Текст книги "Звёзды, пламя и сталь. Гексалогия (СИ)"

Автор книги: Игорь Лопарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 81 (всего у книги 92 страниц)

Глава 6

– Твою мать! – Гвидо рефлекторно вскинул излучатель, водя стволом по погрузившейся во мрак рубке. Аварийное освещение ещё не включилось, и только тусклые индикаторы на наших скафандрах отбрасывали слабые цветные блики на стены.

Я не ответил. Доминатор уже выводил перед моим мысленным взором тактическую схему, накладывая данные с пассивных сенсоров скафандра. Энергосистема яхты не просто вырубилась – она перешла в аварийный режим, перенаправляя остатки мощности на что‑то другое. Скорее всего, на пробуждение искина.

– Чиж, подробнее, – мой мысленный голос прозвучал жёстче, чем я хотел. – Что значит «поколдовал»? Он сможет докричаться до «Скотовоза»?

– Н‑нет, – Артём уже лихорадочно перебирал что‑то в интерфейсе своей нейросети, и его пальцы, хоть и скрытые перчатками, двигались так, словно он печатал на невидимой клавиатуре. – Я… когда взламывал замок, заметил спящий процесс. Подумал, что это может быть искин, и на всякий случай врезал программную заглушку на исходящий канал. Он сейчас орёт, но только внутри своих цепей. «Скотовоз» его не слышит. И я же и его отключал, но видимо тут что‑то в обход стандарта накручено, раз он проснулся таки…

– Умница, хоть с искином ты всё‑таки чутка маху дал. Но ничего, где наша только не пропадала… Разберёмся. – искренне выдохнул я. – Доминатор, оценка угрозы.

…Искин яхты, предположительно класса «Цербер‑3М», активирован по протоколу защиты от несанкционированного проникновения. Функции: контроль систем жизнеобеспечения, навигация, внутренняя безопасность. В данный момент пытается восстановить связь с основным кораблём, изолировать отсек с нарушителями и, вероятно, активировать внутренние оборонительные турели. Рекомендация: немедленное физическое отключение или полный программный взлом…

– Турели? – переспросил Гвидо. – В коридорах? На такой посудине?

– Яхта класса «люкс», – процедил Тихий, уже смещаясь к дверному проёму и сканируя коридор через прицел винтовки. – Если здесь возят важных гостей, могли и турели поставить. Скорее всего, не летальные – станнеры или парализаторы, чтобы не попортить дорогую отделку. Но проверять не хочется.

Баззер продолжал надрываться – низкий, пульсирующий гул, от которого вибрировали зубы. Аварийное освещение наконец включилось: тусклые, мертвенно‑синие полосы побежали вдоль плинтусов, едва разгоняя мрак.

– Чиж, сколько времени тебе нужно, чтобы угомонить этого цербера? – спросил я.

– Минуту… может, две, – Артём уже стаскивал с пояса другой кабель, более толстый, с массивным разъёмом. – Мне нужно добраться до главной шины. Ближайший узел – вон там, за панелью у пульта управления. Если я подключусь напрямую, смогу залить вирусный пакет. Это должно вырубить его надолго.

– Работай, – кивнул я. – Бык, прикрой его. Тихий – контроль коридора. Дрищ – ты пока готовь своих «тараканов». Как только искин заткнётся, нам нужно будет понять, что творится на «Скотовозе» и нужно ли нам будет менять исходный план проникновения и взятия под контроль этой лохани.

Дрищ, не говоря ни слова, опустился на колено и раскрыл контейнер. В тусклом синем свете блеснули псевдо‑хитиновые панцири микродронов – десяток крошечных машин, каждая размером с ноготь. Они напоминали помесь жука и паука, с шестью лапками‑манипуляторами и микроскопическими антигравами. Активировавшись, они зашевелились, зашелестели, и Дрищ, прикрыв глаза, начал загружать в них маршрутные карты через свою нейросеть.

Чиж тем временем сорвал декоративную панель рядом с пультом, обнажив жгут оптоволоконных кабелей и матово‑чёрный блок интерфейса. Он подсоединил кабель к своему запястью и замер, погрузившись в виртуальный бой.

– Искин сопротивляется, – пробормотал он сквозь зубы. – Он… он пытается заблокировать порты. Но у меня есть эксплойт под эту модель. Сейчас…

Баззер взвыл особенно пронзительно и вдруг захлебнулся. Воцарилась тишина. Багровые полосы аварийного освещения мигнули и снова загорелись ровно.

– Есть! – Чиж выдохнул и откинулся назад, чуть не сев на пол. – Я вроде его придушил. Он теперь в петле восстановления, минут десять будет в себя приходить. Внутренние системы уже должны бы быть под нашим контролем.

– Отлично. Дрищ, запускай разведку.

Джимми кивнул, и стая «тараканов» бесшумно взмыла в воздух. Они пригоршней серой пыли вылетели в коридор и устремились к шлюзу, ведущему на «Скотовоз».

Мы сгрудились вокруг Дрища, который приготовился транслировать нам по локальной сети инфу с дронов. Но тут что‑то пошло не так, поскольку Чиж, пытавшийся открыть створки шлюзовых ворот обернулся к нам. На его лице смешивались тревога и удивление:

– Не открывается. – почти крикнул он, – видимо и искин у них тут хитрее стандартного. Команда на открытие не проходит.

– Что в этом случае делать? – спросил я. Чиж профи в этом деле, так что пусть прояснит ситуацию, а там уже решим, с какого боку подходить к решению этой новой проблемы.

– Нужен полный программный взлом, – ответил он хмуро, – а если учесть, что я не смог поставить его сразу под контроль, то на это может уйти несколько часов.

– Неприемлемо, – оценил я вариант, предложенный Чижом. Несколько часов – это роскошь, которой у нас не было. Каждая лишняя минута увеличивала риск, что на «Скотовозе» заметят неладное. Уже обращаясь к своей нейросети, я мысленно произнёс: – Доминатор, что скажешь? Сможешь взломать этого цербера?

…Искин класса «Цербер‑3М», модифицированный. Обнаружены нестандартные протоколы защиты, не характерные для арварских военных систем. Вероятно, установлены по личному заказу владельца. Прямой взлом с текущими ресурсами займёт расчётное время – один час двадцать семь минут…

– Слишком долго. Есть другие варианты?

…Есть. Прямое противостояние…

Я на мгновение задумался. «Доминатор» никогда не предлагал такого раньше. Обычно он действовал как скрытный тактик, предпочитая обходные пути. Если он говорит о прямом столкновении, значит, это действительно единственный быстрый способ.

– Поясни, пожалуйста, а чем, собственно, прямой взлом отличается от прямого противостояния? – тут я не совсем понимал, о чём идёт речь. А мне хотелось бы ясно себе представлять плюсы и минусы предлагаемых методов, чтобы сделать осознанный выбор.

…Прямой взлом – это когда я запускаю в сеть к Церберу специальные программные пакеты. Их будет много, очень много. Эти пакеты призваны нащупать уязвимости и внедриться в код Цербера. Нанести ему ущерб, фатально его ослабить и, в конце‑концов, добить. Цербер, конечно, предпримет всё возможное, чтобы выявить эти вредоносные пакеты и их обезвредить. Но шансов у него нет. Хотя, как я сказал, времени такая атака потребует не мало. А прямое противостояние… Это когда я сам внедряюсь в сеть к Церберу, как один огромный и мощный пакет. И использую свои вычислительные мощности для подавления его защитных структур в реальном времени. Однако это сопряжено с риском. В процессе конфронтации возможна перегрузка моих когнитивных модулей и временная деградация производительности. Кроме того, искин может попытаться нанести ответный урон… Мы его подавим, несомненно. Но это потребует больше ресурсов, хотя, с другой стороны, потребует и значительно меньше времени…

– Сколько?

… Не более десяти минут…

– Риски для меня?

…Для твоего сознания – минимальны. Ты будешь наблюдать за процессом – я визуализирую всё происходящее. Однако в случае моей временной недееспособности ты потеряешь тактическую поддержку и усиление рефлексов на период восстановления…

– А как ты будешь мне показывать всё это? – я решил уточнить на всякий случай и это, чтобы потом не задавать себе вопросов, типа, а что это было?

…Полная реалистичность, наверное будет излишней. Если я буду прорисовывать движение каждого электрона, то для тебя это будет малоинформативно. Какую бы ты сам хотел визуализацию, что бы происходящее было для тебя максимально понятно?..

– Давай, наверное… – тут я немного задумался, но потом решил не усложнять, – пусть это будет просто художественная интерпретация, что‑то вроде голо‑фильма.

…Принято. Так и сделаем…

– Парни, – сказал я вслух, – Доминатор полезет в драку с местным искином. Это может занять около десяти минут, может чуть больше. Прикройте меня, пока я буду… занят.

Гвидо нахмурился, но кивнул, занимая позицию у двери. Тихий молча взял на прицел коридор. Чиж и Дрищ переглянулись, но тоже приготовились.

Я прислонился спиной к холодной переборке рубки и закрыл глаза, отключаясь от внешних раздражителей. После этого соединился с интерфейсом управления искином корабля по каналу мыслесвязи. А Доминатор уже формировал в моём сознании виртуальное пространство боя.

Сначала была тьма. Абсолютная, бездонная, лишённая даже намёка на свет. Затем в ней прорезались первые линии – тонкие, как паутина, они сплетались в геометрические узоры, образуя каркас киберпространства яхты. Это была не та привычная среда, в которой обычно работал «Доминатор», – здесь всё дышало чужеродной логикой, пропитанной мрачной эстетикой арварских технологий.

Узоры напоминали ритуальные цепи, которые я видел в узорах на броне арварских кораблей. Они извивались, словно живые, перетекая друг в друга, и в их движении чувствовалась угроза. Где‑то в глубине этой светящейся паутины пульсировало алое ядро – сам «Цербер».

…Я начинаю вторжение…

В моём сознании прозвучал голос «Доминатора», а в виртуальном пространстве, что только что раскрылось перед моим внутренним взором, появился он сам.

Я никогда раньше не видел свою нейросеть в визуализированной форме. «Доминатор» предстал передо мной как сгусток структурированного света – не человек, не машина, а скорее абстрактная фигура, состоящая из бесчисленных переплетённых линий, напоминающих нейронные связи. Он пульсировал холодным синим сиянием, и от него исходило ощущение древней, почти тектонической мощи.

…Атакую периферийные протоколы…

Синяя фигура рванулась вперёд, пронзая паутину. И тотчас же пространство вокруг взорвалось активностью. Алые цепи пришли в движение, словно хватательные усики хищного растения. Они хлестали по «Доминатору», пытаясь оплести его, разорвать на части. Но он уклонялся, его форма постоянно менялась, просачиваясь сквозь бреши в защите.

Я чувствовал напряжение, исходящее от нейросети. Это было похоже на физическую нагрузку – мышцы, которые ты напрягаешь до предела, зная, что ещё немного, и они порвутся. Но «Доминатор» продолжал пробиваться вперёд.

Перед ним возник первый барьер – стена из пересекающихся алых молний, образующих подобие решётки. Символ защиты, преграждающий путь к ядру.

…«Стена Отрицания»…

Доминатор, не взирая на напряжение завязавшегося боя продолжал пояснять происходящее для меня.

…Примитивный и энергоёмкий метод. Но препятствие получается практически непреодолимое. Только обходить…

Он не стал атаковать в лоб. Вместо этого его синяя форма распалась на десятки более мелких фрагментов, которые устремились к краям решётки, ища слабые места в стыках. «Цербер» ответил – из узлов решётки вырвались сгустки алого света, похожие на самонаводящиеся снаряды. Они устремились за фрагментами «Доминатора», уничтожая те, что двигались слишком медленно.

Каждый уничтоженный фрагмент отзывался во мне короткой вспышкой боли – не физической, а какой‑то ментальной, словно я терял часть собственной памяти. «Доминатор» регенерировал, но с каждым разом его свечение становилось чуть тусклее.

…Проникновение в пограничный слой… успешно…

Несколько фрагментов достигли краёв решётки и слились воедино по ту сторону барьера. «Доминатор» восстановил форму, но теперь он стал немного меньше и светился уже не так ярко. Однако он оказался внутри первого круга обороны.

Теперь перед ним открылась новая картина. В центре пространства парило алое ядро «Цербера», окружённое тремя кольцами вращающихся символов – арварских рун, каждая из которых излучала явную угрозу. От ядра к периферии тянулись толстые жгуты энергии, питающие защитные системы корабля. Один из них вёл к шлюзовому механизму, блокируя его.

…Основное ядро защищено «Триадой Плоти»,  – передал «Доминатор». – Защитный   протокол арварцев, основанный на их Доктрине. Чтобы получить контроль, я должен разорвать все три кольца…

– Справишься? – спросил я, хотя знал, что ответ очевиден.

…Должен…

И он снова атаковал. На этот раз «Цербер» обрушил на него всю мощь внутренней защиты. Кольца рун пришли в движение, испуская алые концентрированные лучи. Пространство наполнилось визгом – звуком, который не существовал в реальности, но резал моё сознание, как ножом.

«Доминатор» маневрировал, уходя от лучей, но один из них всё же задел его. Синяя форма дёрнулась, по ней пробежала рябь, и я услышал в своей голове что‑то похожее на сдавленный стон. Нейросеть явно испытывала боль – если это понятие вообще применимо к искусственному интеллекту.

…Повреждение когнитивного кластера… компенсирую… продолжаю атаку…

Он рванулся к первому кольцу, игнорируя лучи, которые теперь били по нему почти непрерывно. Его форма вытянулась в тонкое копьё и ударила в ближайшую руну. Та вспыхнула ослепительным светом и рассыпалась на осколки. Но в момент удара «Доминатор» получил мощнейший разряд – его отбросило назад, и он на мгновение потерял структурную целостность, превратившись в бесформенное облако.

– Доминатор! – мысленно крикнул я.

…функционирую. Первое кольцо разрушено. Осталось два…

Он восстанавливался медленнее, чем раньше. Синее свечение теперь имело слабый фиолетовый оттенок – видимо, часть энергии «Цербера» проникла в его структуру. Но «Доминатор» снова принял форму и атаковал второе кольцо.

На этот раз «Цербер» изменил тактику. Вместо лучей он создал вокруг себя вихрь из осколков разрушенных рун, которые вращались с огромной скоростью. Чем‑то это мне напомнило цепную пилу. «Доминатор» попытался пробиться сквозь это препятствие, но осколки рвали его форму, оставляя глубокие раны.

…Требуется перегрузка модулей первой линии…

Сообщил он, и я почувствовал, как температура моего тела резко повысилась. «Доминатор» использовал ресурсы моего организма для усиления своей вычислительной мощности. Перед глазами поплыли круги, сердце забилось чаще.

– Делай, что нужно, – прохрипел я, сжимая зубы.

Синяя форма вспыхнула с новой силой, но фиолетовый отлив всё ещё присутствовал. «Доминатор» больше не уклонялся – он шёл напролом, принимая на себя удары осколков, но неумолимо приближаясь ко второму кольцу. Каждый удар отдавался во мне вспышкой головной боли.

Достигнув кольца, он не стал атаковать точечно. Вместо этого его форма расширилась, охватывая всю окружность, и сжалась, словно удавка. Руны закричали – теперь это был не просто визг, а настоящий вопль, полный ярости и боли. Второе кольцо лопнуло, разлетевшись на мириады искр.

Но и «Доминатор» выглядел плачевно. Его свечение мерцало, форма едва держалась, а связь с моим сознанием стала прерывистой, как плохой сигнал.

…Два кольца… разрушены… Осталось… последнее…

– Ты сможешь? – спросил я, хотя уже сам с трудом удерживал фокус. Тело горело, перед глазами плыли тёмные пятна.

…Вероятность успеха… 87,4 процента… Достаточно…

Давненько я не шёл на бой с такими неоднозначными шансами на победу, – подумал я и внутренне усмехнулся. Сейчас сражался не я, но если Доминатор проиграет, то его проигрыш ударит по мне так, что мало мне наверняка не покажется.

Третье кольцо было самым мощным. Оно состояло не из отдельных рун, а из сплошного потока алой энергии, циркулирующей с невероятной скоростью. В центре кольца, словно зрачок хищника, пульсировало само ядро «Цербера», готовое нанести последний удар.

«Доминатор» медленно двинулся к нему. Его движения были скованными, неуверенными. «Цербер», казалось, торжествовал – алый поток ускорился, выбрасывая протуберанцы, которые облизывали пространство вокруг.

И вдруг я понял, что «Доминатор» делает. Он не пытался пробиться сквозь кольцо. Вместо этого он направился прямо к жгуту энергии, соединяющему ядро со шлюзовым механизмом.

…Обходной манёвр… Атакую уязвимость в цепи управления…

Он вцепился в жгут, и я почувствовал, как через него проходит колоссальный объём данных. «Доминатор» не пытался сломать защиту – он перенаправлял потоки, создавая петлю обратной связи. Энергия ядра, предназначенная для питания защиты, начала зацикливаться и возвращаться обратно.

«Цербер» осознал угрозу слишком поздно. Алый поток третьего кольца стал замедляться, его свечение тускнело. Пульсация ядра сбилась с ритма. Искин пытался сбросить нагрузку, но время было упущено и петля уже захлестнула его.

…Захват управления… Подчинение…

Пространство вокруг содрогнулось. Алые цепи, оплетавшие всё вокруг, начали бледнеть и истончаться. Ядро «Цербера» сжалось, словно от боли, и его цвет сменился с алого на нейтральный белый. А затем оно вспыхнуло последний раз и погасло, оставив после себя только ровное, спокойное сияние.

В центре киберпространства теперь парил «Доминатор». Его форма была нарушена во многих местах, свечение едва теплилось, но целостность он сохранил. От него к ядру тянулась тонкая синяя нить – полный контроль.

…Искин «Цербер‑3М» нейтрализован. Системы корабля под моим управлением. Шлюз будет открыт через десять секунд…

– Ты как? – спросил я, чувствуя, как напряжение отпускает моё собственное тело.

…Повреждения значительны. Требуется время на восстановление. Тактическая поддержка и усиление рефлексов будут недоступны в течение расчётных двух часов семнадцати минут. Рекомендую соблюдать осторожность…

– Спасибо, Доминатор. Ты справился.

…Это моя функция…

В его голосе, как всегда, не было эмоций. Но мне показалось, или в этот раз в нём прозвучала тень удовлетворения?

Я открыл глаза. Парни смотрели на меня с тревогой.

– Ну что? – спросил Гвидо.

– Доминатор сделал его, – ответил я, вытирая пот со лба. – Шлюз открывается. Дрищ, запускай своих «тараканов».

В тот же момент тяжёлые створки шлюза дрогнули и начали медленно разъезжаться в стороны, открывая проход в чрево «Скотовоза». Джимми кивнул, и стая микродронов, ждавшая своего часа, устремилась в открывшийся проём, словно облако серой пыли. Мы сгрудились вокруг него, глядя на тактический экран, куда начали поступать первые кадры.

Внутренности «Скотовоза» предстали перед нами во всей своей мрачной утилитарности. Длинный коридор, стены из грубого металлопласта, тусклое освещение. Никаких украшений, никаких ритуальных узоров – рабочая зона, предназначенная для хранения живого груза. «Тараканы» расползлись по стенам, мимикрируя под цвет обшивки, и замерли, транслируя картинку.

– Движение, – прошептал Тихий, указывая на угол экрана.

Из бокового прохода, лениво переговариваясь, вышли двое арварцев в лёгкой броне. У каждого на поясе – излучатель и виброклинок. Они направились к массивной двери в конце коридора, один приложил ладонь к сканеру, и створки разъехались, пропуская их внутрь. За дверью угадывалось более просторное помещение – видимо, караульное.

– Двое что пришли только что, плюс те, что внутри, – резюмировал я. – Сколько всего охранников, неизвестно. Но мы хотя бы видим первую линию.

– Что будем делать, командир? – спросил Гвидо, нетерпеливо переминаясь.

– Сначала – тихо, – ответил я. – Дрищ, у тебя есть боевые дроны?

– Два «Шершня», – кивнул он. – Импульсные разрядники. Заряда на три выстрела у каждого.

– Отлично. План: твои «тараканы» продолжают наблюдение. Подходим к караулке, открываю дверь, «Шершни» летят первыми и нейтрализуют, кого смогут. Затем входим, зачищаем помещение и двигаемся дальше. Основная цель – найти Мгангу Пхукунци и его гостя. Ну и людей Аргуссоса освободить. Только вот надо сделать так, чтобы обе цели выполнялись. И так, чтобы одно не мешало другому.

Парни кивнули. В их глазах горел знакомый огонь – смесь страха и азарта. Я проверил свой излучатель, переключил в режим «помещение» и шагнул в открытый шлюз.

Глава 7

Кинси Лирок, мажоритарный акционер и председатель совета директоров корпорации имени себя – «Лирок Армс», шёл за чернокожим толстяком, завёрнутым в какую‑то оранжевую тряпку. Тряпка эта была украшена по краям варварским орнаментом, и тем самым говорила о том, что Лироку сейчас придётся вести бизнес с дикарями.

Он точно не знал, являются ли эти папуасы каннибалами, но то, что у них процветало рабство было несомненно. Собственно, именно поэтому он и присутствовал сейчас на борту этого огромного судна. Ему предстояла покупка рабов… Но на самом деле всё было гораздо сложнее… Мало было выкупить этих людей из пиратского плена, грозящего им пожизненным рабством в Империи Арвар. Надо было ещё как‑то ухитриться купить их лояльность. А это с самого начала выглядело, как очень непростая задача…

Толстяк же, невзирая на то, что в коридорах этого корабля было откровенно не жарко, яростно потел. И острый запах его пота грубо вторгался в нежные ноздри аграфа.

Только Ушедшие знают, чего стоило Кинси не морщить нос и вообще, не показывать этому варвару, как тошно ему, утончённому эстету, находиться с ним рядом…

Идти на это приходилось по одной простой причине. Этот грязный дикарь был сейчас нужен. От него зависело то, какая судьба ждёт бизнес Кинси Лирока.

Кинси не был чистокровным аграфом. Он был всего лишь квартероном. Но, поскольку он был гражданином Галентэ, а не Империи Таори, то был всё же уважаемым членом общества.

А вот если бы он родился в Империи, то он был бы там, в лучшем случае, парией, от которого чистокровные аграфы шарахались бы, как от прокажённого. Да, в Метрополии свято блюли древние традиции, и к чистоте крови относились весьма серьёзно.

– Сейчас, сейчас, – невнятно пыхтел толстяк, забавно семеня толстыми кривыми ножками за своим охранником, – мы уже скоро… скоро будем на месте…

Но пришли они только на лифтовую площадку, где охрана этого туземного вождя… Как бишь его? А… Мганга Пхукунци, да… В общем один из охранников тронул сенсор вызова, и все собрались около дверей, ожидая прибытия лифта, который доставит их на один из уровней, где и начнётся разговор с теми людьми, которых, собственно, Лирок и собирался перекупить.

Ради этого разговора Кинси и оказался здесь. Преодолел парсеки пути. А на последнем отрезке этого пути ему с сопровождающими пришлось, в добавок ко всему, терпеть компанию этих грязных арварцев. Ибо, прибыв на одну из орбитальных станций, что крутились вокруг третьей планеты системы, им всем пришлось пересесть на личную яхту этого самого Пхукунци, чтобы добраться сюда. Это дикари объясняли тем, что объект секретный, и вообще…

Лирок взял сюда с собой только четырёх охранников и нанятого для этой поездки пси‑мастера. Вернее не нанятого, а нанятую. Ибо пси‑мастером была гражданка Галанте Яруна Моулетт. Женщина безумно красивая, так как и в её жилах текла кровь аграфов.

Она, само собой, тоже не была чистокровной представительницей расы, но, всё‑таки, могла похвастаться хотя бы десятью процентами аграфской крови.

Лирок считал себя более благородным, ибо аграфом был его дед по матери. А у Яруны лишь прабабка была почти аграфом. Но даже такая малость высоко поднимала обоих над тем быдлом, что сейчас толпилось вокруг них. Само собой, только в их собственных глазах.

Ибо арварцы превыше всего ставили свою принадлежность к Великой Чёрной Расе. Людям же, что охраняли Яруну и Кинси, было просто плевать на все эти заморочки. Они считали, что высшим существом являлся тот, кто обладает самым крутым стволом и умеет с ним виртуозно обращаться.

Они были гражданами одной из полу‑освоенных планет фронтира, а потому смотрели на всё вокруг через призму своих взглядов на жизнь. А жизнь на фронтире точно лёгкой назвать нельзя.

Лирок нанял их через биржу наёмников, ибо не мог допустить, чтобы кто‑то из тех, кто его знал, пронюхал бы о его делах с арварцами. Охранники, после того, как дело будет сделано и настанет время расчёта, будут подвергнуты процедуре коррекции памяти. И о нём эти ребята забудут навсегда, с гарантией. И лишь горсть анонимных денежных чипов в карманах напомнит им, что они таки выполнили свою работу.

На деньги их кидать никто не собирался, поскольку Кинси было просто наплевать на эти копейки. Сейчас решалась судьба совсем других сумм.

С Яруной было немного проще. У неё был частный бизнес. Она оказывала услуги пси‑мастера всем, кто готов был за это платить. И Кинси Лирок, заключая с ней договор подряда, вставил туда пункт о коммерческой тайне, в приложениях к договору одним из обязательных документов значилась подписка о неразглашении… И как вишенка на торте, в самом договоре было прописано совершенно другое место оказания услуг.

Этим местом значилась та самая заштатная планета, где Кинси нанимал охрану.

Как уже отмечалось, охранникам было на всё плевать. Да и Яруна подрядилась хорошенько почистить их память. Так что тут всё было под контролем.

Сама же Яруна Моулетт была обложена бумагами так, что совершить всего лишь шаг в сторону от того, что было прописано в договоре, она не могла. Неустойки в договоре были прописаны просто конские.

Мало того, она хорошо понимала, что если ей придёт в голову пытаться заниматься шантажом Кинси, то о бизнесе можно будет забыть, ибо тогда никто не станет иметь с ней никаких дел. Клиентура у неё довольно специфическая – у каждого свой скелет в шкафу, и не один. И все эти люди огласку, мягко говоря, не любят.

И если она хоть слово обронит о том, что и как делал её клиент, ей останется только одно – идти на панель и там пытаться заработать себе на жизнь… Если сразу не придушат, конечно.

Её Кинси нанял именно для воздействия на дикарей, чтобы они не чинили ему препятствий и создали для него максимально комфортные условия. Ну и память охранников привести в порядок, когда всё закончится.

С научниками, покупка которых и была его главной целью, ей тягаться явно не стоило. Ибо преодолеть те ментальные блоки, что стояли в их головах, ей было явно не под силу.

И то, что сейчас он наконец сможет приступить к тому делу, ради которого в эти дебри забрался, Лирока, несомненно, радовало.

Ему и так пришлось провести больше суток на этом корабле, ожидая того момента, когда будут разморожены лидеры научной группы, захваченной недавно дикарями. Кроме того, после разморозки они должны были ещё и в себя прийти.

Надо сказать, что эти сутки прошли намного лучше, нежели то время, что они затратили на путь сюда.

Номер, который ему выделили на этом корабле, был, всё‑таки гораздо просторнее кают на яхте туземного царька Пхукунци, где им пришлось ютиться всю дорогу. Тогда как Пхукунци наслаждался жизнью в своих апартаментах… И, что самое неприятное, у него в голове тоже был блок, который Яруна преодолеть не смогла. Так что мысль о том, чтобы отправить дикаря на своё место, а самим занять апартаменты так и не была реализована.

Хотя, когда они приехали сюда, ему даже предложили развлечься с какой‑то черномазой красоткой. В порядке компенсации за дорожные неудобства, наверное.

Он, само собой, отказался, что тоже потребовало определённых усилий, так как брезгливость скрывать было нелегко.

А этот толстяк… Нет‑нет, да бросал сальные взгляды на прелести Яруны… Но, пока никоим образом не пытался перевести свой интерес в практическую плоскость. И это радовало.

Пхукунци знал, что будет стёрт в порошок, если тут хоть что‑нибудь случиться с любым из членов группы Лирока. Но это всё‑таки дикари. И никто не может знать точно, что взбредёт в их курчавые головы через минуту. Даже они сами…

Вот такая вот жизнь… Хрупкий баланс страха и жадности… Сдержки, противовесы…

Но если ему удастся его миссия, то он решит все текущие проблемы и поднимется на уровень выше.

Другое дело, что там всё повторится снова. И ставки будут гораздо выше. Но сейчас об этом думать совсем не хотелось, когда до вожделенной цели оставалось всего‑то ничего.

Наконец двери лифта с шипением открылись, и все, кто стоял тут, зашли в лифт.

Стены лифта, самом собой, были обильно украшены золотом. Дикари, что с них взять? Падки на всё блестящее.

Лифт провалился вниз и желудок Кинси подпрыгнул к гортани… Но через пару секунд все встало на свои места. И Лирок выдохнул облегчённо, но это не помешало ему недовольно сморщиться.

Лифт прибыл на один из нижних уровней. Свет тут был гораздо менее ярким, нежели вверху. И, кроме того, часть светильников судорожно моргала и еле заметно искрила. Видимо из‑за того, что вырабатывали уже третий ресурс…

Обшивка стен кое‑где облезла. Многие пластиковые панели были исчерчены глубокими царапинами, словно какой‑то огромный зверь точил здесь свои когти…

Да, если и вверху было не особенно уютно, то здесь было ещё менее комфортно…

Пока он предавался этому внутреннему брюзжанию, вся процессия уже подошла к большой круглой диафрагме, что была на правой стене коридора.

– Бвана, биби, – толстяк обернулся к Лироку и Яруне, его вывернутые наружу губы растянулись в улыбке, более походившей на гримасу людоеда, – сейчас мы подождём в этом зале, – он повёл рукой, указывая на открывающийся проход, и к нам приведут тех, кого вы хотели видеть.

– Спасибо, – сухо ответил Кинси. Но Пхукунци его ответ был до лампочки, так как он опять всецело переключил своё внимание на Яруну, а если быть ещё точнее, то завороженно уставился на её грудь, так как модный комбез из матово‑чёрного углеволокна в облипочку ни в коей мере не скрывал роскошных форм пси‑мастера.

– И я попрошу вас оставить нас наедине с теми людьми. – Кинси произнёс это не как просьбу, а как приказ.

Пхукунци едва заметно вздрогнул и нехотя перевёл взгляд с высокой груди биби Моулетт на застывшее маской лицо бваны Лирока.

А тому опять пришлось делать над собой усилие, чтобы удержать на лице выражение благожелательного равнодушия. Сейчас не место и не время конфликтовать с этим зарвавшимся ничтожеством. Не время…

– Хорошо, – сразу согласился толстяк. И это повергло Лирока в некий ступор. Он не ожидал, что дикарь так быстро согласится. – но, после того, как ваш разговор закончится, я попрошу вас уделить мне несколько минут вашего драгоценного времени. Мне надо обсудить с вами ещё одну сделку. Тут он опять ощупал масляным взглядом фигурку биби Яруны.

Кинси без труда понял, что будет предметом этого разговора и ухмыльнулся. Дикарь явно положил глаз на мисс Моулетт. Надо сказать, что её неудачная попытка воздействия на Пхукунци, имевшая место быть во время перелёта, вселила в Кинси обоснованные сомнения относительно её компетентности. Хотя её ему и рекомендовали. Но как‑то особой пользы она пока не принесла. Да, пару раз ей удавалось заставить кого‑то из дикарей понести рюкзаки, но это совсем не то, чего он от неё ожидал.