Текст книги "Жизнь замечательных Блонди (СИ)"

Автор книги: Кира Измайлова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 87 (всего у книги 98 страниц)

– Ну, допустим, – неохотно произнес Вернер. – Тогда что, выходит, мы зря тут бродим в темноте?

– Ну почему же зря? – встрял Мартин. – Собаку-то мы поймали!

– А толку?

– Теперь можно поискать место, откуда она взялась… – задумчиво сказал Мартин. – Наверняка тут где-то поблизости устроена лаборатория…

– Какая еще лаборатория? – в один голос спросили Вернер с Эмилем.

Мартин покосился на старших коллег с явным удивлением. Потом посмотрел на Арнольда и решил, видимо, что общение с ним дурно сказалось на мозговой активности взрослых Блонди.

– Ну ведь Рауль же прямо сказал, вы сами слышали! – произнес он.

– Что он сказал? – не понял Эмиль.

– Ну как же! – Мартин, нахмурившись, процитировал: – Он сказал – «…теперь я могу с еще большей уверенностью сказать: мои разработки здесь ни при чем. Ищите другие лаборатории».

– Юпитер! – встрепенулся Вернер. – И правда!

– Точно, ходили слухи о подпольных лабораториях, и если эта тварь сбежала оттуда… – вторил Эмиль. – А что, сходится. Собака бегала в этом районе, вряд ли она перебралась с другого конца города. Опять же, ее видят уже месяц, значит, что-то она ест и где-то прячется днем…

– Добрый хозяин выпускает ее погулять ночами? – съязвил Вернер. – Но это второстепенно! У нас, к слову, покушение на Первого Консула!

– А лимузин-то уже проехал, – сообщил Эмиль, взглянув на часы.

Вернер, выругавшись, схватился за коммуникатор. Опросив всех патрульных, он выяснил, что автомобиль преспокойно проследовал в Апатию, никто не пытался ни стрелять, ни останавливать его.

– Сорвалось, – буркнул он. – Жаль… Ладно, будем трясти гаражных служащих, это надолго теперь…

– Ну, не все же тебе с наскоку брать! – хмыкнул Эмиль. – Но раз уж так… почему не поискать лабораторию?

– А как? Отпустить собаку и посмотреть, куда побежит? – спросил Вернер. Он очень расстроился, упустив возможность погоняться за преступниками и пострелять всласть.

– Ну да, – встрял Мартин. – Только не отпускать, иначе мы ее не поймаем. Я затем поводок и захватил…

– Запасливый, – фыркнул Вернер.

– Предусмотрительный, – поправил Мартин и наклонился к собаке. – Ну-ка, дружок, домой… давай, домой! Домой! Где твой дом?

Если бы псину держал не Арнольд, а кто-то другой, несомненно, ее бы упустили, с такой силой она рванула поводок. Арнольд, однако, и собаку удержал, и устоял на ногах. Мартин покосился на него с явным уважением.

– Давайте за ней! – сказал он и первым кинулся туда, куда тянула Арнольда задыхающаяся на поводке собака.

Им пришлось долго петлять в каких-то безымянных переулках, перелезать через заграждения, огибать кучи строительного мусора… Здесь не было фонарей, стояла тишина, только иногда шуршали по углам вездесущие крысы. Если бы не фонарики, бравой четверке пришлось бы тяжело…

Наконец, шумно дышащая собака рванулась в какую-то подворотню, вниз по лестнице, вниз… и просочилась (иначе не сказать) в совсем небольшую дыру. Арнольд попытался вытащить ее обратно, но не преуспел: видимо, в узком лазе собака успешно упиралась лапами.

– Отпусти, – сказал Вернер, оглядывая ступеньки, ведущие к подвальной двери. – Это вентиляционная отдушина. Если другого выхода из подвала нет, никуда она от нас не денется. Арнольд, заложи эту дыру чем-нибудь, и спускаемся…

Дверь подвала, тяжелая, стальная, поддалась не сразу, потребовалось слаженное усилие Вернера и Арнольда.

– Света нет, – сказал Эмиль, нашарив выключатель.

– Под ноги смотрите, – велел Вернер, осторожно продвигаясь вперед и освещая себе путь фонариком. – Что тут за бедлам… Ого!

