Текст книги "Альфа-ноль. Все части. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Артем Каменистый

сообщить о нарушении

Текущая страница: 35 (всего у книги 227 страниц)

⠀⠀
^{Глава 17}
♦
Хороший и плохой

Без изменений

Моей картой можно было смело подтереться. Сейчас она ничем не помогала, потому что мы продвигались по местности, обозначенной на ней сплошным белым пятном. Вел нас Мелконог, и, несмотря на то что внешне он выглядел самым уверенным в себе человеком, я этому впечатлению не доверял.

Нет, не скажу, что это работа на публику. Он и вправду знает себе цену, ему показуха ни к чему. Пусть даже слегка себя переоценивает, но в этом почти все мы грешны.

Однако сейчас он явно не вполне владеет ситуацией, хотя самоуверенно полагает, что это не так. По некоторым признакам, понятным лишь тому, кто лично не один десяток верст намотал по диким дебрям, ориентируясь лишь по пергаменту с мутными пояснениями, ведет он нас, сам не очень-то понимая куда.

Да-да, доблестный воин, защитник гильдии «Три семерки» и гроза северных лесов, банально не знаком с этой местностью.

Но все же двигался Мелконог не наобум. Я, наблюдая за ним, почти всегда мысленно соглашался с выбором очередного участка маршрута. Сам бы так пошел, если бы путешествовал в одиночку. Тут ведь главное – не подставиться лишний раз. Вот у него это получалось прекрасно, он выдавал не всегда приятные для ног зигзаги, зато всегда старался вести нас там, где меньше риск попасться на глаза кому-то нехорошему.

Поначалу я почему-то был уверен, что Мелконог знает в этих краях каждую травинку. Должно быть, мозги от усталости начали функционировать на жалкие проценты от стандартной мощности. Ведь не требуется много ума, чтобы догадаться – шахта «Красный глаз» слишком далеко от фактории, и к тому же Эш давно мечтает узнать, где именно она прячется. За такие сведения он не поскупится на награду, поэтому нет смысла скрывать информацию. Конечно, у Мелконога могут найтись свои корыстные соображения, но ведь это не единственное слабое место в моих рассуждениях.

В общем, Мелконог, может, и забирался в дальние дали, но явно не в эту сторону. Не такой уж он великий воин, чтобы всю Чащобу изучить. Нет сомнений, что знать не знает, что нас ожидает за следующим холмом. И лишь усталость оправдывает то, что я не понял это сразу.

К тому же, полагаясь на опытность проводника, я не отвлекался на дорогу. А чтобы чем-то занять голову, попытался мобилизовать свои силы привычным способом – анализом ситуации по параметрам ПОРЯДКА. Ну и количество трофеев начал прикидывать, а также их качество.

Нет, развязывать на ходу мешочек не стал, но заглянул в простыню записей от ПОРЯДКА, которые оставались после убийств и прочих выгодных деяний.

С ксирсами – все понятно, Да, твари новые и необычные, но ничего поразительного в трофеях из них не наблюдалось. Из принципиально нового только личные знаки навыка «разделение сути» попадались. Их носитель мог рассылать вокруг себя стаю своего рода беспилотников – мельчайших сгустков энергии, способных засекать близость крупных живых существ. Звучит интересно, но, увы, умение подходило лишь для тех, у кого нет ярко выраженного физического тела. То есть для всевозможных фантомов и схожих с ними созданий. Есть туманный намек, что с навыками, позволяющими посылать свою душу бродить самостоятельно, тоже сработает. Но ничего похожего на такие умения у меня нет и неизвестно – будет ли когда-нибудь.

Хохочущих «светляков» я за ночь накосил немало. Несмотря на приличные уровни, против соли они ничего не могли поделать. Пусть и ненадолго, но слабели до такой степени, что мы с Бякой изничтожали их, будто мелких вонючек в логовах тсурров. Главное – следить, чтобы жгутиками не дотянулись, а это несложно.

Да, трофеев из ксирсов выпало немало, есть чему радоваться. Но, даже если собрать их все воедино, они существенно уступят богатству, полученному после одной-единственной ночной победы.

