Текст книги "Жизнь замечательных Блонди (СИ)"

Автор книги: Кира Измайлова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 98 страниц)

Конечно, Кристиан допускал, что на убийце может быть какое-нибудь высокотехнологичное снаряжение, скажем, спецкостюм, не пропускающий тепловое излучение во внешнюю среду… Но это было бы уже слишком! И потом, будь на нем и впрямь такой костюм, кот нипочем бы не почуял убийцу, потому что костюм не пропускает и запахи.

– Крис, если это сработает!.. – задохнулся Вернер.

– Себастьяну придется объявить благодарность с занесением в личное дело и выписать премию, – фыркнул Эмиль. – А то у него одни выговоры…

– Будет с него и устной благодарности, – усмехнулся Кристиан. – Мог бы и не сбегать в космопорт!!!

– Да уж, это свинство с его стороны, – вздохнул Вернер. – Но с ним ничего не поделаешь, догадался, и то хлеб… Ну что, пошли на охоту? Значит так, Эмиль. Сейчас пойдем, возьмем пару десятков надежных ребят. Разобьем попарно. На одного надеваем стандартный полицейский теплоискатель, второй идет рядом и бдит. Начинаем прочесывать Эос. Если парни кого-то встречают, один, стало быть, видит его в инфракрасном диапазоне. Если второй видит того же встречного глазами, значит, все в порядке.

– А если нет, значит, подает сигнал, и начинается потеха, – заключил Эмиль. – Недурно, Вернер. Только ты думаешь, что этот тип, заметив вооруженных ребят со здоровенной штуковиной на голове или в руках, не озаботится спрятаться как следует?…

– Да, – признал Вернер. – Об этом я не подумал. Приборчики у нас малость того… устарели. А! Что мы мучаемся? Крис, звони Себастьяну!!!

– Почему я? – воспротивился Кристиан. – И зачем?

– А он на днях хвастался, что у ему пришла новая партия спецоборудования, в том числе и эти теплоискатели, – пояснил Вернер. – Сверхкомпактная модель, я видел. Выглядит, как затемненные очки.

– Обалденная получится картинка! – съехидничал Эмиль. – По Эосу разгуливают вооруженные парочки, причем обин из напарников непременно очкарик, а второй нет!

– Ну придумай что-нибудь получше! – окрысился Вернер и принялся гладить кота, чтобы успокоить нервы.

– Легко, – ответил Эмиль. – Ты всегда так, Вернер, во что-нибудь одно упрешься и ничего больше вокруг не видишь. У Себастьяна еще и получше модель была, крепится на один глаз, легко, компактно, очень удобно.

– Да, но такая штуковина привычки требует, – не сдавался Вернер. – Чтобы одним глазом видеть в инфракрасном диапазоне, а другим – нормально… И если они все же найдут нашего неуловимого убийцу, могут и растеряться – перед правым глазом он есть, а перед левым – нет! Да и стрелять не очень удобно…

– Ну и пусть идут парами, для подстраховки, – спокойно парировал Эмиль. – Как-нибудь справятся.

– Ага, ты еще предложи им ведро краски в руки взять, – буркнул Вернер. – Засек невидимку, облил краской – вот вам и мишень!

– Вернер, иногда ты меня поражаешь! – восхитился Эмиль. – Гениальная идея! Ведро краски – это уж чересчур, а вот аэрозоль вполне подойдет!

– Издеваешься? – мрачно спросил Вернер.

– Ничуть!..

Кристиан понял, что в таком духе они могут продолжать еще очень и очень долго, и набрал номер Себастьяна. Он успел высказать начтрансу все, что о нем думал, попросить обеспечить солдат Вернера компактными теплоискателями, сломить несколько наигранное сопротивление Себастьяна, поблагодарить его, распрощаться, краем глаза полюбоваться на Элли, сидящего в уголке тихо, как мышка… Эмиль с Вернером все еще продолжали препираться.

– А зачем Себастьяну вообще теплоискатели в космопорте? – спросил Кристиан, чтобы отвлечь спорщиков.

