Текст книги "Мы все умрём. Но это не точно (СИ)"

Автор книги: Aris me

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 62 страниц)

Он представил эту повзрослевшую Грейнджер в форме Хогвартса, с этими её стройными ногами, в коротенькой юбочке и белой рубашке, плотно обтягивающей аккуратную грудь. С красным гриффиндорском галстуком на нежной шее.

«Знаешь, иногда полезно расширять границы сознания, открывать новые горизонты…» – этот её мерзкий раздражающий голос. Фраза теперь прочно засела на подкорке мозга.

Знала бы Грейнджер, что он свои границы расширил ещё в тот вечер, когда они забрали Финнигана прямо из-под носа Ордена. Тогда Фениксы ещё не использовали охранные Воющие чары, поэтому отряд Драко просто зашёл в их убежище, оглушил часовых и беспрепятственно забрал спящих.

По невероятной случайности за первой дверью, которую он толкнул, оказалась её комната. В ту же секунду, когда он понял, кто именно спит в постели, возникло желание вернуть ей мерзкую Сектумсемпру. Они со святым Поттером так сильно любили по-очереди шинковать его этим заклятьем. Хотелось, чтобы Грейнджер захлёбывалась собственной кровью, как он тогда, лёжа на промёрзшей земле. Чтобы чувствовала, как из неё горячими толчками вытекает жизнь. Чтобы ослепла и оглохла от разрезающей боли. Драко приготовился и вскинул палочку.

Гермиона, не просыпаясь, перевернулась на спину. Тёмные волны волос растеклись по подушке.

Непроизнесённое проклятье замерло в горле. Ночь забрала цвета и оттенки, но он помнил, что волосы у неё были цвета карамели. Он ненавидел сладкое! Буйная копна, которая вечно маячила у него перед глазами в Хогвартсе. Драко стянул с руки кожаную перчатку, приподнял одну прядь и растёр между пальцами. Мягкие.

Ей снилось что-то тревожное, она морщила лоб и поджимала губы. Белое одеяло полностью скомкалось в ногах. Бретельки её тоненькой маечки немного сползли по плечам. В темноте отчётливо виднелся тонкий контур ключиц и мягкая окружность груди.

Мерзкая, грязная.

Кому она вообще такая нужна? Недоразумение, а не девушка. И только для того, чтобы убедиться в её отвратительности, он невесомо провёл по её рукам палочкой, спустив бретельки до локтей.

Гермиона часто дышала и всхлипывала, веки подрагивали, будто бы она вот-вот проснётся. Ему даже хотелось, чтобы она распахнула свои огромные глазищи и увидела нависающую над ней уродливую маску. Хотелось почувствовать своё превосходство и её ужас, зажать горло в тисках страха, чтобы она кричала и рыдала. Он бы сомкнул пальцы на тонкой шее и заставил умолять.

Но Грейнджер не проснулась. Только поджимала губы и тихонько всхлипывала во сне.

Кончиком палочки Драко аккуратно спустил ткань ещё сильнее, обнажив бледную миниатюрную грудь с тёмными сосками. Она казалась такой трогательно невинной. Как первый выпавший снег, который хотелось растоптать. С этими своими рёбрами, выступающими сквозь нежную кожу, и маленькой чёрной родинкой под левой грудью. В тот момент он возненавидел её ещё сильнее. Таким, как она, не место в его мире! Слабая, жалкая, никчёмная.

Он нависал над ней, и в его руках сейчас была её жизнь, а идиотка просто спала! Полуголая, раздетая, так бесстыдно выставляющая себя ему на обозрение! Где твой инстинкт самосохранения, Грейнджер?

Вряд ли в этой лохматой башке было что-то помимо пыльных абзацев из учебников. Ни в какое подземелье он её не потащит – эта не протянет там и дня. И Сектумсемпрой не проклянет – она сама по себе, без его помощи сдохнет.

Поэтому Драко просто наложил на неё сонные чары, чтобы не вскочила, когда они с парнями начнут переворачивать всё вверх дном, и уже собрался уходить, но почему-то, необъяснимо для самого себя, задержал на ней взгляд.

Грейнджер под действием чар успокоилась, перестала всхлипывать и теперь дышала спокойно. Её обнажённая грудь размеренно вздымалась, а майка ещё сильнее сползла к талии.

