Текст книги "Пепельная Пустошь: Новая земля (СИ)"

Автор книги: Токацин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 39 (всего у книги 72 страниц)

– Водяная погань из поганой ямы! – ощерился «вождь». – Даже говорить с тобой – осквернение! Кто вы, чтобы нам приказывать на наших землях и водах?!

– От демонов житья нет ни внизу, ни наверху! – поддакнул один из «офицеров», оттянув ворот рубахи. Под лоскутной тканью краснели рубцы свежих, едва подживших ожогов.

– Слушай, мастер-сармат, – «вождь» взял обожжённого «офицера» за плечо. – Ты помогал Ликане, и теперь ей нужна помощь. И озеро, и горы кишат демонами! Наши воины поднялись за каменные валы, на скалы, и нашли там много травы, грибов и зёрен и гнёзда разной дичи. Они вернулись с крупной добычей, взяли с собой по десятку riipash с их серпами и мешками и пошли на те луга снова. Но там уже были демоны. Один наш воин сожжён, и у всех, кто шёл с ним, ожоги от молний!

Гедимин мигнул.

– Шкура, из которой твой нагрудник, – от той крупной добычи? Вы в себе? Зелёные ящеры – вьючные животные. В горах живут Аватты, а те луга – их поля и пастбища. Вы что забыли в чужой деревне, да ещё с оружием?!

– Да они тупее последней рыбы, – оскалился Агва. – Ладно, чего-то не понять под водой. Но на суше они сами живут – и знают, что такое поле, и как пасут скотину! Хорошо, никто из Аваттов серьёзно не ранен…

– Подводная мерзость! – таркона перекосило. – Мастер, вели им заткнуться! Даже их голоса оскверняют наши уши! Ни у кого, кроме нас, нет тут жилищ и владений, – только люди Ликаны умеют строить города и делать оружие. Там, в горах, наши луга и охотничьи угодья. Прикажи демонам с молниями уйти оттуда!

– И этих, подводных, гони прочь, – поддакнули несколько «воинов». – Никакая нечисть не будет нам приказывать…

Гедимин стиснул зубы. Кстати пришёлся бы металлический лист, но ничего рядом не было – пришлось грохнуть кулаком о ладонь. Пальцы с отвычки заныли, но на берегу Оллья настала тишина.

– Вы совсем одичали под землёй, – процедил сармат сквозь зубы. – Да и я недоглядел. Теперь вы не одни. В воде – город Агва. В горах – город Аваттов. Не научитесь жить мирно – вас быстро перебьют. С вами уже много раз пытались говорить…

Он покосился на Агва. Тот хлопнул перепончатой ладонью по воде.

– Улитки – и те понимают быстрее! Им показали всё – и правильное плетение, и рыбные места. А они бубнят про осквернение и кидаются палками. А к Аваттам ещё дважды лазили. Воровали грибы, посевы с корнем выдирали. Даже шест с горшком украли! У них что, и горшков нет?!

Гедимин смотрел на тарконов – те стискивали зубы, как watarash под мелкими брызгами. «Не языковой барьер. Они понимают, что говорит Агва. Так же, как он понимает их речь. Барьер в голове. Они просто… «макаки» они просто! Как были, так и остались…»

– Мы собирали урожай на землях Ликаны! – ощерился таркон. – Если какая-то нечисть там засела, мы её выгоним. Это еда Ликаны!

– Ты меня слышишь? – Гедимину очень хотелось взять мутанта за шиворот и встряхнуть. – Там живут Аватты. Это их земля, их посевы и их урожай. Можешь поменять его на что-нибудь полезное, но будешь воровать – тебя сожгут на месте.

Взгляд «вождя» на миг прояснился. Тарконы озадаченно переглянулись и забубнили громче. Кого-то огрели древком гарпуна.

– Воровать? С наших земель?! Если демоны хотят послужить Ликане и растят что-то для нас, мы согласны не убивать их. Но пусть они не мешают собирать урожай! И пусть водяная нечисть уйдёт от наших сетей!

Гедимин стиснул зубы.

– Никто вам не служит. Аватты и Агва теперь здесь живут. Рядом с вами. Вы им тоже не нравитесь. Но придётся жить мирно. Сделать сети с крупной ячеёй. Закидывать их там, где водится крупная рыба. И к Аваттам ходить без оружия и ничего оттуда не тащить без их разрешения. Вам нужна еда и одежда? Могу спросить, что они хотят взамен. Может, что-то из дерева. Или рыбу. Будете мирно меняться – у вас всё будет. Полезете грабить – я вашу нору сам выжгу. Ещё ворья тут не хватало!

Таркон выпучил глаза. Все «воины» ошалело переглянулись, даже watarash зашевелились в траве, придвигаясь ближе. Агва в тростниках сердито фыркнул.

– И вот так каждый раз…

– Жить… с демонами? С водяной и горной нечистью? Меняться?! – таркон показал острые зубы. – Они не слушают слов и убивают нас, едва увидят!

– Хотели бы убить – убили бы всех, – Гедимин покосился на обожжённого грабителя. – Пока что они хотят мира. Если вы переделаете сети и прекратите лазить по чужим полям. Хватит болтать! Вам всё равно чинить сети. Пусть придёт тот, кто будет этим заниматься, – я покажу, как сделать правильно.

Он оглянулся на Агва. Тарконы сбились в плотную толпу, и слов за взволнованным шипением и чмоканьем было не разобрать.

– Скажи, какое должно быть плетение, и где тут правильные места для рыбалки? Я им сам разъясню, вас они слышат, и правда, как-то странно.

Агва, подплывшие к берегу, смотрели на него недоверчиво.

– Слушай тогда… Но им скажи – ещё раз увидим не те сети и там, где не надо – затопим их нору по самый выход. И острые палки им не помогут.

…После передела власти и барахла в Ликане «воины» взяли себе не всё – часть тряпья и «цацек» досталась и собирателям. Плетельщики сетей, как Гедимин и думал, были из этой касты, и они в нелепые споры не вступали – повторили за сарматом образец сети и, сложив ладони лодочкой и низко поклонившись, ушли в «нору». Watarash, подгоняемые окриками и древками гарпунов, расставляли буйки – контейнеры с привязанными к ним каменными «якорями» – по новым местам рыбалки. «Воины» вполголоса что-то бубнили, но с Гедимином уже не пререкались и при появлении Агва сжимали кулаки, но за оружие не хватались.

– Фильтры «Фудкома» больше не засоряются? – спросил сармат, когда последний буй был установлен, и watarash рысцой побежали к убежищу. «Воины», одетые более тепло и не промокшие, могли не спешить. Вообще у тарконов терморегуляция работала как-то «не по-людски» – они не дрожали, мурашками не покрывались, цвет не меняли, хотя под вечер температура перевалила через ноль и поползла ниже. «С утра озеро подмёрзнет,» – думал Гедимин. «Лёд они проломят – но лезть голышом в такую воду… Они всё-таки не сарматы!»

– Благословенный «Фудком» в добром здравии, – сухо ответил «вождь». – И дарит нам и еду, и приманку для лучшей еды. Но не проси нас делиться с демонами. Ты приведёшь сюда горную нечисть, или она сама придёт поклониться нам?

Гедимин подавил тяжёлый вздох.

– Завтра ты соберёшь троих толковых тарконов, и они без оружия пойдут со мной в горы. Есть что-то, что умеют делать в Ликане? Что-нибудь из дерева, костей, может, сушёная рыба? Ткань и верёвки… хотя – лучше не надо, они у вас негодные. Возьмите товары для примера. Я буду ждать у крепости.

Таркон приоткрыл острозубый рот.

– Ты, мастер-сармат, не пойдёшь в Ликану? Ты всегда ночевал у нас и чинил сломанное!

– А сегодня не хочу, – отозвался Гедимин. – Сами чините, руки у вас есть. Посплю на берегу.

Он отошёл от крепости подальше – на глинобитных стенах под покосившимися навесами толпились охранники, и все перебрались на ту сторону, с которой сармата было лучше видно. Сумерки уже сгустились, но тарконы не жаловались на ночное зрение, так что Гедимин ушёл туда, откуда его хотя бы не услышат.

Едва он шагнул на мостки, и ледок чуть хрустнул, из тёмной воды выглянул Агва.

– Много же у тебя терпения! Ну что, места они пометили. И сети вроде взялись плести. Как по-твоему, за ночь не передумают?

Гедимин пожал плечами.

– С «мартышками» никогда не знаешь. Передумают – затапливайте. Я их уговаривать не буду, мне одного раза хватило. Им мутация выела мозги, и свои мы не вставим.

Агва ухмыльнулся во все клыки.

– Будь по-твоему, Древний. Воды тебя запомнили – входи в них, когда хочешь. Но если соберёшься кого ловить – поговори сперва с Агва. Тебе и покажут, и помогут, только нашу работу не порть!

Гедимин мигнул.

– А вы живёте не толь…

Белесое пятно исчезло под водой. Агва уплыл и на плеск и треск на мостках больше не отзывался. Гедимин, покачав головой, отошёл от озера, устроился в стерне, уже покрытой инеем, поднял над стоянкой защитный купол. «Воды. Он не сказал, какие воды. Озеро Оллья – бессточное, но…» – он покосился на дозиметр – фон с последнего прохода вдоль берегов ощутимо повысился, и «светилась» именно вода. «Надо будет проверить все крупные водоёмы. В ручей Агва не влезет, но вот в южную реку… Интересно, до Тэкры они уже добрались? И как поладили с наннами?»

24.07.248 от Применения. Западная пустошь, Туманные горы, посёлок Ильхагга

Снег пошёл ещё до рассвета, но на равнине быстро прекратился, едва побелив траву. Стоило забраться ближе к сизой дымке над горами, на каменистые тропы, как с неба снова посыпалось. Гедимин поднял защитное поле над собой и тройкой мрачных тарконов. На одежду им, кажется, сбросились всем убежищем, – голая кожа ни у кого не торчала, замотали даже лица, сверху надели слоистые накидки, сплетённые из травы, и всю дорогу громко шуршали. Двое – из касты «воинов» – шли налегке, только с заострёнными шестами. Гедимин покосился на обожжённые концы палок, но промолчал. Судя по тому, что шест выдали и третьему, из касты «жнецов», это было не оружие – просто трость для скользких горных троп.

Подъём местами был крутым – даже Гедимину приходилось выпускать когти и подолгу ждать, пока за ним взберутся и трое мутантов. От помощи они отказались, на второе предложение – скрипнули зубами, и сармат оставил их в покое. Хотя можно было сунуть под мышку и идти спокойно. Особенно ускорился бы подъём «жнеца» – он тащил на спине все припасы и несколько вещей на обмен. В убежище выдали ему бочонок, серп с мелкими каменными вставками-«лезвиями» и деревянную кружку. Гедимин рассмотрел эти вещи, похмыкал, – сделаны они были лучше, чем он ожидал, особенно бочонок, полностью деревянный, с ивовыми обручами. В таких тарконы квасили рыбу и корни тростника, – соли для засолки в округе пока не нашли, хотя сармат подозревал, что в предгорьях она есть.

– Да шевелись ты, жалкий riipa! – раздражённо крикнул «воин», нагнав Гедимина и обернувшись на тропу. – Демоны уже близко! Будешь так ползти – схватят и утащат в скалу. А у нас нет даже дротиков, чтобы с ними биться!

– Лучше бы разгрузили его, – буркнул Гедимин. – Вы вдвоём идёте налегке. Возьми у него бочку и сам неси – пойдёте быстрее.

Он бы и сам прицепил к броне столь малый груз, даже не заметил бы тяжести, но что-то подсказывало, что этого делать не надо. Тарконов от его предложения перекосило.

– Мы – hantash! Для чего мы взяли этого презренного riipa – чтобы самим таскать мешки?

Гедимин поморщился.

– Ваши дела – это ваши дела. Хоть и дурь. Но чтоб ни Аваттов, ни Агва никто из вас не называл ни жалкими, ни презренными! И чушь про демонов и нечисть при себе оставьте. Они чище вас – хотя бы моются.

Таркона передёрнуло, и он, отвернувшись от «жнеца», ускорил шаг. Нагруженный таркон, казалось, не заметил ни окрика, ни спора, – он так и шёл, согнувшись и не глядя ни на «воинов», ни на сармата.

Скалы расступились, и Гедимин шагнул на тропу вдоль склона, расчищенную от крупных камней. На ней даже росла трава, хоть и полёгшая по осени, и кем-то пощипанная, – то ли пищухи забрались так высоко, то ли ящеры-белоноги паслись, где могли. Пара десятков шагов – и тропа вывернула на террасу, обложенную по краям разноразмерными булыжниками. Тут недавно было что-то посеяно, потом это скосили, а остатки запахали, – из комковатой земли торчали корни и соломины. Над первой террасой нависала вторая, более узкая, сбоку – ещё пара, – такие же полоски, недавно засеянные каким-то злаком. Гедимин вспомнил зерно в мешках у летних переселенцев, «посветил» сканером и еле слышно хмыкнул. «Да, этот аналог проса. Всё-таки посеяли, и успел вырасти. А интересные террасы, – дренажные слои, почвенная смесь со всей округи… И где-то у них компостные кучи – помёт тоже идёт в дело… А, вон, вижу одну – под соломенной циновкой.»

Циновку, прикрывшую компостную яму, придавили по углам камнями. Сквозь неё выходил пар – недавно закинули свежий навоз. Над террасами, там, где уже и трава не росла, виднелись острые соломенные крыши. Из глиняных лепных труб выходил пар, а с уступа доносились трескучие голоса, бульканье закипающей воды и тихий гул. Гедимин, навострив уши, узнал звук простого вращающегося механизма. «Гончарный круг?»

По скафандру сармата заскреблись чьи-то когти.

– Иди вперёд, – буркнул ему таркон-«воин» и попятился. – Ты, riipa! Иди за Древним!

Носильщик, съёжившись, обогнал угрюмых сородичей. Гедимин видел, как он пытается обойти их по широкой дуге, но на тропе между каменными оградками полей просто не было места. Сармат поморщился и перевёл взгляд на дымовые трубы. Тропа уже шла на подъём – тут, на склоне вообще было плохо с ровными участками – и из-за уступа скалы показались не только крыши, но и стены. Тут был десяток зданий, теснящихся на естественной террасе. Некоторые «врастали» друг в друга, одно прилепилось сверху на плоскую крышу. На узком «балконе» между ярусами лежало бревно с насечками-ступенями – кто-то поднялся в дом и втащил следом лестницу.

«Времянки,» – Гедимин скользнул взглядом по наспех слепленным стенам. В дело шло всё, от плитняка до коры и веток, – лишь бы «собрать» термоизоляцию, и она не упала жильцам на головы. Все постройки были невелики, невысоки, и даже филку, проходя в дверную арку, пришлось бы пригнуться. Вот арки выводили старательно – почему-то не полукругом, а трапецией, но ровно, и двери – пласты коры на тонких жердях – проёмы закрывали плотно. К жилым строениям (Гедимин отличал их по дымовым трубам) лепились пристройки с отдельными выходами. В большой (одной на весь посёлок и соединённой стенами сразу с двумя домами), похоже, держали ящеров – её и построили из плитняка, и жерди на крышу пустили крепкие. Узкие «башенки», в основном из веток и глины (но стены им сделали толстые), может, были складами – но из некоторых Гедимин слышал шорох. «А окна только там, наверху,» – он покосился на «второй этаж» длинного дома – широкая крыша прикрывала заодно и узкую «террасу» с бревном-лестницей, и в прорези в стене явно кто-то выглядывал. «А дыма-то нет, только пар. В Хессе тоже растёт Тунга? Или у них свои термоэлементы?»

Сканер он поднять не успел – в метре от ступни в камень ударила молния. Тарконы шарахнулись, носильщик едва не упал. В воздухе перед сарматом висел золотистый трескучий шар. Кожу под приподнятыми пластинами кололо тонкими иголками, по спине пробежали мурашки.

– Тихо! – Гедимин показал пустые ладони. – Я сармат. А люди со мной. Я за ними присмотрю.

За спиной сдавленно зашипели, но шар развернулся, приобретая гуманоидный облик. Аватт к зиме стал пушистее и светлее мехом – прибавилось бледно-жёлтого подшёрстка. Одежда как была чисто символической – пара тряпочек на бёдрах, зато с вышивкой – так и осталась. Гедимин видел краем глаза, как на верхней террасе встают ещё трое хесков, и как отодвигаются двери-щиты приземистых домов. «А потолка у них нет,» – мелькнуло в голове. «Крыша на балках, и всё. Иначе они и внутри ходили бы внаклонку. Строились в спешке…»

– Шеммат? – Аватт смерил Гедимина взглядом. – Древний? Повелитель говорящих камней? Народ воды нашёл тебя?!

Гедимин мигнул. За спиной заскрипели зубами, но оглядываться было некогда – из зданий, стараясь не выпустить за дверь тепло, выбирались поселенцы. Кажется, Гедимина ждали – и, что удивило его ещё сильнее, ему были рады.

– Мы видели твои камни и читали знаки, – один из Аваттов подошёл ближе. – И народ воды говорил – озеро тебя помнит. Мы оставили свои знаки на твоём камне – теперь тут наш город, Ильхагга. Было мало времени на красивые здания…

Аватт с сожалением махнул шестипалой рукой в сторону посёлка.

– Вы и так много успели за год, – сказал Гедимин. – И построиться, и обработать землю… Вам не холодно тут, в горах?

Аватт усмехнулся в усы.

– У нас бывало и холоднее. Зима ещё впереди. Гостевого дома у нас ещё нет, – если хочешь, зайди к нам, посиди у очага. Ты голоден с дороги?

Сармат покачал головой.

– Боюсь обрушить крышу. А чем вы топите очаги, что дыма нет? На равнине растёт Тунга, дерево с огненными листьями, но тут я его не видел.

– Тунга! – Аватт сдержанно ухмыльнулся. – Она росла и у нас – но она не любит холодных зим. А печи обычные – на кей-руде…

Из дальнего строения, откуда недавно доносился гул вращающихся деталей, выбрались двое в длинных фартуках и кожаных рукавицах, покрытых жёлтыми и чёрными пятнами. «Гончарная мастерская, как я и думал,» – Гедимин хотел было спросить о механизмах, об устройстве горна, о «кей-руде», но сзади громко скрипнули зубами.

– Древний, ты пришёл болтать с демонами? – прошептал кто-то из «воинов». Аватты навострили уши.

– Кто это с тобой? – спросил переговорщик. – Бледный народ с побережья? Опять пришли с мешками за чужим добром? Тебе-то мы рады, но им…

Гедимин шагнул в сторону, выгоняя тарконов из-за спины. Те втянули головы в плечи, ощерились.

– Чужим? Это были наши луга, пока вы не пришли, – быстро заговорил «воин». – И вас мы сюда не звали! Это всегда были наши травы и наши грибы, и дичь тоже…

Шерсть Аватта поднялась дыбом. Гедимин услышал тихий электрический треск – вся толпа разом распушилась и неприязненно оскалилась. Определённо, между хесками и тарконами никакого языкового барьера не было. «Излучение. Пульсация, настраивающая мозг. Но вот какая? Насколько тонкие настройки нужны, чтобы вкладывать информацию…»

– Тут нет дичи, – сказал Аватт. – Только звери, которых мы привезли. И грибов тут до нас не росло. И дикую траву вы не собирали – только созревший кунгу. Вы или дураки, или наглые воры. И об этом уже было сказано. Зачем вы опять пришли?

– Они раньше и в горы-то не поднимались, – пробормотал Гедимин, вспоминая глинобитные стены над убежищем. – Тут, и правда, ничего не росло – такого, чего нет на побережье.

– Эй! – таркон ощерился на сармата. – Это он нас привёл, этот чужак в чёрной броне! Он сказал – вы хотите мира с Ликаной. Вот мы пришли сюда без оружия. И мы не тронули ничего на на… ваших лугах. Даже не ступали на разрытую землю. Сармат, чего ты молчишь?!

Аватт повёл плечами, стряхивая трескучие искры, и удивлённо взглянул на Гедимина. Тот угрюмо сощурился.

– Ну да. Я тут вроде посредника. Эти… люди – тарконы из убежища Ликана. Я помогал Агва – народу воды – с ними договориться. Вроде вышло. Решил зайти сюда, в Ильхаггу.

– Договориться? – глаза Аватта стали ещё шире. – С бледными с побережья? И у Агва получилось?! Н-ну… пускай будет так. Ты их привёл, ладно. Чужого не брали, пришли с одними палками. Ну? Скажешь что-нибудь, таркон из Ликаны?

«Воин» неприязненно покосился на Гедимина и вытолкнул вперёд носильщика.

– У вас на нашей земле много еды, много вещей. Раз вы не отдаёте по-хорошему, мы согласны менять. У нас растут деревья, и мы умеем не только собирать кору и траву. Riipa, чего встал?! Покажи им вещи из Ликаны!

Носильщик, до того глазевший на гуманоидов, приоткрыв рот, вздрогнул и сбросил с плеч лубяной короб. Его руки тряслись, когда он ставил ближе к Аваттам бочонок, а на него – кружку. Рядом положил серп с каменными вставками.

– Вот что мы умеем делать, – «воин» наконец выпрямился и даже выпятил грудь. Аватты переглянулись. Кто-то взял кружку, кто-то повертел в руках серп. Двое постучали пальцами по бочонку, заглянули внутрь, проверили, плотно ли пригнаны клёпки.

– Что ж, дерево хорошее, и сделано крепко, – переговорщик сам постучал по бочонку. – И лес нам нужен – хорошая, просушенная древесина. Чтобы годилась на столбы и потолочные балки. У вас там, внизу, только тонкие деревья? Зрелых нет вовсе?

Таркона перекосило.

– Зрелые?! Сам-то пробовал срубить?!

Гедимин тяжело качнулся вперёд. «Они нормально говорить могут?»

– Ты же видишь и их серп, и их самих. Топоры у них тоже каменные. А руки хлипкие. Не намашешься.

Аватты переглянулись. С распушённых вибрисс посыпались искры, но шерсть дыбом не встала, – похоже, так у хесков проявлялось крайнее изумление.

– Каменные?! – Аватт, выпустивший было из рук серп, снова его ухватил и внимательно осмотрел. – То есть – все? Вообще все? А… что у них с кузницами случилось? Или в этих горах вовсе нет руды? Мы всё проверить не успели, но видели разные камни – тут есть железо, и меди немного сыщется…

– Железо?! – тарконы быстро переглянулись. «Жнец» отчего-то быстро замигал и съёжился. Гедимин подавил тяжёлый вздох. «Телекомп у них накрылся. Знаний о металлургии – никаких и ни у кого. Странно, что узнали слово «железо». Надеюсь, они не попытаются построить внизу домну. Тогда убежище точно схлопнется…»

– Кузнецов нет, – пояснил он, глядя, как Аватт рассматривает серп и «щупает» его вибриссами. – Рудокопов тоже. Живут, как умеют. Но бочки делать научились. И деревья кое-как валят. С едой вот у них…

«Воин»-таркон оттолкнул напарника и шагнул вперёд, старательно улыбаясь острозубым ртом.

– Если тебе нужны толстые деревья, демон, мы принесём их. Низшие касты расплодились на нашей еде – пусть отрабатывают! Но за такое дерево Ликана возьмёт большой мешок еды. А за тонкое – маленький.

Аватт, отложив серп, снова постучал по бочонку и оглянулся на соплеменников.

– Странно ты говоришь, белокожий. «Толстое» и «тонкое» – это сколько? И какие у вас мешки? И есть ли они? Как я погляжу, у вас шерсти нет – а одежда клочьями. Хватает ткани на мешки? Если наши заберёте – так у них своя цена есть. И какая еда? Зерно – одно дело, грибы – другое,мясо – разговор отдельный.

Второй таркон, толкнув первого, тоже подался вперёд и старательно улыбнулся.

– Вот и давай говорить. Ткань и шкуры тоже нужны Ликане. Мы делаем короба из коры, но одеваться в неё неудобно. Давай говорить! Какие деревья ты хочешь? Какие бочки?

– Железо! – перебил его первый. – Что вы хотите за железо? Нам нужны хорошие копья, хорошие ножи. У нас есть ещё товар на обмен, не только дерево и кора. Низшие касты очень расплодились! Мы готовы менять их – и riipash, и kinnash – но только на железо. Есть крепкие, здоровые мужчины, есть здоровые женщины с плодовитым чревом. Они будут работать в Ильхагге. Вот этот riipa…

«Воин» вытолкнул носильщика вперёд, согнул его руку в локте, пальцем разжал рот.

– Он сильный, крепкий, много поднимет. Умеет резать траву, искать острые камни. Я возьму за него два хороших железных копья. Не меньше!

Гедимин сжал кулаки. Сердце забилось чаще, в глазах по периметру начало темнеть – но пелена отступила, когда он увидел, как прижимают уши и скалятся все Аватты.

– Мы не продаём железо и не покупаем рабов, – бросил переговорщик. – Говорить будем только о дереве и кунгу. Принесите зерно на показ…

Один из Аваттов быстро ушёл в дом. К удивлению Гедимина, двинулся он не к полукруглым пристройкам, а к жилому «отсеку», – кладовые были где-то внутри.

Таркон оттолкнул, почти швырнул носильщика за спину и попытался широко улыбнуться.

– Не пустишь нас к очагу? Ты же видишь теперь – мы говорим мирно. Мы сядем у очага вдвоём и всё расскажем…

– Не пущу, – отозвался Аватт. – Пустил бы Древнего. Но речь-то о ваших делах, белолицый.

Его соплеменник вернулся из кладовой с небольшой корзинкой, сплетённой из соломы. Тарконы, увидев мелкие жёлтые зёрна, переглянулись и шумно сглотнули – злак «кунгу» они успели попробовать. «Они его хоть варили, когда наворовали? Или так, сырым грызли?» – мелькнуло в голове Гедимина. «Термоэлементы в убежище есть, посуда у них вроде тоже – но надо же ещё додуматься…»

– Кунгу растёт быстро, но полей у нас немного, – сказал Аватт. – И до весны он не взойдёт. Грибы растут весь год, но я слышал, что люди от них умирают.

Рядом с Гедимином зашуршало – это носильщик съёжился под накидкой и подался назад. Оба «воина» уже оглядывались на него, недобро скалясь.

– Вся пища с на… ваших лугов была вкусна, – сказал один из них. – И плоские штуки из маленьких домов тоже. Почти так же вкусны, как летающая рыба… хотя большой зелёный зверь – вкуснее. Нам нужна будет еда, чтобы кормить работников. И другая – чтобы кормить благословенный «Фудком». Ему нужно мясо, нужны кости…

Аватт шевельнул ухом.

– Посмотрим. Расскажи о деревьях у озера.

…Тарконы спускались из Ильхагги, чуть не приплясывая. Даже носильщик приободрился – может, оттого, что бочонок остался у Аваттов, а нести короб с зерном и сушёными грибами было легче. А может, оттого, что он рассчитывал на это зерно или грибы, – Гедимин то и дело видел, как он косится на «рюкзак». Сармату же хотелось лечь прямо на тропе и не просыпаться минимум сутки. Он чувствовал, как на коже засыхает испарина. «Внизу помоюсь,» – решил он. «Только отойду от Ликаны. Грёбаные работорговцы! Ну ладно, если я их сразу не выжег – теперь уж чего… Посмотрим. Может, отъедятся, пообщаются с соседями – поумнеют. Хотя бы Агва и Аватты – разумные существа…»

– Плохо, что демоны не делятся железом, – услышал он шёпот «воина».

– Плохо, что не вышло подослать к ним kinnash, – прошептал второй. – Они бы узнали все ходы в верхнем городе. Там, в каменных домах, много хороших вещей. Ничего, выждем, осмотримся. Узнаем, где они берут железо. Тогда Ильхагга тоже будет…

– Тогда я вернусь и взорву вашу нору, – угрюмо пообещал Гедимин.

26.07.248 от Применения. Западная пустошь, Туманные горы

Озеро «фонило». Гедимин, когда сверился с дозиметром, едва не передумал купаться – но отвращение от тарконов и их порядков пересилило опаску. Вода отдельно от озера была практически «чистой» – мощный источник ЭМИА– и ЭСТ-излучения появился на дне. Сармат догадывался, что это – вернее, кто. У Агва были свои пульсации, медленные, с трудом разделимые, но всё же опознаваемые.

Кронион, выслушав его, сдержанно хмыкнул.

– Теперь мы знаем, как отличить заселённый водоём от заражённого. Поделись информацией с центром, а то с ними река пытается общаться.

Гедимин мигнул.

– Река?! – ему вспомнилось «общение» с богом океана. «А у рек тут своё божество. Да ещё эти мицелиалы-Агва… Надеюсь, Айзек там не налажает!»

– Да, тут всё чересчур общительное, – проворчал биолог. – И радиоактивное. Но, что интересно, – их ДНК в твоих пробах практически нет. Не знаю, как им это удаётся, но отходов от них немного. Только излучение.

Гедимин хмыкнул.

– Правда? Хоть у кого-то нормальная выделительная система? А то даже у Аваттов… – он осёкся. Отходы в посёлке Аваттов выделяли в основном ящеры-белоноги. У Аваттов отхожее место было – одно на поселение, и очередей туда сармат не заметил…

– Положим, нормой называется то, что есть у большинства, – отозвался Кронион. – И мы, сарматы, в биологическую норму не вписываемся. Но сиригны и Агва вписываются ещё хуже. В наших озерцах, кстати, их нет. Да и озерца мелеют. Куэннские территории ползут на запад…

– Вы пробовали выйти на Куэннов? – Гедимин помрачнел. – Через саму станцию, например? Может, мы им не нравимся, а с квантовым зверьком они поговорят? Так скоро «Руту» накроет… и почему на запад, а не на восток?

– Мне тоже интересно,– проворчал биолог. – Но все общаются с «Эданной». А со мной – только ты. И нхельви – но они Куэннов сами боятся. И, кажется, сами думают идти на запад. Гиблые Земли скоро подсушат наши овраги, и ловить тут будет нечего.

– А «Эданна» ведь крупное существо, – вслух подумал Гедимин; ещё одна «деталь» от картины будущего климата легла на дно памяти вместе с вулканами и прекращением таяния ледников на севере и понижением уровня воды в Тэкре. – Если бы она сама вышла на связь с Куэннами или квантовыми… Может, ей бы объяснили понятно, а не как нам? Что тут вообще происходит, и что делать…

Кронион тихо вздохнул.

– Что происходит, что происходит… Постапокалипсис тут происходит. Кто может, пытается стабилизировать системы, остальным лучше бы не мешать. Поговори с центром. И со мной он планами не делится, и квантовая живность – не по моей части…

Гедимин угрюмо щурился, дожидаясь, пока на карте вслед за «Ларатом» загорится «Эданна». Отчитаться о новых поселенцах и их взаимоотношениях было нужно, но реакцию координатора Исгельта на «дипломатию» Гедимина сармат знал заранее. И вероятность, что ему расскажут планы «центра», тоже мог прикинуть. Поэтому радостно хмыкнул, услышав в наушниках голос Айзека.

– Гедимин, приём! Жив?! Исгельт был уверен, что ты на севере полезешь в вулкан. Я даже выдохнул, когда увидел тебя на юге… Да, жаль, что у северян попытка сорвалась. И непонятно, отчего активизировались вулканы. Хотя – и наш разлом снова трясётся. Только-только река начала заселяться…

– Разлом проснулся? – Гедимину тут же стало не до северян. – На юге или…

– По всей длине, – проворчал Айзек. – На юге он и не унимался. Но теперь дошло и до нас. Водяные хески говорят, что дно проседает. Для них хорошо, что река расширится. Но им от тряски не по себе.

Гедимин мигнул.

– Водяные хески? Такие? – он сбросил описание Агва вместе с пульсацией, обозначающей их присутствие. Айзек согласно хмыкнул.

– Значит, Агва? Любопытно, где они подобрали это название. Или случайное сходство… Это они, определённо. Общался с ними? Опять убирал экран? Эхе-хе… Вот мало тебе было эльфов?

Гедимин нахмурился.

– А как ещё с ними общаться? Хесского я не знаю, и кимеи не знают. Выучу, как смогу. А вообще – удобная ведь штука. Нам бы такую. Говорить с кем угодно, с любым новым видом. Она точно лучевая, осталось выделить пульсацию. Мне на ходу неудобно, и данных мало, – может, вы на станции займётесь?

– Я бы давно занялся, – отозвался Айзек. – Много интересных данных, и для хорошего атомщика полно работы. Надо бы тебе перестать уже слоняться по пустошам и вернуться на станцию. «Эданна» по тебе скучает. Да и я тоже. Вот только этот разлом…

– Да, – Гедимин помрачнел. – Дно проседает? А кора там тонкая? Континент не порвёт? Этот шов… он с самого начала какой-то ненадёжный.

В наушниках зашуршало. Вокруг значка «Эданны» вспыхнуло второе световое кольцо – в канал связи вошёл кто-то ещё.

– Меня на совет командиров опять не позвали? – услышал Гедимин насмешливый голос Исгельта. – Что у нас тут? Мирное соглашение между тарконами и двумя народами хесков? Позывной «Пустошь» ещё помнит, что входит в его обязанности, а что – нет?

– Исгельт, уймись, – хмуро попросил Айзек. – Он сейчас оборвёт связь – и ищи-свищи по континенту. Гедимин, Исгельт не имел в виду ничего плохого. Ты очень много работаешь, а дипломатия – дело нелёгкое. Возможно, тебе, и правда…

Гедимин фыркнул.

– А тут есть ещё желающие мирить тарконов с соседями? Мне лысые «мартышки» тоже не нравятся. Но вдруг поумнеют? Серым Сарматам, вон, на пользу общение с наннами и эльфами – сравни «Ксолат» и Йилгву…

Исгельт шумно вздохнул.

– По-моему, дело не в общении. Изначальные предпосылки… Ладно. Что сделано, то сделано. Сейчас важнее другое. Что с подземными мицелиалами и квантовиками? Ты вышел с ними на связь или нет?