Текст книги "Звёзды, пламя и сталь. Гексалогия (СИ)"

Автор книги: Игорь Лопарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 58 (всего у книги 92 страниц)

Хорошенько подумав, я всё‑таки отказался от заманчивой мысли получить аванс. Действительно – что случись, и мы в неделю не уложимся. И тут сразу и штрафы, и прочие неприятности… А если мы можем какое‑то время перебиться, то зачем, спрашивается, рисковать?

– Ну само собой, – без особого энтузиазма отозвался менеджер. Видимо мысль о том, что деньги придётся всё‑таки отдавать, а не получать, его печалила.

Мы с Дрищом отошли в сторонку и теперь наблюдали за тем, как роботизированные тележки таскают слитки диспрозия внутрь станции…

Часа через три разгрузка закончилась, и перед нами возникло два матово‑чёрных кофра.

– Что это? – с некоторой опаской спросил я, глядя на хмурого дядьку, который всё это приволок.

– Как что? – удивлённо переспросил тот, – это же вы заказывали комплекс определения координат ST‑17G?

– Это маячок, – пояснил Дрищ.

– А почему два кофра? – я явно тупил, и мне самому это было неприятно – не люблю выглядеть по‑дурацки…

– В одном – сам маячок, – сказал служащий «Дэффы», – а в другом базовая станция.

– А, понятно. – облегчённо ответил я – теперь в мозгу всё встало на свои места.

… Надо ревизовать нейронные связи…

Это Доминатор среагировал.

… Следует произвести коррекцию и внести исправления…

Ну, пусть меня подлечат. Это же, не иначе, как последствия возлияний у Бо́бера… Надо аккуратнее впредь. И если пьянка неизбежна – нужно антидот загодя принимать…

– Модификация G… – Дрищ задумчиво посмотрел на корпоранта «Дэффы» – это именно то, что мы просили?

– Да, – уверенно ответил тот, – компактный прибор, который после отделения двигателя примагничивается к обшивке корабля и мимикрирует под бронеплиту. Фиг отличишь…

– Ну да, – вздохнул я, – мы такие бабки за него заплатили…

– Поверьте, оно того стоит, – заверил меня менеджер…

А Дрищ тем временем залез в кофры и начал гонять тесты… Нам надо было быть уверенными в том, что всё работает, так как использовать всё это мы будем через считанные часы. И хотелось бы без накладок обойтись.

Наконец Дрищ принял этот товар, мы подписали все акты и даже деньги поступили на наш счёт, о чём меня тоже известил Доминатор.

Попрощавшись с представителями «Дэффы», мы вернулись на борт нашего фрегата.

Там мы с Дрищём прошли в кают‑компанию, где нас ожидал Чиж – Тихий и Гвидо в этот раз остались на станции – там им тоже было, чем заняться.

– Ну как? Всё нормально? – с ходу спросил Артём.

– Ага, – ответил я.

– И теперь куда? – это уже Дрищ спрашивал. Дело в том, что мы перед тем, как завернуть сюда, обсуждали нюансы нашей дальнейшей программы, и к единому мнению пока не пришли.

– Значит так, – я всё‑таки пришёл к решению о том, что и в каком порядке нам дальше надлежит делать, – сейчас, как и было заранее решено – едем к «Скотовозу» и там наш Чижик должен будет подвесить на него маячок… кстати, – это я обратился к Дрищу, – обвес с микродвижками и прочим нам тоже ведь положили?

– Всё в комплекте, – подтвердил Дрищ, – всё, как в договоре прописано – двигатели, стеллс‑модуль… – а Чижу, – тут он обернулся к Артёму, – останется только джойстиком поработать.

– Хорошо, если так, – озабоченно вздохнул Чиж.

– А вот после этого, – продолжил я, – будут изменения в нашем порядке действий. Мы сразу к пиратским базам не полетим, а сначала завернём к карантинному отстойнику нашему. – а вот потом только дальше двинемся…

– А зачем? – спросил Дрищ – к отстойнику‑то? Ты никак что‑то взять решил?

– Ну да, – подтвердил я, – картографическую станцию…

– Эт нафига? – ох и любознательный у нас Дрищ, оказывается.

– Надо картографировать пиратский астероид, – пояснил я.

– Понятно, – хмыкнул Чиж, – это что же – мы с этого объекта накат начинать будем? А они станцию‑то нашу не обнаружат раньше времени?

– А у меня там несколько стеллс‑модулей ещё лежит, – пояснил я, – мы на нашу станцию такую штуку повесим – и всё у нас будет тип‑топ.

– Ну, главное, чтобы модули были совместимы… – сказал Дрищ

– Всё нормально, я всё продумал, – я решил, что остальное можно и потом обговорить, – а сейчас все по местам – надо двигаться. Дел впереди много, а времени у нас в обрез, как водится.

Глава 19

Ту программу, что была у нас для этой вылазки, мы выполнили. Всё расставили, и жучки, и маячки к «Скотовозу» прикрепили, станцию вокруг пиратской базы запустили…

На нашем астероиде тоже провели огромную работу, ввели в строительных роботов программы, которые обеспечат их долгий и плодотворный труд. То есть теперь, даже пока нас там не будет, наши механизмы будут день за днём создавать для нас комплекс подземных залов, в которых и будет размещаться наша секретная база.

Туда мы со временем, кстати, планируем перевести всё наше хозяйство. А то на станции слишком много народу. И далеко не все из тех, кто там находится, дружелюбно к нам настроены.

В общем, сделали всё, что хотели и даже немного больше.

А вернувшись на орбитальную станцию продолжили подготовку к нашему первому ответному удару по пиратскому клану Эзекве.

Хорошо, что этих выходцев с Арвара тут никто не любит и дел с ними никто иметь не желает. Я, кстати, не удивлюсь, если на каком‑нибудь из их объектов мы и настоящих рабов обнаружим.

В этом случае не исключено даже и то, что у нас появятся союзники – так как на Латоти, как это ни странно, рабство тоже запрещено. И многие захотят поставить себе в карму жирный плюс. Но это всё лирика. Мы и без союзников обойдёмся – главное, чтобы за этих крысюков никто не вписывался.

Следующие две недели прошли, как в горячечном бреду. Каждый из нас бежал в восемь сторон одновременно. Нужно было тренировать людей Ксёндза – отработка стандартных схем по высадке на астероиды, абордаж, и много прочих тактических приёмов. Нужно было утрясать массу вопросов. Работу по созданию нашей разведки и службы безопасности тоже никто не отменял…

Так как у нас появились деньги, мы заказали Бо́беру глубокий апгрейд наших систем вооружения на обоих фрегатах, нужно было, опять же, подготовить трюмы под размещение десантников… Ну и кроме этого мы навалили на Бо́бера кучу другой работы. Но, надо сказать, что он воспринял это с радостью и продолжил гонять своих людей и в хвост и в гриву, ибо сроки я установил весьма сжатые.

Но, всё когда‑нибудь кончается. Кончился и этот период подготовки.

И мы, получив от Бобера оба наши корабля, уже были готовы начинать битву…

– Кстати, Ржавый, – обратился ко мне Чиж, которого мы общим решением назначили пилотом трофейного фрегата. – А какое имя носит мой славный фрегат?

Артёма пилотом мы сделали временно, так как пилота на фрегат мы и другого найдём, а вот Чиж у нас один. И круг его задач гораздо шире, чем у простого пилота. А то, что ему сейчас придётся управлять корабликом – так это только из‑за дефицита проверенных людей.

А вот его вопрос по поводу имени меня озадачил, так как не только этот трофей, но и наш первый фрегат – были безымянными.

Но, раз имён нет, то самое время исправить это досадное упущение:

– Давайте назовём этот корабль… – тут я немного задумался, затем, вспомнив, у кого мы его отняли, уверенно предложил, – давайте назовём его «Мавр»! – спорить, что характерно, никто не стал – всем понравилось.

– Ну а наш кораблик, – я подумал. что если давать имена, то уже всем, – давайте назовём…

И тут меня прервал Тихий:

– Давайте назовём его «Беглец», так как именно на нём мы постоянно от кого‑нибудь да убегаем, – тут он злодейски ухмыльнулся.

Хотя, если вдуматься, то да, на нашем фрегате нам частенько приходилось принимать неравный бой, а потом уносить ноги от превосходящих сил противника.

– Хорошо, – согласился я, хотя сомнения, конечно, были. Ну, сами знаете, что как вы лодку назовёте, так она и поплывёт…

Но ладно. Надо верить в лучшее. А в данном случае в то, что на этот раз нам не придётся ни от кого убегать. А вовсе даже на оборот – теперь пытаться убежать будут уже от нас.

А наша задача состоит в том, чтобы никто от нас не ушёл, как бы этого кому ни хотелось…

– Как у вас, всё готово? – это я обратился к Ксёнзду, который стоял рядом. Сегодня он красовался, как и мы все, новеньким штурмовым скафом. Матово‑чёрным, выглядящим очень стильно и, в то же время, опасно. За плечами у него был масс‑ган в магнитных зажимах. И, надо сказать, что он чувствовал себя в этой сбруе вполне себе свободно. Видно, что одевается он так довольно часто.

– Мои погрузились, – ответил он. – инструктаж прошли. Думаю, накладок не будет.

– Отлично, – надо было выдвигаться на исходные. Оттягивать старт смысла не было никакого, хоть все мы понимали, что сейчас начнётся новый этап нашей жизни в этой системе. Этап, на котором мы должны проявить себя как силу, с которой остальным придётся считаться.

Да, было немного не по себе, но я это чувство загнал в самые дальние закоулки сознания, и наконец, дал команду, которая разделила нашу жизнь на «До» и «После»:

– Все по местам, – мои слова прозвучали даже как‑то буднично, – К бою!

Тем не менее, все, кому они были адресованы, сразу среагировали и в мгновение ока рядом со мной уже никого не оставалось.

Я оглядел посадочную палубу станции, убедился в том, что никто не потерялся и последним взошёл по аппарели на борт «Беглеца»…

А уже через несколько десятков минут оба наши корабля встали в разгон.

На обзорных экранах ворочалась туша астероида, где притаилась секретная база арварцев.

Надо сказать, что тут находились склады, цеха, ангары и ещё масса всего.

В общем, объект был довольно сложно устроен и выполнял функцию перевалочной базы. Судя по всему, тут хранилось то, что эти ребята успевали награбить, пиратствуя в нульсек и лоусек системах.

Тут же стояли их корабли, тут их ремонтировали. Тут размещались и службы обеспечения…

Всё это нам сообщили наши следящие зонды и прочие устройства, которыми мы засеяли пространство вокруг этого камушка…

Благодаря нашим устройствам, кстати, мы узнали и о том, что арварцы остались верны своим традициям.

То есть на этой их базе широко применялся рабский труд. Я бы даже сказал, что излишне широко.

Действительно, практически все техники и рабочие, занятые на базе были рабами. Тут надо пояснить, что рабское повиновение арварцы обеспечивали с помощью технических средств.

То есть вещью, которая делала из свободного человека раба был обруч, который одевался на голову несчастному.

И если раньше, то есть сотни лет назад, такие обручи напрямую контактировали с мозгом с помощью электродов, проникавших под черепную кость, то сейчас сделать свободного рабом стало гораздо проще. Теперь обруч, будучи одетым на голову жертвы, подавлял мозг с помощью пси‑излучения. Но, на всякий случай, чтобы исключить возможность случайного падения, этот девайс всё равно проникал своими щупами под кожу и закреплялся в костях черепа – удалить его можно было только путём хирургического вмешательства.

Этот девайс полностью ломал волю человека. И всё, что он мог делать с того момента, как этот обруч охватывал его голову, он мог делать только по команде хозяина или того, кому хозяин доверял право управлять своим живым имуществом.

Физическое, да и любое другое сопротивление, включая даже лень – всё это становилось невозможным. Мало того, жертва рабского обруча вообще теряла всякую власть над собой и своим телом.

И роль надсмотрщика теперь сводилась просто к тому, чтобы во время подать ту или иную команду. Даже для того, чтобы человек оторвался от работы и поел – нужна была команда. Если команды не поступало, то раб продолжал работать, пока не истощался до той степени, что просто не мог стоять на ногах и падал.

Вот, как‑то так. И даже охрана у этих ребят состояла из боевых рабов. Естественно, ими управлял кто‑то из пиратов, но ему далеко не всегда приходилось рисковать собой в бою. Он должен был просто отдать команду.

И да. Такое рабство вовсе не означало, что труд рабов был примитивным. Вовсе нет. Рабам тоже ставили нейросети, снабжали их и базами знаний, и имплантами. И довольно приличного качества, кстати.

Ибо от качества этих электронных систем зависело и качество работы. А добросовестность её исполнения обеспечивал рабский обруч. Очень удобно, технологично и надёжно…

И мы постарались всё это учесть при создании плана взятия пиратской базы под контроль. Получилось, как получилось, совесть наша чиста.

Итак, приблизившись к астероиду, оба наши фрегата выпустили рой десантных капсул, места в которых заняли люди Ксёндза. И компанию им составил наш Гвидо – он не мог удержаться от того, чтобы принять участие в предстоящей драке.

Он командовал отделением. Ровно столько же народу было в подчинении Ксёндза.

Ребята приземлились на астероиде и выдвинулись к заранее намеченным целям.

Ксёндз повёл своих к тому входу базы, около которого находился блок компрессоров. От этих механизмов зависело снабжение базы дыхательной смесью.

Гвидо же повёл своих к ангарам, где стояли корабли пиратов. Его задачей было не допускать того, чтобы хоть один корабль покинул стоянку.

Особое внимание он должен был уделить огромному эллингу, в котором находился пиратский эсминец. Он у них был, конечно, далеко не новеньким, но был ещё вполне себе ничего.

Я помню, как он нас чуть в камни не вплавил – чудом тогда спаслись. Так что его захват был одной из основных наших целей.

Но атака начнётся чуть позже. А сейчас пришло время Чижа.

Поясню, всю аппаратуру подавления связи мы поставили на «Мавре» – так как он довольно долго стоял в мастерских Бобера, а потому большинство новых модулей мы разместили именно на нём.

Так вот, сейчас и я и Чиж аккуратно опустили наши кораблики на поверхность планетоида.

Поскольку оба корабля были уже на грунте, обнаружить их средствами имевшихся у пиратов локаторов и лидаров было невозможно.

А это значит, что мы могли смело отключать наши стеллс‑модули, и приступать к высадке основных сил. А Чиж ещё, в добавок ко всему, включил глушилку.

В каждом трюме было по тридцать десантников. Плюс с ними высадилось несколько медиков и техников, которые присматривали за боевыми роботами и грузовыми платформами на антигравах.

Что мы пёрли на платформах?

А, я же рассказал вам о том, что тут довольно много рабов находилось… Так вот, мы решили, что эти несчастные не виновны в том, что будут вынуждены оказывать сопротивление своим освободителям – то есть нам.

Вот с целью уменьшить потери в рядах этих подневольных слуг, мы решили начать атаку с того, чтобы запустить в вентиляцию немного газа.

Газ, как легко понять, не имел летального воздействия, но вырубал качественно и надолго. Человек. который надышался этой химией спал мертвецким сном от двадцати часов до суток, если ему раньше не вводили специальный антидот, конечно.

И теперь эти тележки, стараясь не отсвечивать, тихонько двинулись к людям Ксёндза, заранее занявших позицию около компрессорной станции.

Взвод, который был высажен с «Мавра» так же отправился туда. А вот те ребята, которых высадил я, скрытно выдвинулись к тому выходу с базы, который был расположен ближе к ангарам.

То есть, как только будет сигнал к атаке, они должны будут перекрыть все пути, ведущие к кораблям – что бы ни одна сволочь не ускользнула и не смогла бы вырваться за пределы зоны действия наших подавителей связи.

Кстати о подавителях. Два особо обученных наёмника получили задание поместить глушилку гиперсвязи рядом с антенной, которая распустилась причудливым цветком чуть поодаль от основных строений базы. Это был как раз тот самый эмиттер, который и обеспечивал мгновенную экстренную связь базы с остальными пиратскими лёжками.

– Внимание, говорит Ржавый, – мой голос немного дрожал от волнения, всё‑таки это была моя первая миссия, в которой принимало участие больше пяти человек. Теперь нас было гораздо больше, и от слаженности наших действий и качества моего командования зависело многое. – Трёхминутная готовность.

Все нашлемные камеры бойцов передавали сигнал искину «Беглеца». Искин обрабатывал все эти сигналы и привязывал к карте в реальном времени.

Доминатор так же принимал участие в обработке этих сигналов. В результате передо мной была полная схема происходящего. Вернее, полная схема появится только после того, как мы атакуем.

Как только мы распечатаем ворота базы, туда, помимо наших ребят ломанутся и дроны. Ну, эти, которые на пауков похожи… Они по потолкам все больше любят бегать – вот они и обеспечат мне если не полную картину боя, то почти полную.

С их помощью я буду видеть обитателей базы. Если и не всех, то, по крайней мере тех, что будут в первых рядах пытаться остановить моих людей.

А раз так. то я смогу управлять вторжением ещё более эффективно…

В динамиках размеренно тикал метроном обратного отсчёта.

Но вот щелчки, отсчитывавшие секунды до атаки смолкли.

– Пошли! – хрипло скомандовал я.

* * *

– Ну, наливай, – в бункере сидели двое. Оба были одеты в потёртые мундиры без знаков различия, оба были слегка пьяны и кожа у обоих была кофейного цвета.

Тот, что предложил наливать, покосился на мониторы, которыми была покрыта вся стена.

Камеры, которыми была утыкана вся база и её окрестности, давали возможность наблюдать за всем, что на этой самой базе творилось. Но беда в том, что картинки повторялись изо дня в день.

И доблестных дежурных уже прямо‑таки тошнило от этих картинок на мониторах. Каждое дежурство – одно и то же. И не только картинки, а вообще, течение жизни тут было на редкость монотонным… Ещё и искин беспрестанно нудил, мол, алкоголь во время дежурства нельзя, мол доложу…

Хорошо, что Цви таки решил его отключить – сразу стало и тише, и спокойнее.

А через полчасика, кстати, и бригада рабов‑ремонтников сменится… А в этой смене есть пара ещё не потерявших товарный вид девочек… Отказать таким видным парням они всё равно не смогут, так как рабский обруч просто не предоставит им такой возможности. А это значит, что скоро их ещё одна развлекуха ожидает… Не сказать, что что‑то из ряда вон, но всё‑таки безотказные девки тоже как‑то скрасят монотонные будни…

Квабена Нгори взял в руку большую бутыль с самогоном Чангаа и встряхнул её. Мутная маслянистая жижа окатила стенки сосуда.

– На вечер нам хватит, – буркнул он и покосился на товарища, – ты вроде налить просил? А стакан где?

– Какой же ты душный, – процедил сквозь зубы Цви Экон, старший дежурной смены, и толкнул грязный стакан, который до этого держал в руке, по столу.

Квабена сноровисто поймал посудину и набулькал туда щедрую толику отравы:

– Только ты уж будь добр, – осклабился Нгори, – сам своё пойло забери. Толкать не буду – прольётся, боюсь.

– Да чтоб тебя… – вздохнул Цви Экон и нехотя приподнял свой зад, – смотри, упаду – ты виноват будешь…

Он поднялся из кресла и сделал шаг в обход стола.

И тут случилось то, чего никто из них никак не ожидал. По коридорам базы прокатилась волна басовитого гула, пол содрогнулся и старший смены Цви Экон таки свалился на заплёванный пол… Но даже ему было ясно, что в его падении виноват не его собутыльник… Всё оказалось гораздо хуже.

Он ещё лупал глазами, пытаясь подняться, а в коридоре уже разносился визг сирены.

– Квабена, – натужно просипел Цви, – на нас напали… Докладывай на основную базу.

Напарник начал суетиться, и, смахнув с сенсорной панели сваленные там кое‑как свёртки с закуской, начал тыкать пальцами в сенсоры…

– Связи нет, – прохрипел Квабена, косясь на начальника.

– Тогда быстро одеваемся и поднимаем тревожную группу – без команды это бестолковое мясо так и будет в стены пялиться. – да, боевые рабы были всем хороши. Они сражались и умирали за хозяев, слепо и беспрекословно выполняя их команды. Рабские обручи не позволяли им ослушаться. Только вот в бой они шли только после приказа. А этот приказ надо было ещё им отдать. И показать врага…

– Шевели своей задницей, – до Цви Экона дошло, что теперь жизни их висят на волоске. Если их не прихлопнут те, кто напал на базу, то своё же начальство заставит их отрабатывать ущерб, нарядив в рабские обручи… А то, что ущерб уже есть, так это понятно даже ежу…

Глава 20

Так или иначе, но оба доблестных дежурных все‑таки нарядились в боевые скафы, похватали ручное оружие и выскочили в коридор. В коридоре было очень дымно и очень шумно. Что‑то непрестанно взрывалось, трещали электрические разряды – это вдруг ни с того ни с сего проводка коротнула… Сирена, опять таки, продолжала истошно верещать. В общем, на лицо был пожар в публичном доме во время наводнения. Но с одним отличием. В коридоре воды всё‑таки не было.

– Квабена, бегом направо! – скомандовал Цви. Он раньше напарника осознал, что случилось и понял, что сейчас надо, в первую очередь, поднять дежурную смену боевых рабов. И уже опираясь на их поддержку идти выяснять, кто посмел напасть на базу.

На поясе Цви зашипел несущей частотой уоки‑токи – кто‑то вызывал дежурную смену. Следом за шипением донеслись и обрывки слов, которые пока ни во что осмысленное не складывались.

Цви Экон выругался про себя и переключил связь на динамики шлема. Это надо было сделать, конечно, сразу, как надел скафандр… Но общая нервозность, помноженная на внезапность тревоги и лёгкое опьянение, которое никуда не делось, сыграли с ним дурную шутку.

Теперь из динамиков шлема на уши начальника дежурной смены посыпались какие‑то странные звуки, выкрики и прочий шум, не несущий никакой смысловой нагрузки.

– Сильные помехи, – сообразил Цви, – не иначе, как глушилка работает…

Кто‑то пытался связаться с ним. И скорее всего, это был пилот дежурной смены, который находился в дежурке около ангаров.

По идее он должен был сразу бежать к своему кораблю и пытаться выйти в космос, а оттуда уже докладывать о чрезвычайной ситуации – и не Цви Экону, а напрямую диспетчерам основной базы…

А он пытается через местную связь связаться хоть с кем. Вывод? Всё плохо. Дежурный пилот до своего корабля добраться не может и, скорее всего, просто блокирован в своей дежурке.

Эти мысли пронеслись вихрем в мозгу Цви, после чего он сосредоточил взгляд на широкой спине бегущего чуть впереди здоровяка Квабена. Теперь главным было поднять отделение боевых рабов…

Цви поймал себя на том, что видит он всё хуже и хуже. Такое чувство, что, в добавок ко всему ещё и загорелось что‑то. И теперь коридор базы потихоньку заполнялся то ли дымом, то ли ещё чем‑то, на этот самый дым похожим.

Но вопрос решился сам собой, когда Цви, вслед за своим напарником ввалился в комнату, где находилось дежурное отделение боевых рабов.

Он с разбегу влепился в застывшую в середине комнаты фигуру Квабена и от неожиданности сел на задницу.

А в комнате было тихо. Всё рабы, которые должны были по их команде, как один, встать на защиту чести, достоинства и имущества клана Эзекве, живописно разлеглись на своих жестких лежанках и мирно сопели, пуская во сне пузыри и глупо улыбаясь.

Теперь до Цви, наконец, дошло, что именно ухудшало видимость и в коридоре, и здесь. Это был газ, благодаря которому сейчас он и Квабена остались один на один с неизвестными агрессорами.

Им, можно сказать, повезло, так как оба они успели залезть в скафы, где система жизнеобеспечения была автономной. И поэтому газ до них добраться не успел. А так они сейчас тоже смотрели бы в дежурке счастливые сны…

Хотя это такое себе везение. Сомнительное.

А если рабы спят – то рассчитывать теперь можно только на себя. Тем более, что газ поступил во все залы и комнатушки базы почти в одно и то же время. Сейчас все вентиляционные трубы были заполнены этой злобной химией. А это значит что все, а не только рабы, стали жертвами газа. База фактически уже перешла к противнику. Судя по всему – вся база.

Вот и тот, кто пробовал пробиться сквозь помехи, прекратил свои попытки выйти на связь. Либо таки заснул, либо его как‑то по другому вырубили. Но это уже значения не имело…

Пока все эти мысли проносились в мозгу Цви Экона, его товарищ, Квабена Нгори продолжал удивлённо озираться и плямкал губами за стеклом шлема. Его маленький и гладкий мозг пока не мог осознать всей глубины той задницы, в которой они вдруг оказались.

– Нгори, очнись! – Цви был уверен в том, что здоровяк наверняка его услышит. И точно, тот вздрогнул, обернулся, и его глаза уставились на Экона. И в них застыл вопрос – что теперь делать…

– За мной! – скомандовал Цви и бросился бежать по коридору. Он хотел пробраться к небольшому ангару, где после ремонта стоял спасательный бот. Его там быть не должно было, но его туда поставили, так как другого места просто не нашлось – в капонире, где должен был находиться этот шаттл, сейчас была свалена часть хабара, добытого в недавнем рейде в лоусек.

Это недоразумение не было оснащено даже самым паршивым варп‑двигателем. Вернее, он был предусмотрен, но давно и безнадёжно вышел из строя. А денег на то, чтобы поставить новый руководство жалело, или же эти деньги, что, кстати, гораздо более вероятно, до них просто не дошли, осев по пути в чьих‑то карманах.

И теперь этот бот мог двигаться в пространстве только за счёт пары планетарных движков.

Но и этого бы хватило. Главное – это взлететь с поверхности астероида и уйти от него настолько далеко, чтобы выбраться из зоны покрытия глушилок.

Тогда можно было бы подать сигнал бедствия, и появился бы крохотный шанс спастись…

И поэтому сейчас Цви бежал, как уже давно не бегал. Он запалённо хватал пересохшим ртом тёплый, слегка вонючий воздух, который гоняла по старенькому скафу дышащая на ладан система жизнеобеспечения…

Вот, наконец, она – толстая дверь, за которой вход в технический коридор, который, в свою очередь, ведёт в бокс, где их ожидает надежда…

Цви приложил к панели считывателя карту универсального ключа – как старшему дежурной смены ему этот ключ выдали при заступлении на дежурство.

В толстой титановой плите что‑то едва слышно щёлкнуло. Цви, затаив дыхание, легонько толкнул эту плиту, и она подалась, приоткрыв проход в кромешную тьму.

Оставалось совсем чуть‑чуть – буквально пятьдесят метров, и они окажутся в том самом боксе, где сейчас стоял шаттл.

Цви даже не стал включать нашлемный фонарик. И товарищу не разрешил. Он боялся почему‑то, что свет могут заметить и помешать их спасению… Иррационально, конечно, но Цви решил пройти последние метры до бокса в полной темноте.

Квабена, шедший теперь первым, споткнулся три раза, причём один раз даже упал, сдавленно ругаясь. Цви споткнулся всего раз, а от падения его уберегло то, что он успел схватиться за плечо товарища.

В этот момент он отметил про себя, что всё‑таки какая‑то польза от него есть…

Но вот они дошли до двери, которая вела в вожделенный бокс. Не смотря на то, что всё внутри него буквально кричало, что так делать нельзя, Цви зажёг крохотный фонарик, вмонтированный в средний палец перчатки скафа. С помощью его холодного света он разыскал панель считывателя и приложил к ней карту ключа.

Толстая титановая дверь без скрипа приоткрылась и слабый свет фонарика Цви утонул во тьме, которая притаилась за дверью.

Не веря своей удаче, начальник дежурной смены шагнул через комингс и посторонился, пропуская товарища вперёд. Квабена сделал широкий шаг и тут…

И тут над головой возник источник света. Яркий. Цви инстинктивно поднял голову, и ксеноновый луч ослепил его, не взирая на то, что АСУ скафа автоматически затемнило забрало шлема.

– Бросить оружие! – прогрохотал голос, который показался Цви голосом злого божества, требующего полного повиновения, – лечь лицом вниз. Руки за голову, ногу на ногу!

– Приплыли, – промелькнуло в голове у Цви, и он растянулся на бетонном полу в каких‑то пяти метрах от шаттла, который, будь их везение хоть чуточку больше, вполне мог бы унести их с этого проклятого камня, летящего сквозь холодную пустоту.

А теперь… Теперь свет вспыхнул по всему боксу, и Цви увидел несколько человек, стоявших у дальней стены. Все они были одеты в чёрные матовые штурмовые скафандры. Вооружены тяжёлыми «Молотами» – масс‑ганами. способными сделать из лёгкого скафа Цви натуральный дуршлаг… Да, теперь только и оставалось, что принять свою судьбу. И молиться, чтобы неприятности на этом и закончились.

Но в мозгу Цви Экона крепла уверенность в том, что это только начало настоящих неприятностей. И никакие молитвы этому помешать не смогут.

* * *

– Всё, отвоевался я. – именно такая мысль возникла в моём мозгу, когда я понял, что для меня нет места в наших атакующих порядках. Не предусмотрено. Как выяснилось, все вполне без меня обойдутся.

Боевые группы вышли на исходные. С ними ушли Гвидо и Тихий.

Чиж сидел в своём кораблике и был занят постановкой помех для радиосвязи пиратов и наблюдением за работой наших систем РЭР и РЭБ.

В общем, прилагал все усилия к тому, чтобы никто не нарушил радиотишину. Это было действительно важно.

Дело в том, что лишь за пол‑часа до нашей атаки закончился очередной сеанс связи сидящих тут сил клана Эзекве со своей центральной базой. Центральная база располагалась во внутреннем астероидном поясе и была объектом вполне себе легальным, в отличие от этого. А этого объекта официально, как бы и вовсе не было. А потому никто никого не мог по результатам нашей вылазки обвинить в агрессии.

То, что мы знали расписание сеансов связи удивлять никого не должно. Не даром же всякие наши аппараты крутились вокруг этого камушка. Мы узнали всё, что только могли. Ну и, само собой, разузнали всё, что касалось систем связи и оповещения у нашего противника.

И теперь следующий сеанс – только через двенадцать часов. Именно столько времени у нас есть для того, чтобы подавить любое сопротивление, которое мы тут встретим. И для того, чтобы разграбить и приватизировать всё, что мы тут найдём и всё, что посчитаем нужным присвоить.

Дрищ остался в корабле для того, чтобы осуществлять координацию действий наших отрядов, когда настанет мой черёд выдвигаться.

Да, я тоже покину корабль и выйду таки на поверхность этого камушка. Но произойдёт это только когда выстрелы стихнут, беготня закончится и придёт время грабить…

Собственно, судя по тем докладам, что ко мне поступили – либо мы все крутые профи, которые не только спланировали, но и исполнили блестящую операцию по нейтрализации противника и взлому его обороны, либо мы очень везучие сукины дети.

Меня, если честно, устраивает любой из вариантов. Ибо главное – результат, хоть и с поправкой на то, что шоколадные бандиты даже в кошмаром сне представить себе не могли что кто‑то не только найдёт их тайную базу, но ещё и удумает её атаковать. Соответственно и ритуалы поддержания обороноспособности они соблюдали чисто формально…

А потому результат нашей деятельности радовал, с какой стороны ни посмотри.

Судите сами – наша идея с сонным газом оказалась очень богатой. Естественно, отдельный поклон ребятам, которые взяли под контроль компрессорную станцию. Они сделали это быстро и тихо, прямо как на учениях.