Текст книги "Перед бегущей"

Автор книги: Иван Мак

сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 68 страниц)

– Ты, я вижу, даже не пытаешься вырваться, Тай. Похвально. Может, доктор Нейрол оценит это и доставит тебе удовольствие повторить подобный эксперимент. Плохо только, что ты не выполнил моего задания. Но это не беда. В следующий раз ты будешь умнее, Ведь так, Тай?

Айвен вышел в биологическую фазу, превратившись в мейнера. Он долю секунды стоял на месте, а затем осторожно, как бы пробуя дотронулся до электромагнитного барьера. Для биовещества этот барьер не представлял собой никакой опасности. Оно просто замкнуло поле, и Айвен спокойно прошел через барьер, оказавшись рядом с Фанаглом.

– Никак не могу понять, о чем это вы говорите? – спокойно произнес Мак, – Мое имя Айвен.

– Не думай, Тай, что тебе удастся что-то сделать со мной, – произнес Фанагл, направляя оружие на Айвена. – Доктор, конечно, будет удивлен тем, что ты сам вернулся, но все же тебе придется к нему заглянуть.

Фанагл отключил электромагнитное поле и нажал кнопку вызова. Через несколько секунд в его кабинете оказалось двое вооруженных мейнеров.

– Проводите нас к Нейролу. Если он что-то сделает не так, стреляйте без предупреждения, – проговорил Фанагл. Двое охранников накинули на Мака хомут, который намертво приковал руки к спине и не давал возможности мейнеру быстро бежать, впиваясь острыми иголками в его тело.

Айвен решил не сопротивляться и продолжить эксперимент. Он пошел вместе с мейнерами и через несколько минут оказался в большой лаборатории, которую он уже видел, когда обследовал здание. Но тогда он не думал о ее предназначении.

Айвена усадили в кресло, пристегнув к нему хомут, а затем пристегнули и его ноги. По своему виду кресло чем – о напоминало электрический стул.

– Вот, доктор Нейдол. Это наш Тай. Полюбуйтесь, как он себя разукрасил, – проговорил Фанагл.

– Что? – удивился доктор, когда обернулся и увидел Айвена. – Вы не ошиблись, Фанагл? Он даже не похож на Тая.

– Зато он стал таким на моих глазах. Он вернул себе тело мейнера, но, видимо, что-то сделал не так и стал другим.

– Это невероятно. Я не представляю, как это возможно, – Доктор говорил так, словно Мак был просто игрушкой в его руках. Он рассматривал его, не обращая внимания на то, что Маку это может не понравиться. Доктор ощупывал его, заглядывал в уши, заставлял открывать рот, ни о чем не спрашивая. Так, будто Айвен был его изделием.

Фанагл и Нейрол отвернулись на несколько секунд. Айвен своим полем заставил то же самое сделать и двух охранников, которые были рядом. После этого он вынул руки и ноги из металлических захватов, отцепил хомут и брякнул его об пол, оставаясь сидеть в кресле, так, словно ему это понравилось.

Одновременно Айвен отключил полевое воздействие на мейнеров, и все четверо обернулись на звук.

– Довольно странно на вас смотреть. Но, может, вы сначала меня спросите, в чем дело, а потом будете гадать? – проговорил Мак, оставаясь сидеть на месте.

Фанагл хотел было что-то приказать охранникам, но увидел в руках Мака оружие и остолбенел. Доктор тоже не мог выговорить ни слова.

– Все оружие на пол, – приказал Мак. Через несколько секунд он слышал, как на пол падало оружие охранников, и видел, как выбрасывали оружие Фанагл и Нейрол.

– Ты зря так делаешь, Тай, – проговорил Фанагл. – Это тебе ничего не даст.

