Текст книги "Звёзды, пламя и сталь. Гексалогия (СИ)"

Автор книги: Игорь Лопарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 92 страниц)

Глава 23

На тридцать втором уровне, в секторе 13‑L находились офисы мелких фирм и фирмочек, кормившихся вокруг развлекательных центров, которыми славилась станция «Астра‑6».

Если побродить по этажам этого яруса подольше, то можно было найти поставщика любых услуг. От ритуальных до клининговых – любой каприз за ваши деньги.

В офисе 14–17, что был расположен на пересечении линии 22 и радиального коридора 18‑А была, например, контора с вывеской, на которой красовалась лаконичная надпись: «Третий глаз».

И постороннему было не совсем понятно, то ли это филиал одной из эзотерических сект, то ли тут принимает офтальмолог, то ли у тех, кто работает в этом офисе, просто очень острое зрение…

На самом деле, если полистать реестры компаний, что арендуют в этом блоке углы и каморки, то можно было узнать, что это название принадлежит детективному агентству.

И, несмотря на довольно поздний час по времени станции, в офисе кто‑то был. В одном из тесных кабинетов горел свет, и оттуда доносились голоса:

– Варран, у тебя всё готово? – вопрос задал крепкий мужчина, критически смотрящий на своё отражение в ростовом зеркале.

– Соллерс, какой ты нудный… – вздохнул взъерошенный молодой человек, неотрывно глядящий в панорамный монитор, – у меня всегда всё готово. Не то, что у некоторых…

– О чём это ты? – тот, кого назвали Соллерсом отвлёкся от своего отражения и повернулся к взъерошенному. В вопросе его чувствовалась угроза. Похоже, критики он совсем не переносил.

– Да о том, что наша прекрасная Дейла уже минут десять, как должна кофе принести, – пояснил смысл своих слов Варран.

– Дейла, – тут же заорал Соллерс, да так, что, завибрировали тонкие перегородки, которые выполняли тут функции стен.

– Иду! – в хриплом женском голосе сквозило явное раздражение.

– Вот! – объявила тощая дева неопределённого возраста, небрежно плюхая поднос на стол с такой силой и экспрессией, что чашки, стоявшие на этом подносе подпрыгнули, и только чудом не расплескали своё содержимое. Ложечки, торчавшие из них, жалобно звякнули.

– Всё, я пошла! – этот её крик раздался минуту спустя, и где‑то в глубине помещения громко хлопнула входная дверь…

– Ну, рассказывай, – Соллерс плюхнулся с размаху на стул рядом с Варраном, который уже ухватил свою кружку.

– А чего рассказывать… – сказав это, Варран жадно хватанул обжигающий напиток, и теперь пучил глаза, не в силах проглотить горячую жидкость. И, в то же время, он опасался её выплёвывать – ибо можно было и хорошего леща заработать.

– Дроны на месте, ждём клиента. – он наконец сделал глоток, и теперь был способен говорить.

– Клиент пока не прибыл? – Соллерс удивлённо поднял бровь. – Лайнер с «Канцлера» уже должен бы быть тут…

– Лайнер тут. Высадка только началась, – пояснил оператор дронов, – клиент должен скоро появиться, не волнуйся.

– Да я и не волнуюсь, – задумчиво протянул Соллерс, – мне нужно посмотреть на него вживую. Ты же знаешь… Голограмма, это одно. А живой человек – это совсем другое.

– Ыгы. – хмыкнул Варран, – а мёртвый человек – это уже совсем третье.

– Точно, – довольно крякнул Соллерс, – но сегодня у нас без мокрухи. Нам только, как говорится, посмотреть…

– Вот он, – Варран ткнул пальцем в монитор.

Соллерс наклонился и впился взглядом в дисплей, где маленькая фигурка, затянутая в мундир, пересекала площадку терминала, двигаясь к главному тоннелю.

– Ну, ладно, пора мне идти, – буркнул Соллерс, – а то твои дроны, это одно…

– Ага, – согласился Варран, – а ты – это совсем другое.

Его голова дёрнулась от дружеского, но довольно увесистого подзатыльника, который ему отвесил Соллерс,

– Ну ты чего⁈ – возмущённо заорал Варран.

