Текст книги "Директор Арк (ЛП)"
Автор книги: Coeur Al'Aran
сообщить о нарушении
Текущая страница: 76 (всего у книги 110 страниц)
– Победа была бы невозможна без храбрых мужчин и женщин армии Атласа, – возразил Жон.
– О, ты излишне скромен! – ответил Айронвуд, похлопав Жона по плечу. Дважды. Даже по телевизору оказалось заметно, что силы он приложил куда больше, чем требовалось. – Бикон всегда был другом Атласа и наоборот!
– Ха-ха-ха! – рассмеялся Жон.
– Ха-ха-ха! – эхом откликнулся Айронвуд.
– Боги! – взвыла Янг. – Это как наблюдать за крушением поезда в замедленной записи!
– А я еще думала, что у меня неважно получаются такого рода вещи, – пробормотала Руби.
– Вопрос! – поднял руку один из журналистов. – Что насчет обвинений в государственной измене, которые Атлас выдвигал в адрес директора Арка? Насколько я помню, вы, генерал Айронвуд, лично называли его предателем и возлагали ответственность за смерть директора Озпина.
– Нет-нет, то было…
– Недопонимание, – сказал Жон.
– Да, – согласился с ним Айронвуд. – Недопонимание и происки врагов. Но мы сумели всё это преодолеть после поимки Синдер Фолл и Артура Воттса, не говоря уже о смерти Адама Тауруса и ликвидации Белого Клыка, за что отдельно стоит поблагодарить вождя Менаджери Гиру Белладонну.
– Похоже, генерал не спешит задвигать фавнов в угол, – пробормотала Вайсс. – Это хорошо. Без давления со стороны ПКШ Совет Атласа будет вынужден серьезно смягчить некоторые законы, и мы добьемся хоть какого-то прогресса в данной области…
– Пожалуйста, только не упоминайте о моей “беременности”! Пожалуйста! – взмолилась Блейк, глядя на экран.
– Да, – кивнул Жон. – Мне бы тоже хотелось выразить благодарность фавнам Менаджери и генералу Айронвуду. Такие вещи, как уничтожение международной террористической организации, вовсе не совершаются в одиночку, и все участники заслуживают признания их вклада в общее дело.
– О, не стоит. Жон Арк – верный союзник и друг Атласа, – сказал Айронвуд, вытащив из-за спины здоровенный ключ, который куда уместнее смотрелся бы в каком-нибудь мультфильме.
Оскар хихикнул, заметив выражение паники на лице у Жона.
– Совет практически единогласно постановил вручить ему ключ от нашего города!
“Практически единогласно…”
Оскар невольно задумался о том, сколько народу придет к выводу, что против проголосовал только сам Айронвуд. Возможно, еще и вопил при этом. По крайней мере, смех Озпина в его голове лишь усилился от такой мысли.
– С-спасибо, – сказал Жон, осторожно приняв ключ. – Это большая честь…
– Вопрос! – произнес другой журналист. – Правда ли то, что Жон Арк и Виллоу Шни – вдова Жака Шни – будут вместе жить в Вейле?
Жон выпучил глаза.
– Это-…
– Чистая правда! – заявил Айронвуд, отобрав у него микрофон. – Всё именно так и есть.
– Ну, чисто технически это даже не ложь, – заметил Кроу, глядя на всё глубже и глубже впадавшего в панику Жона. – Они действительно станут вместе жить в Биконе. Хотя должен признать, что не ожидал такого хода от Джимми. Наверное, мстительность в нем оказалась всё же несколько сильнее, чем серьезность и отсутствие чувства юмора.
– Жон вовсе не встречается с моей мамой! – воскликнула Вайсс.
– Пока не встречается, – ухмыльнулась Нора.
– И со мной тоже! – напомнила Блейк.
– Да что за хрень?! – сердито стукнула кулаком по полу Янг. – В нашей команде я что, единственная, кто не может назвать его ни своим парнем, ни хотя бы папочкой?
– Янг, фу…
Оскар постарался скрыть улыбку и покосился в сторону Нео.
