Текст книги "Альфа-ноль. Все части. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Артем Каменистый

сообщить о нарушении

Текущая страница: 98 (всего у книги 227 страниц)

⠀⠀
^{Глава 27}
♦
Буйство жизни

Я покачал головой и произнес слово, которое учителю не нравилось:

– Нет, великий мастер Тао. Так неправильно, так нельзя. Да и нет в этом нужды. Тайны ученика священны для учителя, тайны учителя священны для ученика. Так было, так есть и так будет. Зачем добавлять к этим тайнам новые? Повторю для вас еще раз: у меня действительно высокая Мера порядка. Невообразимо высокая. Понимаю, что, будучи близки к императорской семье, вы встречали людей с необычно поднятыми состояниями. Но можете не сомневаться, в этом они значительно мне уступали. Поэтому я и получаю столько добычи.

Хорошо сказано. Пафос в отношении учителя и ученика приемлем, но не чрезмерными дозами. А здесь в самый раз, каждое слово к месту.

Тао покачал головой:

– Ли, я видел тех, кто прожил не один век. И как ты понимаешь, это люди высокого положения. Как высоко, по-твоему, они могли поднять свои состояния?

– Я думаю, они поднимали нечто другое. То, что помогало им занимать и удерживать высокое положение. Мера порядка бесполезна, если поднята лишь на несколько десятков. И даже несколько десятков – это очень много. Я же развивал ее с самого начала. Причем развивал в таких условиях, которые этим вашим знакомым и не снились. Сейчас уровень у нее далеко за сотню. За две сотни. Ладно, даже за три. Теперь вы понимаете, учитель, о чем я?

– За три сотни… понимаю… И нет… не понимаю… Я вижу у тебя другие цифры. А от меня очень трудно скрыть истинные. И гораздо труднее скрыть такую разницу. Это много, Ли, это невообразимо много.

– Учитель, мы действительно зря тратим время на пустые разговоры. Посмотрите на мой ПОРЯДОК сейчас. Загляните в него на минутку.

Да, я сделал то, что обещал себе никогда не делать. Снял маскировку с параметров. Вопиющее нарушение конспирации. Но чем я, в сущности, рискую? Люди, подобные мастеру Тао, скорее сами себя на куски порежут, чем выдадут своего ученика. Здесь так принято. Да и кто у них спрашивать будет? Связать меня с этим человеком невозможно, или почти невозможно.

А он, увидев мою подноготную, должен наконец понять, что меня слушать надо, а не сомневаться.

Выждав минуту, я решительно закрыл параметры, после чего накинул уже давно настроенную «обманку». То есть стал смотреться как и прежде – альфой средней паршивости, ничем не примечательным.

Мастер больше не видел моих показателей, но оставался в той же позе, не шелохнулся. И глаза его застыли, уставившись в одну точку. Я даже начал подумывать потрогать его за плечо, как тут он самостоятельно «ожил».

Заговорил голосом, в котором даже маска не могла скрыть намеки на крайнюю степень изумления:

– Ли, я видел многое. Очень многое… Но такое… Я конечно же не сомневался, что с тобой что-то не так. Но не настолько же… Как это вообще возможно?!

– У меня была непростая жизнь, учитель. Рассказывать придется долго. Но нужно ли это? Вы видели мой ПОРЯДОК и теперь понимаете, что я действительно смогу вам помочь. Моя биография сейчас не имеет значения.

– Ты прав, Ли. Прошу простить меня за неуместное любопытство. Но я никогда не видел такого показателя Меры порядка. Я даже не слышал о таком. Не представляю, на что способно такое значение. Мне хотелось бы поточнее знать, какова вероятность получения искр жизни. Я не о малых искрах говорю, мне нужны другие. Ты сможешь рассказать подробности?

Я пожал плечами и указал на вещмешок:

– Учитель, вот все, что вам надо знать. Вы видите, я добываю много. Сказать точно, сколько чего выпадет, не смогу. Если в существе есть шанс добычи нужного вам трофея, я получу это с высокой вероятностью. Но гарантии нет, всегда можно остаться ни с чем.

