Текст книги "Альфа-ноль. Все части. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Артем Каменистый

сообщить о нарушении

Текущая страница: 140 (всего у книги 227 страниц)

⠀⠀
^{Глава 17}
♦
Операция «Пеленгация»

Насчёт резко улучшившихся способностей в «пеленгации» я слегка лукавил. Точность ощущения направления не улучшилась, но зато линии на карту я наносил уже гораздо увереннее, со знанием дела. И точки для измерений выбирал уже не через пятьсот шагов или около того, а с расчётом поточнее «прицепиться» к далёким ориентирам. Потому где-то останавливался чаще, где-то оставлял приличные интервалы, но в целом качество определения улучшалось.

Полный круг мы завершили быстро. Спасибо, что требуемое место находилось пусть не в центре города, но не так уж далеко от него. Где-то на полпути к окраине. Удачно вписалось в поисковый круг, позволив засечь «пеленги» с разных направлений по всем сторонам света.

А дальше сработало то, на что я надеялся, но знать наверняка не мог. Попытавшись приблизиться к гипотетическому месторасположения узилища Камая, быстро понял, что ощущение усиливается, благодаря чему возрастает точность определения направления. Сектор между засечками сузился в разы, и уже после трёх измерений я принял решение не устраивать новый круг, а попытаться перебраться ещё ближе.

На новой позиции направление определялось уже не сектором между двух линией, а тонюсенькой стрелочкой. Но радоваться рановато, потому как карта далека от совершенства, и пары-тройки измерений недостаточно для точного определения цели.

Проехался по одной улице, затем по другой, и там столкнулся с бредовой на первый взгляд ситуацией – две стрелки выстроились параллельно. Тут бы даже самый грамотный абориген сдался, в геометрии, как я посмотрю, они не сильны. Но меня это ни на миг не обескуражило. Сразу понял, что резко сузившийся поисковый круг не включает в себя разыскиваемое место. Стрелки показывают, что оно осталось где-то за его пределами.

С одной стороны, неудобно получилось, но с другой радует. Теперь я почти на все сто уверовал, что до Камая меньше километра осталось, и это не единственная хорошая новость. В условиях города тысяча метров – всё ещё слишком много, но не в нашем случае. Там, куда указывали две параллельные стрелки, располагался особый район. Большая ярмарочная площадь, сейчас пустая; немаленький пожарный водоём; и охраняемые армейские склады, скрытые за высокой стеной. Все эти объекты занимали солидную площадь, и совершенно не подходили для устройства тайного узилища.

Оставалось несколько вариантов в застройке, которую обширной и сплошной там не назовёшь. Плюс высоких зданий в округе немного, так что я теперь без карты работал, просто посматривал по сторонам, тщательно вслушиваясь в свои ощущения.

Несмотря на улучшение определения направления, я провозился почти до сумерек. Хит уже паниковать начал, потому что всё это время дознаватель, можно сказать, «партизанил», поставив всё на мою уверенность. Ведь его твердолобое начальство никак не получится быстро уговорить согласиться с моими раскладами. В «пеленгацию» там не верят, даже не понимают, о чём там вообще речь. Да и хоть я из знатной семьи, но клан мой, по их мнению, пребывает в безнадёжно глубокой пропасти.

Со всеми вытекающими последствиями вроде пренебрежительного отношения к его последнему представителю.

Сегодняшний провал, по моему мнению, жёстко повесят на Хита. За напрасную потерю изрядного количества сотрудников палаческого ведомства и городской стражи кто-то обязан ответить. Не судят только победителей, а это не наш случай. Дознаватель тоже прекрасно понимает, что лучшей кандидатуры не сыскать.

У него один вариант избежать неприятностей по службе – показать положительные результаты. И сгодится не только реальная подвижка в расследовании, а и символическая победа. А так как его недалёкие боссы под победой подразумевают бесполезную кипу «безликих шкур», он поставил всё на этот вариант.

Теперь, если ничего не выйдет, с него спросят вдвойне: за провал операции и за последующие действия, не согласованные с руководством.

