. – “Айронвуд будет доволен”.
Глинда внезапно остановилась и оглянулась назад.
– Что-то не так? – поинтересовался Жон.
– Где Синдер?
– Идет за-… – начал было он, но тоже обернулся и резко побледнел. – Я… я думал, что ты за ней присматриваешь…
– Я? – переспросила Глинда, сложив руки под грудью и уставившись на него. – Именно ты за нее отвечаешь.
“Дерьмо! Дерьмистое дерьмище!”
Жон нервно сглотнул, вновь вытер со лба пот и попытался избавиться от мысли о том, что Айронвуд сделает с ним, когда узнает о произошедшем. Если узнает. В конце концов, в горячке боя вряд ли кто-нибудь это заметит, верно?
– Уверен, что она не станет устраивать нам какие-либо неприятности. Да и разве так уж велик шанс на что-нибудь плохое?
Глинда и дальше продолжила мрачно на него смотреть.
***
Блейк следила за тем, как в здании склада разгоралась битва, отчаянно желая в ней поучаствовать. Сам склад довольно быстро окружили привезенные в броневиках команды Охотников, а в небе парили Буллхэды, призванные как лишить противника возможной воздушной поддержки, так и отслеживать сверху сумевших выбраться за периметр беглецов.
Всем, кто стоял в оцеплении, раздали специальные устройства связи в виде небольших наушников. Штурмовые команды уже выбили входные двери и начали атаку. Директор тоже направился внутрь.
– Даже не думай об этом, – произнесла Янг.
– И не пыталась! – ответила Блейк, решив не уточнять, о чем конкретно она “не думала”. – Тот факт, что я довольно близко к сердцу принимаю необходимость остановить Белый Клык, вовсе не означает, что у меня не выйдет просто постоять здесь и никак не нарушить полученный приказ.
– Угу, – кивнула Янг, явно ничуть ей не поверив.
Но Блейк говорила чистую правду. Раньше ее беспокоило именно всеобщее наплевательское отношение к действиям Белого Клыка, а сейчас Атлас вел полномасштабный штурм одной из их баз. Если она действительно попытается зайти внутрь, то кто-нибудь мог принять ее за террористку и застрелить.
– Я не настолько безрассудна, как ты думаешь, Янг.
– Ага, конечно. Будем считать, что один выполненный приказ как-то компенсирует систематическое невыполнение всех прочих, – ухмыльнулась та, после чего приложила ладонь к уху и, похоже, начала получать через наушник какие-то инструкции.
Блейк с нетерпением ожидала ее дальнейших слов.
Когда Янг закончила, то выглядела раздраженной.
– Нам нужно остановить журналистов, которые сюда направляются, – сказала она.
– Да как они вообще узнали?! – воскликнула Блейк. – Штурм идет всего лишь пару минут! На то, чтобы понять, что тут что-то происходит, собрать съемочную группу с аппаратурой и приехать сюда, требуется гораздо больше времени!
Проклятый Атлас! Сколько же дыр имелось в их системах безопасности, если даже журналисты легко могли узнать о самой засекреченной операции чуть ли не раньше ее непосредственных участников? Каким чудом новость о ней вообще прошла мимо Белого Клыка?!
Блейк последовала за Янг, спрыгнув с крыши небольшого здания, на котором они до того стояли. Пролетев метров пять, она ловко приземлилась на ноги, погасив скорость вспышкой ауры, а затем оттолкнулась рукой от асфальта и ринулась к уже показавшемуся из-за поворота микроавтобусу с символикой какого-то телевизионного канала.
Впрочем, обеспечивали периметр не только они с Янг. На другой стороне улицы команда из Атласа, из которой Блейк знала лишь Флинта Коула и Неон Катт, уже выстроилась в цепочку, преграждая путь журналистке, двум операторам и человеку с пушистым микрофоном на длинном металлическом шесте.
– Дальше нельзя, – громко произнес Флинт. – Охотники проводят здесь боевую операцию. Ваши жизни могут-… Ай!
Журналистка повернулась к нему спиной и пихнула задницей в пах, тем самым отодвинув в сторону и освободив для себя место. Затем она посмотрела на оператора.
– Включай прямой эфир! – приказала ему журналистка. – Три, два, один… Меня зовут Розалина Эклер, и я веду репортаж с улицы Анкхольм, где в самом разгаре военная операция. Слышны выстрелы и, кажется, прозвучала пара взрывов. Как и всегда, “Новости Атласа” первыми оказываются на месте событий, чтобы порадовать вас эксклюзивным материалом.
– Мэм, – попыталась оттеснить ее Янг. – Вы не можете-…
– Охотница Янг Сяо-Лонг из Бикона, – произнесла журналистка, а сунутая едва ли не в лицо камера заставила Янг отшатнуться.
– Откуда в-вы знаете мое имя?..
