Текст книги "Пепельная Пустошь: Новая земля (СИ)"

Автор книги: Токацин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 53 (всего у книги 72 страниц)

Отсек ГЩУ – главного щита управления – был приоткрыт, изнутри доносились голоса, да и в шлюзовую камеру тоже набились сарматы. Один из них с широкой зубастой ухмылкой шагнул Гедимину навстречу.

– Успел! Я уже думал – ты придёшь, а мы наверху.

Сармат молча пожал Крониону руку. К ним уже обернулись, прервав разговор, двое в серебристых скафандрах – филк и белокожий Древний.

– Это он и есть? – филк смерил Гедимина недовольным взглядом. – Тот, из-за кого мы перестраивали график?

– Гедимин Кет? – Древний покосился на облезлые нашивки чужака и слегка сощурился. – Ладно. Тянуть некогда. Начинаем. Всем на ГЩУ – малая готовность!

Разговоры смолкли. Двое в чёрной броне быстро вышли. Кронион подтолкнул Гедимина в спину и вслед за ним проскользнул в отсек управления. За сарматами зашипели, закрываясь, гермоворота.

Вся смена операторов была за пультами. В основном филки – только один Древний. И ещё двое сарматов, соразмерных Гедимину, было среди командиров. Совет Сармы – вся четвёрка – набился в отсек ГЩУ, и без них не очень просторный. На Гедимина, тоже занявшего немало места, все смотрели косо – кроме Крониона, пристроившегося у ворот.

– И давно тут медпост открыли? – спросил, глядя мимо мутанта, один из совета.

– Медпост нигде не лишний, – отозвался Кронион. – Мадс, тихо! Гедимин, посмотри – ничего подозрительного не видишь?

Филк в серебристой броне резко выдохнул.

– Это ещё что за инспекция из пустошей?

Гедимин слышал его слова как сквозь вспененный скирлин. Он пристально смотрел на мониторы. «Четырнадцать энергоблоков, сейчас в работе один. Тринадцать застопорили три дня назад. Основные сборки наполнены. Энергии на подъём хватит. Сейчас погасят оставшийся альнкит – и пойдём. Вроде всё гладко…»

– Ну, допустим, он сохранил какие-то компетенции, – донеслось из-за «слоя пены». – И что, на «Руте» нет своих дозиметристов? Двое суток ходовых испытаний…

– Стой! – Гедимин развернулся к недовольному филку. – Испытания? Уже пробовали приподняться? И как?

Филк презрительно сощурился.

– А как по-твоему – если на сегодня мы назначили запуск? Какой был результат? Ты вроде считаешь себя инженером…

Гедимин пропустил подколку мимо ушей.

– Дай мне данные с испытаний. Дозиметрию в процессе, с первой секунды до последней. Всё, что по состоянию альнкитов.

Сарматы ошалело переглянулись.

– Чего? – глаза филка расширились. – Ты кто, чтоб такое запрашивать?

– Мадс! – Кронион подался вперёд. – Дай то, что Гедимин попросил. Просто так он не стал бы…

Командир-Древний тяжело шевельнулся и взглянул на Гедимина в упор.

– Верно. Ты кто? Подчинение? Статус? Компетенции?

– Я – ремонтник, – сармат сузил глаза в ответ. – И я понимаю в ирренции. Дайте мне дозиметрию. Иначе – никакого подъёма.

– Чего?! – теперь даже операторы повернулись к чужаку, а Древний-командир оскалился. – Ты тут ещё и командуешь?! Смена – полная готовность!

– Heta! – Гедимин втиснулся между командирами и главным пультом. – Никто ничего не запустит. Пока я не увижу данные.

– Мадс, Киллиан, уймитесь! – Кронион в лёгком скафандре протиснулся вслед за ним и встал рядом. – Гедимин знает, что делает. Вы больше времени потратите на споры, чем…

– А ты куда лезешь? – перебил его филк. – Вас обоих не должно тут быть! Охра…

Гедимин, кажется, перестарался – передатчик филка, зажатый вместе с запястьем в бронированной перчатке, затрещал и хрустнул, экран погас. Мадс (или это был Киллиан?), приподнятый за руку, замер, ошалело глядя на чужака.

– Данные с испытаний, – выдохнул Гедимин. – Быстро!

– Heta! – Кронион повис на его локте, и сармат медленно опустил руку и разжал пальцы. – Гедимин, стой! Мадс, включи голову! Ещё драки не хватало в пультовой!