– А можно как-то поднять вероятность при такой Мере? – спросил мастер.

Я снова пожал плечами:

– Способ есть, и он всем известен. Надо выбирать противников посерьезнее, из которых даже человеку со слабой Мерой или вовсе без нее может выпадать по два и больше нужных трофеев. Если вы знаете, где такие водятся, придется сходить.

– Знаю, – кивнул Тао. – Но есть проблема.

– Какая?

– Дойти будет непросто.

Я загадочно улыбнулся:

– Вы еще не все мои тайны видели, учитель. Как-нибудь доберемся.

⠀⠀

Высказавшись так, я не очень-то бахвалился. Ведь дважды два легко сложить. Мастер Тао здесь бывал уже не раз и до сих пор жив. Узнать о том, где водятся самые опасные обитатели осколка мира, он мог только на личном опыте. То есть уже добирался до них, возможно, неоднократно, после чего благополучно возвращался. И так как я не считаю себя ни якорем, ни плугом, из-за меня дело не затормозится.

Наоборот – сплошная польза. Даже, возможно, двойная. Потому что, несмотря на свет, сплошным потоком струящийся из тумана, к моим цифрам добавлен мощнейший ночной бонус от Первохрама.

С этим освещением явно что-то неправильное. Почему-то оно не считается дневным.

Ну и прекрасно.

Поначалу мы двигались, что называется, как нож сквозь масло. Мастер выбирал дорогу понизу, игнорируя заросшие всяким непотребством склоны. Оттуда на нас время от времени выскакивала здешняя живность, раз за разом пробуя на прочность. Обычно ограничивалось десятком-другим тварей, которые даже против меня опасны лишь количеством. Ну, а для мастера они при таких раскладах вообще вместо семечек. Мог сносить играючи, не останавливаясь. Но часть любезно оставлял для меня.

Было в нем что-то от Бяки. Мысль о том, что я выбиваю куда больше добра, въелась в его суровую душу, добравшись до спящей в ее глубинах жабы.

Чем дальше мы шли, тем агрессивнее становилась фауна. Да и флора иногда подключалась. С воздуха нас атаковали исполинские стрекозы с метровой длины жалами; многоножки с крыльями нетопырей; парящие медузы, выпускавшие после гибели облака отравляющего газа. Из земли лезли черви размером с анаконду; прочные корни с несокрушимо твердыми шипами; высокая трава с режущими листьями изгибалась в нашу сторону, пыталась накрутиться на голени. Ну а так, по-простому, на нас кидалось столько всякого, что я быстро сбился со счета видов. Прибегали на мохнатых лапах и лапах голых, хитиновых, бронированных; приползали всячески; шагали подобия энтов; прыгали на зависть кенгуру создания на одной ноге. И даже прикатывалось иногда что-то вроде исполинского перекати-поля.

Одно из таких созданий задало нам жару. Состояло оно из переплетения десятков стеблей, на концах которых располагались шипы длиной с приличный кинжал. Лупило ими это то ли растение, то ли непонятно что, виртуозно. И не обращало внимания на то, что мы отсекали одну диковинную конечность за другой. Быстро разделаться с проблемой нам мешали и другие твари, наседая с разных сторон.

Разделавшись с мелочью в первую очередь, мы нехорошему «живому шару» столько ампутаций устроили, что количество атак на единицу времени резко снизилось. Ну а там добрались до скрывавшегося в центре ядра, где и скрывалась смерть твари.

В этой схватке мне пришлось всерьез взяться за меч. Колющее оружие против такого создания совершенно бесполезно. Все равно что с иголкой против дуршлага сражаться. Пока не изрубили на куски, хрустальный шар не появился.

Из него нам впервые выпала средняя искра жизни. И я отчетливо осознал, что мастер Тао ничуть не преуменьшал сложность стоящей перед нами задачи.

