Текст книги "Кодекс Практика. Тетралогия (СИ)"
Автор книги: Артем Сластин
Соавторы: Игорь Маревский
сообщить о нарушении
Текущая страница: 57 (всего у книги 75 страниц)
Глава 4
Академия встретила меня привычной суетой. Ученики в серых ханьфу сновали между корпусами, опасаясь опоздать на очередное занятие. Утро только начиналось, солнце висело низко над крышами, воздух был прохладным и свежим, что для города Чёрного Дракона было редкой роскошью. Обычно лавочники уже торговали вовсю, продавая уличные закуски, от которых пахло маслом и специями, но после недавнего фестиваля, жители всё ещё отходили и на улицах было пусто.
Я закинул в рот пилюлю, из числа тех, что наварили с Сай, и запил водой. На меня они как на неё не действовали, всё же по развитию я далеко ушёл от неё. Скорее, по ощущениям это было похоже на то, будто в животе появляется огромная батарейка, которая начинает насыщать тело энергией. Как очень плотный обед, но от которого не клонит в сон, а наоборот, тянет на свершения. И таких батареек мне надо было сожрать целую кучу, чтобы пробиться на следующий уровень.
Каждая воздействовала по чуть‑чуть, по крохам меняя и перестраивая тело и я с каждой съеденной пилюлей, стоящей по несколько золотых монет, менялся и сам, делая маленькие шажки на пути к бессмертию.
Предаваясь праздным мыслям, свернул на тропу, ведущую к тренировочным полям в восточной части кампуса.
После оказалось огромным. Вытоптанная земля, утрамбованная до твёрдости камня тысячами ног, тянулась до самого леса, ограждённого невысоким частоколом. По краям находились деревянные стойки с подвешенными мешками, набитыми песком и соломой, а недалеко от них стояли деревянные макеты с нарисованными точками давления. В дальнем углу возвышались каменные блоки, причём от небольших, с голову ребёнка, до огромных глыб, поднять которые могли, пожалуй, только опытные практики.
Рядом с ними торчали деревянные шесты, вкопанные в землю, на которых тренировали баланс. Как раз возле них и начиналась полоса препятствий с полноценными рвами, брёвнами и стенами на которых требовалось вскарабкаться. Всё просто и понятно, словно меня взяли и забросили в типичный старый кун‑фу боевик с полётами на жестяных мечах. Только тут, в отличие от фильма, на мечах действительно летали и я лично в этом убедился.
Звук ударов о мешки разносился по полю и смешивался с криками инструкторов и тяжелым дыханием бегающих неофитов. Многие из них, как Сай, едва ступили на путь очищения тела и всё чем занимались – это бесконечными физическими тренировками, для подготовки тела к закалке.
Я же сюда пришёл не для того, чтобы нарезать круги по полю, для меня это уже пройденный путь, а скорее для того, чтобы отточить учения мастера Чэна. Преподанные им боевые стойки и работу с мечом. Вот правда избавиться от назойливых взглядов, всё же не получилось. Когда я подошёл ближе, то моментально стал центром внимания для всех, в том числе и для инструкторов.
Сначала один, потом три, потом десять. Я чувствовал их любопытство, презрение и неприязнь. Они называли меня просто: «Талант магистра Чэна», то ли специально обезличивая, то ли намекая, что перед ними всего лишь инструмент – а не человек.
Помимо инструкторов, здесь были и ученики.
Около полусотни неофитов с голыми торсами. Некоторые разминались, тянулись и вытягивая руки. Другие уже стояли у мешков и получали по ногам и спинам бамбуковыми палками каждый раз, когда использовали не ту стойку.
Я сразу понял, что спокойно потренироваться с мечом у манекена у меня не выйдет. Среди неофитов оказалась ту группа новичков, которая была на состязании повара Хана. Рыжий со сросшейся бровью, неофит со шрамом и третий с хвостиком на голове. Они смотрели на меня холодно и цепко, будто спрашивая, зачем я сюда явился.
– В круг! – Раздался звучный голос, как удар хлыста. – Живо!
