Текст книги "Les Arcanes. Ole Lukoie (СИ)"
Автор книги: mind_
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 69 страниц)
– Да от тебя дождешься, – хмыкнул Чжан и пошел в сторону, где, по его мнению, находился дом.
Оле лишь криво усмехнулся, но отвечать на такой выпад не стал, посчитал бессмысленным. Он просто последовал за Исином, держась на шаг позади, словно дал ему шанс в этот раз вести его, хотя прекрасно знал, что они движутся в неправильном направлении.
– Ты не замерз?
– Нет, – коротко ответил Чжан, просовывая руки в бездонные карманы пальто. Ему было тепло, даже несмотря на то, что шея, да и грудь немного, были открыты для холодного предрассветного ветра. Он вовсе не ощущался на коже, его присутствие улавливалось только в волосах.
Дальше дорога продолжалась в молчании. Исин снова погрузился в свои мысли, раздумывая над происходящим, и было ощущение, что эта ночь утомила его больше всех предыдущих. Возможно, дело было в том, что сонным Исин был с самого начала, а, может быть, это было из-за огромного потока информации, которые вывалили на него сегодня.
Прогуливаясь вот так по этому миру, ничтожно крохотным, среди травы, в слабом лунном свете, Исин думал только о том, что слишком легко воспринял все происходящее с самого начала. Вряд ли есть еще хоть кто-то, кто так же беспечно кинется вслед за незнакомцем, который пробрался в дом и что-то очень загадочно и невнятно втирал о мировом устройстве и своих обязанностях. Вряд ли есть еще хоть кто-то, кто не выставил бы Оле-Лукойе за дверь после всего, что он сказал и сделал. Исин не знал, почему он не один из тех, кто поступает в таких ситуациях нормально, как и все. Дело ли в безграничной вере в правильность и в искренность, а может быть в его привычке плыть по течению и принимать все, что с ним происходит как данность, не сопротивляясь, неизвестно.
Ответ пришел сам собой. Только пришел он вовсе не Исину. Оле-Лукойе прекрасно знал, почему все сложности, с которыми он мог столкнуться, вдруг упростились.
Все потому что для Чжан Исина это сон.
Не важно, что скажет или сделает Оле-Лукойе. Когда на утро Исин проснется в своей кровати, а позже вернется к своей обычной жизни, которой жил раньше, все это просто растворится в его памяти, словно сон. Ровно так же, как раньше. Он никогда не сможет поверить в реальность происходящего, пока два этих мира не станут для него одним.
Пока существуют две одинаковые реальности, можно с легкостью отвергнуть менее привлекательную, назвав её вымыслом. К несчастью, этой реальностью была та, в которой находился Оле.
– Зачем вообще нужны сны? – Исин остановился посреди дороги словно вкопанный.
– То есть как это «зачем»?
– Смотри, это… пространство, вполне мне заменяет сон, я даже не могу отличить, так зачем нужны «сны», если и одного междумирья достаточно?
– Сны, дорогой мой, не какой-то Диснейленд, – строго, словно учитель, заговорил Оле, будто бы его задели слова, – они выполняют вполне определенную функцию.
– Какую?
– Обучающую. Именно в снах душа привыкает к новому телу, имени и жизни. Именно здесь она учится жить в этом мире заново.
– Почему они не могут делать это здесь? Разве не логичнее было бы…
– Здесь они могут повлиять на ход событий. Помни, что мы говорим о непоседливых детях, которые не знают границ дозволенного. Это как выпустить их в джунгли, надеясь, что они чему-то научатся и при этом не наворотят гор.
– Звучит все равно бессмысленно, – раздраженно махнул руками Исин, поправляя тем самым съехавшие рукава. – Ты им роботов и Годзилл в снах показываешь, как это их учит жить в реальном мире?
– Ох, конечно для тебя это кажется бессмысленным, потому что ты начал с середины, – вздохнул Оле, поправляя пояс штанов. – Давай-ка начнем с самого начала. Есть я, и есть Смерть.
– Это мы уже проходили.
– Ты слушай. Тема одна, нюансов много. Мы встречаем души по разные стороны. Я встречаю и провожаю их в этом мире, подготавливая к тому, что их ждет. В этом плане я больше как надзиратель. Я прихожу, когда нужен, и ухожу, когда во мне не нуждаются.