– Мать моя колба, – медленно проговорил Древний, убирая руку с приклада плазмомёта. – Медик, ты кого сюда приволок? Ты – два шага к двери и положи там оружие. Тогда получишь данные.

Гедимин под взглядом его почерневших глаз медленно опустил сфалт у гермоворот и показал пустые ладони. Передатчик протяжно запищал. Сармат, сам не веря в удачу, развернул экран. «Двадцать третье ноль четвёртого, три двадцать восемь – начало записи. Три тридцать – отсчёт пошёл. Один альнкит в работе, но данные пишут со всех. Второй блок – чисто, шестой – чисто, восьмой… Стоп!»

От оси времени отделилась, выдав маленький острый зубец, новая кривая. «Нейтроны,» – Гедимин сузил глаза. «Девятый блок. Выброс несущественный, но…»

На графике проступил второй зубец, на пиксель выше. Сармат с резким выдохом вывел на экран все блоки разом. «Нейтроны. Девятый-одиннадцатый блоки. Случайность?»

Третий зубец был выше предыдущих – и «пустил отросток» перед затуханием. Красная черта отсекла фрагмент записи – первое испытание закончилось. Гедимин пролистнул страницу, пристально глядя на графики трёх «странных» энергоблоков.

«Начало… Sa hasu!» В этот раз нейтронный всплеск долго себя ждать не заставил. Самую сильную вспышку выдал десятый. Гедимин сощурился, вспоминая расположение опор под станцией. «Так и есть. Подъём с перекосом. Небольшим, но реакторам хватает. Третье испытание… всё верно. Всплески усиливаются. Опора выпрямляется с запозданием. Надо править…»

– Это видели? – Гедимин сделал экран-голограмму двусторонним, провёл когтем вдоль «нейтронных» зубцов. – Эта часть станции поднимается с небольшим запозданием. Альнкиты его чуют. Надо выправить опору, иначе трём блокам конец.

– Чего?! – вскинулся филк, но продолжить не успел. Древний, надавив ему на плечо, тяжело качнулся вперёд.

– Хватит «чегокать». Опора… Девятый-одиннадцатый? Да, механики доложили. Перекос на сантиметры, ни на что не влияет. Эти блоки остановлены. Выправим после подъёма.

Гедимин резко качнул головой.

– Не успеете. На малом отрезке уже всё в нейтронах. Пока дойдёте доверху, десятый пойдёт вразнос. Он – точно, два других – вполне вероятно. Опору перекосило за двести лет. Несущественно. Я смог бы выправить. Потом – новые испытания, и после них уже подъём. Сейчас – нельзя.

– Нейтроны? – второй филк из «Сармы» оттеснил Мадса, присмотрелся к графикам. – Случайный всплеск, как по мне…

– Смотри по всей оси, – Гедимин чиркнул когтем по экрану. – От раза к разу с усилением – это случайный? Сейчас эти блоки выдают нейтроны?

Он посмотрел на операторов. Те давно уже повернулись к пришельцам, забыв о мониторах. Командир смены вздрогнул, увеличил изображение и шумно выдохнул.

– Нейтроны следовые. По всем нашим блокам.

– Ты видел всплески? – резко спросил второй филк. – Во время испытаний?

– Незначительные, – отозвался оператор. – Для остановленного реактора опасности никакой. Первый блок вёл себя тихо.

– Под ним исправная опора, – буркнул Гедимин. Он сам еле сдержал облегчённый вздох. Реакторы после испытаний перестали «плеваться» нейтронами, нежелательный процесс затих, – значит, дело было только в неравномерном подъёме. Значит, активные зоны пересобирать не придётся…

– Итак! – Мадс оттеснил коллегу и расправил плечи, пытаясь занять больше места. – Бывший инженер из ниоткуда запрещает нам поднимать нашу станцию. Заявляет, что из-за сантиметрового перекоса опор случится авария. И Киллиан уже растопырил уши и готов согласиться. Вам как, всё нормально?

Древний сузил глаза. Второй филк поморщился.

– Мадс, ты механик или ядерщик?

– А он? – командир кивнул на Гедимина. – Он вообще кто? И в своём ли он уме?

Он показал всем сплющенный передатчик на запястье. Гедимин отметил про себя, что сама рука не пострадала – всё-таки он был осторожен… хоть и недостаточно.

– Помолчи, – Киллиан перевёл тяжёлый взгляд на чужака. – Ручаешься за свои слова? Насчёт возможной аварии? Подтвердить чем-то можешь?

Гедимин качнул головой.

– Я знаю, когда реакторы светятся белым. Видел. Можешь поднимать – но альнкит не выдержит. Стержни порвёт изнутри.

Он выдержал угрюмый взгляд тёмно-синих глаз. В груди саднило. «Если они не согласятся… «Рута», мне жаль. Держись…»

В лицо дохнуло теплом, хотя вентиляция работала в прежнем режиме. Киллиан медленно кивнул.

– Я за ремонт. Подниму механиков. Ты, – он кивнул на Гедимина, – пойдёшь с ними. Покажешь неисправность. Они её видели. Если найдёшь – можешь наблюдать за ремонтом. Можешь вмешиваться – в пределах разумного.

Мадс изумлённо мигнул.

– Киллиан, ты в себе? – он развернулся к другим командирам. – Вы это видите? Крэйг, Гатонго, – кто-нибудь прекратит балаган?

– Я за ремонт, – сказал филк, заговоривший о нейтронах. – Этот сармат знает, о чём говорит. Неделя у нас есть в любом случае. Крэйг?

Он повернулся ко второму Древнему, до сих пор угрюмо щурившемуся из угла. Тот буркнул что-то невнятное и резко кивнул.

– Мать моя пробирка… – Мадс протяжно вздохнул, отступая к шлюзу. – Проверьтесь на эа-мутацию!

Гедимин успел заметить движение в углу. Пневмоворота приоткрылись вовремя – Крэйг только пальцем зацепил затылок филка.

– Бригаду к четвёртой опоре, – услышал Гедимин команду Киллиана. – Да, ликвидаторы тоже. С вами пойдёт инженер Гедимин Кет.

Киллиан повернулся к сармату.

– Оружие отдашь Крониону. Вы с ним вроде ладите. И спускайся к опоре. Бригада уже в пути.

– Ничего не делать до приказа, – распорядился Гатонго, подойдя к операторам. – Подъём откладывается. О новых испытаниях скажу, вы их точно не пропустите.

Начальник смены сдержанно хмыкнул.

– Если поступит приказ от Мадса…

– Только от всего совета, – качнул головой Гатонго. – Если вмешается Мадс – ничего не делать, сообщить «Сарме»! Но он не должен. Он нормальный. В целом.

Двое Древних переглянулись и шумно вздохнули.

31.04.253 от Применения. Западная пустошь, станция «Рута»

Тяжкий гул пронизывал все помещения даже при задраенных люках. Гедимин вглядывался в графики интенсивности излучения до рези в глазах, но нейтронных всплесков больше не видел – ни тогда, когда гул механизмов на подъёме нарастал, ни во время остановок. Станция раздвигалась, запуская в скалу «когти» креплений, и шла дальше – медленно, плавно. Тонкие тёплые волоконца дрожали на плече Гедимина, и он не двигался, чтобы не спугнуть их. «Рута» беспокоилась, волны ЭСТ-излучения расходились по всей станции, и на графике виднелись острые зубцы.

Последняя остановка, гул сменил тональность, отсек дрогнул – и маленький монитор в углу зажёгся ярче, покрываясь строками данных. «За бортом» было тепло, сухо и ветрено.

– Кронион, конечно, специалист, – Гедимин наконец оторвался от монитора, прикрыл глаза и тут же услышал бормотание одного из командиров. – В своей области. Но как она связана с инженерией? И тем более – с ядерной физикой? Почему вы его слушаете там, где ему бы помалкивать?

«Мадс,» – Гедимин угрюмо сощурился. «Теперь-то ему что не так? Подъём закончен, всё прошло гладко…»

Крониона в отсеке не было – подъём «Руты» каждый встречал на своём посту, и пост медика был в медчасти. Гедимин до конца не знал, пустят ли его самого на ГЩУ. На испытаниях он был – и на каждой серии слышал из угла недовольный голос Мадса. Филк не унялся и сегодня.

– Ну да, да, ты говорил, – что буркнул Киллиан, Гедимин не расслышал, но более тонкий голос Мадса, даже приглушённый, иглой впивался в уши. – Механики… Ну, пускай этот сармат не растерял все навыки. С каких метеороидов он эксперт по поведению альнкитов?!

