Текст книги ""Фантастика 2024-184". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Александр Сухов

Глава 23

Странности, они есть у всех. Каждое существо придерживается заложенных в ДНК инстинктов, своду незримых правил, позволивших виду существовать на земле тысячи, десятки тысяч лет. Инстинкт к самосохранению, размножению, постройке светлого будущего для потомства, что останется после смерти. Лишь обладая всем перечисленным, разумный вид может существовать в столь опасном мире… Думал я, забывая об ещё одном факторе, стоящим и возвышающимся над всеми другими. Сила – физическая и магическая. В мире, где нет законов, правосудия и судов, где всё решает грубая сила, любая, даже самая мрачная и ужасающая идея станет истинно правильной. Ведь если ты сильнее, никто не сможет её оспорить.

Придавив меня своей сочной задницей к деревянному стулу, расположившись по середине крепости, Мать Прародительница повисла на моих плечах. Никто не пошёл за ней, она не позволила «детям» идти по её следу. Воины её, как и ранее, остались на своих местах. Сейчас все наши силы, всё наше внимание было направлено лишь на неё одну. Стрелы, копья, мечи и даже божественная магия угрожали её безопасности. Враждебность к ней витала в воздухе, но дроу, глядящая только на меня, не замечала её. Опьянённая своими помыслами, игривая, словно молодая кошечка, она заковала меня в своих нежных, и от того не менее опасных, ручонках. Наблюдая за мной, за моим окружением, она улыбалась. Дроу, одна в стане врага веселилась, осыпая руки мои, щёки и губы своими поцелуями. Её поведение, вызывающая манерность, направленный в сторону других высокомерный взгляд, коему может позавидовать даже Эсфея, говорили о женской невменяемости, неоспоримом превосходстве над всеми нами. Прерывая свои ласки, Прародительница говорила о чём-то понятном только ей, выдуманном, неуместном. Герои, драконы, загробная жизнь… – из всего ею перечисленного я мысленно смог зацепиться лишь за рассказ о перерождении. Дроу спрашивала у меня о многом, порой вопросы её казались очень важными, а порой до безобразия глупыми и детскими. От простых вопросов типа: какая сейчас пора года, сколько в году месяцев, или в неделе дней, – она медленно переходила к вопросам о магии, жизни после смерти и том, что я, даже переспрашивая, не мог понять. Длинные магические термины, способы сотворения заклятий, созданных древними эльфами, мне не удавалось даже повторить.

Её беззаботная улыбка, жажда близости и знаний обо мне, смущали. Дроу не лезла в мою голову, не пыталась читать мои мысли, как любили это делать Зуриэль с Эсфеей. Вместо этого она просто спрашивала, трогая меня там и тут, внимательно глядела за моей реакцией, щипками пальцев своих подмечая моменты, когда «мне не стоило ей врать». Как Зуриэль чувствовала мои эмоции, мысли, так же, а возможно и лучше, дроу, глядя на меня, вела свой допрос. Мой страх, тот, что я испытал, когда увидел павшую Зуриэль… исчез с моментов, когда пальцы дроу отпустили мои яйца. Невозможность противостоять ей заставила смериться, принять факт нашей безоговорочной капитуляции. Пожелай Прародительница убить нас, все в этой крепости, включая богиню, были бы мертвы.

– Значит, вам нужна земля по эту сторону перевала? Думаю, мы сможем ужиться…

– Не соглашайся со мной так просто. – Чуть заскучав, недовольно проговорила дроу, ладошкой своей играясь с пуговицами на моей рубашке. – Ты ведь не такой слабак как остальные, ты герой, обещанный мне пророчеством. Я знаю это, ты знаешь это. Нам суждено быть вместе, вдвоём достигнуть вершины мира, одолев вселенское зло. Я нуждаюсь в тебе, как тень в солнечном свете. Поверь, ты можешь назначить мне любые выгодные только тебе условия, и я уступлю, ведь только так, объединившись, мы сможем победить. – Дроу требовала моей над ней доминации, с серьёзным лицом несла полнейшую чушь. Глядя на стоящих рядом Зуриэль с Эсфеей, отзывалась о них, как о слабаках, нанося удар за ударом по чужому самолюбию. Ненависть, с которой богиня глядела на тёмную, пожирала её изнутри, тьма, вырывающаяся из её тела, могла принадлежать кому угодно, но только не существу, выступающему на стороне «добра».

Эсфея, что с тобой… Считавшая себя до сего момента сильнейшей из моих союзников, от появления дроу она не теряла своего статуса в моих глазах. Не уходила на задний план, так почему вела себя так вызывающе, поддаваясь провокациям тёмной гостьи? Блять… Ощущая беспомощность, оскорбленная, с растоптанной гордостью, она могла в любой момент выкинуть какую-нибудь глупость. Их разница в возрасте, объёме маны, в возможности одновременно её использовать, Прародительница уступала Эсфее во всём, кроме боевого опыта и понимания своих собственных сил. Сколько битв прошла эта дроу, как долго изучала пределы своего тела и магических возможностей? Наверняка, тёмная сейчас на пике магической мощи, когда Эсфея только-только познаёт пределы доступных ей «крупиц» маны. Нужно разделить их, развести по разные стороны ринга, пока нет пострадавших.

– Эсфея, ты ведь можешь сказать, говорит ли наша гостья правду? – Игнорируя дроу, акцентирую своё внимание на светлой. Всем своим видом я стараюсь показать, что по прежнему нуждаюсь в ней, что верю и доверяю богине чуть больше, чем этой сумасшедшей. Лишь переведя с гостьи взгляд, поубавив ненависти на лице, Эсфея кивнула, попытавшись проникнуть в голову дроу, внезапно скривилась от боли, пошатнулась, ладонью левой прикрыв глаза.

– Проникнуть в меня физически или ментально может лишь тот, кому я это позволю. – Положив голову мне на плечо, ехидно прошептала мне на ушко дроу. – Герой, вы так холодны, игнорируете слова влюблённой в вас девы. Это… это так возбуждает. – Коснувшись язычком моего уха, запускает кисть мне под рубаху тёмная.

Эта развратница, сумасшедшая, она… да она бля, реально озабоченная, хуже меня! Её слова, действия, говорили о неадекватности персонажа, о королевском недотрахе, хотя с такой то фигурой, статусом и прожитыми годами, как бы уже можно было бы за жизнь и «заебаться»! Дроу глядит на меня, как на ягнёнка, как маньячка, глядит на несмышленого, ничего не знающего о мире взрослых ребёнка. Пока она всех моих светлых слуг до белого колена не довела, следует ей подыграть.

– Как я могу не согласиться со столь прекрасной девой. Речь ведь идёт о выживании моего народа и вашего. Во избежание ненужных жертв, я готов пойти на многое… а земля, её много в этих местах, хватит всем. – На выдохе, обречённо, будто сдался на её милость, произнёс я.

– Ох… – Лицо её самодовольное стало чуть мягче. Отвечая на её чувства, я, нервничая, позволяю себе приобнять женщину, положить руку на её талию. – Вы обладаете великой силой, непостижимыми знаниями, я бы очень хотел ответить на ваши чувства. И вправду оказаться тем, кем вы меня называете – Героем, но, боюсь, вы ошиблись.

Лицо дроу слегка огрубело. Но отпускать она меня не торопилась.

– Допустим, это так… Расскажите мне, Шаман, по имени Матвеем, как бы вы поступили на моём месте? Зная, что впереди слабый враг, преграда на пути спасения вашего народа, а вы вы числом и силой превосходите его. Как бы вы поступили, оказавшись на моём месте, зная, что сзади движется сила, которую даже вам не сокрушить?

Вопрос дроу поставил меня в ту позицию, к которой я был привычен. Я фантазёр, любитель игр стратегического жанра, потому и ответить мне было легко.