Если средние трофеи даются непросто, с большими все будет еще хуже. А уж про великие и думать страшновато. Понятно, почему мастер так и не сумел их добыть. Пробраться в одиночку через территорию, где встречаются «перекати-поле» или подобные ему по опасности создания – само по себе серьезное испытание. А ограниченность по времени не позволит создавать что-то наподобие серьезных ловушек, коими я баловался в самом начале своей карьеры «охотника на чудовищ».

Кстати, я ведь и сейчас способен выявлять уязвимости тварей. Проверил уже не раз. Да, работает навык скверно, сведений или ноль, или как кот наплакал, но в таком деле любые мелочи ценятся. Но что толку от этого, если для получения информации от навыка требуется близкий контакт или хотя бы свежий след?

Но надо держать в уме.

Вдруг пригодится.

Спустя примерно пару часов ожесточенных схваток и переходов от «поля боя» до «поля боя» долина, по которой мы продвигались, начала резко расширяться. И вот впереди в липком тумане проявилось огромное по здешним меркам открытое пространство. Там на площади в пару-тройку квадратных километров практически не встречалась более-менее густая растительность. Рельеф почти идеально ровный, но просматривается незначительный наклон к центру, где возвышается необычная скала. Походила она на сросток сосулек толщиной метров в триста, некогда сформировавшийся где-то в вышине, за туманом, после чего рухнувший с такой мощью, что глубоко зарылся в грунт, заставив всю прилегающую местность заметно прогнуться. Вот так и образовалась низменность, частично залитая водой.

Воды там, правда, почти не видать. Нет, ее хватает, просто вся явная либо предполагаемая поверхность затянута подобием гигантской ряски и растениями столь странными, которым трудно подобрать аналогии. У подножия «сростка сосулек» из озера в больших количествах выбирается что-то вроде толстенных ядовито-зеленых лиан. Выглядит так, будто они пытаются полностью оплести каменную поверхность. Местами у них это получается, камень там вообще не просматривается.

Да и там, где его можно разглядеть, выглядит он сомнительно. Будто хлеб изрядно зачерствевший.

Мастер указал на озеро:

– Это местный водопой. Все, кому нужна вода, рано или поздно возле него появляются. Я видел здесь большие следы. И опасных тварей, которые в других местах не встречались. Пытался выбирать тех, из которых можно выбить большую искру. Очень опасные противники, с некоторыми лучше не связываться. С одним чудовищем повезло, его кто-то покалечил до меня. Я легко его прикончил. Вторую похожую тварь убил средним растворением жизни. Точнее, не убил, а сильно ранил в самом начале. Потом добил. Но мне не повезло: искры не выпали, растворений тоже не было. Растворения почему-то очень редко падают, гораздо реже искр. Я слышал, что Жизнь щедра на трофеи. Особенно это заметно в осколках, где ее много в небольшом объеме. Но в некоторых вещах никакой щедрости не наблюдаю. Может, мне просто не везет, либо здесь без высочайшей Меры порядка делать нечего. Тварей в этой долине хватает, легко найдем нужных. Думаю, если покараулить, можно дождаться и тех, из кого выпадают великие искры. Правда, я понятия не имею, как с ними справляться. Даже те, из которых, как я полагаю, выпадают большие искры, слишком сильны.

– Учитель, а откуда вы знаете, из кого что выпадает?

– Правильное мышление и специальный навык.

– Что, у вас есть навык, который показывает список трофеев? – Я приготовился завидовать, ведь ни разу не добывал ничего подобного.

Тао покачал головой:

– Нет, просто я могу приблизительно оценивать даже тех созданий, по которым нельзя получить информацию обычным путем. Как здесь. По такой оценке можно предполагать, чего от них можно ожидать. Создания Жизни выглядят причудливо, но, как ты заметил, обычно легко умирают. Этим Жизнь сильна и слаба одновременно. Она не ценит каждую конкретную свою частицу, потому что потерять их невозможно. Для круговорота Жизни гибель здешних чистых обитателей не означает потерю. Ведь их тела не пропадают, они тут же становятся частью других тел. Нет смысла беречь. Поэтому туда, где в Роке требуется сильный отряд, здесь можно справляться в одиночку. Особенно если это не полноценный мир, а такой вот, незначительный. Разумеется, наверняка я сказать не могу. Сравниваю с тем, что уже проверил, ведь со средними искрами ошибок не было. Я получал их именно там, где и ожидал. Полагаю, с большими искрами это тоже работает.

– А что растворения? – спросил я, выжидающе уставившись на мастера.

Нам по пути попалось несколько мелких и пара средних растворений. Походят на карликовые картофелины, самые невзрачные трофеи, увиденные за всю жизнь. За таким убожеством нагибаться не станешь, не выглядят ценными. Но если взять в руку, ощутишь скрытую силу.

Тао до сих пор их никак не прокомментировал. Я же счел, что упоминания этого трофея как средства, помогающего побеждать опасных тварей, подразумевает дележку информацией.

Тем более у нас теперь как бы нет тайн друг от друга. Все, что способствует достижению цели, должно быть названо.

Мастер отмалчиваться не стал:

– Это опасный предмет. Все, что относится к Жизни или может к ней отнестись, она пытается ускоренно вовлечь в свой круговорот.

– Как это?

Тао показал одно из двух средних растворений:

– Вот такую штуку я забросил в пасть той твари, из которой хотел добыть большую искру. Повезло сделать это в самом начале, когда она широко ее распахнула. Дальше растворение начало как бы пытаться растворить монстра изнутри. Превратить в легко усваиваемый субстрат для других форм жизни. Будь чудовище равным этому трофею по рангу, могло стремительно от этого умереть и без моей помощи. Но раз из него падают трофеи большие, то и растворения должны быть минимум такими же. Среднее ему не понравилось, но навредило не смертельно, а малое он бы и вовсе не заметил. Но мне это очень помогло, добил легко. Не спрашивай, как точно работает такая защита от растворений, ответа у меня нет.

– Да я и так понял, учитель. И что, вы не пытались это повторить?

Мастер покачал головой:

– Средние растворения больше не попадались, а малые, как ты уже понял, в таком деле бесполезны. Так и лежат без дела. Они ценятся высоко, но продавать, сам понимаешь, рискованно. Клановые, если до них дойдет информация, обязательно заинтересуются источником получения.

– Продавать? – заинтересовался я. – А зачем они нужны в обычном мире? Тоже тварей убивать?

– Не обязательно тварей. Особым образом запустив даже малое растворение в построение вражеского войска, можно нанести немалый урон. Страшная смерть для слабых, надолго выводит из боя сильных, снижает возможности самых сильных. Очень дорогое оружие, но оно стоит своих денег, ведь полноценной защиты от него по сути не существует. Чистая Жизнь везде лазейку способна найти, этим она и опасна.

– Так, значит, не обязательно в пасть закидывать?

– Разумеется, нет. Главное, активировать перед использованием и не попасть под действие. Это очень легко, ты и без объяснений разберешься, как только твой ПОРЯДОК заработает нормально.

– Но тогда это упрощает нашу задачу. Как видите, я могу получать растворений больше, чем вы. А это значит, что средние мы легко заготовим. Надо просто пройтись по боковым ответвлениям долины. Я видел, что твари посильнее часто из них появляются. Как накопим, можно поохотиться на тех, из которых выпадают большие. Ну а с большими растворениями попробуем выйти на тварей с великими трофеями.

Мастер вздохнул:

– Ли, ты не все понимаешь. Это ведь не люди, это твари бездушные и безжалостные. Но плохо не это, а то, что против нас не простые твари, а чистые или почти чистые создания Жизни. Да, защитой они часто пренебрегают, но к тому, что может дать создавшая их сила, они приспособлены неплохо. Растворение действует на них не настолько смертельно, как на нас. Даже там, где я рассчитывал получить большую искру, столкнулся со сложностями. Среднее растворение сработало не так уж хорошо. И это при том, что я сумел забросить его во внутренности чудовища. Рассчитывать, что так удачно будет получаться всегда, нельзя. И надо помнить, что чем дальше, тем больше сюрпризов могут преподнести твари. Их развитие не постепенное, на этом пути случаются скачки резких прибавок возможностей. Да ты сам должен знать, это и для нашего мира известный факт. К тому же помни, что наше время ограничено.

