Текст книги "Воины Пустошей Хаоса (сборник)"

Автор книги: К. Л. Вернер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 59 страниц)

Глава одиннадцатая

Когда Вульфрик пришел на тренировочную площадку, Кровавое поле было покрыто толстым слоем снега. Как же оно изменилось с тех пор, когда Вульфрик был здесь в последний раз! Столы, за которыми гуляли люди из Ормскаро, глубоко погрузились в снег. Над сугробами Вульфрик мог видеть только резной подголовник кресла конунга Виглундра. Где-то под этим белым одеялом осталось место, где к Вульфрику впервые приблизился Зарнат, где он услышал уверения шамана и поверил, что тот может снять проклятье.

Сигватр тогда был рядом, предостерегая друга от излишней веры словам курганина. Вульфрик гадал – если бы он знал, что его старый друг погибнет в битве за сокровище, которое было нужно Зарнату, хватило бы его любви к Хьордис, чтобы решиться на этот поход? Герой мрачно кивнул сам себе.

Да, он сделал бы это снова. Нет ничего, что он бы не отдал, лишь бы освободиться от проклятия, положить конец бесконечным скитаниям, что разлучали его с любимой. С тех пор как боги навлекли на него кару, он был подобен умертвию, существующему, но не по-настоящему живому, его сердце тосковало по вещам, которые проклятие сделало недоступными для него. Возможность снова жить стоила любого риска, любой жертвы.

Вульфрик уставился на покрытое снегом плато. Он видел возвышающиеся платформы и торчащие из снега столбы, образующие Волчий лес. Смертоносные пики у их подножия скрывались под снегом, но Вульфрик знал, что, и невидимые, они так же остры и смертоносны. Герой скривился, и дрожь страха пробежала у него по хребту. Последняя битва перед тем, как Зарнат снимет с него проклятие. Богам хватит злобной иронии заставить его умереть сейчас, когда он так близок к спасению. Его дух будет проклят, станет игрушкой демонов, которые будут мучить его до конца света, когда весь мир будет поглощен Кровавым Богом.

Герои заставил себя отбросить эти мысли. Его страх даст Свейнбьорну преимущество, возможно, единственное, которое нужно эслингу. Надо сосредоточиться на битве, которая состоится сейчас, а не свободе, которую он скоро вернет себе.

Свейнбьорн со своими хэрсирами ждал на дальней стороне Волчьего леса, их собралось почти двадцать человек. Эслинги надели тяжелые плащи, защищающие от холода, но Вульфрик знал, что под мехами у них будут доспехи. На этот раз люди Свейнбьорна были одеты не для пира, а для сражения. Вульфрик свирепо ухмыльнулся. Если эслинги хотят битвы – они получат битву. Он повернул голову и посмотрел на своих бывалых воинов. Он привел с собой на Кровавое поле почти всю команду. В Норске не было более опасных людей, чем отважные разбойники, выходящие в море на «Морском клыке»; каждый из воинов Вульфрика стоил двух воинов Свейнбьорна. Если князь задумал предательство, он привел с собой слишком мало народу.

Впрочем, у эслинга оставались и другие возможности. Неподалеку от Свейнбьорна и его хэрсиров стоял Виглундр с дюжиной своих ярлов и рабов. Как и эслинги, они надели доспехи, заткнув за пояса топоры и мечи. Но намного больше встревожил Вульфрика высохший от старости сарл в одеяниях из акульей кожи. Лицо старика, обрамленное раскрытыми челюстями капюшона из акульей головы, смотрело на Вульфрика единственным янтарным глазом, сверкавшим в центре лба. Это был Рундульфр, провидец Ормфелла. Вульфрик почувствовал, как ползут мурашки у него по коже, когда циклопический глаз провидца вперился в него. Пришел ли он, чтобы убедиться, что бои будет честным и в согласии с традицией, или Виглундр привел его, чтобы колдовством повлиять на исход поединка?

