Текст книги "Тень смерти (СИ)"

Автор книги: Northvalley

сообщить о нарушении

Текущая страница: 42 (всего у книги 73 страниц)

– Да не вопрос. А второе?

– Прекрати называть меня на вы. Ты – король, а я – всего лишь обычная верховная жрица. Не нужно притворяться, будто ты не запрешь меня обратно в ту же самую темницу, если наше сотрудничество перестанет тебя устраивать.

– Все настолько очевидно, да? – усмехнулся лич, поднимаясь. Он стукнул по крыше посохом и вытянутые каменные глыбы появились из земли у подножья замка. Они росли и росли, пока не достигли карниза, образуя своеобразную лестниц. – Пойдем, жрица, – предложил он, протягивая Са’оре руку.

– Мой лорд… – усмехнулась девушка, делая реверанс и принимая предложенную руку. – По крайней мере следующая тысяча лет обещает быть не так скучна, как предыдущая.

***

– Вы вызывали меня, Повелитель? – спросила Вакилла, заглядывая в комнату, временно служившую Мал Хакару штабом.

– Да-да, – отозвался лич, ставя жирный крест на какой-то карте, которую отдала ему Церцея. – Церцея, не оставишь нас?

– Хорошо, – усмехнулась Змея. – Только вы сначала сделайте дела, а потом уже крутите шуры-муры, ладно?

Вместо ответа ведьма запустила в нее огненным шаром. Церцея увернулась и убежала, предварительно показав Вакилле язык.

– Как твоя рука, Вакилла? – поинтересовался лич, откладывая бумаги в сторону.

– Все в порядке, Повелитель. До тех пор, пока заклинание не завершено, ничего не случится.

– Хорошо. Тебе стоит использовать это заклинание осторожнее.

– Эй! – возмутилась ведьма. – Вообще-то, я почти поверила, что вы погибли!

– Да, об этом, – Мал Хакар взял в руки свой магический посох и отделил сферу от навершия. – На, взгляни, – сказал он, протягивая сферу девушке.

Сфера была черной и матовой. Два золотых ободка, покрытых загадочными символами, опоясывали ее – один подобно экватору и второй – подобно меридиану. Несмотря на небольшие размеры, сфера показалась Вакилле необыкновенно тяжелой.

– Что это, Повелитель?

– Я получил это непонятным путем в то же время, когда стал живым личем. Из всех известных мне вещей, по загадочности обстоятельств появления оно уступает лишь моему посоху.

– А что оно делает? – поинтересовалась ведьма, вертя сферу в руках.

– Понятия не имею. На ней написан принцип ее действия, но я не знаю, правда это или нет. Все что я понимаю – она работает, так или иначе.

– Повелитель, я не умею читать на древнем, – напомнила Вакилла.

– А когда научишься? – усмехнулся Мал Хакар.

– Никогда, Повелитель, – честно ответила ведьма. – Насколько я знаю, вообще никто кроме вас не понимает этих закорючек.

– Да неужели? – продолжал издеваться лич. – Ли’ана отлично читает и говорит на древнем, да и Са’оре, помнится, сегодня сказала парочку слов на нем. Уверен, Церцея тоже сможет научиться, если возьмет парочку уроков.

– Пусть я самая безграмотная из ваших женщин, зато я могу обратить всех остальных в пепел, – произнесла Вакилла замогильным голосом, покрывая себе Огненным Щитом.

– Там написано: Сфера Бессмертия подчиняется шести правилам, – сказал Мал Хакар, становясь серьезным. – Первое. Сфера Бессмертия дается лишь тому, кто овладел путями Жизни и Смерти. Второе. Сфера Бессмертия дается лишь тому, кому она не нужна. Третье. Тот, кто держит в руках Сферу Бессмертия, не может умереть…

– А? – переспросила ведьма. – То есть вы не можете умереть, Повелитель?

– Технически, это ты сейчас держишь в руках Сферу Бессмертия, – ответил лич. – Значит сейчас это ты не можешь умереть.

– Вы воистину всесильны, Повелитель! – воскликнула девушка, кланяясь и протягивая сферу обратно личу.

– Погоди, – остановил ее Мал Хакар. – Мы прочли только написанное на одном из ободков, а есть еще второй. Четвертое. Тот, кто однажды получил Сферу Бессмертия, всегда сможет получить ее снова, пока остается достойным. Пятое. Тот, кто воспользуется Сферой Бессмертия, лишится ее. Шестое. Есть только одна Сфера Бессмертия.