– Что значит «провожаешь»? – задумчиво пробормотал Исин. Ответ, казалось, был очевиден, но ему бы хотелось уточнить.
– Показываю им сны перед смертью, чтобы подготовить к ней.
– А, – усмехнулся Чжан, искоса глянув на Оле, – так поэтому ты ко мне пришел, да? Чтобы к смерти меня подготовить?
– Да, можно и так сказать. Если бы ты мог видеть сны, то именно так все и было.
– А я не могу? – с сомнением спросил Исин.
– Вообще-то, – протянул Оле-Лукойе, словно не решаясь это говорить, – нет, ты не можешь их видеть. И никогда, кстати, не видел. Доступ к этой материи тебе закрыт.
– Это из-за того, что я стану Смертью?
– Схватываешь на лету! – Чондэ одобрительно хлопнул Чжана по плечу.
– Но почему так, Оле?
– Потому что не в этой жизни твой смысл, основная твоя задача будет дальше, а раз так, нечего тратить на тебя ресурсы.
– Ценный работник я, значит? – хмыкнул Исин. – Так себе отношение ко мне, раз я так ценен.
– Ты пока еще не работник, так что давай как-нибудь сам. Такая вот политика партии. Но ты не огорчайся, – Оле обнял молодого человека за плечи, – дело ведь даже не в пренебрежении к тебе, а в том, что так, наверно, будет даже лучше.
– Чем это?
– Просто понимаешь, сны… они немного бесконтрольны. Они подчиняются тебе. Ты управляешь ими сознательно или бессознательно. В них отражаются твои страхи, желания и так далее. Зачастую они бывают сумбурны и контролю не поддаются. Особенно в детстве. Мы ведь уже выяснили, что душа твоя имеет огромную силу, поэтому вероятность, что ты там чего-нибудь учудишь, да такое, что все мироздание по швам затрещит, очень велика.
– Я действительно такой пугающий?
– Я бы сказал, что ты опасный. В любом случае, мне кажется, твою опасность преувеличивают. С тобой вполне можно общаться, не опасаясь, что ты убьешь, но злить тебя я бы не советовал никому…
Исин поджал губы, но ничего не сказал. Обидно было, конечно, только что он мог поделать с тем, что его жизнь складывается именно так. Если бы Оле ничего не сказал, он бы и не узнал вовсе.
Словно чувствуя подвешенное состояние Исина, Чондэ прижал его к себе, крепко обнимая. Может быть, он и ошибся, придя сюда, но он не мог остаться в стороне. Как ни крути, каждый, кем бы он ни был, нуждался в помощи. Оле не мог ничего изменить, и это угнетало его не меньше.
– Не придавай этому особого значения, Чжан Исин, – успокаивающе шептал Чондэ, – все это не так страшно, как тебе может показаться. Я знаю, этого не достаточно, но я с тобой. Я рядом. И если ты не можешь справиться с этим один, давай сделаем это вместе, хорошо?
– Мне этого вполне достаточно, – молодой человек прижался к Оле словно котенок, – более чем достаточно.
Исин бы мог стоять так вечно. Он плавился в этих объятиях, которые окружали его теплом, чувствовал, как бьется сердце Чондэ, и ему вдруг захотелось спросить, как такое возможно, что он может слышать чужое сердцебиение, ощущать пульсацию крови у души. Только он не спросил, решив оставить этот вопрос без ответа. Да и еще множество других, которые все еще крутились в его голове, потому что чем больше он спрашивал, тем меньше был уверен, что хочет знать ответ.
– Думаю, нам пора вернуться к нашему обычному размеру, – нарушил молчание Исин, – мне странно быть таким маленьким. Это немного угнетает.
– Да, думаю пора, – согласился Оле-Лукойе, выпуская Чжана из объятий.
Это навсегда останется для Исина странным и немного неловким, потому что очень непривычно просто взять и начать расти или уменьшаться. Без зелий, заклинаний, без волшебного «прынь», просто вдруг менять свой размер. Это даже не ощущалось. Не было ни боли, ни покалывания, словно бы и не они менялись, а весь окружающий мир. Он неуловимо, очень медленно становился все меньше. Наверное, именно в этом и был секрет его безграничности. Когда ты маленький, даже этот мир ощущается для тебя иначе. Исину вдруг захотелось вскрикнуть «остановись», чтобы задержать это мгновение неизведанности. Когда ты большой, многие вещи не замечаются. Исин не хотел обратно в мир, который был для него привычен. Он был слишком ограничен.
– На помощь!
Исин нахмурился. Он посмотрел на Оле, но тот был все так же спокоен. Кажется, показалось.
– Помогите!
Нет, сейчас точно не послышалось. Исин повернулся на звук, пытаясь понять, что это. Больше было похоже на писк или скрип. Слова не угадывались. Чжан снова посмотрел на Оле и в этот раз, тот, кажется, тоже что-то услышал.
– Ты тоже слышал? – настороженно спросил он.
Оле вскинул вверх указательный палец, призывая молчать, и прислушался к звукам. Вокруг стояла тишина. С каждой секундой Оле-Лукойе хмурился все больше. Он пытался отыскать источник звука в этой темноте, но ничего не выходило, потому что звука просто не было. Ориентироваться было не на что.
– Помогите! – снова вскрикнул кто-то, но уже тише и совсем жалобно.
– Там! – с лету распознал Чондэ и кинулся в траву.
Исин с опозданием побежал следом, на время теряя из виду Оле-Лукойе. Сейчас их рост был значительно больше, он достигал почти что 10 сантиметров, но передвигаться, как оказалось, стало только труднее. Теперь нужно было продираться сквозь траву, которая мешала больше, чем темнота. Исин мог ориентироваться только на её шорох, но этого было не вполне достаточно, потому что сам он создавал не меньше шума.
С каждым шагом Чжан неумолимо приближался к своему дому. Тот возник перед ним совершенно неожиданно, громадиной возвышаясь над травой. Отсюда он казался действительно впечатляющим и в чем-то даже походил на неприступный замок, хотя на самом деле был сравнительно небольшим по размеру и ветхим домом.
Нагнать Оле удалось только у самого крыльца, где он растерянно оглядывался. Криков больше слышно не было и теперь определить местоположение того, кто звал на помощь, было трудно.
– Ну, что? – спросил Исин, задыхаясь.
Чондэ пожал плечами и продолжил озираться.
– Эй! – крикнул молодой человек, заставляя Оле поморщиться. – Спасатели здесь! Кому нужна помощь? Подайте голос!
– Мне! – послышалось из-под крыльца. – Я здесь!
Оле-Лукойе неспешно двинулся вперед. Под крыльцом было совершенно темно, от чего Исин медлил туда ступать.
– Я тебя здесь подожду… – неуверенно сказал он. В отличие от Оле, он в темноте был абсолютно бесполезен.
Чондэ сделал неуловимое движение рукой в сторону. В его сжатом кулаке что-то ярко вспыхнуло, освещая темноту. Он осторожно разжал пальцы, выпуская комочек света, похожий на пушистый шарик. Несмотря на небольшой размер, светил он ярко, и этого было вполне достаточно, чтобы осветить путь в пять шагов.
– Или нет…
Исин двинулся вперед, предусмотрительно прячась за спину Оле. Так ему было проще и спокойнее перемещаться в этом незнакомом для него месте.
Они прошли почти до самой стены дома, то поднимаясь то опускаясь по комьям земли. Иногда они поднимались так высоко, что приходилось пригибаться, чтобы не царапать крыльцо своей макушкой. Чем дальше они пробирались, тем отчетливее слышали чей-то жалобный и очень тихий писк.
Оле-Лукойе остановился у самого основания дома, преграждая Исину дорогу дальше. Кто-то был прямо перед ними, но разглядеть его не получалось. Чондэ не шевелился.
– Что там? – с интересом спросил Чжан, выныривая из-за плеча Оле.
– Мышь, – сухо констатировал Чондэ.
– Мышь? – удивился Исин и отступил на несколько шагов в сторону, чтобы тоже это увидеть.
И действительно, из небольшой дыры в основании стены торчала задняя часть мыши. Её хвост нервно подрагивал вместе с лапками, которыми она пыталась протолкнуть себя дальше.
– Застряла, – со вздохом проговорил Оле.
– Это все потому, что кто-то слишком много ест, – вторил ему Исин, тоже вздыхая.
– Уважаемая, – Чондэ подошел к самой стене, чтобы его было лучше слышно, даже немного наклонился, – вам вперед или назад?
– Мне бы куда-нибудь, – пискнула мышка, и изо всех сил попыталась протиснуться вперед, но, как и до этого, безрезультатно.
– Думаю, что ей нужно вперед, – поделился своими наблюдениями Исин, подходя ближе. – Давай потянем назад.
– Чертовски логично, Чжан Исин, – всплеснул руками Оле.
– Да, – кивнул молодой человек, – это очень логично, учитывая, что нам нужно вытащить ту часть, которая прошла, а не впихнуть ту, которая не проходит.
– Я бы была признательна, если бы вы сделали хоть что-нибудь…
Оле-Лукойе с Исином переглянулись, подтянули рукава, чтобы те не мешались и подхватили под задние лапки мышь с двух сторон. Мышь болезненно пискнула, когда её несколько раз очень энергично дернули назад, но так и осталась в стене.
– Так, – протянул Оле, чуть удобнее перехватывая, – давай еще раз. Раз, два, взяли!
Они снова что есть силы потащили её назад, упираясь ногами в землю. Мышь по-прежнему была в стене.
– Не пойдет, – вздохнул Исин, падая на землю, – неудобно.
– Попробуем за хвост? – предложил Чондэ.
– Нет, только не за хвост! – испугано пискнула мышь.
– Тогда, – Оле кивнул головой, призывая Чжана снова встать в исходную позицию, – выдохни! Раз, два, взяли!
Мышь покорно выдохнула и с усилием втянула живот, на который так неудобно давила узенькая дыра в стене. В этот раз, кажется дело пошло. Очень медленно пушистое тельце стало протискиваться назад. Было больно, но мышь героически терпела. Как только был преодолен критический рубеж, сдерживающий тельце в таком неудобном положении, мышь практически вылетела назад, словно ракета, и рухнула на землю, повалив следом Исина с Оле.
– Вот и все, – констатировал молодой человек, разглядывая деревянные балки крыльца снизу.
– Тебя там насмерть придавило, что ли? – меланхолично спросил Оле, который так же валялся на земле, вглядываясь вверх.
– Ох, простите! – спохватилась мышь, и попыталась встать, что с её пышной комплекцией вышло неуклюже.
– Да нет, нет, лежите, – спокойно проговорил Исин, – со мной все хорошо. Я просто, кажется, устал.
– Насыщенная была ночка, – согласился Чондэ.
– И не говори, а ведь, по сути, ничего не произошло…
– Ага.
– Застревание в стене так утомительно, – решила поделиться мышь своими проблемами. – Вроде бы ничего особенного, но все равно утомительно.
– Ага, – хором подтвердили Исин с Оле.
Все трое устало выдохнули и замолчали, разглядывая крыльцо изнутри. Небольшой светлячок, который все это время развеивал темноту, медленно плавал по воздуху, изредка мерцая. На улице вдруг воцарилась непривычная тишина. Не было слышно ни шороха травы, ни шелеста листьев. Кузнечики так назойливо стрекотавшие всю ночь затихли. Было ощущение, будто бы все в этом мире резко утомились и решили отдохнуть в тишине. Возможно сейчас, там, за пределами крыльца, все рухнули на землю, чтобы посмотреть на светлеющее небо и подумать перед рассветом всего несколько минут о том, куда катится их жизнь. Или нет…
Мимо крыльца спешно и очень шумно прошагала Луиза, что-то возмущенно покрякивая и изредка взмахивая, словно руками, крыльями.
– Это потому что я её не покормил, – объяснил Исин.
– Ага.
Снова воцарилась тишина. Каждый думал о чем-то своем. Как только все трое оказались на земле, силы словно покинули их. Вставать ужасно не хотелось, хотя каждый понимал, что это сделать надо.
– Рассвет скоро, – поделился неопровержимой информацией Оле.
– Ага.
Каждая попытка начать разговор терпела поражение. Всем было просто лень поддерживать его.
– Значит, у меня под домом живут мыши?
– Ага.
Казалось, что можно сказать очень много, но в то же время говорить было нечего. Слова теряли свое значение, стоило им прозвучать.
– Так значит это ваш дом?
– Ага.
Иногда бывает, что ты встречаешь кого-то совершенно незнакомого, и вы с ним так удачно попадаете на одну волну, что даже в молчании, думается вам, будто вы ближе, чем со многими своими знакомыми.
– Пора по домам.
– Ага.
Оле-Лукойе поднялся первым, следом за ним встал и Исин, потом они уже вдвоем помогли мыши, очень деликатно переворачивая её на живот. Чжан заботливо пригладил ей шесть, отряхнул от мелкой крошки и земли. Оле же в это время подошел к дыре в стене и задумчиво в неё заглянул.
– Что ж, – сказала мышь, – спасибо вам за помощь. Даже не знаю, что бы делала без вас.
– Да не за что, – пожал плечами Исин, – рады были помочь. А вы здесь… живете?
– Переезжаем, так сказать, – поделилась мышь, – у нас теперь семья большая и будет еще больше. У дочери на днях свадьба, так что будем теперь жить все вместе, а это знаете ли… жилплощадь нужна побольше. Скоро дети будут, не оставишь же их в чистом поле, это опасно…
– Да, понимаю, – кивнул молодой человек, – но вы это… поосторожнее тут.
– А что такое? Я слышала, что здесь очень хорошее место. И еда есть, и спокойно. Главное, что котов нет и мышеловок.
– Так-то оно так, – вздохнул Исин, – было. Сейчас неизвестно как будет.
– Почему?
– Дом-то продается, новые люди сюда въедут. Возможно, у них и кот есть, может и мышеловок понаставят, кто знает. Вы поосторожнее будьте, постарайтесь на глаза особо не попадаться и все хорошо будет.
– О, спасибо, что сказали, будем знать.
– Ну, вы обращайтесь, если что. Я здесь буду до после… до завтрашнего утра, так что, если что-то нужно, вы не стесняйтесь, просите. Оставлю вам немного еды перед отъездом, на время должно хватить, а потом уж вы как-нибудь сами.
– Это было бы очень здорово, знаете. Я так вам благодарна. Вы просто золотце! Чтобы вот так, да незнакомой мыши помогать… Я даже не знаю, как вас отблагодарить. Может быть, на свадьбу придете?
– На свадьбу? – поразился Исин, и поднял глаза на Оле, который пристально за ним наблюдал. – Эм, нет, я, к сожалению, не смогу. Мне нужно будет уехать…
– Надолго? Не вернетесь? Свадьба-то вот, уже через пару дней…
– Нет, простите, не смогу, – Чжан слабо улыбнулся, извиняясь за отказ.
– Очень жаль, очень жаль, – проговорила мышь, – но вы это… заглядывайте к нам, если будете рядом. Мы гостям всегда рады, тем более таким замечательным.
Исин хотел отблагодарить за такое радушие, и уже было открыл рот, как послышался грохот со стороны стены. Молодой человек вместе с мышью обернулись.
Оле-Лукойе, стоя у стены, отряхивал свой рукав. Дыра, которая до этого была в стене, стала еще больше.
– Я сделал её чуть больше, – объяснил Чондэ, – чтобы вы без проблем могли пройти.
– Спасибо, – благодарно пискнула мышь.
– Не за что, мы всегда рады помочь, – Оле-Лукойе вежливо поклонился, – а теперь, не сочтите за грубость, но нам пора. Скоро уже рассветет.
– А, да, – согласилась мышь, – конечно, не буду вас задерживать, вы и так очень много для меня сделали.
– Что ж, – улыбнулся Исин, – приятно было познакомиться. Удачи вам. Мои поздравления жениху и невесте. Чувствуйте себя здесь как дома.
– Да, спасибо, и вам удачи. Может быть, еще свидимся. Надеюсь, что еще свидимся.
– Обязательно! – крикнул Чжан, которого Оле уже за руку уводил прочь, но это ни в коем разе не помешало молодому человеку помахать на прощание.
Дорога обратно заняла, кажется, чуть меньше времени. Исин прибывал в приподнятом настроении от такой встречи. Он все думал, как это замечательно. Мир вокруг полон опасностей, но те, кого они сегодня встретили, были предельно вежливы и добры. Исину думалось, что даже если это всего лишь совпадение, ведь он не был знаком со всеми обитателями своего двора, это все равно редкость, встретить столь открытых для незнакомых людей личностей. Вряд ли в обычной жизни Исину бы довелось так подгадать незнакомцев на улице, чтобы и они с ним разговаривали как со старым другом.
– Просто удивительно, – поделился своими впечатлениями Чжан, когда они выбрались из-под крыльца, – мир с этого ракурса выглядит чуть…
– Добрее? – усмехнулся Оле.
– Ага, – подтвердил Исин.
– Это парадоксально, но чем меньше ты, чем больше опасности вокруг тебя, тем больше ты открыт для этого мира. Знаешь, почему так?
– Почему?
– Потому что только маленьким ты понимаешь, насколько важна связь с окружающими тебя людьми. Потому что каждый поодиночке ничтожно слаб, а вместе вы действительно сильны и можете противостоять опасностям. Не любовь и не общие цели объединяют. Объединяет всегда общий враг и опасность.
– Сегодня я выучил еще один жизненный урок, спасибо тебе, Оле, – Исин театрально поклонился, изящно отставляя одну ногу назад, и тихо засмеялся.
– Ох, малыш Син, – вздохнул Чондэ с улыбкой, – не время для шуток, нам пора расти.
И как только он это сказал, Исин выпрямился, встав по стойке смирно, и принялся ждать, когда он вернется к исходному размеру. Как оказалось, чем больше рос, тем быстрее это происходило. Сначала Исин увеличивался очень медленно, сантиметр за сантиметром, но потом его рост набирал скорость, и уже за считаные мгновения все вернулось на круги своя.
– Так, – задумчиво протянул Оле, внимательно глядя на Исина, – а какой там у тебя был рост? Кажется, я добавил тебе лишних пару-тройку сантиметров.
– О, это замечательно, – усмехнулся Чжан, – так все и оставь. А лучше добавь еще парочку, лишним не будет.
И он радостно поскакал вверх по ступенькам своего крыльца, раскинул руки, словно крылья, в разные стороны и изящно шлепнулся о запертую дверь.
– И что ты вытворяешь? – спросил Оле, открывая дверь вместе с прилипшим к ней Исином.
– Не знаю, – пожал плечами тот, и юркнул в дом, – просто дурачусь. Это плохо?
– Нет, вовсе не плохо, – нежно пробормотал Чондэ, – это забавно, только… тебе пора спать, а ты так разыгрался.
– Не хочу, – недовольно простонал Исин, словно ребенок топая ногами, – я хочу играть и веселиться.
– И еще, вероятно, прибраться в доме, собрать все нужные вещи и покормить свою утку.
– Нет, этого я не хочу.
– Тогда иди спать, – Оле подошел к Чжану и принялся расстегивать на нем пальто. – Сними свои кроссовки, отдай мне свои штаны…
– Зачем тебе мои штаны? – сладко протянул Исин, игриво вскидывая брови.
– Затем, что они запачкались, и я собираюсь привести их в порядок.
– А я думаю, тебе просто хочется меня раздеть, – заявил молодой человек, поддаваясь, когда с него стали стаскивать пальто, – видишь?
– Иди спать, Чжан Исин, – Чондэ развернул Исина к себе спиной и подтолкнул в сторону второго этажа, шлепнув по заднице.
– Но как же Луиза, как же приборка…
– Я все сделаю, просто иди спать. А если не пойдешь, я достану из широких штанин…
– Что? – пораженно ахнул молодой человек.
– Черный зонт и отправлю тебя в нокаут еще на один день! – грозно пообещал Оле.
– Ой, страшно, – засмеялся Исин и мелкими шажками, имитируя очень интенсивный бег, двинулся в сторону лестницы, – я так испугался, что бегу со всех ног, – он попутно стянул с себя сначала один, потом другой кроссовок, оставляя их разбросанными по полу, – видишь, даже обувь теряю.
– Штаны тоже потеряй, пожалуйста! – крикнул ему вслед Чондэ.
– Оле, это домогательство! – хихикнул Чжан, однако штаны все же неуклюже стянул, останавливаясь для этого на крутой лестнице.
На втором этаже Исин рухнул на пол, недовольно постанывая. Он лениво извивался, ерзая по полу и такими темпами до своей постели добрался бы только к Новому году, но он просто не хотел идти спать.
С кухни послышалась возня, зазвенели осколки разбитой чашки и бутылки, отправленные в мусорку. Дверь в туалет скрипнула. Похоже, Оле действительно приводил дом в порядок. Исин просто лежал и слушал. Ему и так было хорошо. Нравилось ощущение, что он не один. От мысли, что там внизу есть кто-то, кто прибирает весь беспорядок, становилось по-домашнему уютно.
Входная дверь открылась. Исин на мгновение испугался, что Оле решил уйти так и не попрощавшись, и уже хотел бежать вниз, но снова услышал шаги. Чондэ вышел из дома только ненадолго и, судя по нервным взмахам крыльев, вернулся не один. Исин облегченно вздохнул и расслабился, лужей растекаясь по прохладному полу.
С первого этажа все так же доносились звуки. Открывался холодильник, настенные шкафы, что-то ставилось, что-то убиралось. Исин занимал себя тем, что пытался предположить, что каждый звук значит. Вот он слышит, как Оле подбирает его кроссовки и ставит их у входной двери, затем идет обратно… нет, он идет к лестнице.
– Я сказал спать, Чжан Исин! – Чондэ вынырнул с первого этажа очень неожиданно для молодого человека.
Исин лишь недовольно промычал в ответ, пытаясь исчерпывающе объяснить, что ему лень. Лицо Оле стало по-родительски серьезным, он чуть сдвинул брови, чтобы грозно посмотреть на Чжана, и устало, даже с каким-то раздражением, выдохнул через нос, поджимая губы.
– Мне тебя как маленького укладывать, что ли? – принялся отчитывать его Оле-Лукойе. – Ну-ка быстро в кровать!
– А сказочку расскажешь? – надувая губы, пробубнил Исин.
– Я тебя сейчас по заднице ремнем отхожу…!
Молодой человек расплылся в пошленькой улыбке и игриво посмотрел на Оле, тихо похихикивая. Чондэ лишь закатил глаза. Тут и говорить ничего не надо было, чтобы понять, о чем Исин думает.
– Знаешь, – вздохнул он, – у тебя перед рассветом, похоже, случается обострение. Вроде нормальным был, сейчас-то с тобой что? – он вскинул вверх руку, призывая Исина молчать. – Не отвечай, мне без разницы, я уже ухожу. Будь добр, доползи до кровати.
– Аааааа, – капризно закричал молодой человек и принялся брыкаться, словно в припадке, – отнеси меня в кроватку!
– Нет, – коротко ответил Чондэ, спускаясь вниз, – спокойной ночи.
– Оле! В кроватку!
– Нет!
– Оле! Я буду скулить, пока ты не сдашься!
– Я уже ухожу! Вот, дверь открываю!
– Оле!
– Ушел!
– Оле! В кроватку! Иначе я сброшусь с лестницы!
Ответа не последовало, словно Оле-Лукойе действительно ушел. Исин страдальчески застонал, но с места не сдвинулся.
– Чондэ, – простонал он, утыкаясь лицом в пол.
– Да что ж ты за человек-то такой? – на выдохе произнес Оле, поднимаясь на второй этаж, и, с легкостью подхватив радостного Исина на руки, понес в комнату. – Совсем тебя разбаловал. Уже до кровати сам дойти не можешь!
– Чондэ! – Чжан устроился поудобнее, прикрывая глаза. – Мой герой…
– Знаешь, я предпочитаю, чтобы это мне говорили девушки, желательно в постели, – Оле-Лукойе толкнул дверь в комнату ногой, – слышать подобное от мужчин немного странно.
– Говоришь так, будто мне интересно знать, что ты там хочешь слышать от девушек после секса, – хмыкнул Исин, выворачиваясь из рук Оле прямо на кровать. – Все, я сплю. Спокойной ночи. Закрой дверь с той стороны.
Чондэ непонимающе нахмурился, наблюдая за тем, как молодой человек буравит носом подушку, укладываясь поудобнее, но не нашел ничего лучше, кроме как выйти из комнаты.
– Спи сладко, – тихо пробормотал Оле, закрывая за собой дверь. – И что это сейчас было? Когда-нибудь я начну понимать, что творится в его голове, но явно не сегодня…
Оле-Лукойе ловко сбежал по лестнице вниз, на ходу растрепав волосы, подхватил со стола свое пальто, вернул на место швабру, подлил Луизе молока и вышел на улицу, ежась от прохладного утреннего ветра. Отойдя от дома на пару шагов, Чондэ накинул себе на плечи свое пальто, которое все это время держал в руках, и уже собирался раствориться в воздухе, как делал это всегда, но окно на втором этаже вдруг с грохотом распахнулось.
– Оле! – окликнул его Исин, высовываясь по пояс.
Чондэ обернулся на голос и неуловимо для молодого человека дернул бровями, будто призывая продолжать.
– Я забыл спросить кое-что…
– Спрашивай, – неопределенно мотнул головой Оле.
– Если бы тогда, в первую нашу ночь, я бы дал тебе уйти, ты бы вернулся?
Вопрос казался глупый из-за своей мелочности, даже какой-то дотошности. Никто бы другой даже внимания не обратил, а Чжан Исину это почему-то не давало покоя. Он будто бы с той самой ночи знал правильный ответ на этот вопрос, поэтому ему хотелось узнать, так ли это на самом деле.
Оле-Лукойе долго смотрел на Исина, мягко улыбаясь, после чего опустил голову, разглядывая носки своих ботинок, поправил пальто на плечах, и развернулся, кинув напоследок:
– Спокойной ночи, Чжан Исин.
– Оле! – с нескрываемой обидой закричал молодой человек.
– Ммм?
– Отвечай на вопрос! Ты бы вернулся? – с нажимом произнес Исин, тоном своим показывая, что не позволит оставить вопрос без ответа и не потерпит лжи. Он был убедителен в своем желании знать правду.
Чондэ сглотнул, нервно облизав губы. Он собирался соврать. Дать максимально короткий и исчерпывающий ответ, в котором нельзя заподозрить фальши. Он собирался, но все равно не смог этого сделать.
– Нет.
Оле-Лукойе снова поправил свое пальто и быстро двинулся вперед, растворяясь в воздухе через пару шагов. Мгновение спустя Исин плотно закрыл окно на задвижку, засчитывая этот ответ, и вернулся в свою постель. Ему пора было переставать задавать вопросы, ответы на которые он знать не хотел.
========== Ночь седьмая. Часть 1 ==========
Комментарий к Ночь седьмая. Часть 1
Музычка:
Various – Fever Ray / Keep The Streets
Nina Gordon – The Time Comes
One Republic – All We Are
Thirteen Senses – Gone
Scars on 45 – Fading Bright Eyes Dark
Lily Kershaw – Maybe
Ночь опускалась, словно занавес, застилая черной тканью. Звезды одна за другой засияли на небе, как новогодняя гирлянда. Мягкий ночной ветер шумел в звенящей тишине, прячась в траву. Луна куталась в тяжелые облака, скрывая свой холодный свет.
Сквозь плотную непроглядную ночь прорывался свет керосинового фонаря, зажатого в руке. Он разбрасывал по траве дрожащий свет сотен звезд и далеких галактик, которые отражали души. Сияние сотен чужих жизней освещало всаднику путь сквозь темноту ночи.
Конь, неспешно перебирая копытами, вышагивал по траве, неся на себе всадника, словно тяжесть всего мира. Всадник был укутан в черный, как ночное небо, плащ, под которым глухо позванивали доспехи. Рука в тяжелой железной перчатке удобнее перехватила тонкую ручку фонаря. Конь остановился, неуверенно переступая копытами по мягкой траве.
– Ты снова здесь? – голос всадника был глубоким, обволакивающим как мед. – Разве у тебя нет других дел?
– Больше нет, – спокойно произнес Оле, пряча руки в карманы штанов, – я ведь отстранен. А у тебя? Неужели люди вдруг перестали умирать?
– Люди никогда не перестанут умирать, – всадник бережно прикрепил фонарь к седлу, – таков их человеческий удел.
– Тогда почему ты здесь?
– Нет, – всадник еле мотнул головой, – почему ты снова здесь?
– А почему нет? – пожал плечами Оле-Лукойе.
– Мне казалось, мы ясно дали понять, что этого делать не стоит, но ты опять пренебрег нашими словами. Ты перешел черту. Не думай, что в этот раз у тебя выйдет отделаться легким испугом.
– Кто знает, – пренебрежительно бросил молодой человек, – я готов к любому исходу. С самого начала был готов.
– Полагаю, это значит, что ты снова проигнорируешь запрет, так?
– Я просто попрощаюсь с ним.
– Он все равно об этом не вспомнит.
– Тогда хуже уже не будет, так? – Оле-Лукойе повернул голову к всаднику, наклоняя её, и лукаво улыбнулся.