– Да ничего, – ухмыльнулся его товарищ, уже переступая порог, – будь на связи – я на дело пошёл…

* * *

Не успел я дойти до входа в главный тоннель, который вёл от терминала вглубь станции, как коммуникатор в моём кармане начал активно вибрировать.

Когда я поднёс его поближе к глазам, то смог прочесть текст сообщения, что ко мне только‑что поступило:

«Привет, красавчик! Твоя задача – добраться до квартала Игривых Котят и потратить на это не более двух часов. Если будешь опаздывать – я расстроюсь. Найди в этом квартале заведение „У матушки Бастет“. Я буду ждать тебя там. Ты мальчик уже большой, найдёшь. Если что – то навигатор тебе в помощь. К этому тексту прикрепляю графический пропуск – предъявишь на входе. В этот квартал пускают далеко не всех. Целую. Жду».

Помимо этого текста мне пришёл файл – забавная картинка в стиле пиксель‑арт, на которой была изображена бронзовая статуя женщины с кошачьей головой. Скорее всего, в этой картинке содержался шифр, превращавший её в пропуск – что‑то типа штрих‑кода.

Я хмыкнул про себя, и вызвал на экран 3D схему внутренностей станции «Астра‑6».

Размеры меня впечатлили. И сложность этой громадины тоже внушала. На этой станции было не менее сотни уровней, сквозь которые во всех направлениях были проложены переходы, лестницы, лифтовые шахты… Многие километры коридоров извивались, словно змеи. Настоящий лабиринт.

И мне нужно было за два часа преодолеть довольно длинный и извилистый путь, чтобы добраться до цели – комплекса зданий, который раскинулся в пределах рекреационной зоны «У матушки Бастет». И при этом не заблудиться.

Зона эта, кстати говоря, сама по себе была отнюдь не маленькой. И находилась она в самом центре области, плотно застроенной элитными увеселительными заведениями.

– И не всех пускают, – я покачал головой… Неужели нельзя было как‑то попроще?

Тут я оглянулся, и увидел, что в мою сторону быстрым шагом движется Збигнев Ковальски.

Значит… Значит пришла пора осваивать искусство путать следы…

* * *

В огромном зале трепетали огоньки многочисленных свечей. Но, несмотря на то, что этих свечей было действительно много, их свет был не в силах полностью рассеять вязкую тьму.

Тьма жалась по углам. Она пряталась в глубоких стенных нишах и клубилась под высокими сводами, скрывая целиком массивные потолочные балки из пурпурно‑чёрной бронзы.

Неверный свет горящих фитилей освещал, главным образом, огромную статую, стоявшую в глубине этого сумрачного холла.

Это была отлитая из той же чёрной бронзы скульптура стройной изящной женщины. Она во всём походила бы на обычную, но голова статуи была головой кошки. Огромные – на пол‑лица глаза были тоже кошачьими – с вертикальным зрачком.

Скульптор, изваявший это чудо был поистине гениален. Ему удалось сделать так, что глаз зрителя различал даже малейшие волоски на кончиках острых кошачьих ушек, смещённых ближе к макушке. Даже вибриссы1 выглядели, как настоящие…

Это, несомненно, была статуя богини. Богини народа Мзин. Статуя Великой Матери Бастет.

Богиня была одета в узкое, доходящее до щиколоток, платье из полосатой материи. Её шею и руки украшали тяжёлые браслеты и ожерелья, обильно усыпанные драгоценными камнями. И грани этих самоцветов загадочно мерцали отражённым светом свечей.

В правой руке статуя сжимала посох с навершием в виде головы кошки. С её левого плеча свисала маленькая круглая плетёная корзинка. А у её ног играли бронзовые котята.

С закопчённых жаровен медленно поднимался дым благовоний, он стелился слоями в неподвижном воздухе, иногда образуя облака странных, и даже пугающих очертаний…

На низеньком, но довольно широком помосте, сделанном из драгоценной древесины в позе лотоса сидела женщина. Глаза её были закрыты, лицо было неподвижно и безмятежно.

В зале стояла полная тишина, лишь изредка потрескивал огонь в жаровнях… Время, казалось, застыло…

Но вот раздались лёгкие шаги, и к помосту для медитаций приблизилось существо, которое можно было бы назвать уменьшенной копией уже описанной нами статуи.

Разница, конечно, была. В отличие от архаично одетой скульптуры та, что только что вошла в зал была облачена во вполне современный прикид.

– Названная сестра… – пророкотал низкий, как кошачье урчание, голос, и женщина‑кошка, встав сзади той, что застыла перед статуей, положила ей на плечи узкие ладони. – тот, кого ты ждёшь, прибыл на станцию.

Лицо сидевшей на помосте женщины ожило. Глаза открылись:

– Спасибо, Ниэра, – тихо прошептала она, – только вот почему ты продолжаешь обращаться ко мне так официально? Я же тебя не раз просила – если ты для меня просто Ниэра, то и я для тебя – просто Сара, – тут она улыбнулась, – хотя я больше привыкла к тому, что все зовут меня Коломбиной.

– Хорошо, Коломбина, – кошачья мордашка приобрела странное выражение, словно кошечка пыталась улыбнуться, – как скажешь… Но знай наш Дом будет всегда помнить твою услугу…

– Ой, всё, – перебила её Коломбина, – не начинай. Вы и так оказываете мне помощь, на которую я и не могла рассчитывать…

– Ладно, замнём для ясности, – мурлыкнула Ниэра, – пойдём. Похоже тот, кого ты ждёшь, личность довольно популярная – за ним уже наблюдают.

– Это не есть хорошо, – буркнула Сара, ступая босыми ногами с тёплого деревянного помоста на холодные плиты пола, – сейчас пойдём…

Она застегнула магнитные застёжки своей лёгкой обуви. И через минуту обе подруги направились к выходу.

– Так что, он прислал сигнал о прибытии? – спросила Сара.

– Да, назва… – Ниэра было начала произносить привычное обращение, но осеклась под взглядом подруги, виновато улыбнулась и продолжила:

– Да, сигнал он прислал. Автоответчик отправил ему инструкцию, что ты написала, так что в этой части всё пошло по плану.

– Хорошо, – Коломбина была озабочена этим известием. Но не особо сильно, так как это было ожидаемо. Её контакт, на который возлагались большие надежды, внезапно перестал выходить на связь. Скорее всего – провал.

По поводу того, что у этого агента развяжется язык она особо не переживала. Ментальные закладки должны были надёжно его устранить, стоило ему только заикнуться о чём‑нибудь действительно важном.

Плохо то, что и этот парень, который сейчас идёт на встречу с ней, тоже оказался под колпаком у СБ.

Это значит, что всё надо будет тщательно продумать – ей критически важно иметь своего человека на «Канцлере». Иначе…

Иначе это направление придётся закрывать. СБ, вероятно, сейчас стоит на ушах, и если не удастся завербовать этого мальчишку, то времени на вербовку кого‑либо другого просто не будет. Да и возможности такой уже не будет – всё станет гораздо сложнее. И риски возрастут кратно.

А заказчик требует добыть нужную ему инфу в довольно сжатые сроки. И если это не получится, то гонорара не будет.

Возможно, конечно, что сроки не так существенны. И заказчик просто давит на психику – но однозначно это утверждать нельзя.

Она ещё раз похвалила себя за то, что отбилась от того, чтобы прописывать в договоре неустойки за его неисполнение. Ибо с самого начала дело выглядело трудно выполнимым, мягко говоря…

Но ладно. Проблемы следует решать по мере их поступления.

Пока в её голове крутились эти невесёлые мысли, они с Ниэрой уже покинули храмовую территорию, и теперь шли по широкому коридору, ведущему к блоку, где размещались все службы анклава Мзин на «Астре‑6».

По бокам от входа в блок, стояли два рослых кота, облачённые в боевой кибердоспех. Стоило только девушкам приблизиться, как они подобрались, усы их встопорщились, и они синхронно рявкнули:

– Приветствуем третью дочь госпожи Изис!

– Да пребудет с вами милость Сехмет! – привычно кивнула им Ниэра.