– Что значит «лишится если воспользуется»? – спросила ведьма. – Она действует лишь один раз? Но ведь вчера ночью вы совершенно точно воспользовались ею, а сейчас она здесь.

– Да, эта штука вызывает кучу вопросов, – согласился лич. – Насколько я смог понять, речь идет о том, чтобы не прибегать к помощи Сферы по собственной воле. «Сфера дается лишь тому, кому она не нужна», означает что ее может получить лишь тот, кто совершенно не нуждается в артефакте такого рода, и если обладатель Сферы продемонстрирует, что полагается на ее возможности, то утратит ее – скажем, если я выполню какое-нибудь заклинание, требующее в уплату моей жизни или сам подставлюсь под удар меча, то Сфера не вернет меня к жизни. Трудно сказать, как она решает, полагался ли я на ее помощь или оказался в безвыходной ситуации… возможно это зависит от моего собственного восприятия ситуации. Так или иначе, я стараюсь вообще ничего не делать с этой штукой. До сих пор она сработала трижды, и каждый раз это были ситуации, когда я никак не мог помешать своей гибели и даже не успевал отреагировать на опасность…

– Что? Повелитель, вас убивали уже три раза?! – возмутилась Вакилла.

– Да, поэтому я и решил рассказать тебе о Сфере. Она совершенно точно работает, когда меня внезапно уничтожают одной мощной атакой, так что если такое случится снова, не спеши взрывать все вокруг.

– Лучше было бы, если бы вы вообще не попадали в ситуации, когда вас внезапно уничтожают, – проворчала ведьма.

– А тебе лучше не попадать в ситуации, когда ты сжигаешь, взрываешь и испепеляешь все вокруг, – парировал лич. – Кстати, ты слышала? Эльфы называют тебя Урувойт Гулдуррин.

– Звучит как какое-то чудовище… – отозвалась девушка. – Что это означает?

– Огненная королева Некрополиса, – перевел Мал Хакар и усмехнулся, наблюдая реакцию ведьмы.

Вакилла мгновенно покраснела, едва-едва сдержалась, чтобы не вспыхнуть Огненным Щитом и забормотала:

– Яяяя же совсем не королева… Какая глупость…

– Так твое положение воспринимают эльфы, и сдается мне, что они не так уж ошибаются, – ответил лич, окончательно вводя девушку в ступор. – В данный момент Сар’ар временно недоступен, да и неправильно было бы продолжать держать в Кисти слугу другого лича. Не хочешь стать новым Форефингером?

– Нет! – неожиданно настойчиво возразила Вакилла. – Повелитель, я недостойна!

– Почему? Если не принимать во внимание твою импульсивность, все твои тактические решения были безупречны и ты отлично ведешь бой.

– Не в этом дело… – отозвалась девушка, и в ее глазах блеснули слезы. – Я не заслуживаю вашего доверия, я ведь тогда обманула вас и это из-за меня вы…

Она не успела закончить, потому что Мал Хакар встал с кресла и закрыл ей рот рукой.

– Достаточно, – сказал он. – Последователи-джевьяниты во все времена пытались действовать за спинами своих лордов ради их же блага. Иногда из этого выходило что-то хорошее, иногда – что-то плохое, но их нельзя винить в том, что они любили своих лордов и пытались защитить их. Тем более, что в нашем случае благодаря тебе я получил все, что сейчас имею.

– Вы знали, Повелитель? – ошарашенно прошептала Вакилла.

– Знал ли я, что на службе у лорда Ксана никогда не было дрогов? – усмехнулся лич. – Сар’ар все правильно сказал тебе тогда: вы думали, что ведете игру за моей спиной, а на самом деле играли мне на руку.

– Вы даже и об этом знаете…

– Ну разумеется. По моему приказу Фур’ган приглядывал за тобой постоянно, когда не был на других заданиях.

– Вы следили за мной, Повелитель? Почему?

– Потому что ты единственная, кого не выйдет заменить. Мне служат многие талантливые воины и чародеи, но способности каждого из них в той или иной степени повторяют мои собственные. Мелипсихона, Церцея, Зинас, Никодим – их сила, как и моя собственная, суть порождение их ума, опыта и мастерства. Но твоя сила исходит от сердца и оттого превосходит все, на что способен любой из нас. Иметь среди своих сторонников кого-то столь преданного – дар, который лич может получить лишь раз в жизни – обычно в лице своего Илк’ха’йа’лет. Но ты – не призрак, обязанный служить мне, и твое сердце избрало этот путь по своей воле – что делает твою преданность еще ценнее. Из всех сокровищ, которыми я обладаю, и которые получил благодаря тебе, самое ценное – это ты, Вакилла из Хэгмаунта. Навряд ли сам я когда-то смогу отплатить тебе чем-то подобным, но я по крайней мере могу оценить тебя так, как ты этого заслуживаешь.