Такая беспомощная и слабая.

Стояк неприятно упёрся в ширинку. Драко поудобней поправил так не вовремя вставший член. Это просто естественная реакция организма на полуобнажённую девушку. Ничего больше. Он же не Волдеморт, в конце концов, чтобы отрицать все желания плоти.

Грейнджер тем временем сдвинулась и раскинула руки в стороны. Видимо от прохладного воздуха её соски затвердели, придав ей абсолютно шлюший, развратный вид. Будто бы Золотая девочка только притворялась, что спала, а на самом деле хитро выжидала, чтобы он подошёл поближе, и тогда бы она накинулась на него этими своими приоткрытыми, мерзкими, пухлыми, наверняка мягкими и нежными губами…

А, может так и есть?

Драко потянул за край одеяла, но её ноги плотно запутались в нём. Его взгляду приоткрылся лишь верхний краешек светлых широких трусов с идиотскими зайчиками.

Зайчики, блядь! Серьёзно?

Грейнджер хотелось испачкать. Запятнать.

Он погладил себя поверх ткани брюк, прикидывая, сколько у него есть времени, прежде чем остальные поднимут здесь шум.

Нет, надо было уходить.

Гермиона всхлипнула и нежно застонала.

Тонкая льдинка самообладания треснула и рассыпалась на осколки. Во внезапном эмоциональном порыве Драко высвободил из штанов налившийся член и встал к ней достаточно близко, чтобы прекрасно видеть её всю, но достаточно далеко, чтобы ненароком не дотронуться. Он приподнял маску, сплюнул на ладонь и крепко обхватил твердый орган у основания. Ты же именно этого и добиваешься, Грейнджер? Лежишь тут и только и ждешь, когда кто-нибудь придёт и займётся тобой.

Он провел пальцем по набухшей венке вверх до уздечки… Грейнджер даже не догадывалась, насколько часто она встречалась с ним в рейдах. И это было волнительно, восхитительно, возбуждающе… Малфой заскользил ладонью по члену, наблюдая как она безмятежно спит прямо под ним.

Драко любил с ней поиграть. Загнать и почувствовать ее страх. Он видел, как эта девочка решительно запускает проклятья в пожирательские маски, и знал, насколько при всей своей неуклюжести может быть опасна, но каждый раз не мог удержаться и остаться в стороне.

Ее грудь плавно вздымалась, и ему отчаянно хотелось, чтобы Грейнджер проснулась. Испугалась, закричала, попробовала бы оглушить его… И тогда бы он поиграл с ней по-взрослому. Не как раньше.

На побагровевшей головке выступили первые капли предэякулята, он смазал их большим пальцем и распределил по тонкой нежной коже. Почему-то раньше Драко об этом не задумывался, но сейчас мысль о Грейнджер, стоящей на коленях, с голой грудью, торчащими сосками и жадно раскрытым ртом невероятно его разожгла. Он бы заставил ее обхватить этими мягкими, раздражающими губами его член и насаживал бы на себя её голову, пока она давилась слюной и слезами… Да. Он бы заставил ее пролить много слёз. Грейнджер бы рыдала, а он трахал её до тех пор, пока не спустил бы всё до капли в её тугое горячее горло.

Эта мысль разогнала кровь по венам с бешенной скоростью, в ушах зашумело, и ноги слегка подкосились. Даже если бы Гермиона сейчас проснулась и призвала на помощь весь свой Орден, то и это не смогло бы его остановить. Из груди вырвался неконтролируемый стон, приглушаемый маской. Оргазм накрыл внезапно и безудержно. Ударил в нервные окончания тысячей мелких острых иголок, растёкся под кожей битым стеклом, смешанным с кровью. Он кончил настолько бурно и болезненно, что едва не потерял равновесие и не завалился прямо на спящую девушку.

Но в следующее же мгновение после оргазма, когда он разглядывал белёсые густые капли на её груди, его накрыло осознание собственного позора: дрочить на грязнокровку.

Докатился.

Малфой проследил взглядом, как его сперма белой дорожкой стекла с тёмного соска вниз по светлой тонкой коже и впиталась в ткань простыни.

Он протяжно застонал. Позор!