– Уймись уже, – вмешался второй филк, Гатонго. – Станцию подняли? Без проблем? Чего тебе ещё?

Мадс фыркнул.

– Уверен – проблем и так не было бы. Ты видел что-то опасное в зубцах на графике? Ни слова от тебя не помню. Пока не пришёл этот невменяемый и не начал тут выступать. Ну а теперь ты думаешь, что он спас «Руту». И Киллиан с Крэйгом… ну да вы, Старшие, всегда за своих. Если сармат башкой потолок подпирает – он для вас сразу и свой, и спец, и гений.

Киллиан тяжело вздохнул.

– С чего он «невменяемый»? И чем он не спец? Неисправность вычислил, нашёл, устранил.

Мадс издал смешок.

– Да, выступил на высший балл. Работал дозиметристом, к реактору не приближался, переаттестацию не проходил. Но показал себя спасителем станции. Теперь ещё попросится в инженеры. И вы ведь возьмёте, так, Крэйг?

– Дался ты мне! – не выдержал Гедимин; пневмоворота уже отшипели, можно было выйти и не донимать операторов ГЩУ – но он почему-то стоял и слушал бредни филка. – Я пойду. Только зайду к Крониону.

– Ага, – Киллиан уже направился к воротам, на ходу что-то набирая в передатчике. Следом, оглянувшись и недобро зыркнув на Гедимина, вышел Мадс. Сармат тронул свой передатчик. Кронион наверняка был в медотсеке – проверял, не пострадало ли оборудование при подъёме…

– Уходишь? – «кот» выглянул из шлюза; вид у него был растерянный.

– Если помощь не нужна… – Гедимин кивнул на приоткрытый отсек, откуда доносились деловитые голоса лаборантов.

Кронион отмахнулся.

– Мне-то нет. А вот тебя бы в капсулу на месяц…

Гедимин хмыкнул.

– Лучше Мадса положи. Нервный он у вас. Если от станции ничего не отвалилось, то я пошёл. Надо ещё эфлорцев навестить. Может, кого из Серых застану.

– Давай-давай, – Кронион, помрачневший было при упоминании Мадса, снова приободрился. – Внимательно слушай всё, что касается болезней. Хоть гуманоидов, хоть скота. И сканируй побольше.

– Что так? – Гедимин насторожился. – Ты, как медик, что-то учуял?

Кронион пожал плечами.

– Общие соображения, ничего больше. Слишком много существ разного происхождения сейчас наверху. И общаются они всё теснее. У мицелиалов биология мутная. А вот обычные существа, из мяса, бактериями обменяются на раз. И что может перейти от земных копытных завезённым из Найи и обратно, и что из этого перекинется на тех же наннов или скайотов – вопрос интересный. Одну инфекцию из-под земли уже притащили. Хорошо, что в изолированную популяцию. А вот эльфы – не в изоляции. Что у них там с «подземной лихорадкой»?..

…Там, где заканчивалась полоса выжженной земли, из травы столбиками торчали нхельви. Гедимин даже пересчитать их не пытался, только разделил по окраске – к «Руте» сбежались жители двух колоний и сейчас на неё таращились.

– Ничего себе норка! – «зверёк» на холмике даже подпрыгнул от волнения, слегка встряхнув землю, остальные сердито заверещали. – Как вы, эски, её закопали?! А нанны-то ничего не видели – и ушастые тоже!

– На юге свои станции есть, – криво ухмыльнулся Гедимин. – Сейчас они все выбираются наверх. Так что эльфы ещё насмотрятся.

Он думал о станции «Неркин» – в считанных километрах от дельты Аскири с эльфийским городом. И о «Тикмисе» посреди прибрежных наннских пастбищ. И особенно – о «Джойе», «задвинутой» чуть ли не под гетто Серых Сарматов. «Не хватало ещё в пустом мире устроить грызню из-за места! Надо зайти в Йилгву. Заодно наберу плавкого фрила. Есть марки, годные для наборного шрифта. У местных нормально с моторикой – формы вырежут, значки отольют. Винтовой пресс – не проблема, благо, тут не Равнина. Это всё несложно. А вот растащить сарматов и мутантов по углам…»

Часть 18. 37.04.253-22.04.254. Западная пустошь, Старый Город Йилгва – устье реки Фиран

37.04.253 от Применения. Западная пустошь, Старый Город Йилгва

По восточным оврагам, где текли ручьи, воды ещё хватало; к западу от гряды холмов снова начиналась жёлтая степь, норовящая распасться на травяные островки, перемежаемые молодой порослью суккулентов. Долгие засухи сюда вернулись недавно – колючие шары ещё не успели вытянуться в столбы, какие Гедимин видел в Пустыне Молний. Там иной кактус вырастал до пары метров, и сармат был уверен, что это не предел. «Ген гигантизма» достался и пустынным растениям, вот только сработать ему не доводилось…

За фрилом на развалины пришлось заходить с необитаемой стороны. Гедимин надеялся ободрать «полевую стену» – в её внутренних слоях вроде бы использовали нужную марку пластика – но Елгаву строили северяне по своим правилам, и фрил оказался слишком тугоплавким. Сармат, «просветив» ближние развалины сканирующим лучом и растянув поверх брони защитное поле, перебрался через стену. По соседним стенам хищная жижа вроде бы не ползала – но вот не осталось ли там «спящих» эа-клеток…

Несмотря на заразу и агрессивных тварей, по развалинам кто-то шарился – то тут, то там виднелись следы ломиков и резаков. Пока прибирали металлофрил, уцелевшие светодиоды, рылись в механизмах в поисках сохранных деталей. Обычный, не металлизированный фрил никому не был нужен. Пройдя по хаотичным следам мародёров, Гедимин нагрёб полные карманы крошева на переплавку.

Что-то блеснуло за углом, сармат вскинулся, сдёрнул с плеча сфалт – и облегчённо вздохнул. Там была не эа-форма – только осколки зеркального стекла. Кто-то выбил угловое окно и долбил выпавшие обломки, пока не истолок их в крошку. Гедимин озадаченно хмыкнул. «Это ещё зачем? Если бы на абразив – стекло собрали бы…»

Что-то шевельнулось за окном, в этот раз блеск был тусклее – и Гедимин успел дотянуться до переключателя. В последний миг он дёрнул сопло кверху – поток плазмы вспорол стену и оборвался. За окном с воплем сел на пол таркон.

– Твою мать! Мозги усохли?!

– Ты чего лазишь среди эа-формы? – сердито спросил Гедимин, оглядываясь по сторонам. Таркон был не один – другой, с выпученными под прозрачным щитком глазами, привстал из-за рухнувшей стены. Отрезанный плазмой кусок чуть-чуть с ним разминулся.

– А ты чего?! – взвизгнул таркон в окне. – Вали на станцию! Чего вам там не сидится?!

– Полгорода разнесли – так ещё и тут от вас прохода нет! – третий таркон, опомнившийся от испуга, выглянул в проём. – Куда смотрит Ченге?!

Сармат мигнул. «Станция… Так «Джойя» уже наверху?» Забыв о тарконах (они ещё долго что-то визжали ему вслед), он двинулся туда, где между ним и станцией стояло меньше «фонящих» высоток.

– «Джойя», приём!

– «Пустошь»? Ну, приём, – кисло ответил связист. Помехи от излучения отдавались в наушниках назойливым шорохом. – Ты где, у мутантов?

– В грязной части, – отозвался Гедимин. – Вы уже поднялись? Как оборудование? Помощь нужна?

Связист ещё на первой фразе резко выдохнул.

– На станцию не лезь! Эа-мутации нам ещё не хватало! Нормально тут всё. Кроме соседей. Вот ты нам удружил-то…

Гедимин поморщился.

– Я здесь при чём? Я «Джойю» под Елгаву не запихивал. Что у вас снова с Серыми? Что там про «полгорода разнесли»?

– Мать его колба, – пробормотал кто-то рядом с передатчиком. – Вот же заступник за мутантов…

Что-то шевельнулось на краю поля зрения, Гедимин развернулся – и вовремя. Из трещины в стекле медленно сползал «язык» прозрачной слизи. Плазменный шар взорвался в окне, сармат услышал скрежет и еле успел откатиться за угол – фасад высотки осыпался на пять этажей вверх, завалив обломками улицу.

– Вот рассадник слизи… – Гедимина передёрнуло. Он огляделся по сторонам, покосился на погасший передатчик и ускорил шаг. «Извалялся тут в пыли. В гетто надо будет помыться. Не хватало растащить заразу…»

… – Явился, – Деннис Маккензи смерил сармата угрюмым взглядом.

