Текст книги "Звёзды, пламя и сталь. Гексалогия (СИ)"

Автор книги: Игорь Лопарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 75 (всего у книги 92 страниц)

Глава 22

Да, этот рассказ даст нам всем пищу для размышлений очень надолго. Но, мы сейчас тут находимся с вполне конкретной целью – нам нужно найти то, что мы сможем быстро и выгодно продать. Пока поиски не особенно удачные. Я рассчитывал на гораздо большее. И с гораздо меньшими затратами времени и сил. Но, как говорят в народе, имеем то, что имеем…

– Так, парни, очнулись, – обратился я к Чижу и Дрищу, которые продолжали пребывать в трансе, пытаясь осмыслить услышанное, – диспрозий сам себя не разыщет и на глайдер не погрузит. Так что давайте вернёмся в унылую действительность и таки начнём поиски…

– Какой же ты всё‑таки нудный, – пробормотал Дрищ, но, тем не менее, встряхнулся, всем своим видом стараясь показать, что готов трудиться, не жалея сил.

Чиж тоже вздохнул так, что я этот вздох услышал по радиосвязи, и тоже сказал, что готов к работе.

И мы приступили к поискам. Бродили по пустым помещениям, облазили всё, что можно. Ушло у нас на это часа, наверное, четыре.

А нашли мы совсем не много. Где‑то полтора куба диспрозия насобирали по углам, и всё… В общем, ближе к тому, чтобы приобрести статус обеспеченных и респектабельных членов общества системы Латоти, мы не стали. И это меня очень расстраивало. Нам ничего не оставалось делать, как продолжать свои изыскания. Правде, теперь искать надо в другом месте. Тут мы всё уже обшарили.

Делать нечего, свалили те немногие слитки, что нам удалось найти, в кузов глайдера… Надо сказать, что небольшая горка этих слитков в просторном кузове смотрелась крайне уныло… Но, что делать, что делать. Будем взбивать лапками дальше…

В общем, мы расселись по местам, и я тронул глайдер с места. Пока мы выезжали из лабиринта зданий, Чиж провожал взглядом удаляющийся от нас остов загадочного корабля, присыпанный каменными обломками.

– Ржавый, – это Дрищ ко мне обратился, – езжай той же дорогой…

– А это зачем? – удивился я.

– Ты что, не помнишь, мы же по дороге сюда какой‑то контейнер проехали? – спросил он и добавил пояснение к своему вопросу, – и собирались на обратном пути посмотреть, что там внутри…

Я, надо сказать, совсем про это забыл. Наверное, из‑за того, что Доминатор нам рассказывал…

Но Дрищ у нас парень въедливый. Он всё помнит. И, раз этот контейнер валяется на нашей дороге, то грех не посмотреть, что в нём есть… Может что полезное и найдём.

В темноте я не был уверен, что мы проедем настолько близко к тому упавшему с высоты контейнеру, чтобы его заметить. Но, нам повезло.

Где‑то на пол‑пути к нашему фрегату глазастый Дрищ таки заметил этот большой ящик. Он лежал почти на той линии, по которой двигался наш глайдер. Но чуть левее по курсу. Я его, честно говоря, и не заметил. А вот Дрищ, да… Молодец.

Я подрулил к этому контейнеру и мы все попрыгали на грунт, предварительно включив модули искусственной гравитации.

Контейнер лежал на половину погруженный в мелкую пыль, которая скапливалась тут даже не десятками и сотнями тысячелетий, а, наверное, миллионами лет. И всё равно её было, не сказать, чтобы очень много.

Первым подошёл к контейнеру Чиж, и в нерешительности остановился, глядя на трещину, образовавшуюся при падении. Из этой узкой трещины высыпались какие‑то мелкие пластиковые упаковки и лежали сиротливой кучкой у основания контейнера.

А в глубине этой щели что‑то тускло поблёскивало в свете наших фонарей. Лучи света проникали внутрь, правда, очень недалеко.

– Ну что, начнём? – этот вопрос озвучил Дрищ, который подошёл сюда уже не с пустыми руками. Он был вооружён приспособой для вскрытия всяких закрытых ёмкостей. Ничего экстра‑технологичного. Абразивный диск с мощным приводом. Таким прибором можно резать не только жестяные стенки транспортных контейнеров, но и гораздо более толстые и более прочные вещи.

Воздуха тут нет, а потому визга алмазного диска, крутящегося с неимоверной скоростью, я не услышал. Хотя Дрищ, наверное, ощущал руками вполне себе заметную вибрацию, ибо контейнер пытался вскрыть именно он.

Но процесс резки металла шёл с большим трудом. Дрищ уже минут десять пытался разрезать стенку контейнера, а его алмазный диск только сыпал искрами, а царапина, сделанная им была очень невзрачной.

– Однако, крепкий контейнер, – немного обескураженно сказал Дрищ, глядя на плоды трудов своих.

– Что, запарился? – усмехнулся я, – никак хочешь, чтобы тебя кто сменил?

– Я бы не возражал, – ответил Дрищ, – неохота эту штуку до утра пилить в одно жало.

– На Квиетусе «утро», это понятие условное, – хохотнул Чиж, – так что раз уж взялся пилить, то пили и дальше.

– Так, парни, харош пререкаться, – я решил это прекратить, ибо у меня возникла мысль, как нам вскрыть этот контейнер с гораздо меньшими затратами сил и времени, – давайте‑ка все дружно возьмём этот гроб, и погрузим его в кузов глайдера.

– А это мысль! – оценил Дрищ мою идею.

– Не влезет, – заявил Чиж, смерив контейнер скептичным взглядом.

– Гравиплатформу под него подведём, к глайдеру прицепим, и допрём до «Мавра», – не сдавался я.

– А вот это может, наверное, и получиться, – задумчиво пробормотал Чиж.

И мы перешли к действиям. Я подогнал глайдер поближе, мы извлекли из багажника гравиплатформу, включили антиграв и, набычившись, подняли этот контейнер. Хоть сила тяжести тут и была очень маленькой, контейнер этот всё равно руки нам оттянул по полной программе.

Но мы его таки победили. Героически перекантовали его к платформе, и с напряжением всех наших сил и, задействовав все усилители скафов, всё‑таки погрузили его.

Ещё минут пятнадцать ушло на то, чтобы хорошо принайтовать этот гроб. Ибо не хотелось бы его по дороге потерять – уж очень много усилий нам стоило его погрузить. Хотелось бы, чтобы эти наши усилия не были напрасными…

Пока мы грузили контейнер, из щели вывалилось ещё несколько маленьких пластиковых упаковок. Мы не глядя покидали их в кузов, и, наконец, уселись в кресла.

– Трогай! – крикнул Дрищ, и мы поехали…

«Мавр» наш нас ждал. Стоило нам только приблизиться к нему, как сработала система оповещения. Корабельный искин, восстав ото сна, зажёг внешнее освещение, залив светом всю прилегающую к кораблю территорию.

– Искин, пару сервисных дроидов выпусти к нам, – обратился я к искину корабля. Искин долго не раздумывал, и уже через пять минут аппарель опустилась и по ней на грунт скатились два робота.

Вот этим неприхотливым механическим слугам я и поручил снять контейнер и перенести его в трюм.

Роботы очень аккуратно сняли его с гравиплатформы и, координируя друг с другом свои усилия, деловито уволокли контейнер внутрь корабля.

Выполнив задачу, они вернулись за остальными нашими трофеями. Так что найденный нами диспрозий тоже отправился в трюм.

Мы поужинали довольно быстро. Наверное, парням не терпелось посмотреть, что же лежит в том загадочном ящике. Мне, кстати, тоже было любопытно. Так что за двадцать минут мы закидались едой, и, сытые и довольные, проследовали в трюм.

Роботы занесли контейнер, аккуратно поставили в уголок и посчитали, что этого достаточно. Но нам хотелось вскрыть ящик, и ознакомиться с его содержимым. Немедленно. Как это говорится, здесь и сейчас.

Я помнил о том, что у Дрища не очень хорошо получалось вскрывать эту коробочку, а потому я попросил корабельного искина прислать нам робота, который с этой задачей мог бы справиться гораздо лучше. Есть у нас такие, ремонтно‑технические. Они, если что надо быстро открутить, отрезать или сломать – просто незаменимы.

Вот и сейчас в трюм вкатился один из них. Дроид, ощетинившись манипуляторами, подъехал к этому ящику и остановился, ожидая дальнейших команд.

– Вскрывай, – приказал я роботу через мыслеинтерфейс, – но смотри у меня, действуй аккуратно! Начинку не повреди!

Робот ещё с минуту медленно ездил вокруг контейнера. Не иначе, как примеривался и искал наиболее уязвимое место. Я ожидал, что он попытается расширить трещину, что уже пересекала торец ящика. Но нет, он запустил манипулятор куда‑то в своё железное брюхо, и через несколько секунд вытащил его обратно. Но сейчас стальная конечность заканчивалась тонким и довольно длинным сверлом.

Дроид поелозил немного около уже образовавшейся трещины. Но, в конце концов, поехал в сторону и остановился посередине длинной грани ящика.

И начал её сверлить. Тут‑то воздух у нас был, а потому я сполна насладился визгом высокоскоростной дрели. Робот, похоже, вошёл во вкус. Поскольку прошло только двадцать минут, а он сверлил уже пятую дырку в неподатливом металле.

Наконец дроид, что‑то про себя деловито попискивая, выдвинул из одного из своих многочисленных манипуляторов длинный щуп и с видимым усилием всадил его в одно из просверленных отверстий. Что‑то там пошатал, подёргал… И вдруг большая плоскость, что была сверху, плавно поехала вверх. Не знаю как, но наш робот к этому моменту таки успел убрать манипулятор со щупом и теперь стоял, гордый за проделанную работу.

Я подошел к контейнеру, и осторожно заглянул внутрь. Всё внутреннее пространство было разделено на несколько отделений, закрытых плотными крышками. Интересно, их тоже сверлить придётся, или, всё‑таки, открывать их будет немного проще?

Одна из крышек была сдвинута на бок. И в том отделении, что она закрывала, лежали одинаковые пластиковые коробочки. Точно такие‑же, как и те, что вываливались из трещины. Я посмотрел, и да, это было то самое отделение, наружная стенка которого пострадала при падении.

Я взял одну из этих коробочек, и поднёс к глазам. Осмотрел. Крышечка этой коробки держалась довольно плотно, но, как выяснилось, открыть эту штуку было сравнительно просто. Я не очень сильно надавил на выступ на торце, и коробочка открылась. Внутри всё пространство было заполнено ячеистым упаковочным материалом.

Я аккуратно извлёк этот маленький свёрток и осторожно развернул.

Как выяснилось, большую часть пространства занимала упаковка. А внутри свёртка я нашёл маленький металлический кирпичик. Он был сантиметра три в длину и около сантиметра в ширину. Ну и толщина его была примерно миллиметров пять.

– Доминатор, что это? – если эту фитюльку так бережно упаковали, то наверное она представляет какую‑то ценность.

…Это блок памяти. Очень старая модификация…

– Хмм, интересно, – пробормотал я. Раз это носитель информации, то на нём должно быть что‑то записано. И было бы интересно узнать, что именно. Данные эти принадлежали Джоре, а потому ознакомиться с ними нужно в любом случае.

– Доминатор, а как бы нам ознакомиться с данными, которые записаны на этом носителе?

…Проведи пальцем по узкой стороне…

Провёл. Ничего не произошло.

…Попробуй провести по противоположной…

Я последовал этому совету и кирпичик, казавшийся сплошным вдруг распался на две неравные части. Оказалось, что маленькая часть была миниатюрной крышечкой, которая закрывала сложный разъём, торчавший из большей части.

…Боюсь, что сейчас мы не сможем прочесть данные, записанные на этих носителях. Тут требуется специализированный считыватель, которого я в этом контейнере не вижу…

– А если разобрать, распаять, ну…что‑нибудь сделать и попробовать считать данные? – любопытный я, что поделаешь…

…Не стоит. Так ты гарантировано испортишь это запоминающее устройство. Оно и так было довольно капризным. Даже когда было новым. А пролежав  незнамо сколько сотен тысяч  лет на равнине под жёстким космическим излучением, оно вообще могло прийти в полную негодность. Если ты хочешь что‑то извлечь из этих примитивных накопителей, то я рекомендую найти считыватель, который предназначен для работы с ними…

– Ага, легко сказать, найди… – подумал я с досадой. – хотелось сразу… но, ладно, потерпим. Считыватель, вполне возможно, нам где‑то да попадётся. Потом. Если нам очень повезёт. А ведь аппаратура эта настолько старая, что где‑то в других местах мы её и вовсе не имеем шансов найти. Так что если искать, то здесь. А когда искать? И где конкретно? Попадался нам, помнится, какой‑то офис. Но там только пара стульев валялась. Сломанных. Поэтому их наверное и не увезли. Хотя, если тут бросили много всякого, включая и совсем не дешёвый металл, то шансы, наверное, всё‑таки какие‑то есть. Будем посмотреть, как говорится.

Дрищ наклонился вглубь контейнера и потянул за ручку крышки, которая прикрывала одно из отделений.

Похоже, что в этом отделении стояла стопа поддонов. Причём поддоны были небольшими. В каждом из них было по шесть продолговатых гнёзд. И в каждом из этих гнёзд лежал металлический цилиндр серебристо‑белого цвета. Цилиндры были небольшими. Длиной сантиметров десять, и диаметром около четырёх сантиметров. Ну, может, чуть больше. Это я на глазок так прикинул. Дрищ запустил обе руки в контейнер и поднял один такой поддон.

– А он весьма увесистый, – сказал Дрищ, покачав головой. Поддон был сделан из твёрдого пластика. Но, основная тяжесть всё‑таки приходилась на эти металлические цилиндры.

– Ну‑ка, ну‑ка, дай‑ка я гляну, что это за фигня такая… – сказал я, подцепляя один из цилиндров пальцами. И чуть его не уронил. Цилиндрик оказался неожиданно тяжёлым. Килограммов около трёх.

– Однако, – удивлённо пробормотал я, – Эта крохотулька весит, гораздо больше, чем я ожидал.

– Значит плотность этого металла довольно высока, – Чиж озвучил очевидное.

Да, металл очень плотный… Я повертел этот цилиндр перед глазами, и заметил на торце какую‑то затейливую надпись.

…Судя по маркировке, это иридий. Чистота 99,99. Вес слитка –  около двух  килограмм  ов семисот граммов, если в вашей системе мер и весов  …

А почём у нас иридий сейчас на Житаке идёт? – задумчиво спросил я, конкретно ни к кому не обращаясь. Но, едва этот вопрос прозвучал, как Дрищ тут же вынул планшет и начал возить по нему пальцем. Грязным пальцем.

– В прошлом месяце он стоил около 156 кредитов за грамм, – немного нервно сказал Дрищ.

Вот значит вот этот кусочек, – я осторожно подбросил и поймал цилиндр, что держал в руке, – может стоить около четырёх сотен тысяч кредитов…

– А сколько этих кусочков у нас есть? – вполне по деловому спросил Чиж и тоже наклонился над контейнером.

Но Чиж, вместо того, чтобы считать поддоны с иридием зачем‑то приподнял крышку узкого отделения, которое было расположено рядом со стопкой иридиевых поддонов. Он с озадаченным видом вынул оттуда плоскую коробку из плотного тёмного пластика. Открыл.

Со смесью удивления и любопытства на лице вытащил из пенала… Блистер. В таких блистерах, как правило, разные медикаменты пакуются.

– Это что за лекарство? – с некоторым недоумением спросил он.

– Какое бы лекарство это ни было, глотать я его не рекомендую, – это с улыбкой сказал я.

– Почему? – озадаченно спросил Чиж.

– Потому. Что блистер лежал в этом железном сундуке на поверхности Квиетуса не одну сотню тысяч лет… И что могло стать с этими медикаментами, только Ушедшие знают.

…И они не знают…

– Вот, – продолжил я, – Доминатор говорит, что и Ушедшие тоже не в курсе. Давай сюда эту фигню, нечего гадость всякую в рот тянуть…

Он передал мне блистер. И блистер тоже показался мне тяжеловатым. Не как слиток иридия, конечно… Но таблетки от диареи точно столько весить не должны.

Да и выглядели эти таблетки… Странно. Серебристо белые, с голубым отливом… И на каждой что‑то мелкими буквами написано.

…Это осмий…

Глава 23

А на следующий день мы уже стартовали на астероидную базу – менять Тихого на Чижа. И нет, мы от работы не бежали.

Разобрав найденное в том контейнере, мы внезапно поняли, что сейчас у нас уже нет большой надобности лазить в заброшенных строениях в поисках металла.

Оценив то, что было в этом бронированном гробу для великанов, мы пришли к приятному выводу – наши ближайшие потребности в деньгах будут покрыты только за счёт продажи найденного на этот момент диспрозия, и иридия, которого в этом ящике оказалось достаточно много. Хотя, если смотреть по объёму, то не очень… Объём, примерно как одно место багажа в шаттле, который народ перевозит с орбитальной станции на планету и обратно.

Это 589 слитков. И весил этот не сильно заметный объём уже вполне себе заметно – чуть меньше двух тонн. Если точнее, то почти тысячу семьсот килограммов без каких‑то граммов.

А котировки Житака по этой позиции в районе 156 кредитов за грамм, однако.

И мы ведь ещё нашли немного диспрозия. А это тоже копеечка. И не маленькая.

А ещё в сундуке этом было много чего. Вот и платины там тоже было. Правда на сумму, которая была несколько скромнее, но тем не менее, вполне заметная.

То есть тех денег, что мы выручим за эти три позиции, будет достаточно для того, чтобы уже считать нашу экспедицию успешной. Ибо сумма эта уверенно превысила пол‑ярда… Тут я даже поправочку сделал на то, что продавать будем ниже котировок… Всё равно хорошо.

А ещё у нас осмий в таблетках. Но цену за него мы не знаем. Этот очень редкий, а, стало быть и дорогой, металл торгуется не так широко, как, например, платина. Поэтому мы его в расчёт не включали пока.

Да и по остальным позициям цены у нас второй свежести – что в планшете у Дрища было… А это где‑то двухнедельной давности котировки.

Ради этой цифири выходить в сеть и рисковать обнаружить место, где мы сейчас находимся – это такое себе. Вот доберёмся до Латоти, и тогда уже сможем более точно прикинуть, на какую сумму нам досталось этого хабара…

Помимо того, о чём я уже говорил, в контейнере нашлось ещё много всякого разного. И вот эти вещи мы решили пока не продавать. Ну, по крайней мере до того момента, как решим, нужны они нам будут, или не очень. Похоже, в этот контейнер покидали вообще всё, что под руку попадалось.

Нам досталось даже два сервера. По крайней мере, Доминатор сказал, что скорее всего эти штуки являются серверами. Само собой, он сказал, что они безнадёжно устарели. Причём так хорошо устарели, что Доминатор не был даже до конца уверен в том, что ему удалось правильно определить их назначение.

А вот для нас эта аппаратура Т1+ была чем‑то запредельно эффективным. По сравнению,само собой, с тем, чем пользовались мы. А нам доступен пока только уровень Т1 без всяких плюсов.

Что именно было в их памяти мы пока не смотрели, так как Доминатор сказал, что они могли ещё и пострадать от космического излучения. А потому, перед тем, как пробовать что‑то оттуда достать, нужно обложиться всякими хитрыми приборами, которые, если что, помогут нам эти данные считать и сделать так, чтобы они не пропали.

Я спросил Чижа, можно ли это сделать на нашей базе. Но он как‑то замялся. И в конце концов выяснилось, что приборы там есть какие‑то, но это несколько не то, что нам будет нужно для досмотра этих серверов.

Поэтому решили пока не торопиться, оставить эти железяки на базе, а потом подвезти нужную аппаратуру, ну и тогда заняться ими вдумчиво. Там всё равно надо будет создавать серьёзные мощности для ремонта и обслуживания электроники. Так или иначе, а завозить придётся ещё много чего…

Кроме того, в этом контейнере нашлась куча всяких мелочей. Ну, и не только мелочей. Один достаточно большой отсек был забит какими‑то вещицами, про которые моя нейросеть сказала, что это тоже какие‑то носители данных.

Там были какие‑то странные инструменты, о которых даже Доминатор ничего сказать не мог. Приборы непонятного назначения…

Всё это было разложено по футлярам и коробкам.

Было там и несколько гаджетов, очень похожих на наши планшеты.

Ничего из этого мы даже не пытались включать. Так как стандартных энергоячеек для всего для этого в ящике как раз и не оказалось. Но Доминатор обещал сообщить все нужные параметры, чтобы мы могли бы дальнейшем заказать что‑то, что могло бы оживить все эти древние девайсы.

И вот среди этих непонятных приборов мы нашли два о‑о‑очень интересных отсека. Вернее, отсеки эти были самыми обычными. Наш интерес вызвало то, что там хранилось – а там лежало оружие.

Первое из этих двух отделений размещалось вдоль торцевой грани напротив повреждённой.

То, что мы в этом отделении нашли, спутать с чем‑то было трудно. Это было нечто, более всего похожее на штурмовую винтовку. Но это было не кинетическое, а лучевое оружие. И, что интересно, к этому оружию таки имелись энергоячейки. Было этих винтовок шесть штук. И по три энергоячейки на каждую. Всё это лежало там же.

К моему огромному удивлению энергоячейки были частично пригодны для работы.

Сохранились они, видимо по той причине, что каждая из них была запаяна в плотный пластиковый пакет, и, кроме того, была вложена в футляр из тонкого металла.

Доминатор, как и следовало ожидать, это оружие не узнал. Слишком старая модель.

Но, поскольку он знал о более поздних образцах, то смог выявить общие черты. Компоновка этих штуковин была для нас несколько непривычной. У нас такая хоть и встречалась, но достаточно редко. Булл‑пап.

Визуально энергоячейка очень похожа на рожковый магазин для автомата. И вставляется она в гнездо уже за пистолетной рукоятью. Цевьё сделано из плотного пластика. Ствол был ребристым – видимо для лучшего охлаждения.

Вообще я довольно скептически отношусь к ручному лучевому оружию. В дыму, в тумане, и вообще в условиях плохой видимости, мощность луча заметно падает. По крайней мере в современных моделях. Причём не только у нас, но и у старших рас. Хотя у них эти недостатки не настолько ярко выражены.

Но в изученных мною базах первого уровня прямо говорилось о том, что даже при низкой прозрачности атмосферы лучевое оружие Джоре сохраняло до 90% мощности при дистанции стрельбы до тысячи ста метров. Но это говорилось о более новых образцах Т2 и Т2+. А то, что нам сейчас досталось – это,скорее всего, Т1+… Ну, или в лучшем случае Т1++. И эти стволы следует проверять практически.Хотя они в любом случае круче любых нам доступных.

Вот, кстати, и подвернулся случай проверить. А то доступа к такой военной продукции Джоре у меня до сих пор не было.

Но тут последовал облом, и мне пришлось испытать некую фрустрацию. Когда я вогнал энергоячейку в приёмное гнездо, на заднем торце ствольной коробки тут же зажёгся маленький дисплей, где горел красный символ. Энергии хватило только на то, чтобы индикатор заряда ожил и начал работать. И показал, что заряд, нужный для стрельбы, отсутствует.

…Всё таки энергия почти полностью рассеялась…

Ну, я и сам понял. Доминатор только подтвердил мои догадки. Но пострелять жуть как хотелось:

– Доминатор, а мы сможем как‑то подзарядить эти энергоячейки?

…Вообще‑то, да. Они перезаряжаемые должны быть. Но это слишком старая модель, и у меня нет  данных  о том, как конкретно надо делать зарядные устройства именно для этой модели. Нужна или документация, или дополнительны  е  исследовани  я  с целью создания зарядной станции…

– То есть сейчас ничего не получится? –грустно спросил я.

… Боюсь, что нет. Но при наличии хорошей измерительной аппаратуры это будет вполне возможно. Так что предлагаю вернуться к этому вопросу, когда мы окажемся на базе. Думаю, там сейчас уже можно будет рассчитывать на наличие нужных приборов…

Смирившись с тем, что пострелять прямо сейчас так и не получится, я приступил к осмотру второго оружейного отсека.

Там стояло шесть ящичков. И в каждом таком ящике лежал излучатель. Короткоствольный излучатель. И, надо сказать, выглядели эти штуки очень эффектно. По четыре ствола в каждом! Смотрелись они, как бы это сказать… Хищно так смотрелись. Я представил себе на секунду, что эти четыре ствола смотрят мне в лицо, и содрогнулся.

К ним тоже имелись энергоячейки. Но я даже не стал доставать их из упаковки. Всё равно их надо будет заряжать заново, так зачем тогда расстраиваться?

Хотя я, конечно, не удержался от того, чтобы попробовать, как сидит в руке рукоять такого оружия…

Надо сказать, что в ладони рукоять лежала, как будто её специально подгоняли под мою руку. Эргономика на высочайшем уровне.

И, кстати, хоть эта пушка и выглядела довольно большой, вес её не был избыточным.Кой‑какие наши игольники весят больше… Так что теперь не успокоюсь, пока не оценю все эти опасные игрушки в работе.

В общем‑то ничего невозможного, как сказал Доминатор, делать не надо. Зарядную станцию соорудить нам вполне по силам. Остаётся только дождаться, когда мы окажемся на нашей базе.

Поверхностно ознакомившись с сокровищами этого древнего сундука, и поняв, что больше на Квиетусе нам сейчас нет смысла оставаться, мы стали готовиться к старту.

И уже буквально через час «Мавр» начал разгон для прыжка…

Тихий, надо сказать, времени тоже не терял. Пока мы занимались поиском сокровищ, он без дела не сидел и проделал очень большую работу.

И мы это поняли, едва приблизились к базе.

Я несколько удивился, услышав в динамиках связи голос искина. Тембр голоса был женским. Но жизни в голосе не было совсем. Искин же, что вы от него хотели?

Но это не главное. Главным было то, что это был диспетчер! Да, теперь у нас есть диспетчер, который будет делать проводку корабля до места посадки. И «спасибо» за это надо сказать именно Тихому. Как мне кажется, появление диспетчера – это, если так можно выразиться, только вершина айсберга.

Сначала была проделана огромная работа по отладке аппаратуры, которая отвечала за опознание и идентификацию всех кораблей, что появлялись в непосредственной близости от нашей базы.

И, в зависимости от того, чей это корабль и как он себя ведёт, искин принимал решение о том, что с ним делать, с кораблём этим. Либо предлагать, как нам, проводку до базы, либо просто не мешать ему лететь по своим делам… Ну, или если курс по которому этот корабль движется и его поведение не оставляют сомнений в агрессивных намерениях, то может быть принято решение и о том, чтобы его атаковать.

А атаковать у нас есть чем. Управляемые минные поля, средние лазерные батареи, снятые с теперь уже нашего эсминца, кинетические турели, ракетные установки… Ну и много чего ещё. Если что, мало никому не покажется.

А теперь пилот, то есть я, может расслабиться,доверив искину управлять кораблём. И тот уже проведёт корабль и мимо опасных камней, крутящихся в пространстве, и мимо минных кластеров, которые мы уже поставили в окрестностях нашего астероида.

Это сюрпризы для непрошеных гостей. А они будут несомненно, гости эти – это только вопрос времени. И к радушной встрече этих самых гостей надо готовиться заранее. Не спеша. С чувством, с толком, с расстановкой.

Так вот, искин с ходу, не здороваясь, предложил свои услуги. Причём сделал это тоном, не терпящим возражений:

– Пилот фрегата «Мавр»! Ваш транспондер значится в списке доверенных устройств базы. Вам разрешен проход до базы. Для безопасной проводки корабля до посадочного ангара настоятельно рекомендую передать управление диспетчерской базы. Для этого проделайте следующие операции…

Дальше посыпались последовательности кодов и прочая цифирь. Но это всё уже воспринимал и обрабатывал искин корабля – на него я перекинул все рутинные действия.

В том числе и идентификацию. А то, кто его знает, чей искин на контакт с нами вышел. Говорить он может всё, что угодно, а вот обмен кодовыми цифровыми последовательностями нужно сделать в любом случае. И только получив уверенность в том, что мы говорим действительно с искином базы, можно переходить и к остальным действиям.

Но всё оказалось нормально, и база приняла на себя управление фрегатом. Всё время,что оставалось до посадки, мы с ребятами провели в кают‑компании, наслаждаясь натуральным кофе.

Тихий встретил нас прямо у трапа. То есть, если быть совсем уж точным, то у аппарели.

На его, обычно бесстрастном, лице цвела радостная улыбка. Видимо улыбался он от осознания того, что его заточение на этом огромном булыжнике, нарезающем круги по орбите, подходит к концу.

Похоже, быть запертым в ограниченном объёме с нашими мрачными техниками – это удовольствие на любителя, типа Чижа. Да и тот тоже потребовал и добился отпуска. Пусть и такого… своеобразного…

Но ничего. Теперь он с новыми силами впряжётся в работу, позволив Тихому наконец покинуть это место.

Хотя придёт время, и нам всем придётся обживаться на базе и заново привыкать к жизни в суровых условиях открытого космоса, вне комфорта обжитых планет.

Я боюсь, что по мере того, как мы будем обрастать людьми и ресурсами и наши проблемы тоже будут умножаться.

Ведь чем больше у тебя есть всяких ништяков – тем больше желающих отнять у тебя всё это. А потому будут периоды, когда нам будет опасно находиться на Латоти‑3.

Да хотя бы сейчас там уже не безопасно. Конечно, пираты не рискуют навалиться на нас открыто, но кто знает, как события будут развиваться в дальнейшем…

– Привет, ребята! – Тихий раскрыл объятия и начал надвигаться на нас. Ну, по комплекции это не Бо́бер, так что можно и обнимашки устроить, – как же я рад вас видеть!

Он стиснул в объятиях Дрища так сильно, что тот даже как‑то сдавленно крякнул.

Но дальше мы уже просто пожимали друг другу руки – первый и самый сильный взрыв эмоций миновал. Мы отделались, как это говориться, лёгким испугом. Ну, разве что Дрищу немного рёбра помяли, но ничего, переживёт…

Не дав нам даже рта раскрыть, Тихий продолжил:

– Так, ладно, пошли уже внутрь. – он сделал приглашающий жест, – я там еды приготовил. Поедим как следует, заодно и расскажете, что там нарыли… Мне же интересно.

И мы без возражений двинулись за ним по коридорам, прорытым в толще астероида…