– Именно – ого! – подтвердил Эмиль.

В очередном помещении скрывалась настоящая лаборатория. Пусть небольшая, пусть запущенная, но… И – клетки, клетки по стенам.

Арнольд вдруг мучительно икнул и попятился.

– Ты что? – удивился Вернер и посмотрел под ноги. – А вот, похоже, и хозяин…

Мартин сунулся ближе, на него пахнуло отвратительным запахом разложения.

– Думаешь, его кто-то… – он не закончил фразы, но Вернер понял:

– Да нет, вот, гляди… – Он указал фонариком на изрядную дырку в черепе совсем уже разложившегося мертвеца. – Похоже, на чем-то поскользнулся и приложился виском вот об этот угол. Точно, видишь, забрызгано как… – Он обернулся. – Арнольд! Ты тоже смотри, это твоя работа!

Арнольд позеленел, но внял приказу.

Мартин тем временем пробирался дальше, к клеткам.

– Бедняги… – тихо сказал он.

Там, за прочными решетками, лежало то, что осталось от подопытных животных. Совсем небольшие и крупные, все они, похоже, погибли от голода и жажды после смерти хозяина. Дверца одной клетки была выбита, висела на одной петле.

– Это, похоже, наша знакомая постаралась, – заметил Вернер. – Повезло. Ага, смотрите-ка, вон там что-то рассыпано, корм, что ли? Этот парень, похоже, все под рукой держал.

– Совсем немного осталось, – сказал Мартин, сунувшись в указанный угол. – Скоро бы она с голоду умерла…

– А воду она где брала? – поинтересовался Эмиль.

– Похоже, в сливном бачке, – ответил Вернер, заглядывая в следующее помещение. – Тут, понимаешь, все удобства, а бачок древний, да еще без крышки. Или она сама его сшибла…

– Умная псина, – хмыкнул Эмиль. – Кстати, где она? Вроде же сюда шмыгнула.

– Да вон она, – кивнул Мартин в дальний угол. Там в самом деле светился голубоватый съежившийся силуэт. – Вы внимания на нее не обращайте, я ее потом выманю. Теперь понятно, почему она трусливая такая… Людей много никогда не видела, только этого вот, – он кивнул на покойника, – на дневном свету не была… А выла, наверно, от тоски. Все-таки хозяин был, хоть опыты и ставил, – добавил он. – И умная она… слово «дом» знает!

– Я бы сказал, она подозрительно умная, – заметил Эмиль. – Интересно знать, что же этот человек выводил…

– Сюда Алана нужно, а лучше самого Рауля, – отрезал Вернер. – Пусть разбираются. Опечатываем и уходим, завтра займемся выяснением личности этого вивисектора. Мартин, давай, выманивай эту скотину, мы тут до утра, что ли, торчать будем?

– А можно, я ее заберу? – словно бы между делом попросил Мартин.

– Космопорт охранять? – хохотнул Вернер. – Тебя Себастьян удавит!

– Не удавит, – обиделся Мартин. – Ну… жалко ее…

– В любом случае, только после того, как наши специалисты разберутся, что это за зверюга на самом деле, – отрезал Вернер, и Эмиль кивнул. – Собака, надо же… Как она, интересно, в воздуховод забралась, чтоб наружу вылезти, по стене, что ли?

– Похоже, – сказал Эмиль, разглядывая следы когтей на стене. – Хм… Я ведь сказал, что не хочу знать, во что она вырастет…

Мартин так посмотрел на него, что Эмиль невольно устыдился.

– Все, пошли, – скомандовал Вернер.

Мартин сунул в руку бледному Арнольду поводок. Собака упиралась, но шла. С грохотом захлопнулась подвальная дверь. Вернер вызывал патрульных.

– Звукоизоляция отличная, – сказал он, оглядываясь на подвал. – Снаружи наверняка ничего не было слышно. Удобно устроился, мерзавец. Надо пошарить в этом районе, может, что еще найдем… Но что интересно…

– Что? – спросил Эмиль.

– Крысы туда не добрались! – сказал Вернер.

– Может, это наша подружка их пугала? – предположил Эмиль.

– Было бы интересно… – пробурчал Вернер и задумался. – Юпитер, но покушение-то! Гадай теперь, кто записку подкинул!