Некромант, темный, маг Смерти и прочее-прочее. Людей, способных управлять ходячими костями, называют по-всякому, но так, что любому сразу становится понятно – говорят о ком-то нехорошем. Он слишком опрометчиво себя повел, подставился под мою атаку и погиб, ничего не успев сделать. Судя по тому, что из него выпало, не сработай моя хитрость, и это конец. При такой разнице в ступенях все мои достижения ничего не значат.

Но повезло.

И выпало из него столько, что впору за голову хвататься.

Перечень трофеев заставил меня переосмыслить многое из того, что я знал до этого. Первая же строка выглядела так, что захотелось протереть глаза.

Средний символ ци – 645 штук.

До сих пор символов ци я встречал четыре вида: малый, средний, большой и великий. При использовании они добавляли в резервуар одну, двенадцать, двадцать пять и пятьдесят единиц энергии. Также существуют их аналоги для энергии Хаоса. Называются они знаки Хаоса, и, возможно, есть способ открыть и развить с их помощью некое альтернативное наполнение от антагониста ПОРЯДКА. Но мне такой способ неизвестен, зато известно, что знаки Хаоса легко меняются на символы по курсу один к одному. И градация по наполненности у них такая же.

Средних символов я навидался. И за неординарные достижения их получал, и за победы над серьезными противниками. Но количество, которое выпало на этот раз, с огромным отрывам перекрывало все прочие достижения.

До сих пор моя самая великая победа – тсурр в древних руинах. За него досталось тридцать семь средних символов и пятьдесят один великих. В ци это выходило четыреста сорок четыре и две пятьсот пятьдесят. Итого: две тысячи девятьсот девяносто четыре единицы энергии.

А за некроманта досталось семь тысяч семьсот сорок. То есть превзошел старый рекорд более чем в два с половиной раза.

Математика весьма красноречивая. И если учесть то, что убитый чуть ли не в два раза уступал тсурру по количеству ступеней просвещения, соотношение трофеев выглядит ненормально. Это я ведь только символы ци сосчитал. А там и по другим видам добычи разница такая же дикая, если не сказать больше.

Да ведь я сейчас столько ци смогу слить на развитие навыков, что дух захватывает. Все равно что нищему внезапно подкинули миллиард. Я до этого над каждой единичкой трясся, потому что это основное ограничение моих возможностей. Ну, если не считать проблемы с нехваткой емкости резервуара, которые начали наблюдаться после моих экспериментов с Хаосом.

Но этим поток подарков не ограничивался. Например, мне выпали три личных знака темных атрибутов. То есть я мог поступить с ними так же, как и с атрибутами Хаоса: открыть, добавив на свою ступень. Подозреваю, что на нулевой получится развить лишь шесть, и не уверен, что это стоит делать.

Почему не уверен? Да потому что темных в Роке недолюбливают. Даже на древние и уважаемые кланы, где балуются нехорошими вещами, поглядывают косо. Надо хорошенько подумать, прежде чем связываться с проблемными атрибутами. Разумеется, можно их развивать, никому об этом не рассказывая. Но кто знает, вдруг нарвешься на аборигена с навыками, позволяющими засекать такие вещи. Здесь, в Роке, тайное нередко становится явным на ровном месте.

К тому же есть подозрение, что ПОРЯДКУ такие новости не понравятся. Может затребовать такой лимит емкости резервуара, что мне придется год добывать состояние Улучшение просвещения, прежде чем подниму все шесть единичек темных атрибутов.

Также из некроманта выпало девять стартовых знаков навыка. Из них «травничество» – совершенно неинтересный. Даже Бяка мог их зарабатывать, собирая для фактории растительное сырье, а уж обо мне можно и не говорить.

«Железная кожа» – гораздо интереснее. От матери мне досталось несколько знаков на этот навык, но они лежали без дела. Потому что не было стартового, без которого умение невозможно открыть.

