Текст книги "Холокост в Украине: Рейхскомиссариат «Украина», Губернаторство «Транснистрия»: монография."
Автор книги: Александр Круглов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 64 страниц)
В ноябре 1941 г. было создано гетто (лагерь) в с. Лучинец для евреев из Бессарабии и Буковины, депортированных румынскими властями в «Транснистрию». Дома, в которых были размещены евреи, ограждались колючей проволокой. В небольшие комнаты втискивали по несколько семей. Люди спали на голых нарах, не раздеваясь. От голода и антисанитарии среди евреев возникла высокая смертность. Особенно высокой она была среди детей. Зимой 1941-1942 гг. от туберкулёза, тифа и дизентерии детское население гетто сократилось почти наполовину. К весне 1942 г. детей осталось меньше трети. Начиная с 1942 г., в гетто стали впускать крестьян из близлежащих сёл – обменивать продукты на вещи. В центре Лучинца стихийно образовался базар. Некоторые узники сумели припрятать мелкие драгоценности: золотые цепочки, кольца, серьги и т. д. На них можно было выменять картошку, муку, крупы. Тогда же мужчин стали использовать на торфяных разработках, а женщин отпускать в деревню на заработки. За трудодень получали килограмм картошки{207}. В общей сложности, в Лучинце в 1941-1942 гг. от голода и болезней умерли 1 евреев{208}. В январе 1943 г. гетто в Лучинце, а также в других населённых пунктах «Транснистрии» посетила, с разрешения румынского правительства, делегация комитета помощи Центрального бюро румынских евреев. Делегация обнаружила в гетто 2897 евреев; количество еврейских детей-сирот составляло 116 человек{209}. На 1 сентября 1943 г., после того как часть евреев в середине 1943 г. отправили на работы, в гетто находились 1007 «румынских» евреев (177 – из Бессарабии и 830 – из Буковины){210}.
В уезде Балта (винницкая часть) самым крупным было гетто в Бершади, созданное в сентябре 1941 г.{211} Территория охватывала 12 переулков и 337 домов. Гетто не было огорожено колючей проволокой, однако выход за его пределы карался смертью. Правление возглавлял Эли Марчак{212}. В октябре-ноябре 1941 г. в гетто были вселены около 15000 евреев из Бессарабии и Буковины, а в декабре 1941 г. – несколько тысяч евреев из Одесской обл.; в частности, из Балты было вселено около 1500 евреев (около 500 из них вскоре вернулись в Балту){213} и из с. Песчаная – около 500 евреев{214}. В общей сложности, в гетто было сосредоточено более 20000 евреев. Румынские евреи были размещены в домах местных евреев по 15-25 человек в одной комнате, под жильё было занято даже здание синагоги. Евреев использовали на разного рода принудительных работах -рубке деревьев, мощении дорог, в различных мастерских. За работу они не получали ни денег, ни еды, так что были вынуждены менять вещи на продовольствие или работать у украинских крестьян, подвергаясь риску быть расстрелянными за пребывание вне гетто. Уже в декабре 1941 г. в гетто началась эпидемия сыпного тифа, от которой за короткий срок умерли более 8000 человек{215}. Материальное положение жителей гетто несколько улучшилось в 1942 г., когда стала поступать помощь от еврейских организаций Бухареста. В гетто были созданы аптека, инфекционная больница на 65 коек и бесплатная столовая на 450 человек. Особой проблемой были дети-сироты, которые просили подаяние на улице, умирали от голода и холода. Весной 1942 г. комитет гетто арендовал комнату и разместил в ней первую группу из 10 сирот, выписанных после выздоровления из больницы. Осенью того же года на деньги, присланные еврейскими организациями Бухареста, был арендован дом из четырёх комнат, в котором разместили 122 ребёнка в возрасте от 5 до 16 лет. 135 детей были отданы в семьи, материальное положение которых представлялось относительно благополучным. Ещё 60-70 детей в конце ноября 1942 г. поселили в детском доме в Балте. В середине 1943 г., благодаря финансовой помощи из Румынии, для воспитанников детского дома приобрели ношеную одежду. С детьми-сиротами занимались учителя, а со второй половины 1943 г. в Бершади действовала школа уже для всех детей гетто, учителя в ней работали бесплатно, а преподавание велось на румынском языке. В начале марта 1944 г. сироты младше 15 лет были отправлены в Румынию{216}.
На 1 апреля 1942 г. в гетто проживало 7279 евреев (3635 мужчин, 2217 женщин и 1427 детей){217}. В январе 1943 г. делегация комитета помощи Центрального бюро румынских евреев зафиксировала в гетто 9200 евреев, в том числе 6950 «румынских» евреев (из Бессарабии и Буковины) и 2250 украинских евреев; количество еврейских детей-сирот составляло 257 человек{218}. К середине 1943 г. количество евреев в гетто уменьшилось до 8061 (очевидно, после вывоза 1000 евреев в рабочий лагерь){219}. На 1 сентября 1943 г., после того как в августе 1943 г. ещё 1203 еврея были вывезены на работу{220}, в гетто находился 5261 «румынский» еврей (1998 из Бессарабии и 3263 из Буковины){221}, на 20 октября 1943 г. – 6743 еврея (1396 мужчин, 3962 женщины и 1385 детей){222}.
В гетто в 1942-1944 гг. действовала группа сопротивления, которой руководил Иосиф Блиндер. Эта группа установила связь с партизанским отрядом (командир отряда – Яков Талис), который действовал в районе Бершадь. Евреи оказывали помощь деньгами, вещами и медикаментами, а также прятали в гетто партизан{223}. В наказание за помощь партизанам 11 февраля 1944 г. были расстреляны 173 еврея и 11 марта 1944 г. – 154 еврея{224}. Среди убитых были Эли Марчак и Иосиф Блиндер.
В сентябре 1941 г. было также создано гетто в с. Чечельник. В него было согнано около 1000 местных евреев, а также евреи-беженцы из Кодымы и Песчанки. Всем заключённым было предписано носить на одежде жёлтую шестиконечную звезду{225}. В ноябре 1941 г. в гетто были также помещены свыше 1000 «румынских» евреев, депортированных в «Транснистрию» из Бессарабии и Буковины. Очень холодная зима 1941-1942 гг., голод, большая скученность людей в домах привели к массовым эпидемиям, в первую очередь тифа и дизентерии. Среди депортированных евреев были врачи, готовые бесплатно оказать помощь, но у них не было лекарств. Смертность среди евреев, особенно «румынских», имела в ту зиму массовый характер – умерли около половины всех жителей{226}. Гетто в Чечельнике управлял комитет, который возглавляли Иосиф Заславский (после войны за сотрудничество с оккупантами был приговорён к 15 годам исправительно-трудовых лагерей), Хаим Фишер, Биленький и Грановский, исполнительным органом комитета была еврейская полиция под руководством некого Волоха; комитет и еврейская полиция подчинялись посту румынской жандармерии. По распоряжению жандармерии, евреи выполняли принудительные работы на железнодорожной станции, на сахарной фабрике, на полях. Около 60 молодых евреев в 1943 г. были отправлены в Николаев на строительство мостов, из них 15 человек погибли. Выход за пределы гетто карался расстрелом. Несмотря на это, многие шли в прилегающие украинские села и у крестьян либо выпрашивали еду, либо пытались её заработать своим трудом. В январе 1943 г. в Чечельник стала регулярно поступать материальная помощь из Бухареста, была открыта столовая для детей и нуждающихся{227}.
На 1 апреля 1942 г. в гетто проживало 2006 евреев (604 мужчины, 938 женщин и 464 ребёнка){228}. В начале апреля 1943 г. в гетто находилось 1638 евреев{229}, на 1 сентября 1943 г., не считая местных, – 475 «румынских» евреев (421 – из Бессарабии и 54 – из Буковины){230}, на 20 октября 1943 г. – 1693 еврея (450 мужчин, 856 женщин и 387 детей){231} и в конце февраля 1944 г. – 1673 еврея{232}. Согласно донесению претуры района Чечельник от 8 марта 1944 г. в префектуру уезда Балта, в гетто имелось 1650 евреев, в том числе 1184 украинских (311 мужчин, 589 женщин и 284 ребёнка), 395 – из Бессарабии (113 мужчин, 209 женщин и 73 ребёнка) и 71 – из Буковины (26 мужчин, 35 женщин и 10 детей){233}.
17 марта 1944 г. Чечельник был освобождён. Большинство евреев пережили оккупацию, и еврейская община в Чечельнике сохранилась.
В сентябре 1941 г. было создано гетто и в Ольгополе, осенью 1941 г. в него были помещены несколько сотен евреев из Бессарабии. В ноябре-декабре 1941 г. часть евреев умерла от эпидемии тифа. В сентябре 1942 г. в гетто стала поступать помощь от комитета помощи в Бухаресте и была открыта общественная кухня для нуждающихся. Когда в мае 1943 г. в Ольгополь прибыли примерно 100 румынских евреев из лагеря Вапнярка, руководство гетто было реорганизовано. Был создан комитет с двумя руководителями – официальным (еврей из Трансильвании) – для решения внешних задач, и неформальным -для решения внутренних задач. Официальный руководитель убедил румынские власти дать гетто автономию в делах, относящихся к порядку, дисциплине и назначению на работу. Кто из евреев работоспособный, теперь стали определять еврейские врачи. Была реорганизована и расширена общественная кухня, а также создана зубоврачебная клиника. Для предотвращения новой эпидемии тифа евреи получили разрешение пользоваться баней за пределами гетто. По инициативе молодёжных советников из Румынии было организовано культурное и социальное обслуживание детей{234}.
Совет гетто установил связь с партизанами, а также с заключёнными лагеря в Вапнярке. Некоторые итальянские солдаты, которые дислоцировались близ Ольгополя, помогали евреям продовольствием, а также помогали связаться с родственниками в Румынии{235}.
На 1 апреля 1942 г. в гетто проживал 691 еврей (140 мужчин, 330 женщин и 221 ребёнок){236}. В начале апреля 1943 г. в гетто насчитывалось 765 евреев{237}. На 1 сентября 1943 г. среди евреев был 191 человек из Бессарабии (164) и Буковины (27){238}. На 20 октября 1943 г. – 871 еврей (306 мужчин, 417 женщин и 148 детей){239}, в конце февраля 1944 г. – 754 еврея (234 мужчины, 385 женщин и 135 детей){240}.
Общее количество местных евреев в румынской зоне оккупации установить трудно, поскольку в созданных гетто и лагерях находились многочисленные евреи из Бессарабии и Буковины и деление погибших на местных и привезённых не производилось. О количестве евреев в некоторых населённых пунктах дают представление записи члена делегации комитета помощи Центрального бюро румынских евреев Ф. Шараги; делегация (4 человека) с разрешения румынского правительства посетила «Транснистрию» в первой половине января 1943 г. Из записей Шараги видно, что в отдельных населённых пунктах в то время ещё имелось следующее количество евреев{241}:
Населённый пункт
Всего евреев
В том числе
румынские
местные
Бершадь
9200
6950
2250
Кацмазов
1200
1200
Казачовка
300
300
Копайгород
2200
Красна
995
665
330
Деребчин
200
Джурин
4050
3053
997
Карышков
400
Яруга
785
416
369
Лучинец
2897
Могилёв
15000
12000
3000
Мурафа
4500
3700
800
Озаринцы
850
550
300
Немерче
402
Винож
200
Ободовка
1460
Поповцы
1200
Шаргород
5300
3500
1800
Жмеринка
3274
2074
1200
Станиславчик
200
Троповое
650
Тульчин
250
Верховна
980
[44]
Вендичаны
750
Ольгополь
724
Согласно материалам ЧГК, в этой зоне погибло более 70000 евреев, из которых ориентировочно 30000 были местными и более 40000 привезёнными из Бессарабии и Буковины.
Истребление на территории области евреев из Бессарабии и Буковины.
Согласно отчёту айнзатцгруппы D полиции безопасности и СД от 2 сентября 1941 г., румыны в конце июля 1941 г. перегнали в Винницкую обл. из Бессарабии и Буковины примерно 35000 евреев{242}. Так, 29 июля около 6000 евреев румыны перегнали в Ямполь. Узнав об этом, 11-я армия в этот же день отдала следующий приказ 54-му армейскому корпусу, главному строительному штабу (Oberbaustab) 19, айнзатцгруппы D и оберквартирмейстеру армии{243}:
По сообщению 30-го а. к., в Ямполе и Сороках находится большое количество евреев, которых, предположительно, румыны собираются депортировать из Бессарабии в Украину. Самодеятельность рум. военных и гражданских ведомств в этой области заставляет ожидать подобных мероприятий также на других переправах. Это предположение подтверждается неофициальным сообщением румынского офицера связи, согласно которому румынские ведомства намерены депортировать евреев и русских Бессарабии на восток.
Осуществление этого намерения следует предотвратить любыми способами.
Для этого до прибытия погранвойск в качестве переходных мероприятий предписывается:
1. Оцепление Днестра на участке 3-й румынской армии на всех переправах берет на себя айнзатцгруппа D немецкой полиции безопасности. Движение через Днестр запрещается для всех лиц, которые не принадлежат к немецкому, румынскому или итальянскому вермахту, эскорту немецкой армии или организаций НСДАП. Скопления евреев, беженцев и пр. в населённых пунктах близ переправ следует ликвидировать. Всех трудоспособных лиц следует привлекать к работам (сбор урожая). Русских призывного возраста, которые подозреваются в том, что они избежали плена, переодевшись в гражданскую одежду, следует доставлять в лагеря пленных.
2. Оцепление переправ через Днестр, расположенных южнее, берут на себя главный строительный штаб 19 на переправе в Ямполе штаб 54-го а. к. на своём участке.
Одновременно армия приказала командиру 683-го дивизиона полевой жандармерии майору Отто Эркслебену разобраться в ситуации в Ямполе и принять необходимые меры. В донесении от 1 августа 1941 г. Эркслебен так описал происходившее в Ямполе{244}:
30 июля 41 в 15.00 я получил от оберквартирмейстера приказ поехать в Ямполь и там установить, что произошло в связи с депортацией румынских евреев, и на месте принять необходимые меры. Из-за размытой дороги я прибыл в Я. только 31 июля 41.
Произведённые расследования, в том числе с ортскомендантом в Ямполе майором Клеммом из военного патруля, командиром 1-й роты 683-го див. полев. жанд. и командиром 1-й роты 756-го батл. регул. движ., выявили следующие фактические обстоятельства дела:
29 июля 41 в сопровождении румынских офицеров и рядовых 5000-6000 евреев из Бессарабии были депортированы по мосту близ Ямполя в немецкую сферу интересов восточнее Днестра. Комендант моста и регулировщики движения позволили этой колонне пройти по мосту, так как её сопровождали румынские солдаты, не знавшие о приказах в этом отношении.
Евреи, теперь уже без охраны, заполонили Ямполь и обшарили дома в поисках продовольствия и пр. Из-за грабежей и ожидаемой опасности эпидемии евреи были собраны и все вместе размещены в одной части города. Утром 30 июля им приказали построиться в колонну; был назначен ответственный руководитель, евреям, насколько это было возможно, выдали продовольствие. Затем 5400 евреев вновь по мосту были возвращены из Ямполя в Сороки. Уже во время этой краткой транспортировки умерли несколько детей, которых было велено захоронить.
Кроме того, одному румынскому конному обозу, который подчинялся немецкой дивизии, было вменено в обязанность погрузить и забрать в Сороки тех евреев, которые из-за утраты сил упали в грязь и там остались лежать.
В тот же день, в 21.30 и около 3.00, румыны вновь попытались вернуть по мосту в немецкую сферу интересов колонну евреев численностью 600-700 человек. Однако назначенные полевые жандармы и члены бат. регул. движ. этому воспрепятствовали. Другие попытки до вечера 31 июля не предпринимались.
В ходе моего расследования офицеры, в числе прочего, сообщили мне следующие подробности:
Румынские военные уже несколько недель гоняют евреев с одного места на другое. Часть евреев была, предположительно, из Тарнополя. Как рассказали вышеуказанным офицерам немецкоговорящие евреи, румынские солдаты неоднократно говорили евреям, что эти мероприятия проводятся по распоряжению немецкого главного командования в Румынии. Евреи неоднократно умоляли наших офицеров, чтобы их, наконец, велели застрелить, так как все они и так постепенно будут замучены до смерти. Румынское сопровождение и румынская мостовая команда ограбили пленных евреев, отобранные деньги были сложены в мешок (у отдельных солдат, по слухам, имелось до 12 наручных часов). Один немецкий унтер-офицер видел, как солдат из сопровождения увёл отставшую молодую еврейку в поле и там совершил с ней половой акт.
Во время транспортировки несколько евреек разрешились от бремени на открытом поле и остались там лежать, при этом никто о них не позаботился.
Как я установил в Сороках, евреи, которые вновь были под румынской охраной, лежали на нескольких улицах на тротуарах; другие, особенно старые евреи, тащились, поддерживая друг друга, поодиночке и группами в Сороки. Большая часть евреев была отправлена – не по путям подвоза – из Сорок в западном направлении.
...
Порядок в Ямполе вновь восстановлен. Проживающим там евреям ортскомендант отдал строгие распоряжения: запрет покидать местожительство, обязанность работать, назначение ответственного руководителя, обязанность уборки всех еврейских квартир, запрет появляться на улице с 19.00 до 6.00.
На Ямпольском мосту на обеих сторонах рядом с регулировщиками движения установлены посты полевой жандармерии, которые имеют строгое указание препятствовать всякой новой депортации и самочинному прохождению моста евреями и другими штатскими. Из состава 683-го див. полев. жанд. назначены по одному взводу в Ямполь и Сороки для поддержания порядка и безопасности. Другие мероприятия в настоящее время не требуются. Если по случаю вышеуказанного происшествия туда были назначены другие силы, они могут быть отозваны.
Также 29 июля 1941 г. командование 11-я армии приказало айнзатцкоманде 12 передислоцироваться из Яссы в Ямполь, а зондеркоманде 10b – из г. Черновцы в Могилев-Подольский и одновременно поручило последней
Предотвращение переселения евреев из области западнее Днестра на Украину, особенно на переправах Жванец, Козлово и Могилёв{245}.
Во исполнение приказов 11-й армии, команды группы вернули из числа депортированных евреев через Могилев-Подольский и Ямполь примерно 27500 человек, а 1265 расстреляли{246}. Расстрелы имели место в районе с. Яруга (Могилев-Подольский р-н). Согласно акту районной комиссии от 3 ноября 1944 г.{247}
28 июля 1941 года немецко-фашистские оккупанты гнали вблизи м. Яруги еврейское население, насильно выселенное из Бессарабии и Северной Буковины, по направлению Могилёв – Ямполь. К вечеру, когда большая часть народа уже прошла, прибыли в м. Яругу немцы – отряд СС на грузовых машинах, из местечка направились на дорогу и задержали в разных местах дороги свыше 1000 чел., которых тут же на дороге расстреляли и закопали в ямах, детей бросали в ямы живыми.
Присутствовавший гр-н Кесельман Шлема Гершкович показал: «Во время расстрела я находился неподалёку от места расстрела, слышал крики и стоны расстреливаемых, потом я вместе с другими гражданами м. Яруги закапывал расстрелянных».
Подробности немецкого противодействия депортации евреев в Украину мы узнаем, в частности, из донесений претора 2-й румынской армии подполковника Поитевина главному претору генералу Топору за 6 и 8 августа 1941 г. В донесении № 72 от 6 августа 1941 г. отмечается{248}:
Жандармский легион Сороки докладывает, что 5 августа немцы вернули из-за Днестра в Атаки 3000 евреев из тех 12000, которые были переправлены через Днестр в Могилёв. Ожидается возвращение и остальных. Отдан приказ препятствовать их возвращению.
Из донесения № 74 от 8 августа 1941 г.{249}:
[...] 7 августа немецкая полиция попыталась переправить в Атаки примерно 4500 евреев; румынские органы воспрепятствовали этому, колонна была возвращена, возможно, направлена к Ямполю, чтобы быть переправленной в Сороки{250} [...]
Донесение главного претора главному командованию румынской армии 12 августа 1941 г.{251}:
Инспектор жандармерии Черновцы докладывает, что в Могилёве имеется 12000 евреев, которых немцы собираются отправить в Румынию.
Прошу отдать приказ по этому делу.
Донесение № 79 от 17 августа 1941 г. претора 2-й армии главному претору{252}:
Утром 17 августа немцы переправили из Ямполя в Косоуцы 12500 евреев, вероятна, из тех, кто бежал с русской армией. Евреи были помещены на луг близ Косоуцы, где они находятся под охраной жандармов, пограничников и допризывников. Яломица секция 2 сообщила о намерении немцев ночью 16 августа в 23 часа и об их прохождении.
Донесение инспектора жандармерии Кишинёва полковника Мекулеску главному претору 19 августа 1941 г.:
Докладываю, что в ночь с 17 на 18 августа 1941 г. были переправлены из Украины в Бессарабию по Косоуцкому мосту, уезд Сорока, 12500 евреев. Отдан приказ по телеграфу легиону Сорока немедленно отправить их через Днестр в Украину.
19 августа 1941 г. через Днестр немцы переправили ещё 2000 евреев{253}.
М. Брейтман и И. Лернер в своих записках «о зверствах румынско-немецких оккупационных войск против евреев Бессарабии и Буковины» так описали мучения, которые выпали на долю евреев, депортированных через Днестр в конце июля 1941 г.{254}:
...Вышли из Секурян и ночевали в поле под открытым небом. Утром направились к Днестру в деревню Волошково и через понтонный мост – в село Козлов{255}. В Козлове за селом согнали всех. Там уже были секурянские евреи, часть единецких, липканских и из всех сёл и деревень, числом до 25000 евреев. На открытом вспаханном поле велели всем собраться. Окружили цепью из жандармов и угрожали смертью тем, кто выйдет за цепь. К вечеру пошёл дождь, и люди остались под дождём, на мокрой земле, тонули в грязи, без подстилки, без еды и питья. Лишь на второй день разрешили пойти к колодцу набирать воды. Некоторые, хотевшие достать немного соломы для подстилки, чтоб не тонуть в грязи, были безжалостно расстреляны на месте. Так пробыли 3 дня. Комендант села офицер Попеску навещал лагерь и за подарки в виде золотых вещей, смушек, кожи для сапог давал различные льготы: как пойти в село за провизией, переночевать в какой-нибудь разорённой хате. Но не у всех были золотые вещи и шкурки! Народ изнемогал! Но вот разнёсся слух, что будут отправлять евреев партиями на работу в окружные сёла, в колхозы. Действительно, начались составляться группы из 300-400 человек и более, которые уходили в сёла, причём каждой такой группе румынский офицер (конечно, за большое вознаграждение) выдавал письменный приказ к старосте села..., чтоб принял евреев под командой такого-то еврея, который должен их обеспечить работой и средствами для существования. Люди начали занимать сёла и деревни в зоне от Козлова – Лядова до предместий Могилева-Подольского, как: Лядова, Хоньковцы, Серебрии, Израйловки, Ольчедаева, Серебринцев и т. д. Изгнанники думали уже отдохнуть от румынских жандармов и в селе немного пищи найти, но через пару дней явились немецкие СС, которые нагайками и выстрелами подняли едва осевших евреев и велели всем идти в Могилев-Подольский. Потянулись снова толпы изгнанников по дорогам; каждый раз присоединялись к ходившим евреям и другие евреи с деревень и сёл, находившихся поблизости шоссейной дороги Каменец[-Подольский] – Могилёв; без пищи, все голодные, поедали из оставленных колхозных огородов сырую картошку, огурцы, морковь и другие овощи. Этим поддерживали своё существование до Могилёва. Некоторые сострадательные селяне выносили хлеб и другие продукты, боязливо спрашивая, не ходят ли румынские или немецкие жандармы, так как те строго наказали под страхом суровой расправы ничего не давать и не продавать евреям.
В первых числах августа в Могилёв-Подольский через предместье Немия прибыли около 5000 евреев, – мужчин, женщин и детей – и расположились на земле под открытым небом. Прибыли утром и начали ждать распоряжений. Говорили, что уже возвращают евреев домой, так как уже кончился штрафной круг наказания, который наложил на евреев Антонеску (румынский маршал и глава государства) за приписываемые им будто бы оскорбления румынской армии... Ждали долго приказа и не дождались. Часов в 10 вечера, когда измученные евреи улеглись на голой земле спать, появилась группа СС и приказала евреям подняться, и стали гнать их к Днестру. Подгоняемые ужасом и страхом смерти люди бежали, как затравленные, отстававших расстреливали на месте. Так добежали до понтонного моста. Румынские посты, находившиеся на мосту, спрашивали, куда их снова гонят. Смертельно усталые переходившие мост упали на землю на склоне высокого Атакского берега Днестра...
Но не все евреи, перешедшие мост 25 июля из Волошкова в Козлов, перешли потом обратно в Могилёв – Атаки. Первая ночная переправа немцами евреев в Бессарабию была для румын неожиданностью. Они опомнились и больше не пускали евреев обратно. Поэтому много евреев собралось в Могилёве. Могилёвский понтонный мост был разобран и построен ниже: Косоуцы – Ямполь. Собралось в Могилёве человек 30000 – большая половина бричанских и секурянских евреев, единецкие и липканские и часть евреев Северной Буковины, которых успели перебросить через Днестр. Немцы не хотели иметь евреев в Могилёве. Они их выгнали в Сказинцы, где продержали в казармах неделю. За это время они успели расстрелять 8-10 тысяч человек. Помог им начальник украинской милиции Волошин (?). Из Сказинцев немцы погнали евреев в Ямполь и там их переправили на бессарабский берег Косоуцы...
Согласно информационному бюллетеню инспектора жандармерии в «Транснистрии», за 15 декабря 1941 – 15 января 1942 г. через Ямполь и Могилев-Подольский в ту часть Винницкой обл., которая вошла в состав «Транснистрии», осенью 1941 г. были эвакуированы 91189 евреев из Буковины и Бессарабии{256}. В июне 1942 г. из Дорохой (Румыния) и г. Черновцы в Винницкую обл. (уезд «Тульчин») было депортировано соответственно 450 и 4000 евреев{257}, а в сентябре 1942 г. из Румынии в лагерь Вапнярка – 1046 евреев-коммунистов{258} и из г. Черновцы – ещё 500 евреев.
В совокупности, в Винницкую обл. было депортировано более 97000 евреев.
Нижеприведённая таблица даёт представление о распределении депортированных евреев по отдельным населённым пунктам по состоянию на август 1942 г. и начало 1943 г.:
Населённый пункт
Кол-во евреев август 1942[45]
Кол-во евреев март 1943[46]
Уезд Могилёв
Могилёв-Подольский р-н
Могилёв-Подольский
12200
12588
Бандышовка
53
Бронница
6
Кукавка
111
238
Яруга
679
467
Озаринцы
400
480
Садовая
19
Следы
377
343
Троповое
600
582
Вендичаны
835
746
Итого в районе
15522
Шаргородский р-н
Шаргород
4500
3085
Копыстырин
500
250
Деребчин
200
285
Джурин
3972
2930
Ивашковцы
600
298
Лозовая
104
Мурафа
3490
2510
Носиковка
67
Политанки
120
Пеньковка
36
Рудянское
99
Итого в районе
9784
Копайгородский р-н
Копайгород
1600
1161
Кошаринцы
277
170
Карышков
282
301
Кузьминцы
175
292
Грабовцы
486
294
Гальчинцы
223
120
Горай
150
83
Громовка
200
81
Грынивка
389
241
Юзина (luzina)
390
41
Лучинец
2360
1307
Лучинчик
391
106
Немерче
453
304
[Высше]Ольчедаев
23
Поповцы
905
791
Плоское
25
Примощаница
173
Романки
282
59
Степанки
371
221
Володиевцы
156
43
Винож
279
220
Итого в районе
6056
Балковский р-н
Балки
618
849
Кияновка
33
Елиновка
15
Итого в районе
897
Красновский р-н
Красное
296
274
Тывров
850
744
Ворошиловка
238
639
Итого в районе
1657
Жмеринкский р-н
Жмеринка
1849
241
Кацмазов
376
Станиславчик
203
84
Затишье (Носковцы)
576
357
Итого в районе
1058
Ярница (Jarsnica)
200
Красное (Червоное?) Копайгородский р-он
180
Горди
264
Меневка (Meniovca)
288
Кунефка (Cuniefca)
104
Сказинцы Могилев-Подольский р-н
2900
Обухов Копайгородский р-н
286
Мариновка (Марьяновка?) Копайгородский р-н
233
Мытки Балковский р-н
204
Мартыновка Балковский р-н
393
Матейково Балковский р-н
128
Иванковцы Красновский р-н
118
Зайтинатов (Zaitinaţov)
120
Всего в уезде
48831
34974
Уезд ЖУГАСТРУ
Ямполь
500
Черневцы
2000
Крыжополь
1300
Жабокрич
200
Мястковка
800
Вапнярка
1200
Всего в уезде около
6000
Уезд БАЛТА
Бершадский р-н
Бершадь
9800
Пилипоновка
120
Флорино
85
Шумилов
160
Кошаринец
125
Сумовка
140
Бырловка
90
Маньковка
150
Яланец
145
Мал. Киреевка
250
Берёзка
80
Поташня
135
Войтовка
280
Устье
250
Вёл. Киреевка
90
Итого в районе
12310
Ободовский р-н
Ободовка
1550
Верховка
860
Цибулевка Старая и Новая
490
Стратиевка
145
Каташин
320
Бондуровка
250
Торкановка
180
Жабокричка
400
Ферма Дубина
130
Буды
220
Новая Ободовка
80
Татаровка
350
Итого в районе
4975
Чечельник
1400
Ольгополь
724
Уезд ТУЛЬЧИН
Тульчин
500
Печера
1200
Ладыжин
Анциполовка
Василевка
Итого в уезде
около 3500
ВСЕГО
около 64000
Ha 1 сентября 1943 г., согласно румынским официальным данным, в области ещё имелось 47522 депортированных (без учёта лагеря Вапнярка, а также, предположительно, уезда Дорохой и «старого королевства»), в том числе 12116 – из Бессарабии и 35406 – из Буковины{259} и 1046 евреев в лагере Вапнярка. По уездам евреи распределялись следующим образом:
Уезд
Кол-во населённых пунктов, в которых имелись евреи
Всего евреев
Балта
17
11551
Могилёв
54
32002
Тульчин
9
2344
Жугастру
8
1625
4 уезда
88
47522
В середине ноября 1943 г. «румынские» евреи распределялись по уездам следующим образом{260}:
Уезд
Буковина
Бессарабия
Дорохой
«Старое королевство»
Всего
Балта
4703
4790
58
309
9860
Могилёв
24459
5117
6199
51
35826
Тульчин
711
56
103
5
875
Жугастру/ Ямполь
893
755
4
2
1654
30766
10718
6364
367
48215
Таким образом, в 1941-1943 гг. из числа депортированных «исчезли» около 50000 человек.
Положение депортированных евреев было катастрофическим, они массово умирали от голода и болезней, особенно зимой 1941-1942 гг. Так, претор Бершадского р-на и заведующий районным отделом здравоохранения в рапорте от 4 ноября 1941 г. на имя префекта уезда Балта положение вновь прибывших в район евреев описывают следующим образом{261}:
После обследования жидовских лагерей в нескольких сёлах, довожу к Вашему сведению нижеследующее:
1. Во многих сёлах жидов поместили в свинарнях.
2. Все они истощены, большинство с голодными отёками, с трофическими язвами.
3. Все завшивлены.
4. В каждом лагере обнаруживается по несколько человек с высокой температурой и симптомами болезней, подозрительных на сыпной тиф.
5. Из колхозов получают питание только те из них, которые работают, остальные же (а их большинство) бродят по селу, меняют свои завшивленные вещи на продукты питания и тем самым распространяют заразу по сёлам.
6. Старосты сел получили распоряжение претуры о строгой изоляции жидов, но ничего из этого не выходит.
Где мы обнаруживаем явные признаки тифа, туда посылаем своих санитарных работников с дезкамерой и дезматериалом, но провести дезинфекцию нескольких тысяч жидов тогда, когда каждый раз прибывают свежие партии из других районов – мы не имеем физической возможности.
В Бершади уже организованы два барака для жидов; в сёлах Войтовке, Пятковке, Флерино – по одному бараку, но, несмотря на принятые меры, инфекция распространяется на украинское население, и наше инфекционное отделение при больнице переполнено, перед нами стоит вопрос об открытии второго барака.
