355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Роман Ключник » Лекции Президентам по Истории, Философии и Религии » Текст книги (страница 26)
Лекции Президентам по Истории, Философии и Религии
  • Текст добавлен: 15 октября 2016, 06:48

Текст книги "Лекции Президентам по Истории, Философии и Религии"


Автор книги: Роман Ключник


Жанры:

   

История

,

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 120 страниц)

Положение страны и народа к концу XVIII века было катастрофическим, нищенским, государственный долг достиг астрономических размеров. Соответственно налоговое бремя на население было огромным, что вызывало понятное недовольство народа и парламента. Парламент встал в резкую оппозицию к королю, и к 1788 году это противостояние достигло максимума. В этой всей критической ситуации король вынужден в мае 1789 года созвать Генеральные Штаты, которые уже не созывались 175 лет.

Генеральные Штаты – это сословно представительное учреждение, некий совет старейшин или мудрых, который по идее должен был представлять весь народ и якобы выражать его мнение. В него входили представители дворянства, духовенства и горожан (третье сословие). Впервые этот орган создал в 1302 году король Филипп Красивый для поддержки своих инициатив. Во время таких созывов сословия пользовались моментом и выторговывали себе различные законы или льготы. Ко времени очередного созыва в 1789 году Франция подошла в кризисном состоянии. И к этому времени в французском обществе вызрела идея создания республики.

Просветители Франции

В XVIII веке во Франции появилось несколько талантливых людей, выдающихся мыслителей, которые творили в один и тот же период. Это были Вольтер – Мари-Франсуа Аруэ (1694–1778 гг.), Жан-Жак Руссо (1712–1778 гг.), Дени Дидро (1713–1784 гг.) и Гельвеций Клод Адриан (1715–1771 гг.). Все они были философами, писателями, поэтами, драматургами, а Руссо был ещё и композитором. За продвигаемые в общество взгляды их назвали просветителями.

Все они были не из богатых сословий – Гельвеций был сыном врача, Руссо был – сыном часовщика, Дидро – ремесленника, Вольтер – нотариуса. Но благодаря собственному таланту, относительному достатку родителей и некоторой удаче – все они достигли больших высот, например, Дидро получил звание магистра искусств, а Вольтер был членом Французской Академии.

Просветители в своих взглядах стояли на пути поиска истины и одновременно на грани революционности. Так было и на этот раз, вот например, фраза Дидро: «Образование придаёт человеку достоинство, и раб начинает сознавать, что он не рождён для рабства». Пожалуй, лишь один Гельвеций говорил больше о бесконечном, вечном, материальном Мире и этим был похож на Спинозу. Остальные трое высказывались в духе приведённой фразы Дидро.

Закономерным образом получилось противостояние между ними и церковью, хотя они не отвергали полностью церковь и считали её необходимой для сохранения общественного порядка и частной собственности. По этой же причине было противостояние между просветителями и властями.

В результате – трактат Гельвеция «Об уме» официально сожгли; Вольтер в 1717 году был заключён в Бастилию, в 1726 г. был выслан из Франции, а в 1734 г. был осуждён парламентом на сожжение, но казни избежал. Дидро отсидел почти два года в тюрьме, а Руссо вообще всю жизнь приходилось скрываться от властей, и находится постоянно в бегах – как от властей, так и от католиков и от протестантов.

Во Франции уже с начала XVII века, глядя на соседнюю Голландию, шушукались о республике. В 1762 году Вольтер в своей работе «Республиканские идеи» начинал основательно разрабатывать идею республиканского устройства страны, хотя его устраивала и просвещенная монархия, то есть некий просвещённый демократический, справедливый король. Дидро также симпатизировал этим идеям, хотя сомневался, – подходит ли республиканское устройство к такой большой стране как Франция. При этом Дидро также устраивала просвещённая монархия.

Руссо же в отличие от предыдущих сотоварищей был самым радикальным, категоричным и революционным – он был не только против существования короля, но и вообще – против существования неравенства, существования господствующих, эксплуататорских классов, которые исключительно пользуются плодами-достижениями всего общества.

В принципе, это были уже характерные взгляды будущего марксизма, и добрую половину своей философии талантливый сын еврейского народа Карл Маркс неафишируя взял у Руссо. Поэтому, чтобы понять Карла Маркса необходимо знать Руссо.