– Повелитель… – прорыдала Вакилла. – Вы меня захвалите…

– Знаешь, я передумал, – деланно задумчиво произнес Мал Хакар. – У меня есть для тебя место получше, чем место Форефингера. Члены Кисти символизируют пальцы правой руки лича, но у меня ведь есть еще вторая рука. Вот, – он протянул ведьме свиток, до этого лежавший у него на столе.

«Сим жалую Вакилле из Хэгмаунта имя Нортваллей и титул Руки Повелителя. Пусть сохранит это звание пожизненно и передаст потомкам после себя.

Повелитель Тьмы

Мал Хакар

8 день 4 месяца 673 года Эры Веснота»

– Ппповелитель… – немного заикаясь спросила ведьма. – Ккаким таким потомкам?

Примечания:

* Среди личей и их почитателей распространены три основных идеологических и философских течения:

Джевьянизм – личи-джевьяниты являются идейными последователями лорда-лича Джевьяна. Джевьяниты – скорее воины и завоеватели, чем мудрые маги. Они всячески подчеркивают свою преемственность от владык Весфолька, изучают весфолькский язык и весфолькскую магию. Согласно джевьянизму, каждый лич является абсолютным монархом, и, соответственно, соперником всех остальных личей. Личи-джевьяниты требуют от своих последователей абсолютной покорности, сопровождающейся всевозможными ритуалами демонстрации преданности. Из героев книги к этому течению тяготеют Мал Ксан, Мелипсихона и Ваиклла.

Раванизм – течение, основанное лордом-личем Мал Раваналом. Подобно джевьянитам, раваниты склонны к монархизму, однако у них личи являются не королями, а генералами и советниками, состоящими на службе у верховного правителя – лорда-лича. Мал Хакар – типичный раванит.

Арфьянизм назван в честь лича Ро-Арфьяна. Личи-арфьяниты в большей степени посвящают себя научным исследованиям и не интересуются окружающим миром и другими личами. Скорее всего, это течение пришлось бы по душе Зинасу.

Некоторые личи не принадлежат ни к одному течению, а другие следуют сразу всем – так, Мал Кешар был воспитан своим наставником в духе арфьянизма, но, убив последнего, быстро склонился к радикальному джевьянизму, а в конце концов успешно интегрировался в раванистическую систему Союза Некромантов.

** на эльфийском эта группировка называется «Карнемакар». Алые убийцы – отряд, состоящий на службе у Фирила – государства северных эльфов-изгнанников. Используют методы уничтожения противника, которые остальные эльфы считают неприемлемыми. Подозревать линтанирского эльфа в членстве в этой организации – предел недоверия и паранойи.

========== Глава XVIII. Часть II. Линтанир – конец легенды ==========

Очень редко в сражении побеждает тот,

чей первоначальный план был лучше.

Ни один план не выдерживает столкновения

с противником. Побеждает тот, кто сможет

придумать новый план, когда его первый

план с треском провалится.

Генерал Рицин Стилфист, «Война и как ее вести», 681 ГВ

Из-за того, что Вакилла отказалась занять место Форефингера, в Кисти Мал Хакара так и осталось два человека. Зинас – или, вернее, Мал Хассикус – и Са’оре еще не успели набрать себе Кисти (а Са’оре вообще лишь сегодня узнала, что это такое), так что смысла проводить отдельные штабные совещания не было – троица личей, Церцея, Мелипсихона и Вакилла просто собрались все вместе, чтобы обсудить план действий.

– Особого смысла окапываться в замке я не вижу. У эльфов наверняка полно друидов, которые запросто обрушат эти стены нам на головы – в итоге драться все равно придется в чистом поле, и мы только дадим эльфам время, чтобы все их дома закончили мобилизацию. Я слышала, тысячу лет назад они смогли собрать двенадцать тысяч воинов, и кто их знает, насколько сильнее они стали с тех пор. С другой стороны, наша армия становится тем больше, чем больше мы сражаемся. Поэтому вместо того, чтобы сидеть в замке нам лучше и ждать, пока враги объединятся, нам лучше начать разбивать их по частям, тем самым увеличивая наши силы. Поэтому я не понимаю, Хозяин, почему ты отверг мой план нападения на войско дома Феа, которое приближается к городу с севера, – закончив свой доклад, Церцея вопросительно посмотрела на лича.

– Потому что мы уже убедились, что в своих лесах эльфы могут быть очень-очень эффективны даже против более многочисленного противника, – отозвался Мал Хакар. – Если мы нападем на войско дома Феа, за каждого убитого эльфа мы потеряем по два скелета – в итоге, вместо того, чтобы увеличивать нашу армию, мы будем ее уменьшать. Это не говоря о том, что эльфы могут вовсе не принимать сражение. Если они начнут отступать, и вынудят нас гоняться за ними по лесу, то смогут протянуть время до тех пор, пока к ним не подойдут подкрепления, и в итоге нас окружат, и выйдет даже хуже, чем если сидеть в замке. Мне нравится твоя идея разбивать эльфов по частям, но во-первых лучше начать с самой большой части, а во-вторых нам следует держаться как можно дальше от центра Линтанира. Вместо этого заставим эльфов самих гоняться за нами. Вакилла, дай карту.

Ведьма развернула поверх карты Церцеи, которую та использовала во время доклада, другую карту, на которой были показаны границы земель каждого их благородных домов Линтанира.

– Сейчас линтанирская армия возвращается по Аркан-Тории, повторяя тот же путь, что проделали мы в прошлом месяце, – сказал Повелитель Тьмы, показав на карте предполагаемое местоположение неприятельской армии. – Предполагая, что скорость течения реки осталась той же, мы знаем, сколько времени им понадобиться, чтобы доплыть до Линтанира. Наиболее удобное место высадки нам тоже известно. Все что нам нужно это быть вот в этом месте шестнадцатого числа – мы обрушимся на эльфов, как только они ступят на берег, перехватив их на равнине. После того, как с Линтанири Элдахоссе будет покончено, мы атакуем дом Амарил и либо уничтожим его полностью, либо вынудим сдаться и выйти из войны, – лич постучал пальцем по южной оконечности Линтанира. – Затем, двигаясь по краю леса слева направо, мы последовательно атакуем дома Ландель, Феа, Памир и Селлэн’эт’Линтанири. Таким образом, подкреплениям из других домов каждый раз придется проделывать максимально большой путь чтобы помочь тем, с кем мы сражаемся в данный момент. Цитадели домов не могут вылезти из земли и убежать, и атакуя их, мы вынудим эльфов принимать сражения.

– Мне нравится этот план, – одобрила Са’оре.

– Я не разбираюсь в стратегии, – пожал плечами Зинас. – Единственный момент, который я хотел бы уточнить – это то, сколь велика на самом деле Армия Мертвых.

– Армия Мертвых бесконечна, – отозвалась Са’оре.

– Она ведь не может быть на самом деле бесконечна? – уточнила Мелипсихона. – Количество мертвых тел, которые вы могли бы собрать для нее, должно было быть ограничено.

– Мне это не нужно, – покачала головой верховная жрица. – После того как человек умирает и с момента его смерти проходит сорок дней, я могу призвать его тело в то место, где нахожусь сама. Таким образом, в Армию Мертвых входят все люди, эльфы, орки и представители других рас, даже тех, о которых я ничего не знаю, – умершие с первого дня существования этого мира. Вероятно, она действительно не бесконечна, но этого количества воинов должно хватить, чтобы полностью покрыть всю поверхность суши на планете.

– Однако мы не наблюдаем этого, потому что… – произнес Мал Хакар, предлагая Са’оре продолжить.

– Потому что мои собственные способности не безграничны. Первое и главное ограничение – я могу призывать мертвых воинов только туда, где я нахожусь и призванные воины не могут удалиться от меня более, чем на тринадцать миль. Если я хочу призвать воина, который не будет иметь этого недостатка, мне придется использовать то же заклинание, которое обычно используете вы – и принять все его ограничения, включая необходимость в мертвом теле для воскрешения. Второе – мне нужно тринадцать секунд на призыв каждого воина. В общем-то, я не нуждаюсь в сне и пище, и, хотя работать непрерывно достаточно неприятно, я могу продержаться в таком темпе пару дней.

– Это дает нам шесть тысяч шестьсот сорок шесть скелетов в сутки, – быстро подсчитал Мал Хакар.