Вульфрик поймал себя на сожалении, что не взял с собой Зарната, чтобы противостоять заклинаниям Рундульфра. Герой обнажил клыки в мрачной улыбке.

Конечно, при условии, что шаман останется на его стороне. Вульфрику пришло в голову, что ровно так же, как он допускал возможность выведать тайну торквеса у другого колдуна, Зарнат мог помышлять об овладении «Морским клыком» без помощи Вульфрика. Воин покачал головой. Придется еще какое-то время доверять курганину. Но ом все равно будет приглядывать за шаманом.

– Вот идет похититель жен, – раздался голос Свейнбьорна, когда Вульфрик приблизился к толпе эслингов. – Я думал, ты снова, – князь повел рукой, – заберешься в свой корабль и просто уплывешь.

– В Ормскаро остался человек, которого мне еще надо убить, – сказал Вульфрик. – И Хьордис не твоя жена, эслинг. И никогда ею не будет.

Герой вытащил меч из ножен и рассмеялся, увидев, как глаза Свейнбьорна обратились к черепу, привязанному к рукояти. Конунг Торгальд считался среди эслингов великим воином. Увидев его череп среди трофеев Вульфрика, Свейнбьорн вспомнил о воинском мастерстве героя.

– Ты согласился уладить это дело в Волчьем лесу, – предупредил Виглундр. Пока конунг говорил, его воины сделали шаг вперед, держа топоры наготове. – Я больше не желаю слушать эту грызню.

Вульфрик пожал плечами и холодно посмотрел на конунга сарлов.

– Важно не то, где я убью этого гада, – сказал он. – Главное, что в Ормскаро больше не будет этой вони!

Он презрительно отвернулся от ощетинившихся эслингов и направился к обледенелой лестнице, ведущей к вершинам Волчьего леса. Хаукр поспешил за своим капитаном, держа в руке тяжелый щит южной работы. Он хотел было передать его Вульфрику, но тот отмахнулся и с насмешкой в голосе бросил в сторону Свейнбьорна:

– Отдай щит князю. Мне не понадобится. Сомневаюсь, что мне и меч-то пригодится. Этот несуразный червь, скорее всего, шмякнется на колья раньше, чем сделает второй шаг по лестнице.

Посмеиваясь над разозленным князем, Вульфрик с проворством обезьяны вскарабкался по обледенелой лестнице. Вскоре он уже стоял на узкой платформе, глядя на заснеженные столы. Человеку, привыкшему карабкаться по вантам корабля в штормовом море, Волчий лес не внушал страха. Интересно, может ли Свейнбьорн похвастаться такой же решимостью?

Вульфрик повернул голову и уставился на князя эслингов.

– Иди сюда, убийца мышей, или кровь в твоих жилах уже превратилась в воду?

Свейнбьорн свирепо взглянул на усмехающегося героя, но не двинулся с места. Усмешка искривила губы князя.

– Мне, князю, опускаться до драки с обычным морским разбойником? – засмеялся он. – Ты действительно такой же дурак, каким выглядишь!

Вульфрик оскалил клыки, сердито глядя на князя.

– Что за трусливые фокусы?

– Никаких фокусов, – ответил Виглундр. – Свейнбьорн бросил тебе вызов, но выбрал чемпиона, который будет представлять его в этой битве.

Глаза Вульфрика сузились от ненависти, когда он понял, как его обставили. Он перевел взгляд с ухмыляющегося князя на дальний край Волчьего леса. Платформа содрогнулась, когда огромная фигура стала взбираться по лестнице.

– Я бы послал собаку, – рассмеялся Свейнбьорн, – но не нашел ни одной достаточно паршивой, чтобы могла встретиться с тобой.

Рука Вульфрика крепче сжала рукоять меча. Он заставит двуличного князя проглотить эти слова, когда запихнет череп его чемпиона ему в глотку!

На другом конце поля битвы воин эслингов закончил подъем. Даже Вульфрику редко приходилось видеть более грозного человека. Воин был огромного роста, почти как тролль. Голые руки бугрились такими мышцами, что даже не могли свободно висеть по бокам, оттопыриваясь от тела. На широкой груди красовался нагрудник из почерневшей стали, поверхность которого была изрыта шрамами прошлых сражений. От пояса до колен его прикрывала кольчужная юбка, к которой крючьями крепились высушенные человеческие уши. Наколенники из полосок чешуйчатой кожи – жесткой синей шкуры убитого дракона. Железные сапоги, украшенные изогнутыми когтями, защищали ноги, голенища и подошвы украшали острые шипы, так чтобы воин мог устоять даже на самой коварной почве. На голове его красовался богато украшенный бронзовый шлем с загнутыми вверх рогами. Сквозь забрало шлема Вульфрик видел два пылающих зеленых глаза, жадно следящих за ним.

Охваченный необъяснимым ужасом, Вульфрик вытащил второй меч, висевший в ножнах на бедре, и ступил на заснеженные столбы. Держа по клинку в каждой руке, он осторожно вышел в Волчий лес.

Не успел он сделать и нескольких шагов, как глаза чемпиона Свейнбьорна из зеленых превратились в красные. Металлический вой прорвался сквозь стальную маску шлема эслинга, когда огромный боец запрокинул голову к зимнему небу и взревел. Затем он побежал по столбам к Вульфрику с безрассудным пренебрежением к равновесию. Все, что имело значение для бесстрашного чемпиона, – приблизиться к врагу.

Вульфрик подобрался в ожидании атаки. Наблюдая, как эслинг прыгает со столба на столб, он почувствовал, как его сковывает страх. Было что-то неправильное, что-то ужасно неестественное в этом бойце, что-то ненормальное, от чего даже у норса мурашки побежали по коже. Когда эслинг приблизился к нему, Вульфрик увидел руны, горящие на почерневшей стали его массивного двуглавого топора, руны ускользающих звуков Темного наречия – языка демонов и чародеев.

Огромный берсерк не колебался, добравшись до Вульфрика, он со звериным рычанием обрушил на него топор. Вульфрик заблокировал смертоносный удар, поймав летящее лезвие скрещенными мечами. Эслинг обладал воистину титанической силой: Вульфрик чувствовал, как топор продавливает хватку его клинков, как дрожь пробегает по его рукам. Колени героя подогнулись под натиском берсерка, несмотря на напряжение всех мышц тела.

Пылающие глаза эслинга горели в тени забрала, безумное бормотание доносилось из-под стальной маски. Отблески огня плясали на рунах в топоре берсерка, оружие окутывал пар. Хор голосов вцепился в мозг Вульфрика, шепот безумия раздувал огонь страха, растущий в душе героя. Он чувствовал, что падает в черную бездну, в царство ужаса, из которого нет выхода.

Нечеловеческая сила эслинга продолжала давить на Вульфрика. Из последних сил герой пытался удержать убийственное лезвие топора и не дать ему вонзиться в грудь. Он чувствовал, как демонический топор берсерка крошит лезвие его меча, впивается в закаленную сталь. Дюйм за дюймом, секунда за секундой; Вульфрик понимал, что чемпион Свейнбьорна сокрушает его.

Перед мысленным взором героя промелькнул образ торжествующего Свейнбьорна, несущего Хьордис в свои покои, и похоть запечатлелась на ухмыляющемся лице князя. Он видел, как старый Виглундр потирает руки, жадно смеясь в предвкушении выгодного союза эслингов и сарлов. Он слышал, как боги смеются, потешаясь над неудачей Вульфрика, забирая к себе его проклятый дух.

Губы Вульфрика скривились в усмешке. Багровая ярость вспыхнула в его сознании, сжигая шепчущие демонические голоса. Сила, порожденная яростью, заполнила его члены. С ревом он надавил на топор берсерка, все его тело устремилось вверх, вложив каждую каплю силы в сопротивление.