Спасибо, что мобильной связи здесь нет, а артефактные аналоги дико дорогие и не всегда удобные, иначе начальники давно бы пресекли наши поиски. В условиях размеров столицы надо не просто сообразить, что с подчинённым что-то не то, придётся его как-то найти. А дознаватель знал, как избегать нежелательного внимания.

Фургона с порталом, или как там этот артефакт полагается называть, с нами больше не было. Теперь мы передвигались в трёх повозках, временно позаимствованных дознавателем у какого-то подозрительного содержателя конюшни. Хит скупо пояснил, что эти развалюхи на колёсах любят арендовать старьевщики и прочий небогатый люд. То, что колонна подобной «техники» может вызвать подозрения, он осознавал, но полагал, что пока мы будем далеко, соглядатаев безликих наш маскарад не заинтересует.

Ну а вблизи придётся действовать быстро, не позволив врагам сбежать.

Меня напрягало лишь в то, что с нами сейчас и трёх десятков бойцов не наберётся. Причём что это за бойцы, знает лишь Хит. Я вот не уверен, что они всей оравой даже дюжину безликих одолеют. К тому же понятия не имею, сколько убийц может оказаться возле Камая.

В общем, план наш так себе. Сырой, рискованный, и даже Хит в него ни капли не верит. Вон, мрачнеет час от часу всё сильнее и сильнее. Похоже, согласился с моими доводами лишь ради того, чтобы оттянуть неизбежный и однозначно для него безрадостный момент знакомства с начальственным ковром.

Ну что же, как бы я к нему не относился после сегодняшних событий, но пора начинать повышать дознавателю настроение.

⠀⠀

– Хит, похоже, я нашёл Камая.

– Так похоже, или нашли? – почти не скрывая раздражение, уточнил дознаватель.

Да уж, он окончательно разуверился и духом пал. Ну да ничего, сейчас порадую.

– Если повернём налево, в следующий переулок, в конце его отдельно стоит странный дом. На крепостную башню похож. И несколько деревьев рядом, вроде садика. Я его ещё с той стороны от пожарного пруда заприметил. Все стрелки показывают на него с разных сторон.

– Не знаю я ваши стрелки, зато дом знаю. Это действительно бывшая башня. Когда-то тут форт с машинами метательными стоял, а пожарный пруд остался, как часть системы рвов. Здание осталось в ведомстве канцелярии. Точно не знаю, что там сейчас, но оно наше. Никто туда безликих не пустит, даже не думайте.

– А его не могли сдать в аренду? – уточнил я.

– Маловероятно, но знаете, вы правы, всякое случается. Узнать это недолго, но если сейчас поехать в имперский квартал и что-то там начать уточнять… Ну вы поняли…

Ну да, в месте обитания начальства показываться никак нельзя, мог бы и не объяснять столь очевидный момент.

– Камай там, – уверенно заявил я, полной уверенности при этом не ощущая. – Как вариант, он под зданием. Какие-нибудь катакомбы, канализации, тайный подвал. Я не могу определить уровень, только отметку на карте.

– Мне неизвестны подземелья в этом месте, – сказал Хит. – Но вообще-то у нас они на учёте должны быть. За ними следят, не позволяют лихим людям резвиться. Хотя, конечно, везде не успеешь, и всякое под землёй случается. Опыта в столичном сыске у меня мало, но наслышался разного.

– Хит, решать надо прямо сейчас, не то мимо проедем. Кататься кругами – это верный способ их вспугнуть.

– А что тут решать? Надо разбираться. Поворачиваем.

Вокруг перестроенной башни и примыкавшему к ней крохотному садику стоял высоченный каменный забор с единственными воротами, охраняемыми парой стражников. На вид – типичные представители городской стражи, но моя недоверчивость заставляла сверлить их как в обычном зрении, так и в восприятии энергии. Искал несоответствия внешности, надеясь, что определю поддельные личины, под которыми умеют скрываться безликие.

