Текст книги "Les Arcanes. Ole Lukoie (СИ)"
Автор книги: mind_
сообщить о нарушении
Текущая страница: 53 (всего у книги 69 страниц)
Исин стал очень нехотя отвечать на поцелуи, а от каждого прикосновения горячих пальцев к своей коже начинал неосознанно напрягаться всем телом и ничего с этим поделать не мог. Его участие в процессе резко стало чисто символическим, и это не могло остаться незамеченным для Чондэ.
В определенный момент Ким, устав играть в предварительные ласки с бревном, остановился и долго смотрел в потускневшие глаза Исина, который был в этот момент где угодно, но только не здесь.
– Что случилось? – тихо и очень мягко спросил Чондэ.
– Ничего, – эхом отозвался Исин.
– Тебе вдруг резко расхотелось или…
– Нет, вовсе нет… – принялся активно мотать головой молодой человек.
– Тогда в чем дело?
Исин поджал губы. Ненавидел он такие вопросы. Да разве есть люди, которые способны честно ответь на них в подобной ситуации? Чжан Исин скорее умрет, чем признается, что до дрожи боится того факта, что его задница сейчас будет страдать. И он вместе с ней.
– Ты же знаешь, – мягко улыбаясь, произнес Чондэ, – ты все еще можешь отказаться. Если ты боишься, мы можем просто остановиться…
– Нет, – коротко произнес Исин, – я не боюсь. Не надо останавливаться.
Он попытался сказать это очень уверенно, но страх в его глазах и дрожащая рука, в панике сжимающая рубашку Чондэ на плече, выдавали его с потрохами.
– Хорошо, – согласился молодой человек, нежно целуя Исина, – но если захочешь, мы в любой момент можем остановиться, ты ведь знаешь? Если ты не готов…
– Я готов! – воинственно заявил парень, заставляя Чондэ засмеяться. – Все в порядке, все правда в полном порядке.
– Если захочешь остановиться, просто скажи «манго».
– Манго? – не понял Исин.
– Ну да, манго. Стоп-слово.
– Ясно, манго.
– Ты слишком серьезно к этому относишься…
– А ты видимо слишком легко, – раздраженно прошипел сквозь зубы Исин.
– Я говорю не об этом, Син, – Чондэ снисходительно улыбнулся, – никто не заставляет тебя этого делать. Ты не обязан. Мы можем оставить это до следующего раза…
– Не нужно, – мотнул головой Исин, – поцелуй меня.
– Как пожелаешь…
И Чондэ поцеловал. Снова очень нежно, как будто случился гейм овер и пришлось начинать с самого начала. Исин не знал, нравится ли ему, что с ним так нежничают. Не знал, нравится ли ему, что в этой ситуации у него есть пути к отступлению. Отложить все до следующего раза было заманчиво, но… стоит ли? Будет ли он хоть когда-нибудь достаточно готов к этому. Больше, чем сейчас? Вряд ли. В любом случае, однажды это все равно случится, и в чем разница между сейчас и потом? Если он не готов сделать это сейчас, нет никакой гарантии, что он будет готов сделать это в следующий раз. Возможно, что все хорошенько обдумав, он будет напуган еще сильнее, и бесконечно будет оттягивать момент истины. Так что если Чондэ не собирается хлопнуть кулаком по столу и поставить Исина перед фактом, что это случится сегодня и никак иначе, то Исину придется делать это самому.
А Чондэ не собирался. И он был рад, что Исин, пусть и так отчаянно, но ответил отказом. Потому что кто знает, будет ли готов Чондэ повторить свой подвиг, если сейчас не дойдет до конца. Возможно, остановившись прямо в середине, потом он сожрет себя с потрохами из-за чувства вины, и будет уже не один, а два человека, которые хотят, но до жути бояться переспать. И каждый по своей собственной причине.
Исин вроде бы решил махнуть рукой и просто плыть по течению. Будь, что будет. Вот только с нервным напряжением он все никак не мог справиться, и очень остро и с опаской реагировал на каждое прикосновение Чондэ, особенно когда он начал медленно опускать свою руку к резинке трусов. Так вдруг захотелось вскрикнуть «хватит» и убежать сверкая пятками в ванную, чтобы переждать опасность там. Но он упрямо промолчал и попытался сосредоточиться на чем-то другом. На поцелуях, например. На том, что Чондэ бы тоже не помешало раздеться.
