Текст книги "Звёзды, пламя и сталь. Гексалогия (СИ)"

Автор книги: Игорь Лопарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 92 страниц)

– Для меня радость служить вам, – опустив глаза пробормотала она. Внутри у неё всё дрожало от радостного возбуждения. – Я могу идти? – она хотела побыстрее выйти в приёмную. Там она сможет не сдерживать стон наслаждения, рвущийся из груди…

– Да, иди, – Стил уже был полностью занят мыслями о том, что и как следует предпринять…

Да, по результатам этой, в высшей степени продуктивной, беседы майор Стил перешёл к составлению плана первоочередных действий.

Первое – нужно усыпить бдительность этого Ржавого. Критически важно, чтобы он не ощущал никакой угрозы. Кто его знает, какие закладки владельцы тайны бессмертия внедрили в мозг этого прыткого капрала.

Значит – нужно разморозить премию за прошлую миссию, выплатить по полной премию за доктора… И заплатить за фрегат! Хрен с ним, что его ещё не обследовали… Даже если он больше никогда не покинет ангар – стоимость одного только металла, который пошёл на его корпус – это не один десяток миллионов. А ведь там же и начинка есть какая‑никакая. Хоть всё это отнюдь не новое, но денег стоит приличных.

Так что вряд ли кто будет возражать против награждения этой группы коммандос жирной премией.

Решено:

– Лунара, девочка моя! Соедини меня с Линой! – Сидевшая в своём кресле Лунара, услышав ласковое обращение «девочка моя» в очередной раз почувствовала сладкий мышечный спазм и жарко всхлипнула.

Прикусив губу, для того, чтобы не провалиться опять в омут эйфории, она с честью выполнила поручение хозяина – тронула нужный сенсор мелко дрожащим пальчиком.

И через несколько секунд в кабинете майора из динамиков словно повеяло холодом – это Лина Вос вышла на связь.

В общем, диалог с Линой много времени у майора не занял. Он дал ей команду на разморозку премий и повышение рейтингов безопасности для всех участников миссии. Приказал так же быстренько рассчитать размер премий за трофейный фрегат.

Ну и под занавес недвусмысленно намекнул на то, что все выплаты должны пройти не то, что сегодня, а прямо вот в течение ближайшего часа.

Вообще, беседа с Линой ему никакого удовольствия не доставляла, а потому он закончил её, едва изложив все свои распоряжения.

Это сделано. Теперь можно было немного расслабиться и подумать о дальнейших своих шагах.

Он вызвал Лунару, и уже который раз за сегодняшний день заказал себе кофе. Майора уже заметно потряхивало. То ли от этого самого кофе, то ли просто от нервного напряжения.

Слишком уж важные действия приходилось сегодня совершать…

Мелодичный звон вызова отвлёк его от размышлений и от остывающего кофе. Кстати, и без того противный эрзац‑кофе становился ещё более противным по мере того, как остывал.

– Да, Лунара… Что там ещё у нас, кому там неймётся?

– Поступил документ, который нуждается в вашей визе, – голосок девушки был уже почти спокоен. Она всё‑таки немного оправилась от всех тех похвал, что сегодня на неё обрушились.

– Ну давай его сюда, посмотрю, что там такое…

На мониторе появился значок только что поступившего файла. Раскрыв файл и пробежавшись глазами по строкам документа, Стил устало вздохнул, прикрыл глаза и откинулся на спинку кресла.

Никто не осмелится спорить – день сегодня выдался очень тяжёлый. Файл, что висел сейчас на экране тоже требовал немедленной реакции.

Перед ним был рапорт. Электронная подпись никаких сомнений в авторстве этого документа не оставляла. Автором был тот самый капрал Князев. Он же «Ржавый».

И просил этот капрал всего‑то ничего – он просил увольнительную на трое суток с выездом на станцию «Астра‑6». И что теперь прикажете делать?

С одной стороны, этого типуса ни на минуту нельзя оставлять без присмотра. Но с другой стороны, майор не мог препятствовать капралу пойти в увольнение.