Истины и заблуждения Руссо

Среди вышеназванных мыслителей-просветителей Гельвеций почти не касался вопросов переустройства общества, философии государства; Дидро же после тюрьмы оставил эту тему и полностью посвятил себя созданию первой Энциклопедии(1751–1765 гг). А Вольтер и Руссо, хотя оба симпатизировали идеям республиканского устройства, однако сильно отличались во взгляде на фундаментальный вопрос изначального равенства или неравенства, и отсюда происходило всё множество других разительно различных взглядов.

Руссо считал, что все люди рождаются равными, ибо все они были равными в первобытном диком состоянии. И, по Руссо, достаточно всех поставить опять в равные условия, дать равное образование и воспитание – и все опять будут равными. А Вольтер, как и Дидро, считал, что все люди рождаются изначально с разными способностями, поэтому все люди изначально неравны.

Уважаемые читатели, будьте внимательны, хотя окончательную точку в этом вопросе уже давно поставила наука генетика, но данный вопрос и поныне является очень актуальным, и важным, хотя на нём здорово «поскользнулись», вернее – коварно использовали, относительно недавно Маркс и Ленин.

Вольтер: «На нашей несчастной планете невозможно, чтобы люди живущие в обществе, не были бы разделены на два класса – один из угнетателей, другой – из угнетённых. Человеческий род, такой, каков он есть…» Ранее мы уже приводили цитату об образовании Дидро, который, как и Вольтер, считал образование важным, но не решающим всё, поэтому оба эти философа считали очень важным выявление в человеке изначальных, природных задатков-способностей.

Руссо к решению этого вопроса подошёл максимально серьёзно и посвятил этому вопросу целое исследование – работу под названием «Рассуждение о начале и основании неравенства между людьми» (1775 г.). В этой работе он проследил эволюцию человечества в названном вопросе. Эта работа Руссо очень интересна ещё и тем, что её будет в своей основе повторять, дублировать Маркс.

Ж.Ж.Руссо долго изучал жизнь «диких», первобытных людей, живущих свободно в лесных чащобах и пришёл к следующим выводам —

– «Первый, кто, огородив участок земли, придумал заявить: «Это моё!» и нашёл людей достаточно простодушных, чтобы тому поверить, был подлинным основателем гражданского общества».

– «Неизбежным следствием обработки земли был её раздел, а как только была признана собственность. должны были появиться первые уставы правосудия».

– «равенство могло бы сохраниться, если бы люди обладали одинаковыми дарованиями»; «Самый сильный производил своим трудом больше, чем другие; самый искусный извлекал больше выгоды из своей работы; самый изобретательный находил способы сократить затраты труда; землепашец мог больше нуждаться в железе, или купец – в хлебе; при одинаковой затрате труда один зарабатывал много, а другой едва существовал».

– «Вот каким образом люди могли незаметно для самих себя приобрести некоторое грубое понятие о взаимных обязательствах и о том, сколь выгодно их выполнять».

– «повсюду – скрытое желание выгадать за счёт других. Все эти бедствия – первое действие собственности и неотделимая свита нарождающегося неравенства».

– «С течением времени изменяются предметы наших потребностей и удовольствий; вот почему изначальное в человеке постепенно исчезает…», «душа и страсти человеческие незаметно подвергаясь порче, изменяют, так сказать, и свою природу..», «дикарь и человек цивилизованный настолько отличаются друг от друга по душевному складу и склонностям, что высшее счастье одного повергло бы другого в отчаянье».

– «каждому должно быть ясно, что узы рабства образуются лишь из взаимной зависимости людей и объединяющих их потребностей друг в друге».

Сюда же добавим слова Руссо из его пьесы «Нарцисс» – «…слово Собственность, которое стоит столько преступлений нашим так называемым почтенным людям, не имеет среди дикарей почти никакого смысла; ничто не толкает их к тому, чтобы обманывать друг друга».

И добавим ещё уверенное мнение Руссо из его назидательного письма польскому королю С. Лещинскому – «Первый источник зла – неравенство; из-за неравенства возникли богатства, они породили роскошь и праздность, роскошь породила искусства, а праздность – науки». Вот так Руссо перевернул Аристотеля!

