Текст книги "Принцесса Сарнгейта.Часть 2 (СИ)"
Автор книги: Эльза Скарлетт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 39 (всего у книги 57 страниц)
– Я рад, что ты всё же принял обязанности своего отца именно сейчас, – сказал мне дядя, подходя ближе. – Нас ждут трудные времена… Но вместе мы справимся…
– Может, меч признает Бентана? – предположил я, желая как-то утешить дядюшку, хотя сам не верил в то, что говорил. Читая родовые легенды, я знал, что Разящий обладает весьма своевольным характером.
– Бентана? – переспросил король, подняв бровь. – Я трезво смотрю на вещи, Корин. Бентан не сможет править без сильной поддержки и хороших советников. А выбирать их он так и не научился… Он переменчив в своих решениях. И даже если я подготовлю для него эту опору, боюсь, его самолюбие однажды снова возьмёт верх, и на место опытных и доверенных управленцев придут другие… более хитрые и менее умные. Королевству не пережить его правления, а Разящий никогда не признает такого хозяина.
– Бентан пытается исправиться, – решил поддержать я брата скорее из родственных чувств.
– Поздно! Слишком поздно… Пока я жив, ему не видать короны. Я уже принял решение. У меня надежда лишь на… того ребенка, что в утробе королевы… Или на внуков.
…
В Сарнгейт пришлось вернуться лишь к вечерней тренировке курсантов. Нужно было решать, что делать с нашими пленниками. Держать их в форте ди Биер долго было нельзя, а артефактора и безумного лекаря нужно было допросить.
Но от обязанностей капитана меня никто не освобождал. И сегодня наступил тот день, когда можно было наконец начать готовить курсантов к сплочённой работе и учить стратегии. Для этого позвали отряд солдат, которые сейчас смотрели на практикантов со снисхождением. Это уже были опытные бойцы, которые знали, что такое война.
– Смирно! – отдал команду лейтенант, как только я появился на полигоне.
– Ну что, курсанты, сыграем в игру? – улыбнувшись знакомым и незнакомым взглядам, спросил я. Адепты смотрели с интересом и настороженностью. – Перед вами тридцать опытных бойцов Сарнгейта. Воины, которые знают, что такое сражение и как нужно драться, пребывая в меньшинстве. Вас разделят на пять отрядов по десять существ. Задача каждого отряда будет забрать флажок у соперников на другом краю поля. Против каждого отряда будет всего шесть солдат. Дважды использовать одну и ту же стратегию запрещено. Приступить к выполнению задания!
Инструктора разделили курсантов. Первая десятка сама вызвалась быть первой и вышла на поле. Я занял позицию посередине, чтобы наблюдать и остановить состязание, если это потребуется. За курсантов отвечал я, а солдатам было приказано новичков не щадить.
– Приготовились! – крикнул лейтенант Миторис, подняв руку. – В бой!
И адепты ринулись к солдатам, что спокойно стояли вокруг своего флажка и неспешно вынимали оружие.
Была ли хоть какая-то тактика и стратегия у курсантов? Наверное, да, так как основные силы они бросили на сражение с солдатами, а с правой фаланги быстрый эльф попытался обойти бойцов, чтобы забрать флажок. Он не собирался сражаться и, набрав скорость, нёсся к цели. Но клин, выстроенный солдатами, был тем и хорош, что обойти его было сложно, и бойцы, стоящие в тылу, надёжно защищали своё знамя. Первый воин в клине принимал основной удар на себя, поэтому это был шокан, самый большой и сильный с виду член этой шестерки. Когда волна курсантов приблизилась за несколько метров к нему, шокан развернул цепь, отбросив её назад, и с боевым кличем ударил ею по ногам бегущих адептов.
– Как кегли в игре с палками, – высказал свое мнение Миторис.
Действительно, четверо адептов, взлетев над землей, рухнули, задетые цепями, и выбыли из едва начавшегося состязания. У остальных пыла поубавилось, и они замедлились, потому расправиться с ними для опытных бойцов не составило труда. Бегуна остановил гном, сшибив брошенным молотом.
– Стоп бой! – дал команду лейтенант, когда все курсанты оказались в пыли, а наблюдающие зашептались и поумерили свой боевой настрой.
– Вторая десятка, к бою!
Пока шло следующее сражение, я почувствовал приближение Леи сзади. Чтобы не показывать, что я могу её ощущать, сделал вид, что не знаю о её приближении, и обернулся лишь тогда, когда робкая ладонь прикоснулась к моему локтю.
– Что ты тут делаешь? – задал я вопрос, уверенный, что Лея работает в мастерской.
– Я закончила. Остается лишь ждать ночи для последнего заклинания, – ответила она. – И я тоже хочу участвовать в состязании.
– Да! Мы чуть не пропустили такое веселье! – задорно поддакнула Алигиэрин, топчась рядом.
Вообще-то я устроил именно это испытание сегодня, уверенный, что Лея будет занята. Не хотелось мне видеть, как её случайно калечат. А троих из первой десятки уже унесли в госпиталь, поэтому молчал.
– Пусть участвуют, – раздался голос сзади.
Обернувшись, мы все увидели лорда Сореля в компании каптенармуса. Его решение тут было выше моего, и возразить мне было нечего, как бы я ни хотел.
– Стомиан! – позвал я друга, что вместе со своей командой готовился к следующему бою.
Дракон подошёл к нам.
– Принимай ещё двоих участников, – сказал я, взглядом указав на девушек.
Его ответный взгляд говорил о многом и выражал абсолютно всё то же, что думал я.
– Их двенадцать! – возмутился кто-то рядом. – Больше, чем в остальных группах!
Сказала это рыжеволосая инструктор, которая, так же как и мы, следила за состязанием. Лея прямо впилась взглядом во вредную девушку, и в ее глазах отразилось нечто опасное.
– Точно! – согласился Сорель. – Прибавьте двух игроков и к соперникам.
– Две девушки и два опытных солдата – неравнозначный обмен, – заметил Миторис, немало удивленный таким решением.
– Ты тоже не сильно от девки отличаешься, темноволосый! – рыкнула на него Алигиэрин обидевшись. – Смазливый, как моя старшая сестра, и дерёшься, небось, так же… Больше шума, чем дела.
Эльф опешил от такого.
– Восемь против двенадцати – вполне равнозначный бой, – заявил Сорель. – У вас три минуты на подготовку…
Стомиану ничего не оставалось, как увести своих новых бойцов к остальным. Его группа выглядела не самой сильной. Кроме мощного дракона, изящного Элдрина, вертлявого Рифа и спокойного Тирела, в неё вошли шесть гоблинов и теперь две девушки.
Гоблины были невысокими, ростом почти с гномов, но гораздо меньше в плечах и по силе. А ведь они были креолами и отличались от представителей своего народа, будучи гораздо крупнее соплеменников.
Я не контролировал разделение адептов и не мог знать, почему сложилось именно так. Но сейчас, вместе с девушками, команда выглядела одной из слабейших. Оставалось надеяться, что Стомиан, Тирел и Элдрин придумают действительно хорошую стратегию. Мне оставалось только наблюдать за этим.
Бойцы вышли на поле и построились. Восемь солдат, взяв щиты, плотно сомкнули их перед собой. Такой заслон силой и мечом было не пробить. Они будут теснить курсантов до самого края поля, тем более что адепты щитов брать не стали, а выстроились своеобразно. Риф и Элдрин остались позади остальных у своего флажка, собираясь защищать своё знамя. Остальные – посередине поля, образовав единую линию. Чуть позади, за их спинами, стояла Алигиэрин, ехидно улыбаясь и смотря на бойцов, словно на мясо. И посередине стояла Лея, весело помахав высоко над головой солдатам. Возможно, она кого-то из них знала, а может, и всех, так как наблюдающие из служебного состава стали ей одобрительно кричать, подбадривая свистом.
– Солдаты, – обратился к гарнизонным фельдмаршал. – Если победите в этом бою, дам день увольнительной!
Что ж, если Лея и рассчитывала на снисхождение к своей команде из-за знакомства с кем-то, то его не будет. Ничто так не мотивировало служащих, как дополнительный выходной. И будто в ответ на это, строй сомкнул щиты плотнее.
Девушка показала дядюшке язык в ответ. Это развеселило наблюдателей.
– Никакого почтения к старшим, – пробурчал герцог.
– Так и ты, ваше главнокомандство, не честно поступаешь, – хмыкнул каптенармус.
– Приготовиться! – отдал команду Миторис, подняв руку.
Щиты приподнялись, а адепты приняли стойки для старта, собираясь брать стену напролом.
– И на что они рассчитывают? – услышал я позади себя.
Брать стену напором действительно было глупо. Посередине стоял Стомиан, и его фигура возвышалась над всеми, привлекая внимание, прежде всего, к себе. Он выглядел мощно и единственный из всех, кто смог бы действительно потеснить солдат. Гоблины на его фоне казались карликами-недомерками. Тирел отчего-то оказался с краю, на фланге, а не рядом с драконом.
– В бой! – прозвучала команда, и адепты дружно рванули на щиты.
На что рассчитывала команда Тома, стало понятно, когда произошло столкновение. Совместное заклинание тарана курсантов столкнулось со щитами, усиленными магией солдат, и строй изогнулся, норовя распасться. Гарнизонные перехватили их покрепче, и уперлись ногами в землю, в то время как атакующие, с другой стороны, плечами и руками упершись в заслон, пытались их потеснить силой, помноженной на магию. Гоблины выкладывались так, что вызывали уважение и разбивали в прах мнение об их недееспособности.
Но солдаты не были неопытными, и яростным наскоком их было не смутить. Собравшись, они сплотились. И по команде, с шумным выдохом и боевым кличем, стали продвигаться вперед шаг за шагом.
И тут побежала Лея, стремительно набирая скорость. К ней навстречу обернулась Алигиэрин, державшаяся все это время позади товарищей. Дроу наклонилась и подставила руки, подкинув свою подругу высоко в воздух. Я же понял, что наследная герцогиня начала осваивать левитацию, так как смогла продлить свой полет и, сделав невероятный кульбит, перелетела через строй противников, упав в кувырке на землю.
Солдаты поняли, что теряют инициативу. Они отвлеклись на противостояние за стену и совершенно забыли об остальных игроках. Кто-то отдал команду догнать и задержать артефактора. Один из крайних эльфов бросил щит и, развернувшись, кинулся за герцогиней. Строй начал распадаться. Курсанты ждали именно этого момента. Под команду Тома бытовая магия гоблинов, совмещенная с боевой, стала разрушать щиты, превращая их в труху. Стомиан огненным заклинанием разбил центральную часть стены и вступил в бой, с невероятной мощью нанося удары по противникам. Тирел пробил щит крайнего солдата рукой, будто копьём, и тому пришлось отшвырнуть его в сторону, защищаясь.
С этого начался бой оружием и заклинаниями.
В этот момент одному из солдат-орков удалось отшвырнуть двоих гоблинов и прорваться сквозь адептов. Теперь он на всех парах несся к флажку курсантов, где его приготовились встречать Элдрин и Риф, принявший полуоборот. Теперь чёрный полуволк кинулся, яростно рыча, на орка. Орк отшвырнул оборотня ударом остатков щита и встретился своим мечом с глефой Элдрина.
С другого края поля Лея поднялась и попыталась убежать от быстрого эльфа. Но он снова сбил её с ног заклинанием, и девушка упала, одновременно оборачиваясь. Эльф занёс алебарду над ней, и я сам едва устоял на месте, когда она завизжала. Солдат замер, смутившись от пронзительного крика, и ему в живот тут же прилетел каблук ботинка, направленный точно в солнечное сплетение, блокировав магическую искру сильнейшим ударом. Эльф шумно выдохнул и согнулся, падая на колени. Лея же поднялась и побежала, как ни в чём не бывало, дальше.
– Девчонки… – выдохнул шокан-каптенармус, комментируя это. – Кого угодно доведут до белого каления и уложат… в горизонтальную плоскость, – эльф упал лицом вперед и действительно оказался в горизонтальной позиции. На что Миторис хмыкнул, соглашаясь с ним.
Бой посередине поля шёл отчаянный, но, как ни странно, равный. Опыт не мог справиться с молодостью и желанием непременно победить. Элдрин сражался вместе с Рифом с огромным орком. Он уже успел натренироваться со своим новым оружием и сейчас вертел им вокруг себя, блокируя удары меча, орудуя то одним концом, то другим.
Стомиан руководил сражением посередине, командуя гоблинами. Тирел и Алигиэрин объединили усилия, не давая солдатам прорваться на помощь к орку. Но бой солдатами уже был проигран, потому что Лея, уходя от заклинаний, которыми её пытались сбить и связать соперники, достигла флажка, сорвав его и подняв двумя руками над головой, припрыгивая на месте от радости и демонстрируя победу.
– Стоп бой! – раздалась команда Миториса, и все опустили своё оружие.
Все, кроме Элдрина и орка. На них команда не подействовала, и они продолжили свой бой.
– Эй! – выкрикнул в их сторону инструктор-дроу. – Вам уши позакладывало?
И лишь после этого бойцы неохотно остановились.
– Стройся! – прозвучала команда в сторону сражавшихся. Бойцы, побитые и грязные, устало потянулись к нам, выстроившись в две шеренги. Слева встали адепты, справа – солдаты.
– Курсант Ризгас, старшина Ророган, курсант Хардин, выйти из строя! – сказал каптенармус.
Названные сделали шаг вперёд.
– Сегодня вы отрабатываете наказание в конюшне, – объявил фельдмаршал. – Курсант Ризгас и старшина Ророган – за непослушание командам офицеров. Курсант Хардин – за непочтение к старшим офицерам.
На фельдмаршала смотрели с осуждением, но возражать никто не взялся.
– Хороший был бой… Курсанты молодцы! Ваша награда – увольнительная на полдня. В последний день недели, после сдачи норматива, можете покинуть гарнизон. Та же награда будет ждать все остальные команды, которые ещё станут победителями.
Рады были все. А остальные адепты зашептались, воодушевлённые первой победой и таким решением.
– Продолжайте, капитан Тенебрей. Хорошая тренировка, – сказал Сорель и пошёл в сторону адмиралтейства.
Я же встретился взглядом со своим артефактором. Она ничуть не сожалела об отработке. Но сожалел я. Хотел бы, чтоб Лея занималась другим, но она умудрялась встревать в неприятности постоянно, так было и в академии.
– Следующей группе: приготовиться к бою! – отдал команду Миторис.
И пока адепты и солдаты выходили и готовились, к нам присоединились девушки, и остальная моя команда, забравшись дружно на ограждение полигона.
– Пирожные есть? – услышал я вопрос позади себя.
– Тоже убирать конюшню захотела? – задал вопрос мой лейтенант, оборачиваясь к ней. – Соблюдай устав, курсант, хватит и того, что ты меня девкой назвала!
– Не называла. Я сказала «как», а остальное ты сам додумал, – ответила дроу.
– Вы! – напомнил о субординации эльф, подходя ближе. – Я – лейтенант! И обращаться ко мне нужно соответствующе!
– Все ждут вашей команды, лорд-лейтенант, – расширив глаза в показном ужасе, ответила Алигиэрин, смотря на эльфа с долей пренебрежения.
Лейтенант развернулся и, не став заострять конфликт, вернулся к своим обязанностям.
– Куда в тебя столько пирожных лезет, Эрин? – спросил патетически Элдрин. – Растолстеешь же!
– Зато стану толстой и счастливой, – ответила графиня. – Если лорд Тенебрей будет кормить меня пирожными каждый день, я готова выйти за него замуж!
Я обернулся и посмотрел на дроу. Кажется, она испытывала терпение каждого, кто её окружал.
– Не помню, чтоб вам делал предложение, леди Триварин.
– Ну, так вы и не кормите меня пирожными каждый день! Как станете, тогда и поговорим более предметно, ваше темнейшество. Я буду торговаться… И меньше, чем на два пирожных в день не соглашусь, предупреждаю сразу!
Ясно! Это была лишь игра слов со стороны несносной тёмной эльфийки. И я вернулся к наблюдению за боем.
– Будут тебе пирожные, Эрин. Только оставь Корина в покое, – услышал я недовольное бурчание от Элдрина.
Из пяти команд ещё одной удалось сегодня победить. Это был хороший результат. Дав задание каждой группе адептов разобрать ошибки в своём бою и проанализировать их, я отпустил всех на ужин. А после позвал Стомиана и Лею в артефакторскую лабораторию. Правда, явился и Риф, Тирелу пришлось заступать на очередное дежурство в госпиталь, а Элдрин умчался по своим делам в неизвестном направлении.
Я с некоторым волнением наблюдал, как Лея берет кровь из пальца дракона и пытается заставить кольцо работать.
– И что это вы делаете? – поинтересовался Риф, расхаживая по пустой мастерской.
– Чиним древний артефакт, – ответила Лея, колдуя над довольно простенькой золотой печаткой.
– Почему тогда нужна кровь Тома?
Лея не стала отвечать, а сам Стомиан прикусил губу.
– Много будешь знать – не состаришься, – ответил я пословицей.
– А! Ясно…
Риф не был так любопытен и настойчив, как остальные. Элдрин и Тирел, наверное, догадались бы, почему именно кровь Тома нужна для этого. Возможно, догадывался об этом и сам дракон. Но молчал, понимая, что вряд ли ему скажут правду, если сразу никто ничего не объяснил.
Травы наполнили помещение запахом, а три очень маленьких камня: рубин, изумруд и желтый бриллиант, вделанные в украшение, медленно, но верно наполнились сиянием, и металл почернел.
– И что теперь мы имеем? – спросил Риф. – Это какой-то боевой артефакт?
Лея с шумом набрала воздух в легкие. Только теперь остальные обратили внимание на значение артефакта. До этого всех интересовало другое. Герцогиня промолчала, но её уши тут же покраснели, а на щеках появился румянец стыда.
Что поделать, если король Себастиан дал моему дяде когда-то артефакт, повышающий либидо и делающий мужчину привлекательнее для женщин. Прекрасная шутка в мужском понимании, но ужасно постыдное магическое приспособление в женском представлении.
– Ну… Наверное, у кого-то ночи станут интереснее и длиннее, – ответила графиня Триварин на вопрос.
Риф часто заморгал и перевёл удивлённый взгляд с меня на Стомиана.
– Ладно, вы тут общайтесь… А мне ещё в конюшне убирать и чистить лошадей, – сказала Лея, вставая и направляясь к выходу.
– Я с ней, раз пирожных нет… Извините, у нас свои дела и секретики… – тут же поспешила за герцогиней Алигиэрин.
– Не лучшая тактика в общении с девушками, – почесав себя в затылке, поделился своим мнением оборотень с нами. – Я, конечно, всё понимаю…
– Риф, просто заткнись, – прошипел Стомиан. – Корин, ну я когда-нибудь узнаю, что это означает?
– Узнаешь, – кивнул я, забирая кольцо. – Но не сейчас. Прости.
Глава 37
Дядю я нашёл в личных апартаментах.
Королевская чета наслаждалась тихим зимним вечером и обществом друг друга, сидя перед горящим камином. Тётя вышивала, а дядя читал.
– Как вы себя чувствуете, тётя? – спросил я после приветствия, опускаясь на колено и целуя руку.
– Всё хорошо, Корин, – ответила нежным, родным голосом Мишель и погладила меня по щеке. – Надеюсь, и у тебя всё хорошо. Ты редко заходишь, – упрекнула она меня.
– Вы же знаете, моя королева, у меня много обязанностей… Дядя, я пришёл отдать вам это, – с этими словами я вернул кольцо королю.
– Что это значит, Корин? – спросила тётя, нахмурив брови. – Я помню эту неприятную вещицу…
– Дорогая, это не то, что ты подумала, – тут же испугался дядя реакции своей жены. – Кольцо было не рабочим. Корин сегодня его попросил у меня.
– А тебе зачем? – спросила не менее строго у меня тётка.
– Ваши Величества, артефакт короля Себастиана заработал от крови его наследника. Сам артефакт не имеет никакого значения, важно то, что мы нашли истинного наследника драконьего престола.
Король задумчиво забрал кольцо.
– Истинный наследник, говоришь? У Себастиана не было детей, насколько я знаю.
– Один всё-таки был. И сами драконы об этом знают. Потому лорд дир Аскурк так настаивал отдать ему дракона из нашего королевства. Он узнал об этом раньше нас и пытался обхитрить, используя вашу неосведомлённость.
– Вот как? – Король стал ещё задумчивей, продолжая смотреть на кольцо. – Кто это?
– Адепт пятого курса столичной академии, состоит в моей команде по магическим играм. Сильный дракон и один из лучших адептов академии. Он думает, что сирота и учится по квоте тёти Миарани. Короля Себастиана и королеву Антурию убил брат короля, Дрион дар Харагант. Антурия родила яйцо и спрятала его в горах, поэтому дракончика никто не нашёл, и все подумали, что он погиб с родителями. Стомиан не знает своего происхождения.
Король поднял на меня взгляд.
– Драконий наследник всю жизнь считал, что он из простонародья? – спросил он и, получив мой утвердительный ответ, сказал: – Значит, он не готов к правлению, не знает этикета и ничего не понимает в политике и экономике… Плохой наследник для огромного, сильного королевства.
– Этому можно научить, дядя, – заметил я. – Дейранар остаётся всё ещё враждебен к нам, и это подтверждается их деяниями. В самом королевстве ситуация нестабильна, и не все вассалы довольны нынешней властью. Они не хотят ещё одной войны, которая будет длиться годами. Им достаточно уже того, что они теряют территории в войне с демонами. Если появится тот, кто может бросить вызов королю, и в нём драконы могут увидеть надежду для себя, в Дейранаре может поменяться власть.
Королевская чета была удивлена. Я не произнёс ничего из того, что дядя не понимал сам. Но чтобы мысли переросли в дело и обернулись намерениями, их нужно иногда озвучить.
– Мне нужно подумать, – пробормотал король. – Сейчас король, признанный аристократией, – Дрион. Смена власти никогда не происходит безболезненно для королевства. Когда я принял правление, то несколько лет вокруг меня плелись интриги, которые обернулись заговором. Влезать в дела другого государства – большой риск. А в таких масштабах это уже не просто заговор…
– Посол тоже для каких-то целей желал получить Тома, чтобы использовать его в своих целях вслепую.
– «Тома»? – переспросила тётя. – Вы так хорошо знакомы?
– Стомиан Гохре – мой друг, – признался я.
– Познакомь нас с ним, – попросила королева, смотря на меня своими лучистыми от тепла глазами. – Он должен быть хорошим драконом, если смог понравиться тебе.
Король глянул на жену искоса.
– Познакомиться действительно не мешало бы, – согласился он. – Я хочу увидеть наследника Себастиана. Сохраним пока эту тайну от всех и самого этого молодого ящера. У драконов свои порядки и правила передачи власти, наследник должен быть действительно силён, чтобы победить родного дядю.
…
Тренировку с Сорелем пришлось проводить уже поздним вечером. Драться мы не стали, у меня ещё не зажила рана на боку, чтобы это делать. Зато фельдмаршал показал мне заклинание костяного доспеха, и я не успокоился, пока у меня не вышел полноценный нагрудник и шлем.
Заклинание было действительно энергозатратным. Но у нас была не такая магия, как у светлых. Заклинание можно было усовершенствовать, и я понял это, пока тренировался его создавать, решив заменить некромантскую составляющую на магию тьмы. Моя тьма уже не раз норовила принять форму, и можно было её преобразовать в защиту. Несомненно, я займусь этим в ближайшее время и доведу до совершенства, преобразовав его структуру.
Возвращаясь в свои покои, я заметил свечение в саду. Сегодня днём буря стихла. От старожилов Сарнгейта я слышал, что это на время, так сказать, небольшая передышка перед ещё более сильной бурей, но небо просветлело, и обе луны были видны. Сияние среди деревьев было отчётливым, и, повинуясь внезапному порыву, я пошёл в ту сторону.
Меня всегда восхищала магия Леи. Я уже наблюдал, как она создаёт матрицы и плетёт из тонких потоков заклинания. Это всегда было по-разному и всегда завораживало. Её аура была тёмной с золотыми всполохами и переливами. Меня очаровывало, как стихии откликались на её призыв и насколько послушны были в её руках.
Я замер в тени деревьев, боясь помешать.
– Пирожные принёс? – услышал я вопрос, и рядом возникла Алигиэрин.
– Вообще-то, они были не для вас, леди Триварин.
– Я знаю, как и фрукты, что ты вечно носишь… Но Лея их не ест.
– И ты их ешь из жалости?
– Естественно! Ну… конечно, не только из жалости. Но пропадать им незачем.
Я посмотрел на девушку.
– Вы, кажется, сдружились?
– Не точное определение, – не согласилась Алигиэрин. – Но герцогиня Хардин мне нравится. Да и вообще наблюдать за всеми вами… интересно.
Мулга замолчала и посмотрела на меня очень серьёзным взглядом.
– Ваше Сиятельство, я хотела спросить: что будет, когда наш уговор с вами будет выполнен? Леди Хардин действительно способная, она быстро запоминает. Оттачивать удары и приёмы можно годами, главное – их знать…
– Я держу своё слово, – ответил я. – По окончании практики вы вольны делать дальше, что пожелаете, леди Триварин.
– Тогда я бы хотела получить должность в столице… Хочу пойти на службу в Тайную стражу.
Я молчал, удивлённый такой решимостью.
– Для этого сначала нужно закончить обучение, – заметил я.
– Верно, – согласилась эльфийка. – Помогите мне перевестись в Изрегейт, лорд Тенебрей. Мой отец… Он будет против. Он привык держать свою семью при себе и считает всех нас своей собственностью, которую можно использовать, как пожелается. Сейчас я для него всё равно паршивая овца, которая ни на что не годна. Но, даже не имея особой ценности, он не даст мне делать то, что я захочу.
– И?..
– Я хочу освободиться! В тайной страже есть агенты-женщины, я точно знаю. Моя тётка по матери была одной из них.
– Вы о леди Самии? – уточнил я. – Вы же знаете, чем она кончила?
– Да. Её убили на задании. Но у неё был слабый магический источник, и не было моих умений.
Мысли у меня были по этому поводу довольно противоречивы. С одной стороны, мне не хотелось, чтобы юная девушка выбирала такую жизнь. Служба в тайной страже практически означала военную, и длилась долго, когда подписывался контракт. Она не сможет выйти замуж и обзавестись семьёй, будет вынуждена делать то, что скажут, и жить как скажут, но на благо королевства, а не своего рода.
С другой стороны, найти женщину-тайного агента, что имеет титул и вхожа в высшее общество, – весьма редкая удача. Такими не пренебрегают. Я, как глава внутренней безопасности, приобрёл бы ценного сотрудника с большим потенциалом и всеми необходимыми качествами для агента-тени.
– Отец не будет больше властен надо мной, – продолжила тем временем убеждать меня Эрин. – Это то, чего я хочу. Теперь, когда на мне нет браслетов, ограничивающих магию, он попытается поскорей продать меня замуж. Больше заказов на задания мне не дадут… С моей репутацией, женихов у меня будет не много, так что участь у меня не завидная... Уж лучше пойти в тайную стражу… Будучи агентом, я получу больше, чем если останусь в семье.
В этом Эрин была права. У каждой тени была своя ценность в зависимости от умений. Такому агенту, как Алигиэрин, хватит на тот уровень жизни, к которому она привыкла, а может, даже её жизнь станет в чём-то лучше и свободнее. Женщины-маги на военной службе могли сами распоряжаться своими деньгами, и семья больше не могла оказывать на них влияния.
– Хорошо, – ответил я. – Вы подпишете контракт на следующей неделе. После этого я переведу вас в академию столицы для дальнейшего обучения. Ваша жизнь станет другой, леди. Ваш отец останется опекуном номинально, но уже не сможет без моего согласия распоряжаться вашей судьбой.
Эрин удовлетворенно кивнула и улыбнулась.
– Кажется, Лея закончила, – сообщила она, обернувшись. Это почувствовал и я. Эфир успокоился, и магия больше не бушевала вокруг герцогини.
– Я наконец доделала его, – сообщила мне Лея, когда мы подошли.
Девушка стояла над колларом, лежавшим на бархатной подложке кофра.
– Вы передадите его королю, Ваше Сиятельство?
От этого обращения меня передернуло. Не нравилось мне, когда она говорила со мной официально. Возникало ощущение, будто мы совершенно чужие друг для друга.
– У тебя будет шанс сделать это самостоятельно, – ответил я. – Завтра их величества ждут нас на неофициальный обед. Тебя, меня, Стомиана, Элдрина и Тирела.
Лея удивлённо заморгала.
– Хотят познакомиться с моей командой полностью, – закончил я.
…
Амулет Элине не просто объединял наши с Леей сны, он пробуждал воспоминания, заставляя погружаться в них. Так было в прошлые разы. И если в первый раз я спокойно перешёл из своего сна в чужой, то два последних раза втянули меня в воспоминания глубже.
В этот раз меня ждало одно из тех событий моей жизни, которые я напрочь хотел забыть. И самое неприятное оказалось, что я не мог из него вырваться, продолжая пребывать пассивным свидетелем внутри себя.
Я перенёсся в то прошлое, когда получал высшее магическое образование в первый раз и сейчас был на последнем курсе факультета некромантии. На улице стояла тёплая осенняя пора, и тренировка команды только закончилась. Мы победили в прошлом турнире, и окрылённые триумфом парни стали самоуверенны, наглы и заносчивы.
– О! Смотрите, девчонки! – весело воскликнул орк-проклятийник, отсмеявшись шутке Нариима, эльфа-лекаря. – Нар, твоя Дионора ждёт тебя, как собака хозяина! Я из-за вас не высыпаюсь!
У эльфа были серьёзные отношения с кузиной-третьекурсницей, которые длились все те три года, что они учились в академии вместе. Этим летом у них состоялась помолвка, так что эльфийка практически жила в нашем корпусе. В традицию девушки вошло ждать своего жениха во время тренировки на трибунах, читая учебник, а потом встречать у ворот.
– Что ты несёшь, Дранг? – возмутился лекарь. – Ты можешь не высыпаться из-за нас только потому, что завидуешь, и это не даёт тебе уснуть. И ещё раз скажешь что-то про Дионору, что мне не понравится, получишь по зубам…
Остальные снисходительно улыбнулись. Дионора нравилась Дрангу, и у него это плохо получалось скрывать. Парень чаще держал себя в руках из-за уважения к другу, но от едких завистливых шуточек воздержаться не мог.
– А спорим, вон та эльфиечка ждёт Корина? – спросил всех нас гном Жерах, наш артефактор, чтобы отвлечь от назревающего конфликта. – Говорят, она своего парня со стихийного из-за тебя бросила.
Я поднял взгляд от земли и посмотрел на выход. Девушку я уже несколько раз встречал на своём пути в коридорах. Она действительно постоянно пыталась со мной заговорить и даже предлагала прогуляться по парку.
– Веселей в «Доме лилий» время провести, – заметил на это я, ничуть не заинтересованный тем, кто меня ждёт, и с кем рассталась смазливая эльфийка. От аристократок я держался подальше, а эта с виду была типичной высокородной леди. Это было заметно по тому, как она общалась в столовой с другими адептами. В этом мы с Индрисом, пятым членом нашего коллектива, были солидарны. Он пришёл в команду после того, как академию закончил Инголир.
– Кто она? – спросил стихийный маг.
– Маркиза Суилинь динэ Брионир, дочь младшего принца Итилиена и сестры герцога Миллёра, – ответил гном. – Только поступила на бытовой.
Мы дошли до ворот, и невеста Нариима бросилась ему на шею обниматься, будто видела его сегодня первый раз. Пришлось обходить их стороной.
– Лорд Тенебрей! – услышали мы мелодичный голос. И мне пришлось остановиться. – Лорд Тенебрей, не уделите ли вы мне минутку? – спросила эльфийка, подходя ближе и заискивающе смотря в глаза.