К сожалению, ничего подозрительного не заметил. Но это меня не успокоило. Я всё сильнее и сильнее ощущал, что Камай здесь, совсем рядом, достаточно руку протянуть.

И рука норовила протянуться не куда-нибудь, а именно в направлении башни.

– Мимо езжайте! – зычно прикрикнул один из стражников. – Здесь старья для вас нет, нищеброды по…

Служивый осёкся на половине слова, потому как спрыгнувший с фургона Хит на старьевщика не походил, как и на нищеброда. Распахнув чёрный плащ, он продемонстрировал форменный костюм дознавателя, а это в столице профессия уважаемая.

– Простите, господин, не признал вас сразу! – тут же гаркнул стражник.

Хит, покрутив головой, спросил:

– Скажи-ка мне любезный, что располагается в этой башне?

– Дык эта… управа крысиная.

– В каком смысле? – удивился дознаватель.

– Ну… это… крыс изводят они тут. По всему городу полагается изводить, а здесь, значится, крысоловы отмечаются и начальство ихнее сидит.

– А вас зачем поставили?

– Дык это… Охранять полагается. Опасное место. У них тут полный подвал ядов всяких. И зерно отравленное там, на заднем дворике, смешивают и грузят. Ежели украдут такое по недомыслию, много народа помереть может. Вывалить кружку в колодец много ума не надо.

– Ладно, я понял, о чём ты. А крысоловы на месте?

– Дык они тут не живут, они только за ядами приходят, да хвосты сдавать. Платят-то у них не по дням, а по хвостам. И опоздали вы, такие дела по утрам делаются. Сейчас там только главный ихний, господин Рухват остался, со слугой своим, мальцом Чвиком.

– Что они так поздно там забыли? – спросил дознаватель.

– Дык господин Рухват там и живёт. Весь третий этаж, это хоромы евойные.

– А ты, любезный, давно из Вранеи в столицу перебрался?

– Как узнали, господин?! – простодушно изумился стражник.

– Да говор у тебя вранейский.

– А, ну это да, никак не привыкну по столичному балакать.

Обернувшись к своим людям, успевшим покинуть повозки, Хит рявкнул:

– Взять этих! Даже не думайте дёрнуться, сразу смерть обоим!

– За что?! – охнул словоохотливый стражник, когда ему начали выкручивать руки.

– За то, что говор у тебя не вранейский, а просто врущий. Настоящие вранейцы так не говорят. Так что посидите оба связанными, пока мы не разберёмся с главным крысоловом и подвалами ядовитыми. Открыть ворота, башню окружить, караулы по всем углам. А ты, Доний, бегом проверь, что у них позади, где повозки грузят. Шебус, ты со своими обормотами двигайся за мной. И вы, Чак, тоже. Познакомимся с господином Рухватом и его мальцом Чвиком.

Ворота в стене оказались основательными. Спасибо, что не заперты. Двери в башню тоже внушали. Монументально тут всё устроено, быстро вломиться нереально.

Спасибо, что они тоже не заперты. Меня, правда, это открытие не обрадовало. Как-то слишком тут беспечно для предполагаемой злодейской базы.

Хит на ходу слегка меня утешил:

– Чак, не знаю, тут ли ваш человек, но местечко явно подозрительное. Удобное для всяких незаконных делишек. Стражники у ворот какие-то мутные, стоит на отшибе, лишних свидетелей в ближней округе нет. Наведываются сюда крысоловы, а это те еще негодяи в большинстве. Да и под видом крысиного отравителя кто угодно приходить и уходить может. И хоромы жилые над подвалами с ядами, это как-то странно выглядит. Определённо следует хорошенько пообщаться с этим Рухватом.

– Это кого там Хаос на ночь глядя принёс?! – строго вопросили откуда-то сверху.

– Имперская палаческая служба, дознаватель Хит Эр Зоппий. Покажитесь и назовитесь.

Послышалось недовольное бормотание и на лестнице, спускавшейся спирально вдоль закругляющейся стены, показался долговязый старик в домашнем халате. За спиной его стоял юноша со светильником в руке.

