Текст книги "Жизнь замечательных Блонди (СИ)"

Автор книги: Кира Измайлова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 98 страниц)

В кабинете повисла мертвая тишина.

– Я не понимаю, из-за чего весь переполох, господа, – после короткой паузы совершенно спокойно произнес Людвиг Вольт, возвращая приказ Кристиану. – По-моему, ничего из ряда вон выходящего не случилось.

– Но… – заикнулся было Кристиан, но Людвиг продолжил:

– Крис, этот приказ должен был выйти самое меньшее год назад. И ты, и я об этом прекрасно знаем. Не нужно устраивать из этого вселенскую трагедию, в конце концов, это ждет каждого из нас… Лично я с этой мыслью давно свыкся и решительно никакого душевного трепета не испытываю.

Глядя на Людвига, легко было поверить, что это и в самом деле так. Лицо его оставалось по-прежнему спокойным, он даже улыбался. Только серо-голубые глаза словно бы погасли… И видеть это Алистеру было совершенно невыносимо.

– На какое число назначена… процедура? – осведомился Людвиг как ни в чем не бывало. – На послезавтра? Ну что ж… мне хватит времени на то, чтобы привести в порядок все дела и рассортировать документацию. – Он скупо улыбнулся. – Не стоит чересчур усложнять жизнь моему преемнику… Позвольте откланяться, господа.

С этими словами Людвиг направился к двери. Рауль ледяной статуей застыл у окна, Кристиан оцепенел в своем кресле, а Алистер, похоже, не мог поверить своим ушам.

Спустя полминуты отмершие было Консулы остолбенели вторично: Алистер сорвался с места и ринулся в коридор с воплем:

– Людвиг, постойте!..

– Крис, ты хоть что-нибудь понимаешь? – с нервным смешком произнес Рауль, провожая Алистера взглядом.

– Нет, – честно признался Кристиан и направился к бару. – Ровным счетом ничего. Но если меня не обманывает интуиция, у Людвига еще есть шанс… – Он протянул Раулю бокал.

– Хотелось бы верить, – пробормотал Рауль, и они выпили, не чокаясь…

…Алистер в два прыжка нагнал Людвига – тот не успел далеко уйти. Он и сам не знал, что собирается сделать, а главное – зачем. Но повел он себя совершенно неприлично (во всяком случае, с точки зрения ревнителя всяческих традиций и приличий, каковым являлся Людвиг) – догнав обернувшегося на оклик Людвига, попросту обнял его, неуклюже, но крепко.

– Алистер, что вы… да что вы делаете? – опешил Людвиг. С ним никто никогда так не обходился, а потому он попросту не знал, как реагировать.

– Я вас не отдам! – вырвалось у Алистера против его желания. Прозвучало это довольно глупо, но очень искренне, и Людвиг не мог этого не почувствовать. – Я… Людвиг, я придумаю что-нибудь, я найду способ обмануть Юпитер!..

– Алистер, во времена моей юности за одни эти слова, я уж не говорю о намерениях, вас немедленно отправили бы на коррекцию. – Людвиг обрел свое всегдашнее непоколебимое спокойствие и даже не пытался отцепить от себя Алистера.

– Сейчас другие времена! – Алистер метнул злой взгляд из-под неровной густой челки. Он был ниже Людвига на полголовы, поэтому смотреть на него Алистеру приходилось снизу вверх. – Только из-за того, что вам уже… что вы… Я придумаю что-нибудь, клянусь!

– Алистер, прекратите, вы ведете себя неприлично! – Людвиг все же попытался отступить на шаг от Алистера, но безрезультатно – тот держался за него, как утопающий за спасательный круг. – Да что вы, в самом деле! В конце концов, я прожил более чем достаточно. Жаль только, я не увижу новую атомную станцию… – Людвиг невесело усмехнулся. – И хотелось бы все же знать, кто станет моим преемником. Если кто-то из тех, о ком я думаю… Ведь развалят энергосистему, бездари!.. Алистер, не стоит принимать все это близко к сердцу. Кто я вам, чтобы так по мне убиваться?

Такого вопроса Алистер не ожидал. Да даже если бы и ожидал, ответа на него он все равно не знал. В самом деле, кем ему приходится Людвиг? В общем-то, никем… Просто он, кажется, был единственным, кто его понимал. Понимал, что ту свою роковую ошибку Алистер совершил не потому, что хотел выслужиться или сделать гадость Первому Консулу, а только из-за того, что слишком уж ревностно следовал должностным инструкциям. И не винил его за это, а дипломатично постарался объяснить, чем работа с живыми людьми отличается от сборника директив и инструкций.

– Я все равно что-нибудь придумаю… – упрямо повторил Алистер, так и не разжимая рук и часто моргая, чтобы прогнать невесть откуда взявшуюся в глазах муть. (Не стоит забывать о том, что Алистеру не сравнялось еще и двадцати). – Я… Я, кажется, знаю, что делать, Людвиг!

Людвиг проводил недоуменным взглядом сорвавшегося с места Алистера.

– Молодежь!.. – произнес он с непередаваемым выражением и, покачав головой, отправился к себе. Дела все же стоило привести в порядок, хотя… Что греха таить, в сердце Людвига Вольта ворохнулась слабая надежда на то, что Алистер и в самом деле что-нибудь придумает. Хотя Людвиг и не боялся смерти, он все же очень любил жизнь…

…Рауль с Кристианом уже успели опустошить одну бутылку и взялись за вторую, когда в кабинет снова ворвался Алистер. Он был по-прежнему растрепан, однако на этот раз лицо его было перекошено не ужасом, а энтузиазмом.

– Господин Норт, я, кажется, знаю, что можно сделать! – выпалил он с порога. Рауль, сидевший спиной к двери, от неожиданности чуть не пролил вино, а Кристиан выжидательно уставился на Алистера. – Только… в общем, мне понадобится ваша помощь.

– И что вы намерены сделать? – сдержанно поинтересовался Кристиан, ставя бокал на стол, а сам подумал: «Если этот… Алистер все же сумеет выручить Людвига, клянусь, я его прощу!.. Не забуду его выходки, но прощу!»

– Юпитер снимает Людвига из-за его возраста, – озвучил Алистер то, что и так было всем известно. – Других причин я не нашел. Так я просто изменю дату его рождения в личном деле и прочих документах, вот и все…

Консулы переглянулись, и Рауль ядовито сказал:

– Молодой человек, а вы, случайно, не забываете о правиле формирования имен? Если вы измените дату рождения нашего уважаемого главы энергосистемы, он никак не сможет именоваться Людвигом Вольтом!

«Забавно, – отстраненно подумал Кристиан. – Нам даже мысли не приходит о том, что ситуация по меньшей мере абсурдна: оба Консула преспокойно обсуждают, как лучше обмануть Юпитер… Словно так и надо!»

– Я подберу такую дату, чтобы начальные буквы имени и фамилии совпадали… – отмахнулся Алистер. – Это несложно! Только, господин Норт, мне все же понадобится ваша помощь!

– Какая именно? – осведомился тот.

– Понимаете… – Алистер замялся. – Юпитер тщательно отслеживает любые изменения, тем более в личных делах сотрудников… Но когда она проводит личную аудиенцию, на это отвлекается безумное количество ресурсов. Словом, в это время можно без большого риска забраться в файловую систему. То есть, – поправился Алистер, – можно, если имеешь соответствующий уровень допуска, знаешь пароли… или знаешь, как без них обойтись.

– Вы, надо полагать, знаете, – вскинул брови Рауль.

Алистер кивнул и потупил взгляд.

– Отлично, вы измените дату рождения, убавив Людвигу возраст… – задумчиво произнес Рауль. – А как же все его… свершения? Юпитер не заинтересуется, когда это он столько всего успел?

– Вероятность этого близка к нулю, – ответил Алистер. – Возраст кандидатов на выбраковку и профессиональные, как вы выразились, свершения Юпитер отслеживает по разным каналам. А потом, я же подчищу нестыковки!

– Поверю на слово, – фыркнул Рауль.

– И сколько на все это потребуется времени? – поинтересовался Кристиан.

– Не меньше сорока пяти минут, – ответил Алистер. – Лучше, конечно, час. Чтобы все как следует проверить, не упустить какой-нибудь ерунды, из-за которой все и может сорваться…

Кристиан поморщился, как от зубной боли. Аудиенции у Юпитер он ненавидел всеми фибрами души и любыми способами старался от них уклоняться. По счастью, Юпитер тоже не жаловала его частыми вызовами. И вот теперь ему надо было самому напроситься на аудиенцию… Еще бы подходящий предлог выдумать!

– Ну что? – спросил Рауль Кристиана. – Рискнешь здоровьем?

– Рискну, – твердо ответил Кристиан. – Годовой отчет ей зачитать, что ли? Или попросить совета, как бороться с моральным разложением сотрудников на военных базах в пустыне?

– Хорошая мысль, – встрял Алистер. – У Юпитер уйма старых директив на эту тему, ее на этом просто циклит. Так что разговор займет приличное время!..

…Спустя еще полчаса Алистер заперся в своем кабинете изнутри, сел за терминал и с некоторым замиранием сердца опустил пальцы на клавиатуру. Попадись он Юпитер за таким занятием… Словом, банальная ликвидация показалась бы ему раем. Оставалось надеяться, что он все просчитал верно, и Юпитер незаконного вторжения не засечет…

Подумав еще немного, Алистер решил подключиться к терминалу напрямую. Ему нужна была высокая скорость действий, а обеспечить ее, вводя команды с клавиатуры, он не мог. Не исключено, что после такого подключения его придется откачивать, но выбора-то не было…

Часом позже Кристиан вышел из зала для аудиенций. Единственным его желанием в тот момент было пойти и как следует надраться, можно даже в одиночестве – Юпитер вывалила на него такое количество древних директив и указов относительно «морального разложения», что Кристиана слегка замутило. Однако он подавил сие недостойное желание и направился прямиком к Алистеру.

Кристиан застал Алистера как раз в тот момент, когда тот дрожащими руками отключал нейропереходник, с помощью которого подключался к терминалу. Смотреть на Алистера без жалости было невозможно: бледное до зелени лицо, глаза обведены черными кругами, челка прилипла к мокрому от испарины лбу… Прямые подключения выматывали страшно, и редкий смельчак, отваживавшийся на это, долго еще чувствовал себя, как выжатый лимон.

– Ну как?… – спросил Кристиан, искренне надеясь, что и его мучения были не напрасны.

– Сейчас… – Вымученно улыбаясь, Алистер отстучал на клавиатуре очередной запрос, дождался ответа, взглянул на монитор, выговорил: – Получилось…

И плавно лишился чувств…

Кристиан бесцеремонно отодвинул бесчувственного Алистера вместе с креслом, посмотрел на монитор, чтобы убедиться в успехе аферы лично. В списке на ликвидацию значились только двое, и Людвига Вольта среди них не было…

… С выражением вежливого любопытства на лице ознакомившись с новым вариантом своего личного дела, Людвиг произнес с легкой иронией:

– Господа, я искренне благодарен вам за это… Но вы уверены, что я еще могу сойти за юнца тридцати лет отроду?

– Алистер, вы и правда малость погорячились, – прошептал тому Кристиан. Как и обещал, он Алистера простил. Ну, почти…

– Ничего подобного, – безапелляционно заявил присутствовавший при этой сцене Себастьян (он пропустил все самое интересное и никак не мог себе этого простить). И добавил поучительно: – Кашу маслом не испортишь…

В лунном сияньи…

Летом на Танагуру, как и положено летом, обрушивалась жара. Но такого пекла, какое царило нынче, не мог припомнить никто из ныне живущих…

Обыкновенно наступление летней жары совпадало с началом сильных бурь, приходящих со стороны пустыни. Поднятые сильным ветром тучи песка и пыли застилали небо, так что солнце виднелось сквозь пыльную завесу тусклым оранжевым диском. Впрочем, бури бурями, песок, проникающий в каждую щель, – тоже, но не стоило забывать, что клубы пыли, закрывающие солнце, заодно и спасали город от удушающей жары – с облачным покровом на Амои дела обстояли плоховато. Однако в этом году в природе что-то пошло наперекосяк, ветер оставался вполне умеренным, а потому в небе над городом висел ослепительный, раскаленный огненный шар… В этом году объявлять чрезвычайное положение пришлось не по поводу ставших привычными песчаных бурь, а из-за чудовищной жары.