Чжан Исин разжал пальцы, которыми вцепился в плечи Кима и спустил непослушные руки ниже, желая расстегнуть пуговицы. Идея была не самая светлая. Пуговицы были маленькими и попросту отказывались поддаваться непослушным рукам. На какое-то время это заняло Исина, но потом стало раздражать. Раздражать настолько, что он сжал пальцами приятную мягкую ткань и с силой попытался дернуть в разные стороны, чтобы к чертовой матери порвать эту упрямую тварь, однако Чондэ успел остановить Исина от роковой ошибки, ухватив за запястья. Вот только испортить рубашку брата Чондэ для полного счастья не хватало. Нет уж, лучше он сам. Вообще ее стоило снять прямо на входе в квартиру, чтобы избежать неприятных ситуаций.
– Дай-ка я сам, – прошептал Ким, вытягивая рубашку из-за пояса, и быстро принялся расстегивать пуговицы.
Исин же, решив не терять времени, уцепился пальцами за карман штанов и, дернув на себя, чтобы придвинуть Чондэ ближе, стал расстегивать их. С этой задачей Исин справился быстрее, чем Чондэ со своей, так что, подавшись вперед, сел на кровати, чтобы оказаться очень близко. Какое-то время он просто наблюдал за тем, как Ким расправляется с пуговицами, а потом, когда с ними было покончено, издевательски провел холодными пальцами по горячей коже от живота вверх к плечам, чтобы стянуть рубашку.
Чондэ поежился под холодными прикосновениями и отвел руки назад, чтобы с усилием протащить кисти через узкие рукава рубашки. В этой позе он был совершенно не способен избежать ласк и, воспользовавшись этим, Исин потянулся к нему и, словно в отместку, сначала нежно целовал шею, а потом очень болезненно укусил.
– Эй, – на выдохе пробормотал Чондэ, освобождая руки. Он хотел зашипеть от боли, но почему-то вышел стон.
Исин заботливо принялся зализывать укус и примирительно выцеловывать линию челюсти, пока его руки стягивали с Чондэ штаны. Мстительно усмехнувшись, он, будто совершенно случайно, провел длинными пальцами от основания вверх по члену сквозь ткань, и самодовольно засмеялся, когда Чондэ, почти зарычав, поймал его руку, не дав пальцам скользнуть под резинку трусов.
Такая неожиданная смена ролей Исину приглянулась. Он определенно ей наслаждался. Больше всего ему доставляло удовольствие дразнить Чондэ, как это делал он с Исином, потому что Киму не нравилось, что с ним играют. Ему больше нравилось руководить процессом, нежели пытаться сдержать слабые стоны, когда холодные пальцы или горячие губы касались его кожи, но он позволял Исину это делать, потому что парень, увлеченный процессом, расслаблялся, забывая о своих страхах.
Исин подарил Чондэ застенчивый поцелуй в губы, прежде чем прошептать:
– Ты неожиданно прекрасен.
– А ты только сейчас понял? – удивился молодой человек и, подхватив Чжана под колени, опрокинул на кровать и подтянул к себе. – Какой-то у тебя очень длинный тормозной путь.
Исин глупо и как-то пьяно засмеялся в ответ, а затем вытянул вперед руки, требуя объятий. И Чондэ со вздохом обнял. Что же ему еще оставалось.
Чжан Исин нежно целовал Чондэ, шептал ему на ухо какие-то глупости, приходящие в голову, и старался не замечать, как парень, подцепив пальцами резинку трусов, стягивает их. Он зажмурился и замолк, пытаясь выровнять сбившееся дыхание. Не хотел, чтобы стало заметно, что он испугался, иначе Чондэ опять вернется к началу, станет медлить, а это было еще хуже. Ожидание для Исина было во много раз хуже, впрочем, как и для любого человека. Хотелось, чтобы все уже поскорее началось и закончилось. Просто пройти самый страшный момент, а потом уже все остальное. И поцелуи, и объятия, и признания в любви.
