Текст книги "Звёзды, пламя и сталь. Гексалогия (СИ)"

Автор книги: Игорь Лопарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 92 страниц)

В общем‑то я хорошо почувствовал завуалированную угрозу, но сделал вид, что не заметил:

– Всё понятно, сержант. Но мы работаем по уставу. Выполняем те задачи, что ставит перед нами руководство, и не более того. И если кто‑то не может выполнять этот минимум – то может быть стоит подумать о переводе в линейные части?

Щетинистая морда сержанта недовольно скривилась. Но эту мою реплику он проглотил, и проследовал дальше по коридору, недовольно бубня что‑то себе под нос…

Я же предположил, что имел сейчас разговор с автором анонимки, из‑за которой СБ и устроила мне замену замка вне очереди.

* * *

Майор Стил сидел в своём кабинете и напряжённо размышлял. Недавно он отдал приказ отстранить группу Ржавого от выполнения задач уровня «Гамма» и выше.

Причина проста – Конти направлял эту группу на самые важные миссии. А это значит, что возможно они были задействованы в каких‑то его схемах. Но его сейчас уже об этом не спросишь.

И, хоть эти ребята и начали работать недавно – к ним уже появились вопросы. Например отсутствие данных по неизвестному мародёру в заброшенной станции… Да и вообще, этот Ржавый уж очень себе на уме.

Но сейчас майор столкнулся с тем, что надо приказ этот отменять. Нет, Стил не собирался снимать с этих ребят усиленного наблюдения. Ведь он по прежнему подозревал их в том, что у них есть связи с кем‑то на стороне.

Но группа «Гамма» облажалась. Их миссия провалена. А начальство требует результат – и им пофигу, как этот результат будет достигнут. И теперь кроме группы Ржавого посылать некого. Нет больше под руками никого, кто мог бы эту миссию вытянуть…

Кроме того, Стил всё‑таки признался сам себе, что явно ошибся, действуя демонстративно в деле со Ржавым. Майор рассчитывал, что этот сукин сын начнёт метаться и выведет его на тех, с кем был связан покойный Конти.

Но, либо этот Ржавый невиновен и попал под раздачу совершенно случайно, либо… Либо он тёртый калач, и на испуг его не возьмёшь. Значит надо продолжать наблюдение и, в то же время, изобразить, что подозрения сняты – может быть тогда он расслабится и допустит ошибку.

А пользу из него извлечь можно и даже нужно. Очень может быть, что там, где не справились волки из «Гаммы», группа Ржавого таки добьётся успеха.

А если облажаются, то будет повод начать их прессовать. Отправить ещё на пару заданий повышенной сложности. И если они завалят и их, то тихонько списать за профнепригодностью… Тогда и претензий со стороны начальства не будет. И неявная угроза безопасности станции со стороны этой мутной группы будет нейтрализована.

Хотя тогда ещё одна ниточка к технологии достижения бессмертия оборвётся… Но ладно, об этом можно будет и попозже подумать. Пока они не облажались, а значит и думать об этом рано.

– Лунара!

– Слушаю вас, господин майор. – голос секретарши раздался из динамиков чуть ли не раньше, чем майор произнёс её имя до конца.

– Подготовь приказ о восстановлении допуска Ржавому и его группе. И готовь приказ о том, что завтра они убывают для выполнения задачи «Доктор».

– Это та, на которой «Гамма» вчера срезалась?

– Да, всё правильно.

– А наблюдение с группы Ржавого тоже снимать?

– Нет, наблюдение пусть остаётся. Докладывать мне каждый день.

– Поняла.

Секретарша дала отбой и, видимо, приступила к созданию приказа, а майор откинулся на спинку кресла, прикрыл глаза и опять погрузился в свои мысли…

Глава 15

Мы расселись в салоне шаттла, который должен был доставить нас на поверхность планеты. Название её нам даже сообщать не стали. Видимо, посчитали, что эта инфа для нас избыточна.

Ну да ладно. Нам действительно всё‑равно, как называется это небесное тело и в какой звёздной системе оно находится.

Из того, что нам сообщили о месте, где предстоит работать, главным было то, что атмосфера там таки есть. И даже можно дышать. Хотя фильтры всё равно нужны, ибо сильные ветры, которые там свирепствуют, несут с собой облака песка и пыли… Так что лучше не выпендриваться, а надевать шлемы – так оно будет гораздо спокойнее и удобнее.

Задача тоже не вызывала вопросов – нам было нужно найти и забрать одного гражданского спеца. Спец этот раньше работал на «Титан Машинри». Но в какой‑то момент решил, что в «Звёздной Динамике» ему будет комфортнее. А расчёта он просить побоялся. Он опасался, и не без оснований, что стоит ему только заикнуться об этом, как его здоровье тут же фатально пострадает.

На примере других он знал, что когда являешься секретоносителем с высшей формой допуска, то официально уйти из фирмы можно только одним способом – вперёд ногами. А этот учёный хотел жить. И не просто жить, а жить хорошо. Так что он просто сбежал и сейчас прятался в одном из куполов покинутого поселения. И, разумеется, с нетерпением ждал, когда же мы за ним придём и увезём его отсюда.

Плохо то, что его ищет и старый наниматель. А потому столкновение с силами «Титан Машинри» вовсе не исключено.

Кстати, группа «Гамма» именно тут и получила по зубам. Ребята отгребли по полной программе – сразу после высадки они нарвались на усиленный патруль и приняли бой.

Хорошо, что не успели далеко от шаттла отойти – пилот вовремя среагировал, когда они запросили поддержку. И в самый решающий момент прикрыл их огнём бортовых орудий.

Патруль титанов был уничтожен. Но два бойца группы «Гамма» были ранены, и, к сожалению, достаточно серьёзно. А это значит, что миссию пришлось отложить…

Так что тому таинственному спецу сообщили, что надо будет ещё немного потерпеть и посидеть несколько дней тихо, пока за ним не пришлют другую группу.

Прошло всего два дня после той неудачи, и вот на этой планете высаживаемся мы…

Я первым из группы ступил на поверхность. Огляделся. Опять песок. Как на Сканде‑4, где была наша учебка. Ну, разве что там песок был красным. А тут он белый. Снежно‑белый.

И, так же, как и там, ветер постоянно перемещает тонны этого песка с места на место. Первое, что я сделал – это закрыл забрало шлема, и песчинки тут же начали монотонно стучать по нему.

Из‑за песка и висевшей в воздухе пыли видимость была просто никакая.

Парни выгрузились из шаттла сразу вслед за мной. Немного покрутили головами. И, отпуская едкие реплики о здешней природе и погоде, подогнали снарягу, подтянули ремни и двинулись вперёд.

Шли, как это говорится, по приборам. Над нами на орбите висел наш транспорт. Хоть он и находился в режиме «стеллс» и всячески прикидывался простым камушком, но навигацию нам худо‑бедно обеспечивал.

Так что построились мы в боевой ордер, и двинулись вглубь этих песков. Двигались осторожно. После того, как «Гамма» тут наследила, «Титан Машинри» наверняка усилили свои патрули.

Первым шёл Чиж, так как именно у него был прибор, который ловил сигнал с орбиты и прокладывал наш путь. Мы с Гвидо шли по бокам от Артёма, а Дрищ и Тихий топали в арьергарде, присматривая за задней полусферой.

Шли мы довольно долго. Белый песок. Серые скалы. Ничего примечательного. Хотя нет… Где‑то через час после начала движения мы напоролись на занесённый песком огромный череп, размером, наверное, с гражданский флайер. Его венчали витые рога, а пасть была полна зубов, каждый из которых по толщине превосходил бицепс Гвидо. А бицепсы у него совсем не маленькие…

Интересно, это костяк вымершего тысячи лет назад зверя, или представители этого вида всё ещё бродят по пескам планеты? Не хотелось бы напороться на такого красавца тут, среди белоснежных барханов…

Потратив на осмотр этой диковинки минут, наверное, пять, мы продолжили движение.

И уже минут через сорок перед нами из пыльной круговерти возникла серая полусфера бетонного купола, выщербленная и покрытая паутиной трещин.

– Мы на месте. – с некоторым облегчением сообщил Чиж. – судя по тому, что показал прибор, находимся в нужном нам поселении. Теперь нам надо найти именно тот купол, где прячется наш клиент.

– Ну так тебе и карты в руки. – тут же отозвался Дрищ. – прибор навигации‑то у тебя.

– Ну да. – согласился Чиж. – и судя по его показаниям нам нужно забрать чуть правее и пройти дальше метров восемьсот.

Если Чиж так уверенно говорит, значит наш клиент ещё жив, и его маячок работает штатно. О том, что его могли давно загрести люди «Титан Машинри», и теперь нас вместо него ждёт засада, думать не хотелось. Но и этот вариант тоже следовало предусмотреть.

Поэтому мы с Гвидо выдвинулись вперёд и удвоили бдительность.

– Двинули, – скомандовал я и мы продолжили наш путь.

– Ржавый, – Чиж был чем‑то встревожен, – тут какие‑то странные наводки.

Я активировал свой навык тактического восприятия, но ничего странного не обнаружил.

– Рядом всё чисто, – сообщил я, – а где может быть источник этих наводок?

– Судя по тому, что говорят приборы, – ответил Чиж, – около километра на девять часов.

– Хорошо, – я решил принять во внимание, что оттуда нам может угрожать опасность, – Гвидо, посматривай туда.

– Принял, – откликнулся наш здоровяк…

А минут через пятнадцать мы были у нужного нам купола. Нашли ближайший пролом в стене и через него пробрались внутрь. Тут было поспокойнее. Пыль в воздухе, конечно была, но не в такой концентрации, как снаружи. И ветра тут почти не было.

Пространство под куполом освещалось лучами местного солнца, падавшими сквозь проломы в сводах. В столбах света медленно танцевали пылинки…

Палатка из комплекта выживания тут же привлекла мой внимание. Она стояла примерно в середине огромного помещения и была единственным ярким пятном среди серых и бурых обломков, рассыпанных по всей площади.

Наверное этот спец всё‑таки имел какое‑то представление о выживании. Стоило нам только войти под купол, как он высунулся из палатки и сразу повернулся к нам. А это могло произойти только если у пролома, через который мы вошли, у него стояли датчики движения…

Ну, значит нам будет чутка легче – если он такой умный, то ему должно хватить ума и на то, чтобы слушаться нас и не проявлять дурной инициативы. И тогда наши шансы добраться до шаттла будут достаточно высоки.

– Вы доктор Арен? – крикнул я, скосив взгляд на Гвидо. Тот держал свой масс‑ган на изготовку и зыркал по сторонам. Молодец.

– Да, я Арен, – крикнул вылезший из палатки тип и закашлялся. Тактическое восприятие подсказало, что в палатке кроме него никого нет.

– Стойте на месте! – я быстрым шагом двинулся к нему. Ребята же, подчиняясь моей мысленной команде, взяли под контроль все проломы в куполе.

Передо мной стоял человек средних лет, одетый в термокомбез. Лицо у него было бледным, а щёки небритыми. Похоже, что жизнь в условиях здешней природы его несколько подкосила. Он сейчас больше походил на бомжа, а не на учёного.

– Предъявите карту ФПИ, – надо было убедиться, что перед нами стоит тот, за кем мы сюда пришли, а не подсадная утка. Подделать ФПИ практически невозможно.

Дядька суетливо обшарил свои карманы, и, в конце концов, нашёл искомое.

Да, он был именно тем, кого мы должны были забрать. Ну, что же, полдела сделано.

Остались сущие пустяки – сопроводить этого шпака до шаттла. А потом уже нам всем предстоит унести ноги из этой системы.

А поскольку система принадлежит «Титан Машинри», то это будет отдельное приключение. Но тут всё уже будет зависеть не от нас, а от мастерства нашего пилота и его удачи.

– Собирайтесь, – обратился я к доктору, – у нас мало времени.

– Конечно, конечно, – забормотал наш клиент, – у меня всё собрано, вот только… – с этими словами он занырнул в свою палатку и я услышал, как он там чем‑то интенсивно шуршит и вполголоса про себя ругается.

Наконец из палатки показался его зад. А потом и он сам. Картина была довольно забавной. Он как муравей упорно тянул из палатки огромный рюкзак. Чем он его набил – так и осталось для меня тайной…

Ибо в этот момент тактическое восприятие показало, что в радиусе тридцати метров появилось три объекта. Эти объекты были за пределами купола – снаружи, у самой стены. Я даже не успел уточнить, что это за объекты такие, как на фоне свиста ветра раздался удар, от которого, казалось, содрогнулась земля.

И дальнюю стену убежища доктора Арена покрыла густая сеть трещин. А мгновением позже начали осыпаться мелкие камушки, а потом и солидный участок стены с грохотом рухнул внутрь. В воздух взметнулось огромное облако пыли, сквозь которое снаружи пробивались лучи галогенных прожекторов.

В пролом шагнули три сверкающие никелем машины. Я таких раньше не видел, и в сведениях, что нам давали перед миссией, ни о чём подобном не говорилось.

К сравнительно небольшому округлому корпусу крепилось две верхние и две нижние конечности. Нижние очень напоминали ноги исполинских насекомых – коленные суставы выгибались назад, а верхние конечности представляли из себя суставчатые подобия рук, к которым крепились небольшие пушки… И на плечах вместо головы я увидел конструкции, уж очень похожие на пусковые для НУРСов…

Зато вот доктор Арен, как оказалось, был в курсе, что это за гости заглянули к нам на огонёк:

– Они послали за мной гончих! Мы погибли! Нам конец! – и начал скулить от страха, бухнувшись при этом на колени. Похоже. Он был действительно уверен в том, что спасения нет.

– Чиж, Дрищ, – я задействовал мыслесвязь, – берите этого шпака под ручки и как можно скорее двигайте к шаттлу. Мы с Гвидо постараемся их задержать. Тихий – следуешь за ними и прикрываешь. Ты старший.

– Понял, – тут же отозвался Тихий и в одно мгновение оказался рядом с учёным, который, даже стоя на коленях, по‑прежнему зачем‑то цеплялся за свой неподъёмный рюкзак.

Но Тихий быстро взял его в оборот, вырвал лямки из его дрожащих рук и элегантным пинком придал ему ускорение в сторону одного из проломов, ведущих наружу. Там его подхватили Дрищ и Чиж, и ребята весёлою гурьбой вывалились наружу.

Я надеялся, что они смогут доставить штафирку к шаттлу… Нам же с Гвидо сейчас предстояло разобраться с настигшими нас боевыми роботами.

Пока железяки пытались понять, где находится тот, за кем их послали, и кто тут ещё присутствует, Гвидо открыл огонь из своего масс‑гана.

Но пули, хоть и весили почти по 65 граммов, пробить композит, из которого была сделана броня этих чудовищных дроидов, не могли и с визгом рикошетили – хорошо хоть, что не в нашу сторону.

И тут та фора по времени, что у нас была, закончилась. Мне пришлось очень быстро отпрыгивать и искать укрытие, так как в мою сторону полетело несколько снарядов калибра 23 мм.

– Подствольник! – эту мысль я адресовал и Гвидо, и себе.

Успел таки спрятаться за огромной ржавой станиной, и снаряды, которые дроид выпустил по мне, разорвались там, где я только что стоял.

Осколки ударились о металл станины и бессильно осыпались на землю.

А Гвидо, насколько я понял, не стал ждать, пока в нём наделают дырок и тоже нашёл, где укрыться от огня пушек наших оппонентов.

– Давай по правому, кумулятивным, по моей команде – Огонь!

И в направлении стоящего справа от нас робота полетело две кумулятивные гранаты. Гвидо целился в сенсорную панель, которая находилась в верхней части головогруди машины, а я стрелял в узел, соединяющий головогрудь с блоком, к которому крепились опорные конечности робота.

Оба наших выстрела оказались относительно удачными, то есть повреждённый дроид начал вести себя, как человек, которому завязали глаза. И, кроме того, он начал припадать на правую «ногу».

Для него это всё закончилось плохо – он продолжал вести беспорядочный огонь, и часть его снарядов угодила в его партнёров. А из пускового контейнера вырвалась ракета. Она далеко не улетела и, врезавшись в стену, взорвалась. Стена устояла.

Остальные дроиды особых повреждений не получили. И, что меня и удивило, и немного озадачило – так это то, что в какой‑то момент повреждённый дроид вдруг застыл на месте. А потом его правая опора подломилась и он рухнул на землю безжизненной грудой металла.

Само собой – наши гранаты из подствольника не могли вывести его из строя. Следовательно – его отключили. И сделал это либо оператор, который находился вне зоны нашей видимости, либо один из оставшихся дроидов, на которого возлагалась роль лидера этой тройки.

Хотелось верить, что оператора не было и это была автономная поисковая группа…

И тут эти железяки показали нам, что их стоит воспринимать всерьёз.

Они синхронно развернулись и открыли огонь из всех стволов по Гвидо. Тот скрывался за большой кучей стальных обломков. Но по прочности это укрытие однозначно проигрывало той огромной станине, за которой прятался я.

Дроиды выпустили все свои ракеты. И эта куча буквально взорвалась, а Гвидо отбросило более, чем на десяток метров в сторону. Он упал в какую‑то ямку, вокруг которой тут же вспухли шары многочисленных снарядных разрывов.

Какое‑то, правда очень короткое, время его усиленный тактический доспех сможет его защитить. Но это время скоро кончится, и тогда он погибнет. Наверняка.

И теперь счёт пошёл на доли секунды. Я активировал «Замершую реальность» – сейчас я мог рассчитывать уже на три секунды субъективного времени. И внутри этих трёх секунд запустил ещё и «Ускорение».

Что было сил рванул к дроидам, застывшим в атакующих позах. На кончиках стволов их пушек неподвижно застыли пучки бледного пламени. Время остановилось и только я был в движении.

За секунду я успел до них добежать и приложить к их сверкающим корпусам кумулятивные магнитные мины. Взрыв должен был последовать через секунду – а это значит, что у меня оставалась ещё уйма времени до того, как мои гостинцы взорвутся и разнесут этих железных громил на кусочки.

Я успел юркнуть обратно – под защиту массивной станины, которая сегодня меня несколько раз спасла.

Ударил сдвоенный взрыв. И почти вслед за этим раздался грохот падающих дроидов. Два изорванных взрывом остова при падении подняли кучу пыли.

Я с некоторой опаской посмотрел на того дроида, которого отключили свои же. Он был по прежнему неподвижен. И хорошо.

Теперь я покинул своё укрытие и подошёл к Гвидо. На мои запросы по мыслесвязи он не отзывался. Значит был без сознания – это в лучшем случае…

Слава Ушедшим, он действительно был жив, но находился в глубокой отключке.

Более тщательный осмотр показал, что у Быка серьёзно повреждена ступня левой ноги. Медкапсула приведёт его в порядок достаточно быстро. Только вот незадача – до капсулы ещё надо добраться. Причём та капсула, что есть на транспорте с этой раной может и не справиться – так что полноценно ему помочь смогут только на «Канцлере».

Сейчас аптечка доспеха сама вколола ему и антишок и обезбол. Я дополнительно наложил заплатку на дыру, которая теперь зияла на его скафе – чтобы песок туда не попадал. И тут же попытался связаться с Тихим по мыслесвязи.

Но расстояние, похоже, было уже слишком велико. Но связь была очень нужна. Мои показатели силы вполне позволяли переть Гвидо на себе. И я мог утащить даже эту тушу довольно далеко – до стоянки нашего шаттла дотащил бы. Но…

Во‑первых – это не пошло бы на пользу самому Гвидо. А во‑вторых – скорость моя оставляла бы желать лучшего. А убираться из этих песков следовало как можно скорее. Так сигнал о том, что робопатруль вступил в бой, диспетчеры наверняка получили.

И теперь по нашу душу сюда выдвигаются тревожные команды. И они будут двигаться по любому скорее, нежели я с Гвидо на плечах…

Мне оставалось только использовать радиосвязь. Факт того, что тут имеет место быть радиообмен нам скрыть не удастся. Хотя, как я уже отметил, диспетчера всё‑равно уже в курсе – так что хуже уже не будет…

Связаться с шаттлом получилось сразу. Пилот сообщил мне, что ребята уже на борту, и он немедля выдвигается за нами…

В общем – через пятнадцать минут нас с Гвидо подобрал челнок, а ещё чрез несколько часов мы были уже на борту транспорта…

Я сдал Гвидо бортовому медику и наконец немного расслабился.

Но, как выяснилось, рано, рано я расслабился. Ещё ничего не кончилось…

Глава 16

Оказавшись в каюте, я первым делом скинул доспех и пошёл мыться. Мне казалось, что я весь покрыт тонким слоем этой белой пыли. Хотя умом понимал, что сквозь наши скафы она просочиться ну никак не могла…

Минут пятнадцать я наслаждался упругими струями контрастного душа, после чего, обмотавшись полотенцем, прошёл к пищевому синтезатору. После всех этих побегушек и поскакушек очень хотелось есть.

Транспорт наш имел довольно высокий уровень комфорта, и у каждого из нас был свой жилой блок. А в каждом блоке был этот самый синтезатор. Так что закусить можно было, не покидая каюты.

После того, как в нужном порядке были нажаты все нужные сенсоры, синтезатор выдал мне порцию еды. Этот аппарат, против ожиданий, довольно сносно готовил. И сейчас передо мной стоял поднос, на котором исходил горячим паром эрзац‑стейк с гарниром из жареных корнеплодов – тоже поддельных. Не сказать, что деликатес – но есть было можно, особенно, пока эта еда была горячей.

Так вот, сел я, значит, перед этим аппетитным блюдом и совсем уже было собрался его отведать… Но тут корабль ощутимо тряхнуло.

Нет, я не упал со стула, но чуть было не выколол себе глаз вилкой. Практически в этот же момент из динамиков раздался равнодушный голос искина:

– Корабль атакован. Просьба всем сохранять спокойствие. Пилот совершает манёвры уклонения. Всем пристегнуться и быть готовыми выполнить любые команды командира корабля. – этот искин, как оказалось, ещё и гундосил… Кто и зачем, интересно, его так настроил?

Не взирая на то, что всё это было сказано совершенно картонным голосом, меня хорошенько пробрало. Ну, сами посудите – совсем недавно наши жизни висели на волоске. Только‑только всё закончилось, и вот опять…

Судя по тому, что вибрация от планетарных движков стала ощущаться гораздо лучше, пилот был занят по самое «не хочу»… Так что отвлекать его пока не следовало. Поэтому я подключил свою нейросеть к интерфейсу нашего транспорта и дал команду на то, чтобы извлечь всю доступную инфу о текущем состоянии наших дел.

А дела обстояли далеко не лучшим образом.

Для перехода в варп‑режим нам было нужно набрать хорошую скорость. А её мы сейчас набрать не могли. Вернее, нам этого не давали сделать.

Нас преследовал патрульный фрегат «Титан Машинри». И не только преследовал. Но и довольно интенсивно обстреливал наше корыто. А мы, само собой, уклонялись, как могли.

Пока дистанция между нами была довольно приличной – но она быстро сокращалась. И при этом догонявший нас фрегат выпускал ракеты одну за одной, вынуждая нас вилять и не позволяя встать на разгон.

Наш пилот показывал чудеса мастерства. Он отстреливал магнитные и тепловые ловушки, крутил петли и дёргался из стороны в сторону, но… Детально изучив обстановку, я пришёл к выводу, что как только этот фрегат приблизится к нам на дистанцию выстрела из бортового бластера, так наша печальная песенка будет спета. То есть наш транспорт просто разнесут в пыль, и никакие щиты не помогут…

Такой исход меня не устраивал. То есть совсем. В конце‑то концов, у меня большие планы, и так глупо погибать во цвете лет я не собирался.

Так, а что я могу сделать? Сейчас – ничего, так как всё зависит от нашего пилота.

Но как бы наш пилот ни был опытен и искусен – финал нашего противостояния с этим фрегатом сомнений не вызывает.

Вражеский корабль превосходит нас и по скорости, и по вооружению. Его энергощит превосходит наш по всем параметрам…

А это значит, что наши слабенькие орудия не пробьют щит фрегата, и убежать мы не сможем… Куда ни кинь – всюду клин… Вот так вот оно получается…

Значит надо как‑то обнулить превосходство нашего оппонента над нами. И сделать мы это можем только одним способом.

Мы должны сдаться. И сделать так, чтобы нас не уничтожали, а взяли на абордаж…

Тут появляются кое‑какие варианты…

Эти ребята могут выслать катер с абордажной командой – для нас этот вариант очень так себе. Потому, что тогда фрегат будет всё‑равно контролировать наш кораблик.

И даже если мы уничтожим всех, кто высадится для захвата нашего транспорта – это нас не спасёт. Фрегат просто уничтожит нас, когда станет понятно, что абордаж провалился.

Да, это не вариант…

Значит надо сделать так, чтобы фрегат пошёл на стыковку с нами. А как?

– Доминатор, сможешь ли ты, имея образцы голоса человека достоверно имитировать его речь?

…Да, но имитация не выдержит серьёзной проверки с анализом характерных обертонов, особенностей артикуляции и прочих деталей…

Вот же зануда…

– Насколько возможно будет распознать подделку на слух?

… На слух это распознать невозможно. Для этого необходи…

– Спасибо, я всё понял, – мне было достаточно того, что на слух выявить подделку не получится.

Не думаю, что в условиях, когда идёт штурм вражеского корабля, кто‑то будет ставить под сомнение достоверность голоса командира штурмовиков или любого из его подчинённых.

Теперь мне нужно ещё одно – а именно понять наши возможности по подавлению связи противника. Хотя, что это я?

У нашего Чижика отличный постановщик помех шестого поколения. Я не думаю что у тех, кто полезет нас штурмовать, в скафах будут блоки локальной связи, которые смогут через эти помехи пробиться…

По крайней мере сам фрегат, что висит у нас на хвосте, далеко не последней модели…

* * *

В ходовой рубке фрегата «Молот Титанов» помимо пилота сидел ещё один человек. Он напряжённо наблюдал за колонками цифр, бегущих по монитору, и нервно барабанил пальцами по подлокотнику кресла:

– Синдо, – обратился он к пилоту, – что скажешь?

– Ну, что тебе сказать, флаг‑майор… – пилот просто наблюдал за тем, как искин, на которого он переложил управление кораблём, преследует нарушителя, – от нас пытается удрать довольно резвый транспортник.

– Так ты хочешь сказать, что он может от нас уйти? – возмутился тот, кого пилот назвал флаг‑майором.

– Разве я это сказал? – пилот усмехнулся, – я просто отметил то, что этот кораблик довольно быстр для транспортника. Судя по силуэту и сигнатурам это класс «Фенрир» – на таких обычно теневые дельцы контрабанду возят…

– Контрабанда – это я люблю, – флаг‑майор хищно улыбнулся, – ты ведь именно поэтому не стремишься разнести его на молекулы?

– Всё‑то ты понимаешь, Зафар, – хмыкнул Синдо, – такой догадливый – аж тошнит.

– Да, я такой, – гыгыкнул флаг‑майор, – значит, нагонишь этого кабанчика, а потом мы с ребятами будем его потрошить?

– Надеюсь, что именно так всё и произойдёт. – пилот тоже был «за», ибо это был очень денежный вопрос.

За поимку контрабандистов и захват их товара платили хорошие премии. А потому к подобного рода корабликам патрульные относились почти бережно.

Если нарушитель будет уничтожен – то премию, конечно заплатят… Но она будет меньше раза в три, чем могла бы быть, если бы корабль и груз были захвачены в целости и сохранности.

Так что имело смысл брать этих деятелей вместе с грузом… Если не получится – то в расход их, конечно. Но это потеря денег. А терять деньги никто не любит.

Да и эти жулики почти никогда не пытались отбиться. Все они хорошо понимали, что покуда ты жив – всегда есть шанс сбежать или как‑то купить себе свободу. А вот если ты умер – то для тебя всё кончено. Так что за жизни свои они цеплялись, как клещи…

* * *

Пока я машинально жевал эрзац‑стейк, план спасения наших нежных шкурок у меня полностью созрел. И я даже предусмотрел тот нехороший случай, когда фрегат не будет стыковаться с нашим корабликом. Вполне возможно, что это у них наглухо запрещено…

Но ладно. Сейчас надо переговорить с парнями, а потом пообщаться с пилотом и согласовать наши действия. Или поставить его перед фактом? Тоже вариант…

А Гвидо у нас спит в медкапсуле сном праведника… Да, придётся обходиться без него, хотя с ним всё было бы намного проще. Но деваться некуда – будем работать с теми, кто остался в строю…

– Тихий, ответь! – я, как всегда, решил говорить с Тихим, как с самым спокойным и адекватным членом моей команды.

– Слушаю, – тут же отозвался он. В его ответе тоже сквозила лёгкая тревога. Тихий, естественно, осознавал степень угрозы. Но его умение владеть собой даже у меня иногда вызывало лёгкую зависть.

– Поручи Дрищу присмотреть за нашим гостем, а сам бери Чижа со всеми его девайсами, и дуйте ко мне. Совет держать будем.

– Понял. Три минуты. – Он был лаконичен, как всегда.

Через три минуты Тихий и Чиж уже сидели на диванчике в моей каюте. Наверное, можно было совещаться и по мыслесвязи – но я предпочитал общаться, глядя в глаза собеседнику, если это возможно. Так обратная связь гораздо лучше. Невербальные сигналы и всё такое прочее…

Кроме того, я заметил, что когда я общаюсь глаза в глаза – мне удаётся полнее доносить свои мысли до слушателей. Мне так проще и легче убеждать их в правильности того, что я предлагаю. Не иначе как харизма в этом случае помогает – а она у меня уже на уровне 9,4 процента…

Я изложил парням разработанный мною план. Не сказать, конечно, что они были в восторге от него, но ничего другого никто предложить не мог. Мой план был авантюрным, дерзким, но, всё‑таки выполнимым – если нам повезёт, конечно…

Да и от ребят много не требовалось. Тихий должен был прямо сейчас заняться постановкой мин около шлюза и в коридоре, ведущим в ходовую рубку. Ну и установить гранатомёт напротив выхода из шлюза. Только так, чтобы он сразу в глаза не бросался… Прикрыть его чем‑нибудь, в конце концов.

Все команды на подрыв этих мин во время боя буду давать я, так как у меня есть навык тактического восприятия. И сейчас мне был доступен контроль пространства в сфере, радиус которой сейчас составляет тридцать пять метров. А это значит, что я буду наверняка знать, кто из наших оппонентов где находится, и взрыв какой мины нанесёт врагу наибольший ущерб. Тихий будет за гранатомётом – но и я буду иметь возможность управлять стрельбой через интерфейс нейросети по каналам мыслесвязи. Так, на всякий случай.

Чижу же следовало сесть в какой‑нибудь каюте, куда враг не сможет добраться, и работать оттуда. Ему поручалось следить за тем, чтобы ни один абордажник не смог бы передать на фрегат ни единого бита информации.

И было очень желательно, чтобы Чижик осуществлял и перехват переговоров десанта. А потом транслировал бы мне всё это. Ведь для того, чтобы мой план сработал, были нужны образцы голосов этих смертников – этими голосами я собирался говорить с пилотом фрегата. Но это уже будет финал, который будет венчать мой авантюрный план…

Чиж у нас спец по РЭР и РЭБ – вот пусть этим и занимается. А мы с Тихим будем делать самую грязную работу – уничтожать врагов физически.

Ну, с парнями я всё обговорил. Тихий тут же пошёл ставить мины. А Чиж отправился искать себе ухоронку, где он сможет спокойно заниматься своим делом.

А мне теперь предстояло убедить пилота, чтобы он делал так, как я предлагаю. А то есть у меня подозрение, что он может в какой‑то момент нажать сенсор самоликвидации нашего кораблика. Хрен его знает, какие инструкции он получил. Ткнёт он этот сенсор, отстрелит свою капсулу, а нам тут ждать, пока корабль разлетится на атомы…