– Тогда мы слишком много болтаем, – заметил я, сильно преувеличивая.

За последние несколько часов это наша первая серьезная остановка с разговором, не ограничивающимся несколькими фразами.

– У меня есть предложение, которое, возможно, тебе не понравится, – сказал Тао. – Я предлагаю не тратить время на тварей, из которых можно добывать средние растворения. Два у нас уже есть, этого вполне достаточно, чтобы взяться за сложную добычу. Причем сражаться буду я. Твое дело – стоять в стороне и дожидаться удобного момента. Одно растворение будет у меня, второе у тебя. Кому первому представится возможность, тот его и применит. Я буду стараться подставить чудовище под тебя, но, если шанс выпадет мне, не упущу. Да, я понимаю, что так мы рискуем не получить повышенные трофеи. Но не забывай, это слишком опасное занятие. Главное для нас – победа, а не добиваться всеми силами того, чтобы ее одержал именно ты. К тому же у меня есть хороший боевой навык. Такие сильные умения принято называть ультимативными. К сожалению, срабатывает с огромным откатом и требует от меня слишком многого. Но если его удачно применить, есть немалый шанс победить тварь даже без растворений и других хитростей. Это тоже надо учитывать. То есть два растворения и мой навык – это в перспективе три убитые твари. Даже если твое влияние на победу окажется минимальным, шансы добыть большой трофей у нас приличные.

– Но вы говорите, что для вашей дочери потребуется великая искра жизни, а не большая.

– Ли, великая искра – это всего лишь мечта. Веры в ее осуществление пока что немного. Я продолжаю работать над собой и, возможно, со временем сумею выстоять против монстра с великими трофеями. Но пока что до этого далеко, поэтому ограничимся реалистичной задачей. Большой трофей, даже один, это очень серьезно. В нем сокрыта большая сила. Она позволит моей дочери протянуть еще несколько лет. Ну а там, возможно, что-нибудь изменится в лучшую сторону. Время бесценно, Ли, и большой искрой я выиграю его много.

– Учитель, вы еще не все обо мне знаете…

– Да я вообще о тебе почти ничего не знаю.

– Нет, я не о биографии. Согласен с вами в том, что я слабоват для таких дел. Пока что слабоват. Зато у меня есть редкие навыки, и я умею с ними обращаться. А еще есть неплохое артефактное оружие. Его я тоже умею использовать. Да, это не ультимативные умения, но все равно нас усилит. А если вы покажете мне след твари, из которой могут выпасть большие искры, я, возможно, сумею по нему разузнать то, что упростит нашу задачу.

– Легко такие твари не сдаются, – возразил мастер.

Я усмехнулся, вспомнив былое:

– Учитель, да вы не представляете, каких монстров я валил только за счет единственного хитрого навыка. Он даже не боевой, он исследовательский. Выяснял про них все, выбирал подходящие уязвимости, придумывал, как их использовать.

– Интересно ты рассказываешь, Ли. Полагаю, стоит попробовать…

⠀⠀

⠀⠀
^{Глава 28}
♦
Ходячая сокровищница

След не выглядел угрожающим. Одиночная ямка, глубоко пронзившая толстенный слой повсеместной мелкой растительности. Поросль походила на плотное переплетение разных видов мхов. В нее будто кол забили, после чего выворотили его и куда-то унесли.

– Это точно след? – скептически уточнил я.

Мастер указал по сторонам:

– Сам посмотри. Вон еще и еще.

– Какое же существо так ходит? – удивился я, увидев, что прочие следы повторяют этот по форме, но не по размерам, и непредсказуемо раскиданы по немалой площади.

Будто их оставили конечности нескольких созданий с отличающимися габаритами.