Это были самцы. Они бывают хороши, когда нужно сойтись с врагом кость в кость. Но решать судьбы Дома – не их дело. Это привилегия и святая обязанность Матерей…

Ниэра на секунду задумалась о том, что скоро госпожа Изис, Первая из Матерей Дома, должна будет объявить свою наследницу. Ту, которая встанет у руля и поведёт родовой корабль к дальнейшему процветанию…

Их дом сейчас переживал упадок, хоть и был одним из древнейших. Несколько тысячелетий назад череда неудач в извечной борьбе за власть вынудила предков бежать на окраины миров Мзин, а затем и вовсе поселиться в людских пределах. Но, покуда живы Матери Дома Небит, ничто не потеряно…

Услышав голос подруги она вскинулась и немного виновато спросила:

– Сара, ты что‑то сказала?

– Да, – улыбнулась та. – Прости, что прервала твои раздумья. Я просто хотела уточнить, известно ли, кто сидит на хвосте у нашего будущего гостя?

– Сейчас всё узнаешь сама, – ответила кошечка, – мы уже почти пришли. Вот, – она махнула рукой в сторону открытой двери, – заходи.

В комнате не было никого. Всю стену напротив двери занимал огромный монитор. Сейчас на него выводилась картинка с оптических датчиков системы слежения станции.

Разумеется, анклав Мзин не имел никаких разрешений на подключение к сетям СБ. Но старшей расе не требуется от младших никаких разрешений.

Всё, чем владеют младшие – принадлежит старшим. Старшие по доброте своей могут оставить младшим иллюзию того, что они независимы и суверенны. Но это – иллюзия, не более того.

– Как у вас тут всё здорово… – восхитилась Сара, – и где сейчас наш подопечный?

– Да вот же. – мурлыкнула Ниэри, легонько мазнув ладошкой по сенсорной панели.

Изображение на мониторе тут же увеличилось, и Сара увидела стройного молодого человека, который деловито шёл по одному из магистральных коридоров.

– А где те, кто за ним следит? – она вглядывалась в монитор, пытаясь разглядеть в толпе тех, кто следовал за парнем.

– А вот, – на этот раз Ниэри ничего не трогала. Теперь, когда она подключилась к интерфейсу искина, она могла отдавать ему и мысленные команды.

Силуэт одного из пешеходов, шедших в ту же сторону, что и объект интереса Сары, вдруг обзавёлся красной подсветкой.

И под потолком коридора начали пульсировать красным две точки.

– А это что такое? – удивилась Сара, – дроны?

– Ты угадала, – кивнула её подруга.

– Интересно… – тихо сказала девушка.

– Что интересно? – эта кошечка, как и все прочие кошки, была очень любопытна.

– Смотри. Если за этим парнем кто и должен наблюдать, то это СБ. Но СБ совсем не обязательно пускать за ним топтуна или следящих роботов. Им достаточно следить за его движением через свою сеть, к которой вы, кстати, нагло подключились, – она весело хихикнула.

– Имеем право! – Ниэри забавным движением задрала носик к потолку.

– Так разве ж я возражаю? – картинно развела руками Сара, – но слушай дальше. Так вот, если мы видим то, что видим, это значит что и внутри СБ идут какие‑то игры, и слежка за этим парнем ведётся, скажем так, не официально.

– Так это же хорошо, – тут же откликнулась киска, – если он пропадёт у них с радаров, то и реакции никакой быть не должно.

– Логично, – хмыкнула Сара, – ладно, давай не будем забивать себе голову. Надо с этой слежкой разобраться. С чего начнём?

– Начнём с того, что проще, – мурлыкнула Ниэри, и в этот же миг из‑под потолка коридора, по которому шествовал парень в мундире, на пол свалились два стальных паука.

– Так у вас тут и глушилки везде? – спросила Сара, обернувшись к довольно жмурящейся подруге.

– Это не наши, – пояснила она, – это тоже имущество местной СБ. Зачем напрягаться, если и так всё есть?

Парень, кстати, за которым смотрели девушки, даже не заметил падения дронов, следовавших за ним по потолку. Он продолжал свой путь, как ни в чём не бывало.

– Какой, однако, беззаботный молодой человек, – продолжила Ниэри, – ничего не видит, ничего не слышит…

– Дилетант, – вздохнула Сара, – и мне предстоит с ним работать…

– Сочувствую, – мурлыкнула её подруга, – но ты же как‑то хвасталась своим умением работать с тем, что есть под руками?

– Да, – вздохнула Сара, – приходится… Но не думай, что это доставляет мне удовольствие… – она вдруг вздрогнула, зажмурилась, тряхнула головой, а потом обернувшись к Ниэри спросила, – и куда он делся?

– Не знаю… – задумчиво протянула та, – только что был тут… Значит, говоришь, дилетант? – и с прищуром посмотрела на подругу.

1 Вибриссы – кошачьи усы.

Глава 24

– Ну, задатки у него, похоже, какие‑то есть всё‑таки, – хмыкнула Сара, – а ты на этого глянь, как он заметался‑то, – она говорила о том типе, который до этого преследовал парня в мундире почти не скрываясь.

Теперь он, похоже, пытался найти своего клиента, и не мог… И был этим расстроен, прям‑таки, до невозможности…

– Ну, он не далеко ушёл, – мурлыкнула Ниэра.

– А откуда ты знаешь? – спросила Сара, – ты, никак, сигнал его коммуникатора пеленгуешь?

– Быстро ты догадалась, – фыркнула кошечка, – не интересно с тобой.

– Вот такая вот я… – кивнула Сара, улыбаясь, – так где он?

– Вот в этом магазине… – вокруг одной из множества витрин, что были врезаны прямо в стены коридора, задрожала тоненькая зелёная рамка, – судя по манекенам – это магазин одежды.

– Ну да, недалеко… – согласилась Сара, – и как он умудрился туда переместиться‑то?

– Скорее всего ускорение, или что‑то вроде того, – Ниэра предложила самый вероятный вариант, – полноценный телепорт без громоздких портальных ворот пока недоступен никому… Да и с воротами, хм‑м‑м, тоже далеко не всем. Впрочем, что мы гадаем‑то? Давай посмотрим запись в замедленном режиме… – и в правом нижнем углу монитора появилось окошко, в котором тут же начался покадровый показ нужного фрагмента записи.

– Точно, – Сара нажала сенсор паузы, – видишь, тут картинка смазалась… Ну да. Есть у него такая способность. Помнится, мне пришлось изрядно напрячься, чтобы от него оторваться…

– А где это ты с ним в беге‑то состязалась? – спросила Ниэра с подковыркой.

– Да было дело… – улыбнулась Сара, – о, смотри, – она ткнула пальцем в монитор, – приоделся, что аж и не узнать…

– Да он не только приоделся, – отметила Ниэра, – он и генератор голограмм включил – видишь, мордаха‑то у него уже другая. Но да, всё‑таки он дилетант – манера держаться, походка… Всё осталось прежним…

– Ну, а чего ты хотела‑то? – усмехнулась Сара, – он же простой косолапый спецназер, а не агент глубокого внедрения класса «Тень»…

– Ну да. Для простого дуболома вполне достойно, – согласилась Ниэра, – хотя, чего ещё можно было бы ожидать от самца?

– Ох, доведёт тебя твой гендерный шовинизм до цугундера, – подколола Сара кошечку.

Но та в долгу не осталась и тут же показала подруге свой розовый язычишко.

Обе засмеялись.

– Ну ладно. Хорош дурня валять, – Сара вдруг стала серьёзной, – давай дальше смотреть. Мне интересно, он от того топтуна‑то уйдёт?

Ниэра посмотрела на экран:

– Да. Похоже, что уйдёт – тот его просто в упор не видит. Они друг друга стоят, что один, что второй… Мышей не ловят совсем.

– Ну, да. – хихикнула Сара, – по мышам ты у нас видный специалист…

– Фыр‑фыр‑фыр на тебя, – надулась кошечка. Но потом не выдержала, и тоже рассмеялась.

Отсмеявшись, они опять расселись перед монитором. Но этот день был богат на сюрпризы, и очередной не заставил себя долго ждать.

– Ниэра, скажи мне, а что это вот тот человечек тоже покраснел? – Сара кивнула на монитор, где фигура ещё одного прохожего обзавелась дрожащей красной обводкой.

– Хммм, – кошечка, глядя на человека в красной рамке, высказала очевидное – если он покраснел, то значит искин, который следит за всеми изменениями, посчитал, что он тоже следует за нашим гостем…

– Да, популярная личность к нам идёт… – Вздохнула Сара, – только вот этот тип, мне кажется, покруче будет. Трюки с ускорением и полной сменой облика его в заблуждение не ввели…

– Ага, – Ниэра тоже решила оценить обстановку, – и появился он позже… Раньше искин его не фиксировал, как ещё одного топтуна.

– Наверное, этот включился в игру после того, как ты с потолка разведдроны стряхнула… – высказала догадку Сара.

– Похоже на то, – озабоченно отозвалась Ниэра, – будем с ним что делать‑то?

– Думаю, следует что‑нибудь предпринять, – отозвалась Сара, – не хотелось бы, чтобы у кого‑либо появились мысли о том, что тут и Мзины замешаны… Встреча‑то на вашей территории. – она посмотрела в густую зелень глаз подруги.

– Нам это, конечно, не сильно повредит, – в голосе кошечки прорезались нотки превосходства, – люди не осмелятся вступать с нами в конфликт. Но ты права, незачем привлекать внимание и на ровном месте создавать себе трудности, пусть и мелкие…

А что мы с ним сделаем? – Сара тут же попросила разъяснений. Ей было интересно, как Ниэра думает избавляться от этого человечка.

– Мы с тобой с этим мышем делать ничего не будем. – объявила кошечка. – у меня есть для таких случаев специально обученные люди…

– Что за люди такие? – удивилась Сара. – ты же вроде силовыми операциями не занимаешься. Это, насколько я помню, в вашей семье возложено на одну из твоих старших сестёр, так ведь?

– Да, этими делами ведает вторая дочь госпожи Изис, Первой из Матерей Дома Небит – доблестная Миу, – согласилась Ниэри, – но мы же никого убивать и не собираемся… А мои сотрудницы вполне способны отвлечь какого угодно самца от чего угодно, даже от еды, – она посмотрела на монитор, и мурлыкнула, – просто этот мышь на длительное время забудет обо всём. Обо всём, кроме той, что безраздельно завладеет его вниманием.

– Так ты хочешь на него своих массажисток натравить? – со смехом спросила Сара. – они что, его там при всём честном народе затискают до потери сознания?

– Что ты хихикаешь? – возмутилась кошечка, – мы их учим, как правильно с самцами обращаться, как на них воздействовать… Ты просто не в силах себе представить, сколь многого можно достичь с помощью ласкового слова…

– Как по мне, так если вместе с ласковым словом использовать ещё и бластер – то добиться можно гораздо большего. – сказала Сара и виновато улыбнулась. – ты уж извини, такая я вот, грубая и не женственная… И если что, то так и норовлю в зубы кому‑нибудь сунуть – и не нужны мне при этом никакие слова… Ни ласковые, ни какие‑нибудь ещё.

– Ну, у нас с тобой разные пути, следуя которыми мы идём к цели, – она посмотрела на подругу и закончила свою мысль. – Но это и хорошо, так как мы здорово дополняем друг друга.

– Согласна, – хмыкнула Сара. – Ну, тогда давай. Озадачь свой СПА‑спецназ тем, чтобы они провели отвлекающий манёвр…

Ниэра издала короткое урчание, и тронула один из сенсоров на панели.

– Слушаю вас, госпожа, – эти слова прозвучали, словно это не человек говорил, а тихо звенел серебряный колокольчик.

– Однако, – Сара подняла бровь в изумлении, – я начинаю верить, что твои девчонки смогут привлечь к себе внимание…

– Пригласи ко мне в ситуационную комнату Киару, если она сейчас не занята, – сказала Ниэра. – а если Киара занята, то позови мне… – тут она немного задумалась, но быстро определилась с возможной заменой, – позови тогда Сейлан.

– Слушаюсь, госпожа…

– Сейчас поставим девочкам задачу, и можем быть спокойны… Этому самцу будет уже ни до кого…

– Интересно было бы посмотреть, на то, как будет выполняться твоё поручение…

– Мы всё фиксируем, – кошечка обернулась к подруге, – так что, если у тебя будет на то желание и время, то никаких проблем нет – посмотришь, конечно…

* * *

Соллерс стоял у стойки одного из уличных баров и отдыхал. Сейчас делать было совершенно нечего, так как ему надлежало войти в игру разве что в экстренном случае.