От этого натиска берсерк отшатнулся назад, размахивая руками и пытаясь удержать топор. Вульфрик прыгнул за ним, рискуя с любым неверным шагом оказаться на заснеженных кольях. Прежде чем эслинг успел опомниться, меч Вульфрика сверкнул, рассекая кости и сухожилия, и окрасился алым. Вопль боли прокатился над Волчьим лесом, когда Вульфрик отсек запястье берсерка, – отрубленная кисть все еще держалась за рукоять чудовищного топора.

Но боль не сломила чемпиона эслингов, более того, казалось, рана придала ему сил. Оставшейся рукой он поднял второй массивный топор и рубанул им, словно чудовищной косой, по голове Вульфрика. Герой нырнул под это крыло смерти. Он присел на корточки и не успел перевести дыхание, как огромный топор понесся назад, гораздо ниже, чем прежде.

Вульфрик отважно перепрыгнул через лезвие. Он содрогнулся всем телом, почуяв под ногами верхушки столбов. Какое-то ужасное мгновение он балансировал на грани гибели, пытаясь восстановить равновесие.

Берсерк снова взмахнул топором, пытаясь воспользоваться преимуществом. В последний момент Вульфрик увернулся от удара, перенеся свой вес влево и уперев обе ноги на одном столбе.

Топор врезался в столб, на котором только что стоял Вульфрик, лезвие глубоко увязло в дереве. Эслинг изо всех сил пытался вырвать топор, забыв на мгновение о противнике, который едва ускользнул от него.

Вульфрик не дал берсерку времени осознать свою ошибку. Переступив с ноги на ногу, герой вонзил оба меча в протянутую к топору руку эслинга. Он почувствовал, как под ударом треснула кость, увидел, как из ужасных ран хлынула кровь. Освобожденный топор выпал из ослабевшей хватки берсерка и зарылся в снег.

Эслинг отшатнулся. Из-под забрала берсерка донеслись безумные звуки, шипастые сапоги царапали столбы, когда он запрыгал прочь.

Вульфрик воспрял духом. Когда демонический топор исчез, ужас, охвативший героя, испарился и гул безумных голосов в голове умолк.

– После того как убью тебя, я оскоплю твоего князя, – прошипел Вульфрик эслингу.

Именно высокомерная самоуверенность в голосе героя, а не его слова заставила берсерка поднять бронированную голову и уставиться на противника с чем-то похожим на любопытство. Из-под шлема эслинга донесся искаженный голос:

– Фрейнир… убить… резать… рвать… уничтожить, – прошипел эслинг.

Услышав голос берсерка, Вульфрик отступил. Фрейнир был великим вождем эслингов, человеком, чья плоть была отмечена милостью богов. Он водил своих людей в Пустоши, охотясь за племенами курган и грабя древние дольмены зверолюдов. Может ли этот безумный ублюдок оказаться тем героем?

Эслинг свирепо уставился на Вульфрика. Он хлопнул себя по груди окровавленной рукой.

– Фрейнир… Фрейнир, – повторял он.

Каждый раз, когда он произносил свое имя, голос берсерка становился все более отчетливым и яростным. В то же время его кровоточащая рука пульсировала, вздуваясь и пузырясь, словно кипящая овсянка.

– Фрейнир! – возопил эслинг в последнем вопле первобытной ярости. Его пузырящаяся рука расщепилась, плоть сползла, обнажив влажный коготь, похожий на ногу гигантского паука. Костяные шипы рябью покрывали окровавленную конечность, подергиваясь и пульсируя в такт дыханию эслинга.

Вульфрик в ужасе уставился на хохочущего мутанта. Если он когда-то и был Фрейниром, то боги потеряли его где-то по дороге, как сломанную игрушку. Из могучего Избранного, отмеченного благосклонностью богов, он превратился в безумную тварь, в презренного Отверженного с выродившимся разумом и телом. Каким обманом Свейнбьорн вывел это чудовище из той глухой пещеры, в которой оно пряталось, какие его обещания смогли всколыхнуть разум одичавшего маньяка?

Отверженный бросился на Вульфрика, полоснув блестящим когтем героя по шее. Вульфрик уклонился в сторону, зарычав от боли, когда шипы на сочащейся кровью конечности рассекли ему щеку. Он мстительно занес один из своих мечей, нанося удар по мутировавшей руке. Грязно-коричневый пар вырвался из раны, брызнул ему в лицо и ослепил глаза.

Ничего не видя, Вульфрик замахнулся на своего врага выбирая направление атаки по отвратительному запаху Отверженного. Он ухмыльнулся, почувствовав, как один из его клинков вонзился в тело эслинга с сочным хрустом В следующее мгновение тело героя взметнулось в воздух отброшенное мощным ударом когтя мутанта.

Вульфрик стиснул зубы, ожидая в любой момент ощутить смертельное прикосновение кольев, пронзающих плоть. Он ударился с такой силой, что дыхание вырвалось из легких. После сокрушительного удара когтем и не менее сокрушительного падения он чувствовал, что его конечности болтаются в воздухе. Против всех ожиданий, он упал на один из столбов. Прежде чем соскользнуть с него, Вульфрик обхватил шест руками и ногами.

Он видел словно сквозь кровавую пелену, но, по крайней мере, хоть какое-то зрение к нему вернулось. Вульфрик с трудом вскарабкался на столб. Один из его мечей выпал из руки, но другой он держал так крепко, что чувствовал, как рукоять впивается в ладонь. И хотя оружие мешало ему подняться, он не выпустил меча. В отличие от Отверженного, он не мог вырастить себе новое оружие.

Безумное бормотание и отвратительная вонь падали предупредили Вульфрика о приближении врага. Проворно перепрыгивая со столба на столб, Отверженный направился к нему, паукообразный коготь нетерпеливо подрагивал при каждом шаге мутанта. Вульфрик слышал, как Свейнбьорн и хэрсиры эслингов подбадривали монстра, призывая его уничтожить врага.

Несмотря на холодный пот, капающий со лба, Вульфрик заставил себя ждать подходящего момента, пока Отверженный подойдет поближе. Краем глаза он видел, как мутант отклоняется назад, занося свою ужасную конечность для смертельного удара. Безумное бормотание, доносившееся из шлема эслинга, превратилось в хихиканье, идиотское ликование слабоумного ребенка.

Взревев, Вульфрик крутанулся вокруг столба и повернулся так, чтобы оказаться лицом к лицу с Отверженным. Меч героя выскользнул, как язык дракона, рассекая лодыжку эслинга. Враг Вульфрика встревоженно заныл, кровоточащая культя бешено задергалась в воздухе. Затем мутант опрокинулся, утратив равновесие, и изувеченное тело рухнуло вниз. Тошнотворный хруст достиг ушей Вульфрика, когда тело Отверженного пронзили колья.

Вульфрик улыбнулся и стал взбираться на столб, который обнимал, наслаждаясь разочарованными проклятиями людей Свейнбьорна. Князь устроил хитрую ловушку для ненавистного соперника. Но теперь ему придется расплачиваться за свой промах.

Внезапно тон вражеских голосов изменился, вместо проклятий раздались громкие ободряющие крики. Вульфрик заставил онемевшие руки сделать отчаянное усилие, чтобы взобраться к верхушке столба. Одновременно он изо всех сил брыкался, пытаясь зацепиться ногами за соседний столб. Его сапоги скрежетали по обледенелому дереву, но сила тяжести заставила его соскользнуть ниже. Согнув колени, Вульфрик снова обнял столб и оттолкнулся ногами. Что-то хлестнуло его по сапогам и попыталось обвиться вокруг его лодыжки.

Вульфрик оттолкнулся и наконец смог зацепиться ногами за второй столб. Его тело повисло между двумя столбами, и воин рискнул бросить взгляд вниз. Зрелище оказалось отвратительное. Тело Отверженного было пробито дюжиной кольев, сила падения была такова, что колья даже пробили насквозь броню. Зеленое пятно расползалось по снегу вокруг эслинга, жар ихора заставлял снег шипеть. Из ран мутанта высунулись длинные отвратительные щупальца, которые в безумной жажде пытались нащупать противника. Рваная дыра в броне Отверженного там, где следовало быть ребрам человека, обнажила зубастую пасть, пускающую слюни. Зазубренный язык вылетел из ужасного рта и лизнул столб, за который Вульфрик держался руками. На дереве остался глубокий шрам.

Герой отвернулся от ужасного существа. Крепче обхватив ногами столб, Вульфрик собрал все силы, какие только у него оставались. Он оттолкнулся и отпустил руки, пытаясь закрепиться на соседнем столбе Зазубренный язык Отверженного снова протянулся к столбу и на этот раз начисто срезал его. Вульфрик скривился, осознав, насколько близок был к тому, чтобы рухнуть вместе с ним.

Присев на верхушке столба, чувствуя, как тот раскачивается и дрожит под его тяжестью, Вульфрик посмотрел на Волчий лес. Он был почти в центре поля боя, одинаково далеко от обеих платформ. Если он доберется до платформы, с которой эслинг сошел на поле брани, он окажется вне досягаемости языка мутанта и хлещущих щупалец, которые в неимоверном количестве порождала разорванная плоть мутанта. Там можно будет почувствовать себя в безопасности.

Герой бросил взгляд на глумящегося Свейнбьорна и оскалил клыки. Он не доставит князю удовольствия своим отступлением.

Вульфрик снова уставился на чудовище, насаженное на колья.

Отверженный изо всех сил пытался освободиться, его щупальца обвивались вокруг бревен, используя их как рычаг, чтобы снять тело с кольев. Через несколько минут мутант будет свободен.

Вульфрик не собирался давать эслингу столько времени. Издав свирепый боевой клич, сжав обеими руками рукоять меча, герой спрыгнул со своего ненадежного насеста. Его сапоги врезались в извивающееся тело Отверженного, снова насаживая мутанта на колья, проливая на снег еще больше ихора. Эслинг повернул голову, свирепо что-то заклокотав под шлемом, пылающие глаза уставились на человека, вставшего ему на грудь.

Высоко подняв меч, Вульфрик опустил лезвие, рассекая рогатый шлем Отверженного и пронзая череп под ним. Извивающееся тело у него под ногами задергалось, потом затихло.

Победитель стер ихор врага со своего лица. Осторожно сошел с мертвого мутанта, выбирая проход между кольями под Волчьим лесом. Он зло оторвал полоску меха от плаща и начал вытирать кровь и осколки кости с меча. Вульфрик хотел, чтобы лезвие было острым, когда вонзится в живот Свейнбьорна

Князь эслингов больше не злорадствовал. Когда он отступал за спины своих бронированных хэрсиров, в глазах его плескался страх. Его телохранители тоже не чувствовали уверенности, берясь за топоры. Не было среди них человека, который не видел бы прежде чудовищные боевые навыки Фрейнира. Перспектива встретиться в единоборстве с воином, способным убить Отверженного, выглядела самоубийством. Никто из сражавшихся за князя эслингов не хотел умирать за него.

Сарлы Виглундра выстроились между эслингами и приближающимся Вульфриком. Старый конунг стоял между стражниками, жестами пытаясь успокоить разъяренного героя.

– Ты показал цену своих притязаний на мою дочь, – произнес Виглундр. – Чемпион Свейнбьорна повержен. Нет нужды в дальнейшем кровопролитии.

Вульфрик плюнул на снег под ногами Виглундра.

– Нет, будь оно все проклято, – прорычал он, не сводя взгляда с бледного лица Свейнбьорна.

– Ты победил, Вульфрик! – сказал Виглундр. – Хьордис твоя!

– Она давно моя, – поправил его Вульфрик. – Ты отдал ее мне своим обещанием. Прочь с моего пути, змееуст! – рявкнул он на конунга. – Я уже почти готов убить тебя вслед за этим подонком-эслингом. Не искушай меня еще больше!

– Это положит начало войне, – сказал Виглундр. – Эслинги будут мстить за своего князя.

– Пусть попробуют, – сказал Вульфрик.

Герой прошел мимо Виглундра, и в его глазах вспыхнул страшный свет. Воины конунга взволнованно отступали с его пути. Экипаж «Морского клыка» наблюдал за капитаном с другой стороны поля, не зная, обрадует его их поддержка в битве с эслингами или он проклянет их за ненужное вмешательство.

Виглундр семенил за героем.

– Ормскаро не выстоит против эслингов, – испуганно шипел он. – Даже без Торгальда и его воинов они слишком сильны.

– Для тебя, – усмехнулся Вульфрик, не сводя глаз со Свейнбьорна – Не для меня. Я уже сражался однажды с этими шавками. Сражусь еще, с превеликим удовольствием.

– В этом нет необходимости, – настаивал Виглундр. – Нет причин заставлять их сражаться.

Вульфрик повернул голову и посмотрел в лицо конунга презрительно фыркнув при виде страха и отчаяния, написанных на лице Виглундра.

– Беззубый волк не должен вести стаю, – сказал он. – Может быть, я убью тебя, когда закончу со Свейнбьорном.

– И кто же тогда защитит мою дочь? – спросил Виглундр, и в его голосе прозвенела злоба.

Вульфрик взмахнул мечом перед лицом конунга.

– Ты смеешь…

– Мне сказали, ты должен уплыть, – перебил его Виглундр. – Еще одно путешествие, прежде чем магия курганина освободит тебя. Как долго ты будешь скитаться? Как долго боги будут удерживать тебя вдали от Ормскаро после того, как ты обманешь их? День? Неделю? Дольше? И кто помешает эслингам разорить это место, как только твой корабль выйдет из гавани?

Медленно, нехотя Вульфрик опустил меч. Он холодно улыбнулся Виглундру.

– Твои слова, как всегда, ядовиты.

– Они всего лишь правдивы, и ты это знаешь.

Герой заскрежетал клыками, содрогаясь от ярости. Виглундр прав. Не было никакой возможности точно узнать день возвращения, не было способа защитить Хьордис в свое отсутствие. Он не знал, в какое странное место Зарнату нужно попасть, чтобы сотворить свою магию, но готов был поспорить, что это не то место, куда стоило брать невесту.

Он должен освободиться от проклятия. Только тогда он сможет защитить Хьордис и королевство, которое вырвет из рук Виглундра. А до тех пор ему придется отложить свою ненависть. Оставить в стороне, но не забыть.

– Благодари конунга сарлов за свою жизнь, – прорычал Вульфрик Свейнбьорну, прячущемуся за спинами хэрсиров.

Герой вбросил в ножны меч и повернулся спиной к эслингам.

– Чтобы духу вашего здесь не было, когда я отплыву, – сказал он уходя. – Не то я могу решить, что Торгальду одному скучно.

Вульфрик зашагал к своей команде, и его голос превратился в рев.

– Найти Зарната! – приказал он. – Приведите ко мне этого курганского жаболиза!

У него были вопросы к шаману, вопросы, на которые тому хорошо бы иметь ответы, или Вульфрик спустит с него шкуру дюйм за дюймом.

– Я насажу голову этой морской крысы на пику и оставлю Богу-Ворону! – орал в бешенстве Свейнбьорн, и голос его эхом отражался от голого камня стен. – Никто не смел угрожать мне и остаться после этого в живых!

Виглундр покачал головой, наблюдая, как князь эслингов расхаживает взад и вперед по залу королевского совета.

– Этот ковер привезли из эстальского замка. Я был бы признателен, если бы ты его не стаптывал.

Свейнбьорн прекратил метаться. Он уставился под ноги, заметив синий ковер, расстеленный на полу. Нахмурившись, князь направился к трону Виглундра.

– Не думай, будто я забыл твою роль во всем этом! – закричал эслинг.

– Какую роль? – сказал Виглундр, в его тонком голосе проскрежетала угроза. – Найти человека, который бы убил конунга Торгальда для тебя?

– Торгальд мертв, – отрезал Свейнбьорн. Вульфрик сделал то, что от него требовалось. Теперь пришло время избавиться от пса!

Князь обвел руками маленький зал и его немногочисленные украшения.

– Посмотри на себя! Прячешься здесь, пока он рыщет по твоему дворцу! Можно подумать, он уже конунг сарлов!

В ледяной глубине глаз Виглундра вспыхнул гнев.

– Вульфрик никогда не наденет мою корону, – заявил конунг.

Свейнбьорн положил руку на подлокотник трона Виглундра и наклонился к правителю.

– Тогда останови его! – потребовал князь. – Пока этот человек дышит, между нашими племенами не будет союза!

– Остерегись, Свейнбьорн, – предупредил гостя Виглундр, сбрасывая руку эслинга с трона, будто отмахиваясь от назойливого насекомого. – Я уже избавился от одного эслинга, угрожавшего моим планам.

Свейнбьорн отошел, погрозив конунгу пальцем.

– Не я угроза этому союзу. А Вульфрик.

– Я разберусь с ним, – заверил князя Виглундр.

– Как? – требовательно спросил Свейнбьорн.

– Да уж всяко не вызывая его с Отверженным, – сказал Виглундр. – Этот человек убивал великанов и демонов. Неужели ты думаешь, что легко сыскать чемпиона, которого ты сможешь против него выставить и победить?

– Тогда что? Магия?

Виглундр покачал головой.

– Мои чародеи уже применяли против него магию. Какими бы пытками я им ни угрожал, они отказались пытаться дальше. Рундульфр говорит, что из-за проклятия богов Вульфрик неприкасаем. Любой колдун, который убьет Вульфрика своей магией, унаследует это проклятие. Даже провидец не хочет, чтобы боги разорвали его душу на части.

Конунг рассмеялся, увидев, как Свейнбьорн в отчаянии стукнул кулаком по стене.

– Ты и вполовину не так умен, как воображаешь, – усмехнулся Виглундр. – Мы не можем открыто бросить ему вызов и не можем использовать магию. – На лице конунга появилась жестокая усмешка. – Значит, остается убийство.

Свейнбьорн усмехнулся, услышав это предложение.

– Даже если мы найдем среди наших людей такого храбреца, у него ничего не выйдет. Этот Вульфрик – демон с глазами на затылке. Он никогда не подпустит нашего убийцу достаточно близко.

Улыбка Виглундра стала шире.

– Один из моих людей готов выполнить эту работу, и Вульфрик подпустит его достаточно близко. Замышляя убийство, выбирай в палачи того, кому жертва уже доверяет. Конунг кивнул на окованную железом дверь во внешней стене комнаты.

– Будь добр, впусти нашего друга.

Свейнбьорн пересек комнату неуверенными шагами. Он держал одну руку на топоре, когда потянулся к кольцу, чтобы открыть тяжелую дверь. Увидев стоящего на пороге, князь выругался и попятился, вытаскивая оружие из-за пояса.

– Ты! – прорычал эслинг, свирепо глядя на вошедшего в зал человека.

– Держи себя в руках! – приказал эслингу Виглундр. – Этот человек здесь по моему приказу. – Конунг поднялся с трона и шагнул вперед, чтобы поприветствовать прекрасноликого хускарла. – Прости Свейнбьорна, – промолвил конунг. – Его гордость все еще уязвлена оскорблением, нанесенным вашим капитаном. Заходи, Брондульф. Нам надо многое обсудить.

Брондульф поклонился и вошел в зал совета, закрыв за собой тяжелую дверь. Хускарл держал руку на рукояти меча и подозрительно поглядывал на князя эслингов.

– Ты желал меня видеть, государь?

– Именно, – сказал Виглундр, жестом приглашая Брондульфа следовать за собой через комнату. Он положил руку на широкое плечо воина и одновременно бросил предостерегающий взгляд на Свейнбьорна, но этого хускарл не заметил. – Нам с тобой надо о многом поговорить. Давай начнем с моей дочери…