Тао, будто мысли читая, пояснил:

– Нет, Ли, это не стадо, это одно существо. Здесь много странного, пусть тебя такие следы не обманывают. Делай то, что должен делать.

Присев, я поднес ладонь к следу и, погрузившись в себя, рассеянно произнес:

– Мой навык работает как-то странно. Маловато информации дает. Никогда такого не видел. Получается, этот мир и на него плохо влияет.

– Но хоть что-то выяснил? – спросил Тао. – Узнал то, что может нам помочь?

– ПОРЯДОК пропускает некоторые слова и фразы. Сложно понять, о чем речь. Похоже, эта тварь такая страшная, что от ее свежих следов шарахается все живое. Так что мы тут вряд ли на других монстров нарвемся. Еще есть подсказка, что она боится огня. Но это неточно.

– Насколько я понял, к стихиям ты непричастен, как и я. Зажигательной алхимии у нас нет, устроить пожар в этой сырости тоже не получится. Следовательно, нет никакой пользы от уязвимости к огню.

– Учитель, как это нет?! А если монстра сжечь? Да, здесь все сырое, но можно поискать сухое дерево в других местах.

– И как ты это себе представляешь, Ли? Вся растительность здесь живая, пропитанная водой. Влага здесь везде, вон как много ее под ногами. Высохнуть ничему не позволяют, даже крупным костям. И там, где воды поменьше, мы тоже ничего подходящего не найдем. Здесь все мертвые части тел сразу же вовлекаются в круговорот Жизни. В этом осколке нечему гореть, забудь. Что еще сказано?

– Ничего полезного. Разве что дважды повторяется, что эта тварь – одиночка. Парочку в одном месте встретить сложно.

– Это хорошие новости, двух мы точно не осилим.

– Непонятно, как быстро она передвигается, – сказал я, задумчиво осматривая россыпь ямок. – Думаю, надо гнаться за ней, пока следы не стали старыми. Тогда меньше шансов на других нарваться. Вон впереди местность относительно открытая, почти лысая, зарослей мало, никто поблизости не крутится. А еще, если верить описанию, мелкие твари держатся подальше от этого монстра.

– Не могу с тобой не согласиться, Ли. Следуй за мной. Если я правильно разобрался, не пройдет и получаса, как мы настигнем чудовище.

– Это если оно не остановится, – осторожно заметил я, вглядываясь вперед.

– Нам так даже лучше, – заявил Тао. – Меньше времени потратим.

Уверенное настроение мастера я не разделял. Говоря об этой местности как о почти лысой территории, я слегка искажал истину. Просто на фоне зарослей высотой в десятки, а то и сотни метров, которые тянулись по возвышенностям, здешняя поросль смотрелась скромно. Этажа в два-три высотой, стелется по равнине повсеместно, но не сплошным покровом. Частенько встречаются поляны площадью в несколько гектаров, где растения редко вымахивают выше пояса. Но даже там монстру, устроившему засаду, не придется долго к нам мчаться по открытому полю.

Да ему и мчаться не придется. Мы сами к нему выберемся, миновав очередную полосу густой растительности. Все мои навыки в этом дивном месте работают странно, больше надежды на старые верные органы чувств. Напрягая зрение и слух, я так сильно на этом сосредоточился, что не сразу заметил странный маневр мастера.

Он перестал двигаться по следам. Оставил их левее, прямиком направившись в широкий проход среди зарослей.

– Учитель, куда вы?

– Потише, Ли… Я понял, куда идет большой зверь. Мы почти его нагнали. Похоже, ему нужна большая вода, но там на пути обломок, отколовшийся от горы, когда она упала в озеро. Он уткнется в него и пойдет вдоль. Там мы его и встретим.

– А почему вы говорите шепотом?

– Ли, ты разве забыл? Сам сказал, что его следы отпугивают других тварей. Но здесь следов нет. Если нас услышат обычные хищники, могут напасть, а это лишняя потеря времени.

Проходя мимо изумрудно-зеленой кочки, мастер присел на миг. Блеснул нож, и вот он идет дальше, разминая в руке комок темной массы, похожей на смолу.