– Для начала провёл бы переговоры, как и вы сейчас. Отстаивая права своих граждан, если потребовалось бы, при помощи давления выбил бы для народа подходящие, плодородные земли. Если переговоры не удались, одним решительным, стремительным и сокрушительным ударом я нанёс бы обороняющимся поражение. Затем, объяснив выжившим, что не преследую злых умыслов, где-то кнутом, где-то пряником донёс бы до них истину – как раньше уже не будет. После, пока весна, пока не поздно, немедленно принялся сеять. Естественно, расчитывать на одну лишь плодородность земли, насыщенность лесов дичью, ягодами и грибами нельзя. Точно так же, как и забывать о надвигающейся с запада угрозе. Пока крестьяне возделывают землю, отстраивают рыбацкие деревни, прокладывая между ними тропы, рабочую силу направил бы на вырубку лесов, постройку в горах множественных стен, врат, ловушек и естественных преград. Как я понял, Мать Прародительница, за вами идёт большее число беженцев. Сейчас, когда еды и воды в дефиците, они обуза, но потом станут спасением. Используя богатую на озёра и рыбные запасы местность, вопрос с провиантом решится в кратчайшие сроки, после чего, всеобщими силами, можно браться за улучшение инфраструктуры, налаживание логистики. Мясо, шкуры, дерево, добываемые в лесах и на озёрах, необходимы в горах для возведения оборонительных сооружений и обеспечения потребностей защитников. В то же время, камень и руда нужны как в горах, так и в деревнях для строительства, создания инструментов, предметов быта, оружия. Придётся выделить людей для постройки шахтёрских поселений. Затем, объединив «маленькое королевство» дорогой, кольцевой магистралью, можно создать замкнутую торговую систему, максимально упростив и обезопасив для торговцем их маршрут. Это сделает наши поселения более самодостаточными, а так же поможет в кратчайшие сроки укрепить позиции на подконтрольных деревнях. Подготовив для армии дороги и тропы, по которым даже в непогоду войско сможет беспрепятственно достигнуть ключевых точек королевства, перед врагом мы получим очередное преимущество. С хорошими дорогами станет проще собрать войско на незащищённых горами флангах, используя их как для обороны, так и для атаки. Строя дороги ты выигрываешь время, а время, как в быту, так и в битве – бесценно.

Как-то так, прекрасная Мать Прародительница. Не вдаваясь в разные мелочи и детали, в общем плане, таким я вижу ответ на ваш вопрос. Сейчас силе вашей мне нечего противопоставить, вы знаете это. Просить я могу лишь о милости. Не губить ни в чём неповинные души, а с ними и мои усилия, потраченные на объединение племён. Польза от нашего сотрудничества перекроет все возможные выгоды, если нужно, я…

Договорить мне не дали. В этот раз, дроу своими губами атаковала мои губы. Руки её ещё сильнее сжали меня. Тяжёлые вздохи, быстрое и жаркое дыхание, блеск бушующей в глазах радости и жизни.

– Сколько вам лет… – Оторвавшись от моих губ, спросила дроу.

– Лет? Двадцать… – Вопрос оказался неожиданным настолько, что я забылся. Едва вспомнив, хочу договорить, но палец её упирается мне в губы.

– Инфраструктура и логистика – это термины используются в мире крайне редко. Обычно, найти подобные слова можно в специальной литературе. При этом, далеко не в каждой пишется их полное обозначение, расписывающее и раскрывающее смысл. В Абу-Хайра, городе знаний, насчитывалось всего четыре книги, содержащие подобные термины. Две из которых попали в мою личную библиотеку после разграбление сокровищниц других королевств. Далее купцы. Мне известно многое о торговцах, торговле и том, как пролегают их маршруты. Но, несмотря на это, термин «замкнутая торговая система…» слышится мне впервые. Я бы могла сослаться на надуманность ваших слов, на то, что вы всё это выдумали, чтобы обмануть меня, но… как объясните следующее… Я прочла тысячи научных трактатов, лже-писаний и древних скрижалей, изучила сотни казавшихся мертвыми языков, получила знания и опыт, за которым ко мне шли короли со всего материка. Но даже так я не знаю таких понятий как «магистраль, замкнутая торговая система», о которых вы рассказываете с уверенностью в глазах. Я не могу планировать судьбу развития поселения… нет, целого королевства, с нуля и на годы, а, быть может, и десятилетия вперёд. Вы же сделали это с такой лёгкость, упомянув ещё о каких-то «мелочах». Вы знаете свою местность, иначе не спешили бы к перевалу. Это значит изучили географию и знали где удобнее всего дать врагу бой. Вы знаете себя, верите в свои возможности, иначе, не говорили бы так просто о постройке сразу нескольких важных и нужных деревень. Так же вы знаете и понимаете силу того, кто пришёл к вам с оружием. Сдавшись, вы приняли почти что лучшее из возможных решений. Вы опасны, возможно, опаснее любого с кем я имела дело, при этом продолжаете утверждать что вам двадцать лет? – Дроу с серьёзным лицом вглядывается в мои глаза.

– Ну… да, у меня хорошее образование…

– Вот как… Хотелось бы узнать кто вам его дал. Кто обучил вас нашему Мёртвому Древне языку? Он известен лишь Цветам и Дроу, а мы вот уже полчаса с вами свободно, словно родные души, говорим и понимаем друг друга с полуслова. – Слова тёмной королевы загоняют меня в тупик, для меня все местные языки, на которых говорят разумные, звучат одинаково, я не могу их различать.

– А… это, я…

– Ты не помнишь, да⁈ – Ладошка Прародительницы коснулась моей щеки. В глазах её заблестели слёзы. – Вот оно что… понятно, теперь мне всё понятно, смерть забрала твою память и теперь, когда сила твоя пробудилась, пришло время сделать новый шаг. Моя роль в твоём героическом эпосе читается между строк. Цель всей моей жизни, моё призвание, то, зачем я была рождена на свет – встретить тебя, мой герой. Я должна обучить тебя, напомнить кто ты, указать верный путь и с тобой пройти его от начала и до конца. – Дроу… по щекам её текли слёзы. Но глаза блистали радостью, на лице сияла белоснежная улыбка. Эта женщина, она несла полнейшую ахинею, за которой под фальшивыми эмоциями я чувствовал её беспокойство, страх. Что ж, раз она так хочет помочь мне, раз видит во мне некоего героя, почему бы мне не попытаться его сыграть? Тогда и в правду, даже эта странная чудачка в придуманном ей истории найдёт себе место.

– «Эпос» значит… – Вздохнув, обнимаю дроу. Без пошлых мыслей, без попыток сыграть на её чувствах, рукой прохожусь по прекрасным, длинным, чёрным волосам. От неё так приятно пахнет, а ещё… вот так прижимаясь я могу не видеть её слёз. Не по себе, когда девушки плачут, особенно из-за меня. – Мать Прародительница, я ценю вашу искренность и прошу о помощи. Пожалуйста, помогите мне стать сильнее, превратиться в того, о ком вы говорили. Я хочу обрести силу, защитить мой народ, вас, остановить бесконечные войны, одолеть зло и вместе со всеми увидеть достойный конец этого Эпоса…

Внезапно пространство вокруг окрасилось в серый цвет. Мир замер, и двигаться в нём могли только мы вдвоём. То была магия, её магия, сумевшая остановить время даже для наблюдавших за нами бога с ангелом.

– Помогу, обязательно помогу. Ценой жизни, ценой всего, я за руку проведу вас, мой герой! – Вцепившись в мою рубаху, не по-королевски расплакавшись, пообещала дроу. Слёзы её полные искренности текли по моей груди. Тяготивший дроу груз знаний, ответственности, пережитого за века одиночества, начинал уменьшаться. Она видела во мне равного, нет… скорее всего того, кого всегда мечтала найти. Думы о своём народе, обязанность заботиться о нём, она сбрасывает на мои плечи. Она вверяет в руки мои судьбу за всех и каждого, включая саму себя. Раз за разом она повторяла о смерти, о том, что ей рано или поздно придётся уйти, и том, что она сделает для меня всё, что успеет. Предположив, что та присмерти, я спросил о пугающем её факте надвигающейся скорой гибели, тогда то она и поведала мне последнюю часть Пророчества. Ту, в которой она, обретя опору и любовь, за грехи свои прошлые встретит конец тогда, когда покажется, что жизнь её только-только приобретает краски. Я не верил в эти сказки с предсказаниями, пророчествами и предназначениями… Свою судьбу мы выбираем сами. Потому, отвечая на проявленное ко мне доверие, сказал так, как счёл нужным. Клишировано и просто:

– Я не дам тебе умереть…

Глава 24

Свирепый Рык, с опаской, взглядом провожал заходящих внутрь его крепости носорогов. Твари огромных размеров, с толстой, грубой кожей, словно сталь. От топота их здоровенных ног дрожала земля, поднималась пыль. «Шланги» самцов носорога, словно второй хвост болтались под их кельтами, юбками, что носили мужчины. Груди самок – настоящие бидоны, выглядели не менее внушительно, чем здоровые, каждая как наковальня, половинки их задниц. В отличии от мужчин, женщины носороги почти не носили брони, одежды. Они исполняли в войске Королевы роль метательниц «пращи», снаряды которых были размером с мою голову. Они прикрывали свои гениталии узкими полосками перетянутой кары. Стринги в средневековом исполнении выглядели очень и очень страшно. Особенно, когда по размеру явно не подходили своей носительнице и впивались туда, куда целиком может пролезть человеческая голова.

Семейство носорогов, в котором каждый размером с огра, являлось особой кастой при дворе Прародительницы. Они имели собственных слуг, из числа мелких ушастых пустынных лис, собственный скот в виде стада верблюдов, пригнанного из пустыни, а так же собственную мебель. Ростом глава семейства носорогов всего на метр превосходил и без того здоровенного Волколака, но вот в плечах… Свирепый рык, его талия и выпирающий в обхвате животик, для Кван-го(Главе семейства Го, носорогов), был примерно с напряжённый бицепс. Когда тот проходил мимо нас, почтенно приклоняя свой рог перед Королевой, даже свирепый, опустив уши и хвост, глядел на него с опаской. Про себя молчу. Вибрация, исходящая от его тяжёлых шагов, чуть ли не на сантиметр подбрасывала меня от земли. Просто здоровенная машина для убийств, для подавления всего живого, а ведь он ещё и нёс с собой оружие, владению коему так же обучался. Потому-то семье этих гигантов и полагались особые условия. Одна лишь их пятёрка, в случае угрозы, могла в гордом одиночестве к херам собачим раздавить отряд верблюжьих наездников, растоптать сотни мечников или копейщиков, или, как было в Абу-Хайра, расчистить путь через толпы нежити.

Пройдя мимо нас, младшая из дочерей Носорога Го остановилась, затем, обернувшись, оценивающе взглянула на Свирепого.

– Моё почтение, брутальный волк… – Заинтересовано кинула она в сторону Свирепого, от чего воин ссутулился ещё сильнее. Он испугался.

– Тебе дом тут ещё нужен? – Спросил я.

– К чёрту… лучше на улице жить буду. – Тихо, чтоб его не слышали, произнёс Рык.

Вся крепость стала одним, большим домом для семейства носорогов. За стенами торопливо расставляли шатры их слуги. Все как один одетые в тряпки, худые, замученные. Их одежда, редкий мех, совершенно не годилась для выживания в здешних условиях. Сейчас мы находились у гор, температура днём едва достигала десяти-двенадцати градусов, а ночью могла спокойно опуститься ниже нуля. Если оставить пустынных жителей в том виде, в котором они прибыли, многие могут с непривычки околеть, заболеть и, в последствии, умереть.

– Королева. – Обратился я к дроу, завязавшей о чём-то разговор с главой семьи Го.

– Мой король? – Обратилась ко мне дроу. Услышав это, Го, тут же приклонив оба колена, опустил голову, что-то промычав в мою сторону. Сын здоровяка поступил так же, женщины, целуя землю и опустив глаза, рогами уперлись в землю. Нет предела их уважения к семьям дроу.

– Передайте тем, кто останется у гор, пусть рубят деревья на дрова, жгут костры и ночуют у пламени. Ночью здесь довольно холодно, если не позаботятся о теплой одежде, ночлеге и обогреве – многие умрут. – Полупоклоном ответив здоровякам, говорю я, получая слова благодарности от дроу и Го.

– Вашим людям есть что есть? – Тавтология в моём вопросе смутила дроу.

– Кому? – переспросила дроу.

– Слугам. – Поправил я себя.

– М-м-ы-ы спра-вим-ся… – Членораздельно протянул Го. Уверенный в себе, здоровый и пузатый носорог выглядел упитанным. Того же не скажешь об окружавших его лисицах, многими из которых являлись худые, облезлые, женщины с множеством старых шрамов от плетей на своих спинах. Их угрюмые лица, худощавый вид, слегка подстегнули во мне гнев, из-за чего я едва сдержался, чтобы не нагрубить.

Поговорив немного со Свирепым, выделяю из его группы несколько хищников, специализирующихся на речной охоте. Оставляю их при себе, добавляю к ним часть кролли из отрядов инквизиции. Отобранные мною ушастые парни, умельцы на все руки, к тому же, куда послушней, чем му и выдры – не станут конфликтовать с хищниками. Сначала я создам сети, затем вместе с ними обучу наших гостей озёрной охоте. Озёра здесь большие, наверняка и рыбы там много, только хищники имели сети, но жили не так уж и хорошо, нуждались в провианте, а значит рыба могла стоять на таком отдалении от берега, на котором неводом или сетями её не достать. Потому, следующим этапом будет массовый крафт удочек, возможно даже рыболовных лодок. Хочу я того или нет, мне придётся остаться в этой крепости, помочь гостям разместиться и обустроиться.

– Шаман, они зло, не помогайте этим…

– Заткнись. – Перебила шептавшего мне на ухо Меллэра дроу. – Я в Мрачное Столетие натерпелась этих ваших «они зло». Сколько лет прошло, две тысячи, три? Не надоело?

– Вы…

– Меллэр, я услышал вас, прошу, прекратите. – Произнёс я, и эльф послушно заткнулся. Иш какой расист сыскался. Правду говорят, голубоглазые блондины красавчики опасны для общества. Сейчас эльфы, их презрительные взгляды, направленные в сторону дроу, создавали опасность для начала нового конфликта. Потому я вынуждено отправляю их обратно к Цветку Древа Жизни. Вместе с ними(что б провели до деревни) прошу Прародительницу отправить к моей деревне неспособных к физическому труду беременных женщин, стариков и грудных детей. Подобных нужно защитить. Ужасным известием стал факт, что во время странствия многие беременные предпочли прибегнуть к тёмной магии, убить детей в утробе. Так же многие младенцы во время странствий погибли от голода, ужасных условий и сопровождавших кочующий народ болезней. То же коснулось и стариков. Большинство тех, кто не мог позаботиться о себе сам, погибло.

Используя остатки имевшейся у нас провизии, я немедленно велю накормить последних из матерей всеми имеющимися средствами, пусть даже молоком хищных самок. Дети, они ни в чём не виноваты, и смерть их зловещим эхом может откликнуться в нашей дальнейшей жизни.

Больше часа мучавшись от головных болей, в момент размещения первых из мигрантов, за пределами крепости, у церковного оплота меня находит Эсфея. За спиной её, вооружившись мечом, угрожающе стоит Зуриэль.

– Меч души… у неё всегда он был, а я только сейчас его заметила… – От моих слов Зуриэль не повела и глазом. Она в разы устойчивее, чем её вспыльчивая госпожа.

– Матвей, Богиня Эсфеи, мать Астаопы, часть её силы сейчас где-то рядом, я чувствую. Скажи, чтобы они отдали нам богиню, отпустили небесную дочь. – Слова Зуриэль, я в точности переозвучиваю прекрасно понимающей нас дроу.

– Боги, какие ещё боги? Будь среди нас подобные – не ходили бы мы по земле… – Рассмеявшись, повисла на моём плече тёмная. – Любимый, из какого они племени, культа? Я чувствую в них безграничный магический потенциал, но умения их на уровне раба, что вилами над полем навоз разбрасывает. Вроде и опасен, но не убедителен…

Эсфея начинает закипать, я, добавив голосу печали, прижав к себе дроу, с ноткой секретности рассказываю кто и что такое Астаопа. Богиня, дитя… причина, по которой мне помогают Эсфея с Зуриэль, а так же проблема. Проблема, как оказалось, не только для меня, но и для дроу. Прародительница отвела нас к Астаопе, вернее к тому, что осталось от неё после долгих, длившихся почти что год, пыток и экспериментов. Дроу, эльфы прозвали их слугами тьмы не просто так, и сторона их зловещая клеймом сломанной психики отозвалась на оставшейся от Астаопы личности.

Везли её в закрытом шатре, прикованной магическими цепями к особой, пропитанной и укрепленной маной телеге. Подопытная номер «0». Существо, чьё обезглавленное тело отрастило себе голову, а голова смогла вырастить новое тело. Именно она, ½ части единого целого тела, причиной вспыхнувшей в Абу-Хайра эпидемии, превратившей пустыню в обитель мертвецов.

– Пожалуйста… п… пожалуйста… мне больно, пожалуйста… – На момент когда мы её обнаружили, в животе Астаопы, виднелась огромная дыра, её извлеченный желудок, кишки, изучала приставленная к ней группа алхимиков.

Видя дитя своё в столь ужасном положении, Эсфея тут же попыталась кинуться ей на помощь, в следующий миг так же, как и Зуриэль немногим ранее, оказавшись у ног Прародительницы.

– Вы… чёртовы дьявопоклонники, мучители… – Рыча с пеной у рта и ненавистью в глазах, кричала Эсфея.

– Мы? Из-за этой дряни погибло более двадцати тысяч невинных, и неизвестно, сколько ещё умрёт. – Оправдываясь передо мной, воскликнула дроу. – Я должна была узнать причину эпидемии, а после найти антидот!

– Да она же проклята… видно ведь, проклятье в её крови, опустите её, отпустите! – Тело Антиопы перестало слушаться, крик сменился на мычание. Дроу подавила её, растерянная, вновь взглянула на подопытную. Она с ног до головы ту оглядела, используя магию, какие-то заклятия, что-то бубня, отрицательно кивала. Королева ничего не видела.

– Позволь Эсфее помочь. – Обратился к дроу, и уже в следующую секунду тёмная, своими руками исцелив бессознательное божество, вручила той колбу с кровью, перемешанной с плотью.

– Любой, кто выпьет – становится одержимый демонами – измени это. Тогда я поверю, что ты хоть что-то можешь, и подпущу тебя к ней. – Небрежно кинула в сторону богини дроу.

Мгновение, пальцы Эсфеи лишь коснулись колбы, та, словно пустая, звенит, отзываясь вибрацией внутри сосуда, после чего божество заявляет: «Всё готово»

Дроу не верит, в её глазах читается, что ключ к спасению её народа не мог быть столь простым, магия, сотворённая Эсфеей оказалась слишком банальной и элементарной.

– Корни хаоса, Аид, это его рук дела, победить эту скверно не сложно…

– Брехня… Что ещё за Аид, как ты очистила кровь от скверны так быстро? Издеваешься надо мной, это твоих рук дело⁈ – Личная обида за свой народ, за своих детей, братьев, сестёр заставила дроу схватиться за оружие. Расправа, в глазах её читалось желанием показательно, чтобы все и каждый видел, как наказывают причастных к величайшему из ужасов, увиденных дроу. – Молись, чтобы твоя регенерации оказалась такой же как и у этой суки, а не то…

Едва рука Прародительница занесла над собой кинжал, как я выхватив колбу, тут же направил её в свою сторону и…

– Матвей! – Пискнула Зуриэль.

– Милый? – Испугано крикнула дроу.

Выпить содержимое мне естественно никто не дал. Я даже не моргнул, как Зуриэль, обхватив меня за тело, тянула в одну сторону, а дроу, руками схватившись за мои пальцы, пыталась их разжать.

– Верь ей. – Концентрируя в кулаке энергию, готовясь моментально разрушить стекло, угрожая себе порезами и заражением, говорю я. Они, даже используя остановку времени, не смогли разжать моих пальцев, а значит у меня ещё есть шанс предотвратить конфликт. Эсфея, древний бог, одержимый желанием спасти своё единственное дитя. Сейчас, находясь в этом мире, с нами, имея лишь частичку от прошлого «я» своей дочери. Единственное, чего может желать богиня, так это победить слуг Кузнеца, вернув недостающий фрагмент души Астаопы и съебать с этой планеты побыстрее. Если ей удастся, если они слиняют, мстительная Древняя вторым своим действием соберёт войско небесное, придёт в миры Кровавой Кузни, снесёт и разнесёт их создателю кабину. Ну а дальше…либо нас в благодарность за помощь оставят в покое, либо так же начнут «фильтровать». Что Кузнец, что Эсфея – для меня два сверхмогущественных представителя стороны Зла, и если Кузнец это Зло первозданное, древнее, такое каким его видят во всех библиях и откровениях. То… Эсфея тянет максимум на «Зло с сиськами», очень красивыми и заботливыми – как бы тупо это не звучало.

– Эсфея не хочет нам вреда, прошу, усмири свой гнев, поверь мне… – Вновь прошу я.

– Хорошо-хорошо, только разожми руку. – Обманула меня дроу, в следующую секунду после моего подчинения раскидав всех и прижав меня к себе. Ткань, накрывавшая повозку, улетела куда-то в сторону вместе с учёными, ангелом и Эсфеей. – Глупец, о чём ты думал⁈ Ты мог умереть, мог стать одним из обращённых! Я здесь, чтобы этого не произошло, и не позволю…

Затыкать этот вечно озлобленный на мир рот пришлось губами. Она видела, что я собираюсь сделать, могла остановить меня в любой момент, любую тысячную секунды, но, как и ранее, показушно предпочла прикрыть на мои действия глаза.

Мой язык проникает в её губы, хватка дроу ослабевает, колба падает с её рук, проливается на землю.

– Не думай, что так легко… – Пальцы мои сжимают её ягодицу, медленно двигаясь по меж её шоколадных булочек, опускаются ниже. – Не честно, ты до сих пор не сдержал своё слово… ты пользуешься мной, моей слабостью к исходящему от тебя свету… – оплетая меня руками, в коротких перерывах от поцелуев шепчет дроу.

– Верь в моих товарищей, в меня и мой выбор, хоть немного.

– Так и быть, но только сейчас. – Взяв меня за кисти, через силу остановив, она, повернувшись вместе со мной, пристально глядит за нашими представителями света.

Эсфея подходит к Астаопе, используя ману, творит волшебство, в корне меняющее как цвет крови израненной, так и её внешний вид. Девушка, напоминающая живого, молящего о прекращении её страданий мертвеца, постепенно светлеет, затягиваются раны.

– Матвей, мне не хватит силы… – прошептала древняя.

При виде неизвестного колдовства, дроу возбуждённо нашёптывает мне на ухо свои впечатления, эмоции.

– Хорошо. – Прервавшись, ответил я, при этом попросив наставницу дроу оценить мои навыки по передаче маны. По недовольному лицу читалось, она хотела бы меня сейчас обучить кое-чему другому, но я ведь её Герой, а герою, коего она обещала обучать, тяжело отказать. Хе-хе, абьюзивная способность разблокирована!

Как и ранее, Эсфея, едва я той коснулся, принимается иссушать меня изнутри. Забирать всё, что есть у меня, а я и не жалею, в этот раз есть за что страдать. Глядя на бедную Астаопу, на то, что с ней так долго делали, понимая, через какие она прошла мучения, ненависть к ней, за убийство моё, кражу из мира, уходят на второй план. Пока я развлекался, познавал прелести жизни, она страдала, умирала и возрождалась вновь. За деяния её, за честолюбие и гордость, судьба наказала Астаопу. Карма то или злой рок судьбы – не знаю. Сейчас, глядя на неё, мне просто хотелось делать добрые дела и молиться, всем кому могу, лишь бы со мной не случилось чего-то такого же, что произошло с Астаопой. Лучше быть НПС, чем ГГ подобного романа.