«Вы так думаете?» – спросило зеленое облако, которое оказалось над креслом. В следующую секунду облако расплылось по всей лаборатории. Айвен исследовал структуру приборов, а заодно получил генокод мейнеров, которого у него еще не было. Он нашел в компьютере данные о Тае, которым его считали, и еще о восемнадцати других заключенных, переведенных в полуэнергетическое состояние и выпущеных для исполнения заданий Фанагла. Обычно, исполнив два-три задания, эти заключенные, превращенные в привидений, сбегали, и тогда их ловили. Либо охотники Фанагла, которые возвращали их в тюрьму. Доктор проводил обратный переход из полуэнергетического состояния в биологическое. При этом мейнеру не требовалось никаких знаний ни при прямом, ни при обратном переходе. Но и этот мейнер не мог сам произвести переход.

Второй вариант, это попадание в ловушки охотников Тернера. Тогда они либо уничтожались, либо оказывались в ловушке на долгое время. Несколько раз Фанагл проводил операции по захвату ловушек Тернера. И последняя была спровоцирована появлением Айвена. Ловушки были уже изъяты, и заключенные возвращены в камеры.

Поняв весь процесс, Айвен вернулся в биологическую фазу и оказался сзади Фанагла и Нейрола.

– Я думаю, что Отдел Безопасности Планеты очень заинтересуется всеми этими экспериментами, – произнес Айвен.

Мейнеры вздрогнули. Для них появление зеленого облака, его исчезновение и вновь появление Айвена сзади произошло всего за две секунды, за которые они не смогли даже что-либо сказать.

– Вам крупно не повезло. Вы приняли меня не за того. Я не Тай, – говорил Айвен. – Мое имя Айвен Мак Миу. – Айвен специально назвал свое имя так длинно, потому, что у мейнеров это означало высокое положение в обществе. Конечно, мейнеры не имели понятия, что могло означать Мак Миу. Подобное имя было нечто вроде титула, который давался мейнеру за какие-либо заслуги.

Фанагл и Найрол были перепуганы. Айвен прочитал в их мыслях, что они полностью провалились и теперь искали выход, даже самый плохой. Они были готовы убивать каждого, кто оказался бы на их пути к свободе.

– А теперь, господа, вы сядете и будете слушать то, что я вам скажу, – произнес Айвен. – Во-первых, эта ваша лаборатория прекращает свое существование.

Айвен на глазах мейнеров вынул небольшое оружие, которым прошелся по основным приборам, приводящим к переходу. Он уничтожил их полностью, и самое главное, он уничтожал основные элементы, на которых базировался весь процесс. Это были слабые генераторы поля, но они работали не как преобразователи, а как спусковой крючок, запускающий цепную реакцию фазового перехода.

Приборы взорвались от теплового луча и рассыпались по лаборатории осколками стекла, кусками металла и горящими пластиковыми деталями, которые, упав на каменный пол, начали чадить едким дымом. Сработала пожарная сигнализация. Двое охранников оставались под воздействием поля Айвена и ничего не предпринимали. Они только уклонялись от осколков, прячась за огромный стул, на котором перед этим сидел Айвен.

– Во-вторых, Фанагл, вы отпускаете всех охотников Тернера, – продолжил Айвен. – Вам понятно?

– Понятно. – произнес Фанагла.

– Так исполняйте. Здесь у вас есть передатчик. Вы можете отдать приказ.

Фанагл достал передатчик. Первой его мыслью было попытаться вызвать охрану, но он понял, что не доживет до ее прибытия, если это сделает. Он отадал приказ об освобождении охотников и возвращении им всего имущества.

– И третье. Я не стану никуда сообщать о ваших делах, – произнес Мак. – Но за это вы будете исполнять мои распоряжения. Я не думаю, что они будут для вас сложны. Итак, мы заключаем сделку, Фанагл. Вы прекрасно понимаете, что не сможете меня достать. А вот мне это будет проще простого. Вы поняли?

– Ты хочешь, чтобы мы работали на тебя? – спросил Фанагл.

