Текст книги "Звёзды, пламя и сталь. Гексалогия (СИ)"

Автор книги: Игорь Лопарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 53 (всего у книги 92 страниц)

Глава 9

Как и ожидалось, нам предстояло ещё вдоволь повозиться с нашим трофеем. Посмотрев на то, что ребятишки Бо́бера сделали с нашим первым кораблём, я решил, что и новый фрегат следует тюнинговать таким же образом.

Действительно, наш фрегат просто преобразился. Движки форсированы. Да так, что любой из кораблей, сошедших со стапелей Империи, да и вообще, какой ни возьми серийный корабль уровня Т1 проигрывал ему в скорости и маневренности с разгромным счётом.

А все из‑за неприметных чёрных шаров, которые поглощали перегрузки и тем самым позволяли экипажу оставаться в живых при манёврах, которые на обычных кораблях обещали бы быструю, и тем не менее, очень жестокую смерть всем позвоночным, что могли присутствовать на борту.

Но это пока было теорией – ровно до этого утра. Этим утром Радомир Бо́бер, надев свой парадно‑выходной технический комбез, лично выкатил наш фрегат из ремонтного ангара. Через короткое время корабль стоял перед затянутым спецполем проёмом в обшивке станции, через которые он мог выйти в открытый космос.

Я, как заказчик, должен был принимать работу.

Само собой, визуальный осмотр, все тесты и замеры мы уже сделали, пока корабль стоял на стенде. Там мы могли без помех посмотреть результаты всех проведённых испытаний или прогнать какой‑то нестандартный тест по своему выбору.

Но вот всё позади. Теперь мне предстояло, усевшись в кресло в пилотской кабине, на деле опробовать все новые возможности.

Стыдно сказать, но я волновался. Действительно, этот полёт будет не просто полётом. Это будет проверка того, насколько серьёзно мы сможем повысить свои боевые возможности в космосе.

Само собой, даже со всеми этими апгрейдами сладить с крейсером, путь даже и не линейным, мы не сможем.

Но и он нас вряд ли достанет. Мы не сможем нанести ему заметный ущерб по той простой причине, что у нас на борту только штатное оружие, которое не способно сколь нибудь глубоко поцарапать его броню.

Но и крейсер с нами почти ничего сделать не сможет.

Дело в том, что при тех скоростях и маневренности, что нам теперь доступны, мы сможем стряхнуть со своего хвоста практически любую ракету Т1, пусть она даже с самонаведением будет. Да и от прочего кинетического оружия увернуться сможем. Оружие энергетическое тоже будет против нас почти бессильно, так как из‑за нашей скорости ни одна система прицеливания не сможет удерживать нас в фокусе время, нужное для поражения.

Но это все справедливо, если речь идёт о достаточно больших дистанциях. Если в нас будут стрелять в упор, при том, что мы к этому готовы не будем, – наступит нам карачун, никуда мы от него не денемся…

В общем, я сел и поехал.

Варпнувшись от станции аж за орбиту пятой планеты, чтобы никто на мои экзерсисы не глазел, я начал резвиться. То есть я выписывал фигуры высшего пилотажа, совершал маневры уклонения, нещадно ускоряясь, ну, и так далее.

Сразу выяснилось, что корпус надо будет ещё укреплять. При возросших нагрузках датчики, которые мы закрепили на несущих конструкциях, показали несколько слабых мест. Там возросшие нагрузки могли разрушить корпус и это надо было срочно устранять, так как уже на вечер этого дня мы назначили свою первую разведывательную вылазку.

Конечно, если на это будет требоваться больше времени, то придётся нам потерпеть. Согласитесь, будет обидно, если кораблик наш возьмёт, и в самый напряжённый момент просто развалится на угольнички. Причём, произойдёт это из‑за того, что мы просто поспешили и не укрепили как следует его несущие структуры…

Вернувшись в док, я подписал акт выполненных работ. Все прочие доработки будут указаны в другом контракте, так как по этому Бо́бер выполнил всё, что я с ним ранее оговорил.

