Текст книги "Кодекс Практика. Тетралогия (СИ)"
Автор книги: Артем Сластин
Соавторы: Игорь Маревский
сообщить о нарушении
Текущая страница: 59 (всего у книги 75 страниц)
Глава 6
Его слова о том, что он сделает из меня величайшего воина, даже если ему придётся избить меня до полусмерти, не выходили у меня из головы всё то время, пока я делал то, что он велит, раз за разом сосредотачивая внутри тела ци и прогоняя её через руку, а затем резким импульсом сбрасывая через деревянный меч. Сломал несколько деревяшек, но у меня вроде что‑то начало получаться.
Я развернулся к мастеру, всё также стоящему неподалёку со скрещенными на груди руками, чтобы отрапортовать о том, что до меня наконец дошло, что нужно делать, как он внезапно оказался рядом. Молча, без слов, причём не подошёл, не прыгнул, а словно телепортировался, вновь демонстрируя запредельную скорость.
Его рука сомкнулась на вороте моего ханьфу, он присел, а затем подпрыгнул вместе со мной в воздух и лишь на высоте, наверное, этажей двадцати, у него под ногами появилась опора в виде поверхности летающего меча.
Я даже не мог говорить, потом что в ушах свистел ветер, и он же старательно вбивал мне в глотку слова, которые я пытался выплюнуть, и задать вопрос, о том, что чёрт побери вообще происходит.
Единственное что я заметил, это то, что летим мы к тем же самым горам, где недавно сражались с орланом, вместе с мастером Чэном. Вернее, он сражался, а я пытался выжить.
Всё бы ничего, но проблем доставляло то, то ветер на высоте был буквально ледяным, выдирая тепло из тела, потому что мы забрались значительно выше, чем при полёте с мастером Чэном, а всё что я мог делать, это болтаться в хватке магистра словно тряпичная кукла, судорожно хватаясь при этом за его запястье, пытаясь хоть как‑то облегчить давление на шею.
– Мастер Ши! – наконец сумел прокричать я, отвернув лицо от ветра после особо сильного рывка. – Что происходит? Куда мы летим?
Ситуация была очень странной, впрочем, как и поведение мастера. Он вообще не смотрел на меня, не реагируя на мои трепыхания и попытки разжать стальные тиски его пальцев. Его взгляд был прикован к одной из одиноко стоящих горных вершин, возвышающейся чуть в отдалении от своих собратьев. Он что‑то прошептал, и меч, повинуясь безмолвному приказу, полетел к этому скальному пику. Через несколько минут мы зависли над небольшим плато, будто огромной рукой вырубленной прямо в склоне горы. Оно было всё заросшее соснами и вдобавок засыпано снегом, сыплющимся с вершины. Учитывая, что тёмный практик прорубил себе убежище в склоне горы, не удивлюсь, если это на самом деле сделано руками человека.
Магистр Ши поднял свою руку вверх, развернул меня к себе лицом, подвешивая над пропастью.
– Ты, – спокойным голосом, не вяжущимся с обстановкой, начал говорить он, – сам согласился стать моим учеником. И сейчас я преподам тебе первый урок. Самый важный урок в твоей жизни. Я знаю множество методов, чтобы заставить тело и дух расти. Бесконечные повторения стоек, укрепление тела, медитации, пилюли, наставления… Но всё это для слабаков. Настоящий метод, который действительно превращает человека в воина – это смертельная опасность. Только на грани жизни и смерти, когда каждая клеточка твоего тела кричит от ужаса, а разум отключается, уступая место инстинктам, происходит настоящий рост. Всё остальное – лишь подготовка к этому моменту.
Он сделал паузу, и моё сердце пропустило удар, потому что я знал, что он скажет дальше.
– Постарайся выжить.
Его пальцы разжались, а я полетел вниз.
Первые секунды я просто падал, не в силах даже кричать. Ветер, словно сорвавшийся с цепи, опять ворвался в рот, раздирая горло, и выбивая из лёгких остатки воздуха. Мир вокруг меня превратился в безумную карусель, проносящуюся мимо с невероятной скоростью. Я кувыркался в воздухе, радуясь тому факту, что не стал завтракать, иначе сейчас бы ещё орошал всё вокруг себя.
А потом я наконец начал думать. Перестал кувыркаться, раскинул руки и ноги, стабилизируя падение, и перевернулся лицом вниз. Земля была уже совсем близко и у меня было от силы десять секунд.
Как иронично. Прямо как при падении из офиса Квантума, только на этот раз, я не вспоминал прошлое, а лихорадочно перебирал в голове все варианты. Но мелькнувшую мысль о том, что если сейчас разобьюсь всмятку, то что произойдёт? Вернусь на Землю? Или снова окажусь в другом мире? Но мысль была действительно мимолётной и несвоевременной, поэтому она вильнула хвостом и исчезла, оставив меня с проблемами наедине.
Меч? Но я не умею летать на нём, да даже если такой функционал у Обезглавливателя и есть, сейчас заблокированный, то мне это никак не поможет. Стойки, которым меня учил мастер Чэн? И чем мне пригодится умение двигаться как Крадущийся Тигр или Затаившийся Дракон? А стойка Журавля, хоть и относится к птицам, не даёт навыка полёта.
Оставалось только одно – использовать собственное тело, тело практика. Тело, которое, как я уже успел убедиться, было гораздо, гораздо крепче, чем у обычного человека. Если уж на Земле пилоты самолётов, или парашютисты, врезающиеся в землю, оставались живыми, то у меня шансы явно были повыше. Тем более я вспомнил слова Кодекса о моей регенерации и способности выживать при травмах, несовместимых с жизнью. Похоже, пришло время проверить это на практике.
Главное, не упасть на скалы, или лёд, потому что там ничего не поможет. А вот если рухнуть в снег, то шанс есть, пусть и крохотный.
Что объединяло все истории, которые я слышал на Земле? Выживали обычно те, кто был максимально расслаблен или без сознания. Те, кто не успевал достаточно испугаться. С этим конечно были проблемы, потому что я откровенно был в ужасе!
Я максимально расслабился и постарался напитать мышцы ци, чтобы они были более готовы к удару, действуя по наитию.
Земля стремительно неслась мне навстречу, я отметил, что вроде падаю довольно удачно, достаточно далеко от скал и деревьев, когда наконец приземлился.
Удар и мир взорвался болью. Всё же в последний миг резкий порыв ветра дёрнул моё тело вбок, и я врезался в склон горы, пробил слой плотного, слежавшегося снега, потом слой льда, а потом, кажется, и сам камень, потому что вокруг меня взметнулась туча из ледяной крошки и щебня. Моё тело пропахало в снегу глубокую борозду и, наконец, остановилось, врезавшись в небольшой сугроб у подножия отвесной скалы.
И что самое удивительное я был жив, пусть и не совсем цел.
Это осознание пришло не сразу, пробиваясь сквозь пелену боли. Я чувствовал себя так, словно меня пропустили через мясорубку, а потом собрали обратно, попутно перепутав все детали. Левая рука висела плетью, не реагируя на попытки ей пошевелить, в плече омерзительно хрустело при малейшей попытке пошевелиться, несколько рёбер с левой стороны, судя по резкой, пронзающей боли при вдохе, были сломаны и, возможно даже проткнули лёгкое, потому что каждый вдох отдавался во рту металлическим привкусом крови. Левая нога ниже колена была вывернута под неестественным углом, а видел окружающий мир я и вовсе, лишь одним глазом. Второе по ощущению заплыло, превратившись о одну большую гематому.
Но я был жив. Жив и это главное. А значит всё будет в порядке, потому что я чувствовал, что талант адаптивности и регенерация уже включились в работу. Да уж, воистину… То, что не убивает нас, делает сильнее.
Странное было ощущение того, как тепло, рождающееся где‑то в глубине живота, растекается по телу, добираясь до самых страшных ран. Сломанные кости ощутимо начало покалывать, от чего я кажется ощутил их все до единой, рваные мышцы дёргаться и сокращаться, восстанавливая разорванные волокна. Чувствовал я себя так, словно мне вспороли живот, насыпали тысячу огненных муравьёв и зашили обратно, а они теперь пожирают меня изнутри.