Насколько помнится из уроков Трейи, этот навык чуть ли не самый полезнейший для всех без исключения. Его даже крестьяне мечтают заполучить. Он создает в человеке своего рода предохранительный резервуар, вмещающий условные единицы урона. Мелочи способен заблокировать полностью, а от потенциально сильных повреждений позволит лишь пару царапин. Допустим, на низком уровне развития объема хватит, чтобы игнорировать атаку трех змей. А вот четвертая уже прокусит кожу на всю длину ядовитых клыков. Я уж молчу про комаров, ведь покусать носителя такого умения – задача для огромной стаи пищащих кровопийц.

Очевидно, погонщик скелета развивал этот навык без фанатизма. Даже я, не сказать что сильный подросток, пробил его с первой атаки.

Да, я конечно же не комар и врезал от души, однако считать меня полноценным бойцом нельзя.

Но, даже если прикроюсь этим навыком только от кровососущих насекомых, все равно надо брать. Умение нужное.

«Дальновидение» – тоже может пригодиться. Позволяет взглянуть за преграду, самому при этом не показываясь. Как бы посылает взгляд в нужную сторону, отрывая его от тела. Полезное дело, но не уверен, что стоит учить именно сейчас. Количество слотов у меня ограничено, до того, как начну развивать ступени просвещения, придется ответственно относиться к их заполнению.

«Резчик по кости» – неожиданно. Это ведь ремесленный навык, не боевой и тем более не темный. Впрочем, учитывая специализацию убитого противника, скорее всего, он применял его по такому назначению, о котором обычные мастера даже не подозревают.

С этими пятью навыками в целом все понятно.

А вот оставшиеся четыре – совсем другое.

«Конструктор умертвий», «личина тьмы», «смертедержец», «оковы погибели»… одни лишь названия подсказывают, что речь идет о чем-то не слишком веселом. Ничего удивительного, ведь они выпали из мрачного мужчины, который любил прогуливаться в компании с агрессивным скелетом. И непонятно, что с ними делать, потому что каждый для активации требовал что-то из темных атрибутов.

Девять навыков за одну победу. И некоторым из них я весьма рад.

Это очень много. Чертовски много. Ведь навыки – это один из самых раритетных трофеев. Даже мне нормальные выпадают нечасто.

А тут сразу столько насыпало.

Плюс куча прибавок к состояниям. Да я к любому из них смогу теперь минимум три уровня приделать за счет универсальных трофеев.

Помнится, мать рассказывала, что одерживать победы над людьми – это не только почетно, но и выгодно. Ведь в отличие от неразумных тварей они свои параметры развивают продуманно. И немалую долю из того, что люди в себе взрастили, могут получать их убийцы.

И, я так понимаю, моя доля в такой дележке – это голубая мечта Бяки. От чужой смерти мне досталось столько, что охота на тсурров теперь представлялась пустой потерей времени.

Хоть бери и действительно в убийцы записывайся.

Удивительно, как от такой порции трофеев не лопнул мешочек. Я ведь за ним следил, не перегружал, в нем и четверти от такого количества никогда не залеживалось.

И тут внезапно в один миг гора насыпалась.

Повезло, что он оказался на удивление эластичным, хотя до этого выглядел ни капли не растяжимым. Распух чудовищно, но выдержал.

Надо бы если не все это добро, то большую часть распределить по параметрам. Но заниматься этим на ходу невозможно, даже если передвигаешься по идеальной дороге. А мы сейчас шли по таким буеракам, где не всякий дикий зверь согласится ходить.

Дело в том, что любая прибавка к параметрам – это серьезнейшая пиковая нагрузка на организм, вынужденный экстренно приспосабливаться к изменениям. Одно дело месяц ходить в тренажерный зал, когда прогресс достигается постепенно, капля за каплей, и совсем другое, когда ты берешь парочку новых атрибутов Сила. Случалось, я на сутки выпадал из жизни, когда чересчур усердствовал с усвоением трофеев.

Мне необходимо несколько свободных часов, чтобы хотя бы начать процесс. И, судя по неутомимости лесовика, покой нам не снится до самого вечера.

А то и ночью шагать заставит.

Мелконог – такой.

Значит, буду шагать за ним, считать добычу и прикидывать, как ею распорядиться. Что-то надо брать в первую очередь, что-то во вторую, а что-то, возможно, вообще трогать не стоит.

