Текст книги "Пепельная Пустошь: Новая земля (СИ)"

Автор книги: Токацин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 38 (всего у книги 72 страниц)

…Льды в предгорьях от сотрясений сложились в непроходимое месиво. Гедимин остановился. Так близко он Кельские горы ещё не видел. Что бы ни творилось на юге, хребет «оттаивал» – сармат различал полукилометровые пики с остатками льда на вершинах и снежными «реками» в ущельях. А дальше на восток снег чернел от выпавшего пепла. Вулкан, приземистый, с широким жерлом, накрыла чёрная туча. Гедимин видел трещины на склоне и красные отблески – лава уже вытекала, но еле-еле. «Слишком густая? Ещё одни Взрывные горы?» – успел подумать сармат, прежде чем громыхнуло. Он не удержался, скатился по уступу в низину и оттуда, лёжа на спине, увидел два глайдера. Оба, прикрытые защитным полем, еле приподнимались над ледниками. С бортов свисали наспех принайтованные трубы, купола зданий, остатки фундаментов…

– Кто внизу? Приём! – перегруженный транспорт замедлил ход. – Нужна помощь?

– Нет, – Гедимин выпрямился, помахал глайдеру. – Уходите, щас рванёт!

Стена защитного поля вытянулась кверху, будто оно могло прикрыть от летящих обломков, и сармат вжался в лёд, закрыв телом полевой генератор. Громыхнуло так, что заложило уши. Застучали камни, зашипела испаряющаяся вода. В наушниках выругались в четыре голоса.

– Живы? – Гедимин привстал, глядя на точки на горизонте. В наушниках кто-то шумно выдохнул.

– «Аргон», приём! Наши сели!

– Наши в небе, ждём, – отозвалась вторая станция. – «Пустошь» наверху?

– Видели в предгорьях, – подали голос с одного из глайдеров. – Если его там не засыпало!

– Живой, – буркнул Гедимин, поворачиваясь к вулкану. Чёрная туча расползлась уже на полнеба, реки лавы стекали по обвалившимся склонам, – взрыв выбил «пробку» из главного жерла, обрушив соседние пики. Лава добралась до ледника, и горы заволокло паром.

– Двигай на юг! – посоветовали с «Аргона». – Нечего там ждать. Не ранен?

– Давно там вулкан? – Гедимин развернул луч сканера, жалея, что у него нет даже примитивного дрона – и прямо сейчас его собрать не из чего. За стеной тумана и оседающим пеплом были не только камни – в склон горы уходили частые прямые скважины очень знакомого вида. Трубы из них успели выдернуть вместе с насосными станциями и резервуарами с сольвентом, – поле выщелачивания в двух шагах от вулкана пришлось демонтировать «на лету». «Или активность усилилась на днях, и сарматы сами такого не ждали – или ждали, но тянули с эвакуацией… А когда, собственно, там построили рудник?»

На карте никаких рудников (как и вулканов) по-прежнему не было, да и в наушниках внезапно всё стихло. Глайдеры пропали с горизонта – видимо, сели и свернули каналы связи, в которые случайно влез Гедимин. Сармат присмотрелся к остаткам сольвентного поля. Обзору мешали то пар, то пепел, сканеру – рябь (изверженные породы «фонили» так, будто под вулканом был ирренциевый пласт), но Гедимин видел достаточно сарматских рудников. В горах, чуть ли не вплотную к ожившему вулкану, стоял один из них – полсотни сольвентных скважин с купольным посёлком и аэродромом на четыре глайдера. Два из них недавно пролетели мимо, увозя всё, что удалось выдрать из скалы. Ещё два, похоже, улетели в «Гетас», на ту сторону хребта.

«Ясно. Сорок лет назад была разведка. Уже тогда говорили о добыче минералов в горах. Десять лет назад тут ничего не было. Вулканов тоже. А вот девять лет назад, возможно, уже было. Как раз тогда перестало трясти, да и гейзеры притихли…»

– «Аргон», приём! – горячий воздух от вулкана добрался до сармата, и он двинулся на юг, подальше от ненадёжного ледника. Жара уже не хватало, чтобы расплавить обшивку, но вот лёд вмиг заблестел и потёк. Из предгорий пора было выбираться…

– «Аргон», я ведь с центром поговорю, – Гедимин угрюмо сощурился. Он уже третью минуту слушал тишину в наушниках. Извержение вулкана станцию точно не зацепило, но вот делиться данными она не хотела.

– Мы его не копали, – буркнул передатчик; значок на карте наконец зажёгся. – И мы не дураки на нём строиться. Этой ерунде нет и трёх месяцев. А сегодня её прорвало. Не мог этот прыщ вылезти дальше к востоку?!

Гедимин мигнул.

– Вулкан появился внезапно? И разведка…

В наушниках фыркнули.

– Мы же искали рудный пласт! Думаешь, не просветили каждую гору сверху донизу? Там внизу трещины и полости, да, и кора тонковата. Но этой дырки там не было.

– Странно, – пробормотал Гедимин. – Магмой снизу подпёрло? Следили за потоками?

– Если подпёрло, то совсем внезапно, – на карте зажёгся значок «Гетаса». – Мы лавовую полость засекли сто дней назад. И тогда же начало потряхивать. «Аргон», вас, между прочим, предупреждали!

– Свои геологи есть, – буркнул сармат с «Аргона». – Ну да, полость. Под горами ещё десяток. Вот только собрались расширять посёлок…

В наушниках часто запищало. На карте загорелись ещё два символа, и Гедимин угрюмо сощурился.

– Эй, «Пустошь»! Когда успел настучать?! – изумлённо спросили с двух сторон. Сармат фыркнул.

– Я вообще ни слова…

– Верно, – перебил его очень недовольный Айзек. – Когда надо, от него ни слова. «Аргон», «Гетас», что у вас там творится? Что за авария в горах, какая разрушенная станция?!

– Ну мать моя колба, – пробормотал сармат с «Аргона». Значок мигнул, но тут же загорелся снова.

– «Аргон», приём! Отвечать собираемся? Две станции воют воем – а нам тут, по-вашему, не слышно?!

Гедимин запоздало сдёрнул височные щитки. Мозг захлестнуло чужой утихающей тревогой. «Две станции…» – затылок будто кипятком обдало. «Конечно, им слышно, что там с посёлком в горах. И как дотянулись до «Эданны»?..»

– Обычная сольвентная станция, – отозвались наконец с «Гетаса». – Да, совместно с «Аргоном». Богатый пласт, а снизу тянуться далеко. Вулкан появился сто дней назад. Откуда нам было знать?! И двух лет проработать не…

– Мать моя пробирка, – выдохнули на «Аргоне». Айзек с присвистом втянул воздух.

– Так. Два года в горах стоит новый сарматский посёлок. На вулкане. И на «Эданну» – ни сообщения?

«Аргон» фыркнул. Тёплые волокна на висках Гедимина дрогнули, и сармат различил беззвучный смешок. Да и сам он криво ухмыльнулся. «А проку вам сообщать?.. Так. «Эданна» сейчас ничего нового и интересного не скажет. Про Верхний Майн ты уже знаешь достаточно. А вот пока станция на связи…»

Он отключил передатчик и сел на лёд, прикрыв глаза.

– «Аргон», приём, – он сконцентрировался на тёплых волокнах. Те мигом нагрелись и уплотнились, выпуская отростки. «Прри-ёомм,» – прогудело внутри черепа. Гедимин мигнул. «Так. А вот «Аргон» с экипажем не скучает…»

– Как вы там, внизу? Помощь нужна? – тихо спросил он. – Землетрясением не зацепило?

Комок чужих эмоций шевельнулся в мозгу – смущение, радость, затихающая тревога. «Оно у-ушло,» – сказал «Аргон». «Глу-убже. Большо-ое. О-очень тру-удно понима-ать…»

Гедимин вздрогнул.

– Там было что-то… говорящее? Под горами? Что-то, разбудившее вулкан?

«Оно-о,» – станция вздохнула. Ещё одно щупальце – или, скорее, коготь, окружённый ворсинками – потыкало сармата в плечо. «Они! Не один. Говорили. Слышал. Вулкан – их. Все горы,» – быстро проговорил второй голос в мозгу. «Вторая станция? «Гетас»?» – подумалось Гедимину. Он слегка сузил глаза. «Сосредоточься! Да, «Гетас», и что?»

– «Гетас», приём! Эти существа управляют текто… ростом гор?

«Угу-у,» – вздохнул «Аргон»; по коже Гедимина прокатились волны сильного неровного тепла – то в одну, то в другую сторону, – станции обменялись парой слов, а может, и по-быстрому поругались. «Они-и сни-изу. Из ма-агмы. Там живу-ут.»

– Из-за чего они поднялись? – быстро спросил Гедимин. – Шахты их потревожили? Только шахты в горах? А под самими станциями?

«Кое-кто ведь сейчас встал на океаническую кору,» – мелькнуло в голове. «Там магма куда ближе. Если там что-то, что не любит глубокого бурения…»

«Работа у них. Строить горы,» – отозвался «Гетас» после очередных волн жара – станции словно толкались лучами-«щупальцами». «Вот поднялись. В горы нельзя. Первый вулкан. Будут ещё.»

– Понятно, – пробормотал Гедимин, вспоминая «зарощенный» разлом под Туманными горами. «Перераспределяют давление магмы вручную? Логично. Если континенты собрались по-новому… Возможно, естественная регуляция просто разломала бы тут всё. Климат корректируется вручную, тектоника – вручную… Надолго это теперь? И… им там помощь не нужна?»

– «Гетас», «Аргон», вы сарматам сказали? Что в горы нельзя, и что будут ещё вулканы? – спросил он. – Другие станции знают? И… эти существа на связи с вами? Я бы мог с ними поговорить?

В мозгу столкнулись два «клубка» чужого смущения. С непривычки заныли виски. «На-аши зна-ают,» – протянул «Аргон». «Я им давно-о сказа-ал. Потому-у и успели улететь.»

«Наши тоже,» – влез «Гетас». «Весь север. Тут теперь так. А те сказали – пока не лезть. Их работа. Мы помешаем.»

– Предупредите и другие станции, – попросил Гедимин. – Не только на севере. У вас получится быстрее, чем у меня. А существам в магме передайте – если нужна помощь, я здесь. Мы, сарматы, много чего можем. И строить тоже.

Станции надолго замолчали и подобрали щупальца. «Скажу-у,» – неуверенно прогудел «Аргон». Что пробурчал «Гетас», Гедимин не разобрал – в слова оно не оформилось. «Коготь» выпустил плечо, секундой позднее пропали и волокна с висков. Сармат открыл глаза и увидел часто мигающий экран передатчика. Знаки «Ларата» и «Эданны» разрослись огненными пятнами от края до края.

– Гедимин! Ты там живой? – сердито спросил Айзек. – Куда пропал?

– Говорил с хранителями, – буркнул Гедимин. – Айзек, у нас внизу соседи. На ксеносов из Хесса вам, положим, плевать. Но на существ, управляющих тектоникой…

Айзек тяжело вздохнул.

– Атомщик, поверь, мы тут учитываем все данные. Тут нам Халькон едва не снёс все сольвентные каналы. Мы и его учли. Порталов в Хесс больше одного. Переселенцев много. У хесков есть особенность – они очень редко приживаются на чужой земле. Не вижу смысла в плотном контакте с существами, которые через год вернутся домой. Хочешь тратить на них время – дело твоё, но не в ущерб работе. Существа, управляющие тектоникой, готовы с нами общаться? Выдвинули требования?

Гедимин мигнул.

– Это планетарные ремонтники, им не до…

– Ну вот пока им «не до» – и ты не лезь, – перебил его Айзек. – Следи за флорой и фауной, за климатом, за водоёмами. Сейчас множество групп разведки собирает информацию. Ты в проекте «Дезактивация» больше не один. Вот и не отвечай за всю планету. И да – ты не видел… хотя – ты не скажешь, я тебя знаю. К вулканам не лезь!

Передатчик погас. Гедимин хмыкнул, оглянулся на тучу пепла над Кельскими горами. Извержение только набирало силу. Местность вокруг вулкана почернела – лёд таял уже и на дальних рубежах. «Пойду я отсюда,» – решил сармат. «Спущусь с ледника – проверю передатчик. Порталов много, переселенцев много, – мне, наконец, сбросят данные? Хотя бы по трём расам из Туманных гор?»

Часть 13. 10.07-32.08.248. Западная пустошь, северный берег озера Оллья – озеро Тэкра, истоки реки Артаккаш

10.07.248 от Применения. Западная пустошь, северный берег озера Оллья

Трава, белая от утреннего инея, трещала под ногами. Зелёная «стена» вдоль озера почернела и стала полупрозрачной. Листву посбивало дождями ещё до того, как они окончательно выстудили воздух. Остатки разметало по серой полёгшей траве – Гедимин видел в ней узкие и ребристые жёлтые «пластинки». Листья ивы, берёзы, ольхи, – мелкие, золотистые или побуревшие, листья Дерева Ифи – огромные, белые до полупрозрачности. Даже по молодой поросли уже был заметен видовой гигантизм – лиственные пластинки разрастались до размеров сарматской ладони, а то и двух. Теми, что опали со взрослых деревьев, Гедимин мог бы накрыться. Кто-то всё-таки перерабатывал эту массу органики, – сармат видел в траве «скелеты» гигантских листьев, обглоданные до сетки прожилок.

Сейчас даже днём температура поднималась чуть-чуть выше нуля, и насекомые и моллюски попрятались – а от бескормицы улетели и стаи споровиков. Осенние дожди наполнили котловину Оллья до краёв, вода стояла высоко, подтопив прибрежные заросли, – Гедимин, проломившись сквозь тростник, видел тонкий слой льда. Днём волны его ломали, за ночь наломанное и согнанное к берегу смерзалось заново, а ледяные «языки» тянулись всё дальше по чёрной воде. Подо льдом сканирующий луч иногда нащупывал четырёхгранный силуэт «живой ракеты» – летающей «рыбы» ро. «Медузы»-канзисы забились в дупла, сбросили жгучие щупальца и в коконах из их остатков впали в спячку, «кальмары»-микрины ушли на дно, перейдя в стадию полипа. Куда на зиму перебираются северные фамсы, Гедимин пока не знал, но сдувшиеся тушки, вмёрзшие в прибрежный лёд, иногда попадались…

Старый Город Васа был заметен издалека, задолго до того, как первые высотки выглядывали из-за горизонта. Прибрежные заросли резко редели, исчезали и Деревья Ифи, и их разбросанные палые листья, трава распадалась на недогрызенные кочки. Похоже, крысиные колонии росли – вылазки за субстратом приходилось делать всё дальше. Гедимин думал, чем кормят Би-плазму тарконы из «Гвулы». Вся трава была именно подгрызена, никакие лезвия, даже самые примитивные, в ход не шли, – а бывшие люди, даже если и вкрай одичали, вряд ли отрастили крысиные резцы…

В Васу заходить не хотелось. Гедимин шёл вдоль берега, глядя на редкие тростники и подтаявший лёд. Он смутно надеялся найти ещё что-то – поплавки сетей, причалы для рыбацких лодок…

Кривая на экране дозиметра резко дёрнулась, стрелка отклонилась к воде, – что-то «фонящее» скользнуло вдоль берега. Сквозь черноту ничего было не рассмотреть – тут дно через пару метров почти отвесно уходило вниз, а там, на глубине, хватило бы места кому угодно. Ещё один всплеск на экране, плавный подъём красной линии, – существо, может, и уплыло, но общий фон заметно вырос… Гедимин остановился, поднял руку с лучевым сканером – и услышал на севере грохот взрыва.

Отсюда высотки Васы были уже хорошо видны. Стрелка указателя качнулась к ним, на экране дозиметра дёрнулась зелёная кривая. Снова громыхнуло. Этот звук Гедимину был знаком – так взрывались мощные аккумуляторы экзоскелетов.

Ещё секунда – и под ногами захрустела низкая искривлённая трава, а из-за высоток долетел частый треск, редкие маломощные взрывы, шипение и крики. Гедимин угрюмо щурился на развалины. Крысы кричали не так, да и оружия такого у них не было, – сармат издали узнавал звуки бластеров разных модификаций, свист и грохот кинетических снарядов и «хлопки» гранат. Одна из них была плазменной. «Двести пятьдесят лет, а ещё взрываются,» – вяло удивился Гедимин. «Ну да в Старых Городах всё такое…»

Он сделал ещё пару шагов к городской стене, за двести пятьдесят лет превратившейся в бесформенный вал. «С кем там сцепились тарконы?» – сармат пытался расслышать слова, но издалека опознавал только акценты – часть орущих была мутантами, а вот другие… «Гражданское убежище? Оно там живое?»

За высотками снова громыхнуло – кто-то из «кинетики» подбил дрон с боезапасом. Гедимин криво ухмыльнулся. «Вмешаться? Или подождать, пока закончат? В Ликкине без меня справились…»

За спиной раздался громкий плеск. На запястье вспыхнул жёлтый светодиод. Гедимин развернулся – и увидел, как из воды в паре метров от берега выглядывает крупное существо в зеленоватой шерсти.

Оно будто ждало, пока сармат его рассмотрит, и не двигалось, только навострило округлые уши. Это определённо был гуманоид, и немелкий – ростом с филка. По длинным рукам в тонкую тёмную полосу тянулись от запястья до локтя «плавники» на тонких костяных выростах. Ещё один такой гребень шёл по спине, насаженный на отростки позвонков. Существо разглядывало Гедимина, держа на виду широкие ладони с перепонками между шестью пальцами. Отстоящий большой палец был без перепонки, и у сармата мелькнуло в мозгу что-то про орудийную деятельность. Но с собой плавучий гуманоид ничего не прихватил – ни оружия, ни одежды, ни даже «цацек».

Существо выждало ещё секунду и что-то сказало. Гедимин успел увидеть короткие, но острые клыки. Существо заговорило снова, шире открывая пасть и навострив уши. Светодиод на дозиметре мигнул. Сармат, спохватившись, толкнул в сторону ипроновые щитки на запястье. В лицо ударил прохладный сырой ветер.

– Слышишь меня, странник-шемт? – гуманоид приподнялся из воды по пояс, глядя Гедимину в глаза. Тот мигнул. «Шемт? Похоже на «шеммата» других поселенцев… Ещё один хеск?»

– Сейчас – да, – сказал сармат, не уверенный, что его поймут. – Ты кто?

Существо радостно ухмыльнулось, прикрыв клыки, и ушло в воду по плечи.

– Я из народа Агва, – последнее слово оно определённо произнесло «с большой буквы». – Мы теперь тут живём. Там ваша штука, на дне? Где кости цеготов?

«Це-кого?» – Гедимин мигнул. «А, помню. Остов «Юрия», колония морских жителей…»

– Не наша, – он качнул головой. – Это корабль Северного Союза… ну, в общем, людей.

Сармат махнул рукой в сторону высоток Васы – существо, если бы вышло на берег, могло их увидеть. Может, оно и выходило, – уши прижались, губы приподнялись, показав клыки.

– А, древних? Знаем… – проворчал Агва. – Ты сам из древних, только шемт? Из подземного города? Вода о вас рассказывала… Подожди!

Он прижал уши и нырнул с головой. Гедимин обернулся к развалинам. Стрельба затихла, но крики стали громче – выжившие, кажется, обещали продолжить в другой раз. «Всё-таки сцепились два убежища…» – Гедимин тяжело вздохнул. «И кто-то оттуда успел пообщаться с водяными хесками. Так себе пообщался, похоже…»

– Постой! – Агва вынырнул, снова поднял уши. С него ручьями стекала вода, не задерживаясь на гладкой шерсти.

– Не уходи, Древний. Ты знаешь линяющих людей? Этих, с южного берега? У которых город из глины?

Гедимин мигнул.

– Город Ликана? Знаю, – в памяти всплыли обе встречи с ликанцами. «И они успели пообщаться? Вот мартышки…»

– И говорить с ними умеешь? – Агва навострил уши и приподнялся из воды. – Поможешь? А то у нас не выходит. Ни у нас, ни у Аваттов в горах.

– Как – не выходит? – Гедимин растерянно тронул висок. – Со мной же получилось. А они без скафандров. Излучение должно действовать.

Что из этого понял Агва – неизвестно, но фыркнул он громко.

– То с тобой. Ты шемт. А эти… странные какие-то. Вроде слышат. Вроде отвечают. А в другой раз – всё сначала. Опять всё ломают и лезут в чужое. Не понимают, не запоминают – не знаю. Может, ты поговоришь? Мы драки не хотим. А скоро придётся. Если Аватты раньше не разозлятся. Им уже очень надоело!

Гедимин встряхнул головой. «Понял. А вот вы, Агва – и Аватты тоже – раньше людей не видели. Или видели, но каких-то других. «Макаки» всегда «макаки», хоть уговорись. Ладно, пойду разбираться…»

– Поговорю, – мрачно пообещал он. – Что драки не будет – не ручаюсь. Тарконы по-хорошему не понимают. Расскажи, что они сделали?

23.07.248 от Применения. Западная пустошь, южный берег озера Оллья, убежище Ликана

Пришлось прибавить шагу – от Васы Гедимин шёл на юг вдоль озера, срезая углы и останавливаясь только на ночлег. Агва обещал, что его проводят, и сдержал слово – где бы сармат ни приближался к озеру, тут же трещал молодой лёд, а потом и тростники, и навстречу выглядывала полосатая морда. Иногда гуманоидов было двое или даже трое. Вскоре сармат начал различать их по оттенкам шерсти и расположению полос на руках и голове, – он не был уверен в подсчётах, но десятка полтора Агва, взрослых самцов и самок, ему по дороге встретились. Гедимин вспоминал, что ему рассказали на северном берегу, и озадаченно качал головой. «Тарконы лезут в воду? Ставят много сетей, даже в нерест? И на Агва пытались охотиться, уже зная, что те разумны? Нет, ну последнее ожидаемо… и что на поля Аваттов полезли грабить – тоже. Но что вошли в воду? Они же её боялись, как кислоты. Мутировали, теперь не боятся? Или «Фудком» сломался, а голод страшнее боли?..»

Похоже, «Фудком» ещё работал, – едва Гедимин перешёл очередной ручей, как увидел вырубленный дочиста подлесок и свежие зарубки на стволах больших деревьев (их пытались свалить, но не вышло). Некоторые ивы и Деревья Ифи не досчитались нижних ветвей. И в этот раз стена тростника вдоль воды потеряла в толщине – всё, что росло у берега, «зачистили». А когда на горизонте появилась глинобитная крепость на пригорке, тростник расступился, открывая забросанные ветками подходы к воде. Здесь, на юге, утренняя кромка льда была ещё узкой – но и её недавно сбили, а в воде вдоль тростников белели поплавки. Пустые выцветшие контейнеры колыхались у берега, отмечая, где поставлены сети. Из-за цепочки поплавков высунулся Агва, сердито ощерился и снова нырнул. На поверхность выглянул с острой палкой в руке. На палку был насажен просверленный кусок фрила, оклеенный камешками для утяжеления.

– Вдоль сетей понаставили, – Агва без видимого напряжения помахал деревяшкой и, переломив её на весу, вышвырнул на берег. – Лучше б плетение реже пустили! Никакого соображения…

– Отойди-ка… – Гедимин потянулся было к сфалту, но сообразил, что в сетях живые существа, и в кипятке они вряд ли выживут. Он «посветил» на воду лучевым сканером и беззвучно выругался. Поплавки на воде не зря подёргивались не в такт волнам – в мелкоячеистую сеть набилось с полсотни мальков. Рыбы, годной хоть на что-то – с сарматский палец длиной – Гедимин не нашёл. «А это что? Молодь трило… квейтосов?» – на экране шевелились, пытаясь прогрызть сеть, белесые угловатые пятна. «И на кой тарконам такая добыча? Ирренция в организме не хватает?»

Он шагнул в воду, по дороге переломав и выворотив колья с утяжелителями – заграждение против Агва. Озёрный житель уже бултыхался у соседней сети – Гедимин видел, как дёргаются поплавки, и по воде идёт муть. Наклонившись, сармат сорвал плетёнку с кольев-креплений, вытряхнул всё, что внутри накопилось (ил у ступней заколыхался – мелюзга рванула во все стороны), и поднял опустевшую сеть над водой, разглядывая плотное плетение. Оно было чуть реже, чем у рыхлой ткани, – это была даже не сеть, а мягкостенный короб с мелкими дырочками. «Зачем такую-то мелюзгу выцеживать?» – Гедимин тронул когтем ячею. «Сюда разве что планктон выплывет. Понятно, почему Агва взбесились…»

Сеть-«короб» кто-то плёл старательно, из всего, что попалось под руку – от обрывков истрёпанного скирлина до луба, корней злаков и волоса Ифи. Гедимин подумал мельком, что на сеть с «разумной» шириной ячеи ушло бы меньше материала – а у тарконов волокно явно было в дефиците. Тут с берега заорали.

Пока сармат изучал одну сеть, Агва (не один – на помощь, расчищать заграждения, приплыли ещё трое) успел вывернуть и порвать две соседние. Их ошмётки теперь валялись на «мостках» из накиданных подгнивших веток. Гедимин свернул уцелевшую сеть, забросил на плечо и вскинул над водой защитное поле. Вовремя – два копья отрикошетили от купола и улетели в тростники.

– Эй, на суше! – крикнул сармат, сделав шаг к берегу. Мимо ступни пронеслась ещё стая освобождённой молоди – рыбы, рачки, квейтосы… Из воды вынырнул с сетью в зубах Агва. Его глаза горели синим огнём. На берегу завизжали.

– Дай сюда, – Гедимин протянул руку за сетью. – Всё вытряхивай, но плетёнки не рви. Попробуем поговорить.

– Ага, пробуй, – Агва выплюнул надгрызенную сеть и недобро оскалился. – Теперь видишь, что тут творят? А эти, на севере, – «без драки, без драки»… Затопить по лысые макушки!

– Мастер-сармат! – с берега, не ступая на мокрый настил, выглянул в проём в тростнике таркон с копьеметалкой. Руки по локоть и ноги по колено были вдеты в лубяные раструбы, укреплённые тонкими дощечками. Скирлина, сшитого по кускам, и грубой ткани из волоса Ифи хватило на рубашку до середины бедра и намотку из узких полос на голову. С оголённых участков тела свисали клочки белесой кожи. Холод таркона не беспокоил – но вот касаться воды пришелец не хотел.

– Да, я, – Гедимин помахал сетью. – Крикни своим – убрать оружие, отойти от берега!

В тростниках изумлённо вскрикнули.

– Мастер-сармат! – таркон указал пучком дротиков на обрывки сетей на мостках и колыхающуюся воду. Агва из озера больше не выглядывали – только волны выкидывали на берег оборванные поплавки, обломки деревяшек и пустые плетёнки. Водяные жители слово сдержали – сети больше не грызли, только отрывали все крепления. Кто-то из «одоспешенных» тарконов поддел острогой мокрую сеть, выдернул её на сухой берег и возмущённо заорал.

– Водяные демоны на нас напали! Ты с ними заодно?!

– Да, – Гедимин положил ладонь на приклад сфалта. – Они хотят затопить Ликану. А я – пока нет. Так будем по-хорошему или по-плохому?

Сармат надеялся, что бластеров и гранат у ликанцев в самом деле не осталось, и смастерить из подручных материалов тоже не вышло, – иначе Ликану пришлось бы не топить, а выжигать. Но таркон переглянулся с сородичами, скрипнул зубами и повесил дротики на перевязь.

– Ладно. Ты говоришь с hantash, воинами Ликаны! Прикажи своим демонам не трогать наши сети!

– Ваши сети не годятся для рыбалки, – отозвался Гедимин, глядя, как волны выносят на берег ещё одну пустую плетёнку, а следом – острый обломок заградительного колышка. Основание с утяжелителем Агва, похоже, закинули на глубину. Сармат криво ухмыльнулся, вспомнив устройство этих «конструкций». Тарконам (если они снова возьмутся за своё) предстояло много работы…

– Чем это плохи сети Ликаны?! – вскинулся другой таркон. Выбравшись из воды, Гедимин увидел, что на берегу собралось десятка два «воинов» в лубяных поножах и наручах – кто с копьеметалкой и дротиками, кто с длинным гарпуном. Ещё столько же стояло и висело на глинобитных стенах, глазея на сармата. Про бурлящее озеро и закиданные сетями мостки все забыли – только Агва «чистили» мелководье. «Ни одной сети с крупной ячеёй,» – отметил про себя Гедимин. «Рыбалку тарконы освоили. Только, походу, решили всё озеро вычерпать. М-да, научил технологиям, называется…»

– В них попадает мелюзга и попусту гибнет, – буркнул сармат. – На кой вам мальки длиной с ноготь?

– Благословенный «Фудком» нуждается в подношениях, – отозвался таркон; судя по пяти рядам бус на груди, рубахе до колен и пластинам фрила на «доспехах», это был «офицер». – Из вод Ликаны мы берём всё, что нужно Ликане – как и с её земель. А кто ты, говорящий от имени озёрных демонов? Раньше ты помогал Ликане!

Гедимин угрюмо сощурился.

– И сейчас помогаю – не быть затопленной. Кто сейчас главный в Ликане? Эти ваши… жрецы? Крикни им, чтобы шли сюда. Некогда мне лазать по вашим норам.

– Жрецы?! – таркон коротко хохотнул. Отчего-то развеселились и остальные «воины». Кто-то замахал руками в сторону крепости. Несколько секунд – и ещё пятеро «офицеров» двинулись к берегу. Самый «нарядный» был в кожаном нагруднике с очень знакомой светло-зелёной чешуёй.

– Мы, hantash, – вожди Ликаны по праву, – «чешуйчатый» сложил руки на груди, но Гедимин видел, как его пальцы и складчатые веки мелко вздрагивают. – Ты говоришь о жрецах, tiichash? Мы помним – ты был здесь, когда они правили. Эти ничтожества обманули нас, воинов, назначили себя голосом богов и их избранниками. Больше они нам не вожди. Священный «Фудком» теперь храним и питаем мы, hantash, а он даёт пищу всей Ликане. Даже и этим ничтожным watarash!

Он махнул гарпуном в сторону пустоши с выкошенной травой. Там, метрах в двадцати от «воинов», съёжилось что-то белесое. Гедимин пригляделся и ошалело мигнул. Группа тарконов, раздетых догола, сидела на земле, прижимая к себе комья сухой травы… точнее, не комья – длинные плетёные чехлы, многослойные, простёганные «нитью» из плохо сплетённого растительного волокна. «Что-то вроде высоких сапог и рукавиц,» – определил Гедимин. «Смазано жиром… Местные гидрокостюмы?!»

– Встань! – «воин», стоящий поодаль, ткнул гарпуном в сторону ближайшего из watarash. – О тебе говорят, тухлая рыба! Встань, пусть чужак увидит, что бывает с обманщиками! Вы назывались вождями, говорили от имени мёртвого бога? Всем вам, всем вашим отродьям никогда не подняться выше watarash! Даже участи жалких kinnash вы не достигнете!

Раздетый таркон выпрямился, испуганно вжимая голову в плечи и прикрываясь «гидрокостюмом». Гедимин угрюмо сощурился. «Так. Власть переделили, но эта дурь с кастами осталась, как была…»

– О чём оно вообще? – донёсся шелестящий шёпот со стороны воды. Из тростников выглядывали озадаченные Агва. Гедимин махнул рукой.

– Как обычно – гнобят друг друга.

– А, – водяной житель оскалился. – Это мы видели. Эти, голые, в мешках из травы ставят сети. Они и вынимают. И копают тростник. А те, с оружием, стоят сверху и покрикивают. Мы думали – это для голых такая отработка. За долги или преступления. Чего их так много? Подземный город – он маленький. Столько преступников?

Гедимин качнул головой.

– Нет. У тарконов… – он запнулся, подбирая слова. – Они поделились на кучки – кто кого может гнобить. Эти, с оружием, самые главные. А те, кто лезет в воду, – в самом низу. И они, и их потомки, на всю жизнь. Если не найдут способ главных перерезать. Тогда они будут главными, а в воду кто-то ещё полезет.

– Тьфу! – Агва едва удержался, чтобы не плюнуть прямо в воду, в которой плавал. Все усатые морды ушли в глубину. Гедимин перевёл взгляд на тарконов. «Воины» уже перестали потешаться над бывшим жрецом, и он натянул «гидрокостюм» и вместе с соплеменниками полез за сорванными сетями. Гедимин видел, как тарконы стискивают зубы и ёжатся, только ступая на мостки, задолго до холодной воды, и как сдавленно шипят те, кого уже обдало брызгами. Сети ставили в ямах, где собиралась рыба, на глубине сармату по пояс, – как ни натягивай травяные обмотки, а намокнуть придётся. «Вот и загнали сюда тех, кого совсем не жалко,» – сармат быстро отвёл взгляд – его замутило. «Даже уборщики теперь ступенькой выше – они работают там, где сухо…»

– Мастер-сармат! – новый вождь повысил голос. – Твои демоны сорвали все сети! Ты пришёл заплатить за них? Если нет…

– Слушай сюда, – Гедимин шевельнул плечом, на котором лежал сфалт, и тарконы подались назад. – Я в прошлый раз не сказал, как надо ловить рыбу. Вы сейчас вредите озеру. И себе тоже. Крупная рыба, годная в пищу, растёт из мелкой. Выловите мелкую – крупной не станет.

– Уже и сейчас её нет! – недовольно крикнул таркон, и остальные согласно забубнили. – Этот гарпун…

Он поднял оружие над головой.

– Он бил рыбу с меня, с ногу, с локоть. А теперь озёрные демоны всё сожрали! Нам осталась только мелочь, и она не растёт. По какому праву в водах Ликаны завелась нечисть?!

– На себя посмотри! – ощерился всплывший Агва. – Как рыбе вырасти, если вы переловили всю молодь?! Мы вам говорили, где надо рыбачить? Вспоминай, плешивый!

Тарконы резко выдохнули. Гедимин кивнул на сфалт.