Та спокойно смотрела телевизор, закинув одну ногу на стол, а второй покачивая в воздухе. Сделанное Айронвудом заявление ее, похоже, нисколько не взволновало. Более того – она глядела на эту сцену с уверенной улыбкой, и Оскар как-то сомневался в том, что Нео собиралась уступать кому-либо Жона или с кем-то там им делиться. И да, он сам поставил бы именно на нее, поскольку прошел зверские тренировки и отлично представлял себе возможности Нео.
К слову, популярность Жона у женщин вызывала вовсе не зависть или раздражение, а жалость. Впрочем, Оскар безоговорочно верил в его способность справиться с абсолютно любыми трудностями!
“Ты знаешь Жона гораздо лучше многих”, – произнес Озпин. – “И такое доверие непросто заслужить”.
Но разве Жон доверял именно ему? Оскар полагал, что всё дело заключалось в Озпине.
“Разве? Когда я был жив, он ничем подобным со мной не делился”.
Глаза Оскара моментально округлились.
“Да и что толку искать сочувствия у такой древности, как я? А вот твое положение очень похоже на его собственное – вы оба внезапно оказались там, куда своими силами попасть никак не могли. Думаю, Жон просто увидел в тебе некое подобие самого себя”.
Оскар невольно улыбнулся.
Неужели он и вправду оказался чем-то похож на Жона? Разумеется, тот утверждал, что в этом не было абсолютно ничего хорошего, но Оскар просто не мог поверить в его слова. В конце концов, кем бы ни являлся Жон на самом деле, со своей нынешней должностью он отлично справлялся, став для очень многих людей эталоном успешного человека.
– Ха-ха-ха! – совершенно неестественно рассмеялся Жон с экрана телевизора, пошатнувшись от очередного “дружеского хлопка” Айронвуда.
– Наш самый верный союзник! – повторил тот. – И мой лучший друг. Ха-ха-ха…
Собравшиеся вокруг журналисты поаплодировали.
– Неужели вот так и выглядят в реальности мои фантазии на тему отношений Жона с Айронвудом? – поинтересовалась Янг, отключив у телевизора звук, поскольку ведущие программы новостей принялись анализировать прошедшую церемонию. – Проклятье… И о чем я теперь буду мечтать?
– Понятия не имею. Мне вполне хватило и твоей идеи насчет того, чтобы свести нас с Кловером вместе.
– Но вы же идеально друг другу подходите, дядя Кроу!
– Тот факт, что он обладает Проявлением удачи, а я – неудачи, еще не означает, что мы должны вступать в какие бы то ни было отношения, – проворчал Кроу. – С тем же успехом можно строить пары на основе цвета кожи или волос, потому что они, как и Проявления, достаются людям от рождения. Кроме того, почему ты никак не можешь понять, что мне нравятся женщины?
– Ну, а вдруг не только они? – пожала плечами Янг. – Не узнаешь, пока не попробуешь.
Кроу ухмыльнулся.
– Кто тебе сказал, что я не пробовал?
– Бвах?!
– Мы в Биконе в свое время много раз играли в различные игры. Как считаешь, что происходило, когда бутылочка указывала не на Саммер и не на Рейвен? С кем мне в итоге приходилось целоваться?
Его победа оказалась полной и безоговорочной. Янг с Руби валялись на полу, боролись с тошнотой и громко требовали отбеливателя, чтобы постараться забыть откровения своего дяди. Кроу лишь хихикал, снисходительно наблюдал за ними и периодически прикладывался к фляжке.
“Ничуть не удивлюсь, если нечто подобное и в самом деле однажды случилось”, – произнес Озпин. – “Команда STRQ доставила мне целую кучу проблем, а я тогда еще даже директором не был. Как-то раз мне попались Кроу и Тайянг, решившие в полночь пробежаться в голом виде наперегонки вокруг тренировочного поля. Кто-то сумел убедить их в том, что Глинда поцелует победителя… Ну, она в те времена тоже была студенткой”.
Пояснение понадобилась по той простой причине, что Оскар оказался совершенно не способен представить себе строгую мисс Гудвитч в качестве “приза” в настолько глупом состязании.
“И что, она и вправду кого-то поцеловала?” – уточнил он.
“Ха! Нет, конечно. Я даже наказание им назначать не стал, потому что так и не придумал, как объяснить всё это моим коллегам. В общем, решил, что с них хватит и чувства стыда. В конце концов, Кроу вырос в обществе, где представления о приличии серьезно отличаются от наших”.