– Вы выступали на прошлом Фестивале Вайтела, – ответила журналистка.
– А, точно…
– И теперь находитесь в Атласе, участвуя в этом рейде. Что вы можете нам рассказать о нынешней операции?
– Ничего, – буркнула Янг. – Я не имею права ничего вам рассказывать.
– Это правда, что операция направлена против Белого Клыка?
– Да как вы-…
– Является ли она карой за террористическую атаку недельной давности, унесшую множество жизней сотрудников ПКШ?
– Я… ну…
– Генерал Джеймс Айронвуд работает плечом к плечу с директором Бикона Жоном Арком, который недавно вошел в здание во главе группы Охотников и солдат специальных сил Атласа, чтобы загнать в угол и арестовать известного преступника Адама Тауруса. Как вы можете прокомментировать данную ситуацию, мисс Сяо-Лонг?
Под их натиском Янг непроизвольно отступила еще на шаг, тем самым создав брешь в живой цепи и позволив съемочной бригаде проникнуть внутрь запретной зоны. Объектив телекамеры ни на секунду не упускал из виду ее лицо, на котором отражалась подступающая паника.
Блейк пришла Янг на помощь, закрыв объектив ладонью и отодвинув камеру в сторону.
– Не давите на нее! Она не может вам ничего рассказать!
– Блейк Белладонна! – ухмыльнулась журналистка.
Проклятье! Похоже им были известны имена всех членов команды RWBY…
– Раз уж вы сами являетесь фавном, то что думаете о тех нападениях, которым подверглись невинные граждане Атласа? Считаете ли Адама Тауруса террористом? Как по-вашему, он должен заплатить за свои преступления?
– Разумеется.
– Пожалуйста, не уклоняйтесь от ответа на вопрос.
– Что значит “не уклоняйтесь”? Я на него ответила!
– Вы сказали: “Разумеется”, но не добавили к нему ни “да”, ни “нет”, – пояснила журналистка. – Готовы ли вы осудить действия Белого Клыка? В прямом эфире государственного телевидения объявить их жестокими, отвратительными и бесчеловечными?
– Да! Иначе бы меня тут не было!
– Наши зрители хотели бы услышать это высказывание целиком. Фавн признает, что-…
– Да, я признаю, что Адам – мерзкий гаденыш, а Белый Клык – сборище кровожадных террористов, – прорычала Блейк, прекрасно понимая, как и к чему ее сейчас подталкивали. – Но далеко не все фавны их поддерживают. А теперь отходите обратно за линию, пока я вас не арестовала!
– Вы не можете меня арестовать, – заметила журналистка.
– Я пока еще студентка, так что и сама не знаю, что я могу, а что – нет. Думаю, на всякий случай просто вас задержу, а потом начальство разберется, что с вами делать, – ответила Блейк, с вызовом уставившись на нее. – К тому же голос в моей голове требует, чтобы я ни в коем случае не дала вам пройти дальше.
– Хотите сказать, что слышите голоса, мисс Белладонна?
– Да, – кивнула Блейк, продемонстрировав камере вынутое из уха устройство связи.
Какими бы назойливыми и раздражающими ни были эти репортеры, но ее намек они все-таки поняли и отступили обратно за линию оцепления. Впрочем, журналистка всё равно встала перед камерой и продолжила что-то рассказывать телезрителям.
Флинт воспользовался своим Проявлением, перегородив улицу четырьмя копиями. Блейк понятия не имела, насколько они были материальными, но съемочная бригада пройти сквозь них так и не попыталась.
А еще она невольно задумалась о том, что клоны являлись чересчур распространенным типом Проявлений. По крайней мере, они имелись у нее самой, Флинта и Сана. Впрочем, та же Неон легко обходилась и без них, перемещаясь на своих роликовых коньках с такой скоростью, что мимо нее никто бы не сумел проскользнуть.
– Ублюдки, – проворчала Янг. – Кстати, спасибо за помощь.
– Не за что, – ответила ей Блейк. – Я к такому обращению уже привыкла. Думаю, теперь ты и сама понимаешь, почему в Вейле для фавнов жить гораздо проще, чем в Атласе.
– Угу, – кивнула Янг, на секунду замерев и прислушавшись к тому, что говорил ее наушник. – Похоже, Руби с Оскаром направились останавливать другую группу репортеров на соседней улице. Почему тут вообще всем уже известно об операции, которая только-только началась?
– Потому что люди в Атласе обожают продавать и покупать информацию. Если хочешь о чем-то узнать, то стоит поискать офицера или еще какого-нибудь специалиста в нужной должности, который не откажется немного подзаработать, – с мрачным видом пробормотала Блейк. – Сегодня они хотя бы подождали начала штурма. И ведь дело не в какой-то там приверженности идеалам Белого Клыка, а в банальном отсутствии совести.