И он не виноват в том, что требуется ещё кое‑что сделать. Это будет стоить ещё каких‑то денег, и мы, само собой, их заплатим.

В общем, я опять нагрузил Бо́бера, но тот только радовался росту объёмов работ, так как это повлекло за собой и рост его гонорара.

Как я того и ожидал, до вечера люди Бо́бера не успели. Я поговорил с Радомиром и он поклялся мне страшной клятвой, что к утру всё будет готово.

Утром мы все поднялись, слопали завтрак и начали готовиться к вылазке в дикий космос.

В общем‑то всё уже было готово. И скафандры, и оружие, и те грузы, что имело смысл брать с собой. Для начала мы хотели прихватить с собой только лёгкий строительный робокомплекс.

Ведь если мы найдём подходящую каменюку, то, прежде чем там что‑то возводить, надо будет много копать.

Дробить скалу, вырезать из камня блоки нужных размеров и складывать из них стены, делать перекрытия ну и всё такое прочее…

И робот сможет это делать даже в наше отсутствие. Главное – это программу запустить, а там он уже и сам разберётся.

Ещё полчаса ушло на то, чтобы Бобер показал нам сделанное, а мы убедились бы в том, что сделано именно то и именно так, как было прописано в новом договоре. Результаты тестов тоже говорили в пользу того, что заказ выполнен в полном объёме.

Потом ещё час ушёл на погрузку наших роботов и ещё не пойми на что, так как роботов можно было погрузить минут за двадцать. Ну и ладно. Главное, мы сделали всё, что хотели.

Я наконец, загнал парней на борт и совсем уже было собрался идти в ходовую рубку, как ко мне подошёл Чиж:

– Слушай, Ржавый, а мы можем сначала к пятой планете слетать? – этот вопрос меня несколько удивил.

– А это с какой такой целью? – тут же спросил я.

– А посмотреть, – ответил Артём, – мы давеча в баре сидели, так шахтёры, что с вахты вернулись, дали нам совет слетать туда. Они сказали, что выглядит она, ну, просто эпически…

– Хорошо! – согласился я, ибо я и сам не против посмотреть на что‑то, что достойно внимания. И если уж шахтёры, люди довольно приземлённые и прагматичные, это посоветовали, то туда, наверное, стоит таки по дороге завернуть.

Ну, это наше невинное желание поглазеть на чудеса природы как всегда обернулось сложностями.

Стоило нам только приблизиться к пятой планете на дистанцию примерно в полторы сотни тысяч километров, как к нам сразу поступил запрос. И это, заметьте, при том, что у нас был включён транспондер, который Бобер прошил заново, а юристы честь по чести это дело зарегистрировали. То есть было сразу понятно кто мы и откуда.

Запрос исходил с одной из станций, работавших в пылевом кольце планеты. С той, что была сейчас к нам ближе всего.

Это побудило меня внимательно посмотреть на обзорный экран и попробовать хоть что‑нибудь разглядеть визуально. Я разглядел несколько каменных шаров разных размеров, неподвижно, как мне показалось, висевших с разных сторон от огромного шара пятой планеты. И всё…

Всё остальное, если и было видно, то оно всё‑равно терялось на фоне этого небесного тела.

Планета действительно выглядела грандиозно. Словами это было сложно передать – на это надо смотреть своими глазами. У меня просто дух захватило от сознания того, насколько огромен этот объект. Его диаметр был около сотни тысяч километров – в голове такое не укладывалось… Опять же, пылевое кольцо. Его внешний край удалён от планеты тоже на сотню тысяч километров… Масштаб поистине космический…

Но, от природных красот меня отвлёк голос, который зазвучал, лишь только стоило мне тронуть сенсор приёма вызова:

– Фрегат В‑15–32‑бис. Немедленно назовите цель своего прибытия в сектор PL05‑J‑SAD…

Ну и эта фраза начала звучать по кругу… Ничего нового, но с каждым повтором в голосе появлялись всё новые и новые истеричные нотки. Значит это был живой человек. И он нервничал. И чем дальше, тем больше.