Закрыть окклюменцией и спрятать под всеми замками. Лорд не должен был этого увидеть. Драко трусливо наложил очищающее и бегом, словно спасаясь от пожара, выбежал из комнаты, предусмотрительно заперев дверь.

–Тук-тук-тук!

Он почувствовал болезненный тычок палочкой прямо в метку на руке. Эротическое воспоминание треснуло и разлетелось на осколки, как тонкая карамелька, упавшая на мраморный пол.

– Дитя, приди ко мне! – низким голосом с подвывающей интонацией призвал его Тео. – Ты там что, сидя уснул?

– Хорошо по голове приложили? – в голосе Гойла слышалось искреннее волнение.

Раздражало всё: Грейнджер, плотно засевшая в его голове, блядский вечер, убогие маглы и сраный Том Реддл, который никак не мог окончательно сдохнуть.

– Отвалите, – огрызнулся Драко и потёр место, куда его ткнул палочкой Нотт. В игры играть совсем не хотелось. Даже сейчас, вспоминая призыв Тёмного Лорда, он ощущал спазм в кишках и лёгкую конвульсивную дрожь от Круцио. Он ещё раз потрогал нос, тот вроде успешно встал на место. Больше ничего критического с телом не произошло. Значит, можно выдвигаться дальше.

– Как насчёт того, чтобы погрузить мир маглов в хаос и деградацию?

– Звучит заманчиво, – отозвался Теодор, допил пиво и кинул банку в близ стоящую урну. Та звонко ударилась о край и отлетела на асфальт.

Не попал.

Тео это ничуть не расстроило. Зато Грег тяжело вздохнул, встал и аккуратно выкинул обе банки – свою и его.

А вот с Гойлом хаос не посеешь. Только если какой-нибудь упорядоченный маленький хаосик, с расписанием дежурств и уборки за собой. Но даже его Малфой по-своему любил и считал семьёй. Большая мамочка Грег упёр руки в бока и придирчиво осмотрел Драко.

– Ты выглядишь слишком даже для маглов. Нас с тобой никуда не пустят, – он обвёл взглядом окружающее пространство, будто бы здесь был ещё кто-то кроме них. Знакомая привычка, Драко тоже до сих пор искал глазами Блейза, словно он мог стоять где-нибудь неподалёку. – У кого-нибудь на палочке есть возможность наколдовать Агуаменти?

– Увы, – Теодор развел руками.– У меня недоступно. Зато могу Анапнео.

Вот уж спасибо. Лечащими заклинаниями от Тео смело можно было пытать. Драко задумался. За месяц в мире маглов ещё ни разу не пробовал призвать воду. Выученная беспомощность. Он просто посмотрел на попытки Гойла и Нотта и решил, что у него заведомо тоже ничего не выйдет. Малфой взмахнул палочкой и произнёс:

– Агуаменти.

Все на секунду затаили дыхание. Заклинание ожидаемо не сработало.

Жаль.

Драко плюнул на руку и растёр слюну по груди, пытаясь отчистить подсохшие бурые пятна. Стало только хуже.

– Я просто скажу, что это чистая кровь, и она не должна их смущать. Пусть все падают ниц и целуют ноги чистокровному волшебнику.

– Малфой, да ты грязный извращенец! – восхитился Нотт.

Гойл задумчиво поскрёб рукой щетину на щеке и протянул руку, чтобы помочь ему подняться. Видимо, выглядел Драко совсем помятым, раз Грег посчитал, что он не способен встать самостоятельно.

– Ты же можешь всегда попросить отца, и он наверняка найдёт способ вытащить тебя отсюда. Вернёшься в магический мир, продолжишь семейное дело…

Малфой поморщился, словно заболели все зубы разом. Ну, конечно! Люциус наверняка спит и видит, когда Драко посыпет голову пеплом и приползёт к нему на поклон. К нему, к человеку, который просто стоял и смотрел, как Нарцисса умирает.

«Надеюсь, сын, тебе хватит разума осознать правильность выбора и принять её жертву с благодарностью». В памяти всплыло невозмутимое, холодное лицо отца. Он отдельно ненавидел его за то, каким тоном тот сообщил ему о смерти матери: будто бы пересказывал прогноз погоды.

