Текст книги "Тень смерти (СИ)"

Автор книги: Northvalley

сообщить о нарушении

Текущая страница: 41 (всего у книги 73 страниц)

– Принимаю.

– Стань же вне времени рядом с нами.

Столб лилового света окутал лича и нага, а когда он померк, личей было уже двое. Никто из присутствующих никогда ранее не видел нежить-нага, но змеиный череп Зинаса и покрытый костяными шипами двухметровый позвоночник, тянувшийся от основания черепа до кончика хвоста выглядели весьма устрашающе.

– Нарекаю тебя Мал Хассикус, что значит: «тот, кто пришел от змей», – возвестила Са’оре, отпуская руки нага-лича.

Зинас внимательно осмотрел себя, а затем провел кистью по ребрам и появившийся из воздуха темный плащ окутал его с головы до ног.

– Поздравляю, – произнес Мал Хакар, протягивая руку нагу. – Теперь пойдемте в замок, у нас много дел.

– Слышали? – повысила голос Вакилла, обращаясь к ведьмам. – Всем работать, бездельницы.

***

Балафиэль сидела у костра и дочитывала донесение. Она и ее воины проделали весь путь от границ дома Феа до листрийских истоков всего за за неделю, но все равно опоздали – если бы они прибыли хотя бы на день раньше, Эленсирию еще можно было бы отстоять.

– Сина туву’анва? (эльф. «Это подтверждено?») – тихо спросила Мелифанта. Фея, как всегда подошла совершенно бесшумно и точно со спины. Молодая военачальница поежилась – интересно, не была ли Мелифанта одной из Алых Убийц** до того, как стала феей – а может даже и после?

– Эленсириа аталантэ, – ответила Балафиэль. – Охтари эт Сэллен араноссэ, ман йалумэ варья’мардо лом, си адертат хоссемма. (эльф. «Эленсирия пала… Воины из дома Сэллен, прикрывавшие эвакуацию горожан, присоединились к нашему отряду»)

– О’той элмэ найкэ на’лебетаран? – поинтересовалась фея слишком спокойно для той, кто только что услышала новость о падении столицы своей страны. – Эт сина хоссе элмэ кэ эр дарта’энтулессэ Белондил кано а алтахоссе. Ай эрта той, элмэ апалумэ кэ атса’анфирини а кар’дагор. (эльф. «Вместе с ними нас, должно быть, будет около пятисот? С такими силами ничего не остается, кроме как ожидать возвращения воеводы Белондила и основных сил нашей армии. Объединившись с ними, мы сможем окружить мертвецов и дать им сражение.»)

– Лю, укуа дарта’ма! – решительно возразила Балафиэль. – А укуа эрта’ма. Эста – Белонидл кано аласайлак, ман ванва анфиринихоссе эт Гораварда а лав’илкуэн ангайассэ на’анва. Инье ханья’ай элмэ лав’сэ кан’элмэ, Линтанири апалумэ пу… энтавэ, элмэ ла апалумэ дарта’сэ. (эльф. «Нет, ждать никого мы не будем! И объединяться – тоже. Прежде всего, воевода Белондил – придурок, который умудрился упустить войско нежити на Болоте Ужаса и позволил всему этому безобразию случиться. Я уверена, если поручить командование ему, он нам весь Линтанир про… в общем, не будем его ждать. »)

– Агагага, сина брагол хлар’сел куэт’синкуэтти, – развеселилась фея. – Инье кэ веер’лэсама, ананта сина аласайлак – Линтанири Элдахоссе алтакано силумэ. Ай сэ кан’лэ эрта’сэ, ма сэ кар’апалумэ? (эльф. «Ахахаха, нечасто услышишь такое от девочки вроде тебя… Я в целом согласна с тобой, однако этот придурок – главнокомандующий Армии Эльфов Линтанира. Что собираешься делать, если он прикажет тебе присоединиться к его армии?»)

– Укуа. Ай сэ йеста’кар инье, сэ найкэ мента. Охта атан – ментар кэ ла тул’инье, мента кэ ванва. (эльф. «Ничего. Чтобы приказать мне что-то, он должен послать гонца. Вокруг война – гонец может не доехать, письмо может затеряться.»)

– Ворима, – согласилась Мелифанта. – Энтавэ, лэ кэ кар’лэсама андавэ манен лэ йеста’кар. Син, ма лэ йеста’кар? (эльф. «Действительно… Таким образом, ты сможешь действовать автономно так долго, как пожелаешь. И что же ты намерена предпринять?»)