“А чем тогда оправдывался Тайянг?”
“Он был по уши влюблен в Рейвен и отчаянно пытался ей понравиться, вступая вообще в любые состязания и тем самым вызывая немалое раздражение у Саммер. Их личная жизнь – это тот еще запутанный клубок, но полагаю, они с ним и сами как-то разобрались”.
Сегодня Озпин оказался на редкость разговорчивым. Скорее всего, так на него влияло хорошее настроение. Они одержали серьезную победу, Атлас выстоял, а Реликвия Созидания находилась в полной безопасности. Кроме того, студенты никаких потерь не понесли и в ближайшее время должны были вернуться обратно в Бикон.
Салем здесь, несомненно, проиграла.
“Это нужно обязательно отпраздновать”, – сказал Озпин.
“И что же ты предлагаешь?..”
“Кофе”.
“Разумеется…”
– Подождите, – произнесла Пирра. – Янг, верни звук. По-моему, он в панике.
Все вновь уставились на экран телевизора, где один из ведущих прижал ладонь к уху и прислушивался к тому, что ему говорили через наушник. Судя по бледности, напряженной позе и исчезнувшей без следа улыбке, известия оказались не слишком хорошими.
Янг схватила пульт и нажала на кнопку.
– Срочные новости! Пока Атлас и Вейл праздновали победу, Академия Шейд, расположенная в Королевстве Вакуо, подверглась массированной атаке Гриммов! С прискорбием вынужден сообщить, что она пала. Повторяю: Академия Шейд полностью уничтожена Гриммами!
После его слов комната погрузилась в мрачное молчание.
========== Глава 57 ==========
Несмотря на мрачные новости насчет Шейда, в Вейле их встречали как героев. Рейвен была занята, выгодно продавая свои услуги мгновенной транспортировки, так что граждане Атласа уже возвращались обратно домой, а студентов, преподавателей и откликнувшихся на призыв о помощи Охотников в Вейл со всеми возможными почестями доставил военно-воздушный флот.
Улицы пестрели флагами, лентами и растяжками, огромные толпы что-то радостно скандировали, а в небе взрывались фейерверки, и потому совсем уж не проникнуться атмосферой праздника оказалось крайне проблематично.
– Это как фестиваль! – воскликнула Янг, прижавшись лицом к окну. – Я и не знала, что у нас в Вейле живет столько народу!
– Они в-ведь нас встречают, да? – уточнила слегка покрасневшая Руби, но куда-либо убегать всё же не спешила. В конце концов, ее мечтой и было стать героической Охотницей – прямо как мама.
– Разумеется, нас, сестренка. Мы же теперь герои!
– Янг, – вздохнула Блейк. – Пожалуйста, прояви чуть больше такта.
– Совсем наоборот, кисуля, – ухмыльнулся Роман Торчвик, подкравшись к ним сзади и тем самым заставив Блейк сердито зашипеть. То ли ей не нравилось данное им прозвище, то ли просто такая у нее была реакция на его присутствие.
Впрочем, остальные члены команды RWBY всего этого даже не заметили, слишком поглощенные разглядыванием проходившего внизу праздника.
– Охотники и Охотницы обязаны улыбаться, – продолжил Торчвик. – А еще хвастаться своими подвигами и купаться в лучах всеобщего внимания.
Янг оторвалась от окна и удивленно посмотрела на него.
– Что, правда?!
– Конечно, златовласка. Видишь ли, обычные люди целых два дня не отходили от экранов телевизоров, наблюдая за тем, как кто-то другой решал их судьбы. Сама, наверное, понимаешь, что уровень негативных эмоций после такого, с позволения сказать, времяпрепровождения невероятно высок.
– А теперь он сошел практически на нет, – кивнула Вайсс. – Люди пребывают в эйфории, а угроза нападения Гриммов сейчас крайне мала.
– Вот именно. Десять очков команде RWBY.
– У нас нет никакой системы с очками! – прорычала Блейк.