– О, они там у него везде понатыканы, – ответил Вернер. – Одно время воришки ухитрялись пробираться на склады, прячась в контейнерах с грузом, вот Себастьян и поставил теплоискатели. Теперь туда и впрямь никто не проберется незамеченным!

Кристиан наказал себе не забыть приказать установить теплоискатели на входе в Эос. Так, на всякий случай… Мало ли. Кто сказал, что случай, подобный нынешнему, не может повториться? Лучше быть во всеоружии…

Тем временем прибыла машина из космопорта с запрошенным оборудованием, и Вернер устремился инструктировать подчиненных. Эмиль ушел за ним. Кристиан этому очень порадовался: хотя бы будет кому унять чрезмерный энтузиазм начальника службы безопасности…

И началась охота. Несколько десятков вооруженных до зубов охранников прочесывали Эос, а дело это было не из легких, ибо размеры Эоса были весьма и весьма впечатляющими. К тому же не стоило привлекать чрезмерное внимание к поискам, чтобы не насторожить убийцу…

Словом, поиски затянулись на добрые сутки. О счастью, за это время больше никого не убили. Однако этот факт заставлял теряться в догадках: то ли убийца выполнил задание и умудрился ускользнуть, то ли просто затаился.

Кристиан неотлучно находлся в своем кабинете. Толку от него в данной операции, в общем-то, не было, поисками руководили Вернер с Эмилем, но… Кристиана обуял азарт. Он сам с удовольствием принял бы участие в обыске укромных уголков Эоса, но, увы, положение не позволяло. Кристиан отчаянно завидовал Вернеру и Эмилю, которым по долгу службы вообще-то не обязательно принимать участие в операции лично, но это и не возбраняется. А он…

– Взяли! Взяли!!! – В кабинет Первого Консула ворвался Вернер, потрясающий в воздухе какой-то штуковиной. – Сработало!!!

– Неужто взяли? – вскочил Кристиан. – Живьем?! Рауль очень хотел с ним… гм… поработать.

– Нет, – помрачнел Вернер. – Ребята его все же нашли, подстрелили…

– Если бы не краска, черта с два бы они его подстрелили, – заявил Эмиль, присоединяясь к коллегам. – Молодец этот твой лейтенант, как разукрасил мерзавца! Любо-дорого посмотреть, просто мастер граффити! А ты говорил – глупость. Сам, главное, предложил…

– Я пошутил! – возмутился Вернер.

Кристиан понял, что сейчас эти двое снова завязнут в споре, и поспешил спросить:

– Подстрелили – и что дальше?

– А дальше, – вздохнул Вернер, – он решил живым не даваться. Ну и… того. Покончил с собой. Вот, смотри, какая штука… Орудие убийства, между прочим.

Он показал Кристиану короткую трубку из неизвестного материала. Что-то нажал, и из торца трубки с легким гудением выметнулось ярко-голубое лазерное лезвие. Для ножа эта штуковина и впрямь была длинновата. Не метр, конечно, в длину, но сантиметров семьдесят точно.

– Ты бы видел, как он этой штукой заряды из бластеров отбивал, – сказал Эмиль. – Такое зрелище…

– Н-да, жаль, что не удалось взять его живым, – вздохнул Кристиан. – А что-нибудь он вообще говорил?

– Ага, – кивнул Вернер. – Сперва заорал, кажется… э-э…

– «Да пребудет со мной Сила», – пришел на помощь Эмиль.

– Точно, – обрадовался Вернер. – А потом что-то вроде «джедаи умирают, но не сдаются». Идиот какой-то…

– Точно, псих, – поддержал Эмиль. – Нормальный ни за какие посулы Федерации не согласился бы на такую работу. Хуже нет ненормальных фанатиков, которые за идею работают…

– Надеюсь, второго такого федералы не скоро отыщут, – вздохнул Кристиан. – Ну что, господа, поздравляю с успешным завершением операции!

– Такое и отметить не грех, – подхватил Вернер. – Крис, как насчет того милого местечка в Мидасе?

Кристиан припомнил, как его в этом «милом местечке» чуть застукал Людвиг Вольт, и Первому Консулу пришлось прятаться под столом, и улыбнулся воспоминаниям.