Если неофиты пускай и были крепкими и жилистыми учениками, главный инструктор выглядел словно мутант, а не человеком, представляя из себя настоящую гору мышц. Высокий, под два метра с квадратной челюстью и коротко стриженными седыми волосами. Его широкие плечи и мощные руки были покрыты старыми шрамами в виде белых полос, перетягивающих кожу. Одет же мужчина был в простую матерчатую куртку без рукавов, которую перетягивал ремнем и в свободные штаны.
– Быстрее! – Рявкнул он и ученики зашевелились. – Тебя это тоже касается, новичок. – он посмотрел на меня. – Раз уж пришёл, то занимайся, нечего тут столбом стоять.
Я пожал плечами. Ведь и сам хотел изнутри посмотреть на эту процедуру, да и мастеру говорил, что позанимаюсь с инструкторами, поэтому, почему бы и нет?
Мы выстроились в три шеренги, я оказался посередине первой между каким‑то низкорослым парнем и девушкой с короткой стрижкой. Инструктор прошёлся вдоль строя, осматривая каждого, а когда его взгляд пал на меня, он задержался на несколько вдохов. Видимо оценивал уровень моей духовной энергии.
– Я – инструктор Ши. – продолжил мужчина. – И мои правила просты: слушаешь и выполняешь команды – живёшь. Не слушаешь – прочь из моего класса. В этом строю нет места тем, кто не готов работать над собой и готовить тело к силе. Мне плевать кто из вас сын гончара, а кто ходит в любимчиках у магистров. – тонко намекнул он на мои особые обстоятельства.
Он замолчал, давая словам осесть.
– Так что не ныть и вкалывать, и возможно даже такое дерьмо, как вы, можно будет закалить в сталь. – А затем перевёл взгляд на меня. – Ты… ты когда‑нибудь бегал с утяжелителями?
– Бегал, – ответил я.
Не уверен, что навесные на руки и ноги грузы считаются, но опыт в прошлой жизни у меня был, хоть и небольшой. Впрочем, если уж я тут умудрялся бегать по падающим в пропасть брёвнам, прыгая с одного на другой, то неужели не справлюсь тут? Да легко!
– Вот и славно! – Усмехнулся Ши. – Всем взять мешки!
Ученики побежали наперегонки к стойке, где лежали жилеты с карманами для песка. Я взял свой на тридцать килограммов. Рыжий смог осилить только десять, что несомненно не осталось без внимания инструктора.
– Слабаки! – прошипел он, показывая почему‑то на меня.
Я молча надел жилет, затянул ремни и занял место.
– Круг пятьсот метров. Двадцать кругов, – скомандовал Ши, – Без остановок, вперёд!
Толпа рванула вперёд, явно в надежде что‑то доказать инструктору. Я же бежал спокойным темпом, стараясь не привлекать к себе внимания и разделаться с упражнениями, как можно скорее. Слева бежали те, кто взял вес поменьше, они дышали тяжело, открыв рты, а справа двигались те, кто поопытнее.
Рыжий обогнал меня ещё на первой круге, бросив через плечо:
– Ученика магистра, а плетёшься, как черепаха!
Я ничего не ответил. На втором круге его шаги сбились, а дыхание стало прерывистым, а когда зашли на третий, я его обогнал, не прикладывая к этому никаких усилий. Удивительно, но в прошлой жизни я бы задыхался, однако сейчас же тело относилось к этому спокойно. Мышцы не бунтовали, воздух входил и выходил ровно, и я даже стал подумывать, не помедитировать ли в процессе⁈ Делов то, пробежать десять километров. Да я по лесу недавно шпарил трое суток напролёт и ничего, всё хорошо было.
Так что я просто добежал дистанцию и сняв жилет, аккуратно положил его на место. Ши, прищурившись, посмотрел на меня, заметив, что я даже не вспотел и бросил презрительный взгляд на остальных. Другие только начинали подтягиваться к концу дистанции, кто‑то валился с ног, оказывался на четвереньках и жадно ловил воздух ртом. Рыжий пришёл где‑то в середине, изнывая от жары и усталости.
Инструктор ничего не сказал. Только мотнул головой в сторону стоек с каменными блоками.
– Следующее – подъемы. Цель занятия отыскать свой предел и мысленно поставить зарубку. Барьер, который жизненно необходимо будет преодолеть, если хотите стать сильнее.
Я подошёл к камням и задумался. А мне ведь никогда не приходилось проверять собственный предел. В Кодексе, конечно, была информация о стадиях, но одно дело голые цифры, другое применение на практике.
Отыскал самый большой блок, который оказался тёмным гранитом с небольшими выбоинами. Остальные неофиты поступили разумнее. Они начинали с более мелких булыжников и постепенно увеличивали вес.
– Куда губу разинул? – Засмеялся рыжий. – Этот валун для старших курсов. Он весит килограмм четыреста, если не все полтонны!
Инструктор Ши так же подметил мой выбор и, сложив руки на груди, внимательно следил. Я присел на корточки, взялся за ручки, вырезанные по бокам, напряг спину, руки, ноги и оторвал его от земли. Мышцы загудели, но не от боли, а скорее от усилия. Пилюля, растворяющаяся в моем желудке, насытила организм таким количеством энергии, что она меня буквально переполняла. Вот только дело в том, что изначально планировал пустить её на упражнения с мечом и попробовать чаще высвобождать её.
Внезапно все неофиты замолчали. Я поднял блок до пояса, удержал три секунды и опустил на землю. Инструктор подошёл, схватил меня за запястье и приложил два пальца, будто пытался нащупать пульс. Стандартная техника, которой пользовались все, кто мог считывать духовный уровень других.
– Можешь поднять больше?
Я покачал головой.
– Вряд ли. – ответил честно. – По крайней мере пока, но скоро смогу.
Ши хмыкнул.
– Наглость. Она сгубила многих мужей, пацан. Магистр Чэн тебя этому не учил?
Он посмотрел меня презрительным взглядом, а затем отвернулся, контролируя, сколько поднимают другие. Но после моего впечатляющего выступления никто и близко не подобрался к такому весу, поэтому он, недовольно хмыкнул.
– Всем на баланс! К шестам, живо я сказал!
Тренировка продолжилась, вот только рыжий теперь так открыто не бросался словами.
Деревянные столбы торчали из земли на разной высоте от полуметра, до двух. Причём вкопаны они были специально под наклоном с заострёнными верхушками. На некоторых уже пытались балансировать ученики, вытянув руки в стороны, но большинство срывалось ещё в самом начале.
– Задача простая. – Инструктор Ши прошёлся вдоль рядом, заложив руки за спину. – Встать на один шест и простоять на нём ровно десять ударов сердца. Если упал – заново. Плевать на разбитые носы, вывихнутые плечи и суставы. Это не просто баланс – это контроль над телом и духовной энергией. Вперёд!
Неофиты потянулись к столбам, выбирая по росту. Рыжий, видимо желая мне что‑то доказать, полез на самый высокий. Два метра, да ещё и под наклоном, его нога дрогнула, а сам парень замахал руками, но удержался. Когда он всё же смог залезть, на лице идиота растянулась широкая улыбка, ведь стоило ему трижды выдохнуть, как неофит, едва не подвернув лодыжку, слетел вниз.
– Слабак. – Кто‑то рыкнул из толпы.
Рыжий покраснел, плюнул на землю и снова полез.
Я выбрал шест поменьше. Не было смысла карабкаться на самую верхотуру, чтобы доказать Ши мой баланс. Дерево было достаточно гладким, благодаря сотням ног ранее, а я выпрямился и развёл руки в стороны. Однако этого оказалось недостаточно. Тело держалось, искало баланс, но действовало как‑то неуверенно. Ему явно не хватало внутреннего стержня, той самой оси, которая удерживает всё вместе, и тут я вспомнил стойку, которой меня обучил мастер Чэн.
Стойка обезьяны на ветке.
Обычно её использовали для упражнений с мечом, переносом веса на одну ногу и занесением руки над головой, но сошла и тут. Я идеально повторил, полностью копируя мастера Чэна по памяти и закрыл глаза. Шест внезапно перестал качаться и внутри появился тот самый стержень, которого раньше не хватало.
Когда открыл глаза, неофиты замерли и смотрели на меня. Даже Рыжий, после очередной попытки снова слетел, и выплёвывая грязь, звучно ругался.
– Сто девятнадцать. Сто двадцать! – считал секунды Ши, а потом снова рявкнул. – Всё, хватит. Слезай…
Я спрыгнул, похлопал по штанам, поправляя меч за спиной и посмотрел на инструктора.
– Стойка обезьяны на ветке. – Произнёс тот холодным голосом. – Когда ты успел её выучить?
– Мастер Чэн способный учитель. – уклончиво ответил я.
Ши кивнул, словно что‑то подтвердил для себя и отвернулся.
Рыжий вскочил на ноги, указал на меня пальцем и принялся вопить:
– Да он… да он… какой из него неофит? Я знаю, что у него есть и пилюли и меч этот, что светится за спиной! Ему явно дал магистр Чэн… так не честно! Были бы у меня такие ресурсы, я бы тоже был сильный.
– Не честно. – Согласно закивали другие и это не понравилось инструктору Ши.
– Ты! – Повелительно бросил мужчина, – Имя.
– Фу Хай, инструктор, – рыжий выпрямился и поклонился, но в его голосе всё ещё чувствовалась дрожь.
– Фу Хай, значит, – Ши склонил голову набок, разглядывая его, как букашку под лупой, – Скажи мне, Фу Хай, что такое «честно»?
– Ну, – рыжий замялся и покосил на стоящих рядом людей в поисках поддержки, – Когда все равны, когда нет поблажек. Когда никто не получает преимущества за спиной других.
– Ах, за спиной других, – Ши усмехнулся, и усмешка его была злой. – Значит, ты считаешь, что Ян получил преимущество за спиной других?
– А разве нет? – Фу Хай осмелел, замечая, что его зубы всё ещё на месте, а инструктор не бьёт палкой и не перебивает. – Ему магистр Чэн дал пилюли, дал лучшие ресурсы. Даже его меч, тоже скорее всего, подарок от магистра. А мы… мы своими горбами всё добываем!
Ши согласно кивнул, прошёлся вдоль столбов, заложив руки за спину.
– А ты, Фу Хай, скажи мне. Твои родители платили за твоё обучение?
– Платили, – нехотя признал рыжий.
– Твоему отцу принадлежит три торговых дома на базаре?
– Откуда вы… – Фу Хай побледнел.
– Я знаю всё о своих учениках, – жёстко перебил Ши, – Кто их отец, кто мать, сколько у них денег и связей. Так вот. Ты получил преимущество ещё при рождении, а Ян – нет. Он пришёл с юга, без семьи, без денег, без покровителей. Честно прошёл испытание травничества и смог удивить такого изысканного магистра, как магистр Чэн. Всё, что он получил после – всего лишь результат его трудов.
Фу Хай опустил глаза.
– А теперь ты, на моём занятии смеешь кричать, что ему повезло больше, чем тебе?
– Но магистр Чэн… – пробубнил тот.
– Магистр Чэн, – Ши повысил голос, – имеет право выбирать учеников. И он выбрал южанина, потому что увидел в нём то, чего в вас нет. А вы своим нытьём только доказываете, что он был прав.
Ши замолчал. Тишина стояла такая, что было слышно, как ветер шевелит траву на краю поля.
– В этом мире, – сказал он наконец, – выживает сильнейший. Некоторые сил путают с деньгами и связями, но истинная мощь находится внутри. Вопрос в том, готов ли ты меня ломать, выкручивать, чтобы стать лучше? Или будешь сидеть и жаловаться, что у других получается лучше и другим дали больше. И в мире, удача – это тоже сила. Только кто‑то может ей воспользоваться, а кто‑то нет, так что твои слова полная глупость. Плевать, как и с какой помощью ты достиг величия, потому что, кто на вершине, тот и прав.
Вдруг он перевёл на меня взгляд.
– Его называют «Талантом магистра Чэна», что вполне заслужено. Вот только талант без труда – мусор. Недостаточно просто родиться с ним и ожидать, что всё само собой придёт. Над ним нужно работать каждый день и культивировать не только тело и дух, но и умения. – Вдруг Ши сделал длинную паузу и злобно оголил зубы. – За такую выходку, тебя бы отделать сотней ударов палкой, но, пожалуй, я преподам тебе другой урок. Если ты, действительно, считаешь, что южанин обвешан регалиями, то я их с него сниму. Никакого оружия, никаких артефактов. Тот, кто докажет силой кулака свою правду, правым и окажется. Поединок!
Вот как… Очень интересно. Ну ладно, драка так драка.
Я шагнул вперёд, чувствуя на себе десятки взглядов, начиная от любопытных и завистливых, заканчивая оценивающими. Ведь я только что показал свою силу и ловкость, поднимая камень и балансируя на шесте и только идиот ещё не понял, что я значительно сильнее, чем рыжий. Впрочем, кажется, именно он и был таким идиотом, потому что предстоящему спаррингу он обрадовался и теперь предвкушающее лыбился.
Неофиты расступались, образуя неровный круг диаметром шагов в тридцать, и в этом круге остались только двое: я и Фу Хай. Рыжий стоял напротив, широко расставив ноги, и его кулаки, сжатые до побелевших костяшек, мелко подрагивали. Вряд ли от страха, потому что слишком тупой. Скорее от возбуждения.
– Никакого оружия, – повторил Ши – Никаких артефактов, техник и прочей ерунды. Дерётесь тем, что даровала природа и побеждает тот, кто оставит противника на земле. Убивать, калечить, ломать кости без нужды – запрещено. Как только один из вас коснётся лопатками земли, бой окончен. Всем ясно?
– Да, инструктор, – отозвался я, отстёгивая от пояса ножны с Обезглавливателем и аккуратно кладя их на землю у края круга. Надо краем глаза контролировать, чтобы никто не подрезал мой артефакт. Впрочем, если кто позарится, то это будет последнее, что он сделает в этой жизни.
Фу Хай на слова инструктора коротко кивнул и сплюнул себе под ноги. Его губы растянулись в нервной ухмылке, и он, поигрывая плечами, разминая шею, двинулся по кругу, явно красуясь перед остальными. Толпа неофитов загудела, послышались выкрики. Рыжего тут давно знали, и он обзавёлся как товарищами, так и врагами, поэтому его кто‑то одобрительно подбадривал, а кто‑то, наоборот, предвкушал его унижение. Я же стоял спокойно, опустив руки, и ждал.
– Начали!
Фу Хай рванул вперёд, даже не удосужившись провести разведку боем. Просто бросился на меня, выставив вперёд правый кулак, целясь в лицо. Я видел эту атаку, ещё когда он только начал переносить вес на переднюю ногу.
И она была медленной. Ужасно медленно, прямо до зевоты. Вдобавок ещё и неуклюжей. Он меня совсем за новичка что ли считает?
Его плечо дёрнулось, предплечье пошло вперёд по прямой траектории, слишком размашистой, оставляющей открытым весь корпус. Сдерживая инстинкты, которые просто просились ударить его в подбрюшье, я шагнул влево, чуть довернув корпус, и его кулак просвистел чуть ли не в метре от моей головы, встретив лишь пустоту. Рыжий, не ожидавший такого, по инерции пролетел мимо, едва не споткнувшись о собственную ногу.
В толпе кто‑то прыснул от смеха.
– Стой, скотина! – взревел Фу Хай, разворачиваясь.
Он снова бросился в атаку. На этот раз взорвался серией ударов. Прямо как заправский боксёр, парочка прямых левой и боковой правой, а завершить попытался размашистым хуком, вложив в него весь свой вес.
А я тем временем уклонялся, двигаясь с минимальной амплитудой, ровно настолько, насколько было нужно, чтобы его атаки проходили в миллиметрах от меня, не задевая даже ткани ханьфу.
Скользящий шаг в сторону, и его левый прямой ушёл в никуда. Лёгкое отклонение корпуса назад, и его боковой бессильно рассёк воздух. Я даже не поднимал рук для защиты, они просто висели вдоль тела, напоминая мне виденные мною по телевизору боксёрские поединки чемпионов, когда один оппонент настолько превосходит соперника, что играет с ним как кошка с мышью.
Это было невероятно пьянящее чувство. Я изучал своё тело, и заново знакомился с ним, как будто до этого находился в коме лет двадцать, а за это время успел вырасти и повзрослеть. И при этом, над ним постоянно работали лучшие специалисты, таская бессознательную тушку на массажи и тренажёры, отчего она становилась всё лучше и лучше.
Моя скорость движений была настолько выше, чем у рыжего, что я мог бы, наверное, спокойно пить чай прямо у него перед лицом, пока он силился бы нанести хоть один удар. А моя реакция? Она позволяла мне видеть его атаки и анализировать их в полёте, находя оптимальную траекторию уклонения, которая требовала минимум энергии и оставляла меня в идеальной позиции для контратаки. Про выносливость и говорить нечего. Если уж я после десяти километров с утяжелителем дышал ровно и спокойно, то сейчас и вовсе не напрягался, в то время как Фу Хай уже начал тяжело пыхтеть после первых же двух десятков ударов, так и не достигших цели.
В теории я мог бы закончить этот бой в любой момент. Один удар, и рыжий сложился бы пополам, выплюнув на землю свой завтрак, но я не спешил. Во‑первых, это было бы слишком просто, а во‑вторых, инструктор Ши всё ещё буравил меня взглядом, и я чувствовал, что он ждёт от меня чего‑то большего, чем просто избиения младенца, поэтому я и продолжал уклоняться, двигаясь по кругу, позволяя Фу Хаю атаковать меня снова и снова, раз за разом показывая свой непрофессионализм. Получается, что я просто использовал его как как живой манекен для отработки движений, которые показал мне мастер Чэн у горного озера. Оказывается, все эти стойки для меча можно было использовать и без оружия, плавно перетекая из одной, в другую.
В какой‑то момент рыжий, окончательно выдохшийся и потерявший остатки терпения, совершил глупость. Он попытался провести проход в ноги, явно надеясь повалить меня на землю и замолотить кулаками, как это часто бывает в уличных драках. Я увидел его замысел, едва он только начал наклоняться, и, вместо того чтобы отпрыгнуть, я просто положил ладонь на его затылок и, используя его собственную инерцию, направил его голову вниз, в землю. При этом добавил совсем немного, легчайший толчок. Фу Хай, не встретив сопротивления, клюнул носом в утрамбованную землю и растянулся у моих ног, подняв тучу пыли.
Толпа взорвалась смехом.
Рыжий, багровый от унижения, вскочил на ноги, отплёвываясь от грязи. Его глаза горели бешенством, кулаки тряслись, а на скуле наливался здоровенный синяк.
– Да я… да я тебя… – прохрипел он, бросаясь в очередную, уже совершенно бессмысленную атаку.
Я убрал руки за спину и просто отклонялся всем телом. Влево, вправо, шаг назад, снова отступ влево, а затем нырок под проходящую слишком высоко руку. Его удары, надо сказать довольно хлёсткие, свистели в воздухе, рассекая пустоту, а я продолжал издеваться над ним. И что самое главное от всех предыдущих драк, на этот раз никакой тёмной сущности, никакой ярости, заглушающей разум, а лишь мой холодный расчёт и идеальная работа мышц. Это делал я сам и это было восхитительно!
– Достаточно! – раздался окрик инструктора Ши.
Я остановился. Фу Хай, не успев среагировать, по инерции пробежал ещё пару шагов и рухнул на колени, судорожно хватая ртом воздух. Его лицо было красным от усталости и стыда, а рубаха на спине промокла насквозь.
– Фу Хай, – произнёс Ши ледяным тоном, – ты проиграл. Встань и вернись в строй.
Рыжий поднялся, шатаясь, и, не глядя ни на кого, побрёл к остальным, опустив плечи и смотря в землю. Усвоил ли он урок? Вряд ли, потому что такие как он, редко учатся на своих ошибках. Скорее, он просто затаит злобу ещё глубже. А я, по всей видимости, обзавёлся ещё одним врагом. Хоть и довольно слабым, но всё равно опасным, потому что загнанная в угол крыса способна на многое.
Инструктор Ши повернулся ко мне. Его лицо не выражало никаких эмоций, но в глазах отчётливо читалось напряжённое размышление. Он словно прикидывал что‑то, решал уравнение, которое внезапно получило новую переменную.
– Неплохая реакция, и работа ног. – произнёс он наконец. – Но это был бой с одним противником, который заведомо слабее тебя. В реальной схватке врагов будет больше.
Он повернулся к строю неофитов и выкрикнул три имени.
– Линь, Го, Сунь! В круг! Живо!
Трое парней, которых он назвал, отделились от толпы. Один высокий и жилистый, второй низкорослый крепыш и третий, нечто среднее, но судя по повадкам и тому, как вышел, довольно быстрый и вертлявый.
– Задача прежняя, – сказал Ши, и его губы тронула едва заметная усмешка. – Повалить его на землю. Правила те же. Никакого оружия, калечить запрещено. Начали!
Они не стали бросаться в атаку сломя голову, как рыжий. Эти трое явно имели хоть какое‑то представление о командной работе, поэтому разделились. Они начали медленно сжимать кольцо вокруг, и я почувствовал, как уровень адреналина в крови слегка подскочил. Это становилось интересно. Насколько лично я стал сильнее? Раньше, я бы испугался предстоящей драки с тремя противниками, но теперь… Теперь я её предвкушал!
Атаковать первым начал Сунь. Нанёс быстрый, хлёсткий удар ногой в колено, рассчитанный на то, чтобы лишить меня подвижности. Я убрал ногу в сторону, одновременно блокируя прямой удар от Линя, который тут же попытался пробить мне в корпус. Предплечьм встретило его кулак, и я, смягчая удар, перенаправил его силу в сторону, заставляя атакующего потерять равновесие и на мгновение закрыть собой Го. Крепыш, уже заносивший свой кулак, вынужден был затормозить, чтобы не врезать по своему же товарищу. Этого мгновения мне хватило. Я скользнул вперёд, вплотную к Суню, сократив дистанцию так, что его удары ногами потеряли свою силу и скорость, и легонько, почти нежно, толкнул его раскрытой ладонью в грудь. Правда силу вложил такую, что Сунь отлетел на пару шагов и шлёпнувшись на пятую точку, покатился кубарем.
– Минус один.
Го взревел и бросился на меня, как разъярённый бык. В принципе, шанс у него был. Если бы он схватил меня и подмял под своей массой, то дал бы шанс товарищу. Вот только я был быстрее. Уходя от захвата, оказался у него за спиной, подтолкнул его в поясницу, добавляя ускорения. Го, не встретив сопротивления, по инерции пролетел несколько шагов и врезался головой в один из деревянных шестов, вкопанных для тренировки баланса. Раздался глухой удар, шест закачался, а крепыш мешком осел на землю, мотая головой.
Линь, оставшись один, попытался провести серию быстрых, хлёстких ударов руками. Он был неплох, гораздо лучше рыжего, ему явно кто‑то ставил технику ударов. Но и этого было недостаточно. Я парировал его удары, отводя их в стороны, словно раздвигал ветки в лесу. Раз, два, три, четыре – все его атаки ушли в молоко, и я, поймав ритм, шагнул вперёд и нанёс короткий, резкий удар раскрытой ладонью в солнечное сплетение, отчего Линь, охнув, сложился пополам и опустился на колени.
– Достаточно, – снова скомандовал Ши.
Я опустил руки и огляделся. Если честно, то сам этого от себя не ожидал. Трое противников были нейтрализованы, а я даже не запыхался. Тело, получившее нагрузку, наоборот, словно разогрелось и требовало большего.
Инструктор Ши смотрел на меня уже без тени усмешки, скорее с плохо замаскированным интересом и чуть ли не облизывался при этом.
– Хорошо, – произнёс он. – Очень хорошо. Но ты всё ещё не вспотел. – Он сделал паузу и вдруг повернулся ко всему строю. – Остальные! В круг! Все, кто считает, что способен повалить этого человека на землю! Посмотрим, сколько вы продержитесь!
Толпа замерла. Неофиты переглядывались, не веря своим ушам. Одно дело, выйти на бой втроём или впятером, и совсем другое, навалиться всей кучей. Но приказ есть приказ, и, кроме того, во взглядах многих я видел тот же самый огонёк, что горел у Фу Хая. Зависть пополам со злостью. Они хотели набить мне морду, доказать себе и инструктору, что я ничем не лучше их, что всё это лишь везение.
И желающие нашлись. Их было около десятка, из числа тех, кто посмелее и посильнее. Они окружили меня со всех сторон, и я впервые за сегодняшний день почувствовал что‑то, отдалённо похожее на давление. Не духовное, они не обладали таким навыком как магистр или развитые звери, а чисто психологическое. Десяток крепких, злых парней, которые хотят одного – растоптать тебя.
– Начали! – рявкнул Ши.
Они побежали одновременно со всех сторон, без какой‑либо тактики, подбадривая себя криками. Впрочем, толпа есть толпа, что от неё хотеть?
Если бы я остался на месте, меня бы просто смяли массой, а потом забили ногами, поэтому я сделал единственное, что мог сделать в такой ситуации – начал двигаться. Вот только, вместо уклонений, начал бить, понимая, что одного пропущенного удара может хватить на то, что меня собьют с ног, а там всё веселье и закончится.
Я выбросил левую руку вперёд, и моя ладонь, сложенная лодочкой, звонко прилетела по уху ближайшему неофиту. Парень, взвыв от боли, схватился за голову и вывалился из кучи. Я тут же, не останавливаясь, и снова исполняя приём из стойки, которой меня научил мастер Чэн, нанёс короткий, резкий удар пяткой правой ладони в челюсть второму, подкрадывавшемуся сзади. Голова парня дёрнулась, он клацнул зубами и рухнул как подкошенный, полностью отключившись. Я развернулся и встретил третьего прямым ударом кулака в солнечное сплетение, и неофит, охнув, сложился пополам
Опрокинул ещё пятерых, щедро раздавая оплеухи, когда краем глаза заметил, что Фу Хай, оправившийся от своего позора, выдернул из земли деревянный колышек, которым крепили растяжки для тренировочных мешков, и с криком бросился на меня, выставив его вперёд как нож.
– Сдохни, тварь!
Я видел эту атаку. Видел, как он бежит, видел зазубренный конец колышка, весь в грязи, сулящий гангрену и целящийся мне в живот, и видел безумный блеск в его глазах. Я развернулся к нему всем корпусом, и моя левая рука взметнулась вверх, перехватывая его запястье. Сжал пальцы, чувствуя, как хрустят его кости, и резко вывернул руку. Колышек выпал из его ослабевшей ладони. Я дёрнул рыжего на себя, разворачивая его спиной, и моя правая рука, сжатая в кулак, уже летела ему в затылок, готовая одним ударом выключить его сознание. Я уже не контролировал силу, ярость от его подлого удара требовала возмездия, толком не осознавая, что делаю.
Пространство словно взорвалось и мой кулак внезапно остановился, врезавшись в непреодолимую преграду. Мой кулак замер в сантиметре от затылка. Фу Хая, остановленный рукой инструктора. Рыжий, осознавший, что только‑что чуть не умер, обмяк в моей хватке, его ноги подкосились, и он мешком рухнул на землю, лишившись чувств от одного лишь страха. Я медленно опустил руку и огляделся.
Всё поле было усеяно телами. Неофиты лежали вповалку, кто‑то стонал, держась за разбитый нос, кто‑то сидел на земле, пытаясь отдышаться и прийти в себя.
Инструктор Ши мягко пустил мой кулак, уведя его вниз и отпустил.
– Вот это, – произнёс он громко, обращаясь к ученикам, – и есть сила. Не та, что даётся по праву рождения, и тем более не та, что покупается за отцовское золото. – Он обвёл рукой поле. – Вот сила одного, способного сокрушить неисчислимое число противников. Вот то, чему я пытаюсь вас научить. – Он помолчал, обводя взглядом учеников, стонущих от боли. – Не умению драться, а пониманию жизни. То, что вам всем давали с самого рождения – связи, деньги, ресурсы, это всё лишь костыли, воспитывающие в вас ложное чувство величия. Мир жесток, и истинная мощь есть лишь у обладателей таланта, которым воистину предначертано великое будущее, тогда как вы всегда будете ограничены порогом своего развития. На сегодня занятие окончено, все свободны.
Инструктор Ши качнул головой и пошёл прочь, но на полпути остановился и бросил через плечо:
– Новичок! Приведёшь себя в порядок, и завтра утром жду тебя здесь. Будешь учиться обращаться с этой зубочисткой, что таскаешь за спиной, против тех, кто действительно умеет это делать. Если выживешь – может, чему и научишься. Свободен.