Итак, Руссо верно отразил истину положения и затем сделал ошибочный вывод, что эволюция человечества шла несколько тысяч лет ошибочным путём, ошибалась? Руссо решил исправить ошибку, ликвидировать все эти тысячелетние неправильные эволюционо-исторические накопления и всё вернуть на уровень равенства дикарей.

Этой «гениальностью» Руссо закономерно возмущался Вольтер: «Как, тот, кто обработал, засеял и огородил, не имеет право на плоды своих трудов? …Вот философия нищего, который желал бы, чтобы бедняки обокрали богатого». Последнее Вольтер заметил очень метко, ибо Руссо, особенно в молодости, жил в большой нужде, был слугой, лакеем и секретарём людей намного глупее его, но богатых. И Руссо, глубоко переживая эту несправедливость, создал эту свою теорию. Хорошо ещё, что на его пути не попалась старушка-процентщица…

Руссо неоднократно возмущался, что люди не имеют одинаковых стартовых имущественных условий, и поэтому бедняк не имеет возможности стать богатым. Но из этого ведь не следует опровергать вообще всю эволюцию, труд, необходимость экономического человеческого общения и факт неравенства. Руссо одним махом перескакивает через золотую середину и оказывается в противоположной крайности.

Проследим с интересом далее логику Руссо, ибо как до этого, так и дальше точно этим же «гениальным» путём будет идти Карл Маркс.

Рассматривая необходимость взаимных обязательств-договора в результате вынужденного, необходимого общежития, Руссо делает фундаментальный вывод – «из природы договора мы увидим, что он не может быть нерасторжимым».

Эти сложившиеся тысячелетиями связи Руссо желает полностью разрушить и на их месте создать новые, якобы подлинные, истинные и справедливые. – «буду здесь рассматривать создание Политического организма как подлинный договор между народами и правителями, которых он себе выбирает, договор. по которому обе стороны обязуются соблюдать законы, в нём обусловленные и образующие связи их союза».

В этой работе о неравенстве, в принципе, Руссо выкладывает всю основу своей философии, все свои взгляды: от формирования конституции до формирования республиканских органов власти – «один из этих законов определяет порядок избрания и власть магистратов, уполномоченны за исполнением остальных статей договора». Во всех последующих своих работах Руссо пытается подробнее развить названные темы, исходя из анализа опыта республиканского строительства в древней Греции и в Римской Империи.

В следующей своей работе «О Политической экономии» Руссо упреждает Гегеля, говоря: «Политический организм – это, следовательно, условное существо обладающее волей…» можно к этому добавить, что политический организм есть некая целостность, есть живой организм объединённый и соединённый живыми человеческими мыслями и решениями.

В этой же работе интересно понаблюдать за Руссо, как он ищет дальнейший путь, осуществляя поиск в борьбе между собственными убеждениями и логической необходимостью. – «если отчисления добровольны, они(граждане) не дают ничего; если они вынуждены, они незаконны; и в этой жестокой альтернативе: дать погибнуть Государству или посягнуть на священное право собственности, которое есть опора Государства, состоит трудность справедливой и мудрой экономии».

Руссо, в отличие от Маркса, не уничтожает частной собственности? – Да, он её сохраняет. – Для чего? —

– «Несомненно, что право собственности – это самое священное из прав граждан и даже более важное в некоторых отношениях, чем свобода: потому ли, что …собственность – это истинное основание гражданского общества и истинная наука в обязательствах граждан, ибо если бы имущество не было бы залогом для людей, то не было бы ничего легче, как уклониться от своих обязанностей насмеяться над законами».

Этот коварная идея неслучайна, – Руссо этим решает важную следующую задачу – «Первое, что должен сделать после установления законов основатель учреждений Республики, это найти фонды, достаточные для содержания магистратов и прочих чиновников и для покрытия общественных расходов. Эти фонды называются эрариум или фиск, если они в деньгах».

И здесь следует сделать очень важное замечание – Руссо в отличие от Карла Маркса поступил, как бы очень порядочно, он не только призвал разрушить старый порядок, старое государство, но и попытался помочь осуществившим в скором будущем на практике его идеи.