– Отлично, – весело ответил он. – Поехали… – Кристиан покосился на Элли, решил, что в том вертепе мальчишке делать нечего, и сказал: – Элли, я поздно вернусь, не жди.

– Ничего, я все равно подожду, господин Кристиан, – без тени огорчения ответил Элли и преданно посмотрел на Кристиана.

Кристиан слегка покраснел, поймав на себе ехидный взгляд Эмиля и откровенно нахальный – Вернера. Похоже, подначек было не избежать. Что ж, сам виноват, господин Первый Консул! Можно подумать, Кристиан не знал, на что идет… Ну да и Юпитер с этим.

Уже на выходе из Эоса Кристиан спохватился:

– А теплоискатели на входе все-таки надо установить! Ясно?…

Благие намерения

Не оплакивай, смертный, вчерашних потерь,

Дел сегодняшних завтрашней меркой не мерь,

Ни былой, ни грядущей минуте не верь,

Верь минуте текущей, будь счастлив – теперь!

Омар Хайям

В этот ничем не примечательный день Кристиан Норт, Первый Консул Амои, проснулся с острым желанием сделать что-нибудь хорошее. Неважно, для кого, неважно, по какому поводу, просто хотелось кого-нибудь осчастливить, вот и все. Может быть, в другое утро Кристиан и задумался бы о причинах возникновения такого, мягко говоря, странного желания, но на этот раз у него не было ни малейшего желания копаться в собственных побуждениях.

Собственно, Кристиан давно уже лелеял одну занимательную идею. Более того, он удивлялся, отчего до сих пор это никому не пришло в голову – до того очевидным и простым было решение одной из извечных проблем Танагуры. Может быть, просто никто не давал себе труда задуматься над этим? В конце концов, проблеме этой было столько лет, что воспринималась она как нечто само собой разумеющееся и неизбывное, такое же, как окружающая город пустыня.

Так вот, собственная идея Кристиану нравилась, но ему определенно требовалось с кем-нибудь ею поделиться. Беспристрастный собеседник, возможно, сумеет подметить какие-либо нюансы, ускользнувшие от внимания самого Кристиана, что позволит найти наиболее рациональный путь к разрешению вопроса. Вообще-то, в роли такого собеседника Кристиан предпочел бы видеть Себастьяна Крея, поскольку тот обладал замечательным умением смотреть на проблему с необычной стороны, но, увы, начтранса он найти не смог. Вполне вероятно, что тот был где-то поблизости, но дело в том, что если Себастьян не желал быть найденным, то отыскать его не представлялось возможным. Поэтому Кристиан быстро оставил бесплодные попытки дозвониться до начтранса и, поразмыслив немного, решил поделиться своими соображениями с Раулем Амом. В конце концов, тот, как Второй Консул, должен был знать о решении Кристиана.

Рауль обнаружился в своей любимой лаборатории. Похоже, Кристиан выбрал не самое походящее время для визита: судя по вдохновенным лицам Рауля и его заместителя, а также застывшему на физиономиях прочих сотрудников выражению осознания важности происходящего, в лаборатории проводился очередной сомнительного толка эксперимент. Во всяком случае, на лабораторном столе в специальной емкости копошилось что-то неприятного грязно-розового цвета. Как раз образец этого «чего-то» Рауль и рассматривал с большим вниманием, когда в лабораторию проник Кристиан.

– Что-то случилось? – спросил Рауль с некоторым недоумением, завидев коллегу. Кристиан не слишком-то жаловал биологические эксперименты – некоторые из них плохо заканчивались, – а потому и в лабораторию без острой необходимости не наведывался.

– Ничего не случилось, – ответил Кристиан. – Просто я хотел кое-что обсудить. Но если ты занят, то я зайду попозже.

Рауль с сомнением взглянул сперва на шевелящуюся в кювете массу, потом на большой экран, по которому бежали маловразумительные для непосвященного символы, и сказал:

– Пожалуй, минут на пятнадцать я могу отлучиться. Алан! Закончи с образцами, я ненадолго… – Он повернулся к Кристиану, снимая защитные очки – вероятно, копошащаяся розовая пакость была не из самых безобидных, и приближаться к ней с открытым лицом не стоило. – Так что ты хотел обсудить?

– Понимаешь… – Кристиан замялся, не зная, с чего начать. – У меня появилась одна идея насчет Кереса.

– Да? – вздернул брови Рауль, присаживаясь на край стола. – Любопытно. И что это за идея? Давай, Кристиан, не тяни!..

– Надо что-то решать с этим милым местечком, – сообщил Кристиан. Отчего-то под пристальным взглядом Рауля он начал сомневаться в гениальности собственного решения. – Проблема заключается в чем? Есть район, в котором творится черт знает что. Туда даже полиция не суется без крайней надобности. Я уж не говорю о том, что тамошние обитатели промышляют самым настоящим разбоем в приличных кварталах. Мне Вернер сводку показал – статистика, знаешь ли, впечатляет.

– Ты предлагаешь нанести точечный бомбовый удар по Кересу, а потом расчистить местность бульдозерами? – кротко поинтересовался Рауль, поглядывая на часы.

– Юпитер, да нет, конечно! – возмутился Кристиан. – Не все же там отъявленные уголовники… Собственно, проблема заключается в отсутствии у кересских жителей гражданства. В результате ни на какую работу они устроиться не в состоянии, поэтому и вынуждены зарабатывать себе на жизнь грабежами и разбоем. Если честно, я подумывал о том, чтобы…

– Можешь не продолжать, – перебил Рауль, вертя в руках очки. – Ты подумывал о том, чтобы даровать обитателям Кереса гражданство. Всем скопом. Я угадал?

Кристиан кивнул, пребывая в некотором замешательстве. Идея и в самом деле витала в воздухе.

– Кристиан… – Рауль сунул очки в карман белого лабораторного халата и без улыбки посмотрел на коллегу. – Ты хоть понимаешь, во что это может вылиться? Нет? Странно, я был лучшего мнения о твоем профессионализме…

– Ну, знаешь ли!.. – начал было оскорбленный в лучших чувствах Кристиан, но Рауль снова не дал ему договорить.

– Нет уж, позволь мне закончить, – отрезал Второй Консул таким тоном, что у Кристиана враз пропало желание спорить. – Итак, ты предположил, что с предоставлением гражданства жителям Кереса все устроится само собой. Все эти… – Рауль поморщился. – Все эти индивидуумы немедленно забудут о своем преступном прошлом и отправятся строить мирную жизнь, восхваляя доброго и мудрого Первого Консула. Примерно так, да?

Кристиан почувствовал, что у него начинают гореть кончики ушей. Рауль никогда прежде не позволял себе разговаривать с Первым Консулом в подобном тоне. Кристиан и представить себе такого не мог!

– Вижу, что так, – удовлетворенно кивнул Рауль. – Я сейчас умолчу о тех… экземплярах, которых жизнь вполне устраивает, о бандах и прочих прелестях. Но я допускаю, что, получив гражданство, приличная часть кересского населения и в самом деле решит жить нормально. И все они, представь, разом потребуют осуществления их гражданских прав… – Рауль начал загибать пальцы: – А именно: право на жилище, право на работу, я уж молчу о праве на жизненно необходимый минимум социального обслуживания для малоимущих! Кристиан, ты подумал, куда расселять из трущоб этих новоявленных граждан? А ведь они, получив все права и свободы, вряд ли согласятся и дальше жить в тех же условиях. И где нам взять несколько тысяч рабочих мест для них? Зачем нам столько неквалифицированной рабочей силы? Уверяю тебя, на рудники они наниматься не станут. – Рауль перевел дыхание и продолжил на полтона ниже: – Итак, вся эта толпа… граждан остается без жилья и без работы, но при всех своих новоприобретенных правах. Даже если мы не разоримся на пособиях по безработице, нервы нам всевозможными митингами и манифестациями потреплют изрядно. Волнений нам только и не хватало…

– Ладно, Рауль, я все понял… – сумел все же вставить реплику Кристиан. Теперь он и сам удивлялся, как не увидел очевидного. Видимо, радужное видение светлого будущего застило ему глаза… – Это была дурацкая затея…

– Нет, Кристиан, ты не все понял, – неожиданно спокойно произнес Рауль. Кристиан взглянул в хорошо знакомые зеленые глаза Второго Консула и невольно поежился – холод в этих глазах царил поистине космический. – Ты не понял самого главного.

– Чего же? – мрачно поинтересовался Кристиан, кляня себя за глупую идею посоветоваться с Раулем. Лучше было все же разыскать Себастьяна…

Рауль придвинулся к Кристиану почти вплотную и произнес негромко, чуть ли не задушевно:

– Того, что если Первый Консул высказывает подобные идеи, не давая себе труда элементарно задуматься о последствиях, то он является первым кандидатом на коррекцию. Поэтому я очень советую тебе, Кристиан, не распространяться более об этом… гм… проекте. Я привык считать тебя своим другом, и мне было бы очень неприятно получить от Юпитер соответствующий приказ.

Кристиан, потеряв дар речи, уставился на Рауля, в очередной раз проявившего себя с неожиданной стороны. Сейчас, глядя в бесстрастные и очень холодные глаза Рауля, Кристиан, пожалуй, впервые отчетливо осознал, что такое на самом деле Второй Консул. Захоти Рауль Ам по-настоящему, ему не стоило бы никакого труда смести со своего пути Кристиана, да и любого другого, чтобы занять место Первого Консула. По счастью, такаявласть Рауля интересовала не настолько сильно, чтобы ради нее отказаться от любимого дела.

– Я полагаю, наш разговор окончен? – по-прежнему бесстрастно осведомился Рауль. – У меня не так много свободного времени, Кристиан.

– Д-да… пожалуй… – выдавил из себя Кристиан. Он давно не получал подобной отповеди, и уж никогда – от подчиненного!

– Крис… – Рауль неожиданно улыбнулся, и взгляд его перестал быть пронзительно ледяным. – Ты что, думаешь, я могу на тебя донести?

Кристиан подавился вежливо-отстраненным «до свидания» и растерянно мотнул головой. Чего-чего, а такой подлости от Рауля он все же ожидать не мог.

– Ну и правильно думаешь, – вздохнул Рауль. – Но вокруг слишком много тех, кому очень хочется выслужиться. Ты для них не друг, не личность, ты – просто главная фигура в игре, которую можно уничтожить, если представится удобный случай. Имей это в виду, хорошо?

Кристиан припомнил, что Рауль отличный игрок в шахматы, отсюда и специфические аналогии. Тем не менее, совет был вполне разумным. «В самом деле, – сказал себе Кристиан. – Что-то ты слишком расслабился, господин Первый Консул! Забыл, в каком мире живешь? Даже если у тебя неплохо складываются отношения с ближайшим окружением, не стоит забывать о том, что вне этого круга избранных каждый второй спит и видит себя на твоем месте. Если не каждый первый…»

– Я вижу, ты проникся и осознал, – усмехнулся Рауль, наблюдая за сменой выражений на лице Кристиана. – Крис, неужто ты думаешь, что ты первый пытаешься разобраться с проблемой Кереса таким путем? Уж столько попыток было… Но это не выход.

– Я понимаю, – вздохнул Кристиан. – Вместо нескольких организованных банд мы получим армию агрессивно настроенных безработных. Но что же делать?

– Ничего, – пожал плечами Рауль. – Ситуация, конечно, не из идеальных, но она, по крайней мере, стабильна. Ну да, жители Кереса выживают, как могут, промышляют разбоем и кражами, проституцией… Но это длится уже даже не один век. А ломать устоявшееся положение вещей, сам знаешь…

– Да уж… – Кристиан представил себе, что могут устроить профсоюзы, получив в свое распоряжение тысячи необразованных керессцев, вдруг получивших гражданство, и невольно поежился. Нет уж, намного проще время от времени устраивать полицейские рейды по трущобам, вылавливать особенно обнаглевших главарей банд… Кристиан усмехнулся: лиши он Вернера такого удовольствия, тот бы ему не простил. – Рауль, еще один вопрос…

– Давай, – кивнул Рауль.

– Только не надо опять напоминать мне про коррекцию, – предупредил Кристиан. – Я просто интересуюсь! Скажем, для общего развития…

– Я заинтригован, – улыбнулся Рауль. – Задавай свой вопрос.

– Население Кереса по большей части пополняется за счет бывших петов, – озвучил Кристиан прописную истину. – Понятно, выживают там не все, поскольку к жизни на улице они не приспособлены совершенно. Но большинство из тех, что выживают – личности совершенно патологические, согласен? Отсюда и дикие какие-то, нелогичные преступления, и маньяки с непонятной мотивацией…

Рауль чуть сдвинул брови, что, видимо, означало согласие.

– Так вот, я и хотел узнать… – Кристиан замялся, подбирая формулировку. – Возможно ли применять… м-м-м… соответствующие технологии с тем, чтобы корректировать некоторые особенности психики этих… субъектов?

– То есть можно ли использовать коррекцию для обработки бывших петов? – вскинул брови Рауль. – Крис, а ты знаешь, сколько одна такая процедура стоит?

– Ну… – протянул Кристиан, жалея, что задал вопрос, но Рауль уже оседлал любимого конька.

– Потом, процедура разработана применительно к Блонди и остальным генетически модифицированным и на людей не рассчитана. Механизм воздействия на обычного человека совершенно не изучен… – Рауль поднял на Кристиана загоревшиеся интересом глаза. – Крис, а ведь это гигантское поле для исследований! Над этим никто еще не работал… Разрешение твоего вопроса в ближайшее время не гарантирую, но поработать над этим стоит. Крайне интересная задача!..

Кристиан только вздохнул: теперь Рауль еще и дополнительное финансирование возьмется выбивать. «Вот уж точно, язык мой – враг мой!» – подумал он уныло.

– Рауль! – позвал Алан, заместитель Рауля. – Взгляните, пожалуйста…

– Извини, Крис, работа ждет, – развел руками Рауль, направляясь ко все той же шевелящейся розовой пакости. Кристиану показалось, что за время беседы она значительно увеличилась в размерах.

– Что это? – спросил он невольно.

– Быстро растущая биомасса… – пробормотал Рауль, приникая к микроскопу. – Сырье для производства продуктов питания. Отлично, Алан, а теперь попробуйте заменить…

Далее последовала столь изощренная научная тарабарщина, что Кристиан решил ретироваться. Он искренне не завидовал рядовым жителям Танагуры, неспособным позволить себе натуральные продукты и вынужденным питаться заменителями, производимыми из такой вот… биомассы.

– Крис, ты еще здесь? – спохватился Рауль. – Как хорошо… Ты свободен сегодня в три?

– Да, кажется, – ответил Кристиан, недоумевая, зачем он мог понадобиться Раулю.

– Тогда поприсутствуешь на квалификационном экзамене? А то у меня состав комиссии неполон, как нарочно, никого на месте нет, – попросил Рауль и картинно взмахнул ресницами. Кристиан подавил желание чем-нибудь швырнуть во Второго Консула – эту его привычку он ненавидел. – Один молодой специалист представил крайне интересную работу относительно заселения терраформированных планет на примере Амои. Собственно, это не экзамен даже будет, а собеседование по теме его работы. Если окажется, что этот юнец и впрямь неглуп, возьму его в свою лабораторию. Вообще-то, я хотел Себастьяна пригласить, он умеет неожиданные вопросы задавать. Но ты же знаешь Себастьяна! Так я могу на тебя рассчитывать?

– Хорошо, я приду, – обреченно кивнул Кристиан. Поди, откажи…

…На экзамене Кристиан поприсутствовал. Нельзя сказать, чтобы это доставило ему массу удовольствия, но хотя бы он понимал, о чем шла речь. Совсем молодой Блонди по имени Филипп Трай в самом деле представил очень серьезную и профессиональную работу. Вопрос заселения терраформированных планет и впрямь стоял очень остро, и лаборатории Рауля, помимо всего прочего, занимались генным конструированием организмов, способных выживать в, мягко говоря, неблагоприятных условиях амойской пустыни. Дело пока продвигалось ни шатко, ни валко, однако кое-каких успехов Рауль все же достиг. Другое дело, что мало кто из молодых специалистов рвался в этот отдел. Муторная, подчас скучная и очень кропотливая работа привлекала только энтузиастов своего дела, а их было мало. Так что Филипп оказался настоящей находкой…

На взгляд Кристиана, в проблеме он разбирался очень неплохо, во всяком случае, на каверзные вопросы Рауля и его заместителя отвечал бойко и уверенно. В конце концов, комиссия вынесла вердикт – юноша зачислялся в отдел под личное руководство Рауля. Филипп светился от счастья, Рауль явно был доволен, и только Алан улыбался и поздравлял нового коллегу хотя и искренне, но очень сдержанно.

А потом… потом на Кристиана навалились повседневные заботы и проблемы разной степени важности, но все без исключения требующие немедленного разрешения. Он и думать позабыл о своем желании облагодетельствовать жителей Кереса, а если и вспоминал о дурацкой идее, то с некоторым стыдом. Хорош Первый Консул – элементарных последствий не мог просчитать!

Кроме всего прочего, Кристиана мучила еще одна проблема… скажем так, личного толка. Проблема эта носила имя Элли Трейси, и что делать с нею, то есть с ним, с Элли, Кристиан решительно не представлял. Другим хорошо давать советы, а поди, попробуй самому себе что-нибудь дельное присоветовать! Кристиан все откладывал и откладывал решение на потом, поскольку придумать ничего не мог, а попросить у кого-нибудь совета не давала банальная гордость. Поэтому Кристиан старался уработаться за день так, чтобы на посторонние мысли сил уже не оставалось, и это, надо отметить, ему вполне удавалось.

…Итак, Первый Консул уже который день ломал голову над вопросами финансирования очередной «стройки века», а именно новой электростанции (Людвиг Вольт не изменял своим принципам и электрификацию Амои по-прежнему считал проблемой первостепенной важности). Занятие это надоело ему до зубовного скрежета, и он уже всерьез подумывал о том, чтобы спихнуть эту задачку на кого-нибудь из финансового отдела, в конце концов, эти расчеты были их прямой обязанностью! Увы, финансовый отдел изнемогал под гнетом полугодового отчета и еще одну сверхсложную задачу взять на себя не мог ни при каких условиях.

Отложив ненадолго смету затрат, Кристиан решил пройтись по Эосу. В конце концов, сколько можно сидеть в четырех стенах! Еще лучше было бы съездить в Апатию и как следует отдохнуть, но на это надо было освобождать целый день, а лучше неделю. Увы, такого Кристиан позволить себе пока не мог.

– Алан! – заметил Кристиан знакомую фигуру. Алан вроде бы никуда не торопился, поэтому можно было с чистой совестью поговорить с ним минут пять, маскируя заботой о сотрудниках банальное нежелание возвращаться к скучным расчетам.

– Добрый день, господин Норт, – отозвался Алан без большого энтузиазма. Кристиан много раз просил его называть себя просто по имени, но Алан постоянно сбивался на официальное обращение. В конце концов Кристиан просто перестал обращать на это внимание.

– Как ваш проект с биомассой? – вспомнил Кристиан мерзкую розовую пакость.

– Удачно завершен, – по-прежнему без улыбки коротко ответил Алан.

Это было настолько не похоже на всегда доброжелательного и приветливого, несмотря на легкую застенчивость, Алана Грасса, что Кристиан встревожился. Прежде Алан никогда не позволил бы себе отделаться от проявившего интерес к его работе Первого Консула такой вот короткой фразой.

– Алан, с вами все в порядке? – спросил Кристиан.

– Да, господин Норт, – все так же спокойно ответил Алан. – Я, вообще-то, к вам и шел…

– Зачем? – удивился Кристиан. Ему удалось, наконец, заглянуть Алану в глаза, и то, что Первый Консул там увидел, ему совсем не понравилось. Глаза Алана были не просто грустными, в них притаилась такая глухая тоска, что Кристиану стало не по себе. – Алан, у вас все-таки что-то случилось!

– Да нет же, господин Норт, – упорствовал Алан. – Все в порядке. Только… Господин Норт, я вас очень прошу, подпишите вот это. Пожалуйста.

– Что это? – Кристиан взял из рук Алана протянутый документ. – Прошение о переводе?! Куда?!

– Там все написано, – убийственно спокойно ответил Алан. – Я прошу о переводе на военную базу номер шестнадцать.

– С какой стати?!

– Там всегда не хватает квалифицированного медперсонала, – пожал плечами Алан. – Подпишите, господин Норт, я очень вас прошу!

Кристиан понял, что… Что ничего не понял. Он уже давно смирился с тем, что его коллеги то и дело выкидывают такие фортели, что не знаешь, как и реагировать. Но от Алана – от спокойного, всегда всем довольного, уравновешенного Алана, – он ничего подобного не ожидал!

– Так, – сказал Кристиан. Это словечко цеплялось к нему в моменты или крайнего раздражения, или неопределенности. – Вот что, Алан, пойдемте ко мне. Вы мне все расскажете, и тогда уж я решу, подписывать ваше прошение или нет. Хорошо?

Алан обреченно кивнул. Первого Консула он знал достаточно хорошо, чтобы понимать: пока тот не доищется первопричин, никакой подписи Алан от него не дождется.

Заперев дверь кабинета, Кристиан жестом пригласил Алана сесть и выжидательно уставился на него. Алан подавленно молчал.

– Алан, так в чем дело? – не выдержал Кристиан. – С чего вы вдруг…

– Я больше не справляюсь со своими обязанностями, – спокойно произнес Алан. Звучало это довольно дико.

– Кто вам это сказал? – опешил Кристиан.

– Я сам это прекрасно осознаю, – пожал плечами Алан. – Господин Норт, вы же знаете, какой у меня коэффициент интеллектуального развития. Я далеко не гений. Все, чего я достиг, я достиг только благодаря упорной работе. Но выше головы мне не прыгнуть, я не справляюсь, вот и все. Пожалуйста, подпишите прошение, господин Норт…

– Да погодите вы со своим прошением! – Кристиан принялся накручивать на палец прядь волос, как всегда, когда нервничал. – Значит, несколько лет подряд вы великолепно справлялись со своей работой, а теперь вдруг перестали? Так, что ли?

– Требования за эти годы повысились, – меланхолически ответил Алан. – А я своего предела достиг давно. Господин Норт, поймите, у господина Ама не может быть такого заместителя, как я. Я просто не соответствую его уровню!

– Это он вам сказал? – подозрительно осведомился Кристиан.

– Нет, он ничего не сказал, – буркнул Алан. – Я сам прекрасно вижу…

Беседа пошла по пятому кругу, когда Кристиан составил, наконец, для себя полную картину происходящего. Что Алан – из породы тех рабочих лошадок, что способны взвалить на себя неподъемную тяжесть и тащить ее, не жалуясь и не ропща, Кристиан знал давно. Что Алан и в самом деле обладает довольно средненькими способностями, Кристиан тоже знал и искренне уважал Алана за его работоспособность, только благодаря которой тот и дослужился до первого заместителя Второго Консула. Но вот что Алана может мучить комплекс неполноценности, особенно пышным цветом расцветающий в присутствии блистательного Рауля, Кристиан не предполагал. Но это бы еще полбеды: Алан чувствовал себя нужным шефу, взваливал на себя столько работы, что кто другой давно бы надорвался, и был счастлив, дождавшись похвалы. Словом, он был надежным, опытным и преданным помощником (про его отношение к Раулю Кристиан тоже прекрасно знал). Но вот в отделе появился новый специалист, тот самый Филипп Трай. Молодой, и, судя по отношению к нему Рауля, очень перспективный сотрудник. Как удалось понять Кристиану, Рауль со всем пылом взялся натаскивать новичка, напрочь при этом игнорируя Алана. Ну и какой вывод должен был сделать для себя последний? Логично, что Алан (да и не только он один, а и многие сотрудники лаборатории) предположил: он уже не устраивает Рауля в качестве заместителя, тому требуется кто-то посообразительнее и поспособнее. Нетрудно догадаться, что именно Филиппа прочили на место Алана. Ну а Алан, готовый ради любимого начальника на все, решил предвосхитить события и освободить место для Филиппа, не дожидаясь, пока его об этом настоятельно попросят…