– Да, где-то так, – подтвердила Са’оре. – Это слишком мало, чтобы во время сражения восполнять армию быстрее, чем она уменьшается. Кроме того, хотя у меня нет никаких проблем с контролем над большим количеством воинов, долгое время поддерживать большую армию сложно – так что сидеть в замке и ждать эльфов – действительно не лучшая идея. Точного предела своих способностей я не знаю. Однажды, работая с перерывами в течение десяти дней, я призвала сорок тысяч воинов и затем поддерживала их двое суток. Думаю, я способна несколько на большее…

– Не будем этого проверять. – произнес Мал Хакар. – Для наших целей таких параметров вполне достаточно. Сегодня восьмое. Если за следующие семь дней вы сформируете тридцатитысячную армию, то шестнадцатого мы разобьем эльфов на Листре и сможем отпустить вашу армию, чтобы дать вам отдохнуть. Зинас, я попрошу вас остаться в Эленсирии вместе с Мелипсихоной. Мы возьмем с собой только Первую сотню Бернса и Вторую сотню Дафейса, а все остальное оставим вас. Навряд ли дом Феа попытается отбить город, но вы в любом случае должны справиться. Главное – защищайте Северный Трон. Для нас это лишь ценный источник информации, но эльфы могут использовать его и как оружие.

– Мы поняли, – отозвалась Мелипсихона, отлично зная, что на самом деле ей следует защищать содержащуюся в троне информацию о содержимом сожженной Мал Хакаром книги.

– Ну вот и отлично, – кивнул Повелитель Тьмы. – Помимо эльфийских армий нас также должны беспокоить их талантливые чародеи – особенно оставшиеся члены Пяти Фей Линтанира. Уверен, при Листре мы встретимся также и с ними.

– Еще есть Золотой Лист, – напомнила Са’оре. – В прошлый раз я разделалась с ними, но они каким-то образом смогли восстановить отряд. С ними что-то нечисто, но я не могу понять, что именно.

– У нас есть еще восемь дней, пока мы будем в дороге. Подготовимся и составим план уничтожения фей и Золотого Листа, – подвел итог Мал Хакар.

– Просто выпустим против них Курочку Рябу и полюбуемся, как она их поджарит, – предложила Церцея. – После вашего утреннего разговора она прямо пылает от энтузиазма.

***

Леди Нэвэн, одиннадцатая командующая Золотого Листа, стояла на берегу Листры, опираясь на весьма необычно смотрящийся в руках эльфийки двуручный меч, и наблюдала за тем, как приближаются передовые плоты.

Несмотря на все, что о нем говорили, главнокомандующий Белондил был отнюдь не глуп. Любитель оригинальных маневров, он по достоинству оценил действия Мал Хакара в сражении на Болоте Ужаса и решил не давать мертвецам второй возможности переиграть его. Едва столкнувшись с сопротивлением Мал Кешара, он отделил от своей армии лучших следопытов и отправил их в Линтанир через Драконовы горы под командованием Нэвэн, которая сама была непревзойденной разведчицей. Ее отряд пересек Драконовы горы за две недели, установив тем самым рекорд на самый быстрый переход этих гор с юга на север. Последние три дня следопыты собирали информацию – и новости были неутешительными.

Когда головному плоту оставалось до берега футов сорок, темноволосая фея в алом платье перемахнула через полоску воды и приземлилась рядом с леди-командующей.

– Ма синьяр? (эльф. «Какие новости?») – спросила она.

– Инье йеста’синьяр куэн алтакано (эльф. «Я предпочитаю докладывать сразу главнокомандующему»), – мрачно ответила Нэвэн.

– Куэт’инье, ла ункуалэ, – потребовала саламандра. – Инье ванда на’сенда синалумэ. Лэ кэ нут’ранкимма, ай айста’инье. (эльф. «Говори уже, не томи… Обещаю на этот раз быть сдержанной. Можешь связать мне руки, если боишься.»)

Саламандра Тинебрифиэль была широко известна своим крутым нравом. Она нередко избивала подчиненных, приносивших плохие известия, а по молодости, говорят, вовсе убила кого-то. Единственной, кто мог призвать ее к порядку, была Мелодия, что делало новости, которые Нэвэн должна была сообщить, еще более тяжелыми.

– Финдэн араноссэ аталантэ, – наконец произнесла леди-командующая. – Херу Урадредиа а хери Мелодиа куалин. (эльф. «Дом Финдэн пал… Лорд Урадредия и госпожа Мелодия убиты.»)

Она покосилась на саламандру, проверяя, стоит ли продолжать. Продолжать не стоило: фея уже шла дальше, не обращая на окружающих никакого внимания. Больше в своей жизни она не произнесла ни единого слова.

– Херен? (эльф. «Пронесло?») – поинтересовался Унолиф, подходя к командующей.

– А массэ лэ йалумэ? (эльф. «А ты где прятался?») – строго покосилась на мастера клинка Нэвэн.

– Аватьяра’инье, кано. Инье тенья’нека ар’сина эали… (эльф. «Простите, командир. Не по себе мне от этих фей…»)

– Манен инье, нан инье брагол кэ нимбэ’сэ а синьяр манен найкэ. (эльф. «Мне тоже, но мне это почему-то не помешало встретить ее и доложить как следует.»)

– Сина хери’кано алкарин найкэ (эльф. «Это ваша почетная обязанность, как командира отряда»), – усмехнулся эльф.

– Ла ванва сина куэтти апалумэ инье на’херу’кано. (эльф. «Не забывай повторять себе эти слова, когда станешь командующим после меня.»)

Дружескую перепалку двух сильнейших воинов Золотого Листа прервало появление сошедших с плотов воеводы Белондила и двух фей – Лилии и Анебриэли. За ними следовали еще восемь членов Золотого Листа.

– Хери Нэвэн, – учтиво кивнул Белондил.

– Херу Белондил, – отозвалась леди-командующая. – Элье мюрэ хорталэ нукуэр – анфиринихоссе си ми лелья’рэ хайассэ. (эльф. «Вам стоит ускорить высадку – армия нежити находится на расстоянии дневного перехода от нас.»)

– Ма? – переспросил воевода. – Той ла йалумэ лелья’Эленсириа, нан дарта’элмэ? (эльф. «Что? Они не пошли на Эленсирию, а дожидались нас?»)

– Эленсириа йалумэ аталантэ энкуйэ, – мрачно пояснила Нэвэн. – Анфирини аута’Феа араноссэхоссе а лелья’нимбамма. (эльф. «Эленсирия пала неделю назад… Мертвецы уклонились от столкновения с войсками дома Феа и выступили навстречу нам. »)

– Ханья, – задумчиво произнес Белондил. – Инье сана’той йалумэ йеста’реми элмэ йа нукуэрмма. Мане элмэ тул’йа. (эльф. «Понимаю… Видимо, они хотели перехватить нас прежде, чем мы высадимся и построимся. Хорошо, что мы успели прибыть раньше.»)

Дриада Лилия настойчиво кашлянула за спиной у главнокомандующего.

– Синавэ элмэ ворима найкэ ханта’хери Анебриэль нолвэ, – поспешно добавил Белондил. – Инье мюрэ куанта нолмэ ос’махта’кэ илкуэн хоссемма а воримавэ интья ос’котумохоссе элмэ кэ туву’силумэ. (эльф. «Благодаря колдовству госпожи Анебриэли, разумеется… Мне понадобится полный отчет по всем нашим боеспособным отрядам и самые реалистичные оценки сил противника, которые удастся получить.»)

– Танкавэ, – кивнула Нэвэн, забирая из рук у Унолифа кипу бумаг и передавая ее командующему. – Илкуэн симен. (эльф. «Разумеется… Все здесь.»)

– Ханталэ, инье апалумэ йета’сина. Лимбэ куи котумо ла апалумэ лав’элмэ митта’малос, синавэ дарта’Лассэпар дагор. Малин Лассэ найкэ маба’алтакола… (эльф. «Благодарю, я изучу это. Скорее всего, противник не позволит нам войти в лес, так что готовьтесь к сражению на Лиственных полях. На Золотой Лист ляжет большая ответственность…»)

«…синавэ инье кен’лимбэ эт элье метималу» (эльф. «…и, скорее всего, многих из вас я вижу в последний раз»), – подумал Белондил, но ничего больше не сказал и отправился изучать разведданные.

– Хери’кано, – поприветствовал Нэвэн вице-командующий Золотого Листа друид Аниор. – Ма элье кэ куэт ос’тултамма ми апалумэ дагор? Ревиэль кэ тул’элмэ экар элмэ апалумэ ата махта’эт’паэ? (эльф. «Командир… Что слышно о нашем составе на будущее сражение? Ревиэль успеет к нам присоединиться, или опять будем сражаться вдесятером?»)

Мастер клинка Ревиэль не участвовала в походе на Болото Ужаса, взяв отпуск по причине свадьбы. Когда мертвецы атаковали Линтанир, у нее хватило ума не бросаться в битву – в конце концов, одинокий член Золотого Листа был не более полезен, чем любой другой воин – и дождаться возвращения отряда. Теперь она вела на помощь воеводе Белондилу четыре сотни воинов дома Ландель.

– Ла эр Ревиэль. Элмэ апалумэ харья’куанта тулта (эльф. «Не только Ревиэль. На этот раз у нас будет полный состав»), – с кровожадной ухмылкой сообщила леди-командующая.

– Ма? – удивился Аниор. – Пилин Вала апалумэ тул’элмэ? Манен андавэ сина ла йалумэ? (эльф. «Что? Стрела Богов тоже будет? Сколько уже такого не было?»)

– Инье акуа йалумэ ла кен’сэ (эльф. «Я вообще ни разу его не видел»), – произнес Унолиф и остальные согласно закивали – только Нэвэн и Аниор состояли в отряде достаточно долго, чтобы помнить постоянно отсутствовавшего на учениях и сборах лучника из дома Феа.

– Сина селья’хери Мелифанта апалумэ тул’элмэ? (эльф. «Означает ли это, что госпожа Мелифанта тоже прибудет?») – вмешалась в разговор доселе молчавшая наяда.

– Манен инье хлар (эльф. «Означает ли это, что госпожа Мелифанта тоже прибудет?»), – подтвердила Нэвэн.

– Синавэ элмэ ворима апалумэ нангвэ (эльф. «Так значит мы точно победим»), – заключила колдунья Сендра, происходившая из дома Фея и ставшая в юности свидетельницей того, как Мелифанта убила сотню орков, даже не ударив пальцем о палец.

– Куита, – отозвалась леди-командующая. – Ла лимбэ эт элмэ апалумэ куйна а кен’сина – Малин Лассэ найкэ маба’кола хеп’Фиринитари йа Линтанири Эали нангвэ Мал Хакар. Илкуэн эт элье апалумэ туву’халдаканва ан лу ай апа дагор сэ апалумэ метима эт Малин Лассэ. (эльф. «Возможно… От нас в любом случае мало что останется – на Золотой Лист ложится обязанность сдерживать Королеву Мертвых, пока Феи Линтанира не одолеют Мал Хакара. Каждый из вас получит запечатанный свиток с инструкциями на случай, если после сражения он окажется единственным выжившим членом Золотого Листа.»)

– Сина куэт’манен ворима нуру… (эльф. «Звучит немного самоубийственно…») – пробормотал Унолиф.

– Ла тарса’лэ, – сказала Нэвэн. – Намо апалумэ метима апалумэ мане. Метима эт Малин Лассэ укуэтима тулка – сина йалумэ мане, сина апалумэ мане. (эльф. «Не беспокойся… Кто бы ни остался последним – у него все будет в порядке. Последний оставшийся член Золотого Листа практически непобедим – это уже сработало в прошлом и сработает еще раз. »)

– Кано, инье кен’мане ай лимбэнэ мине эт элмэ апалумэ куйна… (эльф. «Вообще-то, командир, я надеялся, что в живых останется чуть более, чем один из нас…») – отозвался мастер клинка.

– Лилья, Нэвэн, инье мюрэ куэт’элье. Най аута’мен (эльф. «Лилия, Нэвэн, нам нужно кое-что обсудить. Отойдем»), – произнесла Анебриэль.

– Инье ла апалумэ кар’сина, – без предисловий сообщила она, когда две феи и леди-командующая остались наедине. – А инье макуэт’элье ла кар’сина. (эльф. «Я не буду во всем этом участвовать… И вам не советую.»)

– Манен элмэ кэ ханья’сина хери Анебриэль? – возмутилась Нэвэн. – Линтанири а элдали варья’найкэмма алкарин а Сэллэн араноссэ апалумэ… (эльф. «Как это понимать, госпожа Анебриэль? Защита Линтанира и его народа – наш долг и дом Селлэн всегда…»)

– Линтанири ла кэ апалумэ саро, – прервала ее наяда. – Линтанири Элдахоссе харья’нелмахта лимбэнэ раксалэ ан йухта’той: эт раксалэ но раксавэ – инье, Ландель араноссэ урэ нивесиньяри, а Малин Лассэ анвантарья – а силумэ элмэ йеста’йухта илкуэн нел ми синамен. Мине экар атта апалумэ – мине ма апалумэ улка, анфирини нангвэ элмэ а метья’Линтанири, атта илкуэн апалумэ мане, а элмэ харна’Линтанири лимбэнэ анфирини илкуэнлумэ кэ. Сина экар сина, сина барад малос а элдали апалумэ ла кэ мар’симен. Си ма найкэмма? Инье куэт’лэ, Нэвэн, ма инье кен’найкэмма: инье найкэ аута’а’куйна, варта’нолмэмма апалумэ нона элдали. Мине эт илкуэн элмэ харья’лу куйна сина дагор – Мелифанта, ман ла анва эала, а ла кэ сайла’элдали на’эали. Малин Лассэ нар’синкилмэ. Ай илкуэн элье махта’дагор энтарэ, элье ла апалумэ апа энтарэ. (эльф. «Линтанир не спасти… У Линтанири Элдахоссе есть три орудия столь опасных, что их ни в коем случае не следует применять: в порядке возрастания угрозы это я, сотня ланделевских Предвестников Зноя и истинная природа Золотого Листа – и теперь мы собираемся использовать все три в одном и том же месте. Случится одно из двух – либо что-то не получится, мертвецы победят и разорят Линтанир, либо все получится как надо, и тогда мы сами причиним Линтаниру больший ущерб, чем мертвецы когда-либо смогут. В любом случае, с этим лесом будет покончено и жить здесь эльфы больше не смогут. И в чем же теперь наш долг? Я скажу тебе, Нэвэн, как понимаю свой долг я: я должна уйти и выжить, чтобы передать свои знания следующим поколениям эльфов. Из всех нас выжить в этом сражении есть шанс только у Мелифанты, но она – не настоящая фея, и она никого не сможет научить, как стать феей. То же самое касается тебя и твоего Золотого Листа. Если завтра вы все вступите в этот бой, послезавтра ваш отряд перестанет существовать.»)

– Оторнолвэ тулка… (эльф. «Сила заклинания товарищества…») – начала Нэвэн.

– …йалумэ тана’элмэ сэ ман карья ла неун’найкэ, – закончила за нее Анебриэль. – Ай сина тулка тана’анвантарья энтарэ, мане ай йалумэ куалин а ла кен’сина. (эльф. «Была показана нам тем, чьему примеру не стоит следовать… Если завтра эта сила явит свой истинный лик, лучше бы тебе к тому моменту быть уже мертвой, чтобы не видеть этого.»)

– Най энтавэ, – отозвалась леди-командующая. – Инье кар’найкэмма. (эльф. «Пусть так… Я выполню свой долг.»)

– Нэвэн, носсэмма весмири олва кэ анта’элмэ нурталэ… – произнесла наяда, кладя руку на плечо воительнице. – Инье кэ энтул Малин Лассэ а кар лэ найкэ пелла. (эльф. «Нэвэн, весмирская ветвь нашего дома даст нам убежище… Там ты сможешь восстановить Золотой Лист и продолжить выполнять свой долг.»)

– Элмэ ла эали, нан охтари, – сердито ответила Нэвэн, сбрасывая руку Анебриэли. – Малин Лассэ найкэ ла бронвэ’на, нан махтар. Ай элмэ йур’дагор, элмэ мюрэ хаута’на. Куита элье куэт’анва, а элмэ апалумэ куалин энтарэ, нан элмэ апалумэ фир’кэтаравэ. (эльф. «Мы не феи, а воины… Долг Золотого Листа не в том, чтобы продолжать существование, а в том, чтобы сражаться, и если мы будем убегать от боя, значит нашему отряду пора прекратить свое существование. Возможно, вы правы, и завтра мы все погибнем, но мы сделаем это со всем возможным великолепием.»)

Сказав это она удалилась, и наяда печально вздохнула.

– А лэ, Лилья? – спросила она. – Инье ла куэт’ан хери Тинебрифиэль – орэрья куалин эт хери Мелодиа а илкуэн сэ харья’синамбар – милья’атакармэ. Нан лэ кэ аута’эт’инье. (эльф. «А ты, Лилия? Я не предлагаю ничего госпоже Тинебрифиэли – ее сердце умерло вместе с госпожой Мелодией и жажда мести – последнее, что держит ее в этом мире. Но ты могла бы пойти со мной.»)