– Как я уже сказал, эта работа не будет сложной, – ответил Мак. – Судя по тому, что вы здесь наделали, по вам плачет пожизненное заключение. Но я не стану церемониться с вами. Если вы не будете выполнять моих распоряжений, я сделаю так, что вы больше никогда ничего не сможете выполнить.

В сознании двух мейнеров прошел страх. Они поняли, что над ними нависла угроза смерти. И уж коли они попались, лучше им подчиниться, нежели отправиться в небытие.

– Я согласен, – произнес Фанагл и Нейрол повторил эти слова.

– До встречи. И не вздумайте пытаться восстанавливать эту аппаратуру, – произнес Мак и растворился в зеленоватой дымке.

Через мгновение он оказался над тюрьмой и влетел в один из вертолетов охотников Тернера. Мейнеры ни о чем не говорили и каждый думал о своем.

– Всем привет, – произнес Айвен, перходя в биологическую фазу.

Вертолет дернулся и вновь полетел ровно.

– Ну так можно и с ума кого хошь свести, – произнес Витас. – Что ты там сделал? Мы слышали какой-то грохот.

– Раскрыл кое-какие грязные делишки Фанагла, – ответил Мак. – Доказать теперь что-либо сложно. Вся аппаратура разбита, но он у меня на крючке. Я думаю, что он больше не будет к вам приставать. Кстати, похоже, и у вас работы поубавится.

– Это еще почему? – спросил Тернер.

– Потому что все эти так называемые привидения – дело рук одного полоумного изобретателя.

– Уже не Нейрола ли? – спросил Полит.

– Я вижу, вы его знаете, – проговорил Мак.

– Боюсь, что ты не все понял, – произнес Тернер. – Нейрола нельзя взять на крючок. Он уже давно вне закона. Если ты его отпустил, он сбежит. А Фанагл, скорее всего, был его инструментом.

– Я думаю, что Нейролу будет сложно восстановить данные его экспериментов. Я их уничтожил.

– У него наверняка были копии на лентах, – сказал Полит.

– Я уничтожил данные на всех лентах, на всех дисках, на всех кристаллических запоминающих устройствах. Я вывел из строя даже системные кристаллы машины Нейрола. Все, что у него осталось, это только собственные воспоминания. Я слышал его мысли по поводу того, что мне не следует уничтожать. И я уничтожил эти данные.

– Он мог тебя обмануть.

– Я не думаю, что у него успел возникнуть план обмана за одну секунду. Кроме того, от меня сложно что-либо спрятать.

– Черт возьми! – вскрикнул Тернер, когда уже в который раз за последнее время прозвучал сигнал тревоги. Голос Микки назвал адрес вызова и команда в составе пяти мейнеров, одним из которых был Мак, вновь вылетела по вызову.

Все оказалось проще простого. Никакого привидения не было. Нерадивому мейнеру, решившему подшутить над своими соседями, пришлось выложить кругленкую сумму в качестве компенсации своему соседу и в оплату за вызов охотников.

Айвен остался на некоторое время в отряде Тернера. Он был в нем неформальным членом. Мак не требовал ничего для себя. Ему нужна была только информация. Он читал книги, посещал центральную библиотеку Миналиса.

Айвен использовал Фанагла, чтобы получить документы на имя Айвена Мак Миу. Он не просто их получил. Айвен сумел войти в компьютерную сеть полиции, где нашел файл, относящийся к самому себе, и изменил все данные, введенные Ганаглом, вплоть до кода доступа, создав неприступный барьер для несанкционированной записи.

Никто не видел этих данных, но любой мейнер оказался бы в замешательстве от них. Айвен ввел свои собственные данные. О том, что родился на планете Земля, о постоянном месте жительства на планете Мира, в свободной зоне хийоаков. О том, что он направился в космос для исследований жизни в других мирах. Лишь один параметр, введенный Фанаглом, сохранился – имя.