От невыносимого зноя плавилось дорожное покрытие, а кондиционеры просто не выдерживали нагрузки. Те, кто мог себе это позволить, давно покинули Амои, отправившись на более благодатные планеты, остальные же изнемогали от жары. Кое-какие конторы попытались было работать по ночам, однако и такие нововведения себя не оправдали. Ночью легче не становилось: раскалившиеся за день строения и окружающая город пустыня отдавали тепло, от мостовых веяло жаром, в воздухе дрожало зыбкое марево, и находиться в этой душегубке было решительно невозможно.

Госпитали уже не справлялись с наплывом пострадавших: число пациентов с тепловыми и солнечными ударами росло в геометрической прогрессии, и поделать с этим было ничего нельзя. Потные дикторы со всех экранов в миллионный раз призывали жителей города по возможности оставаться дома, не выходить на улицу в светлое время суток и уж конечно, опасаться прямых солнечных лучей.

Тем, кто работал в Эосе, приходилось немногим легче. Конечно, система кондиционирования там была не в пример лучше, чем даже в домах богатых горожан. В первые дни свалившейся на Танагуру жары это спасало, но теперь не справляющиеся с нагрузкой системы кондиционирования начали попросту выходить из строя. Технический и обслуживающий персонал с ног сбился, исправляя неполадки, конца и края которым видно не было…

В громадном кабинете Первого Консула, оборудованном по первому разряду, пока было вполне терпимо. Тщательно зашторенные окна вообще не пропускали солнечный свет, кондиционер пока что работал, хотя Кристиану время от времени казалось, что прибор как-то подозрительно шумит. Вызванные техники, правда, не находили никаких явных неполадок, но Кристиану все равно не нравился звук, с которым работал многострадальный кондиционер. Он подозревал, что чертов прибор может приказать долго жить в любой момент, и тогда господину Норту останется либо тихо плавиться от жары, либо тащиться на поклон ко Второму Консулу.

Кстати говоря, Рауль Ам устроился лучше всех. Мало того, что большая часть его лабораторий располагалась в цокольном этаже либо вовсе на подземных ярусах, а стало быть, стены их не раскалялись от жары! Мало того, что система вентиляции и кондиционирования там была лучшей во всем Эосе! У Рауля имелось еще и замечательное помещение для хранения образцов тканей и прочих материалов, а попросту – гигантский холодильник. Поэтому Рауль ничтоже сумняшеся объявил о приостановке текущих работ, разогнал сотрудников по домам, а сам сообщил, что намерен поработать над кое-какими занятными, но отнюдь не первостепенными проблемами. Дескать, обычно времени на них не хватает, а тут такое удачное стечение обстоятельств! Надо ли говорить, что «работал над проблемами» Рауль именно в том самом замечательном прохладном помещении!!! Конечно, для серьезной работы оно предназначено не было, это ведь всего-навсего хранилище… Но Кристиан подозревал, что ничем глобальным Рауль и не занимается, а для прочего ему вполне хватало пары наспех подключенных терминалов.

Коллеги, прослышав о привалившем Раулю (а заодно и его заместителю Алану) счастье, принялись то и дело наведываться к нему с визитами. Предлоги для этих визитов, надо сказать, выдумывались самые невероятные, лишь бы задержаться в хранилище подольше. Рауль сей коварный замысел раскусил моментально и теперь пускал к себе только некоторых избранных счастливчиков. Кристиан, понятное дело, входил в их число, однако и злоупотреблять гостеприимством Рауля не стоило. Долготерпение в число добродетелей Второго Консула не входило, хотя он отлично умел притворяться.

– Крис, ты не занят? – в кабинет просунулся взъерошенный Эмиль Кан, начальник службы чрезвычайных ситуаций.

– Нет, не занят, заходи, – пригласил Кристиан, с сочувствием глядя на коллегу. – Налить тебе чего-нибудь холодного?

– Спасибо, Крис, ты спасаешь меня от мучительной смерти… – Эмиль обрушился в кресло. По его виду ясно было, что в ближайшие полчаса он с места не сдвинется. – Только я сам возьму, не хватало еще, чтобы Первый Консул меня напитками обносил… Сейчас, только отдышусь немножко…

– Да ладно тебе, сиди, – усмехнулся Кристиан. – Тебе же сейчас больше всех достается.

Что верно, то верно, Эмилю приходилось несладко. С привычными песчаными бурями сладить было нельзя, зато и средства защиты от их последствий были отлично известны и проверены десятилетиями. А вот от удушающей жары никаких радикальных средств пока не придумали.

– Я вот с ужасом думаю, – произнес Эмиль, оторвавшись от бокала с ледяной минеральной водой. – Хорошо, если все это, так скажем, случайный сбой в системе… А если и на следующий год бури не начнутся? Тогда что?

– Тогда будем что-нибудь придумывать, – вздохнул Кристиан. Этот вопрос мучил и его.

– Лучше уж заранее озаботиться, чтобы не получилось, как в этот раз… – буркнул Эмиль. – Иначе мы просто поджаримся.

– Если бы можно было поднять в воздух пару сотен тонн песка, – вздохнул Кристиан. – Взять на себя функции матушки-природы…

– Я могу, конечно, приказать подорвать в пустыне небольшой ядерный заряд, – фыркнул Эмиль. – Тогда пылевое облако тебе будет обеспечено! Но я как-то сомневаюсь, чтобы эта идея нашла поддержку и одобрение у широкой общественности…

Кристиан снова вздохнул. Его угнетала решительная невозможность предпринять хоть что-нибудь.

– Алистер говорит, даже у них в отделе терминалы перегреваются, – сообщил Эмиль. – Он в легкой панике.

– По поводу? – поинтересовался Кристиан.

– А ты представляешь, какой мощности сама Юпитер? – прищурился Эмиль. – И что будет, если система охлаждения не справится?

– Молчи лучше, – содрогнулся Кристиан. – Не надо об этом. Будем надеяться, что все обойдется…

– Надежда умирает последней, – усмехнулся Эмиль, и в ту же секунду у него зазвонил телефон. – Да? Что?! Да… да… понятно. Еду.

– Что на этот раз? – спросил Кристиан.

– На одной из военных баз в пустыне солдат свихнулся от жары, – мрачно ответил Эмиль. По нему видно было, что ехать никуда ему не хочется. – Взял бластер и перестрелял половину персонала. Теперь забрался на оружейный склад и угрожает что-то там взорвать… Вот дьявол, мне бы Вернера с собой захватить, а он, как назло, куда-то исчез…

– Эмиль, может, сам не поедешь? – предложил Кристиан. – Пошли кого-нибудь из заместителей. Ты еле на ногах держишься!

– В том-то и дело, что я держусь, а замы мои уже не держатся, – мрачно пошутил Эмиль. – Нет, Крис, послать мне некого. Так, еще две минуты, и я еду… Юпитер побери эту пустыню и все базы, вместе взятые! – Эмиль болезненно сощурил воспаленные глаза – от лучей активного солнца Амои не спасали даже темные очки на пол-лица. Вдобавок нос у него обгорел и шелушился самым плебейским образом. – Еще немного, и меня в той пустыне и закопают, попомни мое слово, Крис…

Выглядел Эмиль и в самом деле далеко не лучшим образом. Всего за пару недель он здорово похудел, осунулся, и теперь мало напоминал того беспечного красавца, каким всегда казался.

– Все, я пошел, иначе уже не соберусь с духом! – Эмиль встал и направился к двери, пытаясь сдуть со взмокшего лба прилипшую челку.

– Удачи, – сказал Кристиан, и в тот же момент Эмиль едва не получил дверью по физиономии. «Юпитер знает что! – рассердился Кристиан. – Врываются ко мне в кабинет, как к себе домой! Надо с этим что-то делать…»

– Вернер! – неподдельно обрадовался Эмиль. – А я тебя повсюду ищу! Куда ты пропал?

– Народ от жары совсем свихнулся, – сообщил Вернер, вдвигаясь в кабинет и прикрывая за собой дверь. – Не город, а какой-то сумасшедший дом… – Он смерил приятеля взглядом и заявил: – Эмиль, ты плохо выглядишь!

– Спасибо, я знаю, – ядовито ответил Эмиль. – А где твой кот?

– Издеваешься? – нахмурился Вернер. – Сам представь, каково мне с ним на плече – он же шерстяной! Да и по такой жарище его с собой таскать – только животное мучить! Так что Людвиг забился под ванну и не желает вылезать… Да, о чем это я?

Кристиан тяжко вздохнул.

– Ты начал говорить о том, что Танагура превратилась в сумасшедший дом, – напомнил он.

– Ах, да… – взмахнул рукой Вернер. – Представьте, недавно один такой псих проснулся утречком, взял топорик для рубки мяса, прикончил им семерых соседей, в кровище весь извозюкался, жуть… В общем, когда за ним приехали, он в таком вот виде бегал по улице, посыпал себя приправами и кричал, что он бифштекс и вот-вот будет готов. Каково?

– Изумительно, – сквозь зубы сказал Эмиль и взглянул на часы.

– Другой поджег пару домов, а когда его взяли, заявил, что просто хотел, так сказать, ускорить процесс, – продолжал Вернер. – Все равно, дескать, все сгорит, чего ж тянуть и зря мучиться?… Но с такой ерундой мои ребята сами управляются.

– Да, ты хотел рассказать, куда сам-то пропал, – напомнил Эмиль. – Только поскорее, Вернер, ехать надо…

Вернер покосился на приятеля, понял, что его попытки привести коллегу в хорошее расположение духа пропали втуне, а излюбленные малоаппетитные истории из практики сегодня не вызывают отклика в душе слушателей, и сказал коротко:

– Ну, это вообще был цирк. Пятеро вооруженных до зубов идиотов вчера утром захватили центральное отделение банка, взяли заложников… Знаете, зачем?

– Ограбить хотели, наверно, – пожал плечами Кристиан. – Зачем еще нападать на банк?

– А вот и нет! – торжествующе заявил Вернер. – Мы тоже сперва так думали… А оказалось, сидели они в этом банке только потому, что там кондиционеры мощные! Каково?…

– Точно, сумасшедший дом, – вздохнул Эмиль. – Все, Вернер, кончай треп! Ты едешь со мной или нет?

– А куда ехать? – деловито осведомился Вернер.

– На военную базу, – ответил Эмиль. – Еще один свихнувшийся придурок. Забрался на оружейный склад и угрожает что-то взорвать. По-моему, это по твоей части… Едешь?

– Нет проблем, – ухмыльнулся Вернер. Кристиан отчаянно ему завидовал: Вернер хорошо переносил жару. – Хочешь, я один съезжу? А то на тебя смотреть больно…

– Нет уж! – отозвался Эмиль уже из коридора. – Если ты поедешь один, велика вероятность того, что от базы вообще ничего не останется! Ты идешь или нет?!

– Иду, иду… – Вернер направился к двери. – Пока, Крис…

Кристиан попробовал было заняться делами, но получалось плохо. Тогда он переключил терминал на прием телеканалов. Конечно, новость о чрезвычайном положении на Амои везде шла первой строкой… Особенно смелые (или вовсе ненормальные) журналисты инопланетных телекомпаний даже прилетали на Амои, чтобы взять интервью у измученных многодневной жарой жителей, а заодно поинтересоваться мнением означенных жителей по поводу того, кто виноват в сложившейся ситуации. Пару таких умников пришлось отправлять с Амои срочным рейсом с тяжелейшим тепловым ударом, а еще троих здорово отделали озверевшие от жары и безделья обитатели Мидаса, к которым журналисты имели неосторожность приблизиться со своими провокационными вопросами.

Кое-где даже проводились конференции, на которых маститые ученые с умным видом обсуждали причины бедствия, случившегося на Амои и возможность повторения таких же природных катаклизмов на других терраформированных планетах. В общем и целом все их размышления сводились к одному: во всем виноват социальный строй означенной планеты. Каким образом связано сильное социальное расслоение общества на Амои и природные явления, никто вразумительно объяснить не брался…

Поняв, что ничего нового он не услышит, Кристиан попытался было вернуться к работе, но не преуспел в этом. Таким образом, задача заключалась в том, как наиболее эффективно убить время до вечера. Кристиан с этим более-менее справился: навестил Рауля и удостоверился, что тот и впрямь занят какими-то исследованиями. Заодно стал свидетелем ожесточенного спора между Раулем и его заместителем по линии здравоохранения, недавно назначенным на должность и еще питавшим глупые надежды на то, что в Танагуре все не так плохо, как кажется. Рауль популярно разъяснил мрачному среброволосому начальнику департамента здравоохранения глубину его заблуждений, после чего означенная персона отбыла с инспекцией по госпиталям, а Рауль намекнул Кристиану, что желал бы заняться делом… Кристиан намек понял и вернулся к себе в кабинет. Оставшееся до вечера время Кристиан потратил на то, чтобы прикинуть, в какие экономические и социальные последствия может вылиться затянувшаяся жара. Полученные результаты, как и следовало ожидать, его отнюдь не обрадовали.

Придя в окончательное расстройство, Кристиан вызвал своего личного секретаря, чтобы обеспечить тому фронт работ на завтрашнее утро. Впрочем, много времени это не заняло, потому что работать решительно не хотелось, ни сегодня, ни завтра, ни вообще… Элли Трейси полностью разделял взгляды своего начальника (он всегда и во всем разделял взгляды Кристиана), поэтому согласился, что лишний выходной на неделе – это очень даже неплохо…

Неизвестно, чем бы еще занялся Первый Консул в этот душный вечер, но вернувшиеся из поездки и зашедшие с отчетом Эмиль и Вернер нарушили его планы.

– Ну, что там? – спросил Кристиан для проформы.

– Жара, что там еще может быть, – буркнул Вернер. – Адское пекло.

– На базе все нормально, – сообщил Эмиль. – Этого психа удалось выманить со склада, а там уж ребята Вернера его скрутили.

– На холодное пиво выманили, иначе не шел… – встрял Вернер. – Только мне интересно, где он эту взрывчатку взял? Крис, он не блефовал, там и впрямь все могло на воздух взлететь. А взрывчатка не армейская, не с их склада, им такую не поставляют…

– Это уж ты выясняй, откуда у него взрывчатка, – тяжко вздохнул Эмиль. – Это твоя работа, а с меня на сегодня хватит… Крис, а что это за звук?

– Где? – завертел головой Вернер. – А, слышу… Крис, что это?

– Это кондиционер, – с досадой ответил Кристиан. Шум нарастал, к нему добавилось странное пощелкивание. – Юпитер, я так и знал, что он не в порядке! Но техники никаких поломок не обнаружили…

– Да что они вообще могут, – вздохнул Эмиль, и тут шум стих.

– Готов, – констатировал Вернер.

– Что?… – не понял Кристиан.

– Накрылся твой кондиционер, – пояснил Вернер. – Все. Зови техников, пускай чинят, если сумеют. Жалко, Крис, только у тебя в кабинете и можно было отдышаться, да еще у Рауля, только он меня гоняет.

– Что ж, придется поискать другое место, – вздохнул Кристиан. – Тут становится жарковато…

– Скажешь тоже, поискать, – фыркнул Эмиль. – Что, ходить по Эосу и заглядывать в каждую дверь в поисках местечка попрохладнее?

– Господин Кристиан, – подал голос Элли, в присутствии столь высокопоставленных лиц обычно предпочитавший хранить уважительное молчание. – Говорят, господин Крей у себя в квартире приказал установить новую систему кондиционирования. Ну, вы понимаете…

Кристиан понимал. Он тоже не отказался бы установить у себя дорогущую технику, наверняка доставленную на Амои контрабандой.

– И кто это говорит? – заинтересовался Вернер.

– Госпожа Кэртис, господин Дирк, – пояснил Элли. – Я с ней вчера разговаривал.

Кристиан сообразил, что Кэртис – это, должно быть, подружка Себастьяна, пришел к выводу, что ее словам можно доверять, и произнес:

– А не нанести ли нам неофициальный дружеский визит Себастьяну?

– Хорошая идея, – согласился Эмиль, заметно воодушевляясь.

– Так идемте! – воскликнул Вернер, и все поспешили покинуть наглухо закупоренный кабинет, в котором и впрямь становилось жарковато.

– Кристиан! – окликнул знакомый голос, не успел Кристиан закрыть за собой дверь.

– Добрый вечер, Людвиг, – уныло ответил Кристиан. – Что-то случилось?

– Ничего страшного, – поспешил успокоить «главный рубильник» Амои. – У меня к тебе пара вопросов, только и всего.

– Можешь задать их на ходу? – с надеждой спросил Кристиан. – У меня в кабинете кондиционер сломался, и находиться там невозможно.

– Разумеется, – невозмутимо ответил Людвиг, беря Кристиана под руку, словно из опасения, что жертва сбежит. – Так вот, дело в следующем…

По счастью, вопросов у Людвига было и в самом деле немного, и к тому времени, как импровизированная делегация добралась до дверей квартиры Себастьяна Крея, они почти иссякли.

Дверь оказалась не заперта.

– Себастьян, ты здесь? – громко спросил Вернер.

– Заходи, я сейчас, – отозвался тот откуда-то из глубины квартиры.

В квартире начтранса и впрямь можно было дышать свободно. У Эмиля на лице появилось выражение такого неприкрытого блаженства, что Вернер не преминул отпустить какую-то шуточку на эту тему. Кристиан не расслышал, какую именно, потому что как раз отвечал на последний вопрос Людвига, однако Эмиля вполне понимал. Казалось бы – какие-то десять градусов разницы, а такой эффект!..

– О, да вас много! – При виде Себастьяна Кристиан в очередной раз подумал о том, что чертовски ему завидует, потому что сам так вести себя не способен.

Выглядел начтранс и в самом деле презабавно. Для начала, мокрые волосы у него – должно быть, он только что выбрался из душа, – были собраны в хвост высоко на макушке. Кристиан прекрасно понимал Себастьяна – его самого липнущие к шее пряди в последние дни доводили до бешенства. И вообще, грива густейших волос до пояса в такую жару причиняет массу неудобств! Затем, одет Себастьян тоже был… своеобразно: в самые простецкие светлые брюки и просторную рубашку навыпуск самой невероятной расцветки: с оранжевыми кляксами по голубому полю.

– Что вы так на меня уставились? – весело поинтересовался Себастьян у коллег. – Что, не нравится, что ли? Я сам понимаю, расцветочка та еще, но на мой размер ничего более приличного не нашлось…

– Себастьян, – произнес обретший дар речи Людвиг тоном, не сулящим ничего хорошего. – Разгуливать по Эосу в подобном виде просто недопустимо!..

– О, Юпитер… – Себастьян ухмыльнулся. – Началось… Людвиг, во-первых, я не по Эосу разгуливаю, а по собственной квартире! Во-вторых… Людвиг, тебе самому в «приличном» костюме сейчас комфортно? Сомневаюсь… А в-третьих, с учетом твоей новой биографии, ты мог бы быть и терпимее! В конце концов, мы с тобой теперь ровесники!..

– Тебя не переговоришь, – махнул рукой Людвиг и величественно удалился, хотя видно было, что покидать прохладное помещение ему вовсе не хочется.

– У вас ко мне дело какое-нибудь? – поинтересовался Себастьян у коллег, гостеприимным жестом указывая на бар.

– Если честно, то нет, – усмехнулся Эмиль. – Просто до нас дошли слухи, что в твоей квартире можно комфортно существовать даже в нынешних условиях.

– Только не говори, что вы все намерены ко мне переселиться! – засмеялся Себастьян. – Не то чтобы я был сильно против, просто, боюсь, места на всех не хватит. Кстати, а кто это распространяет такие слухи?

Вернер бесцеремонно ткнул пальцем в Элли.

– Ясно, – констатировал Себастьян, воспроизведя, видимо, нехитрую логическую цепочку. – Извечная проблема недержания языка за зубами. Вернется – не знаю, что с ней сделаю…

Вернер засмеялся, Элли смутился до слез, а Эмиль и Кристиан предпочли вежливо промолчать.

Вечер покатился своим чередом. Себастьян явно не имел ничего против времяпрепровождения в компании коллег и присутствием их не тяготился, поэтому обстановка была самая приятная.