«Если бы не Нарцисса, то Лорд убил бы тебя. Это мой выбор, и вся его тяжесть лежит только на мне, но, скажи честно, ты бы сам кого выбрал, Драко? Потерять жену или своего ребёнка?»

И он должен был воспринять это с благодарностью?

Ему хватило сыновьей благодарности, чтобы не ударить, не плюнуть, не закричать, а просто посмотреть отцу в глаза, молча развернуться и уйти. В тот день он покинул мэнор и оборвал все возможные контакты.

Это, конечно, не значило, что Люциус перестал нависать над ним незримой тенью. Да его даже тенью нельзя было назвать. Назойливый, как муха, отец писал, являлся, маячил в коридорах и постоянно чего-то от него хотел. Драко искренне желал ему завести себе нового наследника и отъебаться уже от старой, ненавидящей его версии.

– Обойдусь без его ёбаной помощи, – слишком эмоционально произнёс Малфой и прикусил щеку изнутри, заметив, как вздрогнул Грег. Друзья сегодня не заслужили очередного всплеска агрессии. Он подавил вспыхнувшие эмоции и более спокойно добавил: – Я что-нибудь придумаю со всем этим дерьмом, найду нам всем палочки… И вас тут одних не оставлю.

Гойл и Нотт заговорщицки переглянулись. Драко прекрасно понимал, что они все оказались в этой ситуации только из-за него, и осознание этого факта тоже не прибавляло ему настроения. Хотелось разрушить и разломать до основания всё вокруг.

– Пока среди нас всех приглядывать надо только за тобой, – Тео усмехнулся и встал на ноги. – Ну что, Грегори, давай отмоем Малфоя и пойдём… Куда ты там сказал, безносый?

Он яростно скрипнул зубами.

– На хуй.

– Вот это, да. Да. Мило звучит.

***

Они дошли до какого-то маленького круглосуточного супермаркета из серии тех, в которых продавалось всё и сразу. Вывеска так и гласила: «Двадцать четыре часа в сутки. У нас есть все, что вам нужно».

Внутри уютно пахло карамельным попкорном. При виде окровавленного Драко девушка за кассой побледнела и убрала руку под прилавок.

Подумаешь!

Он улыбнулся продавщице своей самой ослепительной улыбкой. Кровь со слюной просочилась сквозь щели зубов. Драко всю дорогу ощущал во рту её металлический привкус и был вынужден сплёвывать бурые сгустки каждые несколько метров.

Малфой пригладил растрёпанные волосы, непринуждённо расправил плечи и с идеально ровной спиной прошёл к прилавкам. Легко и изящно. Будто бы они все сейчас находились на рождественском приёме у Нарциссы, и он уже хлопнул пару бокалов игристого. Может, пригласить её на вальс? Магазинная музыка не очень подходила, но при должной фантазии сойдет.

Двери снова разъехались, и в магазин зашли Грег с Ноттом. Последний всё ещё нёс окровавленную биту в руках. Драко питал слабую надежду, что друг бросит её где-нибудь в парке. Но тот, похоже, серьёзно намеревался таскаться с этой палкой повсюду.

– Прекрасная леди, у вас не найдётся какой-нибудь перевязи для этого чуда? – Нотт вывалил биту на прилавок, чтобы девушка смогла по достоинству оценить его трофей.

Та почему-то не воодушевилась, лишь приоткрыла рот и судорожно втянула воздух. Тео, видимо, решил что его не совсем верно поняли. Он сделал медленный, глубокий вдох и терпеливо пояснил:

– Нужна кобура для моей палочки. Желательно через плечо, чтобы малышка была за спиной и всегда под рукой.

Драко с интересом замер. Маглы такие пугливые. В обморок упадёт или авроров призовёт? Рулетка крутится, шарик катится и замирает на… чёрном или красном?

На лице продавщицы за доли секунды проступила паника. Глаза округлились настолько, что между верхним веком и радужкой обнажился белок глаз, губы задрожали и искривились в некрасивую линию, как у косоротой большой рыбины, а из горла вырвался неконтролируемый всхлип.

– И ещё нужна карта этой местности, – раздался тихий, спокойный голос Гойла.

Девушка словно под Империусом перевела взгляд на него, тяжело сглотнула и коротко кивнула.

«Заторможенная какая-то, – отметил про себя Драко. – Где крики, где визги?»

Зато Грег как всегда рационален, надо будет при случае чмокнуть в макушку. В любой ситуации у него есть определённый алгоритм действий. Драко даже не представлял, где они находятся, как далеко от того бара и куда вообще идти, чтобы попасть назад в квартиру, но его пока это не волновало. Домой ещё было рано. Зато умница Грегори, как всегда, заранее продумывал пути отступления.

Малфой некоторое время размышлял у прилавка с алкоголем, но в итоге взял просто воду, салфетки, сигареты и подошёл к кассе. Нотт кинул сверху объёмную упаковку с чем-то чёрным.

– Чистая экипировка, – и хитро улыбнулся.

Причину улыбки Драко понял минут через десять, когда, умывшись и вытершись старой кофтой, натянул на себя футболку, которую выбрал для него Нотт.

С надписью «Скажи жизни Да»

– Теперь я как Грейнджер, – криво усмехнулся он, снова случайно задевая эту ментальную язвочку в воображаемом рту.

Драко задумался.

Грейнджер. Грязнокровка… уродливые, вздувшиеся алым рубцом буквы на тонкой коже.

Она так и не свела с руки шрам. И притащилась к Пожирателям смерти, даже не подумав его спрятать чарами. Идиотка.

Кто из них грязнее?

У него было достаточно времени, чтобы обдумать всё это. Про грязнокровок и статус крови. Это было весело только в начале. Но то, что Реддл являлся не чистокровным, а полукровкой, не отменяло того факта, что он был силой. Сила и власть – только это имело истинное значение, а вовсе не кровь. Да, с этим Драко соглашался. Волдеморт действительно мог изменить весь прогнивший и застоявшийся строй Министерства магии. Но ему нужны были верные, послушные слуги, и он просто подыграл чистокровным, сыграл на их слабости, внушил, что они все особенные, а остальные – грязь.

Прекрасный манипулятор. Даже убожество Петтигрю как-то в ранг избранных затесался, и никого это не смущало. В это было легко и весело верить, а Волдеморту так ими было легче управлять.

Драко ненавидел, когда им управляли.

Его взгляд сфокусировался на собственном отражении в тёмной витрине. Теодор справа стоит и жуёт попкорн, Грег слева упаковывает во что-то биту. Его настоящая и единственная семья. Болезненно не хватало ещё двух силуэтов. Их должно было быть пятеро. Захотелось опустить на лицо маску и почувствовать холодное, успокоительное прикосновение металла к коже. Он остро скучал по своей маске. Драко протянул руку к лицу и привычным жестом провёл от брови вниз по щеке. Это казалось практически физическим ощущением пустоты. Зуд на кончиках пальцев, которые хотят по привычке дотронуться до холодной поверхности и провести по резным бороздкам. Ощущение, будто бы слишком много воздуха на коже. Обнажённость, уязвимость… Слабость?

Зато они пока все были живы, почти свободны и твёрдо намеревались прочувствовать жизнь от и до. Нотт развязно обнял его за плечо и прижал к себе.

– Ну что, чистокровный, погрязнем в деградации?

И они погрязли.

Омаглились, как могли.

Ночь выдалась долгой, они прошли несколько баров и познакомились с зелёным горящим зельем. Маглы, оказывается, тоже умели варить приличный алкоголь.

Изрядно выпившая компания встретила рассвет в каком-то неизвестном пустынном переулке. Гойл и Нотт обнимали непонятно откуда взявшихся девушек, третья одиноко стояла поблизости и грела себя руками.

Драко вертел в руках бумажную карту и не мог сфокусировать взгляд. Где верх, где низ? Магловский алкоголь изумительно пьянил, совсем не хуже волшебного. Линии дорог разбегались и скручивались в одно большое пятно. Нужно было найти точку опоры. Где они находятся?! Кто у них там ответственный за ориентацию на местности?

– А ну, сюда, – Драко приложил карту к спине Грега и начал водить по ней пальцем, пытаясь найти хоть какой-то ориентир. – Не дёргайся, я сказал!

– Щекотно, – прохрипел тот, а его девушка тихо хихикнула.

Гойл склонился к её лицу, и послышался звук влажного поцелуя с противным прихлюпыванием и причмокиванием. Будто бы он слизывал с её рта жирное арахисовое масло.