Есть о чем задуматься.

⠀⠀

Такими вот шкурными размышлениями были заняты первые часы. Все утро провел в подсчетах, послушно плетясь вслед за Мелконогом.

Но чем дальше, тем больше отвлекался. Очень трудно вникать в математику, продираясь через очередной бурелом, который мы почему-то не смогли обойти. Карабкаться по скалам и одновременно пытаться понять, чем сильны атрибуты Смерти, тоже нежелательно, потому как есть риск сорваться по рассеянности и узнать всю информацию непосредственно от старухи с косой.

И, отвлекаясь, я больше внимания уделял внешнему, чем внутреннему. Потому и зародилось подозрение, что Мелконог с нами в Сусанина играет. Затем подозрение окрепло до уверенности.

Лидер нашей невеликой группы сам не знает, куда идет. Понятно лишь одно: он старается двигаться за юго-запад, то есть приблизительно в направлении фактории. Меня это одновременно и устраивало, и нет.

Да, я хочу вернуться в факторию. Вряд ли это самое лучшее место в Роке, но в данный момент для меня безопаснее не сыскать. И если там получится разобраться с причинами, по которым мы с Бякой оказались так далеко от Камня, жизнь наладится.

Однако меня не устраивало то, что к юго-западу от шахты «Красный глаз» простиралось сплошное белое пятно. Это намекало на то, что нелегальные добытчики не появлялись в тех краях.

Почему они туда не заглядывали? Причина неизвестна, но, учитывая то, что мы находимся в одном из самых нехороших районов Лихолесья, в голову лезли самые мрачные предположения.

После очередного бурелома, в котором пленник чуть не остался без глаза, неловко завалившись на сучковатый ствол сухой лиственницы, я решил, что идти дальше будто бычок за пастухом – это не мое.

Пора начинать что-то делать.

Догнав Мелконга, я поравнялся с ним и, стараясь идти синхронно, задумчиво заметил:

– Вы здесь никогда не были.

Он шагов двадцать отмалчивался, после чего без интереса бросил:

– Что еще скажешь?

– Скажу, что у меня есть карта.

– Этих краев, что ли? – уточнил Мелконог. И уточнил с нескрываемым интересом.

– Не совсем, – честно признался я. – Карта слабая, отсюда и почти до фактории на ней сплошное белое пятно. Ни одной детали нет.

– Тогда толку с этой карты тоже нет, – справедливо заметил лесовик.

– Да, вы правы, – согласился я. – Но иногда и белое пятно о чем-то может сказать. И сейчас оно говорит, что мы идем по опасным местам.

– Мы еще никуда не ушли, шахта рядом, – угрюмо заявил Мелконог. – И если мы не уберемся подальше, этой ночью скучать не станем.

– Ксирсы живут только возле шахты? – уточнил я.

– Их убивает дневной свет. Они прячутся в местах, где темно и где все залито кровью и слезами. Древние шахты – это для них самое то. Представь, сколько пота проливалось, чтобы проходить эти проклятые выработки. Ну а крови со слезами всегда хватает там, где много пота. На севере хватает древних шахт, но почти все они засыпаны. Эти тупые ушлепки, – Мелконог обернулся, бросив на пленника свирепый взгляд, – раскопали одну и полезли еще в несколько. Но там им не понравилось, ведь там сплошные логова хихикающих. Вот и копали только одну шахту, где ксирсов нет. И поставили охранные руны на стены домов. Редкие навыки нужны, чтобы такой фокус проделать. За день они заряжаются солнечным светом, а ночью дают невидимый свет. Но для ксирсов это все равно что само солнце, потому не лезут. Вокруг шастают, а к избам не подходят. Их запахом все там пропиталось, потому к шахте никто не лезет.

– Вы для этого пожар устроили? Чтобы руны пропали?