– Я Рухват из Денов, старший управляющий городской санитарной управы. И я здесь главный.

– А это, полагаю, ваш слуга Чвик? – уточнил дознаватель.

– Всё-то вы знаете, тессэрийцы, – пробурчал старик. – Что вам здесь ночью понадобилось? Крысы заели, что ли? Это радостная новость, но слабо верится, что им ваше поганое племя по вкусу.

– Господин Рухват, мы должны осмотреть это здание, – напрочь игнорируя хамство, заявил Хит.

– И что вы у меня забыли, крохоборы? – скривился Рухват. – Я жаловаться на вас буду. И бумаги покажите, а то вы на жуликов похожи.

– Имперская необходимость. Жаловаться – ваше право, но только после осмотра. Так что спускайтесь, будете нам всё показывать. Заодно и мои бумаги посмотрите.

– Так уж и всё? Ну тогда готовьте носы, потому что подвал я вам непременно покажу, а воняет там так, что волосы седеют прям на глазах.

– И как же вам живётся здесь при такой вони? – с напускным сочувствием спросил Хит.

– Так тут почти не воняет, двери подвальные у нас хорошие. И вообще, я привык, – старик сделал паузу, после чего предельно довольным голосом добавил: – Хорошее место, потому что здесь тессэерийцев не бывает. То есть не бывало, покуда вас демоны Хаоса не принесли. Так куда пойдём? В подвал сразу, или что-то попроще для разогрева посмотрите? Можно на задний двор заглянуть, там, в сарае, хвосты сушатся крысиные. Запах вам понравится, сильно тессэрийцами попахивает.

– Господин Рухват, вижу, вы прям обожаете мой народ.

– Ага, конечно. Целуйте мой морщинистый зад, люблю я вас, южан.

– Боюсь, это не взаимно. Но неважно. Должен задать ещё один вопрос: кроме вас здесь есть люди?

– Два обормота у ворот, вы должны были их видеть, если они снова с поста за выпивкой не улизнули.

– А кроме стражников?

– Да никого тут нет, только я да Чвик. Даже крыс здесь не найдёте. Не любят эти бестии к нам наведываться, поближе к своим родичам держатся, к тессэрийцам. Ха-ха-ха!

– Мальчик, твой хозяин сказал правду? Вы одни?

– Вы это мне? – несмело уточнил слуга, которого мальчиком можно назвать с колоссальной натяжкой.

– Да конечно тебе, вот же болван! – сварливо воскликнул старик. – Эти тессэрийцы всегда такие. Не верят честным почти благородным людям. Со слугами, нищими и шлюхами всегда готовы пообщаться любезно, лишь бы не с ардийцами по крови. Ну! Отвечай ему, не молчи! Уж простите его, господин дознаватель, малец тот ещё тугодум.

– Тут только я и господин Рухват, и ещё стражники, но они не тут, – несмело ответил слуга.

– Вот видите, всё как я сказал, туго думает, но зато не врун, – заявил старик, и, ухмыльнувшись, добавил: – Ну так что, пойдём к сараю с хвостами крысиными, нюхать дух тессэрийский, или куда?

Дознаватель склонился к моему уху:

– Чак, вы ощущаете своего человека?

– Ещё как ощущаю, – прошептал в ответ я. – Он где-то здесь.

– А здесь, это где именно? Поточнее нельзя определить?

– Не уверен, но иногда мне кажется, что лучше ощущается где-то под ногами, а не наверху. Так что я бы проверил подвал.

– Так и поступим, – кивнул дознаватель. – Но не сразу. Если этот Рухват в чём-то замешан, не станем ему сразу показывать, что мы знаем его секрет.

⠀⠀

Как по мне, дознаватель непонятно зачем чудил, оттягивая момент знакомства с подвалом. Бессмысленная потеря времени, потому что чем дальше, тем больше я убеждался, – Камай именно внизу. И если шайка, которая его удерживает, хоть слегка заботится о своей безопасности, то там, под башней, о нас уже знают.