– Тратить нашу воду, – буркнул Ченге. – У нас лишней нет. Вон там твоя станция, там и мойся!

Гедимин мигнул.

– Тески, это же эа-клетки. Мне их по всему гетто носить? И давно у вас проблемы с водой?

Деннис дёрнул сморщенным лицом. Складки кожи от резкой гримасы сползли на глаза, целиком закрыв их, и Серый Сармат досадливо встряхнул головой.

– Нам уже без разницы, канадец. Сам видишь – нас зараза не возьмёт. Это там, на чистенькой станции, боятся. Вот у них воды и проси.

Он указал изуродованной рукой на зубчатый вал из обломков высоток. От убежища Елгавы «новостройка» хорошо просматривалась – здания снесли, стену наварили на три метра и утыкали зубцами, но разноцветные купола поднимались выше. Ещё выше неярко светились мачты-излучатели, и маячили трубы воздушного охлаждения. «Джойя» встала посреди развалин, снеся пару городских кварталов, – в Елгаве места для неё не предусмотрели. Деннис смотрел на неё и морщился. Он был без шлема, как и Ченге, и Гедимин старался не вздрагивать, глядя им в глаза. Новых следов замедленной мутации вроде не появилось – но и старых хватало…

– Ты тут долго будешь торчать? – ощерился Ченге. Чёрные ссохшиеся губы разошлись складками, и Гедимина всё-таки передёрнуло.

– Тебя проводить? – Ченге дёрнул плечом, и двое охранников в тяжёлой броне сдвинулись с места.

– Дойду, – буркнул Гедимин. Он пытался вспомнить, где заканчивались кварталы, обжитые мутантами. Сейчас жилые, более-менее отремонтированные пятиэтажки – «огрызки» старых высоток – стояли у самой стены «Джойи». А вот что было за их рядом, и что снесла станция, прорубаясь на поверхность…

Сбоку от зубчатого вала бригада Серых и тарконов заделывала проломы на седьмом этаже высотки. По стене змеилась трещина, кое-как «зашитая» кусками фрила. Седьмой этаж, как и шестой, успели частично разобрать, и теперь строители переругивались, выясняя, что куда утащили. На двух верхних этажах ещё можно было собрать два десятка жилых отсеков, если заново проложить все коммуникации, – как и везде, провода и трубы выдрали первыми…

Ворота в «оборонительной» стене «Джойи» всё-таки были. Над ними висел дрон-наблюдатель, при виде Гедимина замигавший бортовыми огнями и набравший высоту.

– Стоять! – послышалось в наушниках. – Из гетто на станцию нельзя!

Гедимин сузил глаза.

– Я не Серый. Что, не видно? – снимать шлем не хотелось, даже под защитным полем. Может быть, эа-клетки уже «сидели» на обшивке и только ждали, когда их «втащит» внутрь…

– Нужна дезинфекция, – добавил сармат. – В гетто не помогли.

В наушниках немного поскрипело, потом кто-то громко фыркнул.

– Ещё бы помогли! Гедимин Кет? Ладно, заходи в шлюз.

…Сармат долго не вылезал из санпропускника. Тут, на станции, не было проблем ни с водой, ни с дезрастворами. Внутренний шлюз, однако, так и не открылся.

– А чего тебе тут делать? Мы ликвидаторов не вызывали, – ответили в наушниках на вопросительное хмыканье. – Иди назад к мутантам. Они говорят, что в гетто «чисто». А ты им веришь во всём. Вот у них и сиди.

Гедимин подавил тяжёлый вздох. «Ладно, хоть после развалин отмылся…»

– Вы снесли кварталы гетто? – спросил он, выходя за внешний шлюз. Между ним и стеной было метра три оплавленной смеси земли и рилкара. Отмывать её было удобно – и робот-уборщик, весь в пометках биологической и радиационной опасности, как раз проходил очередной круг.

– А ты как думаешь? – отозвался связист. – Дома сами расступились, чтобы нам тут встать? Все ликвидаторы пахали в три смены, технику насилу отмыли. Вся станция работает на одни дезрастворы! А что толку, когда мутанты под боком?!

– Серые не заразны, – буркнул Гедимин и услышал фырканье.

– Так чего ты от них удрал? Иди обратно, раз там не заразно! С ними в душевой помылся бы.

Дрон над головой запищал, посветил красным лучом – таркон, спустившийся с крыши, подошёл слишком близко к станции. Подсвеченный мутант показал дрону кулак и свернул за угол.

