Текст книги "Холокост в Украине: Рейхскомиссариат «Украина», Губернаторство «Транснистрия»: монография."
Автор книги: Александр Круглов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 64 страниц)
...Из каких сел привозили еврейское население я не знаю, но я руководил доставкой из сел Красноселка... Октябрьфельд, Ворошиловка, Гупаловка{37}, Ротенпоер{38}, Куйбышево... Мною было дано устное приказание всем посыльным о задержании и приводе еврейского населения в Новозлатополь. Это распоряжение должно было передаваться старостам колхозов, которым вменялось в обязанность возглавить задержание и привод еврейского населения (допрос 22 сентября 1943 г.)
Мои посыльные выполнили распоряжение. Они передали старостам общин приказ доставить всех евреев, и это распоряжение было выполнено. Доставленных евреев принимала моя охрана. Днём за арестованными следили гестаповцы, а ночью, когда немцы выезжали в село Фёдоровку, что доставленных арестованных евреев охраняли только мои люди (...)
Моя охрана хорошо сторожила арестованных, и побегов не было. Всех доставляемых и сдаваемых нам под охрану впоследствии гестаповцы расстреляли, за исключением одного случая. Одна девочка-еврейка убежала из-под стражи, но потом, не помню кем, была задержана на хуторе и доставлена ко мне; впоследствии она была расстреляна во дворе гестапо (допрос 25 сентября 1943 г.)
(...) Расстрел еврейского населения происходил четыре раза, то есть по мере их сбора. Они выводились группами по 5-6 человек и расстреливались. Вырытые самими заключёнными ямы ограждались деревянным забором, здесь же и происходил расстрел. В момент казни создавался искусственный шум путём стука в железо, чтобы заглушить стоны расстреливаемых. Этим занимались люди, выставленные мною для охраны{39}.
Арестованное еврейское население избивалось гестаповцами при переходе из одной комнаты в другую, где людей раздевали и отбирали у них ценности.
Акция производился гестаповцами. Евреи расстреливались полураздетыми... (допрос 22 сентября 1943 г.)
Немцы ликвидировали арестованных евреев во дворе помещения гестапо. Гестаповцы брали арестованных мужчин, выводили их на двор, приказывали им рыть яму; те рыли большие ямы. Когда ямы были вырыты, их обносили дощатым забором, а потом брали от охраны арестованных евреев, выводили к яме, расстреливали, брали следующих, и так в одну яму бросали большое количество расстрелянных, прикрывали соломой, а потом требовали от меня рабочих. Я выделял колхозников, которые зарывали ямы{40}.
Примерно было расстреляно около 800 человек{41}. Гестаповцы производили расстрелы 4 раза, и все арестованные были ликвидированы в течение 10 дней и зарыты в 4 ямы (допрос 24 сентября 1943 г.)
Наиболее ценные личные вещи расстрелянных забирали сами гестаповцы, а остальное я стал выкидывать за окно, где местное население их разбирало... (допрос 22 сентября 1943 г.)
По неполным данным, в сельсоветах района были расстреляны 659 евреев, в том числе известных поимённо – 602 и неизвестных поимённо – 57 (Чкаловский сельсовет). На отдельные сельсоветы приходится следующее количество жертв{42}:
Сельсовет
Количество жертв-евреев
Чкаловский
157
Октябрьфельдский
208
Фрайдорфский
45
Арбейтгеймский
50
Ратндорфский
1
Зеленопольский
68
Приютненский
28
Сладководненский
102
Всего
659
Большинство евреев были уничтожены в Новозлатополе в ноябре-декабре 1941 г. и небольшая часть – в сёлах района. Так, в с. Фрайдорф 11 ноября 1941 г. расстреляны 3 еврея и 14 ноября 1941 г. у силосной ямы близ хутора Гофнунг (Гофенунг) – 40 евреев{43}. В с. Октябрьфельд 20 ноября 1941 г. большая часть евреев (192 по списку) вывезена на расстрел в Новозлатополь, а те, кто спрятался, вскоре были выявлены, собраны в одном доме и 31 января 1942 г. убиты в количестве 16 человек{44}. 110 евреев в ноябре расстреляны в с. Красноселовка (Чкаловский сельсовет){45}. В с. Сладководное 11 декабря 1941 г. 89 евреев отправлены в Новозлатополь, а 6 человек расстреляны на месте 12-13 декабря 1941 г.{46} В с. Приютное 12 февраля 1942 г. у силосной ямы ликвидированы 19 евреев, а спрятавшиеся (8 человек), после того как их нашли, были отправлены в Новозлатополь{47}. В феврале также уничтожены и евреи из с. Фрилинг{48}.
В конце января – начале февраля 1942 г. айнзатцкоманда 12 также очистила от евреев Гуляйпольский и Пологовский р-ны. В Гуляйполе в январе 1942 г. были расстреляны около 500 человек{49}. Свидетель Егор Чуприна на допросе 6 мая 1944 г. показал, что ночью 10 января 1942 г. в Гуляйполе были арестованы и затем расстреляны в противотанковом рву на территории колхоза «Заповит Ленина» две семьи цыган (Фурсенко и Козориз){50}; Чуприна и ещё несколько человек должны были засыпать ров (Чуприна его называет противотанковым окопом) землёй{51}.
Привозили цыган, евреев с маленькими детьми. Раздевали взрослых и ставили лицом к окопу, а в затылок выстрелы делал жандарм, и тогда убитые прямо падали в окоп. Детей маленьких бросали живыми в окоп, только им чем-то мазали ваткой под носом. Например, Фурсенко Надежду Михайловну и Козориз Раису Петровну не хотел жандарм расстреливать, потому что они просили его. Потом другой немецкий солдат взял автомат и выстрелил, и они упали в окоп... Когда окончили убивать, то жандармы уехали, а одного еврея, Шнейдера Арона, оставили с полицейскими. Полицейские заставили этого еврея полезть в окоп, чтобы растащить убитых. Он всех расправил, был весь в крови, а потом вместе с нами забрасывал окоп землёй. Через некоторое время снова возили евреев к окопу убивать, и эта история проходила целую пятидневку, а этого еврея заставляли все делать, что им нужно было, а потом и его убили через некоторое время. В тот день, когда я был, то убили 170 человек евреев, цыган. А ещё люди говорили, что около 500-600 человек пригнали в этот самый окоп из Новозлатопольского района, из Покровского и других районов и сельсоветов...
Евреи в г. Пологи были уничтожены в начале февраля 1942 г. В справке начальника оперативной группы Управления НКГБ по Запорожской области от 9 октября 1943 г. обстоятельства расстрела евреев в Пологах излагаются следующим образом{52}:
По опросам местных жителей и другим данным, только в гор. Пологи было расстреляно до 100 чел. евреев...{53} 3 февраля 1942 года по распоряжению полевой команды СД-10 городская полиция стала ходить по квартирам еврейских семей и арестовывать их. Евреям предлагалось взять с собой драгоценности и на три дня продуктов питания. Все семьи привозили во двор горполиции, а затем во двор райконторы «Заготскот», где мужчин оставили во дворе, а женщин и детей заперли в сарай. С приходом на квартиру к портному Иосифу полицейских, последний отказался следовать за ними, за что был после издевательств зверски убит вместе с семьёй. 4 февраля 1942 года все задержанные евреи были направлены по пути к Запорожью и расстреляны около ям салотопки – за городом... В феврале 1942 г. со всего района в Пологи были свезены цыгане, работавшие в колхозах Пологовского района и на предприятиях гор. Пологи. Цыгане были расстреляны вместе с семьями. Всего было расстреляно до 300 человек... Как объяснили немецкие власти, цыгане Пологовского района были расстреляны за то, что в Гуляй-Поле имели место случаи, когда цыгане укрывали евреев.
В начале 1942 г. были также расстреляны евреи и в г. Орехов; акция была проведена на территории кирпичного завода в 1,5 км от города в четырёх ямах, из которых в феврале 1944 г. извлечено 78 трупов (23 мужчин, 37 женщин и 18 детей){54}. Свидетель расстрела, сторож кирпичного завода Степан Малышев, на допросе 23 февраля 1944 г. показал{55}:
...Примерно летом 1941 года на кирпичный завод приехали два коменданта в автомашине и у директора завода Щербины Степана Григорьевича спросили, где здесь такое помещение, чтобы люди могли переночевать одну ночь. Щербина указал помещение, ранее оно было общежитием, а в то время было без окон. Тогда немецкие коменданты приказали Щербине найти два куска деревянных реек, гвозди и молоток. Щербина сказал мне. Я это приготовил и положил в указанном месте. В то время уже привозили туда евреев и помещали в тот дом. Евреи приезжали со своими вещами. Когда все съехались, их на утро следующего дня всех расстреляли, и это продолжалось до двух часов дня... Всех евреев расстреливал один немец из конвоиров, и, кроме этого, была охрана из полиции, человек 15, и примерно 20 человек немцев. После этого на второй день привезли двух женщин и 4 русских мужчин и также расстреливали их...
Расстрелы евреев также имели место в нижеследующих населённых пунктах области:
Населённый пункт, район
Количество жертв
Примечание
Бердянск
[1]
14
Группа евреев, расстрелянная в траншее на территории порта в ноябре 1941 г.
Акимовский р-н
Кирилловна
[2]
10
Расстреляны в конце октября 1941 г., вместе с ними были убиты 4 коммуниста и советских активиста
Розовский р-н
Розовка
[3]
районный центр
несколько десятков
Расстреляны в конце 1941 или начале 1942 г.
Червоноармейский р-н
Червоноармейское (Вольнянск)
[4]
14
Расстреляны 1 января 1942 г. 7 апреля 1942 г. расстрелян ещё 1 еврей
Свистуново
[5]
(Петро-Свистуново)
10
Расстреляны в 1942 г. на станции Софиевка
Васильевский р-н
Васильевка
[6]
42
Расстреляны в конце октября 1941 г.
Янчекрак
[7]
(Каменское)
3
Шмальни
[8]
(Тополиное)
4
Одна семья
Балки
[9]
1
Расстрелян 25 октября 1941 г. вместе с 4 коммунистами
Андреевский р-н
Андреевка
[10]
3
Одна семья
Успеновка
[11]
1
Полуеврей, мальчик 10 лет
Михайловский р-н
Райхенфельд
[12]
(Плодородное)
4
Одна семья, 25 октября 1941 г. увезена в с. Дмитровка и там расстреляна
Пришиб
[13]
2
Расстреляны 21 октября 1941 г. вместе с 60 цыганами
Запорожский р-н
Веселянка
[14]
2
Одна семья
Павловка
[15]
22
Евреи-беженцы
Веселое
[16]
11
Евреи из дома инвалидов, расстреляны 22 февраля 1942 г. в с. Верхняя Хортица
Нововасилевский р-н
Астраханка
[17]
1
Еврейка, бежавшая из Мелитополя, расстреляна в конце октября 1941 г.
Лихтфельд
[18]
(Грушевка)
6
В 1941 г.
Новониколаевский р-н
Гайчур
[19]
(Терноватое)
5
Расстреляны 13 января 1942 г.
Каменско-Днепровский р-н
Каменка-Днепровская
[20]
около. 20
Расстреляны в Никополе 28 февраля 1942 г., с ними расстреляны свыше 80 советских активистов и коммунистов
Водяное
[21]
3
Благовещенка
[22]
5
Вёл. Знаменка
[23]
9
Алексеевка (Вёл. Знаменка)
[24]
4
Истребление евреев в г. Запорожье.
Преследование евреев началось с первых дней оккупации города. Так, фельдкомендатура 676 (отдел VII) 21 октября 1941 г. доложила, что{56}
Проживающие в городе евреи надлежащим образом помечены белыми нарукавными повязками со звездой Давида. Относительно обращения с евреями-полукровками существуют неясности... Бургомистр сообщил, что в старом Запорожье живёт ещё только около 4000 евреев, которые принадлежат к беднейшим слоям. Помещение евреев в гетто не произведено и представляется, исходя из обычных условий, нецелесообразным... Еврейский вопрос в Новом Запорожье{57} не играет никакой роли. Здесь живёт только около 100 евреев, которые собраны в одно место.
Приведённое в отчёте, согласно сообщению бургомистра, количество евреев в старом Запорожье явно является ошибочным, так как по переписям населения города, на 18 октября 1941 г. в старом Запорожье проживали 1841 еврей, а на 1 января 1942 г. – 1852 еврея{58}. Первая регистрация населения проводилась с 14 октября 1941 г. Из доклада комиссии ЧГК мы узнаём, что{59}
Для регистрации было отведено здание синагоги по ул. Тургенева, в котором с явившимся для регистрации еврейским населением было проведено собрание с участием представителей немецкой власти – политотдела. На этом собрании избрали 10 человек, владеющих немецким языком, для связи с немецким командованием, которые через несколько дней, после бесконечных пыток и издевательств, были расстреляны. Вместо них палачи предложили выделить 150 человек для сбора со всего еврейского населения одежды, золота и других ценностей... В марте месяце 1942 г. после объявления соответствующего распоряжения был взят с каждого человека еврейской национальности налог в размере 100 рублей за то, что им будут приготовлены (вырыты) могилы.
В конце марта или начале апреля 1942 г. большинство евреев (ок. 1500 чел.) города были расстреляны{60}. Эта акция была проведена отрядом СД из состава зондеркоманды СД «Плат», с участием немецких и украинских полицейских. Согласно показаниям свидетеля Александра Шилко{61},
Перед еврейским религиозным праздником в феврале или апреле 1942 г.{62} всем евреям было объявлено, что они будут выселены из Запорожья в специальные еврейские лагеря в районе Мелитополя. Накануне праздника объявили о том, что все они со стариками и детьми должны явиться на сборный пункт, захватив с собой всё самое ценное имущество, для отправки в лагеря. Еврейское население стало собираться в указанное утро. На этом пункте у них отбирали их имущество, снимали тёплую одежду, хорошие костюмы и колоннами угоняли на юг, на мелитопольскую дорогу. Стариков, больных или истощённых до изнеможения от голода навалом бросали на подводы и везли за колоннами. Я видел три таких колонны в 200-300-600 человек... Колонны шли под усиленным конвоем полиции и немецкой жандармерии... Через несколько часов подводы, вёзшие немощных стариков и больных за колоннами, возвращались нагруженными беспорядочно наваленной мужской и женской одеждой. На них же сидела сопровождавшая колонны пьяная «охрана». Всё еврейское население в городе в течение нескольких дней было расстреляно в балке около совхоза им. Сталина...
Из показаний 5 апреля 1944 г. бывшего старшего полицейского при совхозе им. Сталина Ювеналия Хильченко{63}:
[...] Массовые расстрелы мирных советских граждан немецкими оккупантами в районе совхоза им. Сталина начались в первой половине апреля-месяца 1942 г. (точной даты не помню, но хорошо помню, что в субботу) и продолжались три дня. Мирных советских граждан – мужчин, женщин, детей, стариков – расстреливали в противотанковом рву, что находится северо-восточнее совхоза им. Сталина на расстоянии 300-350 метров. Расстрел начинался с 8-9 часов утра каждого дня и продолжался до 5-6 часов вечера. В течение этих трёх дней (субботы, воскресенья и понедельника{64}) трупами расстрелянных был наполнен противотанковый ров длиною приблизительно 35-40 метров. Район расстрела был оцеплен силами полиции всего города и немецкими солдатами-автоматчиками в радиусе 1-1, 5 км. Людей на расстрел вели и везли на подводах из города Запорожье по мелитопольской дороге сплошным потоком под усиленной охраной, состоящей из вооружённых полицейских и немецких солдат-автоматчиков, в течение всех трёх дней... Предварительно граждан, приведённых на расстрел, до рва не доводили метров на 30-40. Там их всех раздевали до нижнего белья, а затем, избивая прикладами, толпами быстро загоняли в ров, где автоматчики одиночными выстрелами, а чаще всего короткими очередями, расстреливали. Те граждане, которые не могли добежать до рва, немцами и полицейскими подтаскивались в ров и также расстреливались. Детей, отставших от родителей, бросали в ров вместе с другими гражданами. В районе расстрела... стоял непрерывный крик и плач людей. После 5-6 часов вечера расстрел прекращался, и трупы расстрелянных закидывались небольшим слоем земли. Никакой охраны около места расстрела не выставлялось. Так продолжалось три дня...
Первый день расстрела я с подчинёнными мне полицейскими – Порваном, Коваленко и Вейцем совместно с гражданами совхоза им. Сталина с территории совхоза наблюдали целый день за расстрелом. Второй день расстрела я, по приказанию начальника 2-го отделения полиции Леймана, выставил двух полицейских на железнодорожный переезд (пересечение мелитопольской дороги с железной дорогой) для того, чтобы они – полицейские – не пропускали подводы по мелитопольской дороге в направлении города Запорожье. Я с третьим полицейским наблюдал на переезде, как вели людей на расстрел, а позже наблюдал с территории совхоза за самим процессом расстрела. На третий день я с подчинёнными занимался тем же, что и во второй день [...]
Бывший оперативный работник политического отдела городской полиции Василий Ахинько на допросе 20 октября 1947 г. показал{65}:
Я дважды принимал личное участие в массовых расстрелах мирных советских граждан на территории совхоза им. Сталина, что на окраине гор. Запорожье. Первый раз было убито около 30 человек коммунистов и советских граждан еврейской национальности. Это происходило в начале марта 1942 г. Второй раз в конце марта того же года было расстреляно не менее 300 человек советских граждан еврейской национальности.
Все 30 человек, обречённые на смерть, были собраны во дворе горполиции под охраной полицейских и жандармов немецкой полевой жандармерии (фельджандармерии) с собаками-овчарками. Часов в 10 утра представители немецкой фельджандармерии уехали на территорию совхоза им. Сталина, а арестованных советских граждан колонной под конвоем полицейских во главе с Фастом Яковом, ст. следователем Колпаковым, Шейкиным и другими повели этапом к месту расстрела. Ликвидацию проводили в противотанковом рву. Не доходя до рва метров 200, всем арестованным приказывали раздеваться до нижнего белья и идти к месту к противотанковому рву. При подходе ко рву советских граждан заставляли ложиться, а потом производили расстрел немцы, сотрудники фельджандармерии и войск СС. Расстрел производился в одиночном порядке из автомата...
В конце марта 1942 г. на территории совхоза им. Сталина, что на окраине гор. Запорожье, были убиты не менее 300 человек советских граждан еврейской национальности... При подготовке к акции по приказу немецких властей для сбора всего еврейского населения в подвальные помещения горуправы была мобилизована вся жандармерия и горполиция. В течение недели подвалы набивались вплотную женщинами, детьми, стариками и немногими оставшимися в городе мужчинами. Среди арестованных советских граждан в количестве не менее 300 человек всего 20% было мужчин, и то преклонного возраста, остальные 80% – женщины, старухи и дети. Перед выводом на расстрел из подвальных помещений горуправы, во главе которой стоял предатель – немец Вибе, – всех обречённых на смерть мирных советских граждан перевели во двор, где размещался политотдел горполиции. Оттуда их под конвоем полицейских отправили часов в 10-11 дня на казнь... В пути следования колонна была разбита в следующем порядке: впереди вели мужчин, потом женщин, далее везли больных и малых детей. Арестованные шли по большой грязи; по обочинам дороги ещё был снег, и вода сочилась на дорогу. Многие евреи потеряли обувь и по грязи шли босиком. При подходе к месту расстрела у всех граждан забирали верхнюю одежду и обувь, потом их заставляли в одном нижнем белье, без обуви подходить к противотанковому рву, прыгать в него и ложиться на дно, после чего немецкие жандармы под руководством одного офицера СС производили их расстрел очередями из автомата. Намеченные к расстрелу следующие граждане ложились на трупы...
Из показаний бывшего оперативного работника политического отдела городской полиции Владимира Ерсака{66}:
...Приблизительно в конце марта 1942 г. в один из дней всем работникам политотдела «СД» было дано задание заняться выявлением евреев в г. Запорожье и при обнаружении приводить их в политотдел семьями. Лично я такое распоряжение получил от секретаря политотдела Андреса Корнея... В течение трёх дней весь аппарат политотдела и полиции занимался выявлением евреев. Работники полиции и политотдела ходили по городу из дома в дом, выявляли еврейские семьи и приводили их во двор политотдела «СД». Тут были и дети, и женщины, и старики. Лично я выявил и привёл в политотдел до 20 человек евреев. Таким образом, во дворе политотдела «СД» было собрано большое количество евреев. Из их числа молодых мужчин и женщин отобрали и поездом отправили якобы в Днепропетровск, а оставшихся, главным образом стариков, детей и женщин, расстреляли на территории совхоза Сталина...
Из показаний бывшего старшего следователя политического отдела городской полиции Бориса Колпакова{67}:
...В колонне находилось 600-700 человек. Мы их конвоировали через город в сторону совхоза. Не доходя до совхоза, колонну повернули влево и повели к балке, где уже находились немцы из зондеркоманды, шеф СД Руге{68} и другие. Как только колонна подошла к балке, её остановили, и последовала команда находившимся в колонне сесть на землю, а конвойные, в том числе и я, продолжали оставаться в оцеплении. Затем от немцев поступило распоряжение, чтобы люди разделись. Мы, конвоиры, следили за выполнением данного распоряжения. Немцы стали брать обречённых на смерть людей из головы колонны, заводили их в балку и там расстреливали. Сидевшие люди... кричали, плакали, рвали волосы на себе...
Из показаний бывшего начальника тюрьмы Петра Фесенко{69}:
...Весной 1942 г., когда я работал старшим смены, в тюрьму пришли 4 или 5 сотрудников «СД», фамилии их я не помню, и два военных немца. Им мы с Андерсом выдали из тюрьмы примерно до 30 арестованных советских граждан еврейской национальности... Примерно через 20 минут после этого на улице мимо тюрьмы вели свыше 200 человек еврейского населения. Арестованных, взятых из тюрьмы, присоединили к ним... В тот же день все эти люди еврейской национальности были расстреляны...
Вскоре после этого массового расстрела была уничтожена вторая партия советских граждан еврейской национальности. В ней было до 50 человек. Моё участие в этой акции заключалось в следующем. В 5-6 утра во двор тюрьмы «СД» приехало 4 крытых автомашины, кроме того, с городской полиции пришло около 15 полицейских вместе с начальником полиции Фастом И. Я. ...Андерс составил список арестованных, назначенных на расстрел, после чего я и другие полицейские произвели погрузку евреев, расселись сами по машинам и повезли их к месту расстрела за город к противотанковому рву в район совхоза. На месте проведения акции арестованных высадили из машин. Немецкие солдаты положили обречённых на смерть вниз лицом. Я и другие полицейские стояли в оцеплении метрах в 50 от противотанкового рва... Когда была произведена подготовительная работа, немецкие солдаты поднимали по два человека, подводили их ко рву и там расстреливали из автоматов. После окончания акции мы зарыли трупы...
Из показаний Владимира Ерсака 11 октября 1945 г.{70}:
...Примерно в апреле 1942 г. я принимал участие в расстреле советских граждан из лагеря военнопленных при заводе № 29. Ликвидировано было в один день около 400 человек. В числе убитых были военнопленные красноармейцы, они были в военной форме, а большинство – люди в гражданской одежде, кто они, не знаю. Моё участие в этом расстреле выразилось в следующем: почти все работники политотдела и часть служащих полиции прибыли к месту расстрела на территорию совхоза Сталина заранее и оцепили район противотанкового рва вблизи совхоза. Я был в этом оцеплении. Через некоторое время стали подъезжать автомашины с обречёнными на расстрел, и их расстреливали партиями по 40-50 человек немецкие солдаты и офицеры...
Убийства евреев в июне-июле 1942 г.
В конце июня 1942 г. массовый расстрел евреев вновь состоялся в Мелитополе. В конце апреля 1942 г. в город из Запорожья по требованию гарнизонного фюрера СС и полиции (SS– und Polizei-Standortführer) майора полиции и оберштурмбаннфюрера СС Кристофа Штейнкопффа для использования на работах были доставлены около 130 евреев; они были помещены в тюрьму и использовались для ремонта разрушенных зданий. За «нарушение дисциплины» 22 еврея (в том числе 14 женщин) по распоряжению Штейнкопффа в мае 1942 г. были переданы СД и расстреляны, а остальные евреи были ликвидированы СД в конце июня 1942 г.{71}
В июле 1942 г.{72}
Акции по чистке против евреев и активных коммунистов были проведены в [Большой] Белозерке, Каменка/Лепетиха и Михайловке, причём были расстреляны соответственно 153, 195 и 90 человек.
Расстрелы производились отрядом СД из Запорожья с участием местных полицейских{73}.
Истребление евреев из смешанных семей и полуевреев.
К середине 1942 г. область была практически очищена от евреев. Вслед за истреблением евреев началось выявление и уничтожение «еврейских членов» смешанных семей, а также полуевреев и даже на четверть евреев – в основном, детей, вплоть до младенцев. Так, в Мелитополе их выявление и истребление началось уже во второй половине февраля 1942 г., когда в тюрьму стали поступать группами от 30 человек и больше дети в возрасте от 1 года до 15 лет из семей, где отец – еврей, а мать – русская; с детьми в тюрьму поступали и их матери, которых помещали в отдельную комнату. Детей держали в тюрьме 5-6 дней для установления национальности. Когда набиралась большая группа детей, их в первое время убивали в тюрьме с матерями, а позже вывозили и расстреливали в противотанковом рву, грудных детей умерщвляли путём отравления; евреев-мужчин, сидевших в тюрьме, заставляли вывозить тела своих детей и жён{74}. Бывший гебитскомиссар в Мелитополе с сентября 1942 г. до сентября 1943 г. Георг Хейниш на судебном процессе в Киеве 17 января 1946 г. рассказал следующее об истреблении таких детей{75}:
В октябре 1942 г. штурмбаннфюрер СС Шмидт доложил мне об уничтожении трёх тысяч (?) детей, которые происходили от еврейских и нееврейских родителей. Ранним утром отряды СД начали обходить дома, собирали детей и отвозили их в Даниловку к специальному рву, где все они были расстреляны. Эта операция проводилась в течение двух – двух с половиной месяцев. Я считал, что это вполне естественно, так как отвечает основной мысли Гитлера об уничтожении евреев. Как национал-социалист, эту акцию я не мог не одобрить, но приказа я тогда не издавал. Приказ непосредственно поступил от главного руководителя войск СС, бригадного генерала...
9 октября 1942 г. в городе были арестованы еврейские члены смешанных семей и в тот же день расстреляны{76}.
Также в Запорожье, согласно показаниям свидетеля Александра Шилко, после уничтожения евреев города{77}
...Стали искать скрывшихся и детей, взятых в русские семьи. Ради «чистоты расы» истреблению подлежали все дети от смешанных браков... Я приведу некоторые имена, которые мне запомнились. На посёлке Николаевка жил Бондаренко. Он был лейтенант, находился на фронте. Его жена, Феня Бондаренко, имела мать, которая из иудейской веры перешла в христианскую ещё до революции. Феня Бондаренко имела двух детей. Дети и мать были расстреляны, так как в третьем поколении текла еврейская кровь... Сестра [руководящего работника полиции] Леймана, немка, была замужем за евреем. От этого брака было двое детей. Сам Нейман силой отнял детей своей сестры и отдал на физическое уничтожение. Известен ещё такой факт. Имени этой женщины я сейчас не помню, но его хорошо помнят её друзья. Эта женщина имела от смешанного брака шестимесячного ребёнка. Её привели к [начальнику полиции] Фасту, который сказал: «Возиться с одним вашим мы не будем. Пока несите его домой, а когда наберётся таких жиденят побольше, мы вам скажем, тогда принесёте». Один заключённый из тюрьмы гестапо передал своей жене записку, в которой, между прочим, писал: «Самому молодому нашему коллеге-арестанту всего шесть месяцев». Это был ребёнок от смешанного брака. А так как держать его в тюрьме одного было опасно, он мог умереть, не дождавшись гестаповской пули, то с ним сидела и его мать.
В Бердянске в 1942 г. были арестованы и расстреляны еврейки, которые были замужем за русскими или украинцами и которых не тронули в октябре 1941 г.{78} Одновременно с матерями убиты и их дети. В с. Балки в мае 1942 г. были расстреляны две девушки-полуеврейки{79}. Из с. Новоселовка (Пологовский р-н) 6 мая 1943 г. в Пологи были отправлены Химка Храпаль с ребёнком двух с половиной лет от смешанного брака, Мария Деркач также с ребёнком от смешанного брака и ещё одна старушка-еврейка; в Пологах матерей отпустили домой, а детей через несколько дней вывезли в Запорожье{80}. В этом же селе в начале июля 1943 г. была задержана Татьяна Цитгер с четырьмя детьми от смешанного брака; их через Пологи отправили в Бердянск, где мать 29 июля 1943 г. была освобождена, а дети остались в полиции{81}.
Общее количество жертв.
В общей сложности, в 1941-1943 гг. в области было истреблено около 7000 евреев.
КИЕВ.
В конце сентября 1941 г. подразделения СС и полиции, подчинённые высшему фюреру СС и полиции в тылу группы армий «Юг» (Höherer SS-und Polizeiführer Russland-Süd, HSSPF) обергруппенфюреру СС Фридриху Екельну (Friedrich Jeckeln), в рамках «окончательного решения еврейского вопроса» провели очередную «еврейскую акцию», на этот раз в Киеве, в ходе которой было истреблено оставшееся еврейское население города{1}. Для Екельна и его подчинённых акция в Киеве не была чем-то особенным – к тому времени на их счету уже были десятки тысяч убитых евреев во многих населённых пунктах Украины{2}. Для команд СД, полицейских батальонов, подразделений войск СС убийства евреев как «главных носителей большевизма»{3} стали рутинной «работой», которая хотя и вызывала отвращение, но считалась необходимой для уничтожения «еврейско-большевистской системы» как важнейшей цели «похода на Восток»{4}. Акция в Киеве не была и качественным скачком в политике истребления – этот скачок (в пределах Украины) произошёл примерно на месяц-полтора раньше, когда в Белой Церкви отряд зондеркоманды 4а вместе со взрослыми евреями впервые расстрелял также еврейских детей{5}, а так называемая «штабная рота» Екельна при участии 320-го полицейского батальона в ходе трехдневной «гросс-акции» в Каменец-Подольском почти полностью уничтожила местных евреев вместе с депортированными в город «иностранными» евреями из Венгрии{6}. Одним из символов антиеврейского геноцида акция стала благодаря её масштабам – около 22000 жертв только за один день, около 34000 за два дня. Ни раньше, ни позже, даже в Освенциме и в Треблинке, столько евреев за один день нацисты не истребляли. Поэтому о Бабьем Яре ещё долго будут помнить, как нынешние, так и будущие поколения.
К моменту захвата города уже действовал приказ о поголовном истреблении евреев в оккупированных районах Советского Союза{7}. Как правило, этому истреблению предшествовали такие промежуточные шаги, как регистрация, концентрация, изоляция, метка евреев. В Киеве подобные предварительные мероприятия не проводились: резкое обострение обстановки в городе спустя несколько дней после его оккупации, связанное со взрывами радиомин и, как следствие, большим пожаром в центре города, побудило оккупантов «решить еврейский вопрос» ускоренными темпами. Фактически уничтожение оставшегося в оккупации еврейского населения произошло спустя всего десять дней после вступления в город немецких войск. В этом также состоит отличие трагедии в Киеве от подобных трагедий в других населённых пунктах.