– Эста най кар’фойнаохта. Сама йухта’Магнолиа а Эленсириа манен тулкомен йалумэ улка – анфирини мапа’тано ананта кэ укуа эт тавас. Най наланта’айкуэн минья, ма рак алтахоссе а аталантэ’сарки, нейта’той синья охтари. Лумэ Белондил энтулессе, сэ ворима апалумэ кар’алтадагор – элмэ апалумэ пелла, нан элмэ апалумэ наланта’эт’телле а метья’гулдурикано. (эльф. «Для начала устроим партизанскую войну. С самого начала было плохой идеей использовать Магнолию и Эленесирию в качестве опорных пунктов – мертвецы неплохо умеют штурмовать крепости, а вот в самом обычном лесу почти ничего не могут. Будем нападать на каждый отряд, который отделится от основной армии и разрушать кладбища, чтобы им нечем было пополнить армию. Когда Белондил вернется, он наверняка даст нежити генеральное сражение – мы тоже придем на это сражение, но мы ударим с тыла по штабу и перебьем всех некромантов.»)

– Манэ, инье маба’сина, – кивнула фея. – Инье апалумэ мента истамма – инье а сэ кэ акуа нангвэ гулдурикано. Ананта инье йеста’майвойнэ. (эльф. «Хорошо, мне это подходит… Я отправлю весточку одному моему знакомому – с ним мы легко сможем одолеть лидеров нежити. Однако у меня есть условие.»)

– Элье йеста’вейамма? (эльф. «Хотите, чтобы я вам подчинялась?») – предположила военачальница.

– Ла акуа – лэ кэ кан’инье. Нан инье ла апалумэ маба’лэ маха’лити. (эльф. «Вовсе нет – командуй сколько хочешь. Но на битву с личами ты со мной не пойдешь.»)

– Манан? – воскликнула Балафиэль. – Курвэмма ла… (эльф. «Почему? Разве мои способности не…»)

– Лэ курвэ ванья, – прервала ее Мелифанта. – Нан най куэт’ленва – ай сина лити кэ на’нагвэ тер амбарорвэ, Мелодиа йалумэ кар’сина улмэ. Инье харья’хандэ ос Фиринтари, а Мал Хакар кэ тулканэ. Ай Линтанири йеста’нангвэ, сэ найкэ йухта’тулкавэ махтарья – фолэ йалумэ фойна менеги коронари. Лэ найкэ ла кен’сина – манен укуэн эт несса элдали. Элмэ йалумэ лав’харья сина раксалэ махтар, а элмэ апалумэ найкэ йухта’сина. (эльф. «Твои способности замечательны… Но давай будем откровенны – если бы этих личей можно было бы победить, просто посверкав молниями, Мелодия бы сделала это и без нас. Я уже имею представление о возможностях Королевы Мертвых, а Мал Хакар, должно быть, еще сильнее. Чтобы победить, Линтанир должен использовать свое самое могучее оружие – секрет, который мы оберегали на протяжении тысячелетий. И тебе не стоит в этом участвовать – никому из молодых эльфов не стоит. Нашим решением было сохранить столь опасное оружие и теперь наша обязанность – использовать его.»)

– Сина апалумэ ма рукима? (эльф. «Это будет что-то ужасное?») – поинтересовалась эльфийка.

– Сина апалумэ ма анта’элмэ нангвэ – сина лэ найкэ ханья’эр. Экар лэ кэ лелья’гулдурикано эт мине а йета’лэлу ара ман йалумэ маха’алтавэ курувари илкуэнлумэ (эльф. «Это будет что-то, что принесет нам победу – вот все, что тебе нужно знать. Либо ты можешь пойти в штаб некромантов одна и проверить свои шансы против того, кто убил сильнейшую колдунью в истории»), – отрезала фея. Балафиэль уставилась на нее мрачным взглядом.

– Сенда, ла йал’рома ор кармма… – сказала Мелифанта примирительным тоном. – Лавэ инье хам’симен? (эльф. «Ладно, не нужно призывать молнии на мою голову… Можно я присяду?»)

Воевода неохотно кивнула, и фея опустилась на бревно рядом с ней.

– Лэ ла эстел инье, ла ворима? (эльф. «Ты не доверяешь мне, верно?») – поинтересовалась Мелифанта.

– Феа араноссэ йалумэ эстел элье, а сина хоссе вейа’той, а ла инье… (эльф. «Старейшины дома Феа, доверяют вам, и это их войско, а не мое…») – мрачно отозвалась Балафиэль.