На улицах Йилгвы всё было по-прежнему. Пыль с утра подмели, рабочие разошлись по местам, только патруль обходил стену «чистого» гетто, высматривая трещины и подозрительный блеск. Было им чего бояться или нет, но в упор к ограде они не подходили.

Над достроенным обогатительным заводом светилась мачта подстанции. Ворота, отмеченные радиационным «трилистником», охранял Серый с огнемётом. Гедимин отметил, что оружие выглядит старым, но ухоженным – ничего не болтается, не отходит, и пыль из стыков выскоблена. Чисто было и перед заводом – липкий чёрный сланец оставался внутри. «А фон повышен,» – Гедимин покосился на дозиметр. «Но местным уже не повредит.»

– Чего уставился? – Серый развернулся к нему. – На станции чище? Туда и вали!

«Весь день гоняют,» – Гедимин не удержался от кривой ухмылки. «Заночую в степи. Там на меня не крысятся.»

– Много зданий «Джойя» снесла? – спросил он. – Вас вообще предупредили? И что в городе с водой? Хватает?

Мутант мигнул.

– Да, – проскрипел он. – У станции свои трубы. Нам сказали. Теперь живу в подвале. Говорил Ченге – надо драться, но их не пускать…

Гедимин огляделся по сторонам.

– Тут, в чистой части, ещё есть незанятые здания. Не так вас много в Йилгве, чтобы места не хватало.

Сармат хотел дёрнуть ртом, но перекосилось всё лицо и даже плечи.

– Немного? Лысые мартышки каждый год плодятся. Скоро плюнуть будет негде. Говорил Ченге…

– Эй! – ворота приоткрылись. – Ты чем занят на посту? А ты иди, иди мимо. На станцию иди!

…Гедимин задумчиво листал снимки, выбирая форму для будущего шрифта. Полсотни знаков кимейского курсива, разлетающихся на отдельные точки и насечки, или завитушки миканиена с пометками долготы гласных… проще всего было сделать набор для трёх десятков угловатых, рублёных наннских букв – но вот нанны как раз в большой любви к книгам замечены не были. «Эльфийский, или кимейский, или оба сразу,» – думал Гедимин, разминая пальцы. «Надо уточнить на месте. Может, проще собрать буквы из простых элементов…»

08.05.253 от Применения. Западная пустошь, берег озера Тэкра, город Эфлор

Здесь, рядом с огромным озером, воды ещё хватало, чтобы трава поднималась Гедимину по плечо. Под ногами шныряли мелкие зверьки, скрываясь от хищных птиц, – мелюзга, за которой не стал бы гоняться полуденник, была подходящей добычей для сокола. Сармат видел их, высматривающих дичь с ветвей кружевного дерева. Над степью реяли и полуденники, и их в небе стало больше. И не зря – растущие стада копытных проложили путь и сюда. Гедимин уже находил выеденные участки, непохожие на следы стойбища наннов, и короткорогие черепа, обуглившиеся от лучевого удара. Лучи лучами, а каждая кость была разгрызена и дочиста обглодана – гиены тоже не дремали.

Вдоль речки, впадающей в Тэкру, зеленели на холмах хвойники и лавры. Ближе к побережью Гедимин различил монотонный треск, усиливающийся при порывах ветра – а потом увидел жёлтые поля по берегам и шесты с пластинчатыми крыловидными выступами по бокам. «Крылья» на ветру качались, блестели перламутровыми осколками и громко трещали.

«Любопытное украшение,» – Гедимин беззвучно хмыкнул. Столб был один на поле, – нанны, как обычно, засевали небольшие делянки. Совсем маленькие участки, частью уже опустевшие и запаханные, обходились одним «украшением» на «четверых». На столбах между «крыльями», с двух сторон, виднелись глубоко вырезанные и подкрашенные синим значки. «Клановые метки?» – подумал было Гедимин, но от поля к полю символы повторялись в точности. Сармат первое время обращал на них мало внимания – местные гуманоиды могли соорудить и не такое; а вот растения на полях – это было уже интересно.

Тут были уже привычные делянки с минзой, но в этот раз «порезанные» на части узкими тропинками. На тропинках торчали колышки, обвитые широколистным вьюнком. Его плети вились и по стеблям со зрелыми, уже отяжелевшими колосьями, пригибая минзу к земле. Гедимин взялся за сканер – очень уж это было похоже на эльфийскую сторожевую лозу, только листья подозрительно широкие – и громко хмыкнул. «Скайотский подарок – бутылочная тыква! А вон там и пара плодов, уже затвердели. Хм, а «донца» у них плоские. Нанны формовали заготовки под плоскодонные посудины? Или просто есть хотелось?»

Гедимин и растение-то опознал со справочником, а в его параметрах и вовсе не разбирался – но толстошкурые тыквины выглядели как почти готовые бутылки с узким горлом. Для наннов сошли бы за маленькие фляжечки, а для кимей – за хорошую норму браги или таккана…

Рядом с минзой, среди запаханных клочков и участков с редкими пожелтевшими стеблями, стеной стояла дозревающая кукуруза. На стеблях виднелись обрывки вьющихся побегов, засохшие усики бобов, – сам урожай уже собрали, зелень, как показывал сканер, подсунули под кукурузу или закопали на опустевших участках. Хватало в почве и остатков другой органики – навоз от огромных наннских стад тоже не пропадал зря. И вроде бы всё это «новым» и «старым» растениям шло на пользу – колосья и початки заметно покрупнели.

«А вон там, на тропе, – усатка,» – луч сканера «соскользнул» с поля и обнаружил «удравшую» траву. Пряные растения тут сажали тоже – Гедимин нашёл всё, что видел у эльфов, и даже ту высоченную траву, о которой спорили когда-то эльфы и скайоты. Её стебли с треснувшими, покрытыми остатками пуха стручками торчали над пустыми делянками. Гедимин надеялся, что семена всё-таки собрали и посеяли, а не оставили разлетаться по ветру, – иначе урожай в следующем году придётся искать по всей степи.

Ветер притих, и под ногами зашуршало.

– Чин-чик!

Мелкие пёстрые птицы пробирались к посевам минзы. Стайка вспорхнула из травы, перелетела на поле и затерялась в колосьях. Гедимин увидел, как дёргаются стебли. «Да, поселенцы фауну ещё не учли,» – сармат едва заметно ухмыльнулся.

Налетел ветер – у Тэкры он дул почти всегда – и «крылья» на столбах затрещали. Стая сорвалась с места, с пронзительным «чин-чик!» ныряя в степную траву. Гедимин мигнул. «Так это отпугиватель? Шум, крылатая тень и блеск, – ну, первое время, наверное, будет действовать…»

Он случайно взглянул на дозиметр и мигнул ещё раз. Стоило подняться ветру, стрелка-указатель закачалась между «крылатыми» столбами. Они «фонили» в ЭСТ-диапазоне, и приметно – и тем сильнее, чем крепче в степи задувало. «Генератор ЭСТ-лучей? Они влияют на мозг… Так, поставим опыт,» – Гедимин сдвинул височные щитки и шагнул на тропу с опорами для тыквы. «Крылья» качались, птицы не показывались из травы, но сармат ничего не чувствовал, хотя график интенсивности излучения шёл волнами. «Может, оно настроено на птиц? Мозг другой… М-да, биотехнологии. Надо будет наннов расспросить. Интересно, чья придумка? Делали вроде как сами нанны. И да – интересно, что у них в степи с волками и гиенами…»

Гедимин думал ещё и о копытных – и диких, и тех, которых разводили нанны. И о гигантской земляной куче, которую увидел в междуречье. Кронион сказал, что это кротовина, и внизу, и правда, был туннель, – вот только размеры крота… Как такому зверю прокормиться червяками и личинками, представлялось с трудом. «Ещё один хищник? Не стая пирофор, но тоже неприятно…»

…Река врезалась глубже в склон, а уровень воды упал, – водопад в устье распался на каскады. Подходы к озеру стали длиннее, для лодок-«корзин» в обрыве прорубили ниши-«сараи», чтоб не тащить их каждый раз наверх. На серебристой воде вдалеке темнело крупное пятно, слишком большое для наплавной платформы. «Остров всё-таки поднялся?» – Гедимин развернул луч сканера. Древний риф, ненадолго накрытый водой, снова обнажился. На нём уже стояла основательная постройка из плитняка. Над ней валил пар – рассол вываривали на месте. «Ага, сарматский нагреватель,» – Гедимин ухмыльнулся, увидев знакомое оборудование и силуэты в шлемах рядом с ним. «Солеварня работает.»