Текст книги "Звёзды, пламя и сталь. Гексалогия (СИ)"

Автор книги: Игорь Лопарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 66 (всего у книги 92 страниц)

– Вряд ли это рубин, – подумала Эрсилла, – старший Пхукунци экономен до мелочности, и он не будет вкладывать в одноразовое орудие большие деньги. Значит это, скорее всего, какой‑нибудь кварц с присадками, или ещё что‑то, по стоимости с ним сопоставимое…

– Рубин «голубиная кровь», – с благоговением прошептал дурачок из семейства Энитан.

Он вытащил из бархатного гнезда это несуразное поделие, некоторое время вертел его перед глазами, а потом протянул через стол ладонь, с лежащим на ней перстнем и пробормотал, имитируя волнение влюблённого:

– На, примерь…

Эрсилла осторожно, двумя пальчиками, взяла перстень, словно брала дохлого жука… и нехотя поднесла к лицу, чтобы рассмотреть эту хрень во всех подробностях.

К этому моменту в её мозгу всё встало на свои места. Теперь она знала, что надо сделать, и, главное, как это следует делать, чтобы добиться нужного результата.

Её левая рука поднялась к виску и со словами:

– Ох, что‑то голова разболелась, – она погрузила пальцы в волосы… И несколько раз нажала ту самую деталь диадемы, которая отвечала за включение усилителей. Теперь они все работали на полную. Мало того, они работали в форсированном режиме.

– Надень же, – с нажимом произнёс Арим, – я хочу видеть, как он будет смотреться на твоей руке…

– А давай сделаем по другому, – вдруг сказала Эрсилла, и в голосе её лязгнула сталь, – давай сначала ты наденешь это кольцо, а я посмотрю.

Арим хотел возразить, но язык не слушался его. И он, продолжая смотреть в глаза принцессы, словно кролик в глаза удава, взял с её ладони перстень и насадил его на свой мизинец одним судорожным движением.

– Послушный мальчик, – холодно улыбнулась принцесса.

– Ой, – вскрикнул Арим, – оно колется! – и возмущенно посмотрел на перстень.

Он хотел сдёрнуть украшение с пальца, но со все возрастающим ужасом начал понимать, что его желание не воплощается в движение. Нижняя челюсть бедняги немного отвисла и из уголка рта свесилась нить тягучей слюны. Он хотел закричать – и не смог…

И тут он заметил, что не дышит. А Эрсилла, с мягкой улыбкой потрепала его по щеке, сопроводив это действие словами:

– Хороший мальчик, послушный, – потом её улыбка превратилась вдруг в злобный оскал и она завершила начатую фразу, – только глупый, очень глупый, – и, продолжая смотреть в стекленеющие глаза дурачка добавила, – и, похоже, уже совсем мёртвый…

Не успела она договорить, как Арим расплылся по креслу, словно вдруг все кости в его теле превратились в желе…

– Золана, позови медиков, – крикнула Эрсилла, – тут наш Арим что‑то сомлел совсем…

Глава 7

Когда слуги уволокли тело несчастного, а принцесса покинула кабинет, чтобы поговорить с главой семьи Энитан по поводу того, что случилось, на столе у Золаны ожил коммуникатор местной связи. Девушка удивлённо покосилась на моргающий светодиод и тронула сенсор приёма.

– Добрый день, – судя по голосу, это был Або Мзуни собственной персоной – начальник СБ клана, которого, все для краткости называли просто начальником охраны – как там у вас, мои люди уже ушли?

С его стороны было мудро узнать об обстановке. Ведь хоть аудиенция и была назначена, но не каждый день кондрашка хватает посетителя, да ещё и тогда, когда он был фактически наедине с принцессой.

Мзуни примерно представлял себе, почему и как это произошло. И уже даже начал корить себя за то, что охрана пропустила к охраняемому лицу человека, у которого с собой был такой опасный предмет. И хорошо, что всё закончилось без ущерба для Эрсиллы.

Он, будучи, в своё время, близким другом её славного отца, относился к ней, как к родной дочери. И сейчас действительно очень переживал о случившемся.

– Здравствуйте, да, они уже закончили, – ответила секретарша, и сразу, предвосхищая ещё не заданный вопрос сказала, – Эрсиллы сейчас на месте нет, она пошла поговорить с главой Энитан. – и после мгновенной паузы добавила, – телохранители с ней.

– Понятно, – хмыкнул Або, – тогда не сочти за труд, свяжись со мной, когда Эрсилла будет свободна и сможет меня принять. Сама понимаешь, нам с ней есть, о чём поговорить.

– Конечно, – сказав это, секретарь дала понять, что, как только хозяйка кабинета закончит общение с родственниками пострадавшего и вернётся на место, так она сразу даст об этом знать.

– Госпожа, Або Мзуни… – стоило только Эрсилле войти в приёмную, так к ней сразу же обратилась Золана.

– Давай, зови его, – вздохнула принцесса, не дав секретарю договорить, поскольку и так было понятно, о чём пойдёт речь. – и что сегодня за день‑то такой…

– Хорошо хоть, наши внешние враги пока себя спокойно ведут… – подумала она, – Хотя я подозреваю, что как только предводитель той компании встанет на ноги, так снова потеряем покой и сон…

– Госпожа, с такими друзьями, как у вас, – Золане сегодня тоже пришлось изрядно понервничать, а потому Эрсилла решила не одёргивать её, тем более, что она была с ней полностью согласна, – вы меня, извините, конечно, и врагов никаких не надо…

– Имеем то, что имеем, – негромко хмыкнула Эрсилла, после чего обернулась к Золане, и уже в полный голос сказала:

– Давай, зови дядю Або. И кофе завари свежий. – она переступила порог своего кабинета, и, покидая приёмную, на всякий случай уточнила, – кофе сразу приноси, как только готов будет. Я у себя, если что, но только для дяди Або. Для остальных меня нет и до завтра не будет. Поняла?

– Да, госпожа. Вас ни для кого нет.

– Умница, – отозвалась принцесса, уже закрывая дверь кабинета и направляясь к своему столу…

* * *

– Добрый день, Эри, – этими словами Або Мзуни обозначил своё присутствие, как только дверь кабинета отворилась перед ним.

– И вам не болеть, дядя Або, – устало улыбнулась принцесса, вставая из‑за стола, чтобы приветствовать своего соратника, – только вот день, скажем так добрый лишь частично… Прошу! – она широким жестом указала начальнику СБ клана на одно из глубоких кресел, что стояли вокруг низкого журнального столика.

Пока старик садился, она подошла к двери и крикнула в приёмную:

– Золана, кофе нам неси, – и, обернувшись к Або, в пол‑голоса спросила, – что‑нибудь к кофе, может быть?

– На твоё усмотрение, – прокряхтел Мзуни, – я что‑то весь аппетит растерял с этими происшествиями…

– А я вот голодная что‑то, – немного виновато улыбнулась принцесса и снова крикнула Золане:

– И выпечки с печеньками притащи, ну и ещё чего‑нибудь к кофе нам…

– Пять минут! – из приёмной донёсся ответ Золаны.

– Ну, давайте, наверное, начнём, – сказала она, усаживаясь в кресло напротив старика, – пока Золана там с кофе будет возиться.

– А с чего начинать‑то будем? – невесело хохотнул безопасник, – есть две возможных темы предстоящей беседы, и я, если честно, сейчас даже не знаю, какую из них выбрать.

– Вы имеете ввиду внешние проблемы, и внутренние?

– Именно так, моя принцесса, – он поднял на неё свои глаза, – так что ты считаешь нужным обсудить в первую очередь?

– Давайте, наверное, начнём с внешних угроз, – немного поразмыслив, предложила Эрсилла, – они мне кажутся пока… более актуальными…

– Ну, это дело хозяйское, – хмыкнул Або, – хотя то, что произошло сегодня, может иметь далеко идущие последствия…

– А я этого и не отрицаю, – согласилась Эрсилла, – просто надеюсь на то, что весь этот курятник немного притихнет после сегодняшнего фиаско. Они в себя будут приходить не меньше месяца после этой неудачи. А потом опять, конечно, что‑нибудь удумают, с них станется…

– Согласен, – крякнул Мзуни, – ну и позволь мне принести свои искренние извинения за то, что служба охраны, если на чистоту – облажалась по полной программе. Мало того, я полностью упустил из виду этого мелкого поганца… И не учёл, что наш креативный затейник Мганга Пхукунци сможет его соблазнить…

– Да хватит, дядя, – Эрсилла хотела показать, что раз всё нормально закончилось, то оргвыводы можно сделать и позже, тем более, что сейчас она предпочла рассматривать именно внешние угрозы, – сегодня следует решить, что делать дальше на внешнем контуре.

– Ну, ладно, внешние, так внешние, – он ловким движением извлёк из складок одежды тонкий планшет и, повозив пальцем по экрану, начал излагать свои мысли, – из внешних проблем я вижу важнейшими вот эти…

Эрсилла удобно угнездившись в кресле попивала кофе, вслушиваясь в то, что говорил старик.

– Первой по сложности и значимости для нас я вижу проблему досрочного возврата ссуды, которую нам недавно выдал банк «Сундук мертвеца». – он оторвался от планшета и посмотрел на Эрсиллу, – времени у нас на это – чуть больше месяца. Что ты по этому поводу думаешь делать?

– Дядя, ты считаешь именно это главной проблемой?

– Нет, не только это. Эта проблема сама по себе очень неприятна, но, кроме того, она усугубляется ещё и тем, что компании, которые доставляли наши товары нашим контрагентам, все разом начали требовать авансовых платежей.

– Я имела ввиду совсем другое, предлагая рассмотреть внешние проблемы, – заявила принцесса.

– Ага, ты всё не можешь отказаться от желания страшно отомстить людям, которые просто сопротивлялись? – усмехнулся Мзуни, – ты знаешь, твой отец…

– Что отец? – вскинулась Эрсилла.

– А то, что он уже после того, как этот пришлый разделал быка Бонгани под орех, скорее всего, оставил бы этих молодых да ранних в покое. И сам, будучи прагматичным реалистом занялся бы семейкой Пхукунци. Ты разве не видишь, что они под тебя уже давно и довольно успешно копают? А сегодняшний инцидент?

– Дядя, давай всё‑таки подумаем, как бы нам разделаться с этим Ржавым… – принцесса всем своим видом хотела показать, что тема мести для неё пока остаётся на первом плане. Даже не взирая на явную опасность,что исходит от внутренних врагов.

– Хорошо, давай попробуем ещё раз, – Або вовсе не радовало то, что принцесса продолжает настаивать на мести. Месть – это вообще контрпродуктивно. Хотя иногда местью можно оправдывать и действия, которые ведут к извлечению прибыли. Но тут явно не тот случай…

– А у тебя, Эри, есть мысли, что следует сделать для достижения твоей цели? – этот вопрос Або задал не просто так – от ответа зависела оценка мотивации принцессы. От этого ответа будет зависеть и выбор действий, которые надлежит предпринять ему, чтобы, пусть и не сразу, но вернуть её к трезвой оценке ситуации.

А сейчас он сильно подозревал, что боль от потери сердечного друга, Тунара, заставляет её заниматься вовсе не тем, что пойдёт ей, да и всему клану на пользу.

Сейчас она вела себя, как женщина, взбешённая потерей. Её захлестнули эмоции.

А она отвечает сейчас не только за себя – на ней лежит ответственность за будущее десятков и сотен членов её клана. И ей надлежит эмоции решительно отбросить.

Но, вместе с тем, Або родился не вчера, а потому знал наверняка, что никакие слова и аргументы не изменят сейчас её настроений. Ведь она даже угрозу собственной жизни ставит позади своего желания отомстить…

Эрсилла должна сама прийти к тому, что о мести можно, и даже нужно забыть навсегда, если это пойдёт на пользу клану. И тут он мог только незаметно подтолкнуть её к нужным решениям. Причём так, чтобы она была уверена в том, что сама так решила…

– Я просто знаю, что эти пришельцы должны поплатиться за всё то зло, что причинили…

– Ну, так и есть, – печально подумал безопасник, – как я и опасался, эмоции кипят, а её разум просто ослеплён ими… Ну, что же, пойдём длинным путём… – в слух же он сказал:

– Хорошо, тогда давай прикинем, что нам нужно сделать, чтобы месть свершилась, а мы при этом не понесли бы излишних потерь.

– Как это? – изумилась принцесса.

– Это, девочка моя, я называю оптимизацией издержек, – хмыкнул Або, – вот подумай, как мы можем использовать тот факт, что какой‑то ничтожный крысёныш чуть не лишил тебя возможности отомстить?

– Ну, не лишил же, – пробурчала принцесса, – тем более, что лучше было бы так, чем совсем никак.

– Ну, это тебе повезло, – ухмыльнулся Або Мзуни, – представляю, как бы тебя ломало, если бы Ржавый по результатам этого покушения таки отправился бы к предкам…

– Но этого не случилось! – Эрсилла чуть ли не топнула ножкой, – хватит меня мучить, рассказывай, что ты там уже придумал – я же вижу, что придумал. По глазам твоим хитрющим вижу!

– Так вот. Человек, взорвавший гранату был готов на всё. Он принёс в жертву себя ради того, чтобы расквитаться с обидчиком.

– Так этот Ржавый ему, если разобраться, ничего такого и не сделал. Вообще, странная какая‑то история…

– Тут важно, не то, сделал ли он что‑нибудь на самом деле… – Мзуни, как ему казалось, начал объяснять очевидное, – а важно то, что решил для себя этот смертник. И, если мы хотим использовать ситуацию для достижения наших целей – то мы должны понять, почему он именно так решил.

– И почему? – принцесса.

– Этот человек относится к той многочисленной группе людей,что во всех своих ошибках и невзгодах винит кого угодно, но только не себя. Конкретно об этом… как его… Морени Триксе можно сказать, что он сделал неверную ставку и проиграл вообще всё, включая, кстати, и собственную жизнь. Но винить себя он не стал – а посчитал виновником того, против кого он ставил. Если бы Ржавый проиграл Пхукунци, как предполагал Трикс, то этот самый Трикс был бы в полном шоколаде и хвалил бы себя за правильное решение. А вот когда все пошло кувырком – он решил, что виноват тот, против кого он ставил. И вина его в том, что он не проиграл, хотя Трикс рассчитывал именно на это…

– Странная какая‑то логика… – задумчиво протянула принцесса, делая очередной глоток кофе.

– А теперь смотри, как мы этот факт используем, – перешёл к главному Або, – начнём с того, что событие, то есть бой Ржавого с Бонгани, было довольно значительным.

Эрсилла ничего не сказала, и лишь продолжила смотреть на главу СБ, ожидая его дальнейших слов.

– А что это значит? – он бросил взгляд на принцессу. – а это значит, Эри, что наверняка найдется ещё довольно много людей, которые, как и этот Трикс, поставили всё, что у них было и даже всё, что успели занять на этот бой, и… – и тут он взял паузу. А Эрсилла неуверенно предположила:

– И проиграли?

– Точно! – Мзуни искренне радовался тому, что принцесса начинает понимать ход его мыслей, – из тех, кто проигрался в пух и прах процентов тридцать будут считать, что виновен в их финансовом и жизненном крахе именно этот самый Ржавый, который, кстати, о них и знать‑то не знает!

– Ну, найдём мы их, а дальше что?

– А дальше мы их используем – тут Або решил немного пояснить, – не всех, а только тех, кто посчитает, что Ржавый виновен в их проблемах. Если мы сработаем достаточно быстро, то сможем сформировать группу смертников, которые или сами захотят умереть, или посчитают возможным продать свою жизнь не только ради мести, но и ради того, чтобы их близкие получили какие‑то деньги и имели шанс на сравнительно обеспеченную жизнь.

– И опять расходы, – вздохнула принцесса, хотя, судя по ней, предложение Або нашло отклик в её сердце. Она действительно очень хотела отомстить.

– Во‑первых, расходы будут не столь велики, – сразу нашёлся Або, – смету я предоставлю. Думаю, что мы в десяток миллионов точно уложимся. А может денег и ещё меньше понадобится. Но с этим по ходу разберёмся…

– Хорошо… – выдохнула Эрсилла, но Або ещё не сказал всё, что хотел:

– И ещё, – тут он впился глазами в лицо принцессы, – обещай мне, что после того, как атакуем команду Ржавого, мы тут же перейдём к решению внутренних проблем, – независимо от достигнутых результатов.

– То есть даже если нам не удастся разделаться с этими варварами…

– Да, – довольно жёстко подтвердил безопасник. – твоя власть в клане и так висит на волоске. Очень тонком волоске. И если мы будем по прежнему закрывать глаза на это – последствия для тебя, а значит и для всех, кому дорог род Эзекве, будут весьма печальными, вплоть до того, что клан распадётся, а с тобой, со мной и с другими людьми, хранящими верность роду Эзекве просто разделаются эти заросшие жиром деляги.

Слова Або Мзуни, обычно очень уравновешенного и даже флегматичного, прозвучали очень эмоционально.

– Хорошо дядя, – Або про себя с тихой радостью отметил, что Эрсилла наконец начала понимать что между «хочу» и «могу» лежит огромная пропасть, через которую перекинут очень узкий и шаткий мостик, который можно создать только в результате адских усилий… – а скажи, как мы будем искать этих людей… Ну, тех, которые должны будут отомстить за нас?

– Это, как раз, не так сложно, – Або был доволен. Он получил обещание, согласно которому все их будущие усилия будут направлены на то, чтобы укрепить власть рода Эзекве в клане. И на наказание тех, кто посмел усомниться в том, что только представитель рода Эзекве обладает правом карать и миловать. Карать и миловать любого члена клана или того, кто на клан работает.

– Для начала мои люди совершат несколько простых шагов. – продолжил Мзуни, – сначала наши люди, которые собирают для нас сведения из букмекерских контор дадут списки тех, кто ставил на Пхукунци в течение последнего… года, наверное.

– Так… А дальше? – Або с радостью отвечал на эти вопросы – пусть девочка учится работать, покуда есть, у кого учиться.

– А дальше мы скармливаем эти массивы данных искину, и он выявляет тех, кто аномально много поставил на последний бой.

– Зачем?

– Те, кто много поставил и проиграл – это наш контингент. Контингент, с которым мы будем работать, – пояснил Мзуни, – и да, мы проверяем тех, кто в этот список попал на предмет того, ставили ли они что‑нибудь хоть на что‑нибудь после того боя. Параллельно выясняем по каждому наличие долгов, суммы этих долгов ну и всё такое…

– Как много работы… – Эрсилла представила себе, как тщательно надо будет просеивать огромные массивы данных.

– На самом деле, основная работа – это сбор исходной инфы, – улыбнулся Мзуни, – остальное делает искин… Так вот, после обработки этих данных мы получаем список из тех, кто скорее всего будет готов откликнуться на наши предложения… И начинаем работать с ними персонально.

– Понятно. И сколько времени на это уйдёт?

– Надо будет всё это быстро обстряпать, – сказал Або, – наши оппоненты тоже далеко не дураки, и они непременно сделают выводы из этого инцидента… А потому, чем быстрее мы всё провернём, тем будет лучше… Сложность заключается ещё и в том, что ни один из тех, с кем мы будем говорить, не должен даже подозревать о том, что они имеют дело с кланом Эзекве.

– А зачем нам прятаться? – изумилась Эрсилла.

– А затем, что если хоть кто‑то из Совета Капитанов пронюхает про это, то жизни нам не дадут – нас же тут только терпят. Но терпят только до тех пор, пока до нас нельзя докопаться. Клан был бы давно уничтожен, но твой отец, Мганга Эзекве, погиб, защищая Латоти. И только поэтому нас ещё не разорвали. Но всё может измениться, стоит только нам дать повод…

– Понятно… – задумчиво пробормотала девушка.

– В общем, я даю команду своим людям, и работа по подготовке группы мстителей начнётся. Нужны будут боевые нейросети, импланты, и наверное ещё деньги, сравнительно небольшие.

– Дядя, а как быстро мы сможем эту группу подготовить так, чтобы её можно было отправить на миссию?

– Думаю, в пару недель мы уложимся, Эри, – сказал Або Мзуни, – а больше времени нам на это и не дадут. Семейка Пхукунци будет продолжать мутить воду… Знаешь что, я к тебе ещё приставлю кое‑кого… И не спрашивай кого именно – будет лучше, если ты не будешь знать, кто за тобой будет присматривать… Так ты сама будешь усерднее следить за тем, что вокруг творится…

Глава 8

Будильник, который жил в моём коммуникаторе, не знал жалости и ни на какие компромиссы не шёл. Ему было глубоко всё‑равно, хочу ли я и могу ли я не то, что подняться, но даже просто открыть глаза – он начинал орать, едва хронометр показывал семь утра.

Вот и сегодня… Я ещё придавил бы часика три. С огромным удовольствием придавил бы… Но этот электронный аватар совести трудоголика таки добился того, что я свесил ноги с койки.

Да, я уже ходил своими, недавно заново отросшими ногами, отвергая помощь, которую предлагали мои телохранители, что таки нанял Тихий. Как и обещали, выросло всё, что казалось потерянным навсегда. И это меня, несомненно радовало.

Но, как только я обрёл новые руки и ноги, на меня и дела навалились. А дел этих у нас всегда – вагон и маленькая тележка. И вся наша борьба и беготня, мне кажется, имеет своей целью только то, чтобы тележка эта так и оставалась маленькой…

С момента того, почти удавшегося покушения на меня, любимого, прошел уже месяц с небольшим. И месяц этот отличался, в первую очередь рекордными тратами. Пока я ковылял на костылях, заново обучаясь ходить, мои ребята за несколько ходок выгребли весь диспрозий с того склада, что мы нашли на планетоиде, и который не дал нам провалиться в полную нищету.

Следует отметить, что из тех денег, что мы выручили за металл, у нас на текущий момент осталось каких‑то паршивых полторы сотни миллионов…

Ну да, это я уже развращён деньгами настолько, что сотня миллионов для меня уже тьфу. Это уже не тот масштаб, да… Хотя, где мы теперь будем брать деньги на покрытие наших здорово возросших потребностей – я пока не очень представляю. Есть, конечно, кой‑какие задумки, но всё очень сыро пока.

Надо сказать, что деньги, что мы получили за металл – всё, до последнего рваного кредита, было потрачено на нужные вещи и услуги.

Мы таки создали базу во внешнем кольце астероидов – пока, правда, только первую её очередь. Но там уже можно было жить.

Освобождённые нами рабы, кстати, так там и жили. Естественно, без дела они не сидели, а принимали самое деятельное участие в обустройстве нашей рембазы. Они управляли полчищами дроидов, на которых был возложен монтаж оборудования в ангарах и мастерских, следили за тем, чтобы дроиды не сачковали, ну и вообще…

А надзор заказчика и принятие судьбоносных решений было закреплено за Чижом, который там дневал и ночевал. То есть он там управлял всем и снабжал ценными указаниями весь наш невеликий персонал, к этой базе приписанный.

Дрищ же налаживал перевозки, в том числе и в космосе.

Да, пока я парился в больничной палате, Дрищ, поговорив с остальными, прикупил вполне крепкий карго. Меня поставили перед фактом, кстати. Хотя, я и сам понимал, что грузовичок этот нам и вовсе лишним не будет.

И теперь мы могли полностью обеспечить свои перевозки не только по станции FDS‑17–14, но и между станцией, планетой и другими местами, куда надо было что‑то отвезти, или, наоборот, что‑нибудь оттуда забрать. Благо Дрищ и пилота нашёл – за вполне вменяемый кошт.

Ещё одним важным аспектом нашей текущей деятельности стала покупка небольшого ранчо в предгорьях Большого Хребта. Самим процессом покупки занимался Дрищ, а вот обустройством уже занялся Гвидо.

Невзирая на то, что на поверхности планеты Совет Капитанов поддерживал вполне себе прочный порядок, мы решили не пускать вопрос безопасности на самотёк. Вон, надеялись, что на станции с нами ничего случиться не должно, а оно вона как вышло…

Так что Гвидо подошёл к вопросу со всей серьёзностью. Тихий ему помогал по мере сил, но не более. У него был собственный фронт работ, и куда как более широкий.

Мало того, что он обобщал все наши знания и постоянно поступающие новые сведения о всех сколь‑нибудь значимых силах, имеющих интересы в системе Латоти.

Ему пришлось особое внимание уделить нашим беспокойным оппонентам… Дело в том, что после того, как меня чуть было не грохнул этот Трикс, земля ему стекловатой, эти шоколадки как‑то странно затихарились…

Тихий этим занялся, и, как показала практика, совсем не зря.

Дело в том, что он начал изучать вероятность того, может ли подобный инцидент повториться. Начал собирать инфу по людям, которые, в основном из‑за проигрыша на ставках в том самом бою, могли пойти по кривой дорожке, этим самым Триксом протоптанной.

И, кто бы мог подумать, что в течение недели кое‑кто из тех, что попали в сферу его внимания… Исчезли! То есть ни трупов, ни свидетельств хотя бы даже о том, что они покинули систему, пользуясь гражданским транспортом, не было. Они просто растворились в сладком воздухе Латоти. Как будто и не было их тут никогда.

Само собой, такое нашего штатного параноика, то есть Тихого, не могло не возбудить.

Он взял немного денег, и, прикинувшись родственником одного из этих товарищей, обратился в частное сыскное агентство с просьбой найти заблудшего…

Он сделал несколько таких заказов в разных детективных агентствах, коих тут было хоть… в общем, много их на Латоти было, да… Представлялся он не только родственником, но и кредитором, ревнивцем, желающим навести справки о любовниках своей благоверной… В общем, креативил, как мог.

Не все агентства могли похвастаться заметными результатами, но…

Но те две конторы, которые действительно взяли след, дали нам крайне занятную инфу.

Дело в том, что те, кто исчез в какой‑то момент из поля зрения родственников, друзей и Тихого, вдруг нашлись – но, увы, не все, а только двое, причём в одном месте, да…

Они, и ещё с десяток подозрительных типов – все оказались постояльцами одного забавного дома отдыха. Дом отдыха принадлежал какому‑то хмырю. Хмырь жил аж в империи Аратан, а тут просто владел конторой и недвигой, на эту контору записанной…

Ну, тут у Тихого сразу жестокие обострения паранойи и любопытства приключились. Причём, одновременно. И он сам отправился по адресу, чтобы самолично разобраться с этим интересным социальным феноменом.

Следует отметить, что он отправился туда совсем не зря. Выбрав себе несколько лёжек вокруг большого участка, на котором стоял этот, как бы дом отдыха, он посвятил несколько дней своей жизни наблюдениям за постояльцами. Всё, что удалось увидеть или разузнать какими‑то другими путями он изложил в пространном докладе.

Надо сказать, что жизнь постояльцев дома отдыха нельзя было назвать спокойной. Отдыхать им там и вовсе не пришлось.

Их утро начиналось с водных процедур во дворе, потом длительная пробежка, и только после этого они направлялись к столам на открытом воздухе, где их кормили плотным завтраком. Опять таки, натуральные продукты, все дела…

Я конечно, уже избавился от зависти к тем, кто имеет возможность регулярно есть всё натуральное – для меня это уже давно не роскошь. Но зарубочку я поставил. На этих ребятах не экономят.

Но и не сказать, что им позволяли нагуливать жирок.

Тихий не поленился, и заснял их полный день. Само собой, это компиляция, но, пока он наблюдал за этими потеряшками, их распорядок не менялся.

После завтрака они садились за парты – опять‑таки на свежем воздухе. И там что‑то изучали. Теоретические занятия, так сказать. Но это у них не долго продолжалось – всего пару часов – вероятно, пока завтрак переварится.

А потом они дружною толпой… даже нет, строем бежали за жилые корпуса, мимо живой изгороди и…

И попадали на небольшой такой полигон. Да, полигон этот хоть и не занимал десятки квадратных километров, как в нашей «Кузнице», но оборудован был очень, скажу я вам, на приличном уровне.

Прибежав на полигон, они тут же отправлялись на полосу препятствий. Не сказать, что совсем сложная полоса, но и не простая. Пару часов тренеры (хотя, этим людям больше подходит звание «инструктора») выжимали пот из этих рекрутов, как я их для себя окрестил.

А потом ребятишки эти, опять же, построившись, бодрой трусцой следовали на стрельбище, которое было рядом, на этом же полигоне.

И там они, не считая патронов, дырявили мишени довольно долгое время. Стреляли, хочу сказать, из вполне себе приличных масс‑ганов. Не самых тяжёлых, конечно, всего‑то третьей серии, но, если словить пулю из него, то мало не покажется. Даже если ты в среднем пехотном доспехе – будет очень чувствительно. Хоть, конечно, с первого раза сквозной дыры и не будет…

Потом обед, опять‑таки, плотный. Мяса для них тоже не жалели. После обеда – опять теория…

А потом, аж до самого ужина практические занятия по тактике. Отработка действий малых групп в атаке, штурм отдельно стоящих зданий. Взаимодействие на поле боя с лёгкой артиллерией (что‑то типа автоматических гранатомётов у них было), с БПЛА… У них, я так понял, было несколько человек, которых наскоро натаскивали в качестве операторов дронов, как разведывательных, так и ударных. Настоящих боевых VTOLов им не давали, правда… И это хорошо.

То есть, насколько я понял, на более высокую ступень их перевести не пытались. И роями дронов они не оперировали… И это тоже хорошо.

Почему хорошо? Да потому, что принимая во внимание их общий бэкграунд, готовили их для того, чтобы натравить конкретно на нас. Ну, это не наверняка, но вероятность такого расклада была очень высока.

А потому Тихий, закончив наблюдать, не поленился, и, отъехав на пару сотен километров от этого центра подготовки боевых лудоманов, запустил воздушный шарик.

Ну да, по научному эту штуку называют немного сложнее и название это звучит гораздо серьёзнее – стратосферный наблюдатель‑ретранслятор. Но по сути это немного улучшенный воздушный шарик. С интересным таким обвесом.

Он может подняться на высоту до тридцати километров, хотя нам столько и не надо. Двигаясь по вертикали, он может выбрать воздушное течение, которое перенесёт его в нужную точку. Ну и есть система удержания этого шарика в этой самой точке – ионный микродвигатель, в качестве рабочего тела у него – воздух. Ну, это чтобы в сторону не сдувало.

То есть, если в нашем случае, этот шарик будет висеть, как привязанный, над нужным объектом. И, как вы уже догадались, нужный объект – это тот самый дом отдыха, и земли вокруг.

Облачность над этим районом сейчас, и по прогнозам на ближайший месяц, должна отсутствовать вообще. Но, если что, будем решать проблемы по мере того, как они будут возникать.

Наблюдение за этими шалунишками надо вести постоянно, и не упустить тот самый момент, когда они посчитают, что готовы выполнить миссию всей своей жизни.

Наша задача – чётко отследить тот момент, когда они будут выдвигаться на исходные.

Мы из того, что делаем себе штаб‑квартиру на планете, никакой тайны не делали. Так что, я так думаю, те, кто всё это затеял, в конце концов пригонят всю эту банду под наш забор. А ещё надо держать в голове ту возможность, что банда эта не одна такая – то есть, она одна, о которой мы знаем. Но ведь могут быть и другие…

Аппаратура, которую мы прицепили к шарику, обеспечит нам наблюдение за объектом во всех мыслимых диапазонах.

Сигнал шарика будет направлен через сложную и запутанную сетку серверов‑анонимайзеров, где будет разбиваться на отдельные потоки, потом опять складываться…

Конечной точкой этого потока данных будет сервер в одном из планетарных дата‑центров, арендованный фирмой‑однодневкой…