Он был на подстраховке – а всю работу должен был сделать напарник и его стальные арахниды.

Соллерс как раз подносил ко рту кружку, в которой плескался энергетик с доброй долей этанола, когда противно заверещал сигнал коммуникатора.

– Если это Варран с какими‑нибудь своими тупыми приколами – как вернусь, то бошку‑то мерзавцу откручу, – Соллерс тяжело вздохнул и полез в карман, чтобы пресечь эти мерзкие вопли.

Подобное было оправдано только в одном случае – если дроны потеряют из виду клиента. Но вероятность этого стремилась к нулю. Эти Варрановы пауки, конечно, бездушные железяки, но, если уж они на след встают – то хрен ты от них спрячешься…

– Да и от меня тоже хрен спрячешься. – хмыкнул себе в усы Соллерс. Он вполне трезво оценивал свои возможности, да и хвастаться перед самим собой – это не дело. Так что тут он озвучил чистую правду – ведь он был классным спецом по деликатным поручениям. Он мог умертвить любого гуманоида сотнями различных способов. С применением оружия, подручных предметов или, если не было вообще ничего, то и голыми руками.

Но, прежде чем устранять клиента, его надо выследить, к нему надо подобраться. И не дать жертве ни единого шанса ускользнуть. Так и только так.

И пока дроны исправно делали своё дело, не стоило без нужны светиться и попадаться клиенту на глаза.

Он, наконец, вытянул непослушный коммуникатор из кармана и посмотрел на дисплей. Точно, его вызывал Варран. Вот неймётся придурку…

– Да, – прорычал он, тронув сенсор приёма. И услышал Варрана. Варран был в панике и с самого начала его голос начал срываться на визг:

– Соллерс! Всё пропало! Дроны кто‑то отрубил! Я…

– Так, много текста, – Соллерс уже понял, что придётся работать. Ничего этим рукожопам доверять нельзя… Да, воистину, если хочешь сделать что‑нибудь хорошо, то сделай это сам:

– Теперь говори медленно, чтобы я тебя понял. И по существу. Без этих твоих визгов и причитаний.

В трубке пару секунд было почти тихо, и до ушей Соллерса доносилось только тяжёлое дыхание напарника. Нервничает, однако, червячило.

– Мои дроны кто‑то подавил, – начал докладывать Варран, – подавили качественно. Они не отвечают уже минуты три.

– Понял. Уже, кстати, не три минуты, а минут пять, – эти слова Соллерс зло прошипел в коммуникатор, выбираясь из бара в коридор, – ты, сморчок нечёсаный, минуты две тут визжал, словно тебя режут… Это вместо того, чтобы толком изложить ситуацию. Давай, говори, где ты клиента потерял?

– Сразу после перекрёстка с пятнадцатой линией…

– Понял, – Соллерс ускорил шаг. Клиент мог уйти настолько далеко, что он, со всеми своими умениями мог теперь и не почуять его запаха.

Да, у него стоял интересный аграфовский имплант. Этот имплант позволял не только различать шлейфы разных запахов на огромных расстояниях, но и запоминать их малейшие нюансы и особенности.

Собственно, именно это редкое умение и позволяло ему безошибочно находить жертву по следам. А запах этого солдатика он запомнил хорошо.

И пока не должен он был развеяться и затеряться. Время ещё оставалось, но следовало торопиться…

Когда ноздри различили эталонный запах, Соллерс облегчённо вздохнул:

– Врёшь, не уйдёшь, – почти беззвучно прошептали его губы.

Охотник встал на след.

Идти по следу, кстати, оказалось довольно просто. Клиент пёр вперёд, как шагающий танк. Он не оборачивался, не петлял по боковым проходам и не пытался скинуть след.

Идти за ним было одно удовольствие.

Другое дело, что шёл этот военный к центру. Это ощущалось и по тому, что освещение широкого коридора по мере продвижения становилось гораздо более качественным.

Да и публика теперь была солидной, одетой дорого и замысловато. Рекламные вывески приглашали посетить казино, массажные салоны и прочие места, где можно было хорошенько отдохнуть…

Беда в том, что на такой отдых денег требовалось немеряно… И этот парень, за которым Соллерс шёл, как привязанный, по виду своему на богача никак не тянул…

– Интересно, что он тут забыл? – спросил Соллерс сам себя, потом правда, подумал, что его дело – это проследить и доложить. А кому интересно, потом сам пусть причинно‑следственные связи разбирает и исследует…

Слабый писк выдернул его из раздумий. Ну да, он задумался, и, следуя на автомате за запахом клиента, на какой‑то момент ослабил своё внимание и столкнулся с кем‑то.

Судя по тому, что он почти не почувствовал самого столкновения, столкнулся он с кем‑то довольно лёгким. И точно, на него с обидой смотрела богато и со вкусом одетая девушка. Он сразу отметил, что лицо у неё породистое, с тонкими чертами. И обрамляли его идеально завитые светлые локоны. На изящной шейке очень органично смотрелась ажурного плетения платиновая цепочка, украшенная кулоном, в центре которого сверкал рубин редкой величины – карат на сорок, или даже пятьдесят… И стоило такое украшение совершенно неприличных денег.

Соллерс очень сомневался в том, что он за пять лет смог бы заработать столько, чтобы позволить себе купить подобную безделушку. И это при том, что работа его всегда оплачивалась весьма щедро, так как он радикально избавлял очень серьёзных людей от очень непростых проблем…

– Ну, дайте же мне руку, – эти слова ворвались в его уши сердитым перезвоном серебряных колокольчиков.

Соллерс, как во сне протянул свою лапу и очень осторожно сжал тонкие пальчики девушки, которая смотрела на него снизу вверх огромными голубыми глазами.

Он, не совсем соображая, что делает, потянул руку на себя, помогая девушке подняться с пола. Похоже он толкнул её так, что она не смогла удержаться на ногах…

Мысли с трудом ворочались в голове, путались и терялись… А Соллерс тонул в огромных голубых озёрах девичьих глаз…

И этот запах… Этот запах…

Он врывался в ноздри, сминал его волю, словно лист бумаги. Сердце пропустило удар…

Соллерс потерялся. Те ощущения, что навалились на него, были совершенно незнакомы… По телу разлилась сладкая истома…

Он вдруг почувствовал лёгкое пожатие девичьих пальчиков и услышал голосок, журчащий, словно весёлый весенний ручеёк:

– Ну, раз уж так получилось, проводи меня, – а потом этот волшебный голос рассыпался серебристым смехом.

В голове не было ни одной мысли… только гулкая пустота и ощущение бесконечного счастья:

– Пойдёмте, моя госпожа… – он, словно телок безропотно позволил увести себя в боковой коридор, напрочь забыв, что он делал и зачем, вообще, тут оказался…

В кармане затрезвонил коммуникатор. Девушка недовольно сморщила носик и твёрдо приказала:

– Выбрось это… – у Соллерса не возникло ни малейших сомнений в том, что она имеет право ему приказывать.

Он послушно вынул разрывающийся от надсадного крика девайс и без колебаний опустил его в зев уличного утилизатора…

– Умница, – всё его существо затрепетало от наслаждения, когда девушка, встав на цыпочки, нежно погладила его по волосам…

* * *

Надо сказать, что дорога оказалась намного легче, чем я ожидал. Оторваться от бестолкового Збигнева мне не составило никакого труда.

И мне повезло – в магазине, куда я почти мгновенно переместился, задействовав одновременно «Застывшую реальность» и «Ускорение», был большой выбор самой различной одежды.

И да, там совсем не было людей – всё делал искин. Надо сказать, что это было действительно удобно. Он мгновенно снял с меня мерки и тут же предложил на выбор несколько вариантов.

Я долго не ковырялся, помня о том, что время, имеющееся в моём распоряжении, ограничено.

Очень повеселил тот момент, когда я вышел из этой робо‑лавки переодетый и с лицом, скрытым за голограммой… Прошёл в одном шаге от бестолково хлопавшего глазами и озирающегося господина Ковальски.

Губы его шептали какие‑то, судя по всему, ругательства… Я, правда, не очень понял, на каком языке он произносил эти странные слова и что они значили: