Текст книги "Кодекс Практика. Тетралогия (СИ)"
Автор книги: Артем Сластин
Соавторы: Игорь Маревский
сообщить о нарушении
Текущая страница: 56 (всего у книги 75 страниц)
Глава 3
– Ян, – голос госпожи Ли встретил меня на пороге кухни. – Сай… кажется, ей плохо. Она не выходила из комнаты всё утро. Я пыталась к ней зайти, она не открыла дверь и сказала, что всё нормально. Только кажется мне, что она обманывает.
– Спасибо, я сейчас посмотрю. – Ответил я, поглядывая на готовящийся обед, – похоже он слегка откладывается.
Я поднялся на второй этаж, свернул направо и остановился у угловой комнаты, куда прошлой ночью поселил Сай. У двери уже стояла Лан, облокотившись о дверной косяк и поигрывала небольшим ножичком между пальцев. Увидев меня, она широко улыбнулась, игриво подмигнула и молча кивнула в сторону двери.
– Сай. – я постучал костяшками пальцев, – Это я, открывай.
Ответом мне стала тишина.
– Сай, открой говорю! Это я. – повторил фразу, в этот раз постучав куда настойчивее.
– Ян. – Раздался с той стороны слабый и приглушенный голосок, словно она говорила сквозь вату. – Не надо… не входи… прошу тебя.
Вот это она зря сказала. У меня всегда были проблемы с тем, что никогда не слушал женщин, возможно поэтому до сих пор так и не женился. Однако не в моём упорном нежелании было дело. Обычно Сай старалась держаться подле меня, когда выпадет такой случай, а учитывая, что она не спустилась на завтрак, после вчерашнего активного вечера, заставляло задуматься.
– Я вхожу, – коротко произнёс и положил ладонь на дверную ручку.
Толкнул дверь и с другой стороны раздался грохот. В комнате было душно, а сладковато‑приторный запах с нотками гнили на мгновение вырвал в голове воспоминания о подвале тёмного практика.
Сай свисала с кровати, словно в последний момент пыталась встать и не позволить мне войти, но вместо этого слабость дала о себе знать, и она рухнула. Её розовый халат был насквозь мокрым и прилипал к телу, словно девушку окатили ведром пота. Волосы слиплись в сосульки вместе с синими ленточками, а лицо было настолько бледным, что в тусклом освещении казалось серым.
– Твою мать. – Пробубнил под нос и зашёл в комнату, возвращая Сай в кровать.
– Я… я умираю, – прошептала она, свернувшись калачиком, – Это конец, всё… всё кончено.
Она всхлипнула и её пальцы вцепились в подушку.
Провёл ладонью по её лбу, стирая пот и она стала грязно серой и маслянистой наощупь.
– Ты не умираешь. – улыбнулся в ответ. – Думаю, как раз наоборот.
Сай подняла голову и посмотрела на меня красными и опухшими от слёз глазами.
– Не понимаю.
– Знаю, что не понимаешь. – Кивнул Лан, показывая чёрную от маслянистого пота ладонь, – И миллион книжек не заменит настоящего опыта.
– Ян, прошу… – вдруг закашлялась она, выплюнув густую тёмную жижу, – скажи, что со мной происходит? Я не умираю?
– Тело реагирует на пилюлю. Я бы сказал, что ты на первой ступени закалки. Тело очищается от шлаков, выводит всё, что накопилось за годы, включая пот, слёзы и даже мочу. Ты можешь и не подозревать, но твоё тело должно быть кристально чистым для следующего перехода.
– Но почему так отвратительно? – Она провела ладонью по шее, и она тоже стала чёрной. – Посмотри, я пачкаюсь, а пахнет… боги, прошу, уйди. Я не хочу, чтобы ты меня такой видел. От меня пахнет.
Она отвернулась и уткнулась лицом в подушку.
– И будешь пахнуть дальше, если тебя так и оставить. Это нормальный и естественный процесс.
– У тебя так же было? – Выглянула она одним глазом и спросила.
– Ну почти. – я на секунду задумался, вспоминая подвал, темноту, боль в мышцах и вываливающиеся наружу кишки. – Скажем так, у меня прошло ещё болезненнее, так что считай, что тебе повезло.
Сай всхлипнула, но уже тише и, схватив меня за руку, оставила чёрный след.
Кодекс молчал, но воспоминания проявились сами, будто в глубине сознания всё ещё остались знания тёмного ублюдка.
Процесс закалки всегда начинался одинаково. Первым атаковал жар. Тело разогревалось внутри, как печь и казалось, что вот‑вот начнётся лихорадка. Вот только это не был обычный жар в понимании реакции организма на инородные тела, как бывает при гриппе. Действие пилюль заставляли тело сжигать старые и застоявшиеся шлаки, которые копились годами, а то и десятками лет.
Жир, соли, мёртвые клетки и даже остатки неправильной пищи, накопленные в подкладках. Всё, что организм не был в состоянии вывести самостоятельно, выходило вместе с огромным количеством энергии, заставляя человека буквально худеть на глазах.
Мне повезло больше и меня смог сохранить чужой разум, поселившийся вместе с сотнями сущностей.
Обычный пот, который выходил из тела в бане, менялся на густой, маслянистый и зачастую тёмный, варьируясь оттенками от серого до цвета вороньего крыла. В нём смешивались токсины, отработанная ци и остатки старых ран. Тело вспоминало каждую полученную царапину, каждый синяк, каждую операцию и каждый шрам. Оно исправляло их, заново сращивало ткани и разглаживала рубцы, выводя в том числе шлак и из них.
Моча так же темнела. От светло‑жёлтой, она становилась коричневой и в крайних случаях – чёрной. Почки работали на пределе и выводили за сутки то, на что потребовалось бы годы. Песок, соли, мелкие камни, всё выходили наружу и смешивалось в отвратительно воняющую жидкость, от которой выворачивало наизнанку пустой желудок.
Где‑то внутри Сай сейчас происходили неестественные процессы. Печень, которая десятки лет фильтровала дешёвую еду, очищалась и становилась гладкой и розовой. Кишечник забитый шлаками сокращался, выталкивая каловые камни в жидком виде, вместе с переваренной кровью.
Процесс выглядел ужасно и не существовало способов его превратить в магическое возвышение. В том‑то и дело, что на этом этапе закалки, юный практик фактически и избавлялся от своей человечности в физическом понимании этого слова. Вся та грязь, весь яд и всё, что обыватели копят годами, покидало тело и ставило культиватора тем самым на ступень выше.
Я то в своё время проспал весь процесс, отключившись прямиком в луже крови убитых мною людей, но прекрасно помню, как на утро меня мучал голод. Я был готов рвать трупы и запихивать в рот мясо, лишь бы хоть как‑то утолить этот животный голод. И Сай, похоже испытывала тоже самое.
– Ян, – её голос прервал мои мысли.
– Что? – Ответил, снимая очередную плёнку чёрного пота со лба.
– Ты так и будешь сидеть? Так и запомнишь меня?
– Не неси чуши, – бросил в ответ, услышав, как за спиной послышались шаги. – Сама ты не справишься, да и в этом нужды нет, поверь мне на слово.
– Ты был один? Когда становился практиком? – Зачем‑то спросила она, заметно стуча зубами от лихорадки.
Я ухмыльнулся.
– Если бы…
– Что это значит?
– Не важно, – отрезал я, – Сейчас это не важно, попробуй лучше сесть.
Сай стиснула зубы, опёрлась о меня рукой и из глаз потекли чёрные слёзы.
В этот момент в комнату зашли Лан и госпожа Ли. Первая несла таз с водой и чистые тряпки, вторая же принесла на подносе еды с кухни. Варёная курица, пшеничный хлеб и яйца. Очень много яиц.
Сай попыталась улыбнуться, но губы дрогнули, скривились и моментально высохли, трескаясь широкой паутинкой.
– Я… я есть хочу, – прошептала она стеснительно, – Жутко хочу…
– Это нормально, – я взял с подноса куриную ножку и протянул ей. – Ешь, телу нужна энергия.
Сай схватила мясо дрожащими пальцами и привычно откусила маленький кусочек, прожевала и проглотила. Потом ещё, а когда дошло до третьего раза, её глаза расширить, и она вцепилась в ножку зубами, разрывая плоть, и захрустела костью. Я едва успел выхватить у изо рта острый осколок, но было уже поздно.
– Тише, – я положил руку ей на плечо, – Язык только не откуси.
Однако Сай не слышала. Она вгрызалась в мясо, как зверь, который боится, что еду отнимут. Пальцы были чёрными от жира и пота, а слюни стекали по подбородку, смешиваясь с другими жидкостями. Госпожа Ли протянула ещё кусок, а Сай, не глядя вырвала его руками и закинула в рот.
– Вчера не так яростно ела. – Хихикнула Лан, протягивая мне влажное полотенце.
– Пускай, – я прошёлся им по лицу, очищая чёрную корку, – Телу требуется энергия, тонны энергии. Всё, что она съест сразу переработается в мышцы, кости и связки.
Да уж… Теперь понятно, почему я в своё время ел сырой рис и меня так вставляло. Голод как говорится, не тётка.
Когда поднос опустел, госпожа Ли удалилась и вернулась через пару минут. Яйца, сваренную вкрутую горой, тарелка с кашей, которая парила, даже не успев остыть. Сай ела всё. Обжигала губы, горло, язык, но продолжала есть, даже глотая яйца со скорлупой.
Я внимательно следил за ней, но не ожидал, что её скрючит так быстро.
Девушка замерла с поднесённой ко рту ложкой и внезапно распахнула глаза. Она уронила столовый прибор и всё тело выгнулось дугой. Спазм от резкой потери жидкости прошёлся от живота к груди и поднимался выше. Она закатила глаза, словно тело захватил неистовый демон и закричала во всё горло.
– Давай её в Академию отнесём. – Предложила Лан, поддерживая ей спину, – Там ей отвара из речной смородины дадут. Успокоят приступы.
– Нет. – Резко бросил в ответ, засунув между зубов Сай полотенце. – Никакой Академии, сама справиться.
– Мастера не знают? – Спокойным голосом поинтересовалась всё это время молчащая госпожа Ли, – А Чэн? Твой мастер знает?
– А откуда у меня пилюли⁈ – Отрывисто рявкнул, ловко уходя от ответа.
Сай отрывисто закричала, как от удара. Её снова выгнуло, и я, прижал её к кровати, чувствуя, как она дрожит, а пальцы впитываются в мою руку.
– Лан, воды. – звучно приказал, – Холодной, и тряпки!
Я вытер чёрную испарину с её лица, шеи и груди. Сай дышала тяжело, с частыми хрипами, будто ей катастрофически не хватало воздуха. Казалось, что тело девушки находилось на грани и ещё один шаг и тростинка не выдержит. Пришлось достать из мешочка ещё одну пилюлю и положить ей на язык.
– Ты чего это удумал? – Вполне справедливо поинтересовалась Лан, вытирая тёмную жидкость.
– Выжигаю огонь пламенем. – Бросил в ответ и закрыл нос девушке, вызвав у неё глотательный рефлекс.
Она забилась в конвульсиях, тело затряслось, как в лихорадке, а руки и ноги дёргались в разные стороны. Я держал её за плечи, не давая удариться головой о спинку кровати. Вдруг между ног Сай расплылось тёмное пятно. Густая и чёрная моча с яркими вкраплениями крови, потекла по простыням, пропитывая ткань. Запах ударил такой, что Лан отвернулись и закрыла нос рукавом, а госпожа Ли, учтиво открыла окна.
Девушка заплакала. Её чёрные слёзы смешивались с грязным потом, капали на подушку и мои руки.
– Прости… – прошептала она, – прости, я не хотела…
– Не извиняйся, – сказал я, откидывая мокрую простыню в сторону, – Скоро станет лучше.
Она снова закричала, когда очередной спазм скрутил ей живот. Тело сражалось до последнего, сопротивлялось действию пилюль и попутно перестраивалось. Я отчётливо слышал, как хрустели кости, рвались сухожилия и, казалось, чувствовал рост новых клеток. Сай уткнулась лицом мне в плечо и завыла. Причём не плакала, а именно выла, как раненый зверь, брошенный в одиночестве в лесу полным хищников.
– Давай если не Академию, – вновь настояла Лан, – то хотя бы лекаря позовём.
– Лекарь ей максимум ивового отвара даст. Нет, Лан, процесс запущен, и обратной дороги нет. Она должна пройти его до конца, иначе не заслуживает силы.
Сай меня не слышала. Её тело согнулось в очередном спазме, и она замерла, сжимая в кулаке кусок мяса. Я подумал, что всё же зря дал ей вторую пилюлю, как вдруг спина девушки медленно расслаблялась, а затем она медленно выдохнула.
– Вот и умничка. – Всё так же спокойно произнесла госпожа Ли и, выходя из комнаты, добавила, – как закончишь здесь, Ян, прикажи служанкам забрать простыни, а сам отнесли малышку Сай в купальни и хорошенько отмой.
Девушка моргнула и её глаза стали чище, а слёзы вновь прозрачными. Она посмотрела на чёрные и грязные руки, стыдливо поджала ноги, прикрывая бёдра одеялом и простонала:
– Почему… Почему ты не ушёл?
Я взял тряпку, смочил в чистой воде и начал вытирать чёрную жидкость с её ног. Сай вздрогнула, но не отстранилась. По её взгляду было видно, что она хотела что‑то мне сказать, но тело больше не было в силах терпеть и девушка попросту выключилась.
Лан убрала тряпки и поставила бадью с водой в угол.
– Откуда ты знал, что она справиться?
– А я и не знал, – ответил честно, усаживаясь на пол, – просто доверился инстинктам.
– И часто ты им так доверяешься?
Я задумался.
– Последнее время всё больше и больше.
Лан замолчала. Она встала в дверном проходе, словно собралась уходить, как внезапно обернулась. Я знал, что она хотела мне что‑то сказать, вот только никак не решалась, поэтому мне пришлось заговорить первым.
– В чём дело, Лан? Тебе нужна моя помощь?
– Да. – Не стала врать девушка и вновь замолчала.
Я ухмыльнулся.
– Ты знаешь, где меня найти.
– Знаю. – Сказала она и в её голосе послышалась грусть. – Спасибо тебе.
На этом она удалилась, а я остался один. Сай крепко спала, вернув себе ровное и глубокое дыхание без хрипов и всхлипов. Её организм восстанавливался после тяжелого прорыва и на данном этапе я ничего сделать не бог. Девушке требовался отдых, а мне настала пора заняться более насущными делами.
Я вышел в коридор, прикрыл за собой дверь и ушёл в свою комнату, где на низком прикроватном столике стояла знакомая бадья. Из неё торчала рукоять Обезглавливателя, покрытого чёрным, почти смолянистым налётом.
Я забрал её из Академии ещё раним утром, когда подумал, что Чжан Ху может попробовать нагадить и оставлять артефакт в лаборатории, где доступ к комнате имел каждый второй – по крайней мере глупо. И теперь настало время заняться им, раз уж поесть всё равно не вышло.