– Лэ атар йалумэ ла сана’синавэ (эльф. «Твой отец так не считал»), – произнесла фея, и ее собеседница вздрогнула.

Отец Балафиэли, воевода Ивулин Черноглазый, в один прекрасный день поднял мятеж против своего дома и увел весь свой отряд в неизвестном направлении. Учитывая этот факт, было удивительно, что девушке доверили командование хоть чем-нибудь. Она не видела отца с раннего детства и друиды воспитали ее в послушании и преданности родному дому – но, в конце концов, Ивулина они когда-то воспитали точно так же. Балафиэль постоянно чувствовала недобрые взгляды на своей спине и ни минуты не сомневалась, что если бы не ее редчайший талант к управлению погодой, быть бы ей изгоем до конца жизни. Однако в эльфийской армии талант открывает любые двери и уже к ста пятидесяти годам она стала воеводой. Но и теперь она каждый раз удивлялась, когда ей доверяли командовать большим отрядом – а уж оказаться во главе всех сил дома Феа во время настоящей войны было слишком хорошо, чтобы быть правдой.

– Манен инье тог’синахоссе? (эльф. «Почему меня поставили во главе отряда?») – прямо спросила девушка у феи.

– Тьярвэ’инье макуэт’сина, – так же прямо ответила Мелифанта. – А инье макуэт’сина тьярвэ’Мелодиа йалумэ эстел’инье энтавэ. Лэ ханья’инье йалумэ нона ла ми Феа араноссэ? Ма ханья’инье? (эльф. «Потому что я попросила… А я попросила, потому что когда-то Мелодия оказала такое же доверие мне. Ты ведь знаешь, что я родилась не в доме Феа? Что ты вообще слышала обо мне?»)

– Лимбэ энгвэ… (эльф. «Много всякого…») – неопределенно ответила Балафиэль.

– Куэт’верья. Инье йалумэ хлар’менеги интья ос инье на’анва – лэ сама кэ интья’анва. (эльф. «Давай уже смелее. Я слышала уже тысячи догадок о том, чем я на самом деле являюсь – может быть, именно твоя окажется верной.»)

– Той куэт’элье йалумэ мине эт Линтанири Лебен Эали, а апа элье аута’матьярвэ а Исофиен ат Финдэн араноссэ эккат’элье. Йандо инье хлар’элье лимбэ линуэнва а укуэн йалуми рен’лумэ элье йандо йалумэ эала. Той куэт’элье йалумэ носта эт Тессен араноссэ, йа йалумэ метья’менег коронари, экар – элье эт Эдан экар Тил’Ган. А инье сана’ма… – она замялась, но все же решилась и выпалила. – Элье йалумэ мине эт Фирил Карнемакар. (эльф. «Про вас говорят, что вы состояли в Пяти Феях Линтанира, а потом почему-то ушли и вас заменила Исофиен из Финдэна. Еще я слышала, что вам очень-очень много лет и никто из старейшин не помнит времени, когда вы еще не были феей. Одни говорят, что вы происходите из уничтоженного тысячу лет назад дома Тессен, другие – что вы из Эдана или даже из Тил’Гана. А я сама думаю… Что вы раньше были одной из Алых Убийц Фирила.»)

– Кекекеке, ла, инье ла йалумэ… – такое предположение совсем не оскорбило фею, а, похоже, весьма позабавило. – Ос илкуэн – манен лимбэ элдали кэ рен’анва, инье йалумэ Линтанири Эале йа Исофиен, нан инье ла сана’намо кэ куэт’лэ инье йалумэ ми Лебен Эали эт сундорья – лимбэнэ ворима, сина йеста’эссэ Лебен Эали тьярвэ’инье. Манен лэ куэт’анва – лимбэнэ ворима, тад’менег’а’харан’а’толлуфаэ’а’одог. (эльф. «Ахахаха, нет, к сожалению мне не довелось… Что касается все остального, то все намного-намного хуже. Прежде всего – как правильно помнят многие, я действительно была Феей Линтанира до Исофиен, но вряд ли кто-то мог рассказать тебе, что я состояла в Ордене Пяти Фей с самого дня его основания – а точнее, его переименовали в Орден Пяти Фей из-за меня. Ну и мне действительно очень-очень много лет – две тысячи сто восемьдесят семь, если быть точной.»)

– Элье… элье ворима йернавэ Мелодиа хери? (эльф. «Вы… вы даже старше госпожи Мелодии?») – уточнила ошарашенная эльфийка.

– Инье йернавэ «Линтанири» куэтта, сэлл, – усмехнулась Мелифанта. – Лимбэнэ ворима, инье – сприггани. (эльф. «Я старше, чем слово «Линтанир», девочка… Вообще говоря, я – спригган. »)

– Ман? – не поняла Балафиэль.

– Хо, сина манен элье ванва’элье лумекуэнта, а анва ай ла йалумэ’элмэ ла на’элье… Ма орнэкуэни йалумэ сайта’лэ ос’элдалиноста? (эльф. «Ох, вот так вот вы забываете свою историю, а между прочим без нас не было бы и вас… Чему там учили тебя друиды о происхождении эльфов?»)

– Нээ… Ми эссэ йалумэ нелфаэ’а’нэл Минья Йалуми, а мине эт той – Селла – лелья’телумэ а на’анар, а нелфаэ’а’тад на’ностари нелфаэ’а’тад араносэ. Сина йалумэ най тад’экар’нел менег коронари… (эльф. «Ну, вначале были тридцать и трое Первых Старейшин, и одна из них – Селла – взошла на небеса и стала солнцем, а остальные стали родоначальниками тридцати двух благородных домов. Это было где-то две с половиной тысячи лет назад…»)

– Нэ, инье ла йалумэ сина хайра, нан инье кэ куэт’ворима ма тад’менег’а’тад’харан коронари лэли йалумэ ла ара’ма – элье йалумэ таурон хравани – ворима манен лимбэ силумэ’кенди. Ми сина лумэ торки а локи мар’орон, манен сприггани а дендроиди мар’таурэ… дендроиди, ман элье эссэ’ондорим – лимбэнэ ворима, элье эссэ’онодримы дендроиди ман куина’сиилумэ, ла маненэ эт той. (эльф. «Ну, так давно не было даже меня, но я совершенно точно скажу тебе, что две тысячи двести лет назад в вашем народе не было ничего благородного – вы были лесными дикарями – впрочем, как и большинство других нынешних рас. В те времена горы были населены троллями и драконами, а леса – спригганами и дендроидами… последних вы теперь называете лешими – вернее тех, из них кто дожили до наших дней, а это далеко не самые лучшие.»)

– Нэ, анва инье хлар’ос’сприггани укуа (эльф. «Ну, о спригганах я вообще никогда ничего не слышала»), – вставила эльфийка, мировоззрение которой громко трещало по швам.

– Ворима, – согласилась спригганка. – Элмэ йалумэ нолвэноста ли, эали эт ламбард. Лумэ сина амбар йалумэ антакар, элмэ хир’мен симен, тер кар’турохрои. Эт амбармма нолвэ куат’илкуэн а антамат элмэ, нан ми элье амбар элмэ кэ на эр тер салпа’нолвэ эт амбар. Ананта элмэ мел’элье амбар – симен куйлэ куат’илкуэн а элмэ ла йалумэ эрессэ. Нан дендроиди хорья’ханья элмэ куйлэ тер Вала Малос – сина анта’хандассэ той. Элмэ мюрэ Вала Малос ан куйлэ, а той – ан кар’дендроиди эт таули – маранвэ носта’хини. А сина лумэ элмэ йалумэ йеста’охта – най сина минья охта сина амбар лумэкуэнта. Инье йалумэ нона ми сина охта туэл, а ханья’титта манен сина йалумэ. Талма сама – сина охта маба’тад’харан, а тер сина дендроиди йонта’мине эт нессали – лэли. Той хорья’ханья элье кента эт нолвэ кар’элье миттанья’ан’нангвэ ор элмэ. (эльф. «Все верно… Мы были расой существ, порожденных магией, созданиями из другого мира. Когда этот мир был сотворен, мы нашли способы проникать сюда, создавая себе физические тела. В нашем мире все было наполнено магией, которой мы питались, но в вашем мы можем существовать, лишь вытягивая магию из природы. Тем не менее, нам понравился ваш мир – здесь повсюду была жизнь и мы не были одиноки. Но дендроиды догадались, что мы существуем за счет Силы Леса – той же самой, которая вдыхала разум в них самих. Нам Сила Леса был необходима, чтобы жить, им – чтобы делать из деревьев новых дендроидов – то есть размножаться. И тогда мы начали войну – вероятно, то была первая война в истории этого мира. Я родилась на самом исходе этой войны, и мало знаю о том, как она проходила. В самых общих чертах – она длилась около двух столетий, и, пока она шла, дендроиды взяли под свою опеку один из молодых народов – ваш. Очень быстро они поняли, что ваша связь с магией делает вас ключом к победе в войне с нами.»)

– Элмэ йалумэ реста’мине эт лимбэ йаравэли нангвэ тад? (эльф. «Мы помогли одному очень-очень древнему народу победить другой?») – в вопросе эльфийки был заметен оттенок гордости.

– Манен анва, – кивнула Мелифанта. – Дендроиди сайта’элье манен на’эали… на’элмэ. Лимбэ элдали аварта’турохрои а йалумэ кэ митта’амбармма. Элмэ ла кэ махта’тад мени а ла харья’дрегамен, синавэ элмэ йалумэ куалин… илкуэн нан титта. (эльф. «Вроде того… Дендроиды научили вас как становиться… нами. Многие из эльфов отбросили свои телесные оболочки и получили возможность проникать в наш мир. Мы не могли сражаться сразу на два фронта и бежать нам тоже было некуда, так что в конце концов почти все спригганы были истреблены.»)

– Инье иста’анва – эали йалумэ… (эльф. «Я правильно поняла – феи это…»)

– Эали йалумэ элдали сприганни фуру. Титта эт той тулка манен элмэ, нан элдали йалумэ лимбэнэ элмэ. Йайвэ амбар – эали мюрэ Вала Малос ан куйлэ, манен элмэ, эр лехта. Нан ми охта дендроиди йалумэ пика’ма Вала Малос кэ антамат дендроиди а эали… тенна лимма куалин. Нан сина ла йунгвэ куэнтамма. Инье йалумэ мине эт метима сприггани, несса ан охта, а лимбэ куйлэмма йалумэ этеленда эт Линтанири формен – йа Мелодиа хир’инье. Ми сина лумэ инье йалумэ туэл’кар Линтанири Канад Эали, а канад тулкавэ эали эт илья арата нолвэ йалумэ йал’сина – найад, дрийад а саламандр – на’сильфи сэ. Нан Мелодиа йалумэ ханья’инье а кен’манене сприггани курвэ ла манене эали курвэ, а маненэ малумэ – манене ла анва’куэт, инье кэ ванта’фолэ а линтамма лимбэвэ айкуэн эали. Мелодиа йалумэ… укуэтима. Сэ йалумэ кар’инье, аксан котуморья, нилда’сэ а анта’инье носс инье харья’лу. Ми туэл инье анта’куйлэ синья сприггани – минья ан тад менег коронанри. Инье йалумэ этелелья’лехта мен ан нессанэ сприггани а кенда’алассэрья эт Феа араноссэ, йа кар’татья онтаримма. Нан си Мелодиа ла’на, а Исофиен ла’на, а инье метима сприггани, а кэ на’метима Линтанири Эали. Сина амбар нейта’хандассэ, а инье найкэ энтул’сина. (эльф. «Феи – это эльфийские подделки спригганов. Мало кто из них так же силен, как и мы, но в конце концов эльфов просто было намного больше. Ирония в том, что феи существуют, питаясь Силой Леса, – точно так же, как и мы, хотя и не так долго. Но за время войны численность дендроидов упала настолько сильно, что теперь Силы Леса хватает и на дендроидов, и на фей… а мой народ был истреблен. Но это все имеет мало отношения к нашей истории. Я была одной из последних спригганов, слишком юной, чтобы поучаствовать в той войне, и большую часть своей жизни я провела в изгнании на севере Линтанира – до тех пор, пока Мелодия не нашла меня. К тому моменту она уже закончила создание Ордена Четырех Фей Линтанира, пригласив в него по одной сильнейшей фее каждой из стихий – наяду, дриаду и саламандру – а сама стала сильфидой. Но познакомившись со мной, Мелодия обнаружила, что возможности спригганов во многом отличаются от способностей фей и в чем-то превосходят их – как ты сама заметила, я достаточно неплохо умею подкрадываться незаметно, да и в скорости феям со мной не сравниться. Мелодия была… необыкновенной. Она смогла убедить меня, своего природного врага, присоединиться к ней и дала мне дом и семью, которых у меня никогда не было. В конце концов она даже смогла дать жизнь новому сприггану – первому, родившемуся за две тысячи лет. Я ушла на покой, освободив место Сприггана Пяти Фей Линтанира для более молодой спригганки и собиралась наблюдать за ее успехами из дома Феа, который уже давно стал для меня второй родиной. Но теперь Мелодии нет, и Исофиен тоже нет, и я последняя спригганка, и возможно совсем скоро я стану последней из Фей Линтанира. Этот мир сошел с ума, и я собираюсь вернуть его на место.»)

***

Эленсирийская Библиотека действительно оказалась грандиозной – бесконечные ряды полок с книгами и свитками тянулись на сотни футов.

– Мелипсихона! – крикнул Мал Хакар, и эхо повторило оклик. – Я пришел посмотреть, что тут у тебя за чудная библиотека.

– Подождите пять минут, я перепишу книги с двадцать седьмой полки и подойду! – донесся откуда-то из-за полок голос некромантки.

– В любом случае, заканчивай с этим – скоро собрание Кисти, – отозвался лич и присел на скамью рядом со столом, принадлежавшим, видимо, смотрителю библиотеки. Книги, лежавшие на столе, видимо были отобраны уже Мелипсихоной – Мал Хакар обнаружил среди них экземпляр «Искусства Темной Магии» Махала Раджина, которое ему уже доводилось читать в числе других книг из коллекции Мал Ксана, «Сангви а вилья’сули, ма харна’анфирини» эа авторством Мелифанты из дома Феа, очень затрепанную книжку о медведях-зомби, а также древний, но хорошо сохранившийся кодекс, обложка которого была защищена магией достаточно мощной, чтобы любой живой человек или эльф, попытавшийся открыть книгу, остался бы без рук.

– Интересно, о чем пишут… – произнес лич, открывая книгу на середине. – Эльфийская легенда о сотворении мира?

Обладая ускоренным восприятием, личи могут читать намного быстрее, чем люди. Мал Хакар начал читать книгу лениво, просто для того, чтобы чем-то занять себя, пока не появится Мелипсихона. Однако по мере того, как он читал, его темп чтения все возрастал и возрастал.

– Мелипсихона! – громко произнес лич через пять минут, захлопывая толстый манускрипт и берясь за посох. – Хватит прятаться за стеллажом, выходи.

Некромантка появилась из-за полок с книгами. Несомненно, слова о переписи книг были ложью: Мелипсихона сжимала в руках магический посох, и, если Мал Хакар хоть что-то понимал в усиливающих заклятиях, на некромантку было наложено как минимум два.

Лич поднялся с кресла и, взяв только что прочитанную книгу, подошел к одной из жаровен, освещающих библиотечное подземелье.

– Кто еще это читал? – спросил он, бросая книгу в огонь.

– Из наших – только мы, – ответила некромантка, и лич почувствовал, как Ир’шаз внутри нее готовится к броску.

– Думаешь, я собираюсь убить тебя? – усмехнулся Мал Хакар. – Я не буду этого делать.

– Нет? – переспросила Мелипсихона, возвращая себе контроль над телом.

– У меня есть идея получше, – ответил лич, садясь за смотрительский стол и беря в руки чернильницу и чистый свиток бумаги. – На, читай, – сказал он, написав несколько строк и приложив к свитку Печать Тьмы.

«Сим жалую Мелипсихоне из Керлатмауса имя Тысячеокой за победы у Шампшрекена и Магнолии. Пусть носит она и все ее потомки.

Повелитель Тьмы

Мал Хакар

8 день 4 месяца 673 года Эры Веснота»

– Как это понимать? – холодно осведомилась некромантка.

– Понимай это как приглашение занять место в новом Совете Некромантов, как только он будет созван.

– Если я правильно понимаю устройство задуманного тобой государства, ты только что сделал меня кем-то вроде вассального лорда-лича на службе у себя?

– Ну, вероятно в лича тебе еще только предстоит превратиться, и даже тогда это будет скорее «леди-лич», но суть ты уловила верно. Я назначаю тебя правительницей Эленсирии и бывших земель дома Финдэн – а в замен ты должна будешь направить все свои новообретенные ресурсы на выполнение определенной работы.

– И это связано с книгой? – уточнила Мелипсихона, кивая в сторону догорающего мансукрипта.

– И это связано с книгой, – подтвердил лич. – Прежде всего, ты, разумеется, никому никогда не расскажешь о том, что там прочитала. Более того – ты должна будешь выследить и уничтожить всех остальных, кому ведома эта тайна.

– А потом ты убьешь нас и останешься единственным, кто это знает? – немедленно предположил Ир’шаз.

