290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Сапфир и золото (СИ) » Текст книги (страница 18)
Сапфир и золото (СИ)
  • Текст добавлен: 29 ноября 2019, 03:30

Текст книги "Сапфир и золото (СИ)"


Автор книги: Джин Соул






сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 54 страниц)

Дракон спустился в сокровищницу и упал ничком, слабо пытаясь зарыться в золото, как того подсказывали инстинкты. Золото могло излечить любые раны, даже смертельные – такова была драконья природа.

«Посплю неделю или две, – подумал Эмбервинг, – а пото́м полечу и верну Эрзу. Второе такое войско им уж, верно, собрать не удастся».

Глаза его сомкнулись, и он уснул. Золото усыпило его почти на сто лет.

Когда Дракон очнулся от сна, всё ещё слабый, то подумал, что прошло совсем немного времени. Раны, по ощущениями, затянулись, но не излечились полностью. Особенно та рана на горле. Он дотронулся до шеи и понял, что лишился голоса. Рана только-только успела зарубцеваться. Ничего, голос вернётся, и силы вернутся… Впрочем, их уже достаточно, чтобы полететь в погоню. Десяток стражников, сопровождающих карету, – это сущий пустяк! Он расправится с ними, шутя.

Эмбервинг покинул сокровищницу. Ноги его отчего-то плохо слушались, он придержался за стену и так поднялся в башню. Не заметив гор пыли на столе и кружева паутины повсюду, Дракон вышел из башни на улицу.

Солнце было тусклое, но и оно слепило отвыкшие от света глаза. Эмбервинг прикрыл лицо ладонью ненадолго, пото́м отвёл руку и окинул взглядом дворик. Поразило его царящее в нём запустение. Постройки почти развалились, грядки заросли бурьяном, а ствол яблони треснул пополам и сгнил. Должно быть, пока он спал, случилась гроза, и молния попала в дерево. Дракон дёрнул плечами и развернулся было, чтобы войти обратно в башню, но тут его взгляд упал на дерево, растущее за оградой. Это был могучий столетний дуб с раскидистой кроной.

Глаза Эмбервинга застыли. Он качнулся, упал на колени и так страшно взревел не то по-человечески, не то по-драконьи, что на лугах полегли и пожухли посевы и травы, а небо вмиг затянулось тучами, и разыгралась страшная гроза.

Когда он ложился спать, этого дуба за оградой не было. Было маленькое тоненькое деревце, качающееся и грозящее сломаться и от лёгкого порыва ветерка. А теперь оно стало дубом, свалить которое не смог бы даже ураган. Дракон понял, что опоздал проснуться. На сто лет опоздал!

Больше ничего уже не имело значения. Как небо затянуло тучами, так и его лицо затянуло морщинами, Дракон постарел за несколько секунд, превращаясь из юноши в стареющего мужчину. Углы его рта скорбно опустились, он больше никогда не улыбался. Взгляд янтарных глаз стал пуст и мёртв. Голос к нему вернулся только спустя полвека, но он и говорил теперь редко, а собственное имя вообще никогда не произносил вслух и однажды забыл его – или уверил себя, что забыл.

Дракон по имени Эмбервинг снова стал всего лишь безымянным драконом. На этот раз, как он полагал, уже навсегда.

========== 22. «Петрушка кудрявится, принцесса упрямится» ==========

Король со страдальческим лицом сидел на троне. Он страдал язвой желудка и был такой тощий, что, казалось, однажды растает, как тень, и от этого выглядел особенно жалко, даже несмотря на королевскую мантию. Королева стояла подле; она, в отличие от царственного супруга, была женщина дородная, но лицом в точности походила на короля: выражение глубокой печали не сходило с него. Перед королевской четой стояли полукругом министры, комплекции разной, но все с одинаково озабоченными лицами. Король созвал совет.

– Мы вынуждены признать, – скорбным голосом заговорил король, – что в королевстве назрел кризис. Нужно что-то делать, но мы не имеем ни малейшего представления, как нам этот кризис преодолеть.

– Да-а… – сочувственно протянули министры, переглянувшись.

Цветочное королевство было небольшое, но процветающее. Одна беда: принцесса.

– Что, соискателей так и не нашлось? – полным надежды голосом спросила королева.

– Увы, ни одного, – покачал головой первый министр.

Вот уже несколько лет министры подыскивали принцессе Флёргане, единственной дочери короля, жениха, но… Большинство принцев и рыцарей бесследно пропадали, едва услышав, кого за них пытаются просватать. Те бедолаги, что соглашались приехать в Цветочное королевство, сбегали уже через несколько минут после знакомства с принцессой. Всё дело в том, что принцесса была жутко вздорная. За глаза Цветочное королевство даже называли Вздорным королевством, так успела «прославиться» наследница престола!

– А тот, рыженький, как его там? – с совсем уже слабенькой надеждой в голосе напомнила королева. – У них вроде бы неплохо складывалось… поначалу.

– Сбежал, ваше величество, – доложил второй министр и сочувственно покачал головой. – Принцесса оттаскала его за нос, когда он пытался сделать ей комплимент.

– Кошмар! – закатила глаза королева, король проделал то же самое.

Принцесса была кудрявая, как петрушка, и свои волосы терпеть не могла. А поскольку характером она была несдержанная, то, когда жених заикнулся о том, какие у неё волосы… она не стала дослушивать, ухватила его за нос и так оттаскала, что нос у жениха стал похож на баклажан. Немудрено, что жених тут же ретировался.

– А тот… – умирающим голосом начал король, держась за желудок, который опять прихватило, – помните, плюгавенький такой, из мелкопоместных рыцарей?

– Ну, – махнул рукой первый министр, – этого-то принцесса сразу спровадила, ещё до того, как он успел предложить ей руку и сердце. Посоветовала ему сразу на лысо побриться, чтобы плешинами не сверкать, или парик прикупить, дабы не оскорблять царственного взора королевской дочери.

– Гм… хм… – издал невнятно король, а королева опять закатила глаза. – Кризис, как мы и говорили. Если так будет продолжаться, то сами понимаете. И что, мы спрашиваем, с этим делать?

– А может, дать за неё не полкоролевства, а сразу всё? – предложил министр финансов. – А как только найдётся желающий, так схватить его, связать и не отпускать, пока не женится? А для полной уверенности ещё и приворотным зельем опоить.

– Фи, – сказала королева, – ну, насчёт целого королевства ещё ничего идея, но всё остальное…

«Да потому что ни один в своём уме добровольно на принцессе не женится», – подумал министр финансов, но вслух этого, конечно же, не сказал.

– Нет, – сказал король, пытаясь изобразить величие, но вышел какой-то скулёж, – нужно такого кандидата отыскать, чтобы принцессу с собой забрал. А уж как народятся у них дети, так пусть внук Цветочным королевством правит. И желательно, чтобы в мужа уродившийся.

– Где ж такого найти, чтобы и с королевством… – начал первый министр и едва не докончил: «…и чтобы принцессу взять захотел».

В это время двери тронного зала распахнулись, и в них вбежали сразу три растрёпанные женщины, в которых министры с трудом признали фрейлин. Вид у них был такой, точно их хорошенько потрепала стая королевских гончих. Король подозрительно глянул на королевского псаря, но тот отчаянно помотал головой, а королева, грешным делом, подумала, что это принцесса оттаскала фрейлин за волосы.

– Ваше величество! – задыхаясь, пропыхтела старшая фрейлина. – Беда! Несчастье! Катастрофа!

– Что такое? – испугался король и схватился за сердце. – Война? Чума? Землетрясение?

– Хуже, – сказала старшая фрейлина. – Дракон похитил принцессу Флёргану.

Воцарилось молчание. Король медленно перевёл взгляд на королеву, а пото́м… вскочил с трона, подбросил корону вверх и заорал во весь голос:

– Ура! Отделались!

Они с королевой схватили друг друга за руки и стали танцевать вокруг трона, проявляя необыкновенную для его здоровья и для её телосложения прыткость. Министры сорвали с головы парики и начали ими размахивать, стараясь перекричать друг друга:

– Ура! Кризис преодолён! Ура!