– Нет такой системы? А жаль, потому что ничего, кроме очков, вы от меня всё равно не дождетесь, – пожал плечами Торчвик, сделав небольшую паузу, чтобы насладиться скрипом ее зубов. – Но ответ от этого менее правдивым не становится. У людей сейчас отличное настроение. Так зачем же его портить? Если они желают нами восхищаться и называть героями, то кто мы такие, чтобы им мешать? Немножечко радости никому не повредит.
– Это значит, что я могу позволять незнакомцам угощать меня выпивкой? – торопливо уточнила Янг.
– Конечно. Многие люди горят желанием хоть чем-то нам помочь, но ни физическими данными, ни какими-либо тренировками похвастаться не в состоянии. Часть из них пожертвует деньги на нужды Бикона, но найдутся и те, кто захочет выразить свою признательность лично. Было бы довольно невежливо отказываться, даже если их благодарность принимает форму выпивки. Просто дайте им почувствовать, что они тоже вносят какую-то лепту в общее дело.
Руби внезапно поняла, что никакой “лепты” тут не было. Абсолютное большинство людей оказалось не способно ничем помочь в обороне Атласа от вторжения Гриммов. Кто-то наверняка приютил у себя беженцев или поделился с ними едой, но в бою ни от кого из них не было ни малейшей пользы.
Что бы на их месте ощутила она сама, оставшись дома, пока Янг отправилась бы сражаться? Скорее всего, бессилие и ужас. А когда Янг вернулась бы обратно с победой, Руби наверняка постаралась бы хоть что-то для нее сделать: постирать одежду, расчесать волосы, приготовить ужин…
“Полагаю, людям тоже требуется нечто подобное – способ ощутить себя хоть немного причастными к этой победе и продемонстрировать нам свою признательность… Поблагодарить за совершенный подвиг”.
Охотникам оставалось лишь принимать их благодарность, потому что альтернативой было отказаться и тем самым фактически плюнуть в лицо людям, всей виной которых являлось отсутствие десятилетий боевой подготовки и наличие какой-нибудь другой, более мирной профессии.
Это даже выбором называть вряд ли стоило.
– Поверить не могу, что говорю такое, но профессор Торчвик прав, – произнесла Вайсс. – Если мы ставим всем в пример меценатов, которые жертвуют льены различным благотворительным организациям, то почему отношение к решившим поблагодарить вернувшихся из битвы Охотников должно хоть как-то отличаться? Пусть даже постоянно улыбаться тем, кто возносит нам хвалу, очень быстро надоест.
– Говори за себя, – в один голос заявили Янг и Торчвик, после чего переглянулись, дружно ухмыльнулись, соприкоснулись кулаками и указали друг на друга пальцами. – О да-а-а…
Блейк в ужасе уставилась на них.
– А что насчет Вакуо? – поинтересовалась Руби.
– Вот эту тему поднимать пока не стоит, – ответил ей Торчвик. – Нет, подожди. Я вовсе не имею в виду, что никто ничего не делает. Твой дядя Кроу, к примеру, уже отправился в Шейд, да и Айронвуд послал свой спецотряд. Жон тоже предпринимает кое-какие шаги. Мы не собираемся бросать Вакуо один на один с бедой, но и портить людям настроение во время празднования одержанной нами победы тоже не надо.
– Дядя Кроу туда отправился?
– Угу. Он должен отыскать выживших.
И это оказалось очень хорошо.
Руби позволила себе немного расслабиться, хотя желание броситься вперед и сделать то, что было правильно, так никуда и не исчезло. Оно лишь немного утихло, поскольку делом уже занялись другие.
Вероятно, именно с такой проблемой столкнулась в прошлом году Блейк, вот только в ее случае Белый Клык никто замечать не хотел. Забавно, но больше всего с привлечением внимания к их преступлениям ей тогда помог именно Роман Торчвик.
– А сейчас наступило время немного повеселиться, – произнес тот, подмигнув Блейк. – И прежде всего я имею в виду тебя.
Она сложила руки под грудью.
– И что это, по-твоему, должно значить?
– Ничего особенного. Просто твой гигантский папаша, жуткая мамаша и ты сама наконец оказались в одном месте. Вся семейка собралась впервые за… несколько лет, верно?
– Д-да, – ответила Блейк, опустив руки и уже с чуть меньшим подозрением поглядев на него. – По крайней мере, все члены семьи и вживую.
– Вот об этом я и говорил. Ладно, берегите себя, детишки, – сказал Торчвик махнув им на прощание зажженной сигарой и направившись прочь. – Веселитесь, купайтесь в лучах славы и ни в коем случае не влипайте в неприятности! Если вы понадобитесь для чего-то связанного с Вакуо, то мы сами вас найдем и приставим к делу.
– Хорошо, профессор Торчвик. И спасибо!
– Да-да, Красная. Просто постарайся обойтись без проблем.
Руби помахала ему рукой, после чего он все-таки скрылся из виду.
– Как же я его ненавижу, – прошипела Блейк.
– Ну, если честно, то профессор Торчвик не так уж и плох.
– Руби, он – преступник!
“Как и ты, к слову”, – подумала она, но вслух ничего подобного говорить, разумеется, не стала.
Отношение к Роману Торчвику у нее было… сложным. Долгое время он являлся врагом, но при этом не делал ничего чересчур ужасного, а в конце и вовсе помог остановить Синдер. Кроме того, без него Руби вообще не попала бы в Бикон, а это его “Красная” ей пусть и не нравилось, но было всего лишь прозвищем, а не каким-нибудь обидным оскорблением.
– Да, в самом деле неплох.
– Руби!
– Остынь, Блейк, – вмешалась Янг, обхватив свою напарницу за плечи и подведя к окну. – Смотри, мы уже идем на посадку. Ты готова много-много улыбаться? Ну, если, конечно, вообще умеешь это делать, кисуля.
– Хватит перенимать манеру речи у Торчвика!
Руби поглядела на Вайсс, но та в ответ лишь закатила глаза. Улыбнувшись, она вновь уставилась в окно на продолжавшую веселиться толпу, над которой взрывалось фейерверки и конфетти. Такое количество людей должно было ее напугать, но сейчас она почему-то испытывала странное спокойствие.
***
Шум снаружи просто оглушал.
Кто-то из представителей властей что-то кричал в громкоговоритель, но вряд ли его слышали. Охрана сдерживала толпу, не давая ей занять еще и предназначенные для транспортов Атласа посадочные площадки, и это тоже совсем не способствовало снижению уровня шума.
Наверное, куда проще и удобнее было бы прилететь сразу в Бикон, но люди желали видеть своих вернувшихся домой героев.
“Я что, действительно герой?” – мысленно спросил у самого себя Жон, пока аппарель медленно опускалась, открывая бивший прямо в глаза солнечный свет. – “Сомневаюсь, что достоин подобного титула, но сейчас, глядя на происходящее, в это не так уж и сложно поверить”.
Хотя бы просто потому, что он по некой непонятной причине должен был выходить из транспорта самым первым. Жону пришлось чуть ли не умолять Глинду и Романа не бросать его одного.
Теперь он шел на шаг впереди них, поскольку на большее никого уговорить так и не удалось. Толпа ревела, скандируя его имя, но Жон с огромным трудом мог что-либо разобрать из-за общего шума и грохота фейерверков.
Он нервно сглотнул и помахал им рукой. Это стало огромной ошибкой, поскольку рев лишь усилился, а к крикам и воплям добавился дружный топот ног и вой рожков.
Глинда сняла очки и протерла их платком, что само по себе многое говорило об испытываемом ей в данный момент дискомфорте. В противоположность им, Роман искренне наслаждался направленным на него вниманием и даже поклонился толпе, придержав свой котелок.
Впрочем, чего еще стоило ожидать от этого самовлюбленного придурка?
– Спасибо, спасибо. Да, я – настоящий герой.
Но как бы глупо ни выглядело его поведение, оно все-таки помогло Жону взять себя в руки. Он ухмыльнулся, ткнул Романа локтем в бок и сошел с аппарели на асфальт, снова помахав рукой.
Толпа была довольна.
И еще это послужило сигналом профессиональным Охотникам и Охотницам начинать выходить из транспорта. Их тоже встретили радостные крики и конфетти, причем последним выстрелили из пушек.
Жон проследил за тем, как одну из Охотниц прижал к груди здоровенный мужчина из толпы. Защелкали фотоаппараты, запечатлев их поцелуй, и эти снимки в ближайшие несколько лет, скорее всего, везде будут использовать в качестве примера “теплой встречи”.
“Но мы хотя бы сделали так, чтобы это стало возможным”, – подумал он. – “И у нас всё получилось”.
Дальше двигались его студенты, которые тоже возвращались домой и заслужили ничуть не меньших почестей.
Члены команды RWBY радостно махали руками, направившись туда, где стоял гордый Тайянг Сяо-Лонг. Он, к слову, тоже участвовал в битве за Атлас, появившись там уже после того, как эвакуация гражданского населения оказалась завершена.
Оскар шагал вместе с ними. И сейчас, судя по восторженному выражению лица, это действительно был он, а вовсе не Озпин.
Команда RVNN шла с остальными студентами. Улыбка Пирры выглядела не совсем искренней, но вот всеобщее внимание и множество направленных на них камер ей явно ничуть не мешали. С другой стороны, та же Нора стесняться, похоже, вообще не умела.
– Надеюсь, они не ожидают от меня речи, – пробормотал Жон так, чтобы его услышала Глинда.
– Да что толку от какой-то речи в таком шуме?! – отозвалась она, повысив голос, чтобы Жон смог разобрать ее слова. – А если кто-нибудь чего-то там ожидает, то просто скажи им, что слишком сильно устал!
К счастью, никто не решился приставать к нему с подобными просьбами. Ну, или организаторы мероприятия и сами понимали, что произносить речи в такой обстановке было абсолютно бессмысленной тратой времени. К тому же в последующие дни наверняка пройдет немало пресс-конференций и интервью, на которых журналисты зададут наиболее интересные для публики вопросы, а пока люди хотели просто веселиться, кричать, размахивать руками и купаться в конфетти.
Руби собрала целую горсть последнего и со смехом швырнула ее в лицо Вайсс, за что получила в ответ хмурую гримасу и точно такую же горсть. Янг попыталась провернуть то же самое с Блейк, но та ее опередила, да еще и умудрилась попасть прямо в рот.
Старшие Охотники и Охотницы целенаправленно шли сквозь толпу к своим родным и близким, впрочем, позволяя посторонним людям себя обнимать, хлопать по плечам и пожимать руки. Охрана не давала людям перекрыть проход, но проявлению чувств особо не мешала.
Жон успел ответить на несколько рукопожатий, потому что так было правильно, и довольно спокойно перенес множество попыток к нему прикоснуться, но череда незнакомых лиц постепенно сливалась в одну линию. От нелепости и безумия ситуации хотелось глупо улыбаться, а внутри разгорались радость, облегчение и, чего уж тут скрывать, самодовольство.
Самое худшее осталось позади, а их вклад в общее дело требовал определенного признания, верно? Разве они не заслужили подобного восхищения со стороны толпы? Впрочем, Жона ничуть не волновал ответ на свой собственный вопрос. Он просто наслаждался исполнившейся мечтой.
Кто-то из членов Совета Вейла заявил в громкоговоритель, что через несколько дней состоится церемония награждения, и данное время было необходимо для того, чтобы сделать ее особенной.
Толпа одобрительно взревела.
К немалому облегчению Жона, от “вернувшихся героев” так и не потребовали никаких речей, вместо этого предложив отправиться домой к своим семьям на “заслуженный отдых”.
Сумеет ли вообще хоть кто-нибудь в Вейле уснуть этой ночью? К счастью, и студентов, и преподавателей ждали постели в тихом Биконе, отделенном от города Изумрудным лесом, иначе шум и различные гуляки точно бы не позволили им нормально выспаться.
Несколько Буллхэдов стояло неподалеку, так что к ним даже не пришлось идти сквозь всю толпу. И это было очень хорошо, поскольку подобное количество “восторженных фанатов” они вряд ли бы выдержали.
Глинда повела туда студентов, а Жон вместе с Нео, Синдер и Романом занял тот, который должен был взлететь первым. И да, оставшихся на растерзание толпы Охотников и Охотниц следовало пожалеть, потому что здесь, в отличие от ситуации с ордой Гриммов, у них не имелось ни малейшего шанса уйти “не потроганными”. Впрочем, судя по их встревоженным взглядам, они всё это и сами прекрасно понимали.
С другой стороны, ни одному из героев вечера не придется платить за еду, выпивку или что-либо еще.
Когда бронированная дверь закрылась, изолировав их от внешнего шума, Жон уселся в одно из кресел и пристегнулся. Впереди их ждал Бикон, и как бы странно это ни звучало, он действительно ощущал себя так, словно возвращался домой.
– Восторженная толпа, – произнесла Синдер. – Обожание Атласа и Вейла, благодарность Мистраля за раскрытого и пойманного предателя, союз с Менаджери и их признательность за помощь с ликвидацией Белого Клыка. Остался только Вакуо, где как раз разгорелся серьезный кризис, и крайне необходим настоящий герой. Интересно, сколько пройдет времени, прежде чем Жона Арка будет восхвалять весь Ремнант?
– Синдер…
– Да?
– Пожалуйста, не порть мне настроение.
Она усмехнулась и прикрыла глаз, тем самым давая понять, что донесла до него свою точку зрения.
Да, положение дел в Вакуо следовало как-то исправлять, но не прямо сейчас. Во-первых, Жон всё равно абсолютно ничего не мог сделать без необходимой информации, а во-вторых, требовалось хоть немного передохнуть.
“И еще надо как-нибудь отблагодарить Кроу”, – подумал он. – “А то ему наверняка очень обидно из-за упущенной возможности совершенно бесплатно выпить столько алкоголя, сколько в него влезет”.
Бикон по-прежнему стоял на своем месте.
Нет, Жон вовсе не думал, будто Барт с Питером по какой-то причине могли не справиться с его управлением, но вот отсутствие попыток Салем разрушить ненавистную ей школу, пока все были отвлечены осадой Атласа, вызывало некоторое удивление. Похоже, Шейд показался ей более легкой добычей, и это отлично объясняло полное отсутствие Охотников из Вакуо.
Выйдя из приземлившегося Буллхэда, Жон посмотрел на шпили Бикона. Не хватало только того, который когда-то находился на центральной башне, как, впрочем, и ее самой, но это компенсировалось относительно новым крылом имени генерала Айронвуда, отличавшимся “причудливой архитектурой”.
Оставшихся в школе студентов – в основном первокурсников – видно не было. Поприветствовать их пришел только Питер Порт, который казался подозрительно довольным.
– Ты что-то задумал, – произнес Жон, не успев вовремя уклониться от медвежьих объятий. – Я уже видел подобную улыбку. Только не говори мне, что вы с Бартом готовите какую-то дичь.
– Спокойнее, мальчик мой. Там всего лишь неожиданная приветственная вечеринка. Но ты хотя бы притворись, будто действительно удивлен.
– Какая же она “неожиданная”, если ты нам о ней сейчас рассказываешь, Питер? – спросила Глинда.
– Можно подумать, вы и сами ни о чем не догадались, – ответил тот, выпустив Жона и подойдя к ней.
Пожалуй, впервые она позволила ему себя обнять, похлопав Питера по плечу.
– Я тоже рада тебя видеть, но давай уже перейдем к делам, ладно?
– Ха! Как и обычно, совсем не любишь вечеринки.
– Проблема даже не в них. Просто мне куда больше по душе свидание с подушкой часиков так на десять, – сказала Глинда, после чего все-таки не выдержала и улыбнулась. – А теперь идем. Уверена, что наши студенты устали ничуть не меньше меня.
– И еще проголодались, – добавил Жон.
Питер громко рассмеялся.
– Уж о еде вам волноваться точно не придется.
Хм… Вечеринка с едой могла проходить лишь в столовой…
Жон поглядел в ту сторону, отметив для себя отсутствие света и задернутые шторы. Вот только никаких штор там раньше не было. Одно это с головой выдавало их, с позволения сказать, “сюрприз”.
Вернувшиеся из Атласа студенты уже начали с предвкушением ухмыляться, перешептываться и коситься на двери, ожидая, когда Жон их откроет. Команды RWBY и RVNN протолкались поближе к нему.
“Наверное, нас просто желают должным образом встретить после весьма опасного путешествия”, – подумал он. – “И пожалуй, Питер прав в том, что мне следует им подыграть”.
В конце концов, тем, кто никуда не уезжал, тоже хотелось немного повеселиться.
Жон положил обе ладони на створки двери и распахнул их.
– Добро пожаловать домой! – поприветствовал его хор из нескольких сотен голосов.
Столы оказались сдвинуты в стороны, чтобы освободить пространство по центру, и буквально ломились от еды. Вокруг собрались студенты, преподаватели и работники Бикона с разнообразными хлопушками и воздушными шариками в руках.
Покачав головой, Жон направился вперед, позволяя остальным тоже войти в двери. Руби моментально схватила один из воздушных шариков, а Цвай возбужденно гавкнул, попытавшись укусить другой, но в итоге лишь оттолкнув его от себя носом.
Барт, Сиенна, Кицуне и даже Кали нашлись под двумя растяжками. На первой было написано: “С днем рождения!” Жон фыркнул, мысленно прикинув шансы отыскать точно такую же, но с надписью: “Поздравляем с пережитым вторжением Гриммов!” Но замереть его заставила именно вторая.
Потому что на ней им с Блейк желали рождения здорового малыша.
– Что за хрень?..
– Кхем… Но… Кхе-кхе… Но я… – попыталась было что-то возразить Блейк, после чего просто закрыла лицо обеими руками.
– Я же говорил, что у тебя найдется отдельный повод для праздника, кисуля, – ухмыльнулся появившийся из-за ее спины Роман. – И ведь угадал, правда?
– Эт-то ты во всём виноват! Я тебя ненавижу! Презираю!
– Нет, вот сейчас я тут вообще ни при чем.
– Доченька! – воскликнула Кали Белладонна, подбежав к Блейк и прижав ее лицом к груди.
Видимо, это и была настоящая причина появления столь идиотской надписи.
– О, ты скоро станешь мамой! Да еще и увела такого мужчину прямо из-под носа целой кучи женщин! Ты просто не представляешь себе, как я тобой горжусь!
“Да во имя же…”
Жон повернулся к Гире.
– Ты ведь понимаешь, что Блейк вовсе не беременна, верно?
Тот подтвердил его догадку тихим хмыканьем.
– И твоя жена тоже это осознает, так?
Гира повторил свой безмолвный ответ.
– Тогда зачем? – спросил Жон.
– Блейк сбежала из дома, вступила в Белый Клык и начала встречаться с кровожадным психопатом, ни разу с нами не связавшись, – тихо пояснил Гира. – Мы слышали о том, что она покинула организацию, но долгое время понятия не имели, осталась ли Блейк вообще жива. Ни звонка, ни письма, ни какой-нибудь завалящей открытки. Мы ждали пять долгих лет, Арк.
– И что, раз совесть у нее так и не проснулась, вы решили пристыдить дочь другим способом? – уточнил Жон.
– Да, – кивнул Гира, сложив руки на груди и посмотрев на него сверху вниз. – Или считаешь, что Блейк этого не заслужила?
Считал ли так Жон? Своей семье он солгал только о некоторых особенностях новой работы, а вот письма отправлял исправно и регулярно звонил, чтобы родители о нем не беспокоились.
Разумеется, сам Жон не имел детей, но чувства Гиры и Кали понять всё равно был способен. Наверняка они за прошедшие годы немало пережили, и потому их попытки “пристыдить” Блейк являлись не слишком-то и страшной местью.
– Нет-нет, я с тобой согласен, – произнес он. – Хотя был бы очень благодарен, если бы Кали не впутывала во всё это дело еще и меня.
– Извини, но тут ничего не выйдет, – пожал плечами Гира.
– И почему же? – со вздохом спросил Жон.
– Ты целовался с Блейк в прямом эфире.
Поднятый было для возражения палец опустился обратно.
– Ну, да. Но в свою защиту хочу сказать, что это она со мной целовалась в прямом эфире, а никак не наоборот.
– Знаю и потому не предпринимаю никаких попыток поговорить с тобой как “отец с парнем дочери”. Хотя от Кали и ее “оценки потенциального жениха” это всё равно не спасет, – добавил Гира, сочувственно похлопав Жона по плечу. – Понимаю, что вряд ли тебя утешу, но ты мне нравишься гораздо больше, чем Адам.