Я ведь уже говорил, что с растительностью тут не все ладно. Не факт, что здесь вообще она есть, в привычном смысле слова. Традиционно отношу к ней все, что остается на месте, а не гоняется за нами с плотоядными целями. Хотя и тут встречаются непонятные варианты. Вспомнить тех же агрессивных тварей, похожих на натуральных энтов из фэнтези…

А как обозвать фиолетовые воздушные шарики причудливых форм, болтающиеся на тонкой нити-стебле длиной до пары десятков метров? Изобилие тончайших колючек делает их похожими на летающие кактусы.

Растения? Животные?

Попробуй пойми…

В общем, странного и при этом относительно неподвижного хватает. И эти кочки, которые часто встречаются в самых влажных местах – не самый удивительный случай. Покрыты ядовито-зеленой коркой, внутри пластичная чуть липкая масса, охотно принимающая любую форму.

Зачем она понадобилась мастеру?

Непонятно.

Очередная стена так называемой растительности расступилась. При этом из верхушки трехметрового подобия капустного кочана выбралось что-то вроде тончайшего змеиного языка, разветвляющегося в конце на три части. Потянулось было к нам, но мастер мимоходом взмахнул гуань дао, отрубив один из отростков. Все прочие сделали правильный вывод, омерзительная конечность торопливо скрылась там, откуда появилась.

Впереди показалась скала, о которой предупреждал Тао. Да, похоже, это действительно обломок того монолита, что возвышается по центру озера. Откололся при падении или выпал вместе с ним с чудовищно высокого свода, укрывающегося где-то за слоем светящейся облачности. Выглядит характерно: словно сросток сосулек или скорее труб переменного диаметра. Это потому что внутри некоторых цилиндрических образований просматриваются протяженные пустоты. По какой-то причине растительность не облепила камень полностью, проглядывает на широких участках. Да и на всех прочих обильной ее не назовешь.

Что-то здесь неподвижным обитателям мира Жизни не нравится.

Мастер указал влево:

– Тварь там. Я не могу точно сказать, как далеко она от нас. Готовься, Ли.

Я на несколько секунд выпал из реальности, после чего в моих руках оказались Жнец и Крушитель. Мастер тоже без дела не стоял. У него откуда ни возьмись нарисовался массивный золотой наруч, испещренный замысловатыми узорами.

Надевая его, он пояснил:

– Это сильный артефакт. Вмещает шесть воздушных щитов. Не такие мощные, как у сильного стихийного мага, но не раз меня выручали.

– Как они работают? – заинтересовался я.

– Выставляются перед бегущей на тебя тварью, или на пути атакующего навыка, или перед залпом стрел. В общем, против всего, что может навредить. Принимают урон на себя, после чего быстро рассеиваются. Если их не трогать, держатся около минуты. Тронул – и все, даже пятнадцать секунд не простоят. И чем сильнее воздействие, тем быстрее спадают.

Тао рассказал о своих хитростях, настало время объяснить, на что годится мое снаряжение:

– Этот жезл…

– Ли, я знаю, что это такое. Сталкивался уже, – перебил мастер.

– Да? – неприятно изумился я.

Обидно узнать, что оружие, добытое с такими приключениями, не настолько уж эксклюзивное. Чуть ли не первый встречный заявляет, что с ним знаком.

– Это хорошая вещь, – кивнул Тао. – Говорят, древние делали их в больших количествах, но до наших времен дотянуло немного. И твой жезл, судя по виду, самый простой. Тебе бы надо пообщаться с мастером артефактов на тему улучшений.

Я и сам без пяти минут мастер, но сообщать об этом не стал. Тао видел мои цифры и, возможно, сам понимает, на что я способен сейчас и к чему смогу прийти в ближайшем будущем.

Показал Жнец:

– А такое видели?

Мастер покачал головой, чем меня порадовал, после чего уточнил:

– Дальнобойный? Чем атакует?

Теперь уже я головой покачал:

– Только контактная работа. Если все делать правильно, хорошо режет все, что не камень и не металл.

– Вот как? Прекрасная новость. Никогда не видел здесь металлических или каменных тварей. Полагаю, что и не увижу, ведь такие материалы отвратительно сочетаются с Жизнью… – Напрягшись, мастер чуть тише добавил: – Я что-то слышу. Тварь приближается. Постарайся не задеть меня своим оружием. Если умеешь сужать фокус жезла, сделай это прямо сейчас. В схватке не всегда возможно быстро понять, настолько широким получится удар. Я слышал, что такими штуками частенько калечат союзников. А то и сами попадают под удар, при отражении. Поосторожнее с этим. Тем более против Жизни почти все древнее, не связанное со стихиями, работает не всегда предсказуемо. Давай становись подальше от скалы. Делаем все, как договаривались.

Я понимающе кивнул и направился к камню. Мы, обсуждая на ходу намечающуюся схватку, решили, что в любом случае нельзя держаться рядом. Да, такое построение выгодно, оно способно заслонить одновременно обоих одним щитом от артефакта. Однако и накрыть нас тоже можно вместе, одной атакой.

Монстра я услышал раньше, чем увидел. Хоть растительность вблизи скалы такая же угнетенная, как и на ней, некоторые ее образчики вздымаются метров на шесть, если не выше. Дальше они сливаются, полностью перекрывая обзор. Так что не слишком высокие создания могут незаметно приближаться под прикрытием.

Усиливающийся перестук мне не понравился. Походило на удары камнем о камень. Жнец против таких материалов бесполезен, а Крушитель способен наносить значительный урон лишь на кратчайших дистанциях или отрабатывая максимально сфокусированным лучом.

Дрогнуло массивное растение, походившее на исполинский фиолетовый штопор с зеленоватыми прожилками. Макушка изогнулась вниз, на ее конце блеснуло что-то вроде рыбьего глаза. Оценив того, кто ее побеспокоил, гигантская копия инструмента для открытия бутылок вновь выпрямилась, сделав вид, что все нормально, ничего не случилось.

Да уж, явно не мелочь сюда подбирается.

Цветастая масса разнообразных прикрепленных организмов задрожала, попыталась раздаться в стороны, пропуская проявляющуюся за ними тушу. Та, подмяв медлительные побеги, выбралась на открытое место.

Я наконец понял, почему у этого создания столь многочисленные и разнообразные по размерам следы. Потому что у него полсотни ног, и среди них не найти хотя бы пару одинаковых.

Больше всего тварь походила на краба. Тело размером с грузовичок покоилось на десятках лап разного размера, с виду хаотично закрепленных по всей нижней части корпуса. При таком расположении они обязаны мешать друг дружке, но нет, почему-то этого не наблюдалось, конечности двигались в одном ритме и столь замысловато, что не соприкасались. Даже в самых сложных случаях проходили в миллиметрах. Острия на их концах вонзались в зеленый грунт, оставляя те самые отметины, что привлекли внимание мастера Тао издали.

Как и у настоящего краба, у этого монстра тоже имелись клешни. Правда, походили они больше на рачьи – прямые узкие «ножницы». При ходьбе несуразное создание постукивало ими друг о дружку, отчего и раздавался настороживший меня звук.

Нет, камнями эта тварь не обклеена. Обычная биологическая броня, что-то вроде рогового вещества или скорее хитина.

Высматривать нас чудовищу не пришлось, ведь мы находились как раз на его пути. К ротозеям оно не относилось, едва оказавшись на открытом месте, резко увеличило скорость, подобралось, наклонив переднюю часть тела к земле и расставляя конечности пошире. Клешни вытянулись вперед, приоткрываясь. Если хватанет, легко напополам перекусит либо раздавит. Наши легкие доспехи не спасут.

До столкновения оставались считаные секунды, когда мастер начал действовать. С ленцой, как бы одолжение делая, направился навстречу твари. И на последних метрах неожиданно мощно оторвался от земли, показав результат чемпиона по прыжкам с шестом.