Карта сползла со спины.

Этот безнадёжен.

Драко недовольно зарычал себе под нос и поискал взглядом что-нибудь, что можно использовать в качестве стола.

Освещение не радовало. Фонари уже потухли, солнечного света ещё было слишком мало. Опереться о стену – темно, будет совсем ничего не видно. С надеждой глянул на Нотта, но тот самозабвенно исследовал рот второй девушки. Даже не исследовал, они оба беззастенчиво трахали друг друга языками. Мысленно отметил, что этот тоже не подходит, и на пару секунд замер, наблюдая, как магла пожирала Пожирателя смерти. Их подбородки и щёки влажно блестели от общей слюны. Драко сделал шаг назад на всякий случай, чтоб не забрызгали, и споткнулся об биту, упакованную в бумажный пакет. Захотелось её пнуть посильнее, но деревяшка так жалостливо-сиротливо лежала на асфальте, что он невольно почувствовал некоторое сострадание и родство душ. Малфой ощутил себя такой же одинокой, заброшенной, всеми забытой игрушкой. Может, прилечь рядышком на асфальт и подождать, пока эти четверо закончат?

Сбоку кто-то покашлял. Он не стал обращать внимание. Этот кто-то покашлял ещё раз. Он перевёл мрачный свинцовый взгляд на третью девушку. Брюнетка обнимала себя руками и бросала тоскливые взгляды на целующиеся парочки.

Блядь, нет.

Он точно не притронется к ней. Даже в качестве подставки под карту.

Драко не понимал друзей. Как они так легко переступили собственные барьеры и брезгливость? Может, у них вообще их не было?

Но это же маглы. Мерлинова борода! Да, физически они развиты, как волшебники, возможно, способны натренироваться что-то неплохо делать, но их разум…

У четырёхлетнего волшебника и то больше.

Его передёрнуло.

Как целовать слабоумного.

Мерзость.

По коже пробежали мурашки, и волоски на руках встали дыбом. Девушка, похоже, ощутила на себе его брезгливый взгляд и подала голос:

– Может, вызовем такси?

– Ч-что? – нетрезво спросил он.

– Такси.

–Такси? – Драко недоумённо уставился на брюнетку. Если не фокусироваться специально, то у неё получалось четыре глаза.

– Ох, Господи, – девушка раздражённо закатила глаза и достала из сумочки нечто.

Ему на пару секунд показалось, будто бы это магический предмет, а она вовсе не магла, а настоящая ведьма. Брюнетка постучала по нему пальчиками и спрятала обратно.

– Готово, сейчас приедет машина. Вы адрес-то хоть свой помните?

Драко застыл и изумлённо посмотрел на неё: миниатюрная, волосы каштановые. Каких-то омерзительных внешних изъянов не заметно. Выглядела развязно в своей короткой юбочке, этих туфлях на шпильке и с красным лаком на ногтях. Он бы даже мог поспорить, что под юбкой у неё трусики с зайчиками…

Но главное, в грязи не валялась, траву не ела. Да и не похоже, что она этими наманикюренными пальцами размазывала фекалии по стенам.

Значит, не буйная.

«Что там бухтела Грейнджер про расширение горизонтов?» – спросил абсент в нём.

«Почти год без секса», – прошептал член.

Пришла мысль натянуть резиновые перчатки. Как те, что он носил на работе в лаборантской. Латекс на члене, латекс на руках. Может, всё будет не так уж и плохо…

Мерлин, неужели это он сейчас подумал?

Он тяжело вздохнул и принял одно из самых сложных и волевых решений в своей жизни. Прочистил горло и хрипло выдавил не своим голосом:

– Едем к тебе.

Комментарий к 9. Карта и карамель

Атмосфера главы: https://pin.it/6VKSPqr

========== 10. Больница ==========

– Признайся, ты вернулась, потому что просто на меня запала, – слова Тео звучали вяло и без привычного задора.

– О да, Нотт, любовь с первого взгляда. Мечтаю о моменте, когда ты окажешься у моих ног, – так же апатично ответила Грейнджер и уныло усмехнулась.

Теодор тяжело вздохнул.

– Между. Ты хотела сказать между… – грустно поправил он и крепко затянулся сигаретой.

Их разговор напоминал диалог двух актёров дешёвого театра, которые читают реплики по очереди, не особо вдумываясь в смысл.

Драко их почти не слушал, он был занят тем, что слишком сильно нервничал. С ним давно такого не случалось. Вчера, расставляя реагенты по полкам в кабинете химии, он задержал взгляд на своих синих перчатках и внезапно осознал, что так и не надел их во время секса с маглой.

Не надел перчатки.

Абсолютно забыл про презерватив.

И крайне нерационально запустил язык в её мокрую, горячую вагину.

Он впал в состояние, близкое к истерике. Отпусти вожжи, расширяй границы сознания, скажи жизни «Да!»…

Мерлин, о чём он думал?

В приступе паники он даже залез в ноутбук Сэма Мюли и в фантастически короткие сроки освоил интернет. Он и раньше наблюдал, как профессор работает на нём, но особого стимула разбираться с заковыристым артефактом не появлялось. Да что там. Ему было откровенно плевать на магловские приспособления. В их магическом мире полно неизученных артефактов, ради чего ему сдались магловские? Так было до вчерашнего дня.

И да, Драко наконец-то познакомился с гуглом. И то, что прочитал в поисковике, ему совсем не понравилось.

Грязная кровь.

Он так и знал, что у маглов грязная кровь. Гугл сказал, что ему срочно надо где-то сдать анализы на ве-не-ри-чес-кие заболевания. И отрезать язык. Чтоб не совал его, в кого не следует. Похуй. Проживёт как-нибудь и без него.

А вот подыхать в мучениях, гнить заживо или терять нос на манер их Лорда он не собирался.

Лорд… Драко мысленно застонал.

Ещё этот ублюдок мог воскреснуть в самый неподходящий момент, и с этим тоже требовалось что-то решать… Где ж он в жизни так провинился?

Усилием воли Малфой подавил новый приступ истерики. В прошлый раз Волдеморту пришлось ждать воскрешения тринадцать лет, надо надеяться, что и в этот раз никто не станет особо спешить. Время есть, и нужно просто успокоиться. Он сделал медленный, глубокий вдох, наполняя лёгкие и расслабляя плечи. Будем решать проблемы по мере их поступления. Его эмоции никак не должны всплывать на поверхность. Лицо словно каменная маска.

Он стоял, глубоко спрятав руки в карманах широких спортивных штанов, и меланхолично разглядывал маленькую пузатую красную машинку, в которую им всем предстояло влезть. Грейнджер не могла арендовать что-нибудь получше? Или хотя бы побольше?

– Тео, я удивлён, – он заставил свой голос звучать расслабленно, – ты разбиваешь сердце миссис Войчек, в её возрасте это может оказаться фатальным.

– О, – Нотт заметно оживился от голоса друга, – я вчера видел, как она целуется с мистером Фредли, и даже не сразу понял, как они нашли рты друг друга в этом количестве морщин. Два больных престарелых извращенца.

Грейнджер неодобрительно покачала головой.

– Ты тоже когда-нибудь будешь старым, Теодор, – по-учительски нудно проговорила она и, подойдя к водительской двери, жестом пригласила их внутрь. Драко искренне понадеялся, что маглы, как и волшебники с мётлами, с раннего детства обучают ездить своих детей на этом. Потому, что если это не так, то он в жизни туда не сядет!

Зато Нотт вдруг взбодрился. Он небрежно выкинул недокуренную сигарету на асфальт и, не обращая внимания на недовольное цоканье Грега, открыл заднюю дверь.

– Я не планирую стареть, – напоследок оповестил он и его кудрявая голова скрылась в салоне машины.

Гойл тяжело вздохнул, затушил кроссовком сигарету Тео и полез следом за ним внутрь. Хлипкая машинка заметно накренилась под его весом.

– Если она будет за рулём, то вряд ли вообще кто-то из нас доживёт до старости, – раздалось его тихое ворчание из салона и дверь звонко хлопнула, закрывшись. К счастью, хотя бы не оторвалась. Настоящее корыто.

Драко брезгливо поморщился, но с удовольствием отметил, как скривилась от слов Гойла Грейнджер. Он не обращался к ней напрямую с того самого момента, как Золотая девочка объявила, что стала их новым курирующим аврором. Малфой сделал вывод, что Грегори выбрал любимую тактику игнорирования. Малоэффективно, но разозлить шанс был. Сам он теперь, конечно, понимал, почему эта ведьма к ним прицепилась, но в данный момент это являлось меньшей его проблемой.

Драко неуклюже втиснулся на сиденье рядом с водительским, и его колени плотно упёрлись в приборную панель. В машине оказалось тесно и удушающе жарко, в нос моментально ударил резкий, неестественный клубничный запах. Если бы существовал боггарт из запахов, то этот однозначно явился бы по его душу.

– Фу, какой сексизм, Грегори, – Гермиона повернула ключи и железное корыто подозрительно захрипело. И Драко тут же понял, почему её выбор пал именно на это чудовище. Воняет, рычит, рыжевато-красное – вылитый Уизел. Но вслух не признёс, приберегая такую прекрасную издёвку на попозже.

– Грейнджер, мы все помним, как ты управлялась с метлой в Хогвартсе, – он помассировал переносицу, отгоняя приторный запах клубники, но обоняние выключаться не желало. – Куда ты нас везёшь?

– Сегодня вы сделаете этот мир чуточку лучше. Расслабьтесь, мальчики.

Она повернула рычажок громкости на радио, и из динамиков заорала какая-то дикая музыка.

Чудесно.

Не вздохнуть, не сказать, не двинуться. Какие ещё радости им приготовлены?

***

– Ты решила сдать нас на органы, – прервал повисшую тишину Малфой. И это даже не звучало как вопрос.

Откуда он этого понабрался? Гермиона с сомнением посмотрела в сторону Драко. Сегодня он казался каким-то особенно странным, сколько бы она за ним ни наблюдала, но расшифровать его не получалось.

И нет, это точно не поездка с ней на автомобиле. Он был такой, даже когда она переступила порог их квартиры и сообщила, что заменит мистера Лампкина. Гермиона ожидала получить гнев, ярость, раздражение, но никак не безэмоциональный кивок в её сторону. Статуи в парке и то живее выглядели.

Они уже десять минут стояли на больничной парковке. Несмотря на раннее утро, солнце уже ощутимо припекало. Но в здание всё равно заходить не хотелось.

Первый шок Гермиона пережила ещё вчера, когда её пригласили в кабинет начальства, где ожидала мисс Боулденбад, чтобы сообщить про особые обязательные рекомендации по работе с этими тремя. Все в Министерстве знали, какую ненависть она питала к бывшим сторонникам Реддла. И не то чтобы Гермиона была против. Но в последнее время Боулденбад усиленно лоббировала новый закон по воспитанию нравственности и профилактики девиантного поведения среди молодых волшебников.

Похоже, отрабатывать его она решила на них. Руками Гермионы. И вот это уже стало неприятным сюрпризом.

Помимо ссылки и повседневной работы, которую Боулденбад сочла слишком мягкой, им дополнительно назначались дежурства на объектах. «Всего-то раз в месяц, деточка, разве это сложно?»

Гермиона не знала, какие задачи выпали другим группам, но им досталась больница. И в данный момент она усиленно размышляла, какую тактику ей стоить выбрать против троих бывших Пожирателей смерти. Прошлый свой визит она подвергла тщательному анализу и поняла, что изначально выбрала не ту линию поведения. Мало времени на подготовку, позволила эмоциям взять над собой верх, и вот результат. Напролом Малфоя не взять. Парни не выказывали в её сторону никакой агрессии, поэтому, возможно, ей тоже стоило бы быть с ними помягче. Просто дать время привыкнуть к себе, втереться в доверие и уже потом перейти к делу.

Ждала же она полгода, и сейчас тоже стоит запастись терпением. Мягкость и лояльность – вот её новая тактика.

Гермиона окинула своих подопечных тревожным взглядом. Гойл казался бледным, его явно тошнило. Он сегодня был ещё менее разговорчив, чем в их первую встречу. Не страшно, она любила тишину. Нотт молча курил и прожигал взглядом больничные двери. Их маленькое путешествие на машине сделало его более нервозным и совсем тихим. Не сказать, что дорога прошла настолько плохо, но навык вождения действительно немного потерялся. Пожалуй, стоило бы научиться тормозить не так резко и за скоростью на приборной панели следить повнимательнее. Она учтёт это в следующий раз.