Генрих Грец (Heinrich Grätz; 31 октября 1817 г. в городке Ксионсе (Xions) Познанской провинции, сейчас Ксёнж-Велькопольский, Сьремский повят, Великопольское воеводство, Польша - 7 сентября 1891 г. в Мюнхене) — выдающийся еврейский историк. Грец происходил от бедных необразованных родителей (отец был мясником), которые, однако, ввиду рано обнаружившихся у мальчика способностей старались дать ему образование. В юности занимался, правда, главным образом древнееврейской литературой и Талмудом; из светских наук он усвоил себе лишь самое необходимое. Уже в 15-летнем возрасте он написал на древнееврейском языке сочинение о евр. календаре (осталось ненапечатанным). Подготовляясь к раввинской карьере, Грец отправился в 1831 г. в Волльштейн (Wollstein) в Познани; здесь он изучал Талмуд и (самоучкой) светские науки, латинский и греческий языки. По истечении 4½ лет, проведенных в Волльштейне, Грец задумал отправиться в Прагу, где тогда принимали в университет без гимназического экзамена. Его, однако, задержали на границе, ибо у него не нашлось 20-ти гульденов, потребных для перехода австрийской границы. Весной 1837 г. Грец отправился в Ольденбург, куда его пригласил известный раввин Самсон Рафаил Гирш, сочинения которого произвели на Греца сильное впечатление. Здесь он продолжал свои занятия. В 1840 году Грец переехал в Острово, где 1½ г. занимал место домашнего учителя. В 1842 году он получил от министра разрешение имматрикулироваться в Бреславльском университете, не подвергаясь предварительному испытанию на аттестат зрелости. В университете Грец изучал преимущественно восточные языки и философию, последнюю в гегелевском духе. Влияние гегелевской философии на Греца было велико: в Бреславле Грец постепенно освободился от крайней ортодоксальности, приблизившись к умеренному религиозному либерализму. Тут же он начал заниматься литературным трудом. Первой научной работой его была обстоятельная рецензия на сочинение А. Гейгера «Lehrbuch zur Sprache der Mischna», появившаяся в «Literaturblatt des Orients», 1844—45. Рецензия обратила на себя общее внимание и вызвала возражение со стороны Гейгера. Первой самостоятельной работой Греца была диссертация «Gnostizismus und Judenthum» (Бреславль 1845), за которую автор получил звание доктора Йенского университета. Впоследствии он отказался от сделанных им в этом сочинении выводов, но, когда книга вышла, она обратила на себя внимание ученых. Сдав экзамен на звание учителя, Грец преподавал в Бреславле и Лунденбурге (Моравия), зимою 1852—53 г. читал по приглашению общины в Берлине вместе с Цунцом и Заксом лекции по еврейской истории (для кандидатов на звание раввина) и, когда в Бреславле открылась семинария, был приглашен туда в качестве доцента. Грец согласился занять этот пост с условием, если Захария Франкель, с которым он еще в 1846 г. заключил тесную дружбу, займет место ректора). Это место он занимал до самой смерти. С 1869 года, получив звание профессора, Грец читал в Бреславльском университете; он был постоянным сотрудником и редактором Monatsschrift v. Gesch. u. Wissenschaft d. Judentums с 1869 до 1887 г. В Бреславле Грец написал почти все свои труды. Общественная жизнь не была чужда Грецу Он интересовался развитием Alliance, участвовал в парижском совещании 1878 г. по поводу румынских евреев и относился с большим сочувствием к нарождавшимся национальным и сионистским течениям. Посетив Палестину в 1872 г. с целью изучить страну первоначальной истории евреев (первые 4 тома его большого труда), Грец положил здесь основание сиротскому дому. Главным трудом Греца является широко задуманная «История евреев с древних веков до настоящего времени», которая вышла в одиннадцати, впоследствии двенадцати томах (1853—1875 гг.). Сначала появился четвертый том, охватывающий историю евреев со времени разрушения евр. государства (70 по Р. Хр.) до составления вавилонского Талмуда. Для древней истории были предназначены первые три тома. Большие достоинства, свойственные этому сочинению, в особенности живой и захватывающий язык, доставили ему хороший прием. Обработка исторического материала выдержана, правда, в консервативном духе, но в достаточной мере критически, что не преминуло вызвать неудовольствие в ортодоксальных кругах. В 1856 г. появился III том — период от смерти Хасмонея Иуды до разрушения Иерусалима Титом. Главу об Иисусе Христе Грецу пришлось выпустить вследствие цензурных условий; прибавленная лишь во втором издании (1862), она написана очень сдержанно, в консервативном духе; евангельское повествование здесь принимается как исторический документ (с весьма небольшими, впрочем, ограничениями), каковую точку зрения Грец сохранил и при переработке, сделанной им для 4-го издания (1888). Выросший за это время материал заставил увеличить размеры этого тома, и он вышел в двух частях. Грец довел «Историю» до второй половины 19 в. (политическую до 1848 г.) и только потом обработал древний период до Хасмонейских войн. Вместо предполагавшихся 3-х томов понадобились четыре, так что теперь все сочинение состоит из 12-ти томов. История выдержала несколько изданий; отдельные тома издавались до четырех раз. Её перевели также на различные языки; на древнееврейский тт. 3—10 переведены С. П. Рабиновичем с примечаниями А. Я. Гаркави (в 1875 г. появился 3 т. в евр. переводе Каплана); на русский язык отдельные томы переведены под ред. Бакста, Гаркави и др. Значение и влияние, оказанное этим историческим трудом, необычайно велики, хотя не все части в одинаковой мере удачны — что и неудивительно при таком огромном труде, потребовавшем от автора 25-летней работы. При этом необходимо также принять во внимание неравномерное количество материала для различных эпох. Грец обладал большими познаниями не только в области еврейской истории, но и в области светских наук и отличался большим прилежанием. Он бесспорно обладал и большими общеисторическими сведениями, и главным достоинством его сочинений является именно то, что оно рисует евр. историю на фоне исторической драмы всего человечества. К этому следует прибавить захватывающее изложение, которое, правда, нередко отличается субъективизмом и неправильностью стиля. Грец был одним из первых в изложении евр. истории, усвоивший симпатичный евреям тон. Большим подспорьем для него было то, что он мог пользоваться лучшими подготовительными работами, нежели его предшественник Иост, ибо в промежуток времени между появлением трудов этих историков наука иудаизма подвинулась значительно вперед, источники еврейской истории были раскрыты в различных направлениях. Оценка труда Греца должна поэтому производиться для каждого тома отдельно. Общей для всего сочинения является известная печать консерватизма. Наиболее либерально написаны, как это ни странно, первые 2—3 тома, охватывающие библейское время и последующую эпоху до Сирийских войн. Грец не разделяет взглядов современной библейской критики, поскольку она касается Пятикнижия; он защищает даже единство Торы, отвергая известную теорию Астрюка о различных источниках его. Критический метод тем не менее применен им в довольно широких размерах. Эта часть «Истории» принадлежит к слабейшим частям всего сочинения, ибо в ней отсутствует последовательность. Грец начинает историю еврейск. народа со времени завоевания Палестины Иисусом Навином, рассматривая древнюю библейскую историю как народное предание. Библейские источники Грец принимает как исторически верные, применяя только в некоторых местах свои смелые критические поправки. При обработке послебиблейского периода Г. находился под сильным влиянием гегелевской философии истории, согласно которой все, что имеет за собою историческое развитие, вместе с тем является правильным и разумным. Исторически сложившийся иудаизм в той магистральной линии, в которой он развивался, по мнению Греца, является поэтому разумным началом в истории еврейского народа. С этой точки зрения Грец рассматривает все явления иудаизма, все внутренние движения и разногласия. Иудаизм фарисеев он считает более прогрессивным, нежели иудаизм саддукеев, раввинистический иудаизм высшим, чем караимский. К каббале он относится отрицательно, как и вообще к мистике, которой он приписывает неблагоприятное влияние на евреев. Не менее отрицательно относится он к хасидизму и современному реформационному движению и вообще ко всем крайним, отступающим от прямолинейного развития течениям. Объективная оценка его фактического изложения в настоящее время невозможна. Бросается в глаза, что под конец Грец теряет историческую нить, ибо тут мы имеем уже не историю евреев, а историю западноевропейских евреев, преимущественно даже немецких евреев. Для истории евреев в Польше с половины 18 века в его время не было источников. Политическую историю евр. народа Грец изобразил с большой обстоятельностью. Культурная жизнь рисуется автором лишь с духовной стороны. Его труд является поэтому и историей литературы, в которой изложены — точка зрения здесь не важна — все духовные течения среди евреев. «Учить и скитаться, мыслить и страдать, познавать и терпеть — вот задача еврейства в этот обширный период», — таковы слова Г. в предисловии к IV т. «Истории», столь характерные для его взгляда на историю евреев в изгнании. В противоположность этому экономическая история совсем не отмечена. Помимо того, что 40—50 лет тому назад немецкая историография обыкновенно не обращала внимания на эту сторону народной жизни, для евр. истории отсутствовали и отчасти поныне еще отсутствуют также подготовительные работы в данной области. Как многосторонний ученый, Грец завоевал выдающееся место на различных поприщах иудаизма. Наряду с историческими исследованиями он занимался и критической разработкой Библии, в особенности критическим исследованием текстов. Он обратил на себя внимание смелыми исправлениями, которые считал вполне обоснованными. Отсутствие правильного чутья в этой области делает, однако, его поправки еще менее удовлетворительными, нежели коррективы, предложенные протестантскими учеными. Характерно, что все предложения Греца относительно исправления греческого текста Притч Бен-Сираха согласно предполагаемому еврейскому оригиналу не подтвердились найденными древнееврейскими текстами. Грец часто отклонялся от обычно принятой хронологии библейских книг, прибегая к смелым гипотезам. Из сочинений Г., относящихся к этой области, следует упомянуть: «Kohelet», перевод и критика (1871); «Schir ha-Schirim», перевод и критика (1871); «Schir ha-Schiriin» он относит ко времени Товиев (около 200 л. до P. Xp.), а «Kohelet» к периоду Ирода. Затем он издал: 1) «Kritischer Kommentar zu den Psalmen» вместе с текстом и переводом, с приложением большого текстуально-критического введения (2 тт., Бреславль, 1882/3) и «Der einheitliche Charakter des Propheten Joels» (1873). После смерти Греца В. Бахер издал на основании оставшейся рукописи «Emendationes in plerosque Sacrae Scripturae Veteris Testamenti libros» (Бреславль, 1892—94, 3 части). Очень многочисленны исторические и критические сочинения Греца, напечатанные им отдельным изданием и в различных журналах (преимущественно в редактируемом им ежемесячнике «Monatsschrift für Geschichte und Wissenschaft des Judentums»).