Попробуй пойми, что они способны предпринять в любой момент. Может прямо сейчас торопливо собирают манатки, намереваясь побыстрее улизнуть по подземному ходу со всеми уликами.

И хорошо, если Камая при этом с собой прихватят, а не прикончат.

На втором этаже башни мы осмотрели единственный скудно обставленный кабинет и пару каморок вдоль стен. Здесь в дневное время располагалось что-то вроде конторы службы борьбы с грызунами. Выше, как и ожидалось, обнаружились покои Рухвата. Старик на удивление неплохо устроился. Не сказать, что богатые хоромы, но очень даже неплохие, чистые и со вкусом обставленные. Даже аристократу средней руки незазорно в таких скоротать ночь-другую, а фигура помельче может проживать годами без урона для фамильной чести.

Пронырливый дознаватель даже под кровать заглянуть не постеснялся, не говоря уже о прочих местах. Все эти проволочки заставляли меня нервничать, я неотрывно сверлил Хита нехорошим взглядом, пытаясь безмолвно поторапливать.

Старика происходящее чуть ли не радовало. Он, похоже, в паре шагов от маразма, слишком уж конкретно его повернуло на тессэрийцах. Пока осматривали верхние этажи, рассказал не меньше дюжины анекдотов, в которых представители этого южного племени показывались не с лучшей стороны. Несколько раз поинтересовался родословной дознавателя, уверенно предполагая, что мать его подрабатывала в рыбном порту, оказывая морякам некие популярные услуги по демпинговым ценам. Причём работу её весьма не одобряла общественная мораль, за что бедняжку вываляли в смоле и перьях, после чего утопили в нечистотах. Отца Хита главный крысолов уважил, поставив на ступеньку выше, разрываясь между тремя версиями: то ли тот был сифилитиком, то ли висельником, то ли совмещал и то, и другое.

Всё это высказывалось так, что воспринималось на уровне бреда выжившего из ума старикашки. Но при этом все понимали, что нет, ум у Рухвата может и не юношеский, но о критических возрастных проблемах в данный момент говорить не приходится. То есть главный крысолов столицы прямо-таки мастерски поливал Хита помоями, но настроил поток оскорблений так, что обычно это смотрелось плохо, но не совсем уж примитивно хамски. Балансировал на тонкой грани.

Дознаватель в ответ вёл себя подчёркнуто-корректно. Сама вежливость. Если открывал рот, то строго по делу, предельно-официально, ни на какие провокации не поддавался. Глядя на это, я предположил, что ему частенько подобное приходится выслушивать, вот и относится, как к шуму привычному.

Я, конечно, не раз слышал, что тессэрийцев в Раве недолюбливают, но то, что сейчас вытворял этот старик, ни в какие рамки не укладывалось. Будь он помоложе, или хотя бы покрепче, я бы сам ему врезал хорошенько, потому как не только дознавателя достаёт, а и всех вокруг.

Устроил тут какой-то маразматический расизм…

Когда Рухват переключился на бабушек, дознаватель вновь склонился к моему уху:

– Ничего подозрительного больше не заметили?

– Ничего, если не считать того, что вы затягиваете с подвалом.

– Так надо. Подвалы – неприятные места, их всегда смотрят в последнюю очередь, – туманно прокомментировал Хит, и уже нормальным голосом заявил: – Уважаемый господин Рухват, попрошу вашего внимания.

– Чего тебе ещё от меня надо, южанин?

– Ладно, ваша взяла, если не возражаете, давайте вы продолжите издеваться над моими предками в подвале. Нам придётся его осмотреть.

– Вам что, кабинета и моих покоев не хватило? – издевательски уточнил старик, только что сам буквально тянувший нас в подпол. – Что, болезные, ничего к рукам прибрать не получилось, да? Ох уж эти тессэрийцы и их жадность. А правду говорят, что у вас там поголовное кровосмешение – это нормально? То, что мужеложство у южан вместо «здрасьте», это все знают, но вот в этом вопросе у меня сомнения остались.

Под монолог о повальном тессэрийском грехопадении старик проворно спустился, открыв неприметную на вид, но весьма и весьма массивную дверь, створки которой с двух сторон обрамлялись манжетами из кожи и ткани. Из проёма дохнуло таким смрадом, что у меня едва колени не подломились. Вонища гниющих нечистот, тухлятины, какой-то едкой химии и чего-то непонятного, но предельно омерзительного смешались в невыносимо-ядрёный букет.

Да из чего они такую мерзость делают? Зарин в сравнении с подвальным смрадом – элитные духи с тончайшим ароматом.

Старик радушно выставил руки, приглашая внутрь:

– Заходите, господин дознаватель, заходите гости дорогие. Да поскорее заходите. Ну чего стесняетесь? Давайте-давайте, не медлите. Вот так, господин дознаватель, спускайтесь вниз, не стойте. Чвик дверь быстренько прикроет, чтобы запах родины вашей не выветривался.

Хит, нагнувшийся было вниз по лестнице, обернулся к своим людям:

– Чобо, ты со мной. Шебус, забирай остальных, организуй посты у дверей. Проверь, как там на улице обстановка. Проследи, чтобы хватали всех, кто сюда идут, или рядом подозрительно крутятся.

Пока мы обходили верхние этажи, при дознавателе иногда новые люди появлялись, иногда старые куда-то пропадали. Нескончаемое движение кадров. Так что в его последнем указании нет ничего удивительного. Но я напрягся, потому как в потенциально опасный подвал теперь придётся спускаться впятером. Учитывая, что двое из этой пятёрки – старик и его слуга, не очень хороший расклад для возможной схватки.

Хит бдительность потерял? А может разуверился во мне окончательно, и спустя рукава завершает осмотр? Или не хочет без разведки тянуть в тесноту подземелья серьёзные силы? Рассчитываю на последний вариант, потому как дознаватель показал сегодня, что выживать умеет. То есть кому, как не ему, шагать в первых рядах.

Чвик, замешкавшись, несмело предложил:

– Может господам надо тряпки ароматные сделать, для дыхания?

– Вот ещё! – злобно пробурчал Рухват. – Хотели воздухом юга подышать, вот пускай и дышат вольно. Давайте-давайте, спускайтесь, не топчитесь на входе. Дверь долго открытой держать нельзя, не то всю округу тессэрийским духом завоняем.

Честно говоря, я сейчас больше всего опасался фонаря в руке слуги. А то, что тот ещё и пару факелов от него зажигать принялся, едва до паники не довело. Вонь тут такая, что сама по себе убить способна, и долго этого ждать не придётся. Но если в составе термоядерного амбре присутствует метан или что-то наподобие, отравлением дело не обойдётся. Мы рискуем оказаться в эпицентре взрыва. Эти крысоловы, вроде, знают, что делают, но ведь людям свойственно ошибаться.

Чобо – старший помощник дознавателя, протиснулся в неширокую дверь боком. Очень уж телосложение у него серьёзное.

При этом здоровяк не удержался, высказался:

– Это чем таким вы крыс изводите? В жизни подобной вони не нюхал.

– На дерьме тессэрийцев замешиваем, – охотно продолжил любимую тему Рухват. – Оно само по себе токсичное, так что особо замешивать не приходится.

Внизу обнаружилось круглое помещение, вдоль его стен возвышались нагромождения бочек разных размеров. Очевидно, именно в них держали то, от чего атмосфера в подвале стала непригодной для жизни. Больше ничего не видать.

Старик закрепил факел на держателе, вмурованном в стену, и насмешливо поинтересовался:

– Ну что, господин дознаватель, в бочки будете заглядывать? Советую хорошенько в них покопаться. И даже разрешаю отведать из каждой. Говорят, на вкус как лучшее тессэрийское пиво. Так что не стесняйтесь, полными жменями черпайте.

Хит, не оборачиваясь, спросил:

– Ну что скажете, Чак?

Моё ощущение Камая не усилилось, но и не ослабло. По-прежнему казалось, что он где-то здесь, только руку остаётся протянуть.

Вот только куда протягивать – хороший вопрос.

Энергетическая картина приводила в ужас. Завихрения и потоки будто взбесились. Особенно вдоль стен всё ненормально смотрится, будто обрывки вихрей дружно выстраиваются в исполинское и сильно искажённое подобие охранного конструкта. Возможно, содержимое бочек отравляет не только атмосферу, а и тонкие структуры мироздания. Разобрать мелкие детали в этом хаосе невозможно.

Тут бы с крупными разобраться.

Пожалуй, пора вспомнить, что у меня имеется редкий и полезный навык. Если здесь устроены тайники, или где-то рядом с башней располагаются обжитые злоумышленниками подземелья, он всё это подсветит.

Проницательный взор Некроса

То, что случилось после активации навыка, на миг заставило меня позабыть обо всём. Даже смрад перестал ощущаться. Ведь не первый раз использую это умение, и результат всегда получался в той или иной мере одинаковым, где бы ни происходило дело.

Сейчас всё иначе. Вместо резко расширившейся картины мира, включающей в себя скрытые за преградами объекты, я оказался в клетке. В натуральной клетке, прутья которой раскалёнными докрасна полосами перекрещивались на стенах, полу и потолке подвала. Свет факелов померк, они едва-едва чадили, но освещения хватало.

Во Взоре Некроса тоже не всё ладно. Подсвеченных навыком объектов оказалось очень мало. Они одиночными искорками мерцали в толще грунта на десятки метров вокруг, но никакого толку от этого не было.

Отдельные камни, фрагменты корневой системы деревьев, трухлявая кость, глубоко ушедшая в грунт старинная монета. Это всё равно, что смотреть на мир, стоя в нескольких шагах от стены, в которой проделано несколько невеликих отверстий. Скрытое за ней разглядеть получится, но лишь в отдельных точках. Вот и здесь большая часть окружения оставалась недоступной.

Это ненормально, впервые с таким сталкиваюсь.

Я уж ничего не говорю про алые полосы, от которых дохнуло жаром, а невыносимый смрад разбавился вонью чего-то горелого.

Рухват, прервав свой нескончаемый монолог на тему бесчисленных грехов тессэрийской нации, внезапно распрямился и распрямил плечи. Крысолов вмиг на полголовы выше стал, заодно сбросив минимум лет двадцать.

Требовательно, без малейшего намёка на свойственное ему старческое дребезжание, спросил:

– Ну и кто из вас, ушлёпков, это сотворил?

Дознаватель, удивлённо осматривавший сетку из раскалённых линий, задал встречные вопросы:

– Это вы о чём? И что у вас тут за дела такие интересные?

Старик, полностью игнорируя Хита, уставился на меня нехорошим взглядом:

– Мальчишка, если это твоих рук дело, скажи, что за навык ты применил. Испоганить маскирующий контур такого уровня, это как-то неправильно. А чтобы сжечь вот так, до полного выгорания носителей… Ни о чём подобном никогда не слышал. Удивил, сильно удивил. Если ответишь честно, умрёшь быстро. Даю слово. А я, между прочим, людей не обманываю. Тессэрийцы не считаются, они не люди, их можно, но ты-то точно из наших, по красивым глазам вижу. Отвечай давай, не надо молчать.

Дознаватель ответил за меня.

– Не знаю, о чём вы, Рухват, или как вас там, но, похоже, мы зашли по правильному адресу. Чобо, прикрывай молодого господина, не позволяй им даже близко к нему подходить. Старик мой, а со вторым, как получится.

Главный крысолов, или, наверное, лже-крысолов, небрежно скинул с плеч замызганный халат, вскинул руки, хрустнул кулаками. И глядя, как меж костяшками засветились голубоватые огоньки, зловеще протянул, кровожадно уставившись на дознавателя:

– Второй, сделай этим двоим очень больно, но тессэрийца не обижай. Он мой. Зря ты сюда пришёл, южанин, ой зря…

⠀⠀