Маркс же призвал к вооружённому восстанию, к разрушению государства и ничего не сказал о дальнейших действиях после разрушения. Марксу не хотелось думать на эту «никчемную» тему или он думал, но ничего придумать не мог? – Маркс не мог так просто оставить этот вакуум, он, конечно, думал и точно знал – кто и что построит на месте разрушенного и захваченного государства, но не придавал это огласке.

Восставшие во Франции в 1789–1895 годах имели хотя бы советы или некий проект Руссо. А знаменитая Парижская Коммуна 1871 года восставшая в результате призывов и агитации Маркса, придя к власти и разрушив всё – осталась ни с чем. Восставшие шарахались в неведении, обвиняли друг друга и уничтожали друг друга.

Да и Владимир Ленин проклинал за это Маркса, когда в России произошла революция 1905 года, то Ленин, смотря на наследие своего кумира, абсолютно не знал, что делать. А когда произошла без Ленина февральская революция в России 1917 года, то Ленину и сотоварищам пришлось на ходу в поезде из Швеции и Финляндии в Россию спешно что-то придумывать, составлять минимальный план-проект строительства нового государства в случае захвата власти.

Итак, Руссо наметил два способа сбора денежных средств для нужд нового государства – республики. Первый – это добровольные сборы с граждан, а второй – сборы с частной собственности, с имущества. Посмотрим – как эти два способа он пояснил далее в своей работе «О политической экономии» —

«Правда, по тому же договору каждый, хотя бы и молчаливо, обязуется вносить свою долю на общие нужды; складчина, для того чтобы она была законною, должна быть добровольною. Добровольной не в соответствии с частной волей.., но в соответствии с общей волей, с большинством голосов… Эта истина, что налоги не могут быть установленны законным образом иначе, как с согласия народа и его представителей, была признана всеми без исключения философами… Обложения, которым подвергается народ, бывают двух видов: одно – вещественное, которое взимается с имущества, другое – личное, которое вносится с головы».

Обложение налогом собственности по мнению Руссо происходит по следующему принципу – «тот, у кого в десять раз больше имущества, чем у другого, должен платить в десять раз больше… И пусть не страшатся того, что подобный доход носил бы произвольный характер, поскольку он относится к предметам не первой необходимости».

С имущества полученного по наследству следует платить разовый налог или постоянный? – этого Руссо не уточнил. А будут ли хорошо работающие и соответственно хорошо зарабатывающие после инициатив Руссо иметь и далее желание хорошо работать? – на эту тему Руссо также не удосужился подумать. Кстати, об этом не подумал ни Маркс, ни Ленин, и тема так и осталась не доработанной в России до Горбачёва и Путина.

На примере Руссо мы видим как человек в мучительных поисках, ощупью в новом и неизвестном, находит крохи истины и ошибается.

Далее, в следующей своей работе, самой знаменитой – «Об общественном договоре» (1762 г.) Руссо пытается ещё немного продвинуться вперёд. – «Как может слепая толпа, которая часто не знает чего она хочет, ибо она редко знает, что ей на пользу, сама совершить столь великое и столь трудное дело, как создание системы законов? …частные лица видят благо, которое отвергают; народ хочет блага, но не ведает в чём оно. Все в равной мере нуждаются в поводырях». Да – дилемма непростая. Позже Маркс себя объявит поводырём части народа – пролетариата, а сам пролетариат – объявит поводырём всего общества, а Ленин объявит поводырём свою партию.

Дальше у Руссо начинается полная утопия: «Надо обязать первых согласовать свою волю с их разумом; надо научить второй(народ) знать, то чего он хочет… Тогда в результате просвещения народа явится союз разума и воли в Общественном организме…».

Научить народ нужному хотению… И это не смотря на то, что Руссо к этому моменту совсем отчаялся воспитывать и просвещать (с 1755 г.) свою жену Терезу, абсолютно безнадёжную в этом плане. Кроме того, Руссо даже не пытался воспитывать своих детей – он их делал и сразу после рождения отдавал в монастырский воспитательный дом, мотивируя это тем, что у него не хватает средств на их содержание.

Как «специалиста» по законам и республиканскому устройству государства взбунтовавшиеся жители острова Корсика попросили Руссо помочь им. И Руссо помогает им – выходит его работа «Проект Конституции для Корсики». В виде этой работы корсиканцы получили «колоссальную» помощь и видимо более-менее думающие из них, прочитав сборник этих советов, подумали что-то типа – «Не издевается ли этот умник над нами? Не насмехается ли он над нами? Или может он лишился рассудка?».

Ибо в этой своей работе Руссо дал волю своей фантазии. Вот, например, несколько его советов-законов:

«Корсиканцы, тише! Я буду говорить от имени всех. Пусть те, кто несогласны, удалятся, а те кто согласны, поднимут руку». Руссо – «гений»! При такой системе всегда будет подавляющее большинство и беспрепятственное принятие любого закона. Глянем на другие «перлы» ума Руссо:

«Все законы наследования должны быть направлены к тому, чтобы приводить всё к равенству таким образом, чтобы каждый имел кое-что и чтобы никто не имел ничего лишнего»,

«И корсиканцы должны были платить дань за то, чтобы получить, как милость, право не носить оружие».

В общем, эта конституция Руссо вещь весьма забавная, и желающие поупражняться в придумывании законов получат от её чтения не мало весёлых впечатлений. На этом расстанемся с Жан Жак Руссо с большим удивлением – как этот, мягко выражаясь, не очень умный человек умудрился стать в истории человечества знаменитым и уважаемым до наших дней?

Руссо ушёл из жизни, а его уродливые идеи только начинали жить. Нужно было только время, чтобы идеи Руссо о равенстве и республике попали в головы заинтересованных сограждан, завладели ими и приступили к реальному действию. Ускоренному распространению и усвоению этих идей как раз в это время способствовала мода на тайные просветительские общества.

  Тайные   общества

Некоторые исследователи считают, что первую масонскую ложу – тайное общество основал в 1717 году в Англии проповедник Джеймс Андерсен. Чем занималось это тайное собрание людей? Во-первых, собирались, как правило, люди уже просвещённые, интеллектуалы. Во-вторых, они, как правило, отвергали формализм и догматизм церкви, и уже поэтому вынуждены быть тайными, признавали наличие живого Бога – «Великого Архитектора Вселенной» и пытались проникнуть в Его тайны – познать Его больше, познать больше этот Мир и законы Его действия и управления.

То есть эти общества были одновременно теологическими и просветительскими, они напоминали чем-то таинственные, продвинутые в своей цивилизованности религиозные ордена типа тамплиеров. В этих обществах делились своими знаниями, изучали древние запрещённые философские трактаты, в том числе и оккультные, пытались постичь мистику.

Эта интрига, жажда знаний, таинственность делала эти общества очень популярными, а если ко всему перечисленному прибавить красивый таинственный обряд посвящения в общество, то членство придавало ещё и харизму исключительности, избранности, элитности. К тому же общества «официально» отрекались от участия в политической жизни страны, благодаря чему власти могли их не опасаться, терпеть, не преследовать и относиться к ним даже весьма лояльно. Неслучайно поэтому, что иногда в эти общества членами входили сами короли.

Благодаря всем перечисленным характеристикам тайные общества – масонские ложи, которые носили название тайных клубов, возникли во всех странах Европы, в России и Америке.

К масонству тогда не относились как к чему-то опасному или презренному, как это происходит сейчас. В первую очередь это были просветительские элитные общества, в которые входили дворяне, буржуа, «золотая молодёжь» и даже представители прогрессивного духовенства.

Эти тайные общества притягивали к себе ещё и своей демократичностью внутреннего уклада, внутренних правил; внутренний устав их гласил, что это «объединение людей на началах братства, любви, равенства и взаимопомощи». Очень важно было последнее, ибо человек осознавал себя не одиноким, чувствовал плечо помощи, чувствовал принадлежащим к какому-то конкретному коллективу, чувствовал себя силой. Благодаря тайной взаимопомощи человек мог рассчитывать и на помощь в карьере, ибо общество было заинтересовано в продвижении своих членов, их усилении, этим усиливалось и само.

Члены общества называли друг друга «братьями». Это притом, что внутри общества существовала строгая иерархия, которая исходила из уровня развития и понимания той или иной личности. Кстати, сегодняшние организованные преступные группы в России имеют точно такую же иерархию, также обращаются друг к другу «брат» и представляют некий новый прообраз масонской ложи, борющийся эффективно с богатыми предпринимателями, с бюрократией в стране и друг с другом.

К середине XVIII века тайных масонских обществ было так много в Европе, и они были так популярны, что в головах самых продвинутых масонов, возглавлявших самые могущественные общества, витала идея создания единой организационной сети масонских обществ, которая бы охватывала весь мир. Но факт множества и препятствовал созданию единой великой организации, ибо это множество порождало закономерные различия между обществами. Одни оставались по-прежнему теологическими и просветительскими, другие занимались мистикой и магией, третьи, пользуясь преимуществами организации и солидарности пытались уже тайно влиять на политические процессы, а четвёртые радикально рассматривали возможность смены старых порядков и старого государственного устройства на новое, основанное на принципах братства-равенства.

Прообразом четвёртых в России были декабристы, а во Франции в конце XVIII века группу молодых людей, тайно собиравшихся в доминиканском монастыре святого Якоба, называли якобинцами. Сюда входили сыновья адвоката по фамилии Робеспьер и другая золотая молодёжь тех времён, имена которых станут известны в связи с «великой» Французской революцией.

Эти якобинцы в монастыре усердно усваивали идеи Ж. Ж. Руссо и когда-то должны были перейти от слов к «делу». Как свидетельствовал масон Брюнельер: «После 1789 г… некоторые ложи прямо обратились в клубы (то есть легализовались), даже не изменяя своего названия…Время «споров» и «науки» миновало – надо было действовать».

Цель у масонов и капиталистов была одна – свергуть монархию чтобы самим властвовать. Хотя все масонские организации того периода декларировали красивые люциферовы лозунги о свободе как, например, это сделали известные революционеры, масоны Филипп Буанаротти и Ноэль Бабёф, озвучив свои рекламные тезисы в брошюре «Заговор Равных», несколько цитат:

«Все люди равны, не так ли? Этот принцип неопровержим, ибо только лишившись рассудка, можно со всей серьёзностью назвать день ночью»,

«Мы хотим действительно равенства или смерти – вот чего мы хотим»,

«Пусть исчезнут, наконец, возмутительные различия между богатыми и бедными, большими и малыми, господами и слугами, управляющими и управляемыми»,

«Ради него(равенства) мы согласны на всё; согласны смести всё, чтобы держаться его одного. Пусть исчезнут, если надо, все искусства, только бы нам осталось подлинное равенство».

«Никто не может выказывать взгляды, находящиеся в прямом противоречии со священными принципами равенства и народного суверенитета»,

«Воспрещается опубликование любого сочинения, имеющего мнимо разоблачительный характер».

«Любое сочинение печатается и распространяется лишь в том случае, если блюстители воли нации считают, что его опубликование может принести пользу республике».

В последних четырёх представленных тезисах мы наблюдаем явное и радикальное ограничение свободы этими страстными поборниками свободы, этим они раскрывают свою лживость.

С тех пор, как тайные масонские организации занялись политикой, в них активно стали входить евреи, которые в этот период не имели равноправия с местным населением – французами, и стали занимать в этих организациях лидирующие позиции. О. А. Платонов в своём исследовании отмечает, что «еврейский историк Г. Грец приводит сведения о крупных суммах денег, пожертвованных евреями на революцию».

И ситуация для них резко улучшилась, когда в начале первой французской революции в 1791 году евреев эмансипировали, – уравняли в правах с коренным населением.

В нашей стране я не нашёл специальных исследований о роли евреев во французских революциях, но судя по высказыванию исследователя еврейской темы проживающего в США и Испании Андрея Дикого в его книге (изд. в 1967 г., Нью-Йорк) – роль они сыграли большую. Андрей Дикий:

«Пять поколений видело Французскую революцию в том ложном освещении, которое сумели ей придать. Теперь, однако, все уже знают, что она не была делом французского народа, но преступным деянием меньшинства, которое хотело навязать французскому народу тот самый план, который мы сейчас изучаем…» (меньшинством автор называл евреев).

В мутное время французских революций происходило немало странных событий – Франция при Наполеоне вдруг стала мощной державой и победно пошагала по Европе; именно в этот период сказочно разбогател Ротшильд и закономерно появился Карл Маркс со своими классовыми идеями. И после всего этого в середине XIX века зародилась малая сионистская идея. Поэтому кратко познакомиться с ходом французских революций стоит.

Первая французская революция

Перед французской революцией масоны выдумали технологию, которая затем будет повторяться при многих свержениях власти. Всё начинается с искривления и «накачки» умов населения – по рукам французов в различных городах стали ходить тысячи листовок и памфлетов выпущенные «диссидентами» непристойного характера против королевской семьи с целью её полной дискредитации. Яркий повтор этого начала мы увидим в России в 1916 году. Тогда во Франции цель масонов и капиталистов была одна, как в Англии, – передача власти Парламенту – Генеральным Штатам Франции.

Когда король Франции в 1791 году созвал Генеральные Штаты для решения кризисной ситуации, то «неожиданно» эти Генеральные объявили себя Национальным собранием. Началась Великая Французская революция. Национальное собрание резко противопоставило себя королю, воззвало народ к оружию, и этот вооружённый народ уже 14 июня взял штурмом Бастилию.

Затем восставшие организовали национальную гвардию в защиту революции и её результатов, объявили декларацию прав человека и гражданина, освободили крестьян от феодальных повинностей и т. д.

Всё осуществлялось по теоретическим наброскам Руссо. Прах своего великого идеолога восставшие перевезли в Париж и поместили в Пантеоне. А лидер якобинцев Робеспьер перед депутатами Национального собрания констатировал: «Могущественный и добродетельный гений Руссо подготовил наши труды». Итак, глянем на результаты этого «гения» и его трудов.

Генеральные Штаты противопоставили себя королю и назвали себя Национальным собранием. Король бежал из Парижа и стал собирать вокруг себя войска. А повстанцы организовали для обороны национальную гвардию – ополчение. И стали создавать органы управления новым государством в соответствии с указаниями Руссо, который завещал, что вся власть должна подразделяться на две ветви: выборную «законодательную власть» и «исполнительную власть» – правительство.

Парижский магистрат переименовали в Коммуну, что означало как самоуправление народа, и ей подчинили созданную гвардию. Впоследствии этот орган – Парижская Коммуна с подчинённым ей войскам была орудием в руках победившей в законодательном собрании фракции и снимала с помощью гильотины головы проигравших фракционеров с потрясающей решительностью.

Якобинцы в начале революции легализовали своё тайное общество, и теперь оно стало называться клуб под названием «Общество друзей Конституции», а через некоторое время переименовали его в «Общество якобинцев, друзей свободы и равенства». Это был партийный идеологический центр, возглавивший общественное оппозиционное движение против короля известное под названием «фронда».

Этот идеологический центр организовал революционную диктатуру в стране и внедрял идеи Руссо в жизнь. Так повстанцы организовали согласно наставлениям Руссо общественные склады продовольствия, которые не были по примеру Женевы страховочными, а олицетворяли собой символ равенства и справедливого, равного распределения конфискованного продовольствия.

Когда к «свободолюбивым» и «справедливым» масонам-революционерам попал в плен король Франции Людовик Шестнадцатый, то они его 27 января 1793 г. казнили на гильотине, не предъявив ему существенных обвинений. А Королеву Марию Антуанетту казнили 16 октября 1793 г. обвинив её в половой связи с её собственным сыном, которого между этими двумя убийствами масоны усиленно «воспитывали» сами, чтобы предъявить лжеобвинение.

Следуя «теоретическим разработкам» Руссо, революционеры не уничтожали господствующие классы, а облагали их огромными налогами, изымали имущество только у прямых врагов революции и делили между собой. При этом они стремились «сделать бедность уважаемой». Иногда революционеры секвестировали-изымали появившиеся богатства у друг друга, когда друг друга в чём-то «разоблачали».

А когда идей Руссо на практике не срабатывали, и у революционеров ничего не получалось, то взаимные «разоблачения» увеличивались. Иногда конфискованное имущество у своих и у чужих пускалось с молотка, а деньги шли на потребу революционеров. В таких случаях здорово наживались спекулянты, перекупщики, самые шустрые денежные дельцы становились баснословно богатыми.

Главная трагедия революционеров разыгралась в законодательном собрании, которое в начале назвали Конституантой, затем Легислативой и наконец – Конвентом, под этим названием оно и вошло в историю. При Конвенте было создано 12 комиссий, которые во многом играли роль правительства. В 1793 году эти комиссии перешли в подчинение созданного нового органа Комитета общественного спасения.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю