Текст книги "Алхимические хроники (части 1-3)"

Автор книги: Лана Туулли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 66 (всего у книги 68 страниц)

Ангелика, сохраняя предписанное дворцовым этикетом хладнокровие, лишь собрала пригоршню налипшей на ее платье грязи, брезгливо отряхнула руки и проговорила:

– Вот это, уважаемая мэтресса, и есть та вторая причина, по которой я хотела, чтобы вы приехали в Фюрдаст.

Анна и Дафна оживились, перемигнулись и как-то уж очень нетерпеливо стали ждать, что будет дальше.

Внезапным расположением начальства грех было не воспользоваться. Мэтр Лео испросил разрешения у мэтра Фледеграна полистать пару справочников, и сейчас потихоньку осваивался в Маговой Башне. Удобно, ничего не скажешь – ряды книжных полок, уставленные редчайшими манускриптами, огромные запасы ингредиентов, требуемых для изготовления снадобий и артефактов, впечатляюще большое, в гномий рост, магическое зеркало… Опять же, специально зачарованный шкафчик, в который с дворцовой кухни подается по первому требованию легкая закуска и вино. Сам придворный маг отговорился необходимостью лично передать знакомым друидам приглашение на День Леса, а потому телепортировался в Химериаду.

Лео не обиделся – он уже давно привык, что большинство старших коллег проявляют к нему чуть больше внимания, чем к пробегающей мимо крысе. Иногда даже меньше.

На огромном рабочем столе, укрепленном десятком заклинаний, Лео расположил кристалл «глаза», принадлежащий мэтру Лотринаэну, синий с белыми прожилками камень, пирамидку и, очень осторожно, поврежденную змейку. Вчера, непосредственно перед тем, как идти квакать в Совиный переулок, Лео осенила идея, что, раз исчезновение Лотринаэна связано с четырьмя артефактами, то и его возвращение должно быть связано с таким же количеством. Тех же артефактов или других – пока неизвестно, но в единстве числа составляющих было нечто привлекательное, и Лео рискнул, телепортировался в Восточный Шумерет и там отыскал отложенный было неисправный артефакт.

Отлично. А теперь что?

Терять, кроме очередной порции самоуважения, было нечего. И мэтр Лео принялся разбрасывать семена братеуса, ягодки земляники… Посыпал получившийся натюрморт порошком рога минотавра, поставил рядом крепко закупоренный пузыречек с горгульей желчью… Хмм… Наверняка надо читать заклинание. Но вот какое?

В глубокой задумчивости Лео принялся подкидывать каменную пирамидку. Она удобно ложилась в ладонь, каждый раз другой гранью, немного шероховатая, прохладная… Волшебник вдруг вспомнил, как когда-то в детстве, насмотревшись на цирковые представления, учился жонглировать яблоками, взял в руки «глаз», прикинул, равны ли вещицы по весу, приготовился подбросить кристалл вверх… Из того вдруг высверкнула голубоватый луч. Что за демоновы шутки?!

Пытаясь разобраться, с чего это артефакты работают в непредсказуемом режиме, он внимательно обнюхал кристалл и пирамидку, медленно и осторожно поднес их друг к другу…

И опять увидел короткий ярко-голубой луч.

Хмм… Пахнет аурой Лотринаэна. Ничего удивительного, если подумать – ведь обе вещи принадлежали одному хозяину, значит…

Внезапный приступ вдохновения предложил Лео подойти к зачарованному зеркалу и приложить оба артефакта к его раме.

Получилось! Волшебник едва не запрыгал в восторге а-ля горный козлик и не захлопал в ладоши, когда увидел в серебристой магической поверхности своего приятеля.

Выглядел Лотринаэн и в половину не так лощено и самодовольно, как обычно. Полуэльф, во-первых, был очень похож на человека, даже уши короткие и нижняя челюсть массивная; во-вторых, он был поцарапан и как будто неделю спал в одежде; в-третьих…

В-третьих, он был рад видеть Лео! Как будто всю жизнь изучал поведение крыс и теперь увидел ту самую замечательную особь, благодаря которой найдет объяснение всем ранее обнаруженным закономерностям.