И дело не в том, что формальные условия для этого не были выполнены. Эти условия как раз всё позволяли.

Поэтому, если не дать разрешения, капрал может начать дёргаться и совершать всякие глупости. А это может привести к самым разным последствиям. Вплоть до внезапной смерти этого самого капрала – так как пока никто не знает, что там у него в мозгах творится…

Значит, надо одобрять – будем надеяться, что никуда он не денется. Его команда, к которой он очень трепетно относится, останется на «Канцлере». Конечно, железной гарантией его возвращения это считать нельзя, но это хоть что‑то…

Но, с другой стороны, глаз с него спускать никак нельзя. И тут кроется ещё один очень скользкий момент.

С одной стороны, исходя из обстоятельств и согласно устава, он обязан установить за капралом слежку. Кому поручить реальную слежку – он знал.

Но разговор с этими людьми может и немного подождать. Главное, что люди эти находятся вне структуры СБ «Звёздной Динамики», и база у них как раз на станции «Астра‑6».

Детективное агентство «Третий глаз». Профи, основная работа которых – это охота за головами. Но и за слежку они охотно возьмутся. Они вообще берутся за всё, на чём есть возможность заработать, и грязной работы не боятся. А о результатах их работы узнает только он…

А вот с другой стороны, слежка, о которой будет знать не только он, но и прочие сотрудники СБ не должна ничего выявить. Вот так вот. Бессмертие – это не для всех.

А значит… А у него есть решение и этой проблемы! У хорошего начальника всегда должен найтись подчинённый, действия которого принесут желаемый начальником результат. И результат не должен быть непременно хорошим. Он должен быть именно такой, какой начальнику нужен. А иногда плохие результаты бывают полезнее хороших. Вот сейчас как раз тот случай.

У майора много подчинённых – и среди них есть и исполнительные идиоты, которых он держит как раз для подобных ситуаций.

– Лунара, девочка моя, – голос майора был усталым, но твёрдым, – вызови‑ка мне младшего лейтенанта Ковальски. И пусть он поторопится…

Глава 22

А на следующее утро я уже стоял в огромном помещении второго пассажирского терминала. Несмотря на раннее время, в очереди, змеившейся к стойке регистрации, я оказался уже далеко не первым.

Наверное, очень сильно ушёл в работу, и мой мир сузился до общения со своими ребятами, да пилотами, возившими мою команду на задания. Контакты с Линой Вос и майором Стилом общением назвать было нельзя, так как никакого удовольствия я от этого не получал.

Даже когда мадам Вос объявляла об очередной премии, её ледяной взгляд гасил на корню всю радость от того, что счёт будет скоро пополнен…

Так вот, до недавнего времени я и не подозревал, что на станции «Канцлер» жизнь, прям‑таки бьёт ключом. По огромному залу непрерывно сновали парочки, отдельные люди и небольшие группы. Одни просто слонялись без дела, другие приценивались к различным товарам, которые предлагали робо‑лавки, что были расставлены по всему залу. В воздухе повис характерный гул, рождаемый множеством голосов, звучащих одновременно.

От нечего делать, я разглядывал людей, в компании которых мне предстояло совершить вояж в центр сектора.

Станция «Астра‑6» была местом весьма популярным. Это я узнал из обрывков бесед, доносящихся до моего слуха. «Астра‑6», как оказалось, была чуть ли не главным культурным центром, где отдыхали люди с нескольких окрестных систем.

Я, кстати, выглядел в этой очереди белой вороной. То есть выглядел‑то я, по своим меркам, вполне нормально. Но я был тут единственным, кто нарядился в мундир.

Все вокруг, даже включая тех, кто выделялся своей армейской выправкой, были одеты в гражданку. И, кстати говоря, одеты все были отнюдь не в обноски… Значит надо будет там и тряпок прикупить. Раньше надобности в этом я не ощущал – а тут понял, что это было бы полезно. Ибо, чтобы не бросаться в глаза – надо выглядеть как все.