Мой опыт говорил, что скоро прозвучат угрозы открыть огонь, а потому я решил, что имеет смысл отозваться и немного понизить градус разговора:

– Мы немного изменили маршрут и приблизились к планете для того, чтобы просто на неё посмотреть…

– Посмотреть? – да, с нами явно говорил человек, ибо в голосе его плескалось целое море эмоций, – да поймите, что живы вы ещё только потому, что мне лень давать команду на пуск ракет. Если бы на дежурстве был не я, а Калсончик, то обломки вашей посудины уже догорали бы… Посмотреть, гы‑ы‑ы… Кому расскажешь – не поверят…

– А что в этом такого? – удивился я.

– А то, – в голосе появилась злость, – что тут нехрена вам рассматривать. Люди тут работают! И если не хотите получить ракетный залп в бочину, лучше валите отсюда подобру‑поздорову… И подальше.

Я решил, что качать права нет никакого смысла, и, так как кроме как «посмотреть» у нас тут действительно никаких дел не было, я решил не пререкаться, а поступить так, как мне советовал этот, несомненно очень добрый, человек:

– Последую вашему совету, – ответил я, – считайте, что нас тут уже нет.

– В вашем распоряжении не более пятнадцати минут, – с явным злорадством сообщил мой собеседник, – вон, ребята с третьего спутника уже клюзы открывают. И если вы сейчас не свалите миллиона на полтора километров, они влепят вам хорошую такую плюху… И да, говорить с ними бесполезно – они какие‑то, – тут он противно так захихикал, – нервные последнее время.

Судя по этому хихиканью, наш собеседник как раз и имел непосредственное отношение к тому, что эти неизвестные мне ребята стали такими нервными…

Я счел за лучшее не испытывать судьбу, а двигаться теперь туда, куда мы с самого начала и собирались – в довольно далеко отсюда расположенную область внешнего астероидного поля.

– Всем занять свои места, готовность один. – объявил я по внутренней связи, – начинаю разгон для перехода в варп‑режим…

И через несколько минут мы прыгнули, оставляя эту большую, но такую, как оказалось, опасную, планету позади.

Следующие несколько часов мы посвятили тому, что прилежно варпались на короткие дистанции. И после каждого такого прыжка сканировали ближайшее пространство – сферу миллионов на пять километров, в поисках что‑нибудь пригодного для того, чтобы основать станцию.

Два раза попадалось что‑то подходящее, но… Но оно было в базах, и, стало быть, для того, чтобы там строить секретный объект, не подходило никак.

Но, в конце концов, наши усилия даром не пропали – мы таки нашли солидную каменюку около сотни километров в поперечнике. Там даже почти ровная площадка нашлась.

Летела эта глыба в общем потоке каменюк помельче. Она лениво плыла по своей орбите, но, вроде как ни с какими большими камнями не сталкивалась.

Наверное потому, что рядом ничего, крупнее камушков размером в пол‑кирпича и не было.

Мы загрузили корабельный искин, и он прилежно искал этот булдыган в каталогах, описывавших все астероиды этого пояса, достаточно крупные, чтобы привлечь внимание картографов.

И тут нам повезло – конкретно этот камушек ни в какие каталоги внесён не был. А это было для нас одним из главных условий пригодности.

Таким образом, камень нам приглянулся со всех сторон, но, как всегда, было одно но…

Если коротко, то сила тяжести там была просто никакая – не более одного процента от стандартной единицы. То есть, если любой из нас сдуру подпрыгнет и оттолкнётся от поверхности этого камушка, то он просто улетит в космос.

Недалеко, конечно, минут через пять‑десять полёт, конечно, замедлится. А потом любитель прыгать так же медленно и печально будет возвращаться туда, откуда, не подумав, сиганул…

Да и посадка на поверхность этого небесного тела обещала быть тем ещё аттракционом…

Но мы таки справились! Правда, сажал корабль Доминатор. Даже штатный искин заявил, что такой трюк ему не под силу.

С горем пополам мы заглубили в грунт посадочные опоры, чтобы наш кораблик внезапно не стряхнуло этого камушка…

Откинули грузовую аппарель, и по ней, в ярком свете мощных прожекторов выехала туша нашего строительного робота.

У робота, кстати, был собственный генератор гравитации, так что за него я был спокоен. Он в полёт не отправится.

Снабдили мы его программой действий, и он тут же начал деловито суетиться. Осмотрев местность, мы пришли к выводу, что сейчас тут ничего полезного нам уже не сделать, а потому легли на обратный курс. Попетляв для конспирации по системе, мы вернулись таки на станцию, ставшую нам уже почти родной.

Добравшись до станции и немного отдохнув, мы занялись подготовкой к повторному визиту на выбранный нами в качестве базы астероид.

Прежде всего следовало учесть те просчёты, которые мешали нам освоиться на новом месте. Основной наш просчёт заключался в том, что мы совершенно упустили то, что на небольших астероидах с гравитацией очень плохо. Можно сказать, что совсем никак.

А это значит, что гравитационный генератор был нам нужен аж кровь из носа. Причём поле, в пределах которого он должен был действовать, по моим расчётам должно было быть достаточно велико. Метров пятьсот, не меньше. Чтобы вся площадь нашей будущей базы покрывалась бы этим полем. Тогда мы смогли бы чувствовать себя там сравнительно комфортно.

Я исходил из того, что это поле притяжения должно быть посильнее, чем на планетоиде, что мы нашли во время нашей стремительной ретирады после боя с пиратами.

Прогулявшись к фирме, которая торговала шахтёрским оборудованием, мы нашли искомое. Цены, правда, заставили меня сморщиться. Но деваться было некуда. Ибо без хорошего генератора гравитации нам никак не обойтись. Мы присмотрели генератор с автономным реактором, который в течение десяти лет мог обеспечить силу притяжения к поверхности в диапазоне от трёх десятых и аж до пяти десятых стандартной единицы.

Там же мы присмотрели себе и портативные генераторы, которые можно было подключать прямо к скафу – они обеспечивали гравитацию силой, примерно в две десятые от стандартной единицы. Правда в круге диаметром не более трёх метров.

Но зато ходить теперь было можно по любой поверхности без риска улететь в открытый космос.

Набрали ещё всякой фигни. Прожектора, всякие детали для электрики, баллоны с жидкими стройсмесями… В общем, трюмы нашего кораблика мы заполнили.

Ночь, как мне показалось, прошла очень быстро. Вот я лёг… А вот уже и таймер затрезвонил, пытаясь убедить меня в том, что я уже должен был бы выспаться.

Я, естественно, поспал бы ещё пару‑тройку часиков – уж очень вчера умотались мы все…

Но, делать нечего, пришлось вставать. Как бы ни был умён и крут тот стройробот, которого мы оставили для подготовки места под базу, а без нашего чуткого руководства ему всё‑равно не обойтись…

Уже на подлёте к тому камню, где мы выгрузили робота меня посетило какое‑то ощущение. На редкость гадостное. Предчувствие беды и всяких нехороших событий.

И, следует признать, и на этот раз предчувствия меня не обманули.

На нашем камне было темно. Как у арварца подмышкой. А это значит, робот наш почему‑то перестал освещать окрестности.

Вряд ли он зарылся вглубь так, что ни одного отблеска света не прорывалось наружу… А это значит, что с ним случилось что‑то. И, судя по моим предчувствиям, то, что с ним таки случилось, нас обрадовать никак не должно, а совсем даже напротив…

В общем. Доминатор посадил нас, причём туда же, куда мы и в первый раз садились.

Но, мы на всякий случай, не стали цепляться за грунт, как при первой посадке – оставили себе возможность быстрого взлёта.

Я сошел с аппарели, оставив всех остальных внутри. И правильно сделал. В свете нашлемного прожектора я увидел груду искорёженного металла…

Это не могло быть ни чем иным, как только тем, что осталось от нашего несчастного робота.

Ну да, судя по тому, как оплавился металл, в него всадили плазменную ракету. И не одну, похоже…

– Ржавый! – голос Чижа заставил меня вздрогнуть. – на радаре засечки…

– Чьи? – вырвалось у меня, хотя я уже понял, кто это. Наши арварские друзья решили попробовать в очередной раз взять реванш…

Глава 10

– Чиж! – я понял, что счёт пошёл на секунды, – кыш из рубки!

– А куда? – ну, если вдуматься, то вопрос не такой уж и глупый…

– И тебе и всем остальным немедленно залечь на противоперегрузочные ложа. И пакетики рядом бумажные положить не забудьте!

– А это зачем? – бедный Чижик явно не успевал обработать мои вводные.

– Потому что скоро блевать будем, дальше, чем видим, – задорно прохрипел я, стремительно взбегая вверх по аппарели.

– Понял, – теперь я почувствовал, что Артём, наконец, проникся в достаточной мере, чтобы осознать глубину той задницы, которая разверзлась перед нами. А там было совсем глубоко…

Я подозревал, что арварцы под предводительством этой бешеной девки сейчас на нас насядут изо всех сил. И, я так думаю, все свои ошибки, которые они допустили до этого момента, уже ими учтены. А потому сейчас попробуют нас раздавить заведомо превосходящими силами.

Значит, надежда у нас сейчас только на нашу высокую маневренность и форсированные движки. Если они не унесут нас отсюда подальше, то нас ждёт та же судьба, что уже постигла наш робокомплекс…

Незавидная судьба, прямо скажем.

Я ворвался в ходовую рубку и с удовлетворением отметил, что Чижа тут уже нет. А значит он таки всерьёз воспринял все мои команды.

Пока я резво перебирал ножками, стараясь добраться до места в рубке, Доминатор времени не терял. Он через мыслеинтерфейс связался с корабельным искином, переключил управление на себя и начал готовить корабль к бою. И уклониться от этого боя у нас уже никак не получится, к моему великому сожалению.

К тому моменту, когда я плюхнулся в кресло первого пилота, движки уже прогревались, и мы могли буквально через полминуты взлетать.

– Доминатор! Транслируй мне на сетчатку тактическую карту.

Тут же поверх того, что видели глаза, опустилась полупрозрачная пелена, на фоне которой побежали зелёные цифры, указывавшие дальность от чужеродных объектов, которые устремились к нам со стороны Латоти.

Параллельно они были показаны и на пространственной схеме. Были прорисованы все вектора их движения, обозначены сектора атаки… В общем, выглядело все красиво и красочно, но от этой эстетики мне здорово поплохело, ибо почти все пути к отходу были грамотно отрезаны.

Если бы не наш недавний апгрейд, то можно было бы сказать, что нам амба… Но апгрейд таки был сделан, а потому надежда ещё оставалась…

– Все устроили свои задницы, как я приказывал? – этот вопрос по громкой связи я адресовал, как вы поняли, своим соратникам.

– Так точно, – они ответили хором… Брукс забился бы в экстазе от такой слаженности, да…

– Ну что, смертнички… – настроение у меня было каким‑то… мятежным. – покувыркаемся?

– Так точно! – с готовностью отозвались парни.

Молодцы они у меня. Надо обладать, кстати, немалым мужеством, чтобы просто лежать, в то время, когда жизни угрожает серьёзная опасность. Хотя инстинкты, надо сказать, требуют действий – причём всё‑равно, каких…

Доверяют они мне. Приятно, чёрт возьми. Ну, буду стараться это доверие не обмануть.

– Доминатор! Мы готовы взлетать?

… Все системы корабля выведены в рабочий режим…

– Отлично, взлёт! – скомандовал я и невидимый пресс грубо впечатал меня в кресло. На мгновение я даже забыл, как дышать…

Корабль сорвался с места и на бреющем устремился вперёд. И, блин, как вовремя‑то…

Стоило только нам уйти вперёд на какую‑то сотню метров, как камень, на котором только что стоял наш фрегат, буквально вскипел.

На месте нашей стоянки теперь плескалось озеро магмы, которая пузырилась и задорно плевалась вокруг жидким камнем.

Это все семь средних лазерных турелей арварского эсминца дали залп по нашему кораблику. И каких‑то мгновений не хватило, чтобы запечь нас в собственном соку.

Средние лазеры – это вам не хухры‑мухры, это очень серьёзные орудия…

Я заставил себя проанализировать текущую ситуацию.

Арварский эсминец, что чуть не поджарил наши нежные задюшки, был, как оказалось, дальше всех от нас.

Непосредственно над нами и чуть сзади висел точно такой же фрегат, что мы отправили к Бо́беру. Я оговорился – он не висел. Он выжимал всё, что было возможно из своих движков, чтобы выйти на позицию уверенного поражения.

Но не тут‑то было. Мы оказались несколько быстрее, чем он ожидал.

А вот корветы, которых опять было двое, были гораздо легче. А потому они хоть и отставали от нас, но не так сильно.

Эти юркие машинки заходили с боков и уже пытались покусывать наши защитные поля своими лазерами, которые, конечно, хоть и были много мощнее лазерных указок, пока, хвала Ушедшим, прогрызть наши поля не могли. Но этого хватило, чтобы затраты энергии на поддержание защиты у нас таки резко возросли.

Но ладно, это пока не смертельно…

А вот что дальше‑то? Сразу нас прихлопнуть не получилось, но они же просто так не отстанут…

Сейчас мы буквально, стелились по поверхности астероида, вжимаясь в складки местности. Впереди, километрах в тридцати от места старта этой безумной гонки, находился достаточно высокий, километров пять, хребет.

Фрегат, надо сказать, слегка поотстал, но вот резвые корветы нас потихоньку нагоняли. Тот, что был справа немного поднялся над поверхностью и теперь старался держать нас в поле зрения, сообщая своим товарищам о том, куда мы пытаемся удирать.

А вот его товарищ уже почти пристроился нам в хвост и сосредоточил огонь своих лёгких лазерных установок на наших дюзах.

Я опять оговорился. Он не сосредоточил, а пытался сосредоточить этот самый огонь. Поскольку мы старались вилять как можно более амплитудно, попасть в нашу корму ему пока не удавалось.

Тридцать километров мы пролетели очень быстро. На это у нас ушло не более двадцати секунд. И вот я уже перевалил через скалистый гребень хребта и забрал немного влево. Эсминец остался где‑то там, позади. И я его уже не видел за гребнем хребта.

Километрах в пятидесяти впереди, судя по тому, что мне показывала картинка рельефа, проходил довольно глубокий каньон. Это даже был скорее не каньон, а какой‑то глубокий разлом, такая причудливо изгибающаяся трещина в теле астероида. Скорее даже пропасть. При ширине от двухсот до пятисот метров, глубина её могла достигать многих километров. По крайней мере, достоверно установить эту глубину с орбиты в свое время не удалось.

Я рванул к нему. Если мы туда шмыгнём, то и эсминец, и фрегат потеряют нас из виду, а значит и поджаривать нашу задницу своими лазерами они не смогут. Нам удалось на этом небольшом отрезке набрать хорошую скорость – путь до разлома занял не больше 15 секунд.

А вот этот корвет, что нас преследовал, прилепился, ну прямо как банный лист.

И, что меня особо раздражало, довольно уверенно маневрировал и вписывался в повороты, никак не соглашаясь оставлять нас в покое.

Ну, что же, тогда ещё поднажмём. Посмотрим, как у него с компенсацией перегрузок дела обстоят, да и вообще…

А вот тут он попался, голубчик.

Значит, дело было так. У меня перед глазами висела картинка, на которой был хорошо прорисован этот самый разлом, между стен которого я сейчас нёсся на предельной скорости.

Картинка эта была у меня потому, что в прошлый раз мы не поленились облететь этот астероид несколько раз. Благо, он был не таким большим.

И за то время, пока мы вокруг него круги наматывали, сканеры корабля отсняли весь рельеф. А искин потом из этих сканов создал вполне себе пристойную карту поверхности.

И, если верить этой самой карте, то сейчас мы приближались к зю‑образному повороту. То есть впереди было целых два поворота, и не на девяносто градусов, а градусов, эдак, на сто двадцать.

После первого поворота этот гад немного отстал, так как ему пришлось притормозить, чтобы в него вписаться.

Я же, только миновав его, вдарил по газам. А этот фрукт как раз только‑только вышел из поворота и увидел, что я притопил от души. Поэтому он и подумал, что впереди довольно длинный и сравнительно прямой участок. А мысли такие у него возникли, во‑первых по тому, что у него такой, как у меня карты не было. А во‑вторых он не ожидал того, что маневренность у меня намного выше, чем даже у него. Он просто не допускал такой возможности, за что и поплатился.

Я филигранно вписался в возникший передо мной поворот, и, почти не снижая скорости, вывернул рули до предела, выскакивая на действительно прямой отрезок каньона.

И тут скальные стены, что уходили в даль, вдруг расцвели всеми оттенками желтого и красного цветов. Это мой преследователь со всей дури влепился в склон каньона, и его реактор, не выдержав, взорвался… даже не совсем так, нужно отдать пилоту должное – поняв, что в поворот он вписаться уже не сможет, успел таки среагировать, и попытался вырулить вверх.

Однако, тут ему просто не повезло – на краю ущелья в этом месте находилась довольно приличная скала, которая своим присутствием эффективно увеличивала высоту стены ущелья ещё метров на пятьдесят. Этого и оказалось достаточно…

И хоть у меня по спине холодный пот стекал прямо‑таки потоками, это файер‑шоу здорово подняло мне настроение.

Мигом позже меня скрутило, я было, потянулся за бумажным пакетиком, что лежал на полочке рядом… Но не успел. Обрыгался, как последний алкаш…

Но ладно, пока жив, а это главное! Если живой, то и до душа доберусь со временем…

Да, но пока ещё ничего не кончилось, так что помывка откладывается. Хорошо хоть вентиляция всю эту желудочную вонь быстро всосала, а корабельный искин заботливо распылил в кабине лошадиную дозу дезодоранта… Пока живём и даже дышим!

Дальше я летел чуть более аккуратно, пытаясь не только следить за полётом, но и попутно совладать с головокружением и остаточными рвотными позывами.

Пролетев еще километров десять по этой каменной кишке, пришёл к выводу, что надо бы чутка приподняться и оглядеться, а то эти каменные стены вносили немалые помехи в работу радаров и не было решительно никакой возможности понять, что происходит вне этого каньона.

Сказано – сделано. Я задрал нос фрегата и мы взмыли над каньоном и плоскогорьем, которое этот самый каньон прорезал.

Ну, что я могу сказать по поводу того, что увидел… Всё было не так плохо, как могло бы быть, и, в то же время, не так хорошо, как мне хотелось бы…

То есть, ни эсминца, ни фрегата видно не было – они отстали и отстали так, что находились сейчас за горизонтом. Хотя тут горизонт близкий – только буквально руку протяни…

Но и эсминец, и фрегат явно были в курсе того, где мы сейчас находимся. Как я это понял? Элементарно – над равниной поодаль был виден вражеский корвет, который, несомненно и осуществлял наблюдение.

К нашему фрегату он благоразумно не приближался, но, как я заметил, всё‑таки находился в зоне поражения наших ракет. Ну, и я не преминул этим воспользоваться, само собой.

Тут же дал команду Доминатору, который, в свою очередь, цель захватил…

И меньше чем через минуту с направляющих сорвалось пять легких ракет, которые должны были этого мерзавца достать.

Эти наши действия опять завершились лишь частичным успехом. Вёрткий, гад, попался.

Три ракеты ушли в молоко, потеряв цель. Ещё одну этот поганец умудрился сбить на подлёте своим игрушечным лазером. И только пятая разорвалась в непосредственной близости от цели.

Но повреждения для этого корвета, как я понял, оказались минимальны. Мы немного повредили ему маневровые двигатели, только и всего.

Казалось бы, теперь он никуда от нас не денется – самое время добить подранка, благо он теперь стреножен. То есть, он по прежнему мог маневрировать, но уже далеко не так резво, как до взрыва нашей ракеты…

Но мы упустили благоприятный момент. Пока я раздумывал над тем, как бы нам половчее его прищучить, корвет довольно быстро набрал высоту и теперь следовал высоко над нами, даже не пытаясь вести огонь. Однако, в этом был и некоторый позитив – можно было спокойно покинуть мрачное ущелье и двигаться дальше постепенно набирая скорость – ни фрегат, ни эсминец уже не могли нас достать из‑за горизонта.

По моим расчётам мы к этому моменту уже сделали больше пол оборота вокруг астероида.

Предполагая, что эсминец продолжает нас преследовать не сбавляя скорости, я продолжал движение к той точке, которая, судя по карте, должна была находиться как раз с противоположной стороны астероида относительно эсминца. Такое расположение позволяло беспрепятственно повернуть вверх и начать разгон для прыжка.

Очень не хотелось оставлять недобитый корвет. Я рассчитывал, что в процессе разгона перед прыжком сможем достаточно сблизиться с ним и врезать по нему от души из всех калибров. Но замыслу моему сбыться было не суждено.

К моему безмерному изумлению, прямо нам навстречу, из‑за близкого горизонта выпрыгнула туша арварского эсминца. По его бокам, обильно покрытым золотом, скользили кроваво‑красные блики света далёкой Латоти. Мрачное, хочу сказать, зрелище. Прямо таки душераздирающее зрелище…

Хорошо хоть, что мы не упустили того момента, когда именно он появился. А потому мы сразу перешли к действиям.

Что касается меня, то я совершил лишь одно действие – а именно передал управление кораблём своей нейросети.

И Доминатор уже приступил к выполнению самого нашего любимого маневра. То есть он начал крутиться, как вошь на гребешке, дабы эсминец не прижёг нас своими мощными лазерами. А попутно Доминатор продолжал наращивать скорость.

– Доминатор, куда мы прыгаем? – мне стало вдруг интересно, а куда наша судьба злодейка нас забросит сейчас? Само собой, инструментом этой самой судьбы выступал сейчас Доминатор.

…Мы прыгаем не куда… мы прыгаем отсюда…

Это Доминатор мне ответил. Я уже стал подозревать, что он набрался от меня плохого. То есть теперь будет юморить в те моменты, когда самым уместным будет просто бросаться в истерику…

– Какова вероятность того, что нам удастся оторваться от преследования? – спросил я. Ну согласитесь, хочется же знать, ради чего я продолжаю сопротивляться рвотным позывам… Ибо трясёт и укачивает нас тут просто нещадно. Интересно, как там ребятки мои? Уже наверное, извергли наружу всё, включая и свои бессмертные души… Потом надо не забыть их спросить, кстати, пригодились ли им пакетики, которые я им советовал положить поближе…

…Вероятность оторваться от противника составляет 97,9 %…

– Уфф, – подумал я, – хоть одна сравнительно радостная новость… Если нам удастся прыгнуть, то, считай, ушли. Значит, скоро выдохнем… Ну и в душ, конечно… А то уже весь корочкой подсохшей покрылся… Пованиваю… Сам себе противен, аж дальше некуда.

Кораблик наш продолжал кувыркаться, причём, с ускорением… Как так получалось – не спрашивайте. Это вопрос не ко мне.

Вдруг раздалось громкое шипение и температура в рубке разом подскочила градусов на пятнадцать.

– Доминатор, что это было? – самое время начинать паниковать, мне так кажется.

…Ничего страшного. Выстрел эсминца прошёл вскользь по обшивке. Повреждения минимальны – щиты обнулены и срезан правый атмосферный руль…

…Внимание, уходим в варп… 3… 2… 1….

Рывок… Далекие звёзды размазались в бесконечные линии. Прыгнули таки…