– …ео!.. Лео!! – звук проходил сквозь зеркало прерывисто, будто шел через десяток пластов реальности. – Ле……ак я рад тебя ви…!.. си…еня…

– Лотринаэн! – завопил обрадованный волшебник. – Где тебя демоны носят! Куда ты пропал?!

– Мне зде…..хо, здесь колдо…..ается через ра… – попытался объяснить Лотринаэн. – Немедленно за…..я отсюда…

– Ты не представляешь, как возмущается твоим исчезновением мэтресса Хлоя! – поспешил Лео сообщить самую важную, на его взгляд, информацию. – Но не волнуйся, в Министерстве Чудес твоего отсутствия пока не заметили. Знаешь, твой фантом с манией трудолюбия – это нечто! Научишь меня, как делать такого же? я хочу произвести благоприятное впечатление на инспектора Клеорна.

Чтобы понять следующую фразу Лотринаэна, мэтру Лео даже не потребовалось напрягать слух. Потому как приснопамятный мэтр Иллариан абсолютно так же шевелил губами, когда матерился и проклинал горе-ученичка после очередного провала с артефактными заготовками.

Хотя нет, справедливости ради надо признать, что у уважаемого луазского волшебника получалось забавнее: у полуэльфа не было в носу тяжелого золотого кольца, прыгающего всякий раз, когда ругательство включало звук «ф».

– Я могу чем-то помочь? – осторожно осведомился Лео, когда Лотринаэн выдохся.

– З…..ни!! Унич…..ю…

– Что уничтожить? – не понял Лео.

– … – пошевелил губами Лотринаэн. Изображение его закачалось, запрыгало, будто рядом читал заклинание очень сильный маг.

– Не понял… Повтори, пожалуйста! Лот, послушай… Эй, Лот! Лот!

Отражающийся в зеркале Лотринаэн оглянулся куда-то позади себя, его лицо скривилось, будто увиденное не доставило ему радости, и, с каким-то обреченным выражением, пропавший волшебник прокричал:

– …эс-Гэор! Оты…

Через секунду каменная пирамидка, которую Лео в порыве чувств крепко сжал в кулак, вдруг рассыпалась мелким острым песком. Магическое зеркало полыхнуло насыщенной радугой и погасло.

Лаэс-Гэор, Лаэс-Гэор… Что в переводе с эльфийского означает «Лиственный холм». Или «гора из листьев». Или, если угодно, «лиственная куча». Насколько Лео знал, именно там получил образование мэтр Лотринаэн.

И что? Лот просит Лео навестить альма-матер? Зачем? А это странное «оты…» в конце разговора? О, тысяча мелких демонов? Отыщи? О, ты? От Ы?

С ума сойти с этими поисками!

Тут в дверь торопливо постучали. Вбежала перепуганная служанка – настоящая, а не переодетый полицейский, – и, захлебываясь слезами, передала, что придворного мага спешно требуют вниз, на восточную террасу, там беда… Ой, да как же без мэтра Фледеграна-аа?.. Без него бе-еедааа…

Пусть Лео и не отличался умениями оказывать первую помощь дамам с приступами истерии, элементарная вежливость не позволяла бездействовать, отговорившись тем, что-де мэтр Фледегран отбыл в Химериаду. Консультант Министерства Спокойствия подхватил изучаемые артефакты, сунул в карман камзола и побежал следом за разбрасывающей слезы девицей.

– Всё в порядке, – некоторое время спустя объяснял мэтр Лео принцессе Ангелике, министру Ле Пле и прочим столпившимся на террасе любопытным, – Никакого злого колдовства. Вот, – он покопался в буро-зеленой жиже и осколках вазы, после чего предъявил острый камешек. – Всего-навсего несчастливая случайность.

– Чьих рук это дело? – строго вопросила принцесса Ангелика.

У мэтра Лео даже задрожали коленки – столь грозным ему показался заляпанный грязью вид патронессы.

– Чего вы молчите, мэтр? – напустился на подчиненного министр Спокойствия. Лео совсем уж собрался показать на насупленного, хмурого мальчика, неприязненно взирающего на суету взрослых, как вдруг заметил настороженно-гипнотизирующий взгляд мэтрессы Далии. Та зачем-то вскарабкалась на ближайшую баллисту… Хотя понятно, зачем – чтоб быть подальше от растекшейся грязной лужи. И словно бы невзначай запирала воображаемым ключиком воображаемый замок на собственных губах.

– Я… э-э… собственно, не специалист… – засмущался волшебник. – Верней, специалист, но не в этом…

– Не смущайтесь, мэтр! – звонко вмешалась принцесса Анна. – Мы все прекрасно знаем, кто в последнее время только и делает, что разнообразит наше пребывание в Фюрдасте!

– Как ты мог! – гневно сверкая глазками, подхватила принцесса Дафна. Девочка повернулась к младшему брату: – Зачем ты испортил платье тете Ангелике!

– Дети! – возмутилась ее высочество. Тон принцессы выдавал ее крайнее смущение: – Как вы себя ведете! Немедленно поднимитесь к ее величеству! Немедленно! Прошу прощения, мэтресса Далия, – официально извинилась Ангелика. – Я должна сказать племянникам пару слов наедине.

– Да что там… Я охотно посижу на баллисте… – отмахнулась мэтресса. Впрочем, судя по ее скривившейся физиономии, производимое действие удовольствия ей не доставляло.

И точно, не успел поменяться состав действующих лиц – перепуганные служанки увели перепачканную Ангелику в замок, а министр Ле Пле лично сопроводил возмущающихся принцесс и хмурого принца, Далия позвала мэтра Лео и Элоизу Росинант – слабым, умирающим голосом:

– Спасииииитеее…

– Что случилось, мэтресса? – с искренней заботой спросила девушка.

– Я не знаю! – в голосе алхимички чувствовалась начинающаяся истерика. Лео мимоходом отметил разительный контраст между Далией и Монобоно. Должно быть, спасать мэтрессу – одно удовольствие, ничего удивительного, что инспектор Клеорн… ах, речь ведь не о том. – К этой баллисте подбегал гноменок, и что-то сунул сюда, внутрь, под рычаги!.. Я боюсь, что сейчас оно рванет! – бессвязно объясняла алхимичка.

– Зачем же вы забрались на эту штуковину, если ожидали взрыва? – удивленно захлопал глазами маг.

– Чтобы иметь возможность утверждать, что это всего лишь необъяснимый феномен макроэргического пространства реальности, а не очередная детская шалость!.. – заканючила мэтресса. – Да кто ж так шутит? Чему их наставники учат?! Дети, а хуже взрослых!..

– Прыгайте! – протянула руку Элоиза.

– Не могу! Я боюсь! А вдруг оно сработает, если мой вес исчезнет?!! – из глаз Далии брызнули слезы пиротехнического неведения. – Я не могу сдвинуться с места! Оно меня заколдовало! Я не чувствую ни рук, ни ног!..

– Такое бывает, – объяснил мэтр Лео девушке, которая осталась помогать алхимичке. Волшебник ненароком отметил мягкий карий взгляд и почти коровью флегматичность. – У некоторых людей от избытка переживаний мускулы сжимаются и заклинивают. Я недавно наблюдал подобный симптом на одной собачке – пес так любит есть, что когда ему в зубы попадает кусок мяса, челюсти схлопываются в порыве восторга…

Алхимичка рявкнула во всю глотку:

– Мэтр!

– А, – спохватился Лео. Наскоро просканировал механизм, удивился, сколько, оказывается, чар собрано вокруг старого оружия – и очень быстро обнаружил латунную капсулу. Посторонний предмет был приклеен под тяжелой рамой-основанием. Короткий пасс – и вот уже баллиста, если можно так выразиться, обезоружена.

Элоиза помогла Далии спуститься вниз.

– Всего-навсего гномий фейерверк, – объяснил Лео, разобрав капсулу. – «Пыльный гром» и селитра. И еще кое-что минеральное, наверное, чтобы цвет был поярче.

Судя по громкому зубному стуку, мэтресса знала, как хорошо взрывается подобная смесь. Элоиза – нет, но просветить девушку маг не успел. Далия вырвала из рук замечтавшегося Лео латунный цилиндр и велела обоим – и волшебнику, и Элоизе поспешить следом за королевским семейством.

– Как вы могли! – возмущалась принцесса Ангелика.

– Как вы могли! – возмущалась королева Везувия.

– Это всё он! – показала пальцем Анна.

– Это всё он! – показала туда же Дафна.

– Тишина! – хлопнула по ближайшему пилястру Ангелика. А Везувия вдруг прекратила сыпать молнии из глаз и начала потрясающе звучно и красиво ругаться по-эльфийски.

Министр Ле Пле стоял под дверью в личную гостиную королевы, ни жив ни мертв. Как это ни странно, сейчас ему на память приходил единственный способ выполнить свои профессиональные обязанности – тот самый, который утром продемонстрировал мэтр Лео. Какой, однако, талант! Какое тонкое понимание задач и смысла профессионального самосовершенствования Министерства Спокойствия! Призвать дюжину буренавских барсов, да чтоб начали вылизывать ваши сапоги – благостная нирвана сама приходит в вашу душу, и дополнительных стимулов, чтоб быть спокойным и сдержанным, уже не требуется!..

Как по заказу, мэтр Лео пришел сам. Впереди него бежала та самая мэтресса, про которую господину Ле Пле неоднократно доносили, что «она способна на всё», а следом шла дочь графов Росинант.

– Что там происходит?

– Ждут его величество, – объяснил министр, сам не понимая, с чего это он взял на себя роль простого охранника. – За ним уже послали, сейчас придет.

– А… – протянула алхимичка. Вытянула шею, пытаясь узнать, что происходит за закрытой дверью. – Мне бы парой словечек перемолвиться с ее высочеством. В смысле, со старшим высочеством, принцессой Ангеликой. Не будете ли вы так добры…

– Что, – оскорбился Ле Пле. – я, по-вашему, посыльный?

Мэтресса хитро улыбнулась и принялась объяснять значение слова «посыл», снисходя к логопедическому и культурному контексту употребления… На пятой минуте министр сдался.

Мэтресса Далия подхватила Ангелику под локоток, увлекла ее к окну и принялась объяснять что-то на ушко, показывая латунный цилиндр и сдержанно жестикулируя. Ле Пле пытался расслышать что-то еще, кроме фразы: «Каким надо быть наивным, чтобы одновременно минировать баллисту и всего лишь поливать грязью гостей тетушки!» – но мешал звучный голос королевы. Тогда он подошел к мэтру Лео и попытался разведать относительно барсов.

– А… барсы? – вдруг засмущался волшебник. – Знаете, на них столько маны требуется… Может, вас устроят змеи? – он достал из кармана каменную змейку, которую будто пронзили насквозь мощным когтем. – Ой, это не то…

– Терпеть не могу кошек, – громко заявила Элоиза. Министр удивился – это была едва ли не первая фраза, которую произнесла девушка за время пребывания в замке.

– Я тоже думаю, что собаки гораздо интереснее, – охотно согласился Лео. – Знаете ли, у них мозг более развит, а также внутренний астральный план строения на порядок сложнее, чем у фелициа доместика; и даже у обыкновенных дворняжек включает очень перспективные узлы и нервно-магические тяжи, которые…

Когда семь минут спустя в коридорчик, ведущий в апартаменты королевы, прибежал инспектор Клеорн – в руках серебряная вилка, чепец болтается сзади, в глазах безумие и служебное рвение, – всё уже разрешилось само собой. Элоиза Росинант и мэтр Лео ворковали, обсуждая магические и кулинарные достоинства разнообразной живности; министр Ле Пле привязчивой собачонкой кружился вокруг короля Гудерана, которому что-то объясняла сестра, размахивающая таинственной латунной капсулой, а мэтресса Далия, сложив руки на груди и печально рассматривая испорченные грязью туфли, скромно держалась в уголке.

На «горничную Клару» алхимичка даже не стала смотреть. Так, ядовито улыбнулась, и только.

– Ну, что ж…

При появлении мужа Везувия немного успокоилась, прекратила читать наизусть «Малжарги труэр (22) „Штормовой меч“ – классика эльфийской поэзии. Произведение посвящено великим героям древности, радости битвы, философии меча, осуждению примитивного мордобоя и восхвалению победы. Известны случаи, когда громкое прочтение „Штормового меча“, изобилующего раскатистыми кличами, поворачивало вспять наступающие армии. Ну, если эльфы предлагали посостязаться, кто лучше продекламирует восемнадцатую строку сотого катрена, армии противников действительно улепетывали…» (22) вздохнула, подхватила с подоконника веер – резкие движения выдавали, насколько расстроена королева.

– Моя дорогая, – Гудеран подошел к жене, пожал ей руку и подвел к креслу. – Не стоит так переживать. Сядь, отдохни. – Подавая королеве подушечку, Гудеран успел шепнуть ей на ухо: – Ангелика и я всё объясним, но чуть позже. Ну, что ж, дети… – Повернулся король к трем своим наследникам.

Дафна открыла было рот, собираясь повторить, что «это всё он!», но Анна вовремя толкнула ее локтем.

– Позвольте подвести итог вашим шалостям. Сначала ты, Анна. После совещания с вашей матушкой и тетушкой мы решили позволить тебе пересдать экзамен по этикету в День Леса. Что касается ваших с Дафной интриг…

– О! – возмущенно и удивленно округлили глазки принцессы, собираясь всё напрочь отрицать.

– Высший балл, – подытожил Гудеран, словно не замечая их реакции. – В качестве поощрения разрешаю вам самим объяснить мэтру Фледеграну, куда подевались артефакты, которых он не досчитался в своей лаборатории, и как вы сумели заставить его играть на вашей стороне, вовремя жалуясь на Ардена.

Принцессы резко скисли. Принц воспрянул духом и даже на время забыл о вчерашнем ранении.

– Дафна.

– Да, папочка?

– За лояльность… – Гудеран выдержал королевскую паузу. Везувия прищурилась, любуясь на своего милого короля. – Неудовлетворительно.

– Почему? – возмутились обе, и Анна и Дафна.

– Потому, что надо думать, кого и как приглашаешь в союзники. Брали бы пример с брата, – продолжал король, будто не замечая, какими пылкими взглядами обмениваются сестры. – Ему, по крайней мере, хватило ума не обещать своим союзникам устроить им тайные свидания с дядей Роскаром.

– Откуда… – пролепетала Дафна. Гудеран только прищурился, не собираясь выдавать тайную агентурную сеть министра Спокойствия.

Арден приосанился и стал смотреть на сестер с толикой самодовольства. Но тут отец назвал его по имени:

– Что касается тебя, Арден… Собственно, говорить тут особо не о чем, ведь полноценного образования ты пока не получил…

– «Сумма добронравия»? – дрожа, догадался принц. – На всё лето?

– Меня немного смущает недостаток инициативы, проявленный тобой, – признался Гудеран. – Так что кроме занятий с мэтром Фледеграном тебя, по рекомендации Ангелики, ожидает некий факультатив.

Его величество немного помолчал, размышляя, надо ли говорить дочерям, что именно их поспешность в обнаружении «неопровержимых улик» против брата, и позволили Ангелике утвердиться в подозрениях против них самих.

Нет, не надо. До совершеннолетия Анне – еще четыре года, а Дафне – все шесть… Честное слово, хочется хотя бы на это время оставить неизменным место летнего отдыха и число королевских наследников…

– Теперь, дети, – официально попросил король Гудерна, – пожмите друг другу руки и пообещайте, что хотя бы несколько дней вы дадите нам, взрослым, спокойно наслаждаться жизнью.

Арден осторожно, бочком приблизился к сестрам. Те нехотя прикоснулись пальчиками к ладони брата… и тот отчего-то вдруг превратился в лягушку. Большую, зеленовато-желтую. И удивленно заквакал, вращая глазами.

– Отец вас предупреждал, – скептически подытожила Везувия, – осторожнее выбирать союзников…

1-й день месяца Барса

Замок Фюрдаст готовился к празднику Дня Леса.

Клеорн с самого раннего утра сбился с ног, организовывая даме Мелориане парикмахера, последнюю примерку бального платья, ванну с ароматической солью… Может быть, дочь герцога и осталась недовольна, что «Клара» вместо себя прислала тереть госпоже спинку какую-то замарашку с кухни, но зато потом «Клара» реабилитировалась, та-аак затянув ее сиятельству корсет… Радуясь, что обхват талии составляет всего девятнадцать дюймов, Мелориана готовилась блистать на балу в честь Дня Леса, а потому велела ее не беспокоить до вечера, прилегла отдохнуть и тихонько посапывала в будуаре. А может, и просто сознание потеряла – корсет был затянут на совесть.

Клеорн, вытирая фартуком выступивший на лбу пот, спустился в парк, чтоб передохнуть, спрятавшись за мраморными нимфами. Ну, и подловить мэтрессу Далию – вчера он видел, как они с принцессой Ангеликой прогуливались там неподалеку.

– Инспектор! Инспектор! – прервал отдых сыщика шепот мэтра Лео. – Вот вы где спрятались! А я вас искал!

– Что-то случилось? – обреченно спросил умаявшийся инспектор.

– Держите! – протянул волшебник пузырек темного стекла.

– Что это?

– То, что вы просили! Стимулятор роста шерс… усов, – вовремя исправился Лео. и добавил, хотя Клеорн и не спрашивал: – Оказывается, мэтр Фледегран регулярно снабжает этим составом графа Умбирада. Осторожно, не пролейте – состав просто зверь, даже одной капли достаточно, чтобы обеспечить лягушке пышную шевелюру…

– Что-то я не заметил у графа усов… – протянул Клеорн, с подозрением разглядывая мутную жидкость во флаконе.

– Зато я видел парадный графский выезд! Все четыре жеребца – просто загляденье! Гривы – волосок к волоску! хвосты опять же… – заметив, что начальство не разделяет восторгов, Лео немного сник. – Что-то не так, инспектор?

– Да так… – скривился Клеорн. – Я слышал, вас можно поздравить – вы отличились, расколдовав его высочество.

– Что может быть проще – аннулировать действие артефакта, прогнав созидающее заклинание по малому кругу метаморфоз, – отмахнулся волшебник. И прикусил губу, как будто его озарила некая идея.

Несколько минут в кустах царило молчание: мэтр Лео крутил пальцами в воздухе и то материализовывал, то снова отправлял в карман каменную змейку, а инспектор Клеорн боролся с искушением.

Искушение победило.

– Вы не слышали – мэтресса Далия еще в замке?

– А? нет, не слышал… – рассеянно отмахнулся Лео. – Но могу спросить у Элоизы Росинант, может, она знает.

– Спросите, – кивнул Клеорн. Так как маг не тронулся с места, сыщик был вынужден повысить голос: – Лео, хватит валять дурака!

– А, что?

– Идите к госпоже Элоизе и спросите, знает ли она о перемещениях мэтрессы! Только смотрите, не попадитесь на глаза Мелориане, – спохватился сыщик. – Она на вас зла, поскольку ваши серенады не вызвали ожидаемой ею ревности со стороны его высочества Роскара. Конечно, есть шанс, что теперь, когда вы одеты в лиловую мантию, как подобает магу, она вас не признает, но не надо считать ее полной дурой! Мэтрессе Далии такая оценка интеллекта представительниц ее пола не нравится!

Лео пожал плечами и удалился. А Клеорн тяжело и уныло побрел исполнять обязанности горничной. Нет, надо прекращать этот фарс. Надо спешно придумать, как передать должность служанки герцогини сержанту Монобоно… Да и надо ли? – печально потряхивал фальшивой челкой Клеорн. – Ведь методичный тотальный обыск, учиненный им во всех шкафчиках, сундуках, ларчиках и прочих вещах дамы Мелорианы, не дал результатов…

Клеорн вошел в отведенные Мелориане Тирандье комнаты… и прямо в кадык ему уперся острый стальной меч. Сыщик спешно поднял руки, показывая, что сдается. Пузырек выскользнул из раскрывшейся ладони и едва не разбился – в последний момент его подхватили ловкие гномьи ручки.

– Тихо, – скомандовал принц Роскар, не спеша убирать клинок от шеи сыщика. – Без воплей.

– Так точно, – шепотом отрапортовал Клеорн.

– Это вы – специальный резидент министра Ле Пле? – так же шепотом осведомился принц. Приставленное к шее лезвие оказалось прекрасным профилактическим средством против излишней правдивости и совершенно ненужной таинственности:

– Я.

– Ух ты… – хором восхитились три маленьких гнома. Кув и Поддув сидели на плечах принца, а Скузя с интересом рассматривал свою добычу.

– Осторожно, – попросил Клеорн. – Не разбейте.

– Где Мелориана? – спросил Роскар.

– В спальне. Отдыхает. Готовится блистать вечером на балу, – принялся разглашать конфиденциальную информацию Клеорн.

– Петь, должно быть, собирается? – осведомился Роскар – верхняя губа у него чуть подрагивала, будто его высочество собирался зарычать в стиле буренавского волкодава.

– Так точно. Альбом с нотами в сафьяновом портфеле с золотым тиснением, – объяснил Клеорн. И взмолился, видя, как Скузя распечатал пузырек и обнюхивает содержимое. – Пожалуйста, не пролейте!

– А что это? – полюбопытствовал кто-то из гномьих деток.

Клеорн, смущаясь, объяснил, что этот секретный состав, разработанный для специальной операции Министерства Спокойствия с целью замаскировать ближайший забор под парадный выезд графа Умбирада…

– Говоришь, даже на заборе шерсть вырастет? – хищно оскалился Роскар, отбирая пузырек у Скузи Штрудельгольца. – Отлично, отлично… Ты, дорогуша, иди-ка в шкаф.

– Чего? – не понял Клеорн. Три малолетних гнома с охотой объяснили: в минуту руки и ноги инспектора опутала крепкая веревка, были затянуты узлы, а его высочество осторожно приподнял «горничную» и отнес в гардеробную. Дверь скрипнула, закрываясь.

И инспектор Клеорн имел в своем распоряжении остаток дня и полночи, чтоб не спеша поразмыслить о том, куда его завела служба Закону, Порядку и Спокойствию Кавладора, распоряжения начальства, самоуправство героического принца, безответная любовь и общая несправедливости жизни.

Это связанное одиночество в женском платье было истинной проверкой на прочность для суровой мужественной души.

Чудурский лес, окрестности Флосвилля

Принц Арден, выпущенный на свободу, носился по зарослям с той же щенячьей радостью, как и три его собаки. Мэтресса Далия, разомлев от жары и лесного спокойствия, подобрала пару травянистых гвоздичек, сунула за ухо и, фальшиво мурлыкая, пританцовывала по тропинке– правда, готовая логически доказывать, что всего лишь разминает ноги перед долгой дорогой.

Впрочем, любая дорога кажется короче, если у тебя есть хороший компаньон, а в обозримом будущем маячит интересная беседа. Ну, поймать кролика и наесться земляники тоже неплохо, но и поговорить иногда можно…

– А куда мы идем? – спросил принц на втором часу путешествия.

– Туда, – махнула рукой мэтресса Далия в глубину леса.

Еще полчаса спустя Арден полюбопытствовал:

– А когда мы начнем изучать этот самый… факультатив?

– Вы начнете, как только дойдем. – объяснила алхимичка.

– А вы? – спросил мальчик через сотню шагов. – Я думал, вы будете меня учить чему-то важному… Ну, как мэтр Фледегран постоянно делает – поучает и поучает…

– Что ж, ваше высочество, если вам так угодно. Начинайте заучивать официальный тезис моей лекции, которую я якобы читала вам весь день напролет: «Доброе слово не то, что сестре – и кошке приятно».

– А-аа… – глубокомысленно протянул мальчик. – Ну, если рассматривать сестер с этой точки зрения…

Но маленький червячок сомнения остался:

– А что значит: «официальный тезис»?

– Официальный – значит, такой, что считается правдой с общепринятой точки зрения, – охотно объяснила Далия.

И они пошли дальше, причем Арден действительно пытался понять, что может быть общего между кошкой и сестрой, мимоходом радуясь, что благодаря микстурам мэтра Фледеграна совершенно перестал отвлекаться на пролетающих мух. На лице мэтрессы Далии застыло на редкость поэтическое выражение, должно быть, она размышляла относительно очередной монографии. Хотя… Джоя, например, с точно таким же выражением рассказывала, каким пыткам подвергли какого-то дацкого бедолагу, заподозренному в нелюбви к летучим мышам.

Наконец, алхимичка и мальчик забрели в непролазлую чащу. Мэтресса внимательно оглядела колючие заросли, похмыкала «кажется, это должно быть где-то здесь», и громко прокричала «муу!» в дупло ближайшего дуба.

Три раза.

Собаки залаяли, Арден восхитился: ему явно понравились бесшабашность и легкая странноватость новой наставницы. Та, отряхнув сосновые иголки и веточки с недозревшими желудями с мантии, коротко объяснила, что-де хозяин специально меняет пароль раз в год, чтобы ему не надоедали гости.

Кусты самым волшебным образом расступились, и любопытным глазкам принца открылась картина – уютная зеленая полянка, небольшой прудик с аккуратными камышами по краю, а посреди – высокая, в четыре этажа плюс крыша, башня.

На полянке колдовал старый волшебник. Маленький, сухой, одетый в пыльную потрепанную лиловую мантию, он, потряхивая длинной седой бородой и изо всех сил размахивая длинным белым посохом, читал заклинание, бегая вокруг большущей темно-серой тыквы, благодушного бурого медведя и огромной черной змеищи – настоящего Змея! – свернувшегося в клубок.

Больше всего принца, конечно же, восхитил Змей – огромный, с бочку в обхвате, с рогами и шипами на мудрой голове, на такого и дядю Роскара можно выпускать, чтоб стать свидетелем великого подвига; но Далия подвела Ардена к другому персонажу, сидящему в нескольких тролльих шагах от магического полигона и листающего толстую книгу.

Этот господин Ардену понравился – он чем-то напоминал Роскара, такой же высокий, широкоплечий и румяный. Еще больше господин понравился тем, что, стоило ему увидеть хитрую мэтрессу Далию, как из его груди едва не вырвался панический вопль: «Нет!!!»

Тем, что вопль все-таки не вырвался, господин заслужил настоящее уважение со стороны импульсивного принца.

– Что с тобой, Фри-Фри? – выгнула бровь Далия. – Заболел?

Господин Фри-Фри оглянулся на занятого экспериментами мага, не услышал ли он лишнего, и ответил, поджав губы:

– Нет, благодарю, я абсолютно здоров.

– Отлично. Значит, ничто не помешает тебе участвовать в моем эль-джаладском проекте.

– Далия, – взмолился Фриолар, – А может, не надо?!

– Хорошо, – покладисто ответила мэтресса. – Иди, скажи мэтру Вигу, что он может прекратить свои эксперименты…

Фри-Фри с тоской посмотрел, как после очередного заклинания волшебника у Змея выросли бурые косматые ноги, и повернулся к мэтрессе, страдающий и обреченный:

– Боюсь, дорогая Далия, я не обладаю тем великим даром убеждения и сапиенсологической легкости в построении логических тезисов, который свойственен тебе, а значит, мой долг – уступить тебе честь сообщить мэтру Вигу, что в его артефактах и новых изобретениях более нет нужды.

Далия рассмеялась и повернулась к принцу:

– Вот! Учитесь! Вся жизнь мэтра Фриолара есть наглядное доказательство, что в отношениях со слабым полом надо руководствоваться принципом: «Добрым словом, шантажом, подкупом, хитростью и угрозами можно достичь гораздо большего, чем просто добрым словом». Кстати, вы знакомы? Нет? Тогда позвольте представить: мэтр Фриолар, дипломированный выпускник Университета королевства Кавладор, магистр Алхимии, восемнадцать кузин, три тетки, лично сплавил матушку замуж на Риттландские острова к викингам. Принц Арден из династии Каваладо, всего две сестры – и он, мэтр, крайне нуждается в вашей профессиональной консультации. Можете не спешить – чтоб принцессе Анне не устраивать еще и третью переэкзаменовку, его высочество ждут в Фюрдасте только завтра утром. А я, пожалуй, побеседую с мэтром Вигом…

Мэтресса свистнула собакам и удалилась в сторону колдующего волшебника летящей походкой.

Арден с любопытством посмотрел на мэтра Фри-Фри. Похоже, у этого алхимика действительно можно научиться чему-то такому, что пригодится в жизни…

Замок Фюрдаст, поздним вечером

Если мэтр Лео и собирался выполнить приказ инспектора Клеорна расспросить Элоизу Росинант о мэтрессе Далии, он благополучно забыл о своем намерении, стоило увидеть прелестную юную графиню.

Элоиза была ослепительно хороша в нарядном платье – нежном, как лепесток розы, в локонах цвета пшеницы сияли алмазные блики, на щеках девушки алел застенчивый румянец… Увидев восхищение в глазах мага, Элоиза расправила юбки и покружилась, а потом скромно спросила, неплохо ли она выглядит.