Исин хотел бы быть мужиком. Не бояться того, что произойдет и не смущаться от того, что он абсолютно голый. Не зажмуривать глаза, напрягаясь всем телом, и не сжимать пальцы в кулак, когда Чондэ обхватывает руками его член. И не стонать так требовательно, чтобы он ей двигал, поднимая бедра.
Чондэ неохотно прошелся рукой вверх и вниз, очень медленно, и Исин закусил губу, чтобы не закричать. Как же выводила из себя эта его нерасторопность. Он будто издевался, назло все делал так долго. Каждый раз, когда Исин нетерпеливо подавался бедрами навстречу движениям руки, Чондэ останавливался.
Исин в отчаянной попытке потянулся, чтобы уцепиться пальцами за запястье, но такой маневр был встречен неодобрением.
– Руки, – грозно прошептал молодой человек.
– Но Чондэ… – задыхаясь выдавил Исин, бросая томный взгляд на Кима сквозь пушистые ресницы.
– Тихо, – оборвал его Чондэ.
И Исину ничего не оставалось, кроме как замолчать и, откинув голову, потихонечку сходить с ума, давясь еле слышными стонами. Это было несправедливо, но приятно.
На какой-то момент для Исина все перестало существовать. Была лишь темнота и рука Чондэ, которая со смазкой стала скользить лучше, но все так же медленно. Чжан вцеплялся пальцами в одеяло, пытаясь дышать через рот, но вечно пропускал вдохи или путал их с выдохами.
Чондэ, словно извиняясь, нежно поцеловал парня в шею, и на каком-то инстинктивном уровне, Исин понял, что настало время очень бояться. Точнее, нужно было бы наоборот, чтобы он перестал это делать, но…
– Расслабься, – прошептал на ухо Чондэ, заставляя Чжана осознать, насколько он в этот момент напряжен. И, по правде, сказать было проще, чем сделать. Исин потерял контроль над своим телом, у которого с мозгом возникли разногласия.
– Холодно, – только и смог пробормотать парень, почувствовав, как пальцы Чондэ касаются входа.
– Потерпи, – мягко попросил Чондэ, – и расслабься.
«Да я пытаюсь!» – хотел закричать Исин, но вместо этого лишь продолжительно выдохнул, заставляя свое тело расслабиться. Это вышло не с первой и даже не со второй попытки. В какой-то момент Исин даже перестал понимать, расслаблен он или напряжен.
Чондэ осторожно надавил, прежде чем просунул палец на фалангу. Исин сразу же напрягся снова и, задержав дыхание, инстинктивно уперся пятками в кровать и откинулся назад, пытаясь сдержать раздраженное шипение. Он не был готов. Серьезно, как бы сильно он не старался себя подготовить, все было бесполезно. Исин отреагировал неожиданно бурно, будто Чондэ не мизинец на фалангу просунул, а руку по локоть. Но дело было вовсе не в болезненных ощущениях, а скорее в нервном напряжении, в котором он пребывал уже довольно давно.
Больно не было. Скорее непривычно и неприятно. Исин больше боялся. Теперь, когда ему показали демо версию, он хотя бы имел представление о том, что его ждет, и это сильно облегчало задачу.
Исин сделал несколько глубоких вдохов, прежде чем посчитал, что достаточно готов для второй попытки.
– Продолжай, – выдавил он немного подрагивающим голосом и поудобнее перехватил пальцами одеяло, – я готов.
– Может не стоит? – с сомнением спросил Чондэ.
– Ой, конечно, давай все бросим, – с раздражением произнес Исин. – Все, поздняк метаться. Здесь я командую парадом. И я говорю продолжать.
– В любом случае, я дал тебе возможность отказаться, так что не обвиняй меня потом…
– Хорошо, – еле слышно выдавил Исин и снова попытался максимально расслабится.
В этот раз Чондэ вошел указательным пальцем, будто специально делая это очень медленно, чтобы Исин в полной мере мог прочувствовать, что совершил непоправимую ошибку, позволив этому случится.
– Расслабься, – прошептал Чондэ, в этот раз в самые губы.
– Я пытаюсь, – с надрывом произнес Исин, – но как ты себе это представляешь? Очень сложно расслабиться с пальцем в жопе.
– Давай без грубостей, – с усмешкой произнес Ким, – ты портишь момент.
– Больше, чем его портит твой палец в моей заднице?
– Я не смогу ничего сделать, пока ты не расслабишь булки, так что если хочешь продолжить свое существование в таком вот неудобном положении…
– Ты совсем не помогаешь, – страдальчески прохныкал Исин.
Он не мог расслабиться. Его тело само собой напрягалось. Это была вполне закономерная реакция, как рвотные рефлексы или что-то в этом роде. Нельзя было осуждать организм за то, что он так категорично отказывается принимать в себя инородные тела.
– Перестань об этом думать, – посоветовал Чондэ, ловя сбивчивое дыхание Исина, – чем больше ты на этом сосредотачиваешься, тем хуже делаешь. Попытайся отвлечься. Подумай о чем-нибудь другом, о чем-нибудь хорошем. Обо мне, например.
– Ты же сказал, о чем-то хорошем, – со слабой усмешкой ответил парень, не сдержавшись. Он не мог упустить такой повод.
– Ты ведь понимаешь, что находишься сейчас не в том положении, чтобы это говорить? – сквозь зубы прошипел Чондэ. – Я ведь могу заставить тебя пожалеть об этом.
– Не надо, я стал жалеть еще до того, как мне пришло в голову это сказать… Ты что?… О боже!
Чондэ, воспользовавшись тем, что Исин отвлекся и немного расслабился, стал двигать пальцем, и Чжану тут же стало не до разговоров. Он напрочь забыл, что вообще можно говорить. Даже дышать мог с трудом.
– Почему… почему ты всегда делаешь это так внезапно? Почему ты не предупреждаешь меня?
– В этом весь смысл. Эффект неожиданности всегда срабатывает…
Исин хотел что-то ответить, но все мысли резко сбились на «что это, блин, такое?» и «господи, за что мне все это?». Было сложно даже подобрать слова, чтобы описать это отвратительное чувство дискомфорта. Совсем не больно в общепринятом понимании боли, просто очень сильно неприятно.
Чжан Исин сделал глубокий вдох и выдох. Потом еще раз. И еще. Он пытался привыкнуть к этому чувству, чтобы не выгибаться в спине при каждом движении, с надрывом выпуская воздух из легких. Нужно было просто немного привыкнуть к этому странному чувству. Чуть-чуть потерпеть и потом обязательно станет легче. Он сможет это вынести. Это не так уж и трудно.
Чондэ попытался поцеловать Исина, чтобы тот хоть немного отвлекся, но парень дернул головой, уходя от чужих губ. Ему сейчас было не до этого. Он мысленно уговаривал себя немного потерпеть, а поцелуи и прикосновения отвлекали его, делая ситуацию невыносимее.
Чондэ не стал настаивать. Он терпеливо ждал, когда Исин перестанет так остро реагировать на каждое движение пальца. Старался делать это медленно, но, кажется, делал только хуже, а по-другому и нельзя было. Сейчас Исину нужно было собрать всю свою волю в кулак и немного потерпеть.
И Исин стоически терпел. Постепенно становилось легче. Сбивчивые мысли становились чуть более осмысленными и связными.
Молодой человек пытался классифицировать свои страдания, используя собственную шкалу. Он сравнивал самые неприятные события, случившиеся в его жизни с тем, что происходит сейчас, и, кажется, начинал понимать, что дела обстоят не так уж и плохо. По крайней мере, он нашел несколько моментов, которым бы с большим удовольствием предпочел то, что делает с ним Чондэ в данную минуту. Как ни странно, в список ситуаций, которым Исин бы предпочел анальный секс, будь у него выбор, вошли и несколько связанных непосредственно с Чондэ. Точнее с его смертью. Да, Чжан рассудил, что лучше бы потрахался в задницу, чем еще раз оказался в Зале Суда и прошел все девять кругов ада заново.
Это была одна из тех процедур, которую бы сам Исин лично не повторил. Он мог это вытерпеть, мог позволить сделать это с собой кому-нибудь другому и даже наслаждаться в своей странной извращенной манере, но проделывать что-то подобное с собой лично не решился бы. Это было как уколы, как брать кровь из вены или пальца. Не больно и вполне терпимо, однако героически тыкать в себя шприцом самостоятельно Чжан никогда бы не стал.
Хорошенько подумав над ситуацией, Исин отчетливо осознал, что зря себя накручивал. Все вовсе не так страшно. Это можно вынести. И, может быть, он совсем конченый, но кажется ему это начинало нравиться. По-своему нравится, как может нравится что-то весьма неприятное. Как коверканье слов или перемещения ударения на первый слог в слове «звонит». Прекрасно осознаешь, что это отвратительно и неправильно, но получаешь от этого какое-то особое удовольствие. Наверно Исин был извращенцем. Притом настолько странным, что другие извращенцы смотрели бы на него косо. Мол, нет, мы можем понять БДСМ и анальный секс, можешь хоть руку себе по локоть затолкать в задницу, это мы тоже поймем, но «звОнит»… Это ж насколько нужно быть отбитым, чтобы получать от этого удовольствие?
В какой-то момент Исин неосознанно потянулся к собственному члену. Он уже не понимал, что творится в его голове. Все это длилось бесконечно долго, и становилось не просто терпимым и даже в какой-то степени приятным, но и сильнее начинало возбуждать.
– Чондэ, – тихо позвал Исин, и требовательно вытянул руку, мазнув парню по груди холодными пальцами.
Ким быстро понял, чего от него хотят и неторопливо наклонился к Исину, чтобы снисходительно поцеловать в губы. Так сказать, отвесил с барского плеча.
Чжан зашипел сквозь поцелуй, когда собственные холодные пальцы сомкнулись на члене, и еле заметно вздрогнув, стал двигать рукой. Сначала очень медленно, подстраиваясь под движение пальца внутри, но потом неосознанно начинал ускоряться, пока Чондэ не ухватил его за запястье, останавливая.
– Не думай, что я не заметил, – хмыкнул парень, – не торопись, иначе далеко мы не уедем.
– Слишком долго, – простонал Исин, – если мы будем продолжать в том же духе, так и до зимы не управимся.
– Зима близко…
– Не настолько.
– Хорошо, – быстро согласился Чондэ, – давай немного ускоримся. Надеюсь, ты готов.
– Готов к чему?..
Ким не ответил. Впрочем, это и не было нужно. Исин почувствовал, что Чондэ вытащил палец, но вот ощущение наполненности никуда не делось. Это было немного странно. Исин по привычке стал искать сравнения, чтобы понять, на что это может быть похоже, но то ли его познания о мире были скудны, то ли не было аналога этому ощущению.
Чондэ снова приставил пальцы ко входу, осторожно поглаживая. Страшно уже не было, но Исин все равно дернулся. На этот раз от холода. Почему смазка вечно такая холодная? Это какой-то прикол или этому есть разумное объяснение? Исин не знал его. Зато снова испытал небольшой культурный шок от обилия противоречивых чувств.
Чондэ осторожно вставил два пальца. Они входили тяжелее, чем один. Исин поерзал. Уже было не так неприятно и напряжно как в начале, но все равно тесновато. Интересно, сколько пальцев ему нужно было вытерпеть, чтобы они как нормальные люди потрахались? Почему все это так сложно? Если в следующий раз будет так же долго и утомительно, Исин нажрется или захватит телефон, чтобы хоть как-то себя развлечь.
– Видишь, – успокаивающе пробормотал Ким, – уже два…
Внутри было так горячо от пальцев, и при этом холодно от смазки. Хорошо, что она не оставляла следов. Чондэ на нее не скупился. Исин отчетливо слышал, как она неприятно хлюпала от каждого движения, но даже это доставляло ему удовольствие. Просто удивительно, как он, не в силах выносить все это так долго, начинал этим наслаждаться, хотя, вроде бы, пока что нечем.
Исин не понял, в какой момент Чондэ отпустил его руку, но теперь ничего не мешало снова себе дрочить.
Сколько же времени прошло? Чжан подавил в себе навязчивое желание потянуться за телефоном, чтобы проверить. Он бы не удивился, если бы обнаружил, что прошли уже сутки. Для него это все длилось бесконечно долго. Наверно потому, что это был первый раз. С ним всегда так. Потом все будет происходить быстрее. Они друг к другу попритыкаются, отладят этот механизм, и все пойдет как по маслу.
Исин бросил быстрый взгляд на Чондэ, пытаясь понять, что в этот момент творится в его голове. О чем он сейчас думал? Или он не думал вообще? У Исина слабо это получалось не только сейчас, а в принципе во время секса. Его умственные способности становились ограниченными и все мысли сводились к нескольким коротким, максимально простым фразам.
Чжан вытянул свободную руку, кончиками пальцев цепляясь за резинку трусов Чондэ. На большее в таком положении способен он не был, однако ему показалось, что он просто обязан оказать молодому человеку ответную услугу. Сколько они уже тут херней страдают? Неужели Чондэ не хочется? Но сам он к себе не прикасался, да и Исина не просил. Как ему удается быть сдержанным и терпеливым в такой ситуации. Исин бы не смог.
Он уже начинал давиться своими стонами, потихоньку теряя связь с реальностью, и ему очень хотелось, чтобы Чондэ разделил этот момент с ним. Почему он продолжает вести себя так, как будто это его работа? Исину начинало казаться, что он просто снял мальчика-проститутку. Почему вообще все это превратилась в какое-то странное мероприятие? Где страсть, где искры из глаз? Да они не должны были отлипать друг от друга все это время. Они же вроде как любят друг друга. Они же вроде как оба этого хотели. Это секс, а не чаепитие в детском саду. Мало того, что они даже не близко к тому, чтобы самозабвенно трахаться, так еще и за жизнь перетереть успевают.
Исин требовательно мазнул пальцами по животу Чондэ, спуская руку ниже.
– Не надо, – остановил его попытки Ким, вместе с тем очень ненавязчиво переставая двигать пальцами.
– Почему?
– Неудобно будет…
– Неудобно? – не понял Исин. – Почему?
– Ты не дотянешься…
– Если ты придвинешься ближе, то я…
– Нет, тогда мне будет неудобно.
– Неудобно что? Трахать меня пальцами?
– Отсасывать тебе…
– Чего? – подавился воздухом Исин. Он даже не предполагал, что случится подобный поворот. В смысле, какова вероятность, что во всем этом мракобесии ему прилетит бонус в виде минета. Нет, он конечно его заслужил за все свои страдания, но он даже не думал, что Чондэ вот так вот просто возьмет и отсосет ему. Это же Чондэ. Исину почему-то думалось, что если бы однажды он решил рискнуть попросить об этом Ким Чондэ, ему бы пришлось ползать на коленях и умолять, а в итоге его бы самого трахнули в рот.
Исин тогда и понятия не имел, еще не успел узнать, что для него Чондэ всегда делал исключения, переставал быть таким свободолюбивым, самовлюбленным и гордым, и был готов пойти на что угодно, на любые гадости и подлости, готов был воплотить в жизнь невероятные планы и самые смелые желания, если бы Исин его попросил.
– А что? Не хочешь? – хитро улыбнулся Чондэ. Он желал услышать от Исина хотя бы короткое «хочу» и тот был готов это сказать, он был готов это прокричать, но еле сдержал себя.
– Я не настаиваю, – пожал плечами Чжан, стараясь выглядеть максимально незаинтересованным.
– Тогда я не буду…
– Нет уж, давай, раз собрался.
– Какой же ты…
– Да, я учился у лучших. Хочешь меня поцеловать?
– Нет, – Чондэ подался вперед и навис над Исином, – хочу тебя уже поиметь.
– Ой, да хоть бы, хоть бы, – драматично выдохнул парень, – сам жду не дождусь. Может быть те перестанешь уже хотеть и поимеешь меня?
– Буквально через пару минут так и сделаю, – Чондэ быстро чмокнул Исина в губы.
– А пока займи возникшую паузу минетом, – Чжан наморщил нос.
– Все-таки хочешь?
– До одури.
– Я вообще не исполняю желаний, но раз уж начал…
Исин в предвкушении облизал губы, одарив Чондэ долгим томным взглядом, на что получил лишь самодовольную усмешку и град поцелуев, под которыми сейчас, позабыв о страхе и полностью отдавшись ситуации, плавился.
Чондэ спустился поцелуями на живот, пошло прошелся языком по кубикам пресса, обводя пальцами выступающие кости таза. Исин сдавленно простонал. Сейчас ему было особенно хорошо. Видимо к этому моменту ему все-таки сорвало башню.
Чондэ перехватил руку Исина, которой он все это время сжимал свой член, и нежно поцеловал в ладонь. Чжан в удовольствии прикрыл глаза, готовый замурлыкать как кот, но это была привилегия Чондэ. Вместо этого Исин осторожно коснулся пальцами щеки и проскользнул ими вверх, зарываясь в мягкие волосы парня, и неосознанно сжал на загривке, в тот момент, когда Чондэ, пройдясь языком по члену, взял его в рот, одновременно с этим снова проталкивая в парня пальцы.
Исин откинул голову на подушку и закусил губу. Он не знал, как ему на это реагировать, как описать противоречивые чувства, которые он испытывает. Наверно слово «невыносимо» было в самый раз. Он все еще испытывал дискомфорт от того, что чужие пальцы двигались в нем. Это не было приятно, это было странно. И в то же время, Исину было очень хорошо. Он задыхался и жмурился. Соблазн опустить взгляд был так велик. Исин просто хотел посмотреть, как Чондэ это делает. Не с технической точки зрения, разумеется. В тот момент Чжан не собирался наблюдать, делать пометки в тетрадки и подмечать какие-то элементы, которые обязательно отработает и повторит, как и не собирался выставлять оценки за исполнение. Он просто хотел видеть КАК Чондэ берет в рот. Не только чувствовать, не рисовать красочные картинки в своей голове, а видеть это собственными глазами, но он был слишком смущен.
И если уж говорить о технике, то после всего стоило обязательно устроить Чондэ допрос с пристрастием о том, где же он всего этого нахватался. Очевидно, что это был не первый и даже не второй его раз с мужчиной, а посему, как же так вышло, что в воспоминаниях этот аспект сексуальной жизни Чондэ Исин упустил. Или же, возможно, это было из разряда тех воспоминаний, которые Чондэ самостоятельно правил. Столько в голове Исина всплывало и тут же тонуло вопросов, обрывков фраз и образов. В мыслях царила полная каша. Это было действительно слишком. Нет, не беспорядок в мыслях. А минет, который так контрастировал и одновременно дополнял странные ощущения, которые оставляли пальцы при каждом движении.
Исин путался в словах и не мог найти подходящего, чтобы описать то, что он чувствует. От мысли, что все это происходит с Чондэ все становилось еще запутаннее и сложнее. Хотя, с кем бы еще он позволил такому случиться? Это было чертовски приятно. Нет. Восхитительно. Нет. Забудьте. Это невыносимо.
Чондэ, ускоряя движения пальцами, провел языком от основания до головки, и Исин представил это в своем воображении настолько ярко и отчетливо, что на мгновение потерял не только контроль над ситуацией, но и над своим сознанием. Эта временная неразбериха так испугала, что когда Чондэ снова взял в рот его член, Исин, побоявшись, что не сможет этого вынести и просто неожиданно кончит, не сдержался и закричал:
– Стой, Чондэ! Манго! Манго! Остановись…
Исин чуть приподнялся на локтях, и испуганными глазами, совершенно позабыв, что не должен этого делать, посмотрел на Чондэ, который с опозданием выпустил изо рта его член, проходясь напоследок языком.
Чондэ чуть наклонил голову, долго смотря на Исина своими пронзительными черными глазами, будто прикидывая, хочет ли останавливаться и стоит ли. Разве они уже не миновали рубеж, когда еще можно было остановиться? Прекращать уже было поздно. Либо до конца, либо до победного. Других вариантов не было. И пусть только Исин посмеет сказать, что не хочет продолжать. Чондэ поимеет его без каких-либо церемоний. Не для этого он тут изгалялся.
В тот момент, может быть только на долю секунды, Чжан всерьез усомнился, что Ким его послушает, потому что сейчас он вовсе не выглядел как тот человек, который обещал, что в любой момент они прекратят, стоит только попросить. Однако Чондэ все же послушал и, помедлив, попытался вытащить пальцы.
– Нет, – торопливо вскрикнул Исин, – не надо, не вытаскивай, просто… дай мне секунду. Лучше, – он выдохнул с долей облегчения, – иди сюда.
Чондэ еле заметно изогнул губы в подобии насмешливой улыбки, он чуть привстал и потянулся к Исину за долгим, тягучим, словно мед, поцелуем. Все снова встало на свои места. Хаос в голове осел на пол толстым слоем пыли. Чондэ целовал странно, будто дразнил, а Исину это нравилось не меньше минета. Он довольно улыбался сквозь поцелуй, и не мог перестать сравнивать Чондэ с котом. Слишком тот вальяжно все делал, по-своему. Прекрасно осознавал свое главенство и власть и наслаждался этим почти так же, как собой.
– Давай, – на мгновение разорвав поцелуй, произнес Исин, – можешь продолжать.
Уголки губ Чондэ дрогнули. Он почувствовал себя вибратором с расширенными функциями, но вздох раздражения сдержал и, как его повелитель пожелал, снова начал двигать пальцами, ловя стоны с губ Исина.
В какой-то момент поцелуй Чондэ утомил и он, неожиданно оборвав его, перекинулся Исину на шею, прикусывая чувствительную кожу. А Чжан лишь поджимал губы, тихо поскуливая, потому что это, уж простите, запрещенный прием. И не было сомнений, что Чондэ прекрасно это осознавал.
– У меня в голове все путается, это нормально? – еле слышно прошептал Исин.
– Вполне, – коротко ответил Чондэ, между поцелуями.
– Ты считаешь вполне нормальным, что детские песни про ежика мешаются с фразами вроде «трахни меня»? Это все так странно. У меня еще ни разу все не было настолько плохо. Может я с ума схожу.
– Если ты способен выдавать такие длинные осмысленные предложения, то у тебя все хорошо. А вот у нас плохо, потому что сейчас ты вообще-то не должен быть на это способен.
– И что же делать? – с опаской поинтересовался Исин. Похоже у них все было действительно плохо.
– Не знаю, – пожал плечами Чондэ, выпрямляясь, и посмотрел в помутневшие глаза Чжана без каких-либо эмоций. – Думаю стоит тебя трахнуть.
– Это отличная идея, – с воодушевлением произнес Исин, – когда приступим к осуществлению?
– Думаешь уже готов?
– Всегда готов!
– А задница твоя?
– Не знаю, спроси, – усмехнулся Исин, – вы с ней за последнее время как-то больше сдружились.
– И как я должен спросить? Она реагирует на голос или мне ей азбукой Морзе сообщение передать?
– Чондэ, – умоляюще протянул Исин, – пожалуйста, хватит уже шуток. Не заставляй меня говорить это.
– Говорить что? – Ким прищурился.
– Вставь мне уже! – на одном дыхании выпалил Исин.
– Ваше желание, и я повинуюсь…
Чондэ тяжело выдохнул. Он одновременно хотел и не хотел это делать. Шутки шутками, но это последняя черта. Когда они ее пройдут, дороги назад точно не будет. Да здравствует самобичевание и самоедство. У него хватило наглости и глупости зайти так далеко. Как он потом будет это разгребать известно одному Богу, а его, как известно, нет. И все сразу становится неопределенно и запутанно.
– Я уже могу их снять?
– Кого?
– Трусы твои.
– Да снимай, – устало выдохнул Чондэ, – если это сделает тебя счастливее.
– Однозначно.
Наверно, для Чондэ дороги назад не было еще в тот момент, когда он вновь встретился с Исином лицом к лицу спустя много лет. Когда снова заглянул в его глаза, заговорил с ним. Когда понял, как сильно все изменилось за то время, что Чондэ не было рядом. Тогда он вернулся вовсе не к тому ребенку, которого любил всем сердцем. Тогда он впервые встретил человека, в которого влюбился без оглядки. С которым хотел провести всю свою жизнь, а когда она закончится, разделить и смерть.
И вся эта романтика никак не вязалась с тем, что сейчас происходило и с тем, что Чондэ собирается сделать. И боже, как он этого хотел. До дрожи в коленях. Он задыхался от мысли, что с этого момента и навсегда Исин будет принадлежать только ему. А он будет. Уж Чондэ приложит все силы, чтобы так и было. Он решил для себя, что больше не отпустит его. Что не позволит ничему в этом мире их разделить. Даже смерти. Но с ней точно проблем быть не должно, у Чондэ же связи.