Фрейлины вытаращились на столь вопиющее зрелище. Король прыгал так, что из-под развевающейся мантии то и дело выглядывали панталоны. С заплаткой на гульфике. Министры оказались сплошь лысые без париков. А королева раскраснелась, обливалась по́том, и от каждого её тучного па трон немного подпрыгивал. Умаявшись, все остановились. Король поднял корону, водрузил на голову и снова уселся на трон. Министры, кряхтя, начали поднимать парики. Королева шумно отдувалась.

– Дракон представился? – озабоченно спросил король.

– Да, он сказал… – начала было старшая фрейлина.

– Но вы не расслышали, – категорично прервал король.

– Да нет же, – растерялась старшая фрейлина, – я отлично расслышала, что…

– Вы. Не. Расслышали. – И король угрожающе свёл брови к переносице. – Может, потому что дракон слишком громко ревел? Или у вас тугоухость развилась. Вдруг. В тот самый момент. А по́том пропала. Бывает же такое, да, придворный лекарь?

Лекарь тут же уверил, что бывает, и со значением посмотрел на недоумевающую фрейлину.

– Но как же… – совсем растерялась старшая фрейлина и переглянулась с остальными.

Король довольно потёр руки и объявил:

– Королевский совет объявляю закрытым. Кризис преодолён.

– Но что же нам теперь делать? – воскликнула старшая фрейлина, ломая руки.

– Праздновать, – распорядился король и стукнул скипетром себе по коленке. Было больно, но он даже не поморщился. – Всем праздновать! Объявляю сегодняшний день государственным праздником. Нищим раздать денег, голодных накормить, в тавернах пить за здоровье дракона! Звонить во все колокола! Кричать ура! Никому не работать!

– Но, ваше величество, вы ведь собираетесь кинуть клич? – разволновалась старшая фрейлина. – По всем королевствам? «Тому, кто спасёт принцессу от дракона…» – и всё в том же духе?

– Да, да, конечно, – беспечно отозвался король, – мы прикажем разослать гонцов. Первый министр, составьте королевское обращение к верноподданным: полкоролевства, рука принцессы, – всё, как полагается.

– А может, руку принцессы не сто́ит упоминать? – осторожно предложил первый министр.

«И без того желающих не найдётся», – почти разом подумали все министры.

– Нет-нет, непременно рука принцессы, – забеспокоился король, и королева поддержала его.

Принцессу похитил дракон из Серой Башни. Последние тридцать лет он отсыпался в сокровищнице, хандря, а когда проснулся, то сказал сам себе: «А не похитить ли мне принцессу?» Сражение с рыцарями его хотя бы немного развлекло.

Он вытащил карту, где крестиками отмечал королевства, из которых уже похищал принцесс, и для этого использовал разного цвета чернила, чтобы не спутать, когда именно были похищены эти самые принцессы. Чёрными чернилами он пользовался двести лет назад, красными – сто, а зелёными – несколько сотен лет назад. В этот раз он использовал фиолетовые.

Дракон закрыл глаза и ткнул пером в карту наугад. В последнее время он выбирал места похищения именно так, полагаясь на случай. Перо воткнулось в Цветочное королевство, которое было таким маленьким, что Дракон его поначалу и не замечал на карте. «Там-то я ещё ни разу не был», – сказал Дракон сам себе.

Сказано – сделано, и уже на другой день Дракон похитил принцессу Цветочного королевства, даже не подозревая, кого он похитил и какие последствия это имело и для королевства, и для него самого́.

Дракон притащил принцессу в башню, осторожно поставил её на ноги. Флёргана одёрнула подол, отряхнула ладонями шлейф платья, немало пострадавший во время полёта, и первым же делом вкатила Дракону пощёчину. Дракон оторопел. Такого с ним ещё не бывало.

– Да как ты смеешь так меня хватать? – грозно сказала Флёргана, упирая руки в бока. – Ты знаешь, кто я такая?

Дракон потёр щёку, размышляя, не сто́ит ли рассердиться. Оплеух от женщин он ещё ни разу не получал за всю свою тысячелетнюю жизнь. «И что это такое я похитил?» – озадачился он, разглядывая девушку. Она была веснушчатая, крепко сколоченная, и её волосы грозно кудрявились петрушечными хвостиками.

– Вообще-то знаю, – сказал Дракон. – Вопрос в том, знаешь ли ты, кто я.

Принцесса окинула его не менее грозным взглядом. Он ей сразу не понравился. С первого взгляда было видно, что некогда он был красив, что пользовался успехом у дам, да и, должно быть, до сих пор пользуется, поскольку сквозь медленно увядающую красоту лучилось благородство и куртуазность, а женщины на такое особенно падки. И она бы такому не отказала, чего уж там! Но с первого же взгляда становилось также ясно и то, что ничего подобного от него ждать не сто́ит. Быть может, именно поэтому и не понравился.

– Дракон, – фыркнула Флёргана. – Кому бы ещё в голову пришло меня похитить?

Этой оговоркой Дракон несколько озадачился.

– Что ж, – сказал он, – раз уж ты знаешь, как у тебя духу хватило ударить дракона?

– И ещё получишь, если руки будешь распускать, – пригрозила Флёргана. – Чтобы какая-то рептилия мне под юбку лезла?!

Дракон уставился на неё круглыми глазами, а пото́м подумал, что, должно быть, неловко схватил её, когда тащил в башню, а ей почудилось в том невесть что. Пощёчину – да, с её точки зрения он пощёчину заслужил. Но даже и так: обзывать его рептилией было слишком грубо с её стороны. Дракон поджал губы и суховато сказал:

– Жаль тебя разочаровывать, но не в моих правилах лезть под юбки… вздорным девчонкам.

Он ловко подхватил её за плечи и втолкнул в отведённую для неё комнату на втором пролёте. Всех принцесс он селил сюда. Пусть посидит и подумает над своим поведением! Щека непривычно горела.

Ох, сколько раз Дракон пожалел, что похитил вздорную принцессу! Он мучился с ней уже второй месяц, а рыцари почему-то до сих пор не ехали её спасать.

Принцессе всё было не то и всё не так. Ей ничего не нравилось. Еда – невкусная, постель – жёсткая, Дракон – противный, башня – мрачная… Она изводила Дракона, как могла. Он пока терпел, но уже заметил, что принцесса всё говорит и делает ему наперекор. Пару раз она даже пыталась влепить ему пощёчину, но он так на неё глянул, что она не решилась.

Устав, Дракон решил слетать в Цветочное королевство, чтобы выяснить, куда запропали рыцари-спасители, а если встретит их по дороге, так проводить до башни. Но рыцарское войско ему по дороге не встретилось.

Когда он прилетел в столицу, то принялся расспрашивать у торговцев на площади, не произошло ли в королевстве чего-нибудь занятного или ужасного.

– Принцессу вот дракон какой-то спёр, – подумав, ответил торговец, – а так ничего.

– Дракон? Принцессу? – сделал вид, что удивился, Дракон. – Да что вы говорите! И что же, рыцари уже отправились её выручать?

– Нет, – махнул рукой торговец, – какие там рыцари! Король кинул клич, но покуда никто не отозвался. Ни рыцари, ни принцы, ни герои. Молчок. А у короля язва, он сам ехать не может.

– Как так? – растерялся Дракон. – Бедная принцесса!

– Бедный дракон, – почему-то возразил торговец и засмеялся.

Так ничего и не выяснив толком, Дракон вернулся в Серую Башню. А там его ждал сюрприз.

Когда Дракон улетал, то он запер башню снаружи на засов, чтобы принцесса не сбежала. Вернувшись, он убрал засов и толкнул дверь, но… она оказалась заперта изнутри. Судя по звуку, на внутренний засов. Брови Дракона поднялись, он постучал. В смотровое окошечко глянул глаз принцессы.

– Отопри, – велел Дракон.

– И не подумаю, – сказала Флёргана.

– К-как это? – не понял он.

– Теперь это моя башня. Надоели твои придирки.

– Это когда я к тебе придирался? – изумился Дракон и подёргал дверь, но засов был прочный, а применять силу против девушки Дракону претило. Это она к нему придиралась по всякой мелочи!

Флёргана только хмыкнула и закрыла смотровое окошечко.

– Отопри! – повысил голос Дракон. – Ух, и достанется тебе, когда ты оттуда выйдешь!

– А я не выйду, – ответила принцесса из-за двери.

– Есть захочешь, выйдешь, – усмехнулся Дракон, а пото́м вспомнил, что его кладовка ломится от припасов, и скривился лицом.

Оставалось надеяться, что это всего лишь каприз вздорной принцессы и что она отопрёт дверь, когда каприз пройдёт. Но дверь ему Флёргана так и не открыла ни в тот день, ни вообще ни в какой! Дракон стучал, требовал, грозил, просил, но принцесса была непреклонна. А Дракон вздрагивал и хватался за голову, когда слышал, как она что-то роняла в башне. Иногда слышался звон разбившейся посуды: принцесса ловкостью не отличалась. Он мог только догадываться, что теперь творится внутри, а там совершенно точно ничего хорошего не творилось!

Хуже всего то, что Дракону пришлось спать прямо на улице. Есть ему тоже было нечего: на грядках – одна петрушка, он её так наелся, что пото́м смотреть на неё не мог! Умываться приходилось из колодца ледяной водой. И переодеться было не во что. Помыкавшись неделю, Дракон наведался в деревенский трактир.

Сгущались сумерки, и трактирщик собирался уже закрывать таверну, как вошёл Дракон. Он бухнулся за первый попавшийся столик и приказал:

– Подай чего-нибудь…

Трактирщик не без удивления на него воззрился. Выглядел их господин как-то потрёпанно.

– Так ведь не осталось почти ничего, – робко сказал он, – одни подонки в котле.

– Неважно, лишь бы горячее, – отрывисто сказал Дракон. – И чтобы без петрушки!

Трактирщик, которому неловко было кормить Дракона такой дрянью, принёс суп в большой миске, кашу, в которой уже не осталось мяса, и хлеба, а сам побежал будить жену, чтобы та наготовила что-нибудь получше. Трактирщица всполошилась, но, пока она хлопотала по кухне, варя наваристую похлёбку из баранины с чесноком, Дракон успел съесть всё, что трактирщик ему принёс, а пото́м выхлебал едва ли не полный котёл бараньей похлёбки. «Как же оголодал-то!» – подивился трактирщик, с опаской поглядывая на острые крепкие зубы, которыми Дракон отрывал мясо с кости, и ему отчего-то припомнились россказни о том, что драконы и людей едят, если те жирка нагуляют. А трактирщик был тучный. Правда, Дракон доселе людей не ел, но кто его знает… Трактирщик бочком двинулся к кухне и предложил:

– А может, ещё и яичницы с ветчиной? Мы это мигом.

Дракон швырнул обглоданную кость в пустую миску и полной грудью выдохнул:

– Вина. Кувшин. А лучше два.

Трактирщик принёс вино и кружку. Дракон опустошил первый кувшин прямо из горлышка за считанные секунды, вино из второго пил уже кружкой, но теми же быстрыми, жадными глотками, как будто его мучила страшная жажда и он никак не мог напиться. Кажется, он не пьянел. Трактирщику до смерти было любопытно, что же такое приключилось с хозяином Серой Башни, но он благоразумно помалкивал.

Дракон допил вино, посидел немного, раздумывая, пото́м бросил на стол несколько золотых монет и поинтересовался:

– А свободные комнаты у тебя есть?

Комната нашлась, маленькая, каморка почти, но с кроватью, и Дракон остался спать в трактире. Спал он тихо, но по всему трактиру летали золотые искры, выбирающиеся в щель из-под двери каморки. Трактирщик с женой долго по очереди подглядывали в замочную скважину – хотелось посмотреть на спящего Дракона, – но толком ничего не разобрали: в комнате стояло янтарное сияние.

Наутро Дракон ушёл, хорошенько позавтракав тем, что наготовила проворная трактирщица, и оставив на столе порядочно золота.

– Неладное что-то в башне творится, видать, – глубокомысленно заключил трактирщик, когда на другой день увидел, что Дракон спит на лугу, накрывшись собственными крыльями, а на третий – снова пришёл ночевать в трактир.

Дракон, поразмыслив, решил, что так дальше продолжаться не может. Выжить его из собственной башни – да что она о себе возомнила! Но как бы ни был зол Дракон, штурмом брать башню он не стал. Он ещё несколько раз пробовал уговорить принцессу выйти, но безуспешно. Флёргана только хмыкала и продолжала разорять драконовы кладовые. Его запасов хватило бы ещё на полгода, не меньше.