– Угу, – довольно ухмыльнулся Мелконог. – Руны на бревенчатой стене – это скверная затея. Эти ублюдки так перепугались, что даже на меня не кидались. Набрали всякую шантрапу, драться никто не рвался. Забились по углам, пока я искал топор и соль. Стояли под стенами с копьями и мечами, но не лезли. Если бы не темный, я бы с ними сам за все поквитался. А так пришлось их оставить ксирсам. И это… За темного благодарю. Выручил ты меня. Хороший у тебя навык. Полезное дело, когда вот так, на ровном месте, скрываться получается. Двигаться под пологом не можешь, да?

– О своих навыках здесь говорить не принято, – уклончиво ответил я.

– А где принято? В краях, откуда тебя к нам занесло?

Не став отвечать на вопрос, в котором ощущался непонятный подтекст, я перевел разговор на другую тему:

– Допустим, от шахт мы успеем уйти далеко. Но где гарантия, что дальше не нарвемся на что-нибудь похуже? Уважаемый Гурро, сами подумайте, раз на карте белое пятно, получается, эти люди сюда не ходили. Или карта неполная. Но я не вижу смысла такую делать, так что вряд ли. Это ведь добытчики, им здесь все интересно, они должны искать брошенные шахты и всякие другие места, где есть разные ценности. Почему именно здесь не искали? А может, наоборот, искали, но нашли такое, что искать дальше перехотели? Опасно идти неизвестно куда.

– А ты куда шел, пока меня не встретил?

– К Удавке. Мы думали пройти по ней на плоту.

Мелконог махнул рукой вправо:

– Ты про ту Удавку, по которой можно спуститься до Черноводки? Да, места там не самые плохие. Но только мы там сами придем к шайке. Они там плотно все держат, чужаку на его земле ловить нечего.

– Что за шайка? Император боли?

– Он навоза кусок, а не император. Но если тебе так нравится, можешь его хоть самим ПОРЯДКОМ называть. Этот ушлепок там и правда порядок поддерживает. Только дело в том, что нам в его порядке нет места. Как тебе тот парень со скелетом? Сильно понравился?

– Не сильно, – ответил я. – Если бы он мне понравился, я бы его не убивал.

– А там таких парней дюжина, если не больше. Тем и держатся. Один темный – это как отряд, который никогда не спит и которого все боятся. Многие твари Чащобы даже близко не подойдут, если почуют темного. И тот, которого всякие молокососы зовут императором боли, главный из них. Он, конечно, редкий ублюдок, но ублюдок сильный. Нам там делать нечего. А все остальные места еще похуже. Мы слишком далеко на север забрались.

Я покачал головой:

– Необязательно похуже. Мы ведь как-то смогли добраться до шахты от Черноводки. И шли по суше, а не по реке. Эта река обозначена подробно, места там явно не такие опасные. Да и нет смысла до ее устья добираться, потому что оно выше фактории. Мы бы могли идти рядом с берегами, чтобы не попадаться. Хотя вы, конечно, знаете лучше. Раз нельзя, значит, нельзя.

– Первый раз такого пацана вижу. Ты какой-то странный. И соглашаешься, и сразу возражаешь. Вот как тебя понимать? Надо проще быть. Вот я не пойму, какая чума понесла вас к шахте, а не к фактории? Что у вас тут вообще за брожения? Скучно стало, решили погулять по Чащобе?

– Так я ведь уже все объяснил. Если вкратце, по Черноводке безопасного прохода нет. А так мы думали выйти к шахте, а от нее уже на запад повернуть. По карте вдоль Удавки безопасно. Мы же не знали, что там император боли. Карта трофейная, от диких шахтеров досталась.

– Ты, пацан, многовато врешь. Где там безопасное? От Черноводки пройти к шахте напрямую – это надо быть воином сотой ступени. Ну ладно, пусть не сотня, пусть пятьдесят будет. Какая разница, ведь ты и на такого не тянешь.

– Говорю же, на карте обозначена безопасная тропа, – пояснил я.

– Не бывает в этих краях безопасных троп. Я вообще там лишь про одну тропу слышал. Да только ни хрена она не безопасная, нормальный человек на нее не сунется. Она называется тропа тсурров. Смекаешь, к чему ее так прозвали? Вот то-то.

Я хотел было заявить, что именно по ней мы и прошли, но прикусил язык.