Зажиточный народ собрался посетить культурный центр сектора и там оттянуться от души. Выбросить из головы унылые будни и полной грудью вдохнуть воздух свободы. Ну, или того, что они привыкли называть этим словом…

– Привет! Это ты последний на регистрацию? – я аж вздрогнул от неожиданности:

– А? Что? – обернувшись, я увидел парня с простоватым лицом. Он широко улыбался и всем своим видом показывал мне, что до смерти рад меня видеть. От него густо пахло вискариком. И это ещё семи утра нет, однако.

Первое, о чём я подумал, так это о том, что я этого типа никогда ранее не встречал. И не нахожу ни одной причины проявлять такую щенячью радость.

Хотя нет, если быть точным, видел я его, или кого‑то, очень на него похожего, совсем недавно. Точно! Я его видел около стойки одного из баров, что находились возле входа в зал терминала…

И что, спрашивается, ему мешало пораньше пристроиться к очереди? Сейчас бы уже, наверное и свободен был – шёл бы занимать своё место… Согласно купленным билетам, как это принято говорить.

И вискарика попил бы вволюшку, вольготно развалившись в своём кресле. Со всеми удобствами, так сказать… Но нет, он предпочёл посасывать этот самый вискарик сгорбившись над стойкой бара… Кстати, я отметил ещё, проходя мимо, что он украдкой мазнул по мне своим взглядом…

Если принять за гипотезу, что этот тип ждал за стойкой именно меня, то всё встаёт на свои места. Это, получается, топтун, которого ко мне приставил Стил.

Только вот как‑то уж очень по идиотски он выглядит… Тут одно из двух – или ему приказано обратить на себя моё внимание, или он по жизни придурок.

Если справедливо первое – то где‑то рядом должен быть тот, от которого этот тип и пробует отвлечь моё внимание.

А если справедливо второе… Если так, то Стил как раз и добивался того, чтобы я с ходу понял, что за мной хвост. А зачем ему это? А вот это вопрос, однако…

А стоит ли вообще сейчас ломать себе голову? По отношению к этому дурачку буду вести себя осторожно, ну и по сторонам поглядывать буду. А там по ходу жизни решим, как быть. Уж оторваться то от него я оторвусь, если такая необходимость возникнет…

– Да, я крайний… – ответ звучал нейтрально, да и в глазах моих особой радости от столь приятной встречи видно не было.

Тем не менее, этот тип начал активно набиваться мне в друзья. Минут через пять я узнал, что родители наградили его очень редким по нашим временам именем – Збигнев.

Я пожал плечами, так как это мне было откровенно до лампочки. А данный конкретный носитель этого редкого имени мне тоже был не особо интересен.

И вот так следующие пятнадцать минут и прошли. Он непрерывно что‑то мне рассказывал. Я, чтобы не начинать скандала и не поднимать шум, вежливо кивал головой или отпускал какое‑нибудь междометие. В общем, делал вид, что поддерживаю беседу.

Но моего внезапного собеседника это ничуть не печалило, и он продолжал извергать из себя потоки слов.

Но всё рано или поздно заканчивается. Подошла и моя очередь. Я назвался, предъявил девуле, которая стояла за стойкой, свой ФПИ и штрих‑код, наличие которого подтверждало то, что проезд я уже оплатил.

Она всё это скрупулёзно проверила. Считыватель, который она сжимала в своих изящных пальчиках, коротко пискнул. На сенсорной панели перед девушкой зажёгся синий огонёк. На этом процедура, собственно, и закончилась.

Девушка с дежурной улыбкой выдала стандартное пожелание счастливого пути, махнув рукой в сторону входа в тоннель, через который нужно двигаться на посадку.

Я уже развернулся, и даже успел сделать пару шагов, как услышал бодрый голос любителя утреннего вискарика:

– Меня зовут Збигнев Ковальски! – хоть бы он сел на место, которое было бы подальше от меня… – А как зовут прекрасную пани?

Имя прекрасной пани мне тоже не было интересно, а потому я быстрым шагом углубился в тоннель…

В салоне космолёта, который доставит нас на «Астру‑6» было довольно просторно. Всё тут выглядело новым. То, что должно было блестеть – блестело, то, что должно было быть мягким – было мягким.

Например кресло у борта, в которое я опустил свой зад, быстро подстроилось под контуры моей фигуры. Да, это вам не жёсткий пластик кресел, что монтируют в десантных ботах.

С другой стороны – это же тоже объяснимо. Об удобствах спецов, которые умножают активы компании есть смысл заботиться – это окупается.

А какой смысл заботиться о комфорте тех, кто, скорее всего, скоро сдохнет?

Эти философские мысли вяло вращались в моей голове, и я уже даже начинал потихоньку проваливаться в дрёму, как в салоне опять раздался бодрый голос моего нового знакомца.

И тут сложилась забавная такая ситуация. Моё кресло стояло у стены, и было ещё одно, справа – потом проход и продолжение ряда ещё из трёх кресел.

По проходу очень неспешно шла поджарая дама средних лет. Лицо тонкое, холёное. Глаза – как у матёрой хищницы.

Ну, а как ещё про этот взгляд сказать, если у меня по спине пробежал табун мурашек, стоило мне только с ней взглядами встретиться. Мне показалось, что я заглянул в глаза акулы.

А второй забег мурашек случился сразу после этого. Знаете, что послужило причиной? Она мне улыбнулась! Подчёркиваю, улыбнулась она не абстрактно кому‑то там, а вполне адресно – она улыбнулась именно мне. Вы видели когда‑нибудь, как улыбается акула? Вот и я не видел… до этого дня.

Хоть меня и нельзя назвать сильно нервным, но тут я растерялся. Эта дама, скорее всего, была одним из топ‑менеджеров станции, или кем‑то ещё, рангом повыше.

Такие тётеньки едят простодушных коммандос на завтрак…

Так вот, растерянность моя только усугубилась, когда она, не снимая с лица своей кровожадной улыбки, спросила:

– Молодой человек? – и посмотрела на меня… Подобный взгляд я отмечал у Гвидо, когда он смотрел на котлету, – надеюсь, у вас тут свободно? – и перевела взгляд на то самое свободное кресло, что стояло рядом со мной.

Вы думаете, что это всё? Так вот – вы ошибаетесь.

Сразу следом за ней, можно сказать след в след, шёл мой давешний знакомец. Он по‑прежнему приветливо улыбался по всю свою пасть, размахивал руками, и чуть ли не подпрыгивал на месте. Збигнев, или как ещё его там, пытался донести до меня, что он очень, очень хочет занять именно это самое место:

– Нет! Это место занято! – холеная дама, положившая на это место свой глаз, медленно повернулась к источнику звука.

И тут я услышал сдавленный хрип, и лицо господина Ковальски мигом перекосилось. Такое впечатление, что чья‑то невидимая, но твёрдая рука сомкнула пальцы на его горле.

Но он был настоящим бойцом, этот Ковальски. Он встряхнулся. Выкатил вперёд грудь и отважно продолжил, обращаясь, однако, ко мне, а не к ней:

– Ну скажи ей… Мы же друзья, Алексей, – при этом глаза у него были какие‑то… щенячьи, что ли? – это место моё… – произнося это эти слова он дал позорного петуха и жалобно покосился на даму.

А потом они оба, не сговариваясь, скрестили свои взгляды на мне. Теперь всё зависело от того, кому я отдам предпочтение… Вот тут я не по‑детски задумался. Ибо даже зная, что хрен редьки не слаще, трудно избежать мук, которые возникнут при выборе между плохим и очень плохим… В конце концов я принял решение. Лучше соседствовать с опасной женщиной, чем с идиотом.

– Это место совершенно свободно, – я учтиво улыбнулся, – садитесь, – и, сделав над собой усилие продолжил смотреть в лицо женщины.

– Спасибо, Алексей, – голос у неё был, кстати, вполне приятный. Особенно, если слушая этот голос не пытаться заглянуть ей в глаза.

Ковальски же ещё некоторое время стоял рядом, нависая над женщиной, но, когда она мельком оглянулась, он вздрогнул, как от удара, и возмущённо пыхтя прошел к ближайшему свободному месту, которое оказалось на два ряда дальше по проходу.

– Давайте знакомиться, раз уж мы рядом сидим, – да, женщина, следует отметить опытная.

Хищный блеск куда‑то исчез из её глаз, и теперь она кокетливо хлопала ресницами и почти незаметно улыбалась. Улыбалась, как человек, а не как реликтовый хищник.

Охмуряет, однако. Видно, что молодость её давно позади, и не смотря на то, что она пережила уже не одну процедуру омоложения, молодухой она уже не выглядит.

Как это говорится, на молодое мясцо потянуло старушку. Ну да. Несмотря на то, что товарный вид у неё пока полностью не утерян – она вполне может сгодиться мне в бабушки. Или даже в прабабушки… Хотя некий шарм у неё есть – с этим не поспоришь.

– Ну, вы же знаете, как меня зовут, – улыбнулся я, – вы же ко мне по имени только что обращались… А вот как к вам обращаться, я до сих пор не знаю.

– Зови меня Айрис… – звучало это, так, словно королева позволяет пажу обращаться к ней по имени. Сказав это она картинно спохватилась, пару раз хлопнула пушистыми ресницами и спросила, – это ничего, что я сразу на ты?

И тут с передних рядов раздался крик. Адресован он был, по всей видимости, стюардессам:

– Три минуты назад я набрал заказ, – голос был, как вы понимаете знакомым. И что было в заказе, я тоже смутно догадывался. – почему до сих пор ничего нет? – Ковальски произносил слова уже несколько невнятно. Видимо тот вискарик, что он употребил ранее, начал действовать на его, и так не особенно крепкие, мозги. Речевые центры уже заметно пострадали.

– Кстати, – это Айрис, не дождавшись моего ответа снова взяла слово, – если ты стесняешься, то мы можем перейти на «ты» не нарушая этикета.

И её пальчики забегали по сенсорной панели на подлокотнике кресла.

Я не стеснялся, я думал, как бы мне красиво избежать сближения с этой знойной женщиной. Старовата она для меня, всё‑таки, да и вообще… Стрёмно это всё выглядит. Она же тоже, судя по тому, как она себя вела с самого начала, женщина не простая. И, кто его знает, каковы её реальные цели…

Да, по большому счёту, дело‑то и не в этом. Просто у меня уже есть планы, и менять их ради сомнительных приключений я не хочу.

Но, пока летим, можно немного и пофлиртовать – спать всё равно не хочется. Главное, чтобы у моей попутчицы не возникло желания меня преследовать после того, как мы прибудем на «Астру‑6»…

Пока я был погружён в мысли, события шли своим чередом. В проходе показалась тоненькая девчонка. Одета она была в комбез стюардессы. Комбез был в облипочку, и не скрывал ни одной детали рельефа девичьей фигуры.

Я обратил внимание, как моя новая знакомая на миг утеряла контроль и брезгливо сморщила носик. Но уже в следующее мгновение она вернула себе истинно королевский облик, давая окружающим понять, что она выше всего этого.

Так вот – девуля эта толкала перед собой тележку, на которой стояло несколько бутылок и блюдечки со всяким разным.

– Вот ваш скотч, – сказала она, выставляя объёмистую бутыль янтарного напитка и приземистый широкий бокал перед господином Ковальски. – лёд чуть попозже принесу.

– А что это у вас так медленно всё? – сварливо спросил Збигнев.

Хотя, следует признать, что раздражение, которое его охватило, никоим образом не помешало ему пристально оглядеть все стати стюардессы. Судя по сальной улыбке, выползшей на его лицо, осмотром он остался доволен.

– У нас робот‑стюард сломался, а у меня не сотня рук, – фыркнула она, и покатила свою тележку дальше.

Подъехав к нам, она остановилась, и выставила на откидной столик перед Айрис небольшую тарелочку, на которой лежало несколько пластиков сыра. И, судя по тому благоговению, что было написано на лице девчонки, сыр этот был настоящим.

Вот вам ещё одно подтверждение того, что дама, сделавшая этот заказ вовсе не так проста. Я подозреваю, что она не воспользовалась личной яхтой для перелёта только потому, что ей захотелось, вот, себя показать. Ну и на других посмотреть…

А следом на столике оказалась небольшая бутылка вина. Руки девчонки слегка подрагивали. Наверное, от волнения. Думаю, даже будучи стюардессой, держать в руках такие ценности, как натуральные продукты, ей доводится не часто…

Стюардесса бросила на меня завистливый взгляд и покатила свою тележку дальше, грациозно покачивая бёдрами.

– Сейчас мы выпьем на брудершафт, – заговорщически прошептала моя соседка, – наливай!

Я не стал возражать, и бережно налил в высокие узкие бокалы драгоценный напиток. При этом в голове крутились мыслишки о том, что жиголо – это тоже профессия, открывающая широкие перспективы перед теми, кто относится серьёзно к делу, да…

Руки наши переплелись, и мы выпили, глядя друг другу в глаза. А потом был поцелуй. Затяжной. Губы Айрис были мягкими и податливыми… И у них был отчётливый вкус земляники…

Потом мы болтали. О том и о сём. Да, это была опытная и очень умная женщина. Опасная женщина. Почему?

Ну, хотя бы потому. Что она без труда находила со мной общий язык. И это несмотря на то, что у нас был совершенно разный уровень образования. Разный круг интересов… Да что там говорить, мы относились к разным стратам общества – у нас вообще не должно было быть точек соприкосновения… А вот она смогла преодолеть все эти препятствия, и разговор лился совершенно непринуждённо…

И уже когда наш лайнер начал торможение, она посмотрела на меня:

– Ну что же, Алексей, – печально так вздохнула и продолжила, – я благодарна тебе, за то, что уделили мне время… Честно говоря, я рассчитывала, что ты составишь мне компанию на отдыхе… Но поняла из нашего разговора, что у тебя иные планы…

Как она поняла? Мы же не говорили ни о чём конкретном… или?

…У этой женщины стоит нейросеть аграфов девятого поколения. Поэтому я, хоть и принимал участие в вашей беседе, но очень незаметно. Просто следил за тем, чтобы ты не рассказал ничего лишнего. Это мне удалось. А так она читала тебя без труда…

– А почему ты действовал незаметно?

… По той простой причине, что не хотел обнаруживать себя. Владелица нейросети аграфов вполне могла понять, что у тебя тоже есть продвинутая нейросеть. А это нам совершенно ни к чему…

– Понял. Спасибо… – Доминатор умолк, а я вернулся к диалогу с Айрис:

– Да, ты права, – я подпустил в голос немного сожаления. Хотя, если честно, то был обрадован тем, что это моё знакомство завершается без последствий. Хотя, могло быть и иначе. Женщина проявила поистине королевское отношение к жизни, мол не нравится – так и не ешьте, – но я тоже благодарен тебе за беседу…

– На, держи, – она с лёгкой улыбкой вложила мне в ладонь пластиковый прямоугольник. – если вдруг захочешь продолжить наше знакомство, то будешь знать, как со мной связаться…

Выходя с аппарели нашего лайнера, я вдохнул воздух станции, насыщенный запахами озона, смазки и сотней других запахов, смешавшихся в причудливый коктейль…

Неподалёку переминался с ноги на ногу Ковальски. Он делал вид, что рассматривает интерьер терминала.

Похоже он будет бродить за мной, как хвостик. Ну да ладно, это не проблема…

Я вынул из кармана коммуникатор и нажал на сенсор… Сигнал ушел абоненту, номер которого я набрал заранее.