Тогда Дракон решил слетать в Цветочное королевство и поговорить с её родителями. Пусть забирают принцессу, раз никто не едет её вызволять: ему с ней валандаться некогда, да и сил уже никаких нет.

Действовать он думал решительно. Не скрываясь, он драконом слетел к подвесному мосту, который был перекинут через ров, окружавший замок. Когда стражники его увидели, они завопили:

– Дракон! Дракон! Поднимайте мост!

Заскрипели механизмы, мост медленно поехал вверх. Дракон подцепил край моста лапой и тихонько дёрнул его обратно. Цепи, на которых мост держался, взвизгнули, лязгнули и оборвались, полотно моста грохнулось на место. Дракон вступил на мост, его окружило янтарное облако, а когда схлынуло, то по мосту уже шёл не дракон, а мужчина с янтарными волосами и того же цвета глазами. Стражники вскинули было алебарды, но он сказал им миролюбиво:

– Полно! Я к королю по делу. Времени у меня играть с вами нет.

Стражники переглянулись, но оружие опустили и повели Дракона к королю. Тот как раз сидел на троне, страдая от особенно сильной боли в желудке, и нисколько не обрадовался, когда ему доложили:

– Дракон к его величеству!

– Дракон? – всполошился король. – Какой дракон? Тот самый?

Никто точно не знал. Дракона видели только фрейлины, но и то в драконьем, а не в человеческом обличье.

Дракон вошёл в тронный зал, окинул взглядом и сгрудившихся кучей министров, и короля с королевой. «Надо же, как они все меня боятся!» – со смешанным чувством огорчения и некоторой гордости подумал Дракон. Это было не совсем так. Боялись они не его, а того, для чего он к ним явился. А явиться он мог только по одной единственной причине, и все это прекрасно понимали.

– Я дракон из Серой Башни, – назвался Дракон.

– П-приветствуем… – проблеял король.

Страх в его голосе Дракону не понравился. Король мог бы вести себя и повеличественнее, если уж он король. Не дело монарху, который правит целым королевством, трястись при виде всего лишь дракона, да ещё и в человеческом обличье!

– Вы, должно быть, знаете, что я похитил вашу дочь? – спросил Дракон, стремясь наладить всё же диалог.

– Д-да… – снова проблеял король.

– Так вот, я пришёл, чтобы её вернуть. Забирайте. В любое время. А лучше немедленно, – тоном, не терпящим возражений, сказал Дракон.

– Н-не возьмём, – проблеял король, но на этот раз несколько увереннее, чем прежде.

– Как это? – опешил Дракон. – Я же возвращаю вам похищенную дочь. Просто так. Даже ничего взамен не требую.

– Нет-нет-нет, – совершенно осмелев, проблеял король, – раз уж забрал…

Дракон сердито фыркнул и сделал нетерпеливый жест:

– Понятно. Мешок золота? Два? Десять? Согласен на любые условия, только заберите.

– А может, лучше мы тебе приплатим? – спросил вместо короля министр финансов. – Согласны на любые условия, только не возвращай.

Дракон нахмурился. Да неужто никак от этой принцессы не отделаться?!

– А что же, разве нет какого-нибудь воздыхателя? – поморщившись, спросил он. – Без сражения отдам. Даже приданым снабжу, если потребуется.

Король только закатил глаза, королева тоже, а министры с таким видом переглянулись, что Дракон понял: вот влип, так влип! Он пытался ещё какое-то время торговаться, предлагал немыслимые по меркам драконов уступки – едва ли не половину всех сокровищ! – но король был непреклонен. Не берут обратно, и всё тут!

– Вот если бы ты, господин дракон, ей подыскал жениха хоть какого-нибудь, хоть из рыцарей, хоть уже из кого угодно, так мы бы тебе и сами половину наших сокровищ отдали, – жалобно сказал король и ухватился за желудок, зеленея лицом. – Войди ты в наше положение!

– А в моё кто войдёт? – возмутился Дракон.

Увы, пришлось ему возвращаться в Серую Башню несолоно нахлебавшись. Король даже угроз не боялся: мол, никакое стихийное бедствие не сравнится с дочерью, так что и драконом его не запугать.

Дракон прилетел домой мрачнее некуда. Домой… у него и дома-то не было теперь! В башне воцарилась принцесса, а он мыкался по углам, как какой-нибудь бродяга.

Единственное спасение – если отыщется рыцарь, который захочет спасти принцессу от дракона… нет, уж если начистоту, то спасти дракона от принцессы! Дракон поскрёб затылок и подумал, что сто́ит нанять рыцаря. Подыскать какого-нибудь бедного скитальца, их по дорогам близлежащих королевств мыкается много: то от крестового похода отстанут, то король со службы прогонит, – разве не найдётся среди них тот, кому бы сгодилась даже такая вздорная принцесса, тем более с приданым в полкоролевства? Дракон воспрянул духом и полетел в первый попавшийся город, чтобы приступить к поискам.

Прямо вот так сразу рыцари ему на улицах не попадались, а если и попадались, то наотрез отказывались, едва слышали название королевства.

– Тьфу! – сказал Дракон в сердцах и, решив отдохнуть немного, купил у разносчика газету и уселся на лавочке в городском парке.

На глаза ему попался раздел с объявлениями. «Отдам котят в хорошие руки», – прочёл он, а пото́м: «Требуется молочник». И много ещё всякого. Дракон встрепенулся: вот оно! Подать объявление! Это лучше, чем бродить по улицам и ловить прохожих, которые и без того посматривали на него с подозрением: он был слишком хорошо одет для этого городка и тем подозрительнее казался горожанам.

Дракон долго размышлял, пото́м составил два, как ему казалось, отменных объявления. Первое: «Отдам принцессу в хорошие руки». Второе: «Срочно требуется рыцарь. Оплата золотом». Если уж не на первое, так на второе непременно должен был кто-нибудь клюнуть!

Но – увы! – идея была обречена на полный провал. Редактор газеты поначалу встретил посетителя приветливо, прельстившись обещанным за услугу золотом и необыкновенно галантной речью незнакомца, но как только увидел, что тот в первом объявлении понаписал, то второе и вовсе и читать не стал, а Дракона из редакции выпроводил.

– У меня газета приличная, – сказал редактор, напыжившись.

Дракон облетел ещё несколько городов, но ему ни в одном не повезло: объявления его в газетах печатать отказывались, посоветовали на столбах развешать. Если бы не менестрель, то неизвестно, что бы Дракон сделал в полном отчаянье!

Принцессе Флёргане, на самом-то деле, уже надоело сидеть взаперти. Изводить Дракона было весело только поначалу, а пото́м приелось, да и Дракон перестал подходить к башне. Она слышала, как он возился с лошадьми, видела, что он иногда спит на лугу или в стогу сена, но всё чаще он куда-то пропадал или уходил в деревню, что была вниз по холму. Как будто его перестало волновать, что он не может попасть в собственную башню! Готовить принцесса, само собой, не умела, так что приходилось довольствоваться копчёностями и грызть овощи сырыми. Хлеб давно кончился, остались лишь сухари. А ещё обнаружился в углу мешок сухой рыбы, но она была такая твёрдая и солёная, что набила оскомину в первую же попытку принцессы отгрызть хвост у лещика. Да, нужно было признать, что по еде, приготовленной Драконом, Флёргана уже начала скучать: она хоть и воротила от неё нос, чтобы позлить хозяина башни, но всегда съедала подчистую то, что он ей приносил.

«Ну ладно, – решила вздорная принцесса, – когда в следующий раз попросит открыть дверь, так уж и быть, открою!»

Но в дверь постучал менестрель. Лица Флёргана толком не разглядела, поскольку на его голову был накинут капюшон, и вообще она приняла его за рыцаря, а вернее, за мальчишку, стащившего отцовские доспехи.

– Подкрепление привёл? – фыркнула принцесса, глянув на молчаливо стоявшего поодаль Дракона, и опять раздумала впускать его в башню.

А этот мальчишка представился гонцом из Цветочного королевства и такого наболтал! Будто бы за Флёргану приехал свататься рыцарь в сияющих доспехах, а когда поднял забрало, то оказалось, что это принц Голденхарт из Тридевятого королевства. У принцессы дух захватило. Принц Голденхарт?! Конечно же она знала, кто такой принц Голденхарт. Наверное, не было на свете ни одной принцессы и вообще девушки, которая бы не знала, кто такой принц Голденхарт. О его красоте едва ли не легенды слагали. И хотя было маловероятно, чтобы этот потрясающий принц явился в Цветочное королевство свататься, но Флёргана всё же поверила. Она моментально собралась в дорогу и уехала домой, оставив стенающему Дракону царство хаоса вместо башни.

Дома её не ждали, как выяснилось.

Принцесса спешилась на мосту. Волосы у неё были растрёпаны, платье запылилось от долгого пути. Вид у принцессы был решительный. Девушка завертела головой, но никакого рыцаря у ворот не обнаружила.

– Где он? – насела она на стражников.

– Кто? – изумились те.

– Рыцарь в сияющих доспехах? – нетерпеливо сказала Флёргана. – Или его уговорили подождать в за́мке?

– А-а… хм… э-э-э… – только и ответили стражники, которые понятия не имели, о чём принцесса говорит.

Флёргана поняла, что толку от них не добиться, подобрала юбки, чтобы не путались, и ринулась в за́мок. Кудрявые волосы качались и развевались, как штандарт, – очень нехороший признак! Придворные благоразумно попрятались кто куда. Принцесса заявилась в тронный зал.

– Где принц Голденхарт? – без обиняков спросила Флёргана.

От её появления короля так прихватило язвой, что он скорчился, как червяк. Нет, в этом мире даже и на дракона положиться нельзя! Он застонал и переспросил:

– Какой-какой принц?

– Принц Голденхарт, – повторила принцесса, и её веснушчатое лицо начала заливать краска гневного нетерпения. – Только не говорите, что вы его выпроводили!

Король с королевой растерянно переглянулись.

– Никто не приезжал, – сказал король. – С чего это ты взяла, что принц Голденхарт в Цветочном королевстве? Что делать принцу Голденхарту в Цветочном королевстве?

– Мне же сказали… – начала было принцесса и тут всё поняла.

Этот мальчишка в доспехах с чужого плеча её обманул! Скорее всего, они вместе с Драконом это придумали, чтобы выманить её из башни. А принца Голденхарта, разумеется, тут нет и быть не могло! Любая другая принцесса ударилась бы в слёзы. Принцесса Флёргана закатила истерику. Одной дело не обошлось, закатывать их принцесса умела и закатывала с завидным постоянством, злясь на себя и на весь свет. Король с королевой уж не знали, куда деваться: хоть из замка беги!

Принцессе между тем злиться надоело. «Этого мальчишку надо бы проучить, – подумала она, краснея при мысли о том, как ловко он её провёл и как легко она попалась на его уловку. – Да, непременно надо проучить! Вот прямо сейчас поеду и всыплю ему по первое число!»

Она надела походное платье и потребовала, чтобы заложили карету.

– Ты куда-то едешь? – осторожно спросил король.

Флёргана посмотрела на него так сурово, что больше ничего спрашивать он не решился.

– Возьми с собой хотя бы фрейлину, – взмолилась королева, когда поняла, что принцесса собирается ехать невесть куда в одиночку.

– Это будет недолгое путешествие, – мрачно предрекла принцесса, – проучу этого противного мальчишку и вернусь.

– Какого мальчишку? – оторопел король, размышляя, не грозит ли это королевству новыми неприятностями. Тот, которого принцесса оттаскала за нос, подал в суд, требуя компенсации.

– Того самого, – желчно протянула Флёргана, но ничего больше не объяснила. Этот бы одним носом не отделался!

Но, как уже известно, в башне Дракона, куда принцесса ворвалась, чтобы восстановить справедливость, она увидела кронпринца Айрена, а кронпринц Айрен увидел её, и оба немедленно друг в друга влюбились. Так уж это и происходит, ничего не поделаешь. А мальчишка-врун оказался не только братом её новоявленного жениха, но и вообще тем самым принцем Голденхартом. Ну и родственнички!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю