Текст книги "Звёзды, пламя и сталь. Гексалогия (СИ)"

Автор книги: Игорь Лопарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 51 (всего у книги 92 страниц)

– Так это вам несказанно повезло, так получается? – спросил я господина Аргуссоса.

– Скажем так, не сколько мне повезло, сколько не повезло этим ребятам, – задумчиво проговорил Кирин, – ты же обратил внимание на то, сколько в них металла и электроники? Поверь, Креаты не стремятся себя улучшать за счет киберпротезов и прочей техники. Они и так совершенны. А это…

Эти парни выжили после того, как транспорт, в котором они ехали домой по завершении контракта, подвергся атаке и был уничтожен.

Да, так случилось, что на транспорт напали пираты. Причём никаких попыток абордажа не было.

Просто линейный крейсер без опознавательных знаков дал бортовой залп, и разнёс посудину, на которой эти ребята и ехали вдребезги и пополам. Всего их было семеро. Выжили только эти трое. Но изуродованы они были ужасно…

– А разве нельзя было восстановить всё в медкапсулах? – удивился я.

– А представитель этой расы в стандартной медкапсуле почти не может регенерировать, – пояснил олигарх, – генетика у них такая… перекрученная. И тут так получилось, что я оказался на той станции, где их выхаживали…

– И что? – мне было интересно. История весьма драматична. Но и у моего интереса была ещё одна причина. Раса Креатов – это лучшие бойцы. И, возможно когда‑нибудь мне тоже будут нужны их услуги. Так что чем больше я о них сейчас узнаю, тем лучше.

– Я долго их уговаривал, – продолжил Кирин, – но, в конце концов уговорил.

Ноги свои они потеряли все. Поэтому каждый из них обзавёлся несколько необычными нижними конечностями. Так уж получилось, что колени у ребят теперь гнутся назад. Но ничего, они привыкли уже…

– Так это вы помогли им стать киборгами? – спросил я.

– Ну, да, – согласился Кирин, – я оплатил им всю эту аугментацию, нейроимпланты, и много ещё чего… Сейчас они эффективны примерно процентов на семьдесят относительно здоровых Креатов. Теперь они работают на меня. И поверь, – он посмотрел мне в глаза, – эти ребята уже раза три вытаскивали меня из глубочайшей задницы. И это при том, что я сам стараюсь не лазить туда, куда не надо. Но, знаешь ли, если ты из себя хоть что‑нибудь представляешь, то с каждым годом людей, желающих тебе смерти, становится всё больше… А есть и те, кто не только желает, но ещё и делает практические шаги к тому, чтобы воплотить свои желания в реальности…

– Верю, – сказал я, – верю сразу и безоговорочно… Хоть и прожил я всего ничего, но мой опыт полностью с вашими словами согласуется…

– Ладно, засиделись мы тут с тобой, – улыбнулся олигарх, – за хорошей беседой время незаметно бежит… Так что, давай‑ка, пойдём на выход.

Глава 6

Обратно я шёл медленно. В голове всё перепуталось, но настроение было неплохим, так как теперь мы без проблем спихнём весь диспрозий. А если всё с нашим планетоидом получится, как планируем, то и на весь металл, что там есть, появится у нас солидный покупатель.

И ещё все время мысли мои возвращались к этим огромным четырёхруким бодигардам. Выглядели они, как настоящие машины смерти. Но, это всего лишь инвалиды, которые могут чуть больше половины того, что доступно здоровым… Да, это идеальные бойцы. Но, блин, сильно дорогие…

И чем мечтать о пока недоступном, правильнее будет спуститься с небес на грешную землю и вернуться к делам насущным. А что там у нас первоочередным намечено… из насущного?

…Так, с юристами я поговорил, и даже от Фрейи пока отделался… И следующим пунктом в моём списке значится Бо́бер и все наши проблемы, что связаны с летающей техникой.

Ну, значит нам туда дорога… Я связался с парнями и сообщил, что отправляюсь в логово Бо́бера, где пробуду, скорее всего достаточно долго. Поскольку спектр вопросов, которые следует обсудить, у нас довольно широк.

До офиса под вывеской «Волшебник и технарь» я добрался без приключений, что само по себе уже радовало.

Странности начались, как только я вошёл в огромный холл. И заключалась первая странность в том, что меня никто не встретил.

Я подошёл к стойке, за которой обычно находился кто‑то из состава ассистентов или менеджеров. Никого.

Я пару минут постоял, теша себя надеждой, что сюда кто‑нибудь всё же подойдёт. Но надежда моя умерла. Никто так и не не пришёл.

– Ну, ладно, – подумал я, и зашёл за стойку. Пульт связи был в неё вмонтирован и на нём было всего несколько сенсоров. Я слегка придавил пальцем тот, что был потёрт больше всех – значит на него просто чаще нажимали.

Где‑то в глубинах офиса раздался приглушённый перезвон, а спустя пару минут моё ухо уловило и цокот каблучков.

Кто‑то, всё‑таки, шёл меня встречать.

Наконец тут появилась ещё одна живая душа. В холл вошла девушка, которая, насколько я помню, исполняла обязанности секретаря у Бо́бера. Как её звали‑то?

Селла? Точно, её звали Селла.

– Здравствуйте, – то ли мне показалось, то ли голосок у ней был немного испуганный. Да и сама она выглядела как то… встревоженно. – вы к господину Бо́беру?

– Здравствуйте, – улыбнулся я, и, чтобы хоть немного успокоить девушку отвесил ей дежурный комплимент, – вы сегодня прекрасно выглядите.

– Ой, да что вы… – она очень мило изобразила лёгкое смущение и сказала, – вы знаете, господин Бо́бер…

– Только не говорите мне, что он заболел, – скроив серьёзное лицо, выдал я, – всё‑равно не поверю…

– Нет, со здоровьем у него всё хорошо… почти… – как‑то неуверенно произнесла Селла, потом словно встряхнулась, и продолжила уже гораздо бодрее, – но сейчас господина Бо́бера временно заменяет его заместитель…

Я подумал, что, раз Бо́бера почему‑то нет на месте, то хоть какие‑то вопросы, пусть и не все, я смогу и с его замом порешать.

– Давайте мне тогда помощника. – объявил я. Что‑нибудь, я думаю, можно будет и с ним решить.

Девушка облегчённо вздохнула и предложила:

– Ну, пойдёмте тогда, – и двинулась обратно, в глубину офиса.

Когда я вошёл в кабинет начальника, я почувствовал сразу несколько странностей.

Первое, что заставило меня ощутить некую неправильность, это то, что вместо огромного Бо́бера на его месте сиротливо гнездился его заместитель – щуплый человечек лет под шестьдесят.

Нет, я против него ничего не имею – спец он замечательный. Но в кресле Бо́бера смотрелся он совершенно чужеродно. Слишком мало было его самого и слишком много кресла. На фоне широченной спинки, обтянутой рыжей кожей, он просто терялся.

И второе, что меня немного насторожило – это запахи. В кабинете отчётливо пахло едой. Хорошей едой, натуральной.

Вот стоило только прикрыть глаза, как перед внутренним взором отчётливо прорисовывался румяный поросёнок на большом блюде с огромным яблоком в пасти. Обложенный печёным картофелем и зеленью.

А рядом стоит большая бутыль с чем‑то мутным…

Вы спросите, почему мне и бутыль привиделась? Так тут всё просто. В кабинете витал ещё и устойчивый спиртуозный запах. Вот вам и объяснение.

– Добрый день, – поприветствовал я зама Бо́бера. Казимиром его звали, кажется…

– Здравствуйте, – радушно улыбнулся Казимир, – вы по какому вопросу? – и выжидательно так на меня уставился. Мне показалось, что он надеялся на то, что я развернусь и уйду. Этот дядька предпочитал орудовать гаечным ключом, а не слова говорить.

Но я уже настроился решить хоть что‑то, раз уж сюда добрался… И потому мы с Казимиром углубились в обсуждение проблем замены гравикомпенсаторов с последующей перенастройкой всей системы контроля перегрузок.

Но тут я отчётливо услышал какой‑то шум. Больше всего это было похоже на сопение какого‑то крупного животного. Потом раздался звук, который, мне кажется нельзя было спутать ни с каким другим – звук катящейся по полу пустой бутылки.

И наконец я услышал кряхтение и даже членораздельную речь:

– Пся крев… – сказал кто‑то голосом Бо́бера. Причём всё это прозвучало так, словно источник шума находился на расстоянии вытянутой руки от меня.

Только вот не было никого в кабинете кроме меня и Казимира. Но именно он и помог мне решить эту загадку. Вернее, не он, а его затравленный взгляд, который он устремил на боковую стену.

А если ещё точнее, то на высокий старомодный шкаф, плотно к ней прислонившийся.

Не знаю, почему, но я поднялся из кресла и подошёл к этому шкафу. Из‑за него продолжали доноситься какие‑то невнятные звуки и шорохи.

Я упёрся рукой в одну из его наружных стенок и подналёг. Результат приложенных усилий стал виден сразу – шкаф неожиданно легко сдвинулся в сторону. Развивая успех, я приналёг на эту мебель ещё более настырно, и эта махина сдвинулась ещё метра на полтора.

За этим шкафом, как выяснилось, скрывалась ещё одна комната, хоть и не такая просторная, как сам кабинет, но тоже не маленькая. Многие начальники себе так комнату отдыха делают. Далеко ходить не надо – если устал, то пойди приляг. И никто не узнает…

Там был диван, стол, на котором теснились различные закуски и бутылки, а так же кресло.

Кресло было таким же большим, что и кресло хозяина кабинета. И в кресле этом гордо восседал сам Радомир Бо́бер, начальник этой конторы. Кстати, на диване, что был частично загорожен от меня столом лежало ещё какое‑то тело.

– Заходи, выпьем, – Бобер с блаженной улыбкой посмотрел на меня и широко махнул своей огромной лапой, этим жестом как бы дублируя приглашение.

Честно говоря, к выпивке я довольно равнодушен по жизни. Так, проглотить бутылочку лёгкого вина под жареное мясо и хорошую беседу… Но наедаться так, как‑то тело, что распростёрлось на диване – уж увольте.

Тело, кстати, было от меня загорожено столом, на котором стояла закусь. Видел я только ноги в ботинках с рифлёной подошвой. Как будто хозяин их собирался бродить по поверхности какого‑нибудь астероида… Не офисная, в общем обувь.

Тем не менее, раз Бо́бер приглашал, то я вошёл в эту комнату и последовал к столу.

Интересовал меня, как вы понимаете, отнюдь не обладатель тяжёлых ботинок, валявшийся на диване. Туда меня манили запахи еды, что стояла на этом самом столе.

Я бросил взгляд на изобилие натуральных и хорошо приготовленных продуктов и приступил к поискам не надкусанных кусочков. Таковых оказалось достаточно много. А это значило, что имело смысл сеть поближе, и посвятить некоторое время еде.

Стол был явно низковатый, не фуршетный, а значит и не приспособленный к тому, чтобы есть стоя. Потому я огляделся в поисках стула. А его тут и не было.

Господин Бо́бер к тому моменту прикрыл глаза и так, очень по домашнему посапывал, так и не покинув удобное кресло.

И я, глянув на него ещё раз, решил, что никто не будет возражать, если я приволоку стул из кабинета.

Это я и сделал, подсев, наконец к столу, где меня дожидались разные вкусности.

– Казимир! Присоединяйся к нам! Выпьем! – видимо шум, поднятый мною, когда я тащил стул, опять нарушил безмятежный сон Радомира и тот, проснувшись, возжелал продолжения банкета.

В комнату вошёл Казимир и заинтересовано повёл носом. Унюхав что‑то соблазнительное, он зацепил в кабинете стул и тоже направился к столу.

– Что празднуем? – спросил я, одновременно жуя кусок жареной поросятины.

– Да вот, – вздохнул Бобер, – земляка встретил, – он кивнул на диван, где лежало тело и мычало тихонько что‑то про себя, – будешь? – спросил он, подняв руку, в которой сжимал бутыль с траурно чёрной этикеткой, по которой змеились серебряные руны.

Я отрицательно покачал головой, так как был полон решимости завершить сегодня все переговоры с Бо́бером, в каком бы состоянии он ни был.

– А зря, – крякнул хозяин, – очень забористое аграфское пойло, – сказал он и встряхнул бутыль, которая как‑то печально булькнула.

– Мы с Казимиром вроде обговорили все нюансы по гравикомпенсаторам, – Бобер бросил на меня страдальческий взгляд, но я был неумолим, – и теперь мне нужно решить всё, что касается форсажа наших движков.

– Наздоровье! – провозгласил Казимир и лихо опрокинул стакан в широко открытый рот. Одновременно с ним аналогичное действие совершил и Бобер. После чего потянулся к блюду с соленьями.

Тут противно заверещал хозяйский коммуникатор.

Радомир глубоко и шумно вздохнул, но сенсора приёма все‑таки коснулся.

– Да… да, пани Лунара, – он пытался говорить в пол‑голоса, но это получалось у него из рук вон плохо – я всё слышал. И имя Лунара было мне определённо знакомо… Только вот где я его слышал, хоть убей, не помню…

– Да напился в дрова ваш спутник, – продолжал Бобер, – если нужен, то забирайте это порося… Хорошо… Не волнуйтесь, никуда он не уйдёт… Да не может потому что… Так что ждём.

– Бо́бер! – это вдруг ожило и заворочалось на диване то самое тело. – без меня пьёшь? – и голос показался мне странно знакомым… Бобер, мне нехорошо – продолжило тело умирающим голосом, – Бобер, ты курва! – закончил страдалец, уже чуть не плача.

– Сам ты курва, Збышек, – беззлобно огрызнулся хозяин, – упился в хлам и сквернословишь… Хорошо хоть дам среди нас нет… Хотя, кстати, Лунара‑то за тобой сейчас придёт…

Вспомнил я этот голос! Это же Ковальски… Тот самый идиот, что проходу мне в увольнении не давал. Тогда… Лунарой звали секретаршу Стила… Это что же такое получается то?

Хотя, нервничать смысла нет никакого. Тут владения пиратов, а потому, стоит мне только заикнуться про то, что это люди из СБ «Звёздной Динамики», то их просто тут порвут.

Но они всё‑таки сюда приехали. Зачем? Чую, как‑то это со мной связано. А раз так, то есть смысл дождаться Лунару. Она, скорее всего трезвая и с ней можно будет поговорить.

А Ковальски… Он как всегда…

Лунара появилась достаточно быстро. И да, это была та самая девушка, что была секретарём Стила. С ней, кстати, пришли ещё два хмурых типа, которым она и поручила эвакуацию тушки несчастного Ковальски, который лыка не вязал совершенно. Да и на ногах устоять самостоятельно не смог бы.

Так что эти двое взяли его на плечи, и поволокли куда‑то. И только окованные сталью мыски ботинок Ковальски скребли по полу…

– Алекс Князев? – она подошла ко мне довольно решительно, и голос у неё был достаточно уверенным.

– Ну, предположим, да, – ответил я, совершенно не представляя, о чём ней вообще говорить. Если она сейчас будет намекать на то, что фрегат возвратить бы, то я просто развернусь и уйду. А будут наглеть, так заложу их местным пиратским эсбэшникам, или как там они ещё называются… Без разницы.

– Выглядите отлично, – холодно улыбнулась она, – особенно если учесть, что на дуэли вам пришлось здорово попрыгать.

– А вы тоже смотрели схватку? – удивился я.

– Собственно из‑за этой вашей способности наживать себе проблемы на ровном месте нам и пришлось поторопиться… – она хотела что‑то пояснить, наверное. Но вот что именно, я так и не понял, но вопросов пока не задавал. Вот, кстати, и спрошу:

– И чем же эта моя способность вас так не устраивает? – подпустил в голос яду, чтобы дать понять этой девице, что хватит ходить вокруг да около.

– Тем, что благодаря этой своей способности вы можете покинуть мир живых буквально в любую минуту, – пояснила она, причём без малейшего намёка на то, что это шутка, – а меня послали к вам для того, чтобы я организовала вашу беседу с одним важным лицом. Это лицо хочет кое‑что от вас узнать. И, если всё будет хорошо, то возможно и выгодное для вас сотрудничество. Ну так что, вы согласны на такой разговор? – и посмотрела на меня с характерным прищуром.

Мне на секунду даже показалось, что она дальняя родственница моего недавнего знакомца, знатока рас нашего Содружества…

И что касаемо разговора… Я был практически на сто процентов уверен, что разговаривать буду со Стилом… А вот чего этому прохвосту от меня надо… Загадка, однако. Хотя, чего это я? Сейчас всё узнаем, там же что‑то и про выгодное сотрудничество говорилось… А выгоду я упускать не хочу. Ведь, чем чёрт не шутит, может, действительно обломится чего?

– Да, я готов.

– Тогда пойдем, – она кивнула на дверь и объяснила, – не при всех же разговаривать‑то… – после чего кивнула на Казимира, который яростно орудовал ножом и вилкой, разделывая здоровенный кусок жаркого, и затихшего опять в своём кресле Бо́бера.

Я хмыкнул, и последовал за девушкой. Мы прошли в кафе, которое находилось в двух шагах от логова Бо́бера, где нам предоставили небольшой кабинет.

Мы расселись вокруг небольшого столика, Лунара вытащила из кармана глушилку. Не такую, конечно, крутую, как у нас, но тоже вполне себе не плохую.

После чего бросила на меня критический взгляд и извлекла из кармана коммуникатор.

Номер уже был введён, и поэтому для выхода на связь ей потребовалось только тронуть сенсор вызова.

– Да. – Лунара включила громкую, и я услышал этот голос – явно изменённый, и было совершенно невозможно понять, кто говорит.

– Я нашла нужного вам человека, – сказала Лунара.

– Хорошо, тогда оставь нас, – Я удивлённо посмотрел на Лунару. Интересно, ей доверили следовать за мной, но не доверили слышать, что от меня понадобилось её шефу… Хотя, возможно, он так защищал её, ведь под полиграфом она ничего не выдаст, если не будет ничего знать. А, стало быть, её и ни в чём обвинить нельзя будет. Интересно, однако…

– Слушаюсь, – сказала она и вышла за дверь, плотно её прикрыв. Глушилка, кстати, осталась лежать на столе.

– Итак, вы же Алекс Князев? – голос звучал уверенно. – я знаю, что вы знаете, кто с вами говорит. – тут у говорившего прорвался нервный смешок, причудливо искажённый корректором голоса. – у меня к вам просьба, не называйте сегодня никаких имён. Договорились?

– Да. – согласился я. Судя по тому, как этот разговор начался, речь сейчас пойдёт о чём‑то не очень законном. Хотя мне это по барабану. А вот моему собеседнику – нет. Я просто запомню это, тем более, что Доминатор всё пишет, снимая сигнал через мои органы слуха… И использую, если понадобится. Так что я нахожусь в выгодном положении – мне терять уже нечего, а вот собеседник мой очень даже может многое потерять. Один факт того, что он затеял разговор с преступником, то есть мной, уже является его слабостью.

– Мне нужно выйти на контакт с вашим нанимателем. – однако, вот это поворот! Безупречный служака решил перейти на сторону Тьмы? Это какие же печеньки там ему замаячили, если он рискует вообще всем, и жизнью своей в том числе?

– Я спрошу их представителя, – ответил я – и если они посчитают нужным… Кстати, вы не будет возражать, если я назову им ваше имя и положение?

Вопрос, сами понимаете был задан не сколько для того, чтобы спросить разрешения, сколько для того, чтобы подтвердить мою уверенность в том, что я знаю, с кем я веду беседу.

После нескольких секунд тишины наконец я услышал:

– Да, и скажите что я… готов сотрудничать на тех же условиях, что и их покойный агент. Большего я от вас и не хочу. Я думаю что вы самостоятельно извлечёте выгоду из моего предложения. Не так ли?

– За меня не беспокойтесь, – хмыкнул я, – я своего не упущу. Как будем держать связь?

– Звоните на этот номер с этого же коммуникатора. Скажите, когда вам будет удобно участвовать в сеансе связи. И я свяжусь с вами в указанное вами время. Через этот же коммуникатор. Вам всё понятно?

– Да. – согласился я, – мне всё понятно.

– Тогда отбой. – сказал голос.

– До связи, – хмыкнул я, и связь разорвалась.

Глава 7

А ведь интересно девки пляшут… Особо, если снизу посмотреть, да…

Лунара, как выяснилось, с самого начала знала, что коммуникатор перейдёт в мою собственность, так что теперь у меня есть собственный канал связи со Стилом. Вот уж не думал, не гадал, однако…

Переговорив со мной и выполнив свою задачу, девушка тут же озадачила подчинённых покупкой обратных билетов.

То есть эта компания занялась своими делами и интерес ко мне у них угас наглухо. И слава Ушедшим, так гораздо спокойнее будет. И мне, и им…

А вот что мне теперь дало пищу для размышлений, так это слова Стила.

Начнём с того, что он считал, что мы работали на кого‑то из тех, кто вербовал агентуру среди персонала станции «Канцлер». А единственный, кто просил нас украсть немного данных у «Звёздной Динамики» – это Коломбина… Значит?

А это значит, что в любом случае если и обращаться к кому‑либо, то это именно к ней.

При этом я совершенно не в курсе, на каких условиях с ней сотрудничал тот самый неизвестный агент… С нами‑то была, так сказать разовая акция. Мы вскрыли дата‑центр, а нам за это указали дорогу на Латоти. И на этом всё.

Но, мне стало интересно, что так понадобилось Стилу. Что же это за такие плюшечки, ради которых он готов наплевать не только на свою карьеру в СБ корпорации, но и вообще на всё… На статус свой, на свои сбережения, да и на саму жизнь. Ибо, если он попадётся на том, что сливает что‑то на сторону, его по головке не погладят, а напротив, могут эту самую головёнку и отшибить…

Это должны быть какие‑то совсем эксклюзивные плюшки. А я люблю всё эксклюзивное…

Вопрос – как мне получить об этом обо всём полные сведения? Может мне тоже будет полезно?

Но, тут нужно будет связываться с Коломбиной – других путей нет. И, нужно будет замыкать Стила на неё… Хотя, а нужно ли ей сейчас это?

Скорее всего нужно, так как когда мы уходили, мы кое‑что смогли утащить с серверов «Звёздной Динамики» – на далеко не всё, что она просила…

А остальное она сможет вытащить через Стила. Поскольку он большая шишка в СБ станции, то у него должен быть служебный доступ во всякие интересные места… Так что да, он, теоретически, может быть нужен.

А вот относительно того, во сколько будет оценена та польза, что он сможет принести нанимателям Коломбины сейчас гадать бесполезно.

Но свой интерес мне будет нужно соблюсти. При этом я сейчас не совсем понимаю, как именно мне это сделать. Да, дела…

Но, в любом случае, нужно будет связаться с Сарой. Ибо, как я понял, она тоже всего‑лишь исполнитель.

И для того, чтобы выяснить всё, ей так или иначе придётся выходить на нанимателя. А этот наниматель должен будет всё обдумать и решить, насколько это ему интересно… То есть всё это потребует времени.

А это значит, чем раньше я запущу этот процесс, тем раньше пойму, что с этого можно будет поиметь.

Значит решено – нужно выходить на связь с Коломбиной. И сделать это надо прямо сейчас. Так как уже через час и сорок пять минут я должен буду грузиться в шаттл, который отвезёт меня на станцию FDS‑15–04, где меня ждёт наш новый фрегат…

– Ой, привет, красавчик, – Сара, как всегда, пребывала в начале разговора в образе ветреной особы, – ты, никак, соскучился по мне?

– Сара, я тоже рад тебя слышать… – я действительно был рад этому, ибо всерьёз опасался, что отловить эту оторву с первого раза мне не удастся, – но давай серьёзнее, у меня к тебе дело…

– Ну вот, опять дела, – в голосе появились обиженные нотки, – нет, чтобы просто сказал, что соскучился… Тебе же всё‑равно, а мне, всё‑таки, было бы приятно… Грубый ты!

– Ага, – с готовностью согласился я, – я же уже говорил тебе как‑то, что я грубый и не женственный, так чего теперь удивляться‑то?

– Эх… – сокрушённо вздохнула Коломбина, – ну, тогда рассказывай, что за дела там у тебя. Ты себе уже базу что ли успел построить?

– Нет пока, – хмыкнул я, – но дело важное… В общем, вопрос такой – тебе интересно получить агента на «Канцлере».

– Это зависит от того, насколько широки его возможности, – ответ Сара озвучила уже вполне деловым и собранным тоном. Вся игривость испарилась, как по мановению волшебной палочки. Теперь со мной разговаривала не жеманная барышня, а свирепая волчица, которая своего не упустит.

– Возможности, – хохотнул я, – возможности весьма широки, но…

– Рассказывай уже. Если сказал А, то надо говорить и Б…

– Но я не совсем хорошо понял, чего ему нужно, – сказал я, – а ты, насколько я знаю, охотишься за инфой. Так вот, у этого типа, что хочет продать свои услуги, есть доступ ко всем данным, хранящимся на станции.

– Это может быть интересно, – голос Коломбины стал задумчивым, – а что ему от нас нужно взамен? Чего ты не понял?

– Цитирую его слова, – я выудил из импланта памяти тот фрагмент разговора и озвучил фразу, сказанную Стилом, – «я… готов сотрудничать на тех же условиях, что и их покойный агент» – и даже интонации воспроизвёл.

– Этих сведений у меня нет, – в голосе её было явное сожаление, – так что прямо здесь и сейчас я никакого ответа дать не смогу.

– А когда сможешь? – тут же спросил я.

– Даже на этот вопрос не могу сейчас точно ответить, так что жди моего выхода на связь.

– Так, – я решил добавить обязательное условие. Моё условие, – в случае положительного решения вопроса я хочу, чтобы мне было заплачено пятьсот тысяч кредитов.

– А ничего не треснет? – голос был удивлённым и весёлым.

– Не, в том, что никаких повреждений у моей наглой морды в связи с этим не случиться, это я гарантирую. Так что об этом не беспокойся.

– Ну, прямо гора с плеч, – хихикнула Сара, – ладно, я всё поняла. Как будет что сказать, выйду на связь. Пока, красавчик! – и связь прервалась.

Ну, основное я до неё донёс. Теперь, если это ей или её заказчикам надо – пусть решают. Свой интерес я обозначил.

Я глянул на хронометр и увидел, что уже пора выдвигаться. Скоро начнётся регистрация на шаттл.

До станции FDS‑15–04 добрался без приключений. Нужный ангар, где меня дожидался арварский фрегат, перешедший в мою собственность, нашёл тоже сравнительно быстро.

Но вот войти в него оказалось не так просто. Охрана встала, прямо‑таки непробиваемым заслоном.

Тот документ, что мне выдали наши юристы на них нужного впечатления не оказал. Так что мне пришлось связываться с их представителем и вызывать к ангару для того, чтобы он обеспечил мне доступ к моей собственности.

И, что удивительно – нанятая нами же охрана продолжила героически препираться, но теперь уже не со мной, а с представителем нанимателя.

Это стало казаться мне несколько странным. Я уже было собрался, наплевать на всё и двинуться напролом, как случилось маленькое чудо.

У начальника поста вдруг бзякнул коммуникатор, и он, вполголоса переговорив с неизвестным абонентом, подозвал одного из охранников.

Тот, вернувшись от начальника тут же озвучил команду руководства – пропустить.

Я переглянулся с юристом, тот пожал плечами. По его глазам было видно, что он ничего не понимал в происходящем.

У меня же появились некоторые подозрения, но озвучивать я их не стал, так как подложить под них хоть какой‑то фактаж я пока не мог.

Но теперь путь был свободен, и я наконец вошёл в полумрак ангара.

В тусклом свете немногих горящих ламп фрегат поблёскивал старым золотом. Ага, арварская пышность и тяга ко всему блестящему. Но, мне важен не внешний вид, а техническое состояние машины.

Акт постановки корабля на стоянку был у меня на руках. И одно из приложений к этому документу – справка о техническом состоянии гласила, что если приспичит, то хоть прямо сейчас садись и лети, куда душа попросит.

Но, вот это подозрительное поведение охраны – оно настораживало.

И наиболее вероятной причиной было то, что неподкупные стражи немного недосмотрели.

Не иначе, как их зрение временно испортилось. Причина этого расстройства зрительных функций скорее всего – анонимные чипы‑кошельки, попавшие охране в руки незнамо от кого.

Иногда они именно такие расстройства и вызывают, да…

И, как на зло, именно в это время сюда пробрался кто‑то. И поковырялся.

И теперь мне предстояло выяснить, что там наковыряли и что мне теперь с этим делать…

Это мои предположения… Пока предположения.

Трудности начались сразу. Вопреки тому, что было написано в акте, доступ к системе корабля был заблокирован.

Так мне сообщил Доминатор, когда я уселся в пилотское кресло и подключил нейроразъём.

Я чего‑то такого и ожидал, а потому дал команду на взлом. Корабль был не то, чтобы совсем старым, но довольно заслуженным.

А потому все алгоритмы шифрования и криптозащиты были, скажем так, второй свежести.

В общем, мне пришлось минут пятнадцать отстранённо разглядывать интерьер пилотской кабины, пока Доминатор обеспечивал нам вход в систему.

И первое, что я попросил сделать, это снять копии всех логов. Доминатор тут же сообщил мне, что логи, похоже, таки потёрли…

Но он добавил, что восстановить их таки возможно. Я, само собой, тут же подтвердил то, что это нужно сделать в первую очередь.

Поясню. Если удастся доказать, что вмешательство произошло после постановки корабля под охрану, то с охранной фирмы мы сможем слупить денег в качестве штрафных санкций.

Много, конечно, не получится, но хоть что‑нибудь, хотя бы. Это, в любом случае, больше, чем ничего. А деньги лишними не бывают.

Но, надо переходить к основному – включать искин корабля и начинать работать с ним. Только, боюсь, что тут нас тоже ожидают трудности. Так оно и вышло.

Пароль, по которому мы должны были получить доступ к системе и искину корабля не подошёл. А это, на минуточку, был пароль, указанный в акте передачи. То есть тут налицо прямое вмешательство.

Порывшись в логах, что Доминатор восстановил, я обнаружил, что это было проделано примерно в то время, когда я уже во всю пререкался с охраной.

В общем‑то этого уже было достаточно для того, чтобы выкатывать иск против этих горе‑охранников. Значит денег мы с них слупим.

Но сейчас меня интересует доступ к памяти искина. А для этого надо будет опять ковырять систему…

На этот раз смотреть в потолок мне пришлось гораздо дольше. Доминатор провозился с этим паролем как бы не пол‑часа, а то и поболее.

Но так, или иначе, эта преграда тоже пала.

Мы запустили искин корабля, и этот, с позволения сказать, программный продукт не придумал ничего лучше, как тут же врубить сирену. Мало того, он попробовал заблокировать всё, что только можно.

Но Доминатор это предвидел, а потому, перед активацией отключил почти все действия, которые искин должен совершить при попытке взлома.

Почему почти? Ну вот так… он отключил всё, кроме сирены. Которая дурниной орала теперь по всему кораблю.

Так мало того. Кораблик подключили к пульту местной службы порядка. И мне пришлось, после того, как мы заткнули сирену, выходить из корабля и минут двадцать разбираться с нарядом, который спешно прибыл сюда по тревоге…

Парни хотели мне ещё штраф выписать за ложный вызов. Но я таки отбрехался. Подозреваю, что не в последнюю очередь благодаря хорошо подросшей харизме – теперь она у меня доросла почти до двадцати процентов. Если точно – то показатель харизмы сейчас равен 19,9 %.

Но вот тревожная группа уехала восвояси, и я опять занял своё место в пилотском кресле.

Подключив опять кабель в нейро‑разъём, я попросил свою неронку проверить, есть ли возможность задействовать мысленный интерфейс.

Нет, возможность такая была, само собой. Но, прежде чем подключаться, нужно было проверить, нет ли там каких программных ловушек и прочих разных кибер‑паразитов. Которые непременно будут пробовать свернуть мои мозги набекрень.

Доминатор быстро всё это проверил. Нашёл пару примитивных эксплойтов, ну и прижучил их не отходя от кассы. После этого обрадовал меня, что теперь можно и через мыслеинтерфейс подключиться. Что я и сделал немедля.