Когда ему выдавали документ, мейнер был несколько удивлен теми данными, которые оказались записанными на лицевой стороне пластиковой карточки. Его удивило имя, абсолютно неизвестная национальность. Ему показался странным возраст. Как он сказал, Айвену нельзя было дать и сорока, тогда как в карточке значился год рождения, сответствовавший ста десяти годам. Мейнер даже не понял, что около года стояла пометка о летоисчислении в годах планеты Земля.

Но все было в порядке, и Айвен получил документ, пластиковую карточку с магнитной записью, введенной в карточку практически навечно. Это были тонкие вплавленные полоски, расположенные специальным кодом.

Официальный статус Айвена обозначался как гражданин Союза Хийоаков. Никто из мейнеров, оказавшихся в участке, не смог припомнить подобного Союза, но никто не стал возражать. Все эти данные подтверждались записью в центральном компьютере, к которому было полное доверие.

Подобны же образом получили документы Авурр и Джек, к именам которых также было добавлено Мак Миу. Файлы были связаны. В них было обозначены родственные связи трех хийоаков.

Через месяц команде Тернера стало ясно, что рассказ Айвена о причастности Фанагла к псевдопривидениям был правдой. За это время вызовы были связаны только с обычными явлениями. Не было ни одного случая с участием существ в полуэнергетической фазе.

Айвен, Авурр и Джек нашли возможность для независимой от охотников жизни.

Планета Мейн уже давно оказалась без урана. Он перевозился с другой планеты. Это была шестая планета в системе Пикка. На ней было достаточное количество урана, но ее условия были настолько сложны, что добыча обходилась слишком дорого. Планета называлась по названию элемента, добываемого на нем. Уран был размером ненамного превосходящим Землю, но его сейсмическая активность не позволяла вести интенсивные разработки урана. Он добывался в открытых месторождениях. Подчас с постоянной угрозой землетрясения. Урановые компании были малочисленны, и стоимость урана была очень высока.

Мейнеры давно научились использовать термоядерную реакцию. Но космические корабли требовали уран. Для резервных реакторов. По сравнению с термоядерным реактором урановый был намного меньше. Кроме того, термоядерный реактор требовал большей начальной энергии запуска. Которую на небольшом корабле мог дать только урановый реактор, практически не требующий энергии для своего запуска.

Перед хийоаками встала некоторая дилемма. Они могли войти в жизнь планеты, как урановая компания. Хийоаку ничего бы не стоило вырвать часть планеты, содержащую уран, и почти мгновенно переправить его на обогатительные заводы, находяшиеся на пятой планете, называющейся Ферур.

Айвен вновь вошел в центральный компьютер Миналиса, чтобы добавить данные в свой файл. Эти данные означали наличие в его собственности космического корабля, пришедшего с планеты Мира. Собственность на космический корабль была для мейнеров фантастическим фактом. У них не было подобных лиц, имеющих космические корабли. Кораблями владело либо правительство, либо крупные компании.

Айвену пришлось хорошо покопаться в законах Мейна. И он нашел пункт, который перекрывал запрет на владение космическим кораблем. Этот запрет относился только к мейнерам, тогда как в документе был четко обозначен вид, к которому принадлежал Айвен. Хийоак.

И это было тем фактом, который был зафиксирован в документе, удостоверяющем собственность на корабль. Айвен доводил все данные до совершенства. Не было ни одной противозаконной операции, ни одного факта, противоречащего закону планеты. Единственное, чего не было в компьютере, это данных о самой планете Мира, о хийоаках и о Союзе Хийоаков, но это было эффектом второго порядка.

Ввод подобных данных в компьютер осуществлялся лицами с особыми полномочиями. И никто не смог бы ввести эти данные так, как это делал Мак. Он создал раздел, к которому имел доступ только он сам. Система компьютера не позволила бы проникнуть в эти данные даже главе правительства Мейна. И это было ключом к успеху. Запрос на данные о Мира приводил к требованию передачи кода с высшим приоритетом. Этот приоритет имели только четверо мейнеров на всей планете, но никто из этой четверки не знал самого кода и не мог получить доступ.

Айвен получил еще одну карточку, удостоверяющую его собственность. В документах на корабль был указан груз.

Радиоактивное золото Мейна. Уран.

Количество урана было таким, что его стоимости хватило бы на приобретение средней уранодобывающей компании.

Оставалось дело за малым. Надо было добыть этот уран. А вот с этим проблем не было. Джек вылетел в космос и выловил обычный метеорит, после чего обработал его полем, приводящим к образованию урана. Того самого изотопа, который был нужен в реакторах. Метеорит был разрезан на мелкие куски, которые были уложены так, чтобы не создавать критической массы. Затем Джек выловил еще один метеор и превратил его в стабильный изотоп свинца, который предназначался для контейнеров, в которых должен был перевозиться уран.

Все было сделано за несколько дней, после чего корабль объявился около одного из портов, принимавших уран с пятой планеты.

И Айвен вышел со своим предложением на урановую биржу. Отношение к нему было холодным. Закон требовал уплаты пошлины на ввоз урана, но для Айвена это не было проблемой. Все документы были зафиксированы компьютером Миналиса и переданы в центральный компьютер, так, что никто не мог подкопаться.

Покупатель нашелся довольно легко. Некоторой проблемой оказалось то, что изотоп был чистым. Для мейнеров это было необычно. Именно из-за этого первый покупатель отказался, но второму это понравилось. Реактор, которому предназначалось это топливо, был вполне пригоден для чистого изотопа.

Сделка состоялась, и Айвен стал собственником огромного состояния, к которому было привлечено большое внимание журналистов. Как всегда, они оказались первыми среди узнавших о появлении в Миналисе нового миллиардера.

На вопрос о применении капитала Айвен ответил только одно слово.

Уран.

На следующий день он отправился на другую биржу и выкупил полностью одну полураззорившуюся урановую фирму. Ее крах был вызван землетрясением в зоне добычи и отсутствием страховки.

Для всех оказался странным отказ Айвена от той же самой страховки, которая должна была гарантировать вложенные средства от катастрофы. Вместо этого Айвен оказался около пульта, дающего объявления на бирже.

Он ввел небольшое объявление, которое должно было передаваться постоянно в течение трех дней. Он заплатил за это объявление такую сумму, что только из-за этого было множество желающих узнать, что это за объявление.

– Айвен Мак Миу приглашает всех владельцев урановых компаний на встречу. – Далее шло время и место встречи. Местом был офис компании, названной «Последний Уран». А время – через три дня после дачи объявления. Тема встречи была названа «Перспективы развития добычи урана.»

Часть средств была пущена на восстановление офиса, который оказался в полузаброшенном состоянии. Другая часть была передана на компенсацию рабочим за увольнение и семьям погибших после землетрясения.

Официально в собственности фирмы оказался только сам рудник. Да один корабль с именем «Джек» принадлежал хозяину фирмы. Рудник был полностью разрушен. Там не было даже места, куда можно посадить корабль.

– Приветствую Вас, господа, – начал свое выступление Айвен. – Мое имя Айвен Мак Миу. Вам уже известно, что я прибыл с планеты Мира на собственном корабле, который был загружен ураном. На средства, полученные от реализации урана, я выкупил урановую компанию, которая была названа «Последний Уран». Это название не случайно, но об этом потом. Я вызвал вас для того, чтобы сделать заявление, суть которого сводится к одному. Ваши компании поставлены на грань банкротства.

В зале послышался недовольный шум мейнеров.

«Это оскорбление. Вы не можете так заявлять. Это дерзкая выходка, вы за это заплатите.» – слышал Мак мысли со всех сторон. Мейнеры знали, что он их слышит. Они могли сами переговариваться друг с другом подобным образом.