– Это имело бы смысл, если бы кодекс существовал в единственном экземпляре. Насколько я понимаю, к настоящему времени эльфы забыли большую часть своей истории и легендезировали остальное – но где-нибудь у других древних домов могут быть копии этой книги. Вместо того, чтобы убивать тебя, я заставлю тебя вечно работать над ликвидацией возможных последствий попадания этого знания не в те руки. Наблюдай за всем, что происходит на Континенте – не даром же ты Тысячеокая. Как только какое-то лицо или организация начнет действовать так, как будто проникло в нашу тайну – уничтожь его.

– Такие хлопоты ради того, чтобы скрыть свое происхождение? – мрачно усмехнулась женщина.

– Оно не только мое, – отозвался Мал Хакар. – Разумеется, любой кто прочтет это, в первую очередь подумает обо мне и это может создать некоторые проблемы, но это, в конце концов, будут лишь мои проблемы. Но книгу могут прочесть и те, кто способны сложить два и два. Как тебе должно быть неизвестно, принц-консорт Конрад на самом деле не был сыном принца Аранда. Эльфы дома Финдэн нашли брошенного человеческого младенца недалеко от этого места и отдали его на воспитание Делфадору Великому, который потом попытался посадить своего воспитанника на трон Веснота и это закончилось… тем, что в последних четырех веснотских королях и королевах текла кровь непонятно кого.

– Постой, а как ты об этом-то узнал?

– Северный Трон поведал мне. Однако ты мыслишь не в том направлении – скажи мне, каков по твоему шанс появления прямо посреди эльфийского леса одинокого человеческого младенца с врожденными способностями к магии столь выдающимися, чтобы контролировать Скипетр Огня?

– Где-то между «совершенно невозможно» и «полный бред, такого быть не может»… – согласилась некромантка.

– И куда это нас приводит?

– Очевидно, теперь мы знаем чья именно кровь текла в последних четырех королях и королевах, – подвела итог Мелипсихона.

– И если об этом узнает кто-то еще, начиная Орденом Паладинов и заканчивая архимагом Гадариусом, может случится что-то очень плохое. Я, может, и выживу, но за остальных людей не поручаюсь.

– Мы можем избежать этого, истребив Королевский Дом Веснота.

– Запишу это резервным планом, на случай если ты провалишься, – отозвался Мал Хакар, направляясь к выходу. – Займись этим, Тысячеокая.

– Скажи, ты не боишься? – вдруг поинтересовалась некромантка.

– Кого? – уточнил лич, останавливаясь.

– Себя.

– Боюсь, – ответил Повелитель Тьмы и вышел.

***

Мал Хакар сидел на карнизе Гил’Калиана в своем человеческом обличье и сосредоточенно изучал свои костяшки пальцев, когда услышал голос Са’оре:

– Эй, Мал Хакар, – королева личей смотрела на него, перегнувшись туловищем через край кровли и повиснув на руках. – Как ты сюда влез?

– Точно так же, как и вы, – отозвался Повелитель Тьмы.

– Понятно, – сказала Са’оре и, перекувыркнувшись, опустилась на карниз. – Думаю, нам не стоит слишком долго торчать в этом замке. Давай разделим армии и каждый отправится по своим делам.

– Хорошо, – согласился лич.

– Что-то случилось? – поинтересовалась девушка.

– Ничего особенного. Я уже давно подозревал, что мои способности имели неестественное происхождение, и сегодня я узнал, кто именно приложил руку к моему рождению и с какой целью.

– Понятно, – кивнула Са’оре. – Скажи, ты ведь как-то связан с моей сестрой, не так ли?

Мал Хакар удивленно взглянул на нее. Было бы очень странно если бы Вакилла вдруг разоткровенничалась с другим личем, учитывая всю фанатичную преданность ведьмы идеям джевьянизма, но кроме Вакиллы о его связях с неизвестным магом времени никто не знал. Лишь через пару мгновений лич понял, что имеет дело не с невероятной проницательностью королевы личей или с плодом упорной разведывательной деятельности умелой интриганки, а лишь с непоколебимой уверенностью младшей сестры в том, что именно ее старшая сестра приложила руку к ее освобождению из темницы.

– Да, – наконец ответил Мал Хакар – Мы все связаны. В сущности, дело в том, что она и моя сестра тоже.

И он рассказал Са’оре о своем общении с Ли’аной, об их догадках насчет происхождения Высших Существ и о том как эти догадки чудовищным образом подтвердились благодаря древней эльфийской книге.

– Ну, я как-то так и думала… – произнесла королева личей, дослушав до конца. – Знаешь, эта твоя аура… Нет, не магическая аура, а это ощущение совершенности, исходящее от тебя – у нормальных людей так не бывает. И моя сестра была точно такой же. Казалось, что если она вдруг прикажет небесам обрушиться на землю, то они подчинятся. Некоторые даже думали, что в конце концов она станет небесным светилом, как легендарные Селла и Муна. Не сложилось… Тебя беспокоит тот факт, что твое предназначение – уничтожить планету?

– Да, немного, – усмехнулся лич.

– Ну ты ведь не обязан ему следовать. Моя сестра тоже могла бы уничтожить мир – поверь, она была достаточно могущественна. Но в конечном счете она выбрала самопожертвование – и умерла, чтобы сохранить человечество. В итоге она скорее спасла мир. А я? Мой отец в раннем детстве отдал меня в обучение в Храм Мертвых, чтобы с моей помощью выведать тайны этеремских жриц, и на основе древних ритуалов разработать заклинание, которое подарит людям бессмертие – самый большой грех, который только можно было совершить против нашей веры. С самого дня моего рождения мой отец предназначил мне стать орудием величайшего предательства.

– И чем закончилось? – спросил Мал Хакар.

– Я убила его и уничтожила все, чем он дорожил.

– Какая страшная месть… – произнес Повелитель Тьмы.

– Не слишком, – мрачно отозвалась королева. – Он отомстил мне страшнее. Предки простили мне то, что я нарушила закон, став бессмертной, но отказались принять меня в свой сонм, и теперь я должна вечно скитаться по земле, следя за соблюдением закона смертности. В первый раз очистить мир от всех ритуалов продления жизни, которые напридумывали разные народы, было очень непросто – и теперь, после тысячи лет перерыва, у меня снова будет уйма работы.

– Куда собираешься отправиться?

– Сначала посещу каждого из личей, и посмотрю чем они заняты и как справляются с тем, ради чего я их создавала. Потом пошлю призраков исследовать магические ритуалы разных народов. Придется взять в учеников нескольких смертных и внедрить их в закрытые организации магов, про которые я слышала от Сар’ара – нужно узнать, сколь далеко продвинулись они. А потом определю приоритетность целей и буду уничтожать.

– Вам не обязательно делать это, – сказал Мал Хакар.

– Разумеется, обязательно!

– Я не о том. Незачем королеве посещать каждого из своих эмиссаров на дому. Когда Союз Некромантов будет создан, мы сможем вызвать всех этих личей прямо сюда и призвать их к ответу за их действия. Собирать информацию тоже отлично можно и отсюда – тем более, что тут есть Северный Трон и огромная библиотека. Да и со смертными учениками у вас здесь проблем не будет – ту же Амелию хоть прям сейчас можно внедрять куда угодно. Оставайтесь. Или вы думаете, что я, как Джевьян, начну пытаться достичь вашего уровня и наломаю дров?

– Нет, думаю тебе это грозит в последнюю очередь, – улыбнулась Са’оре. – Но ты точно уверен, что хочешь превратить свое молодое государство в оплот суровой религии, проповедующей, что все люди должны страдать?

– Определенно да.

– Я в общем-то не против, но что тебе это даст? – поинтересовалась королева личей.

– Я обещал вашей сестре заботиться о вас до конца своей жизни.

– Немного неосторожно с твоей стороны… Да, сестра всегда была чрезмерно опекающей – чего обо мне заботиться, я же бессмертная? Ладно, скажи мне как Повелитель Тьмы Повелителю Тьмы – зачем тебе второй могущественный лич в твоем королевстве?

– Затем, что вы предлагаете мне меньше, чем на самом деле стоите, – прямо ответил Мал Хакар. – Сев на Северный Трон я совершенно точно понял одно – этот мир – и особенно этот лес – наполнен таинственными и опасными явлениями и существами, которые могут стать проблемой… даже для бессмертного. Чтобы выстоять в борьбе против всего мира мне потребуются все силы, какие я смогу получить – будь то армия, магия или вера. Я уверен – возможность призвать двадцать, сорок или даже сто тысяч скелетов меркнет перед вашими истинными способностями.

– Все настолько очевидно, да? Ну что же, да будет так, – согласилась Са’оре. – Но у меня есть два условия. Во-первых, я не буду заседать в этом твоем Совете Некромантов. Хватит с меня всех этих королевских глупостей. Если хочешь командовать моей армией, командуй ею сам и так, как умеешь сам.