Я попытался подняться, но получалось откровенно плохо. Опираясь на здоровую левую руку, я смог лишь слегка приподнять голову и осмотреться. Я лежал в небольшой, засыпанной снегом расщелине, а вокруг меня, на нетронутом белом покрывале, местами алели пятна моей крови.
Тишина и идиллия, продлившаяся, к сожалению, совсем недолго, потому что в следующий момент небеса рухнули на землю.
В сотне метров от меня, в склон горы врезалось нечто, подняв тучу снега. Взрывная волна прокатилась по ущелью, похоронив меня под новой порцией снега, из которой я, крича от боли, всё же выкопался. А затем из эпицентра этого хаоса выпрыгнул он. Магистр Академии. Глава боевого крыла и прочее, прочее…
Он выглядел словно демон, восставший из самых глубин преисподней. Его фигура была окутана клубами пара, а его глаза, светящиеся оранжевым светом, на перекошенном в зверином оскале лице, смотрели прямо на меня. Он медленно, очень медленно, распрямился во весь рост, и я мимоходом заметил, что он спрыгнувший с меча с такой же высоты, в отличие от меня, не был ранен.
Это была самая страшная улыбка, которую я видел в своей жизни. Ни тепла, ни радости, только незамутнённое удовольствие и предвкушение того, что сейчас произойдёт.
– Ты ещё жив? – громко крикнул он. – Хорошо. Значит, урок ещё не окончен.
А затем он исчез, снова растворился в воздухе, и в ту же секунду я, повинуясь скорее звериному чутью, чем разуму, откатился в сторону, не обращая внимания на рвущую боль. И вовремя. Там, где только что была моя голова, в землю впечатался его кулак. Раздался оглушительный грохот, от удара во все стороны брызнули осколки замёрзшей породы, и в ней образовалась глубокая воронка, словно в неё попал снаряд.
В голове у меня билась мысль о том, что он не шутил и не играл, а действительно пытался меня убить.
– Хорошая реакция, – донёсся до меня его спокойный голос. – Впрочем, это я и так знал, и этого всё ещё мало для меня.
Он схватил меня за лодыжку раненой ноги, я взвыл от дикой боли, пронзившей всё тело, и в следующее мгновение мир снова превратился в смазанное пятно. Этот чёртов монстр в человечьем обличье швырнул меня, как котёнка!
Я пролетел десяток метров, врезался спиной в ствол невысокой, корявой сосны, росшей на краю расщелины, и дерево, не выдержав такого обращения, переломилось пополам, а я, выплюнув изо рта кровавый сгусток, покатился по снегу, на территорию основного плато, оставляя за собой кровавый след.
И как только остановился, то, не успев даже подумать о том, что надо вставать, чтобы бежать отсюда, осознал, что фигура магистра вновь нависла надо мной. Снова не успел среагировать, и его нога обрушилась на мою грудь, впечатывая в снег, и заодно выдавливая из лёгких остатки воздуха. Я захрипел, чувствуя жгучую боль в груди и осознавая, что рёбра снова ломаются. Перед глазами плясали багровые всполохи, и я отчётливо начал осознавать, что по всей видимости мне конец.
Непонятно только было только одно, какого чёрта этот урод на меня накинулся. Неужели, в момент, когда сканировал, почуял во мне следы тёмного практика? Или это за мной тянется след из деревни Травников? Или ещё одна причина, мне неведомая?
– Слишком медленно, – прорычал мастер Ши, нависая надо мной. – Ты думаешь, враг будет ждать, пока ты отдышишься? Думаешь, смерть даст тебе время собраться с силами?
Он нагнулся, схватил меня одной рукой за ворот ханьфу, и, рывком вздёрнув в воздух, швырнул в скалу. И всё что мне оставалось, это лететь словно пущенному из катапульты снаряду, бессильно раскинув руки.
И снова удар. Практически такой же, как при падении с высоты. Глаза заволокло пеленой тьмы, но сознание отказывалось проваливаться в спасительное беспамятство. Моё тело хотело жить и отчаянно сопротивлялось хватке смерти, уже подбирающейся к моему горлу.
Каменная стена от силы удара пошла трещинами, а из моего горла вырвался сдавленный, булькающий хрип, сопровождающийся очередной порцией крови.
Магистр не давал мне ни секунды передышки. Он был везде и всюду. Его фигура словно расплывалась в воздухе, а кулаки, ноги, колени и локти обрушивались на меня бесконечным градом ударов.
Я честно пытался что‑то сделать несмотря на то, что представлял собой едва дышащий полутруп. Трепыхался, пытался блокировать, уворачиваться, но всё это было бесполезно. Как я недавно доминировал над рыжим, будучи быстрее и сильнее, так и мастер наглядно показывал мне разницу между нами.
Я уже не чувствовал большую часть своего тела. Левая рука висела безжизненной плетью, из плеча торчал острый осколок кости, пробивший кожу. Сломанная нога отдавалась такой болью, что темнело в единственном видящем глазе, а лицо и вовсе превратилось в кровавую маску, и я дышал только через рот, потому что нос, кажется, был сломан в нескольких местах.
Но самое страшное было в осознании собственной беспомощности. Я‑то, грешным делом начал думать, что мне сам чёрт не брат. Конечно, уникальный внекатегорийный артефакт, целая сборная солянка талантов, высокий уровень развития и бесполезно болтающийся на поясе меч. И сейчас всё это ни капли мне не помогало, потому что я был боксёрской грушей в руках настоящего мастера. И от этого осознания внутри меня снова начало вскипать нечто тёмное. Чувство, очень похожее на то, которое я испытал в подземелье тёмного практика, когда защищал свою жизнь.
Нет. Я не сдамся. Я не подохну здесь, как загнанный зверь. Если он хочет видеть во мне воина, он его увидит. И клянусь всем, что тут есть, это будет последнее, что он увидит, потому что я вспорю ему глотку, а затем сожру его сердце.
Моя правая рука, чудом ещё функционирующая, дёрнулась к поясу. Там, в маленьком матерчатом мешочке лежали пилюли. Куча разных пилюль, что мы наварили с Сай и которые я теперь ел каждый день, делая один маленький шажок за другим к бессмертию.
Понятия не имею, можно ли было их смешивать, и что будет, если я приму их все разом. Плевать… Либо я выживу, либо умру. Третьего не дано.
Не обращая внимания на удары магистра, я рванул мешочек с пояса, поднёс его ко рту и, просто высыпал всё его содержимое в глотку. Все десятки приготовленных пилюль. Маленькие разноцветные шарики покатились по языку, и я, превозмогая рвотный позыв, разжевал их в кровавую кашу и проглотил.
Это уже становится традицией. На грани смерти есть пилюли со своей кровью.
Эффект был мгновенным и чудовищным по своей сути.
Моё тело, едва живое, вдруг превратилось в эпицентр ядерного взрыва. Испепеляющий жар, родившийся в желудке, волной прокатился по всем внутренностям. По ощущению было так, словно я выпил расплавленный металл. Моя кровь, смешавшись с невероятным коктейлем из духовной энергии и алхимических реагентов, вскипела, а сердце, до этого бьющееся с перебоями, заколотилось с такой силой, что казалось сейчас вырвется из грудной клетки. Порванные мышцы, начали сокращаться в бешеном ритме, заставляя моё тело выгибаться дугой, и я закричал.
Регенерация, и так аномальная, подстёгнутая лошадиной дозой пилюль, включилась на полную мощность. Кости с хрустом вставали на место, срастались, раны на коже затягивались, выталкивая наружу грязь и осколки камней, глаз, который заплыл и почти ничего не видел, налился кровью, и зрение вернулось. Я чувствовал, как моя ци, подстёгнутая пилюлями, бурлит и клокочет, словно вода в перегретом котле, готовая в любой момент разорвать меня изнутри.
И самое главное, боль ушла на второй фон, а её место заняла концентрированная ярость. Ярость и ненависть к человеку, доведшему меня до такого состояния.
Магистр Ши, уже занёсший ногу для очередного удара, на мгновение замер. Его бровь удивлённо приподнялась.
– Долго же до тебя доходило, что нужно сделать. – с лёгкой усмешкой, только и произнёс он. – Но хорошо, хоть дошло…
Отвечать я ему не стал, и резко сгруппировавшись и оттолкнувшись ногами от каменной выбоины, в которую он меня вколачивал, прыгнул на него.
Я сам не ожидал, что получится там сильно и быстро. Во все стороны снова полетела каменная крошка, прошивающая шрапнелью снег и деревья вокруг, и я оказался перед магистром.
Мой правый кулак, полетел прямо в его лицо, бесящее меня до жути. Я толком не целился, не пытался выполнять какие‑то приёмы, просто бил, вкладывая в этот удар всю свою боль и ярость, подпитываемую разрывающей меня изнутри энергией пилюль.
Мастер Ши небрежно, отбил мой кулак в сторону раскрытой ладонью, но я успел заметить довольную улыбку на его лице.
– Хорошо… Вот теперь значительно лучше! – взревел он, и его собственный кулак, ударил меня в грудь.
И я успел среагировать! Выставил блок из стойки Крыло Журавля, удар пришёлся в перекрестье предплечий, но сила его была такова, что меня отбросило на несколько шагов назад, протащив по снегу и оставив две глубокие борозды. Но я устоял! Я не упал, не отлетел в скалу! Мои кости, укреплённые пилюлями и продолжавшие впитывать энергию, генерируемую в животе из десятков пилюль, растворяющихся и подпитывающих моё тело, выдержали этот чудовищный удар.
Я снова бросился в атаку. Понятия не имею, сколько у меня есть времени, но пока тело готово сражаться, мне нужно выложиться на полную. Достать до глотки этого ублюдка и вырывать трахею. Заставить его харкать кровью!
Я атаковал так, как никогда в жизни. Дрался как дикий зверь. Кулаки, локти, колени, даже голова – всё шло в ход. Дорвись я до его тела, то и вовсе, вцепился бы зубами. Я не думал о защите, просто бил, надеясь задавить его своим напором и своей скоростью, которая, как я с удивлением замечал, росла с каждой секундой. И я ставил всё на талант адаптивности, который и должен был помочь мне справиться. Он явно работал на пределе, помогая моему телу впитывать каждое движение магистра, анализируя его, и учась прямо в процессе боя. С каждым его движением я понимал, как лучше блокировать, и наносить удары.
Со стороны, наверное, я выглядел как живая мельница, осыпающая врага ударами и не обращающая внимания на ответные, которые ломали мне кости. Но плевать, они срастались, и я ещё мог стоять на ногах, а это было главное.
Я сыпал ударами, и пусть большинство из них не достигали цели, пусть он всё ещё был на голову выше меня в боевых искусствах, но я начал задевать его, пусть и вскользь. И каждый раз он начинал улыбаться всё шире и шире, снова возвращая на своё лицо оскал звериного безумия.
И до меня наконец начало доходить осознание того, что он наслаждается дракой и наслаждается тем, что его бьют!
А потом он перестал сдерживаться.
Я в очередной раз не успел ничего понять, потому что только что он был в паре шагов от меня, и вот уже его кулак, впечатывается в мой живот. Меня согнуло пополам, изо рта вылетел целый фонтан крови, а тело, словно сломанная кукла, подлетело в воздух. Я ещё летел, когда его локоть обрушился мне на спину, швыряя вниз. Я врезался в землю, и застонал.
Но он не остановился. Снова оказавшись рядом, схватил меня за шкирку, поднял, как пушинку, и я увидел его глаза. Безумные глаза берсерка, наслаждающегося битвой.
– Давай! – ревел он, снова швыряя меня в скалу. – Давай, парень! Покажи мне, на что ты способен! Не сдерживайся! Забудь о боли! Забудь о страхе! Бей! Только чистая, первобытная ярость способно выковать из тебя воина!
Я снова врезался в скалу, оставив в ней своим телом очередную вмятину. Никогда не думал, что тело может быть крепче камня, а вот оказалось, что и не такое бывает.
Кости, которые только‑только срослись, снова сломались, сознание затопила новая волна боли, но я уже не мог остановиться. Пилюли, сгорающие в желудке, давали всё новые и новые силы. Регенерация работала, как сумасшедшая, раны затягивались, кости с каждым разом становились всё крепче. Я снова вскочил на ноги, но в моей голове уже не осталось мыслей. Была только цель и враг передо мной. Ухмыляющийся человек, которого я должен был убить.
Так же злобно оскалившись, развел руки в стороны, как дикий зверь и заметил то, на что давно должен был обратить внимание. Клинок! Мой Обезглавливатель всё ещё висел у меня на поясе, несмотря на всё, что мне довелось пережить!
Я сорвал его с пояса и не тратя время на стойки, буквально впихнул в него целую кучу энергии. Взмахнул, посылая режущий серп энергии на мгновение замер, сам удивлённый тем, что получилось.
Волна, размером в пару метров, пышущий багровыми искрами, сорвалась с клинка и понеслась в сторону магистра.
– Попробуй отбить это ублюдок! – выкрикнул я.
Магистр довольно осклабился и сделав шаг вперёд, навстречу смерти, нанёс размашистый удар тыльной стороной ладони, и моя гордость, мой удар, в который я вложил столько сил, смело в сторону.
Кувыркающийся полумесяц врезался в вековую сосну, которую и пара человек бы не смогла обхватить и перерезав её так, словно этой преграды не существовало, унёсся дальше, пока с грохотом не взорвался, врезавшись в скалу.
Чёрт… Да что же это за монстр такой передо мной?
Пока он отвлёкся на взрыв, я бросился вперёд, сокращая дистанцию, и нанёс рубящий удар сверху вниз. Моментально включившийся в бой мастер Ши поставил блок предплечьем и меч, столкнувшись с оболочкой его ци, покрывающей тело как броня, зазвенел, а затем всё же пробил её, и я увидел, как по его рукаву расползается алая полоса. Я всё же достал его! Пусть не глубоко, пусть это была лишь царапина, но достал!
– Прекрасно! Просто прекрасно! Как же я рад, что нашёл тебя! – Снова выкрикнул он и в очередной раз нанёс удар.
Его кулак врезался мне в челюсть, в глазах вспыхнули искры, и я, поплыв в нокдауне, упал на одно колено. Но тут же, не давая ему времени на новый удар, и чудом найдя в себе силы, отмахнулся мечом снизу вверх, целясь ему в пах. Ши легко перепрыгнул через клинок, сделав умопомрачительное сальто, приземлился за моей спиной и тут же ударил меня ногой под колено, в очередной раз ломая мою ногу, отчего я рухнул ничком.
Но даже лёжа, я продолжал драться. Я развернулся, швырнул в него горсть снега, а сам, используя момент, вонзил меч в землю и, используя его как рычаг, снова вскочил на одну ногу, волоча за собой вторую.
Чёрт с ней, регенерация отработает и всё починит. Мне нужно только продержаться немного. А дальше… Дальше бой покажет.
Я чувствовал азарт и жажду боя, потому что я сумел ранить магистра, я достал его, и я обучался. А значит у меня есть шанс! Шанс отомстить этому ублюдку!
Магистр Ши снова исчез из виду, и я, уже предчувствуя его атаку, выставил меч перед собой, пытаясь угадать направление. Но он, сумев обмануть меня, появился сверху, обрушившись как коршун. Я всё же успел подставить меч, но его удар был такой силы, что Обезглавливатель вылетел из рук и, пролетев несколько метров, воткнулся в снег. Меня же в очередной раз впечатало в камень от его нового удара, сначала пробив моим телом ледяную корку.
Кажется, я снова сломал себе всё, что только можно.
– Меч – это хорошо! – Ши возник возле меня, схватив меня за горло и поднимая в воздух. – Но воин не должен зависеть от своего оружия! Даже без него, даже голыми руками, даже без рук – он должен убивать! Покажи мне это!
Он отбросил меня, как надоевшую игрушку, я пролетел несколько метров и рухнул на камни, но тут же, не обращая внимания на дикую боль в изломанных конечностях, перекатился, как дикий зверь на четвереньках и злобно осклабился.
Без оружия значит? Ну сейчас я ему покажу.
Я бросил взгляд на свою правую руку. Сейчас бы мне не помешали острые когти, как в тот раз, когда я рвал такую тёплую и податливую плоть практиков в убежище тёмного практика. Впрочем… Магистр же мне сам показывал альтернативу?
Я насытил правую руку до предела, сосредотачивая энергию ци в кончиках пальцев и взмахнул рукой.
Пять крохотных серпов энергии, сорвавшихся с ногтей, понеслись в его сторону. За ними тянулся шлейф крови, потому что ногти, не выдержавшие напора энергии, просто вырывало, но главное, что у меня получилось.
Ши, не ожидавший такого, на мгновение замешкался. Он в последний момент среагировал, чуть отклонил голову в сторону, и серпы энергии, вместо того чтобы оставить его без глаз, рассекли ему всё лицо, оставив пять длинных, глубоких царапин, из которых тут же потекла кровь. И в отличие от прошлой царапины, это уже была настоящая рана. Кожа раскрылась, на лбу и вовсе белела кость черепа, показывая, что удар достиг цели.
Время словно замерло, Магистр Ши остановился.
Медленно поднёс руку к лицу, коснулся пальцами раны и посмотрел на кровь, оставшуюся на кончиках пальцев. Затем, так же медленно, он провёл языком по губе, слизывая алую каплю, скатившуюся к уголку рта. Его лицо, только что искажённое боевым безумием, вдруг стало совершенно спокойным, будто и не участвовал он в безумной круговерти боя секунду назад.
– Я был прав, – наконец произнёс он.
Магистр опустил руку и посмотрел на меня совершенно спокойным взглядом, без малейших признаков боевого безумия.
– За всю свою жизнь, за сотни лет практики, – заговорил он, – я нашёл множество талантливых детей. С огнём в глазах, с амбициями, и с верой в свою исключительность. Каждому из них я делал это предложение, каждому предлагал пройти тест. И каждого, кто соглашался, я приводил сюда, на эту же самую гору, на подготовленное мною плато, и делал с ними то же самое, что и с тобой сегодня. Это был мой настоящий тест. Всё что до, лишь прелюдия, позволяющая отсеять бездарей. Никакие таланты, громкие слова, деньги, ресурсы и прочее, не заменят в бою главного – воли к жизни и желания выжить любой ценой. Не заменят способности драться, даже когда у тебя переломаны все кости.
Он сделал паузу, и я наконец выпрямился, ощущая как хрустящие кости встают на место, одна за одной. Вторая нога вновь заработала, и я наконец опёрся на неё, с облегчением выдохнув. Даже если мы сейчас продолжим, я готов. И теперь знаю, что делать. Знаю как его ранить.
Впрочем, он больше не выказывал агрессии, продолжая говорить.
– И знаешь, что? Ещё ни один из них не выжил. Все они, рано или поздно, сдавались. Пусть их тела были крепки, а техники владения мечом отточены, но их дух был слаб. Они ломались, сдавались и как итог – умирали. Я не убивал их специально, просто не успевал остановиться. Они не могли выдержать моего напора и тем более, – он снова коснулся пальцами ран на лице, которые уже начали зажимать, тоже демонстрируя безумный уровень регенерации, – ни один из них не мог меня ранить. Ты первый, кто сделал это, и ты первый, кто принял мою силу, выдержал её и ответил своей. Ты первый, кто заставил меня пролить кровь в учебном бою.
Он пошёл в мою сторону, по пути выдернул торчащий из земли Обезглавливатель, взял его и подошёл вплотную.
– Поэтому я, магистр Ши Гань, Второй Меч Академии и её боевая опора, официально, принимаю тебя в свои личные ученики! Отныне и навеки, ты – мой наследник и преемник, и я передам тебе всё, что знаю и умею, не утаив ни единой техники, ни единого секрета! Клянусь в этом своей кровью, пролитой твоей рукой!
А затем он протянул мне мой меч обратно.
– И кстати… Поздравляю с прорывом на средний уровень совершенствования стадии очищения тела. Две ступеньки за раз, это достойно уважения и как раз то, что я ожидал от своего личного ученика.