– Прошу прощения, если я кого-то задел этими словами. Я созвал вас не для того, чтобы просто сказать вам это. Я хочу, чтобы все прошло не так быстро и резко. Я не хочу, чтобы тысячи рабочих оказались без работы. Я не хочу, чтобы и вы оказались в числе моих врагов. Все дело в том способе добычи, который я собираюсь применить. Он коренным образом изменит ситуацию с ураном. По моим расчетам, его стоимость через несколько недель может упасть в десять раз.

Вновь послышался шум. Но на этот раз мейнеры были озабочены сказанным. Почти никто не говорил об оскорблениях. Они обсуждали возможные последствия подобного удара. Это был бы удар не только по урановым компаниям. Из-за удешевления урана вся экономика планеты могла оказаться перекошенной. В первую очередь полетели бы обогатительные комбинаты. Казалось бы, этого не должно было случиться, но все дело было в том, что они оказались бы завалены дешевой рудой, после чего началось бы неуправляемое строительство новых, что привело бы к увеличению на рынке количества обогащенного урана и падению цены на него, следом и падения доходов обогатительных комбинатов. Это, скорее всего, вызвало бы кризисное положение. Следующей в цепи стала бы энергетическая отрасль. В ней, скорее всего, произошел бы перекос в сторону удешевления урановой энергии по отношению к термоядерной.

И так далее. От энергии к другим предприятиям. И вся экономика оказалась бы под угрозой кризиса.

– Да, но все же вы не сказали, что это за способ добычи, – произнес кто-то из мейнеров.

– Это способ, применяемый на планете Мира. Он не требует тех вложений, которые делаете вы. Вся работа выполняется автоматизированным космическим кораблем. Загрузка руды производится довольно быстро, после чего корабль переносит ее к комбинату. Я не могу говорить обо всех подробностях. Насколько мне известно, комбинаты, работавшие совместно с приобретенной мною компанией, в данный момент вынуждены останавливаться. И я собираюсь произвести демонстрацию работы моей машины. Сегодня будут произведены поставки на все три предприятия. Предполагается отгрузка руды в счет предыдущего месяца и вперед, до заполнения всех складов предприятий. Я уже договорился с владельцами компаний. Руда будет отгружена в кредит. Стоимость будет зависеть от ситуации на рынке на момент переработки.

– Вы хотите сказать, что произведете эту отгрузку за один день? – возник вопрос.

– Именно так – ответил Мак.

– Но что же это за машина?

– Вы можете увидеть ее работу прямо сейчас.

В офисе находился один фрагмент астерианского корабля, который представлял собой большой экран, на котором возникло изображение. Это был корабль, опускающийся на планету. Корабль был довольно странным по меркам Мейна. Но еще более странным было то, что он сделал.

Его форма изменилась. Айвен специально сделал избражение нерезким, чтобы не было видно деталей этих изменений. Корабль словно вошел в поверхностный слой открытого месторождения и, захватив «горсть» весом в несколько сотен тонн, вновь пошел на орбиту. Работы его двигателей было почти не видно. Он поднимался на полевом ускорении, но никто из мейнеров этого не знал.

– Не понимаю, что это? – проговорил кто-то. – Вы подсовываете нам какие-то комбинированные съемки.

– Мне незачем вам что-то доказывать, – проговорил Мак. – Я излагаю факты, которые вы можете легко проверить. Любой ваш корабль может запросить информацию с обогатительных фабрик. Вы получите все данные и узнаете, сколько руды было отгружено. Особые скептики могут проверить это, заглянув на склады предприятий. Одним из условий кредита была полная открытость информации о поставках любому желающему. Для фабрик это не проблема. Им только лучше. Они могут заключать долгосрочные контракты, показывая запасы руды.

– Судя по всему, вы имеете какие-то планы урегулирования этого вопроса.

– Урегулирование может быть простым. Установка цен на руду на прежнем уровне и ограничение добычи, но меня это не устраивает. Я могу снизить цену скажем в два раза и привести любого из вас к раззорению. Но, как я сказал, я не хочу этого делать. Я не хочу наживать себе врагов и поэтому предлагаю вам другой выход. Постепенное сворачивание добычи и передача всех заказов моей фирме. Вы можете продать технику компаниям, занимающимся добычей других руд. Либо сами заняться этим. Я собираюсь сделать определенные шаги, которые облегчили бы ваше положение.

Например, я могу взять на себя выплату компенсаций за увольнения, которые, как вы понимаете, будут немалыми.

– Говоря попросту, вы собираетесь прибрать к рукам всю добычу урана.

– Да. Я хочу сделать именно это. И я могу это сделать разными путями, в том числе и путем резкого снижения цены на руду. Вся наша встреча, как вы знаете, записывается и будет передана в Правительство и Отдел Безопасности Планеты. Возможно, будут приняты дополнительные меры. Я не хочу, чтобы произошел кризис, и предлагаю цивилизованный выход из положения.

Айвен сказал все, что хотел. Он некоторое время отвечал на вопросы, но в основном они не имели какого-либо серьезного значения.

Через два дня он оказался в Отделе Безопасности Планеты, в котором в основном были вопросы по поводу целей Айвена. Мак не скрывал, что ему нужны средства для проведения крупных проектов, касающихся сферы энергетики, в том числе и термоядерной. Никто даже не вспомнил о Мира или о Союзе Хийоаков. Все было принято так, словно ничего не произошло.

Но все же кое-что произошло. В следующий раз, когда Айвену потребовался вход в центральный компьютер для внесения данных о компании, он обнаружил изменение кода в своих файлах. В них же он нашел определенные пометки, касавшиеся компании «Последний Уран». В этом же блоке Мак нашел файлы, относящиеся к Мира и Союзу Хийоаков. Они были просто пустыми. Айвен не стал ничего менять и вышел из компьютера. Теперь он знал, что за ним будут вести наблюдение. Возможно, что в какой-то момент будет произведен удар по компании, и Мак был готов к этим ударам. Он решил постоянно следить за содержимым файлов.

Все шло довольно гладко. Урановые компании перешли в режим сворачивания добычи. Первыми это делали мелкие компании, затем и более крупные. Последняя компания оказалсь на твердых позициях, решив не уступать свое место. Айвен сделал простой шаг. Он снизил цену на руду всего на десять процентов, чем привел эту фирму к вынужденному прекращению своей деятельности. Она произвела сворачивание добычи по сценарию остальных, но из-за снижения цены на руду потеряла почти половину своих средств.

Через месяц все урановые рудники были в рука Мака. Он не выкупал их. Просто на шестой планете не осталось никого, кроме него, а территория планеты не считалась чьей-либо собственностью. Добыча урана не изменилась, хотя цена на руду осталась сниженной.

После этого Айвен сделал беспрецедентный шаг. Он вошел в Правительство с прошением о приобретении небольшой планеты. Маленького спутника шестой, диаметром всего в тысячу километров. Этот спутник не имел какой-либо ценности по своему составу. Целью приобретения было строительство на нем исследовательского центра и предприятий Айвена. Причиной приобретения целой планеты Мак назвал возможные неудачи, которые нельзя было допустить на Мейне. Ядерный взрыв на спутнике не принес бы вреда планете.

Вопрос был решен положительно через месяц. В качестве стоимости была затребована огромная сумма, которой Мак, естественно, не располагал. Спутник был продан со всеми потрохами в рассрочку на период в двадцать лет.

По просьбе Мака было сделано особое распределение этого кредита. Сумма выплат возрастала каждый год, а в первый год была всего лишь одной сотой от назначенной стоимости.

В файле появилась пометка, которая означала, что Айвен Мак Миу – свихнувшийся авантюрист.

В контракте на продажу спутника был пункт, который означал потерю собстенности в случае неуплаты в срок. Никто из мейнеров не предполагал, что Айвен решил «найти» на спутнике золотую жилу. В контракте было указано, что спутник считается собственностью с момента подписания, таким образом, Мак получал и все его ископаемые.

Спутник не имел названия, и Айвен назвал его Новая Земля. Слова звучали на русском, и для мейнеров ничего не значили, если не считать тех, кто имел доступ к файлам, касающимся Айвена, и тех, кто читал место рождения Мака на его документе.

Айвен начал строительство на Новой Земле с полного его изучения. Он прошел сквозь него в энергетической фазе и отметил границы монолитного ядра. Остальная часть была менее плотной, но она была твердой, и не было ни единого намека на сейсмическую нестабильность. Ядро в основном содержало железо и никель. Верхние породы составляли базальт и гранит. Еще выше шел слой рыхлого песка. Строительство было начато в ядре спутника. Перемещением пространства Мак создал в нем несколько полостей диаметром по километру. Каждая полость находилась в строгом геометрическом положении друг относительно друга. Всего их было восемь. После этого было начато воссоздание астерианской технологии, по которой строились фрагменты кораблей. Именно эти фрагменты должны были составить основу внутренней структуры в полостях и именно они должны были стать основным орудием для строительства на поверхности спутника.

А пока Айвен проводил все время на Мейне. Основной его работой было изучение научных достижений мейнеров. Раз в месяц проводилась загрузка складов обогатительных урановых фабрик, и раз в месяц на счет фирмы «Последний Уран» происходил пересчет оплаты за руду. Но все же эта оплата была каплей в море тех средств, которые собирался затратить Айвен. Он производил набор мейнеров для начала строительства.

И строительство началось. Айвен использовал корабли мейнеров, рабочих, технику, закупленную на Мейне, для того, чтобы строить образцово-показательный центр с ядерным реактором нового типа. Сила тяжести на спутнике была так мала, что строительство шло значительно быстрее, нежели это было бы на Мейне.

Айвен сам следил за качеством и за безопасностью на площадке. Он не раз приходил на помощь в случаях необходимости, и за это стройку на Новой Земле назвали стройкой с привидением. Мейнеры не знали, кто это. Они только иногда видели зеленое облако, которое оказывалось рядом в моменты опасности и каким то образом предотвращало несчастные случаи. На строительстве не было ни одного случая смерти или серьезных травм.

Закончив работу, мейнеры были поражены тем, что они создали. Посреди каменной пустыни возвышался дворец. Его величие и красота приводили в восторг всех, кто оказывался рядом. Но еще больше мейнеры поразились тому, как он засверкал после запуска термоядерного реактора. Они так привыкли за время строительства к тому, что не было каких-либо аварий, что безаварийный запуск реактора стал рядовым событием. Только немногие понимали его значение. И среди этих немногих была команда Тернера, которая оказалсь в группе исследователей. Собственно, исследовать им было нечего. Реактор уже работал, хотя и был размером не превосходящим небольшой автомобильный двигатель.

А на спутнике продолжалось строительство. Оно шло полным ходом. Под поверхностью планеты, на глубине нескольких десятков километров вырастали десятки фрагментов. Их псевдокристаллическая струкрура была невидима и неслышима для мейнеров. Они ничего не знали и не подозревали об этом.

Формально строительство дворца было сокрытием реального, более мощного процесса, который превращал спутник в совершенную станцию, способную передавать и принимать информацию с далеких краев Галактики, отражать атаки любого флота, который знал Айвен.

Глубоко под поверхностью распологались полевые генераторы, способные переместить спутник и прилегающий к нему район. Генераторы располагались в вершинах куба, что при синхронной работе приводило к формированию поля эквивалентного генератора расположенного в центре.