Мартин смущенно кашлянул.

– Вернер… – сказал он. – Можешь не гадать…

– Что-о? – вытаращился на него тот.

– Записку я подбросил, – покаялся Мартин.

– Ты!? Но все, все в один голос заявляли, что посторонних в гараже не было!!!

– А я не посторонний, – ухмыльнулся Мартин, отходя на безопасное расстояние от Вернера. – Я мотоцикл поставил в соседний бокс с машиной Кристиана…

– Ах ты… – Вернер вдруг опомнился. – Стоп! Зачем ты это сделал, паршивец!? Из-за тебя все управление стоит на ушах!!! Ты Кристиану чуть встречу не сорвал! Зачем, объясни!?

– Я, кажется, догадываюсь… – Эмиль едва сдерживал улыбку. – Мартину очень хотелось посмотреть на призрачную собаку, а еще лучше – поймать ее, так? А скучные взрослые, находящиеся при исполнении, отказались составить ему компанию…

– И ты… затеял… все это… Только ради этой вот скотины?! – Вернер ткнул дрожащим от ярости пальцем в смирно идущую рядом с Арнольдом собаку.

Мартин пару раз кивнул, предусмотрительно не приближаясь к Вернеру.

– И про перекресток ты подсказал…

– Да, вы что-то долго думали, – скромно вставил Мартин. – Я подумал, что лучше натолкнуть вас на нужную идею, а дальше вы сами. Но если бы вы не догадались, я бы подсказал…

– И подачку для собаки ты заранее захватил, – вспомнил Эмиль. – Ну, Мартин!

– Ты… Ты… – Вернеру определенно не хватало слов.

– Достойный преемник Себастьяна Крея, – закончил его мысль Эмиль…

…Спустя несколько дней в кабинете Вернера вновь царила благодатная тишина, лишь шелестели бумаги да тихо мурлыкал кот. Продлилось это недолго.

– Добрый вечер! – с порога провозгласил Эмиль, сияя улыбкой.

– Чего надо? – мрачно зыркнул на него Вернер, не подумав снять ноги со стола.

– А что это ты такой сердитый? – удивился Эмиль. – Вроде тебе Рауль благодарность объявил за то, что ты накрыл подпольную лабораторию… А над той собакой они там с Аланом трясутся просто!

– Не говори мне о собаке… – сквозь зубы проговорил Вернер.

– Но обещали все-таки подумать, не отдать ли ее Мартину, как закончат опыты, – продолжал, не слушая, Эмиль.

– И об этом мелком гаденыше тоже!!! – взорвался Вернер, сбросив на пол кучу распечаток.

– Ладно, ладно, – примирительно сказал Эмиль. – Слушай, Вернер… Последний вопрос, и забудем об этом!

– Ну?

– Вроде бы все понятно в этой истории, вот только кто же выл перед смертью Минка, а? – поинтересовался Эмиль. – Помнишь, Джефферсон говорил? И тогда вроде бы тоже видели эту псину… Или не эту, а что-то вроде…

– Да не было тогда никакой собаки! – Вернер, гневно фыркнув, уставился на приятеля. – Это уж потом выдумали, когда наша тварюга начала концерты закатывать. Ты же знаешь людей, хлебом не корми, дай небылицу сочинить!

– Вон оно что… – протянул Эмиль и, пряча усмешку, поинтересовался: – Кстати, а где Арнольд?

Вернер блаженно улыбнулся.

– Слава Юпитер, уже не здесь! – сказал он. – Рауль что-то перепроверил и счел, что ему самое место в секторе главного технолога! Он ведь повернут на указах и инструкциях!

– А уж после того, что он тут увидел, думаю, он воспылал к этим самым технологиям еще большей любовью, – добавил Эмиль. – Теперь он сам будет их сочинять!

– А мы будем их исполнять, – продолжил Вернет.

– Если он сумеет нас заставить, – закончил Эмиль, и, переглянувшись, они расхохотались…

…А рыжий кот, лежа на подоконнике, лениво всматривался в сгущающиеся сумерки. Иногда, почти невидимые в электрическом сиянии, за окном проносились странные голубоватые искры, собирались стайками в густых тенях, окружали предметы, роились… Тогда кот чуть пошире открывал глаза и пристально наблюдал за ними, пока синие огоньки не исчезали во мраке надвигающейся ночи…

Один плюс один

Утро понедельника для Кристиана Норта началось необычно. Такое случалось нечасто – ну что удивительного может быть в обыкновенном рабочем утре? Ан нет, этот понедельник преподнес сюрприз: у входа в Эос Кристиан столкнулся с Себастьяном Креем.

В принципе, это уже самом по себе было удивительно: Себастьян очень редко являлся в Эос без приглашения (крайне настойчивого приглашения!), а работать предпочитал у себя в космопорте. Там у него и помощники были под рукой, и необходимое оборудование, и все, что его душе угодно. Во-вторых, Себастьян явился не на мотоцикле, как обычно (он предпочитал именно этот вид транспорта, поскольку на мотоцикле легче было миновать пробки; избавиться от них начальник транспортного департамента не мог, для этого потребовалось бы построить столько дорог, что бюджет бы лопнул по швам, вот и выкручивался), а на машине. Этого автомобиля Кристиан еще не видел, видимо, он был из недавних приобретений – здоровенный, угловатый, угольно-черный и невыносимо шикарный. С какой радости начтранса потянуло на такие агрегаты, неведомо, но Кристиан давно отчаялся понять этого непредсказуемого Блонди.

Ну а в-третьих, Крей был в официальном костюме. Это тоже ни в какие ворота не лезло, потому что такие вещи он надевал исключительно по большим праздникам, ну и еще на приёмы, а так – предпочитал шокировать коллег и случайных прохожих совершенно неподобающими Блонди одеяниями. Главное, самому Себастьяну было удобно, мнение окружающих его волновало мало. (Одним из аргументов в пользу обычной человеческой одежды была именно езда на мотоцикле: Блонди в официальном костюме на такой машине – зрелище из области фантастики!)

– Что с тобой? – только и сумел вымолвить Кристиан, дождавшись Себастьяна в холле.

– Я тоже рад тебя видеть! – искренне ответил тот и улыбнулся. От этой улыбки Кристиан мгновенно растаял и позабыл, что, собственно, насторожило его в облике начтранса. – Ты рано сегодня, Крис!

– Ты тоже… – кивнул Первый Консул и спохватился: – А что ты вообще здесь делаешь, позволь поинтересоваться?

– А что, я больше здесь не работаю? – изумился Себастьян. – Я не могу зайти сюда по делу? Не ты ли больше всех пытался заставить меня работать именно здесь, а, Крис?

– Я?! – оторопел от такой наглости Кристиан. – Да я сразу понял, что тебя бесполезно перевоспитывать! Это Людвиг…

– Доброе утро, господа, – сказали сзади, и пол из драгоценного терранского мрамора, казалось, содрогнулся под тяжелыми шагами начальника энергетической системы.

– Доброе утро, Людвиг, – обреченно сказал Кристиан. Он очень надеялся разминуться с главным «рубильником» Амои (в последнее время тот завел гнусную привычку подкарауливать его по утрам, портя тем самым настроение на весь день). И если бы не остановился поговорить с Себастьяном, ему бы это удалось! Словом, во всем опять был виноват начтранс…

Людвиг Вольт, как всегда, был официален до крайности: безукоризненный строгий костюм, гладко причесанные волосы, на лице – печать значимости и осознания собственного достоинства. Он выглядел так всегда, поэтому Кристиан к нему особенно не приглядывался, а смотрел на табло вызова лифтов. Те застряли где-то в поднебесье и спускаться не желали, а это означало, что придется выдерживать общество Людвига еще некоторое время. Конечно, Себастьян мог отвлечь огонь на себя, но… кто его знает, начтранса! Возьмет да и сбежит, оставив Кристиана наедине с Вольтом, а у того всегда наготове очередной проект, под который просто-таки необходимо выделять дефицитные бюджетные деньги… (Иногда Кристиан готов был вслух признаться в своей искренней любви к Себастьяну Крею как сотруднику: тот, конечно, был авантюристом, зато проекты свои реализовывал на собственные деньги, не приставая к руководству.)

– Я вижу, ты выполняешь директиву, – обратился Людвиг к Себастьяну. – Похвально!

Тот в ответ только ухмыльнулся. Кристиан подавил желание протереть глаза: Людвиг только что сказал «похвально» Себастьяну, которого вообще-то на дух не переносит именно из-за склонности начтранса к авантюрам и эпатажу? Или… притворяется, что не переносит? Порой Кристиан затруднялся определить, кто из сотрудников как относится к остальным…

– Что за директива? – только и спросил он.

Оба, Людвиг и Себастьян, уставились на него во все глаза.

– Крис… – потрясенно (и несколько наигранно) произнес начтранс. – Только не говори, что ты…

– Что Первый Консул не в курсе! – подхватил Людвиг.

Столь странное единодушие подчиненных Кристиана несколько насторожило.

– Я что-то упустил? – кротко поинтересовался он. Рвать и метать смысла не было, не помогало – Кристиан давно в этом убедился.

– Похоже на то, – хмыкнул Себастьян. – В пятницу поздно вечером прошла директива: всему персоналу по понедельникам являться в Эос в обязательном порядке. И непременно одетыми по всей форме. Откуда это взялось, не знаю, спроси лучше Алистера.

– Ходили слухи о внеплановых аттестациях, – проронил Людвиг, а Кристиан в очередной раз лишился дара речи. Чтобы Людвиг собирал слухи?… Нонсенс!

– Да, я тоже слышал, – кивнул Себастьян и состроил недовольную физиономию. – Очень некстати. И очень неудобное распоряжение. Но игнорировать его, сам понимаешь, опасно… Повезло тебе, Крис, что ты начальник обязательный, каждый день на работу, как на праздник, при полном параде и все такое… А то мог бы и попасть, директиву-то от Юпитер прозевал!

– Ума не приложу, как такое могло произойти… – сквозь зубы произнес Кристиан. Утро было испорчено окончательно и бесповоротно.

– А я тебе скажу, как, – радостно произнес Себастьян. – Ты свалил в пятницу пораньше, а в выходные даже почту не проверял и все телефоны отключил!

– Крайне безответственно, – подметил Людвиг.

Кристиан понял, что сейчас удавит обоих. Себастьяна… просто за то, что это он, а Людвига – за то, что неожиданно встал на сторону начтранса. С чего бы!? Они даже не разговаривали никогда толком… Вернее, Кристиан об этом не знал. Он вообще очень многого не знал о своих подчиненных!

Он тяжело вздохнул. Внеплановые аттестации, значит? Дело паршивое, что там опять Юпитер взбрело в ее электронные мозги? Но, очевидно, это не шутка, раз даже Себастьян явился в Эос, одетый по всей форме…

– Лифта мы не дождемся, – констатировал Людвиг. – Простите, господа, я поднимусь по лестнице. Работа не ждет, – он коротко кивнул обоим коллегам и добавил: – Себастьян, этот костюм идет тебе намного больше твоих шутовских нарядов. Хотя, не могу не отметить, он несколько… смел.

– Это просто ты чересчур консервативен, – легкомысленно ответил Себастьян и поправил наплечник.

Людвиг не стал спорить, пожал плечами и величественно удалился, а Кристиан только сейчас дал себе труд приглядеться повнимательнее к наряду начтранса. До сего момента его настолько занимал сам факт появления Крея в официальном костюме, что на детали он просто не обратил внимания. А зря, как оказалось…

– Себастьян! – Кристиану очень хотелось заорать, но он заставил себя сдержаться – слишком много вокруг было народу. – Ты… ты что себе позволяешь?!

– А что? – удивился тот. Взгляд, исполненный невинности, настолько плохо гармонировал с продувной физиономией начтранса, что Кристиана затрясло от бешенства.

– Это ты так выполняешь директиву?! – прошипел он. – Официальный костюм, да?! А если в самом деле… внеплановая аттестация? Так и отправишься к Юпитер в этом… в этой тунике… в горошек?!

– Не понимаю, что в этом такого? – пожал могучими плечами Себастьян. – Покрой утвержденный? Утвержденный. Все детали костюма наличествуют? Наличествуют. Что еще? Насчет расцветки в уставе ничего не сказано. Найди мне параграф, в котором говорится о том, что туника не может быть в горошек!

– Нету такого! – из-за спины Себастьяна высунулась еще одна физиономия, которую Кристиан жаждал сейчас видеть менее всего. – Я проверял специально. И Эрле проверял, а у него не проскочишь!

– Вот видишь? – Себастьян весело посмотрел на Кристиана и посторонился, пропуская вперед своего воспитанника и незаменимого помощника – Мартина Янсона. Этот тоже против обыкновения щеголял в новеньком костюме и даже причесанным (правда, челка все равно стояла дыбом, но с этим бороться было бесполезно).

– Вижу… – сквозь зубы согласился Первый Консул. Если у начтранса красная туника была в веселенький белый горошек, то у Мартина она оказалась синей в светло-голубую диагональную полоску. – Клоуны. Шуты гороховые!

– Кстати, Крис, тебе известна этимология выражения «шут гороховый»? – осведомился Себастьян весело, и тут как раз подъехал лифт.

– Нет! – рявкнул выведенный из себя Кристиан так, что какой-то молодой Сильвер, тоже ожидавший лифта, шарахнулся в сторону. – Прекрати молоть чушь, иначе…

– Иначе ты объявишь мне выговор с занесением? – поинтересовался начтранс. – Давненько не было! Кстати, а за что?

– За поведение, порочащее… – Кристиан осекся. Глупо. В уставе нет ничего про расцветку костюма. И про расцветку нижнего сьюта тоже, чем и воспользовался как-то Себастьян, нацепив сьют телесного оттенка. И уж тем более там нет запрета на женитьбу! Просто потому, что Юпитер и помыслить не могла о том, что подобное придет в голову кому-то из ее созданий! Очевидно, Себастьян Крей появился на свет вследствие серьезного системного сбоя…

– Крис, я тебя умоляю… – начтранс откровенно забавлялся. Мартин тоже забавлялся, но предпочитал делать это за спиной начальника. Он свое место хорошо знал. – Ну что ты портишь себе настроение и пугаешь окружающих?

Это явно относилось к молоденькому Сильверу, вжавшемуся в угол кабины. Надо думать, он бы и вовсе не поехал с ними, но рабочий день должен был вот-вот начаться, и опаздывать юноша явно не желал.

– Относись к жизни проще, – сказал Себастьян напоследок и вышел почему-то не на своем этаже, а на том, где располагались владения Людвига Вольта. Это Кристиану совершенно не понравилось, но спросить он ни о чем не успел – двери закрылись, лифт отправился дальше.

Кристиан посмотрел на свое отражение в зеркальной стене и от души выругался. Можно было позволить себе это маленькое отступление от правил, в конце концов, его никто не слышал: Сильвер вышел на том же этаже, что и Себастьян.

«Прекрасно неделька начинается!» – подумал он мрачно, но тут же улыбнулся, вспомнив анекдот про приговоренного к повешению, рассказанный, конечно же, Себастьяном. Положительно, долго сердиться на подчиненных Кристиан просто не мог…

Роланд Дин, Сильвер, двадцати лет от роду, новый сотрудник одного из многочисленных отделов департамента, которым железной рукой правил Людвиг Вольт, явился в Эос, не скрывая душевного трепета. Это был первый его рабочий день в центральном управлении департамента, и Роланд до сих пор не мог поверить, что его действительно перевели с периферии в Танагуру. Боялся, что произошла какая-то ошибка, и ему придется отправляться обратно в милую, уютную, но безнадежно провинциальную Латону… И, казалось бы, уже все формальности улажены, получен допуск в Эос, – и сработал, сработал на входе! – но Роланда все не оставляло чувство какой-то нереальности происходящего. Хотя чему же удивляться? Он работал упорно, работал великолепно, и его усилия не остались незамеченными, награда не заставила себя ждать… Вот только как всё пойдет на новом месте? Дела своего управления Роланд знал досконально, руководитель во всем полагался на своего молоденького заместителя, а здесь… Огромная махина департамента – как со всем этим управляться? Кто научит, кто поможет? Роланд вполне справедливо полагал, что никто. Придется полагаться только на себя, но это ему было не впервой…

Он приехал в Эос незадолго до начала рабочего дня. Являться слишком рано он считал неприличным, опаздывать – недопустимым.

Автомобиль пришлось оставить на улице: допуск на подземную парковку Роланд получить не успел. Впрочем, как он заметил, многие, даже Блонди, бросали свои роскошные автомобили, где придется. Непорядок, с неудовольствием отметил он. Когда все места будут заняты, выехать с этой импровизированной парковки окажется делом затруднительным! Вот взять, к примеру, этот огромный вороной автомобиль, целый дом на воздушной подушке: он же запер выезд как минимум трем машинам попроще и поменьше. А примостившийся сразу за ним изумительной красоты автомобиль представительского класса, волшебного бирюзового оттенка, – тоже не даст выехать двоим или троим… И хозяевам их дела нет до таких мелочей!

Впрочем, увидев, кто выходит из упомянутых машин, Роланд понял, отчего их не волновали никакие правила. Того, что приехал на черной машине, он не видел раньше, но другого, из бирюзового лимузина, не мог не признать. Первый Консул, вот как!

Чуть подождав, Роланд вошел в просторный гулкий холл. Охрана не обратила на него никакого внимания: Сильвер и Сильвер, мало ли их тут бродит!

Он подошел к лифтам, мысленно поздравив себя с тем, что не поленился изучить внутреннее устройство Эоса, и теперь может не таращиться по сторонам, как потерявшийся турист.

Лифта ожидали, помимо него, трое Блонди: Первый Консул, другой, из черного авто, и еще один, подошедший через пару минут. Видимо, эти двое были хорошо знакомы с Первым Консулом, потому что разговаривали с ним вполне дружески. Потом появился еще один Блонди, совсем молодой, моложе Роланда, но в разговор сходу не полез, держался в тени того, что из черной машины.

Роланд невольно прислушался к разговору: речь шла о какой-то новой директиве Юпитер, касающейся внешнего вида сотрудников. Кажется, Первый Консул был недоволен поведением того Блонди, что из черной машины, но (тут Роланд не поверил своим глазам и ушам) Консула высмеяли. Даже тот, молоденький, тоже смеялся. И ничего не случилось. Консул разгневался, но как-то слишком уж напоказ, не всерьез. Потом один из Блонди, тот, что постарше, с внушительным носом, раскланялся и ушел в сторону лестницы, а Консул и второй Блонди продолжили пикировку.

Все вместе зашли в лифт, и Роланд постарался вжаться в стенку кабины. Все-таки находиться в замкнутом пространстве с тремя Блонди сразу оказалось несколько… некомфортно. Впрочем, они были заняты беседой и не обращали на Роланда никакого внимания.

По счастью, подниматься пришлось недолго, на скоростном-то лифте! Первым вышел тот, что из черного авто, со своим молоденьким спутником, а Консул отправился дальше. По странному стечению обстоятельств, Роланд вышел вместе с двумя Блонди, пропустил их вперед (они ушли, оживленно разговаривая, красивые, яркие, столичные) и, облегченно вздохнув, посмотрел по сторонам.

Вот место, где ему предстоит работать. В целом этаж не отличался от других помещений Эоса: высоченные потолки, широкие просторные коридоры – хоть строем маршируй, – вычурная, немного старомодная отделка. Красиво, конечно. Эос строили для того, чтобы он поражал воображение, а поразить воображение представителя элиты не так-то просто! Однако архитекторы и дизайнеры справились со своей задачей – от красоты внутренних помещений Эоса дух захватывало, особенно у таких провинциалов, как Роланд. Он категорически не понимал, как можно идти по таким коридорам с отсутствующим видом, ничего не замечая по сторонам! Видимо, для этого требовалась привычка…

Он припомнил поэтажный план и решительно двинулся вперед. Нужно было представиться начальнику, и опаздывать к назначенному времени не годилось.

По коридору туда и сюда сновали сотрудники: Сильверы, Реды, попадались даже Блонди. Эти, правда, никуда не спешили, прогуливались неспешно, вели высокоумные беседы…

Вскоре у Роланда зарябило в глазах – так ярко и вычурно одевались здешние обитатели. Надо думать, он в своем строгом костюме выглядел безнадежно провинциально, но это его не слишком волновало. Думать надо о работе, а не о красоте костюма, вот тогда будет толк!

Навстречу ему попался какой-то Сильвер, мчавшийся по своим делам со столь целеустремленным видом, что Роланду пришлось посторониться – не сбил бы с ног! Он проводил Сильвера взглядом: тот был одет, пожалуй, еще более консервативно, чем Роланд, и никаких новомодных стрижек и причесок – гладкая челка, аккуратно зачесанные назад длинные волосы. Точь-в-точь, как у самого Роланда.

Эта встреча немного подняла ему настроение, и в приемную нового начальника он вошел уже без особого трепета. Помощник начальника (секретарь в просторечии) доложил о вновь прибывшем (а явился Роланд минута в минуту), провел его в кабинет.

– Господин Дин, – встретил его начальник. Звали его Романом Вессе, он тоже был Сильвером, средних лет, суровым на вид.

– Господин Вессе, – поклонился Роланд.

– Рад видеть, – сухо сказал Вессе, так, что сразу стало ясно – ничуточки он не рад, ему вообще мало дела до новичков. – Итак, вас перевели в отдел обеспечения…

На то, чтобы выговорить полное название отдела, куда отправили Роланда, у него ушло чуть меньше минуты.

– Да, господин Вессе, – подтвердил Роланд.

– Хорошо. Надеюсь, вам понравится работать с нами.

– Не сомневаюсь в этом, господин Вессе.

Признаться, Роланд рассчитывал на более радушный прием, но… ничего не попишешь! Может, в самом отделе встретят поприветливее…

– Роман, вы заняты? – кто-то вошел без предупреждения.

– Никак нет, господин Вольт! – Вессе встал во фрунт, Роланд последовал его примеру, следя краем глаза за тем, как новый гость проходит к начальственному столу.

Поступь у него была тяжелая, уверенная, хозяйская. Кроме того, это оказался Блонди. Более того, это был тот самый Блонди, которого Роланд приметил у лифтов, тот, что постарше. Он держался с таким сдержанным достоинством, так величественно нес себя, что Роланд невольно ему позавидовал. И отметил про себя, что одет Блонди очень строго. Видимо, буква устава не была для него пустым звуком…

«Людвиг Вольт, – спохватился вдруг Роланд, отвлекшись от созерцания спины Блонди. – Начальник энергетической системы! То есть… мой самый главный руководитель?!»

Он еще раз посмотрел на Блонди. Немолодой, суровый, подчеркнуто спокойный и сдержанный. У Роланда отлегло от сердца. Такие руководители были ему по душе. Даже не приходилось сомневаться, что в подразделениях департамента царит железная дисциплина, стоило только посмотреть, как рапортовал Вольту Вессе!

– Пополнение? – кивнул вдруг на Роланда Вольт.

– Так точно, – ответил Вессе, – новый сотрудник. Переведен с периферии…

Он внезапно понизил голос, и Роланд больше ничего не разобрал. На лице Вольта отразилась сдержанная заинтересованность, он пару раз взглянул на Роланда, слушая Вессе. Интересно знать, что тот говорил!

– Что ж, успехов, – сказал Вольт Роланду, а тот от неожиданности даже не сообразил поблагодарить…

Блонди двинулся было на выход, но тут дверь снова распахнулась, и в кабинет Вессе ввалились еще двое Блонди. Именно ввалились, иного слова и не подберешь! Это снова были старые знакомцы Роланда, обоих он видел у лифтов. Тот, из черного авто, высоченный, красивый, с веселыми серо-синими глазами и нахальной улыбкой, в темно-красной тунике в кокетливый белый горошек, и его юный спутник – голубоглазый, с еще более нахальной улыбкой, какой-то взъерошенный, в полосатой тунике.

– Людвиг, я уже отчаялся тебя найти! – с порога заявил старший из двоих. – Ты неуловим!

– Неуловим у нас ты, – спокойно ответствовал Вольт. – Что ты хотел?

– Тебя я хотел, на предмет разговора! – ответил Блонди в гороховой тунике. – А ты пропал куда-то. В кабинете нет, нигде нет, насилу нашли! Ладно, я пропадаю, но ты-то!..

– Я совершенствуюсь, – с достоинством произнес Вольт, чем вызвал приступ неконтролируемого смеха у младшего Блонди. – Идемте. Не будем мешать работе.

– Себастьян, у меня дежавю! – прошептал младший Блонди тому, что в гороховой тунике. – Я уже видел этого Сильвера!