Мелконог не поверит. К тому же придется рассказывать слишком многое. В том числе упоминать моменты, о которых мне не хочется распространяться. Достаточно того, что в некоторые мои тайны посвящен Бяка. Этого уже хватает, чтобы волноваться за сохранность секретов. Не стоит усугублять.

Значит, лучше промолчать. Тем более не вижу смысла в информировании лесовика о нашем маршруте. Это ничем не поможет, выбираться придется иным путем.

Потому перевел разговор на более перспективную колею.

– У вас есть пленник.

– Да что ты говоришь? – делано изумился Мелконог.

– Мы можем это использовать, – не обращая внимания на тон собеседника, продолжил я. – Ему ведь по-любому много чего известно. Он должен знать, почему здесь на карте белое пятно. Или даже подскажет, как его обойти. Я не знаю, зачем вы его взяли, но почему бы это не использовать?

– И ты думаешь, что он прям возьмет и все нам просто так расскажет? И даже не станет при этом много врать? Не боишься, если его слова приведут нас к логову матерых огневиков или куда-нибудь похуже?

– Конечно, боюсь, – признал я. – Но можно попробовать сделать так, чтобы он сам рвался нам все рассказать. Есть способы.

– Способы? – хмыкнул Мелконог. – А я вот про такие способы не знаю. Дикий, которого мы поймали в начале весны, выпустил кишки лучшему арбалетчику фактории. Прошел по кустам на бесшумном умении и хорошенько полоснул ножом чуть пониже пупка. А вот уйти уже не успел. Мы его потом на куски порезали, но он ничего не сказал. Только ругался и плевался. Это такие люди, что с ними никогда не угадаешь, на кого нарвался. Но слабаков у них если и держат, то в цепях. Не хочу говорить про них хорошее, но надо признать, что в этом они сильны.

– Мы можем сыграть на контрасте.

– Сыграть на кон… На чем ты тут играть собрался, музыкант хренов?

– Надо разделить наши роли.

– Что-то я запутался… То ты музыкант, то актеришка из балагана. Пацан, определись уже.

– Здесь не музыка и не балаган. Мы будем допрашивать его вдвоем. Но один будет допрашивать грубо, жестко, а второй, наоборот, мягко и как бы станет защищать от первого. То есть плохой и хороший. Тогда у вашего пленника может выработаться доверительное отношение к хорошему. И если четко придерживаться своих ролей, он сам расскажет, ему захочется рассказать. Как бы отблагодарить того, кто с ним нормально обращается. Ну и заодно защититься от плохого. Способ простой, но это работает.

Мелконог ответил без раздумий:

– А что, идея неплохая. Значит, так, я тогда допрашиваю его первым. И я буду хорошим. Ну а как поговорю с ним чуток, ты подключишься. И будь с ним пожестче, ты же плохой, а выглядишь хлюпиком, тебе трудно с ним придется. Так что старайся. Вон как раз удобное местечко. Остановимся передохнуть и поговорим заодно. А то и правда как-то нехорошо получается, тащим его без толку. Пусть начинает свой хлеб отрабатывать.

Я не стал напоминать, что пленника ни разу не кормили. Все мысли были об одном: как запугать мужчину возрастом лет двадцати семи, будучи при этом в теле худосочного подростка?

Как-то я не так это представлял…

Может, попросить Мелконога о смене ролей?

Нет, нельзя, он ведь именно этого и добивается. Издевается надо мной с самым серьезным видом. Хочет посмотреть, как я облажаюсь.

Следовательно, надо как-то выкрутиться. Надавить на пленника так, чтобы тот действительно начал рассказывать Мелконогу все, что знает.

С радостью и добровольно.

Ну… почти добровольно.

Дождь, вымочивший округу до последней травинки, затих еще перед рассветом. Но низкая облачность не рассеялась. Лишь местами в ней возникали почти чистые прорехи, через которые пытались прорваться прямые солнечные лучи. Этого недостаточно, чтобы быстро высушить почву и растительность.

И наша одежда тоже сохла плохо. А это неприятно, это верный путь к болячкам, если подолгу так ходить. Северное лето коварно, приходится беречься.

Поэтому на привале, устроенном в мелком распадке, мы все скинули верхнюю одежду, развесив ее по корявым ветвям карликовых сосенок. Растительность здесь повсеместно угнетена, поэтому сосенки росли не вверх, а вширь, далеко раскидывались. Готовая природная сушилка.

Костер не разжигали. Мелконог заявил, что долго здесь рассиживаться нельзя и потому отогреваться горячей пищей нам светит только вечером.

Бяка присел в сторонке и начал жадно перебирать нехитрое барахлишко, прихваченное с тела некроманта. Упырь с него ухитрился стянуть множество вещей, на мой взгляд совершенно бесполезных. Вот зачем нам простенькая курительная трубка из камыша и корня гигантского рогозника? Серебряные пуговицы – это уже лучше, но сомневаюсь, что за них дадут хорошую цену. Бронзовый ключ от сундука, который, скорее всего, сгорел вместе с поселком нелегальных рудокопов. Деревянный пенал с непонятными пилюлями – тоже мусор. Неизвестно, от чего они лечат, да и не факт, что вообще являются лекарством. Запросто может оказаться наркота, которая нам даром не нужна. Однако Бяка радовался так, будто ему досталось великое сокровище фараонов.

Мелконог усадил пленника на землю, сам присел на поваленное дерево напротив него и приступил к допросу, осведомившись задушевным, действительно добрым голосом:

– Тебя как звать, мил-человек?

Пленник угрюмо отвернул голову, не проронив ни звука.

Мелконог на молчание ничуть не обиделся и продолжил в том же духе:

– Откуда тебя, такого красивого, в нашу глухомань занесло? Как давно здесь чалишься? Жена у тебя есть? А дети? Кто у вас за главного? И почему главного этой ночью не было в поселке? Зачем он ушел и куда? Что в шахте добываете? Много чего, да? Рассказывай, не держи это в себе.

После каждого вопроса Мелконог делал паузу, предоставляя пленнику возможность ответить. Но тот ни звука не обронил, так и косился в сторону с угрюмым видом.

Я, переминаясь с ноги на ногу неподалеку, начал знаками показывать, что готов играть свою роль. Уже продумал кое-какие наработки, есть шанс сойти за плохого.

Но Мелконог не стал играть по правилам, предложенным мною. Он даже не посмотрел в мою сторону. Выждав длиннейшую паузу, заговорил тем же тоном, в котором теперь появилась примесь насмешки:

– Вижу я, добрый человек, устал ты с дороги. Силенок не осталось отвечать. Такое бывает, что уж тут поделаешь. Но я тоже человек незлой, попробую тебе помочь с этой бедой. Сам за тебя отвечу. Звать тебя Тимром, а Щерба твое прозвище. Родом ты из Нижнего Улдиса или, может, из деревни какой под ним, точно не скажу. В Улдисе ты и связался с теми, кто тебе много чего наобещал. В Чащобу ты попал в позапрошлом году, с тех пор сидел на шахте безвылазно. Жена у тебя была, Кинкой звали, да только ты пришиб ее вскоре после свадьбы. Что-то не то она тебе сказала, когда ты поздно ночью домой вернулся пьяный и злой. Забил ее кулаками, не посмотрел на то, что беременная. Вот и не успел детьми обзавестись. За главного в «Красном глазу» Луцо Бешеный, и когда он на шахте, у вас дисциплина о-го-го. Да только подался он по реке вниз, к Имбу в гости. И несколько человек с собой прихватил, чтобы не скучно было. Пошли они не просто так, а понесли долю, которая Имбу полагается. Ему тут все платят, и вы не исключение. Быстро такие дела не делаются, так что пока не успел вернуться. На шахте вы колотите хромовый камень. Иногда попадается гранат. В старом отвале вы находили кусочки серебряной руды и сильно мечтаете до нее добраться. Еще хотите золото мыть, но у вас на это рабочих рук нет, да и мастера нужны с навыками специальными, а такие подобру к вам не приходят, они и в нормальных местах нарасхват. Как видишь, Тимр, я и без тебя отвечать умею. Хорошо отвечаю, ничего не путаю.

Удивительно, но, похоже, Мелконог каждым словом попадал точно в цель. Это заметно было по поведению пленника. Он перестал отводить взгляд, уставился на лесовика потрясенно.

Даже рот разинул.

А затем не выдержал и подал голос, возбужденно протараторив:

– Откуда знаешь?! Какая падаль меня сдала?! Говори давай!

Мелконог доброжелательно улыбнулся:

– Да никто тебя, ушлепка лопоухого, не сдавал. Ну это если не считать дурных наклонностей, которые сдают вас, ублюдков, на каждом шагу. Но ты знаешь, будь ты и вправду хорошим парнем, это плохо. Это ведь означает, что ты бы со мной никогда не повстречался. Такое вот упущение могло случиться. Так что радуйся.

– Да что ты несешь?! – чуть не заорал пленник. – Откуда ты знаешь, что ее Кинкой звали?! Ты что, в голове копаться умеешь?! Да будь ты проклят!

– А вот проклинать меня не надо. – Мелконог перестал улыбаться и жестким тоном начал объяснять: – Ты ведь не думал, что я все это время сидел в клетке просто так? Я не только в носу ковырялся, я смотрел и слушал. На вас, ушлепков смешных, смотрел. Вы такие забавные, так почему бы и не посмотреть. И еще я слушал, что за ересь вы несете. Прозвище твое раз двести слышал, а однажды ты раба назвал тезкой. Узнать, как раба звать, это ведь несложно. И оказалось, что он никакой не Щерба, а Тимр. Говорок у тебя восточный, да еще ты разок обмолвился про «Розовый бутон». Вы, ублюдки, тогда из шахты выходили и, как всегда, завели разговоры про шлюх. Очень вам это интересно. А я вот случайно знаю, что для таких дурачков в Нижнем Улдисе есть бордель и называется он как раз «Розовый бутон». Бывал я и в Улдисе, и в самом борделе. Интересно было глянуть, чего вас, дурней, туда тянет. А еще я помню Доску розыска и портрет интересный. На тебя похож. Женоубийца Тимр, так там подписано. Случилось это не так давно, а люди поболтать о таком любят. А я вот люблю слушать, ведь те, кого на юге сильно ищут, часто оказываются на севере. Удобно, если надо спрятаться, а мне удобно заранее знать про тех, с кем придется один лес делить. Вот и узнал некоторые подробности. Перед тем как податься в убийцы, ты связался в порту с дурными людьми. О них поговаривают всякое. И был намек, что можно через них достать товар, который с дальнего севера приносят. Не надо быть великим умником, чтобы понять, через кого ты на этом самом севере оказался. То, что за главного на вашей помойке старый хрыч Луцо Таг, знают даже черви в твоем гнилом кишечнике. То, что он за любую провинность дерьмо из любого выбить может, тоже все знают. Да и здесь я видал разок из клетки, как он вас, девочек, воспитывает. Строгий мужик и крепкий не по годам. Жаль, что отец у тебя шлюха мужского пола, а не такой мужик, как Луцо. Уж тот бы тебя как человека воспитал, и был бы ты уважаемым Тимром, а не вонючим ублюдком. Когда с утра Луцо ушел к реке со своими людьми, я не удивился. Вы, недоумки, болтаете много. Не забыл? Я ведь слушать умею. И слышу хорошо. Издали слышу. Иногда пары слов хватает, чтобы понять много чего. Вот и я понял, куда его понесло. Что вы тут под землей колотите, тоже не секрет. Не надо даже в клетке висеть, чтобы понять. Я не горняк, но по камням на отвале много разного могу рассказать. Да и хром с красными самоцветами от вас на юге уже не раз всплывал. Про золото Луцо при мне сильно ругался, возле клетки стоя. Ушлепок решил, что мне уже можно знать все, ведь я никуда не денусь. А я, как видишь, девался и теперь знаю, что рядом с шахтой водится золотишко. Интересные новости, Эшу это понравится. С некривыми руками да хорошими мастерами на желтом металле можно неплохо монет срубить. Ну как тебе мои ответы? Ничего не добавишь?