Текст книги "Жизнь замечательных Блонди (СИ)"

Автор книги: Кира Измайлова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 98 страниц)

Со стороны Ким казалась совершенно спокойной. Только взгляд, устремленный в никуда, застывший взгляд, да еще странная улыбка заставляли людей обходить ее стороной…

Между рядами кресел бегали несколько детей, видно, какая-то семья ожидала рейса. Играли, как все дети на всех планетах, в догонялки. Гонялись друг за другом, смеялись… Решали, кто водит следующий, выкрикивали считалочку – как все дети на всех планетах. Только слова у считалочки были незнакомые, наверно, их придумали здесь, на Каане…

– Цепочка, колечко, два человечка, – хором повторяли звонкие детские голоса. – Колечко разобьется, цепочка порвется… Что остается?

«Что остается?… Кольцо разбилось несколько лет назад, – подумалось Ким. – Сегодня… сегодня порвалась цепь. Или на самом деле она порвалась еще раньше? Или ее вообще никогда не было? Или… Я не знаю, правда. Что остается? Что?… Два человечка. Больше ничего…»

– Нора! – окликнул знакомый голос. Джей. Ему-то откуда тут взяться? – В гостинице мне сказали, что ты поехала в космопорт. Брось, дохлый номер, рейсов на Амои нет и долго еще не будет!

– Я знаю. – Ким спокойно взглянула на Джея.

– Ничего не хочешь мне сказать? – вскинул брови Джей.

Ким по-прежнему смотрела на него в упор, и Джей, кажется, хотел добавить что-то еще, но его опередил донесшийся из динамиков металлический голос:

– Элеонора Кэртис, пройдите к служебному шлюзу номер восемнадцать. Повторяю, Элеонора Кэртис, вас ждут у служебного шлюза номер восемнадцать.

– Всего доброго, Джей. – Ким встала, подхватила сумку. – Мне пора идти.

– Ну конечно! – Джей понимающе ухмыльнулся. – За деньги можно найти даже придурка, готового подбросить тебя до Амои… Нора, значит, ты все-таки возвращаешься?

– Возвращаюсь, – подтвердила Ким, двигаясь в сторону служебных шлюзов.

– Я ошибся в тебе, – неожиданно резко произнес Джей. – Это твой шанс вырваться – и ты его упускаешь. Я думал, ты смелее. Думал, тебе хватит храбрости избавиться от этого твоего микрочипа, или датчика, что там у тебя, и жить, как…

– Нет никакого датчика, Джей, – перебила Ким. Улыбнулась. – Я тебя обманула. Извини.

– И ты… ты… – Джей явно не верил своим ушам.

– Я возвращаюсь, – подтвердила Ким. – На Амои. Прощай, Джей. Приятно было познакомиться…

Джей молча сделал еще несколько шагов вслед за Ким. Остановился.

– Знаешь, – произнес он негромко. – Впервые в жизни я завидую этой белобрысой сволочи, твоему хозяину…

«Цепочка, колечко, два человечка, – бесконечным рефреном проносилось в мыслях Ким. – Колечко разобьется, цепочка порвется… Что остается?… Что остается?…»

…Летать на военном транспортном корабле – удовольствие ниже среднего. Тесно – только-только развернуться, неуютно, об удобствах и говорить смешно… Ким было плевать на удобства.

Краткое пребывание на орбитальной станции «Таурус» тоже почти не отложилось у нее в памяти, равно как и последующий полет на патрульном катере в компании с молоденьким лихим пилотом, соблазнившимся солидной суммой. Пожалуй, не последнюю роль сыграло и желание пофорсить перед красивой девушкой – а Ким была именно красивой, – и перед сослуживцами. Еще бы – слетать на Амои, куда вообще-то соваться не стоит, да к тому же сейчас, когда там мятеж… Ну какой мальчишка первого года службы откажется от такого маленького подвига?…

…Космопорт уцелел. Правда, в наружном ограждении зияла невероятных размеров сквозная дыра, грудами валялись обломки и мусор, несколько искореженных кусков металла непонятного происхождения… Но – космопорт уцелел. Более того, он работал – почти в нормальном режиме. То есть впустить патрульный катер с бравым пилотом впустили, но вот обратно выпускать не собирались. Ким знала, что рано или поздно его отпустят восвояси, но нервы перед этим потреплют основательно. Хорошо, если не завербуют…

Что удивительно – машина Ким, оставленная на стоянке космопорта, оказалась на месте и даже завелась с первой попытки.

Ехать через город было неимоверно тяжело: то и дело приходилось объезжать гигантские завалы, просто-таки баррикады, перегораживающие главные улицы, брошенные автомобили, покореженную военную технику – похоже, бои на улицах и впрямь шли нешуточные. Ким только сильнее закусывала губы, вдавливая педаль газа в пол, где это было возможно.

На улицах не было видно ни души. Стояла неуютная, гнетущая тишина, тянуло гарью, над городом стояла дымная пелена – видно, не все пожары еще удалось потушить.

Дорожное покрытие было буквально разворочено гусеницами тяжелой бронетехники. Мимо пару раз прогрохотали полицейские броневики – приходилось прижиматься к обочине, чуть ли не забираясь на тротуар, чтобы пропустить колонны.

На глаза Ким попалась перевернутая, изрешеченная буквально в клочья роскошная машина. Ким невольно вздрогнула: у Себастьяна была точно такая же, невероятно, вызывающе дорогая – специально на случай, когда нужно было пустить пыль в глаза. Хотя нет… у той была хромированная полоска вдоль борта… Или не было? Ким никак не могла вспомнить…

Здание Штаб-квартиры Синдиката окружал тройной кордон. Спецвойска, ясное дело… Впрочем, и на прилегающих улицах было полно полиции и военных, Ким останавливали едва ли не через каждые сто метров. Она не возмущалась – да и попробуй возмутись, когда тебя словно невзначай держат под прицелом пятеро здоровенных лбов! Впрочем, все документы у Ким были в порядке, так что надолго ее не задерживали. Вот у входа в само здание продержали долго – все проверяли, настоящий ли пропуск, да еще заставили сдать пистолет.

Еще в космопорте Ким попыталась набрать внутренний номер Себастьяна. Вряд ли в такое время он сидел в своем кабинете, но все же… Никто не брал трубку. Не отвечал и мобильный. Механический голос тупо бубнил: «Линия перегружена… линия перегружена…»

Вот дверь кабинета. Ким со всего размаху шарахнула ладонью по сенсорной панели… Заблокировано.

В бессильной ярости Ким пнула стену, огляделась… Что теперь, ехать в Апатию?

В коридорах было непривычно пусто. Конечно, нужно было найти хоть кого-нибудь, спросить… но Ким отчего-то не решалась. Была хромированная полоска на борту той машины или нет?…

…Но ведь космопорт функционирует? Должен же был кто-то им заниматься?.

Что дальше? «Ты рвалась домой, на Амои, – сказала себе Ким, устало прислонившись к стене. – Ты здесь. И… что?… Дальше-то что?!»

– Ну негде, негде взять людей! – Кто-то шел по коридору, еще невидимый за поворотом. Ким показалось, что она узнала голос – кажется, это был один из заместителей начальника службы безопасности. – Ну поймите же!..

– Понимаю. – Второй голос был весьма язвителен. – Но меня это совершенно не волнует. Снимите с постов в городе, что там охранять? Баррикады эти ваши, что ли? А у меня там дыра в стене, да такая, что звездолет протащить можно!

– Но… – заикнулся первый, однако договорить ему не дали.

– А с вашим начальником я сам договорюсь, – отрезал второй голос. – Выполнять – бегом марш!

Ким отлепилась от стены – эти двое сейчас появятся из-за поворота…

Появился. Один. Должно быть, другой умчался выполнять приказ – спорить с Себастьяном, когда он командовал «бегом марш!» мало кто осмеливался…

– Ким? – Он, похоже, совсем не удивился. Ким не знала, что нужно сделать, чтобы заставить его удивиться.

Пока никто не видит, можно позволить себе фамильярность – подойти, обнять… прижаться щекой к руке. Дымом пахнет – конечно, Себастьяна хлебом не корми, дай ввязаться в какую-нибудь заварушку. Вряд ли он отсиживался в укрытии.

Себастьян взял Ким за подбородок, заглянул в глаза. Ей вдруг почудилось – он все знает. Не важно, откуда, знает – и все тут. По глазам прочел, должно быть…

«Цепочка, колечко, два человечка. Колечко разобьется, цепочка порвется… что остается?…»

– Ты очень вовремя вернулась. – Так хорошо знакомая Ким улыбка – азартная и невероятно обаятельная. – Я без тебя, как без рук. Никому ничего поручить нельзя.

– Я много пропустила? – справилась все-таки с голосом Ким.

– Ничего интересного, – ответил Себастьян, увлекая ее за собой по коридору. – Стрельба, взрывы… скукотища. У тебя все прошло удачно?

– Более чем, – усмехнулась Ким. Может быть, потом она расскажет о своих похождениях… Но – не сейчас.

– Отлично. Тогда слушай…

Ким слушала… Здесь и сейчас. На Амои. Не было Каана, не было Джея, голубоглазого парня с повадками змия-искусителя. Не было Ларри с его проверкой. Ничего не было…

И цепь не рвалась. Не потому, что ее не было… Просто…

Такие цепи не рвутся.

Никогда.

Убийство, которого не было

Вот уже который день Эос лихорадило. На то была причина, и весьма веская. Дело в том, что Второй Консул Амои Рауль Ам бесследно исчез из собственных апартаментов на восьмидесятом этаже элитного здания. Просто исчез. Испарился. Улетучился…

К несчастью, это было замечено только спустя три дня после таинственного исчезновения, поскольку в тот момент все были больше заняты обсуждением подробностей грандиозного скандала, связанного с гибелью Первого Консула Амои, а также процессом назначения его достойного преемника. Сам Рауль Ам на эту должность не претендовал, почему – понять никто не мог, а спрашивать опасались. Впрочем, в своей области он был лучшим специалистом, искренне преданным своему делу, за что Рауля крайне ценили. Вполне вероятно, он просто не хотел тратить время на политику вместо того, чтобы заниматься любимой работой. Таким образом, загодя было известно, что Рауль Ам участия в конкурсе не принимает, а потому хватились его нескоро, да и то только потому, что кому-то потребовалось завизировать у него важный документ. Тогда-то и выяснилось, что Второго Консула уже трое суток как никто не видел. Не оказалось Рауля и в его резиденции.

Разумеется, когда оказалось, что и планету Второй Консул не покидал, во всяком случае, легальным и полулегальным путем (впрочем, нелегалов тоже прошерстили, и они клялись и божились, что никто, соответствующий описанию, с их помощью с Амои не улетал), на уши была поставлена полиция. Они перевернули вверх дном весь город, не обойдя вниманием даже самые гнусные бордели Мидаса (упорно ходили слухи, что некоторые Блонди иногда посещают подобные заведения). Да что там, даже трущобы Кереса прочесали так, что нашли бы даже затаившуюся мышь! Если учесть, что Рауль Ам мышью не был, приходилось признать, что он действительно исчез бесследно.

Обыск в его апартаментах не дал ровным счетом ничего. Были, правда, найдены отпечатки пальцев нескольких людей. Старательные слуги, к слову, успели вылизать огромную квартиру до блеска, не оставив и пылинки, поэтому, как вскоре выяснилось, найденные отпечатки принадлежали только этим самым слугам и никому иному. Им же ещё и влетело за то, что хватаются грязными пальцами за полированную мебель из натурального дерева, то есть запредельно дорогую.

Все машины, принадлежащие Раулю, оказались на месте, включая его самую любимую, вызывающего алого цвета.

Как вскоре стало ясно, никто не видел, как Рауль Ам покидал здание, и не знал, покидал ли он его вообще. Даже камеры внутреннего наблюдения ничего не зафиксировали! Но куда, спрашивается, он мог деться с восьмидесятого этажа? Не улетел же он, в самом деле?

Большой удачей для сыщиков стало обнаружение подозрительных следов на клавиатуре Раулева компьютера (прислуга побоялась прикасаться к включенной машине, не дай Бог что случится – кожу живьем сдерут!). Эти следы представляли собой несколько крохотных темных пятнышек, при ближайшем рассмотрении оказавшихся ничем иным, как засохшей кровью… Как показал спешно проведенный анализ, кровь принадлежала самому Раулю.

Сей факт вверг следователей в ступор. Сперва Второй Консул исчезает из своей квартиры, потом в этой квартире обнаруживаются следы его же собственной крови… И к какому выводу тут можно прийти? Что Рауль Ам был… убит? Но где тогда тело? Возможно, он похищен? Но кем и с какой целью? И как, спрашивается, можно было вытащить Блонди, даже предварительно оглушенного или раненого (вы только представьте себе, какая это тяжесть!), из кишащего охраной и напичканного камерами слежения здания и остаться при этом незамеченными?

Следствие зашло в тупик. Чтобы выйти из этого тупика, решено было создать некую комиссию с целью устроения мозгового штурма. Предположительно, объединенная сила интеллектов самых высокопоставленных (а стало быть, самых умных) Блонди должна была помочь пролить свет на загадочное исчезновение Второго Консула. В любом случае, надо было что-то решать. Кто-то предлагал доложить, наконец, обо всём Юпитер, чтобы она назначила нового Второго Консула, но для этого надо было сперва убедиться, что Рауль Ам и в самом деле мертв. А как в этом убедиться, если он испарился? Город прочесывали уже несколько раз, над прилегающими к городу пустынными землями туда-сюда носились вертолеты, снабженные новейшей аппаратурой, позволяющей отыскать в это пустыне даже муху (кто-то предположил, что Рауль Ам в состоянии временного умопомешательства мог выйти за пределы города, да там и остаться). Результатов эти меры, как легко догадаться, не принесли.

Итак, комиссия в составе пятерых Блонди собралась в обширном кабинете свеженазначенного Первого Консула. Собственно, сперва их было на одного больше, но шестой, глава транспортной системы Амои, включая главный (и единственный) космопорт Танагуры, честно высидел протокольные пятнадцать минут и попросту сбежал, сославшись на неотложные дела. Выражение лица у него при этом было такое, будто он что-то знает, но всё равно никому не расскажет.

Впрочем, никто особенно не огорчился, потому что Себастьян Крей давно успел всех достать своим изумительным ехидством и нескончаемым потоком ядовитых замечаний. Причем прорывало его отчего-то в самые неподходящие и даже трагические моменты. Например, когда в результате теракта накрылось несколько городских подстанций и чуть ли не половина Мидаса надолго осталась без электричества, он заявил, что тамошние обитатели наверняка провели невероятно романтический вечер, потому как вынуждены были коротать его при свечах (которых набралось дай Бог одна на десяток домов).

Однако больше всех этих шуточек доканывала окружающих жуткая привычка Крея повсюду таскать за собою совершенно взрослую девицу. При этом он ещё имел наглость утверждать, что она – элитный пет. Глупостью это было несусветной, никакой элитарностью там даже и не пахло, а на пета девица походила примерно так же, как сам Себастьян Крей – на монгрела. Вдобавок даже в самом грубом приближении ей было никак не меньше двадцати. Злые языки утверждали, что Крей с ней спит, но доказательств ни у кого не было. Самого Крея общественное мнение не волновало абсолютно, а слухи о своей персоне он опровергать даже не пытался. Поскольку на людях он более-менее соблюдал приличия и никогда не давал формального повода придраться к себе, скажем, по работе, то окружающим оставалось только мириться с его выходками.

Итак, никто из присутствующих особенно не опечалился, когда за этим, мягко говоря, своеобразным субъектом закрылась дверь.

– Ну что же, господа, приступим, – сказал Первый Консул. Звали его Кристиан Норт, был он сравнительно молод, чудовищно амбициозен, необыкновенно одарен в области высокой дипломатии и в совершенстве овладел искусством плетения политических интриг. То есть идеально соответствовал своей высокой должности. – Высказывайте свои соображения.

– Возможно, Рауль Ам попал в крупную автокатастрофу, – предположил глава службы чрезвычайных ситуаций, Эмиль Кан. – На днях случилось несколько серьёзных аварий, многие погибшие до сих пор не опознаны.

– Ты полагаешь, Блонди, даже сильно изуродованного, так сложно отличить от обычного человека? – кисло осведомился заместитель Второго Консула, временно исполняющий его обязанности. Внезапно свалившаяся на него ответственность его вовсе не радовала, поэтому Алан Грасс который день пребывал в отвратительном настроении, тем более, что от его собственных обязанностей его никто не освобождал. – К тому же существует такая вещь, как анализ ДНК, а ДНК Блонди значительно отличается от обычной человеческой. Может, погибшие и не опознаны, но Рауля среди них нет, это я могу утверждать наверняка.

Эмиль сердито дернул бровью и с непримиримым видом скрестил руки на груди. Видимо, он решил зачислить Алана в свои личные враги.

– Вполне вероятно, Рауль был похищен, – поспешил внести конструктивную идею Вернер Дирк, глава службы безопасности. Кое-кто утверждал, что за годы напряженной работы он заработал легкую паранойю, выражавшуюся в неистребимом стремлении отыскать в любом, даже самом незначительном событии корни всегалактического заговора. – Трудно сказать, с какой именно целью, возможно, за него потребуют выкуп либо попытаются шантажировать нас иным путем. Также я могу предположить, что это могли быть люди Федерации. Вы же знаете, они давно пытаются раздобыть наш генетический материал…

– Мы ведь уже обсуждали эту версию, Вернер, – поморщился Кристиан. – И, как мне помнится, пришли к выводу о её полной несостоятельности. Посудите сами, каким образом можно было похитить Рауля из его апартаментов? Неужто вы думаете, что он пошел бы добровольно? Вернер, ты, конечно, можешь сказать, что его оглушили или что-нибудь в этом роде, но опять же – каким образом преступники покинули здание, минуя охрану и все системы слежения?

– Возможно, на него напали на улице, когда он вышел из здания, – не сдавался Вернер. – Затащили в машину и…

– И никто ничего не заметил! – докончил Кристиан. – Ни охрана у дверей, ни прохожие. И потом, как ты себе это представляешь: «затащили в машину»? Рауль что, пет какой-нибудь худосочный? Да в нем добрых сто килограммов!

– Девяносто восемь, – подал голос Алан. – Что касается образцов генетического материала… Какой смысл похищать Рауля? Он известен, он всегда на виду, и люди из Федерации, если это были они, не могли не понимать, что его исчезновение не останется незамеченным. Да и к тому же гораздо проще подкупить кого-нибудь из обслуживающего персонала наших лабораторий, чем похищать Блонди…

– Шпионы – повсюду, – изрек Вернер один из своих любимых постулатов и замкнулся в гордом молчании.

– Ещё варианты будут? – безнадежно спросил Кристиан. Он уже начал жалеть, что не задержал Себастьяна. У того тоже свои тараканы в голове, зато и идеи случаются… более чем оригинальные. – Кстати, никто не думает о том, что Рауль мог быть убит?

– Кем и за что? – тут же встрепенулся Эмиль. – Второй Консул, конечно, влиятельная фигура, но зачем его убирать? Я не вижу в этом смысла. В конце концов, если бы это была очередная акция устрашения со стороны Федерации, то они организовали бы громкое покушение и постарались, чтобы о нем узнала вся планета. А так… Мы ведь даже тела не нашли.

– А почему ты сразу думаешь о политическом убийстве? – даже привстал в кресле Вернер. – Разве непременно нужно везде искать заговор?

– Действительно, это же твоя прерогатива, – усмехнулся Эмиль.

– Все прекрасно знают, что с недавних пор Рауль завел привычку гулять по городу, – продолжал Вернер, не обратив внимания на выпад в свой адрес. – В одиночку, заметьте! Охрану он с собой не брал! Неужто вы не допускаете мысли, что его попросту могли прирезать в каком-нибудь темном переулке… ну хотя бы с целью ограбления – вы же помните, Рауль всегда несколько злоупотреблял украшениями, и весьма дорогими! Я знаю, вы сейчас возразите, что человеку с Блонди справиться сложно, но когда людей много, а Блонди один… А если они ещё и вооружены и нападают неожиданно, то…

– Мы поняли, Вернер, спасибо, – поспешил прервать Кристиан разошедшегося не на шутку подчиненного. – Но куда в таком случае делось тело?

– В канализацию! – фыркнул Вернер. – А ещё, представьте себе, в трущобах водятся крысы! За двое суток они могли так обглодать…

– Спасибо, Вернер, достаточно!!! – остановил Кристиан, заметно зеленея и усилием воли возвращая желудок на место.

– Да, крысы – это напасть, – подал голос Алан. – Эпидемиологическая обстановка более чем в половине районов города отвратительная. А справиться с этими тварями решительно невозможно. Я много раз обращал на этот факт внимание Рауля, но всё время находились более важные дела…

– Мы сейчас обсуждаем несколько иную проблему, – мягко напомнил Кристиан. – Версия Вернера кажется мне вполне приемлемой, хотя и несколько… э-э…

– Неаппетитной, – подсказал Эмиль. – Что ж, я согласен, версия заслуживает право на существование. Однако в этом случае тела нам не найти, а значит, смерть Рауля так и останется не более чем предположением.

– Ещё варианты? – уныло поинтересовался Кристиан.

Последовательное были обсуждены ещё несколько дохленьких версий, в том числе: бегство с Амои (когда, как и, главное, зачем?!), плутание в пустыне (опять же, какого черта бы Рауля туда понесло?), а также ещё парочка совершенно фантастических предположений вроде визита инопланетян и тому подобной чуши.

Версии иссякли. Воцарилось молчание. Наконец слово взял молчавший до сих пор глава энергосистемы Амои. Звали его Людвигом, а фамилия у него была на редкость подходящая для такой должности – Вольт, – что служило неиссякающим источником для шуточек всякой там желтой прессы.

– А не допускаете ли вы, господа, возможности, – произнес он, – что Рауль Ам не был ни убит, ни похищен, не заблудился в пустыне, а попросту решил сам свести счеты с жизнью?

– Что?! – вытаращились на него остальные Блонди.

– А что в этом такого уж невероятного? – пожал могучими плечами «главный рубильник планеты», как его иногда называли в прессе (прозвище несколько двусмысленное – что и говорить, нос у Людвига Вольта и в самом деле был самую малость великоват). – Рауль, на мой взгляд, всегда был чрезмерно эмоционален, а в свете последних событий… вы понимаете, о чем я, господа?

Господа понимали. Алан попробовал было заикнуться о том, что депрессия у Блонди – это нечто, не укладывающееся в рамки современной психологии, но его никто не слушал. Все прекрасно знали, в каком жутком настроении пребывал последние несколько недель перед исчезновением Второй Консул, и причина такого настроения тоже была всем известна. Ни для кого не являлось секретом, как именно Рауль Ам относился к своему непосредственному начальнику, Первому Консулу Амои. Его гибель стала для Рауля личной трагедией, и об этом опять-таки знали все.

– Положим, этот вариант тоже вполне заслуживает признания, как ни странно это сознавать, – вздохнул Кристиан. – Конечно, снова возникает вопрос, где же тело, но…

– Но кто знает, куда мог забрести Рауль, – мрачно закончил фразу Эмиль.

– В городе полно крыс, – подхватил Вернер. – В принципе, они могут управиться и за сутки. А ещё я слышал, что обитатели трущоб иногда и сами не брезгуют…

– Прекрати, Вернер, – нервно произнес Кристиан, чувствуя, как желудок снова подкатывается к горлу.

– Так или иначе, всё это не более чем домыслы, – подвел итог Людвиг Вольт. – У нас нет доказательств гибели Рауля, но и живого его никто не видел. Вывод?

– Вывод – ждать сколько положено по законам Амои, затем объявлять Рауля без вести пропавшим, если, конечно, тело не будет найдено или он сам не объявится, что маловероятно, – мрачно ответил Кристиан. – Только тогда Юпитер назначит нового Второго Консула. Пока же обязанности Рауля продолжит исполнять Алан, его заместитель.

Алан тихо застонал, но на него не обратили внимания. Впрочем, Алан почти сразу же воспрянул духом.

– Хорошо, – со вздохом сказал он. – Я хотя бы попробую расправиться с крысами, иначе дело рано или поздно кончится какой-нибудь эпидемией. Вы же не хотите, чтобы у нас были неприятности?

– Я пришлю тебе одного своего сотрудника, он знает, где этих тварей больше всего, – встрял Вернер. – В принципе, эпидемия – это не так уж плохо, монгрелов расплодилось сверх всякой меры.

– Ну да, а если заболеет кто-нибудь из граждан, все шишки посыплются на нас с Аланом? – ехидно заметил Эмиль. – Или ты предлагаешь ввести обязательные прививки для всех граждан от чумы… или что там разносят крысы, Алан? Алан?…

Алан не отвечал. Эмиль отвернулся от Вернера, и как раз вовремя – дверь неторопливо открылась, и на пороге воздвигся… Рауль Ам собственной персоной. Насколько могли судить замершие в столбняке Блонди – совершенно живой и здоровый, и даже более того – пребывающий в отличном расположении духа.

– Добрый день, господа, – вежливо сказал Рауль. – Внизу я встретил Себастьяна, он сказал, что вы меня зачем-то искали. Что-то случилось?

Ответом ему служила гробовая тишина. Кристиан молча смотрел на Рауля стеклянными глазами, Вернер беззвучно открывал и закрывал рот, как выброшенная на берег рыба, у Алана нервно дергалось веко. Эмиль ошалело переводил взгляд с Рауля на остальных и обратно. Только Людвиг Вольт, самый старший из всех присутствующих, сохранял видимость спокойствия. Впрочем, речь отказала и у него.

Так и не дождавшись членораздельного ответа, Рауль пожал плечами, и, картинно отбросив назад золотые локоны, произнес:

– В таком случае позвольте откланяться. Полагаю, у меня накопилось немало дел. Алан, жду тебя в моем кабинете. Всего доброго, господа.

Оставив за спиной пять живых статуй, Рауль спустился несколькими этажами ниже, чтобы пройти к себе. В обширном холле он вновь наткнулся на Себастьяна Крея, удобно расположившегося на диване у огромного окна, откуда открывался великолепный вид на Танагуру. В руках у Крея был бокал с вином, а рядом, понятное дело, расположилась та, кого он именовал «элитной пет». (Когда Себастьян Крей говорил, что его ждут неотложные дела, он вовсе необязательно имел в виду дела, напрямую связанные с его служебными обязанностями. Что-что, а играть словами он умел виртуозно.)

– Не пойму, зачем я им понадобился, – недоуменно сказал Рауль, остановившись рядом с Себастьяном. – Никто так и не сказал мне ни слова…

«Элитная пет» покатилась со смеху и чуть не подавилась вином, но ни её хозяин, ни Рауль отчего-то не обратили внимания на столь дерзкое поведение живой игрушки, словно это было в порядке вещей.

– Скажи, откуда взялась кровь на клавиатуре? – полюбопытствовал Себастьян словно невзначай.

– Глупо получилось, – дернул плечом Рауль. – Представляешь, ухитрился порезать палец кромкой бумаги…

– Позволишь поинтересоваться, где ты пропадал? – произнес Себастьян, разглядывая на свет бокал с вином. В глазах у него плясали веселые искры.

Рауль открыл было рот, но ничего не ответил. Потом всё же сказал:

– Я думаю, ты и так догадываешься.

– Разумеется, – кивнул Себастьян, демонстративно снимая с рукава Рауля средней длины каштановый волос и принюхиваясь. – Тоже мне, бином Ньютона… Красиво, кстати, ушел, я бы сам лучше не смог. А камеры слежения кто отключал?

Рауль едва заметно покраснел и поспешил сказать:

– Я… я тороплюсь. Боюсь, дел накопилось невпроворот. Всего доброго, Себастьян.

– До встречи, – улыбнулся Себастьян, возвращаясь к прерванному занятию.

Рауль быстрым шагом направился к лифту, не переставая удивляться: многие встречные при виде него округляли глаза и начинали переглядываться с довольно шокированным видом.

– Я за него рад, – сказал Себастьян, когда Рауль скрылся из виду. – Вот только интересно, во что все это выльется?

– Мне тоже, – ответила «элитная пет». – Так что там насчет алюминия, который надо провезти под видом чугунных труб?…