Тем более, прошло двадцать четыре часа. Я вытащил клинок из раствора, а ткань, которой была обмотана рукоять, превратилась в лохмотья. Лезвие стало чёрным. Не серый и не тёмно‑серым, а по‑настоящему чёрным, как ночное небо без единой звезды. Как не крутил им перед светом свечи, никаких не смог поймать отражение, будто клинок поглощал всё, что касалось его краёв.
Кодекс на запястье тихо завибрировал, пытаясь привлечь моё внимание и, убедившись, что рядом никого нет, я его открыл.
Первая стадия очистки завершена. Внешний блокирующий слой удалён. Требуется полировка Небесным металлом для нанесения защитного барьера и активации внутренних каналов ци.
Значит приступим.
Взял шёлковую ткань, смочил её в оставшейся родниковой воде и принялся протирать лезвие. Чёрный налёт сходил легко, будто сам отслаивался и более не старался держаться за сталь. Под ним открывалась поверхность, которую раньше не видел. Такая же чёрная, но гладкая и ровная, как зеркальная гладь озера.
Я протирал медленно, без спешки. Провёл по одной стороне, затем по другой, следуя инструкциям Кодекса. Когда последний кусочек чёрной корки упал в раствор, я поднял клинок к свету.
Теперь он казался не просто чистым, а по‑настоящему живым. Всё ещё непривычно было видеть его в таком виде, а не в качестве ржавой железки, но это было только началом. Следующим шагом Кодекс оповестил, что пора приступить к полировке куском Небесного металла. Тем самым, который выкупил у торговца прямо перед носом ублюдка Чжан Ху.
Серый брусок с золотистыми прожилками. Я взял его в правую руку, другой придерживая за рукоять и прочёл сообщение Кодекса. Он сразу предупредил, что в работе Небесный металл обладает особым свойством «вытягивания энергии». Стоит мне приступить к полировке, как он начнёт высасывать из меня ци и оставлять после себя слабость и головокружение.
Пришлось обмотать руки простынями и лишь после приступить к процессу. С первым прикосновением металл зашипел. Из‑за бруска посыпались искры, а чувствовал, как вибрация клинка усиливается, а энергия внутри откликается на каждый шаг.
Я точил медленно, без спешки, аккуратными движениями от рукояти к кончику и от кончика к рукояти. Кодекс подсказывал, что от этого зависит, насколько точным и результативным окажется мой заточка. На лезвии появились первые голубоватые прожилки и со временем они начали светиться. Каждая из них пульсировала в такт дыханию, а я ощутил, что трачу собственную духовную энергию, которая тут же заполняет мелкие прожилки.
Прошло полчаса, может даже больше.
Когда брусок коснулся лезвия в последний раз, клинок вспыхнул. Эффект продлился недолго, буквально пару вдохов, но этого хватило, чтобы я успел его заметить. Он ознаменовал конец процесса нанесения защитного слоя, и сточившийся в пыль кусок металла полностью окутал сталь моего меча. Я сдул металлическую пыль, провёл пальцем по лезвию и кончиками ощутил, как внутри циркулировала энергия.
Сердце затрепетало в предвкушении и мне резко захотелось опробовать результат, поэтому вновь открыл Кодекс:
Объект: Духовное оружие (3 ранг – частично заблокирован)
Состояние: Энергетическая структура подавлена.
Описание: Согласно остаточным энергетическим сигнатурам, меч утратил большую часть духовной связи с внешним миром в связи с гибелью первоначального владельца и не получая подпитки ци, вошел в состояние гибернации для предотвращения полной деградации. Энергетическое ядро изолировано от внешней среды с одновременным прекращением циркуляции ци по внутренним каналам.
Текущие возможности:
способность пропускать через себя энергию ци, накопленную носителем и трансформировать её в направленные энергетические выбросы. При концентрации ци в теле и её осознанном направлении в клинок, артефакт активирует сохранившиеся внутренние каналы, энергия накапливается в лезвии и может быть выпущена в виде режущей волны, распространяющейся на небольшое расстояние, зависящее от количества вложенной ци.
воспламенение ци – добавление ци огня к режущей волне.
Описание изменилось. Меч был второго ранга, а стал третьего. Пропала строка, которую я явно помнил, гласящая о том, что внешние проявление блокировки на физическом уровне – это ржавчина, и потемнение металла. Тут не поспоришь, выглядел клинок теперь просто замечательно, но блокировка всё равно осталась и это наводило на мысль о том, что это не конец. Что и существующий третий ранг клинка не предел. Тем более, я же ещё не завершил очистку.
По телу пробежала непроизвольная дрожь. Придурок Сумо, укравший у учителя ржавый клинок, наверняка и не подозревал, что за сокровище утащил. Вот только другой вопрос. Знал ли об этом его учитель? Потому что если да, то это очередной повод открыть охоту по мою душу. Духовный артефакт, относящийся к классу оружия, стоит просто невообразимых денег. Даже в текущем состоянии он наверняка спокойно ушел бы на рынке за тысячи духовных кристаллов низшего ранга, а сколько он будет стоить потом?
И для сравнения, какого ранга духовное оружие у мастера Чэна, раз уж оно могло создавать ледяные объекты. Этот клинок выглядел его противоположностью, о чём гласила приписка с новой возможностью, гласящей о воспламенении ци.
Только как им пользоваться?
Выйдя на середину комнаты, я взмахнул рукой, ощущая, что меч весит ровно вдвое меньше. Управляться им стало гораздо проще.
Сосредоточился, волевым усилием направляя энергию ци, и ощутил, что она словно откликается на моё желание. Это был уже не тот импульс, которым я убил росомаху и Сумо. Тот был грубым, неуправляемым и скорее рвался наружу от отчаяния, не силах больше сидеть в ржавой клетке, тогда как этот был зверем другого порядка.
Резко взмахнул клинком ещё раз, имитируя удар и остановился, желая откатить время назад на пару секунд.
Энергия, оранжевыми всполохами пройдя по лезвию меча, сорвалась в энергетическом всплеске и огненная дуга, коротко пронесясь по воздуху, врезалась в дверь, оставив на ней подпалину. Пока дверь не загорелась, схватил кувшин с водой, стоящий на прикроватной тумбе, и плеснул им на дверь.
Кажется, госпожа Ли будет ругаться.
Наверное, лучше опробовать силу артефакта где‑нибудь в другом месте.
Например, в Академии. Пускай в ней за мной и следили, записывая каждый шаг, и каждое движение, атаки других мастеров я не боялся. Если бы другие магистры хотели бы меня убить, они бы это уже сделали. К тому же, как и говорил мастер Чэн, мои умения слишком полезны, чтобы ими разбрасываться ради обычной зависти… Так что нет.
А вот кто‑нибудь из неофитов может сделать опрометчивый шаг. Так же не стоит забывать об угрозе, исходящей от Чжан Ху. Лан была права, надо разделаться с ним до того, как он предпримет попытки мести.
Я ещё раз взмахнул мечом, но уже без вкладывания импульса, дабы почувствовать вес, баланс и отклик. Оружие действительно стало легче и теперь было способно наполнять духовную энергию, хранить её сколько потребуется и выплёскивать её наружу в виде плотного сгустка, силу которого мне ещё предстоит выяснить.
Впереди было ещё много работы. Сай предстоит пройти процесс восстановления и придётся и дальше есть пилюли. Мне и самому нельзя стоять на месте и нужно продолжать тренировки, медитации и идти по пути раскрытия меридианов. Мастер Чэн должен был вернуться через несколько дней и явно потребует от меня отчёт. Не удивлюсь, если наставник к тому времени станет сильнее и будет ожидать того же и от меня.
Так что пора посетить занятия по физической подготовке, раз уж у меня был доступ.
