Текст книги "Затерянные в солнце (СИ)"

Автор книги: ВолкСафо

сообщить о нарушении

Текущая страница: 62 (всего у книги 81 страниц)

– Могу ли я узнать, Великая Царица, на каких условиях вы договорились с эльфами? – Рольх говорил негромко, в голосе его не было напряжения, только сдержанное любопытство.

– Для начала вы ответите мне на несколько вопросов, – Тиена выудила из кармана кисет и принялась набивать свою трубку еще раз, поглядывая на ведунов. – Несмотря на то, что Лэйк мне многое о вас рассказывала, я сама вижу вас впервые в жизни. И мне хотелось бы знать, что привело вас в наши земли?

– Мы изучаем историю народов Западного Этлана, – отозвался Рольх.

Тиена вздернула бровь, и он, чуть быстрее, чем ему хотелось бы, добавил:

– Также, Трон Ночей интересуется тем, что сейчас происходит на севере Роура, и почему зашевелился Неназываемый.

– Вот как! – фыркнула Магара. На лице ее играла широкая вызывающая улыбка.

– Именно так, царица, – кивнула Истель, глядя на нее. – Мы не стали бы лгать о цели своего путешествия.

– Замечательно! – почти что промурлыкала Магара, скаля зубы. – В таком случае, мы с вами обязательно подружимся, не правда ли?

Проигнорировав неприкрытую угрозу в ее голосе, Истель повернулась к Тиене.

– Несколько лет назад Троном Ночей была замечена активность неподалеку от Семи Преград, где спит Неназываемый. Этот факт встревожил Мать и Отца Ночей, и они направили сюда нас с Рольхом для того, чтобы выяснить все подробности происходящего.

– Почему же тогда вы оказались на пути моих разведчиц к Железному Лесу? – Тиена осторожно умяла пальцем табак в чашечке и потянулась за свечой, чтобы раскурить трубку, поглядывая на Дочь Ночи. – И зачем вам понадобилось контактировать с ними?

– Эту часть истории мы уже рассказывали Лэйк дель Каэрос и Царю Небо Тьярду, – Истель оставалась до омерзения спокойной, словно ее самоуверенности не могло поколебать ничто в этом мире. – Трону Ночей известно о том, что несколько тысяч лет назад во время Танца Хаоса Неназываемый воздействовал на разум царицы Крол, чтобы в долгосрочной перспективе уничтожить народ гринальд. Планы его завершились удачей, и ваши народы стали жить раздельно, враждуя друг с другом. Единственный способ противостоять угрозе Неназываемого – это объединиться и встретить его войска общим фронтом. Именно для этого мы следили за разведывательным отрядом анай. – Истель взглянула на Тьярда и слегка кивнула ему. – Наудачу неподалеку оказались и молодые наездники вельдов. В великом кружеве Эпох не бывает лишних нитей, как не бывает случайностей в жизни. Мы восприняли появление двух отрядов недалеко друг от друга как знак к тому, что можно попытаться вновь объединить их под флагом войны с Неназываемым. Потому и предложили им отправиться на развалины Кренена и собственными глазами увидеть правду о том, что случилось с их народом в далеком прошлом.

– Как гладко-то у вас все складывается, Дочь Ночи! – Магара завистливо покачала головой. – И не придерешься ни к чему! – Она подалась вперед, и улыбка на ее лице моментально истаяла. – Только вот есть загвоздочка. Откуда же тогда вы узнали о том, что разведчицы анай отправляются к Железному Лесу? Вы следили за нами?

На этот раз перед тем, как ответить, Истель бросила мимолетный взгляд на Рольха. Тиена молчала, раскуривая трубку и внимательно наблюдая за их поведением. Магара, судя по всему, смогла-таки поколебать их спокойствие, или хотя бы начать это делать. Вот в такие моменты Тиена была почти благодарна ей за ее несносный характер. Хоть какое-то применение ему можно было найти, и то ладно.

– Некоторое время мы наблюдали за вами, это правда, – осторожно проговорила Истель. – Недолгое, но достаточное, чтобы понять, что вы уже ведете войну с дермаками, и складывается она не в вашу пользу.

– Ага! – глаза Магары угрожающе сощурились. – Значит, вы присутствовали где-то на фронтах? И коли так ненавидите дермаков и своего Неназываемого, что же не вмешались? Почему раньше не сообщили нам о том, что с севера его войска ждут подкрепления?

– Потому что это было преждевременно, – ответила Истель. – Если бы мы вмешались раньше, ни к чему хорошему это бы не привело.

– Не привело? – в глотке Магары заклокотала ярость. – А как же мои дочери? Если бы вы пришли раньше, мы бы могли сберечь жизни! Возможно, предотвратить удар по Роще Великой Мани! Разве этого мало?

– Роща атакована? – Рольх подался вперед, и на лице его отразилось беспокойство. – Что там произошло?

– Роща Великой Мани пала, – тихо ответила ему Руфь, и в ее голосе звучала глубокая затаенная тоска. – Мы не смогли удержать ее.

Лица Анкана вытянулись, и они тревожно переглянулись, игнорируя всех остальных. Тиена выдохнула большое облачко дыма, а потом спросила:

– А что же такого особенного для вас в Роще Великой Мани, Дети Ночи? Почему она вас так беспокоит?

Истель с трудом оторвала взгляд от лица Рольха и, справившись с первым удивлением, заговорила, вновь спокойная, как зимний пруд.

– Роща является сакральной для народа анай. Ее потеря – страшное горе для всех кланов. Она должна была сильно деморализовать армию.

– Мы справились, – сжала челюсти Тиена, у которой от одной мысли о падении Рощи, до сих пор внутри просыпалась лютая ярость, подкатывающая к горлу так, что зубы начинали стучать друг о друга. – Однако, вы на мой вопрос не ответили.

– В таком случае, возможно, я недопоняла ваш вопрос, Великая Царица, – взгляд Истель был кристально честным, однако в тени длинных ресниц что-то пряталось, и Тиена не могла понять, что это.

Эта женщина контролировала себя слишком хорошо, словно в ней не было вообще ни одной эмоции, словно она была физически неспособна их испытывать. Такого самоконтроля Тиена не видела ни у одной Способной Слышать, и даже погибшая Великая Царица его не имела, хотя до встречи с Истель Тиена считала иначе. Вот только в любой, даже самой высокой крепостной стене, было уязвимое место, один удар в которое обваливал ее целиком. Сейчас это место нужно было найти и у Истель, а потом уже бить туда до тех пор, пока она не расколется.

Тактик из Тиены был не самый лучший, хотя многие думали обратное; она предпочитала бить сильно и сразу, не рассусоливаясь на долгие заигрывания и маневры. И чаще всего, в ее случае, такая тактика оправдывала себя. Зажав трубку в зубах и попыхивая ей, она будничным тоном сообщила:

– Вы хотите изучать Источник Рождения, потому что это выход Белого Источника на поверхность, не так ли? – глаза Истель блеснули, и Тиена мысленно поздравила себя с правильностью выбора направления беседы. – Именно за этим вы явились в наши земли. И если вы хотите и дальше контактировать с нами и получить то, о чем просите, то я требую откровенности. Времени на игры у меня нет. Мой народ на грани уничтожения, поэтому я хочу правды.

Несколько секунд все молчали. Анкана обменялись долгими невыразительными взглядами, царицы как одна уставились на Тиену широко открытыми глазами.

– Источник Рождения – что?.. – повторила Руфь, часто моргая с совершенно бестолковым видом.

– Бхара! – вскрикнула от входа в шатер Имре, ударив себя кулаком по ладони и глупо улыбаясь. Потом она согнулась пополам и звонко рассмеялась, хватаясь за живот. – Вот ведь бхара! Ну какая же я идиотка, Роксана, прости меня! Я же там была!..

– Этого не может быть! – ошарашено прошептал Тьярд. – Как такое вообще возможно?

Истель сердито глянула на Тиену, потом нехотя кивнула.

– Хорошо, Великая Царица. Если вы хотите так, то будем говорить так. Источник Рождения – действительно выход Белого Источника на поверхность земли. Такое случается крайне редко, но прецеденты есть. По крайней мере, мы слышали о том, что здесь, возможно, существует такой выход. Второй затерян где-то на юге Страшных гор, которые вельды называют Эрванским Кряжем.

– Почему вы не соизволили сразу же сказать этого нам? – Тиена не сдержала проскользнувшей в тон холодности.

– Потому что это было не ко времени, – с тяжелым вздохом проговорил Рольх. – Если во внешнем мире станет известно, что анай контролируют Белый Источник, ваши земли подвергнутся такой угрозе, по сравнению с которой Неназываемый – детские игрушки. Все народы захотят обладать этой жилой, все они хлынут сюда рекой в поисках бессмертия, исцеления, чудес и прочего, прочего, и вашей спокойной уединенной жизни навсегда придет конец.

– Именно поэтому Трон Ночей хочет изучать его самостоятельно и требует от нас исключительного права на это, не так ли? Даже не соизволив сообщить нам о том, что собой представляет Источник на самом деле?– изогнула бровь Тиена.

– Мы хотели бы изучать его, это правда, – уклончиво проговорила Истель.

– Нет! – резко покачала головой Руфь. – Это непозволительно!

– Вот значит как! – одновременно с ней зарычала Магара. – Собираетесь лапы наложить на наш Источник, не так ли? Перетащить сюда всех своих ведунов и использовать его, как вам вздумается? Нет! Это – сакральное место народа анай, оно найдено Крол, и принадлежит нам! И когда вы собирались предупредить нас о его истинной сути? Как-нибудь мимоходом, когда здесь соберется вся ваша орава и начнет сосать из него, словно оводы, облепившие вола? Только после этого?..

Тиена поморщилась, чувствуя усталость. Она терпеть не могла все эти вопли и взаимные оскорбления, они только ухудшали все дело. Судя по хмурым лицам сидящих напротив Детей Ночи, им это тоже не слишком-то нравилось. Ко всему прочему, Тиена поймала на себе крайне пристальный и задумчивый взгляд Тьярда, и это тоже ничего хорошего не означало. Если еще и вельды попробуют заявить какие-то права на жилу, то народу анай действительно придет конец.

Лишь одна Лэйк из всех цариц смотрела в пространство прямо перед собой, и брови ее все больше хмурились, а взгляд становился тяжелым. Она разомкнула губы и негромко спросила, и ее голос почти что потонул в потоке оскорблений, срывающихся с губ Магары:

– Тогда, значит, дермаки сейчас контролируют Белый Источник? И если так, то кто контролирует Черный?

– Сети’Агон, – спокойно ответила ей Истель, и Магара замерла на полуслове. От ярости плечи у нее ходили ходуном, а глаза метали молнии, но она внимательно слушала. – Черный Источник находится за Семью Преградами, его также называют Неназываемым, хотя это и не совсем точно. И скоро Сети’Агон обретет над ним полный контроль.

В палатке моментально повисла полная звенящая тишина, и все взгляды обратились к Детям Ночи.

– Что значит «не совсем точно»? – резко спросила Тиена.

– Если в двух словах, то дело обстоит следующим образом, – заговорил Рольх. – В процессе создания видимого мира личность Создателя распалась на две составляющие, одна из которых представляет собой Сознание, а другая – Творческую Силу. Сознание – это Белый Источник, Творческая Сила – Черный. Энергия обоих Источников нейтральна, не несет на себе оттенка добра или зла, она просто есть. Все зависит от того, кто пытается контролировать один из Источников. Начиная со времен Первой Войны, Черный Источник так или иначе контролируется людьми со злой волей и используется для исполнения их целей.

– Поэтому Черный Источник и располагается за Семью Преградами, – добавила Истель. – Он был найден самым первым, найден еще во времена, когда в Этлане появились Первые Люди. Анкана, решившие что такая мощь не должна попасть в руки тех, кто так легко может обернуть ее ко злу, возвели вокруг выхода жилы Семь Преград, создали миф о Неназываемом Зле, запертом там, и распустили его среди смертных народов, чтобы предотвратить возможность захвата Источника. Судя по всему, это было нашей ошибкой, потому что именно легенда о Неназываемом в конце концов привлекла к Источнику Крона, и он понял, как именно использовать Творческую Силу, запертую в нем.

– Так вот, почему вас изгнали из Совета и обвинили в том, что Крон был одним из Анкана! – Тьярд горько усмехнулся и покачал головой. – Выходит, перемудрили сами себя.

– Выходит, что так, – спокойно кивнул Рольх. – Однако, все в этом мире делается исключительно по воле Создателя, хотим мы того или нет. И не все его планы ведомы нам, не все понятны. Возможно, создав Крона и позволив ему найти Черный Источник, он преследовал какую-то цель, которой только суждено сбыться в будущем.

– Сейчас речь не идет о догадках, – покачала головой Тиена. – Чтобы выиграть войну, мне нужны факты. Так что, я хочу знать: Сети’Агон контролирует Черный Источник или нет?

– Пока еще нет, – покачала головой Истель. – К сожалению, нам его планы неизвестны, однако пока еще никаких сильных волнений в Черном Источнике зафиксировано не было, а это может означать лишь то, что он стремится захватить его, но пока еще не захватил. Однако, он обладает немалой властью и может определенным образом влиять на события, даже предвидеть какую-то часть из них. – Взгляд Истель стал острым, и она повернулась к Тьярду. – Что с вашими макто, царь Небо?

– Они парализованы, – отозвался тот. – В ночь моего возвращения обезумевший Ингвар, поддавшись дикости, смог взять под контроль всех макто разом, и они начали крушить лагерь. Мне удалось обезвредить его, и как только он потерял сознание, все макто успокоились и окаменели, будто впали в спячку.

– Это первый случай такого рода? – нахмурился Рольх. – Я никогда не слышал о том, чтобы макто теряли разум и нападали на вельдов, даже если сам наездник приказывал им это сделать.

– Нет, – покачал головой Тьярд. – В тот день, когда мы покидали деревню женщин, еще до встречи с вами, произошло нечто подобное, но масштабы были гораздо меньше. Тогда взбесилась всего десятая часть макто, и мы довольно быстро смогли с этим справиться.

– Вы нашли причину? – прищурилась Истель, глядя на него.

– В первый раз подозрение пало на Черноглазого Ульха, главу Черного Дома, – принялся рассказывать Тьярд. – Он давно уже находился в оппозиции к моему отцу, и наш отъезд также был связан с ним. Однако в Эрнальде ни одним ведуном не было зафиксировано в ночь накануне бешенства макто выбросов в Черном Источнике достаточно больших, чтобы свести с ума столько ящеров. Тем не менее, мой отец приставил к Ульху шпиона, чтобы тот следил за каждым его шагом. Во вторую Ночь Безумия, когда взбесились уже все макто, и Ульх, и Бруго, который следил за ним, оба пропали из лагеря. А перед нападением Ульх подсунул моему отцу мех с лекарством от дикости, которое и вызвало у него обострение приступа.

– Замечательно! – удовлетворенно кивнул Рольх, и Тьярд бросил на него крайне холодный взгляд. Сын Ночи улыбнулся ему в ответ. – Теперь мы хотя бы знаем, кто стоит за этим. Значит, Сети’Агон выбрал своим орудием Черноглазого Ульха. А раз тот пропал, то сейчас, скорее всего, движется в сторону Черного Источника. Это означает, что мы знаем, кого и где искать.

– Думаете, он направился к Бездне Мхаир? – нахмурился Тьярд.

– Куда же еще? – пожал плечами Рольх. – Только такая мощь, какая доступна Сети’Агону, способна свести с ума разом несколько десятков ящеров. А действовал он через Ульха. Тот вывел из игры вельдов, а потом сбежал. Естественно, он движется в сторону Черного Источника, контролируемый волей Сети’Агона. И как только он достигнет Бездны Мхаир, Сети’Агон получит полный прямой доступ к Источнику.

– Этого нельзя допустить! – тяжело покачала головой Лэйк и подняла глаза на Тиену. – Мы должны остановить его!

– Нет! – взглянул на нее Тьярд. – Ульх – дело вельдов. Я пошлю за ним тех, кто его обезвредит.

– Пусть будет так, – кивнула Истель и тоже взглянула на Тиену. – Однако, остается еще Белый Источник, который сейчас находится в руках дермаков.

– Зачем они ему, Дети Ночи? – Тиена глубоко затянулась своей трубкой. Дым был горячим, но отогреть вмиг заледеневшее нутро он не мог. – Зачем Сети’Агону Источники? Что он может сделать с их помощью?

– Пожалуй, вот здесь мы не сможем дать вам четкого ответа, Великая Царица, потому что и сами не знаем, на что способны выходы Источников на поверхность, – покачала головой Истель, и голос ее звучал искренне. – Если рассуждать логически, то совмещение энергий Белого и Черного Источников породило весь мир, значит, их повторное прямое смешивание может дать новое Творение. Эксперименты Крона не увенчались особым успехом: твари, которых он создавал, до сих пор отвратительны и смертоносны, однако у них нет настоящей силы, способной в один миг разрушить зримый мир, к которому мы привыкли. Эксперименты Крол с Белым Источником оказались удачнее: анай получили возможность размножаться без помощи мужчин, используя энергию слияния тонких тел для зарождения плода. Однако, эти эксперименты также имеют крайне ограниченное, локальное действие. Если же эти энергии совместить…

– Возможно, с этого начнется Конец Мира, – сумрачно добавил Рольх. – Дракон Времени уже приоткрыл один глаз, и Цепь Эпох выскальзывает из его когтей. Конец Мира близится, и это еще одна причина, по которой мы здесь. Мы должны подготовиться к нему, мы должны найти ключ к тому, чтобы спастись, когда весь мир начнет шататься и разваливаться на части. Возможно, анай – и есть тот самый ключ.

Горький дым густыми кольцами закручивался над чашечкой трубки, и Тиена сквозь его завитки пристально наблюдала за лицами сидящих напротив нее Детей Ночи. То, что они говорили, с каждой минутой нравилось ей все меньше и меньше. Ни в одном их слове не чувствовалось лжи, однако за всеми словами стояло какое-то стойкое ощущение, что ведуны чего-то не договаривают. Это ощущение сверкнуло солнечным лучом между толстых досок стены в тот миг, когда Рольх назвал анай ключом, и вот это-то как раз не понравилось Тиене больше всего. Судя по всему, их втягивали во что-то серьезное, во что-то не слишком хорошее, и уж совершенно точно неприятное для них. То есть ты считаешь, что сейчас происходит что-то приятное? Или что вы еще до сих пор ни во что не втянуты? Даже несмотря на армию дермаков в дне пути отсюда? Ради всего святого, женщина! Открой глаза и начни делать то, к чему ты так призываешь других: иди уже вперед!

Сидящая рядом с ней Руфь тревожно нахмурила брови и проговорила:

– Получается, как только Сети’Агон получит контроль над обоими Источниками, он может создать что-то еще более худшее, чем все эти орды дермаков?

– Боюсь, что да, – кивнул Рольх. – Изначально он стремится к тому, чтобы установить собственную власть по всему Этлану. Возможно, он попытается уничтожить цивилизацию Роура совсем, чтобы сделать этот регион плацдармом для выведения своих армий. Здесь как раз самое что ни на есть подходящее место, единственная проблема – вы.

– Погодите, я кое-чего не поняла, – Магара сложила руки на столе, требовательно глядя на Анкана. Ее черные патлы упали на лицо, закрывая глаза. – Сети’Агон наделал дермаков на границе Черного Источника с помощью его силы – ладно, это я поняла. Со слов Лэйк выходит, что в качестве места разведения этих тварей он выбрал развалины Кренена. Это тоже можно понять. Так как дермаки боятся прямых солнечных лучей, выводить их нужно под землей или под крышей, в пределах доступности должны быть источники воды и пищи.

– Дермаки едят все, даже друг друга, не брезгуя никаким мясом. Так что пищу они всегда раздобыть в состоянии, – заметил Рольх.

Магара нетерпеливо закивала головой так, словно хотела побыстрее отделаться от него, потому что он сбивал ее с мысли.

– Я имею в виду, что с Черным Источником и армией севера все ясно. Однако, первый-то удар шел с наших территорий. Они из-под земли именно у нас полезли, а не где-то. Я слышала, что там, внизу, под Данарскими горами, находятся остатки какого-то древнего государства или что-то вроде того.

– Это не совсем так, – покачала головой Истель. – Под Данарскими горами есть пещеры, которые косвенно имеют отношение к некоей цивилизации, существующей где-то в более тонких пространствах.

Тиена заморгала, абсолютно сбитая с толку словами Истель, остальные тоже с немым удивлением взглянули на нее.

– Чего?.. – склонила голову набок Магара.

– Это сложно объяснить, – нахмурилась Истель, недовольно поджав губы, словно обсуждение этой темы отнимало у нее драгоценное время и силы. – Вблизи выхода жил Источников на поверхность материального мира всегда образуется нечто вроде аномальной зоны: зоны, в которой присутствует одновременно множество вероятностей развития событий. Такие зоны имеют свойство проявлять некоторые реальности, напрямую не соприкасающиеся со зримым миром, делают их видимыми на какое-то время. Иногда влияние более сильное, и тогда эти миры остаются видимыми дольше, иногда они исчезают совсем. То, что вы видели под Данарскими горами, – свидетельство об эльфийской цивилизации иного порядка, расположенной где-то в иной реальности.

– Богиня! – заворчала недовольным псом Магара. – Чего-то я в толк не возьму, о чем вы говорите!

– Эрис упоминала, что видела там одну статую, – заговорила Лэйк, часто моргая и прищурившись, глядя прямо перед собой, словно припоминая что-то. – Она видела скульптурную группу, представляющую собой мужчину, державшего на руках крылатую женщину. Означает ли это, что у подземной цивилизации под Кулаком Древних могли быть контакты с народом гринальд?

– Возможно, – задумчиво кивнула Истель. – Это может означать также, что цивилизация находится здесь достаточно долго. Или же – что есть некоторые периоды в пульсации миров, позволяющие двум реальностям соприкасаться с определенной устойчивой периодичностью, достаточной для установления непосредственного контакта.

– Куда же тогда делась та цивилизация? – нахмурилась Руфь. – Там внизу – одни развалины, опустевшие и покинутые, где нет ни одного человека.

– Кто знает? – пожала плечами Истель. – В случае с аномалией Источников предположить можно все, что угодно. Возможно, что эта цивилизация давно перестала существовать, а возможно – это лишь отражение того, что будет с ней через какое-то время. Создатель жонглирует мирами с невыразимой легкостью, и в его ладонях может случиться все, что угодно.

– Бред какой-то! – фыркнула Магара, недоверчиво встряхивая головой. Потом несколько раз увесисто шлепнула ладонью по столу. – Вот – стол. Он есть, и я его трогаю. Как этот стол может существовать где-то в другом месте или не существовать вообще? Он же есть!

– Он есть для той реальности, в которой находишься ты. Но есть ли он за Гранью, например? – Истель улыбнулась Магаре, склонив голову набок, словно все это ее забавляло. – Есть ли он там, в мире тонких сущностей? И сколько еще миров завернуто вот так один в другой, словно слои, образующие луковицу? Сколько миров доступно лишь нашим грубым поверхностным ощущениям? И сколько тех, что прячутся глубоко внутри нас или вокруг нас, тех, для восприятия которых у нас просто недостаточно физических органов?

– Я слышал однажды, как кое-кто из народов севера утверждал, что порой рудокопы в штольнях Тарна видят глубоко под землей зыбкое отражение города, состоящего из сталактитов, – с мягкой улыбкой заговорил Рольх. – Якобы огромные соляные колонны, испещренные рисунками, свисают с потолков, а под ними – площадь в форме колеса, и в его спицах горят костры. И весь город пронизан блеклым светом, приглушенным зеленоватым сиянием, в котором движутся фигуры пепельноволосых золотоглазых женщин. Раз в десять лет один или два рудокопа видят такое в толще камня, а через миг видение уже ускользает от них. Однако, легенда об этом подземном городе существует, и ее повторяют снова и снова.

– Ну еще бы! – громко фыркнула Магара. – Ты посиди в забое пару смен подряд, выволакивая руду на своем горбу наверх или вырубая ее тяжеленной киркой. Тебе не только златоглазые бабы привидятся!

Тиена тоже с крайним подозрением отнеслась к словам ведунов, однако чувствовала, что какая-то доля правды в них есть. Внутри слабо-слабо дрожало полувоспоминание-полуузнавание того, что она только что услышала. Как что-то, что ей снилось много лет назад, а потом вновь пришло, как что-то, о чем она когда-то задумывалась, но так и не смогла разобраться до конца. В любом случае, сейчас об этом говорить не имело смысла. У них было полно других дел.

– Мне кажется, что обсудить аномалии Источников мы сможем и позже, – негромко проговорила она, возвращая всех к реальности. – И, продолжая вопрос, заданный Магарой, я бы хотела узнать вот что. Допустим, условия для выведения дермаков под нашими горами есть, однако каким образом они там завелись? Ведь Источник Рождения – это Белый Источник, а для выведения всей этой мерзости нужен Черный, если я все правильно понимаю?

– И да, и нет, – кивнула Истель, поворачиваясь к ней. – Энергия сама по себе не имеет никакой окраски, однако выбросы, порождающие маток, которые, в свою очередь, выводят дермаков, действительно образуются только на стенках Черного Источника. Однако, матки для своей жизнедеятельности должны подкармливаться не только собственным приплодом, но и энергетическими выбросами. Несмотря на свою абсолютную тупость, матки, тем не менее, в состоянии почувствовать, где находится ближайший выброс энергии. Голод всегда ведет их туда, где есть пища, и тогда они прогрызают землю и ползут в направлении ее источника. Вполне возможно, что под Кулак Древних матки были направлены волей Сети’Агона, нашедшего, что условия здесь максимально приемлемы для того, чтобы они могли размножаться. Другого ответа на ваш вопрос, Великая Царица, у меня просто нет.

Тиена внимательно пригляделась к Анкана, пытаясь определить, скрывают они что-то или нет. Но Истель опередила ее и заговорила первой.

– Мы ответили на ваши вопросы честно и откровенно, как вы и просили нас. Надеюсь, хотя бы часть неясностей и пробелов в информации мы вам разъяснили. Теперь мой черед. – Ее палец ткнул в лежащий на столе обломок Фаишаля. – Откуда у вас это? И знаете ли вы, что это такое?

Тиена поймала вопросительный взгляд Тьярда и кивнула ему, передавая ему право голоса.

– Мы знаем, что это оружие, вернее, осколок оружия, который когда-то Боги передали Ирантиру для борьбы с Кроном, – заговорил он. – Этот осколок Лейв нашел сразу же после вашего ухода на окраинах Кренальда, а упомянуть о нем удосужился только тогда, когда мы уже вернулись сюда. Этот же осколок стал предметом торга между нами и эльфами.

– На каких условиях? – прищурился Рольх.

– Эльфы потребовали отдать им обломок Фаишаля, утверждая, что это реликвия бессмертных, и храниться она должна также у них. Мы договорились, что камень перейдет в совместное владение вельдов и эльфов и будет передаваться на некоторое время в Эрнальд и Аманатар соответственно.

Рольх цыкнул языком и тяжело вздохнул, Истель бросила на него короткий взгляд, но и ее брови тоже недовольно хмурились.

– Есть какая-то причина, по которой нам не следовало отдавать его эльфам даже на время? – поинтересовалась Тиена.

– Есть, – помявшись, отозвалась Истель. – Первопришедшие не имеют никакого отношения к созданию или использованию Фаишаля. Они отказались участвовать в Первой Войне и бороться с Кроном и ушли, оставив армию Ирантира наедине с полчищами дермаков. А сейчас они хотят получить этот камень для своих собственных целей. И я очень сомневаюсь, что они вернут его после означенного в договоре срока. А получить обратно вы его уже не сможете: за Мембрану не может пройти никто, кроме Первопришедших.

– Оказалось, что может, – хмыкнул Тьярд, и Анкана удивленно взглянули на него. – Лейв нашел Фаишаль завернутым в кольчугу с изображением тысячелепесткового камня на груди. Сейчас он носит ее, не снимая, и именно благодаря ей смог пройти за Мембрану и вместе с Держащей Щит народа анай договориться с эльфийским князем о помощи в войне.

– Вот как? – Рольх тихонько рассмеялся. – Я так и знал, что этот паренек выкинет что-то подобное. Поистине, у него везение самого Создателя.

– Кольчуга Хранителя Лепестка – вещь крайне редкая, – задумчиво проговорила Истель, глядя на Тьярда. – Когда эта война закончится, я хотела бы испросить твоего разрешения, царь Небо, на то, чтобы изучить ее. Говорят, что изготовленные эльфами для Хранителей реликвии просто наполнены тайнами.

– Боюсь, тут вам придется договариваться с Лейвом, Истель’Кан! – засмеялся в ответ Тьярд. – Он вцепился в кольчугу обеими руками и огрызается на каждого, кто хотя бы краешек рукава показать просит. Так что я тут вряд ли чем-то смогу помочь.

– Но что же такое сам Фаишаль? – Тиена требовательно взглянула на обоих Детей Ночи. Сейчас нужно было выяснить самое главное, а почесать языками они смогут и потом. – Если это оружие Ирантира, с помощью которого он одолел Крона, то можем ли мы его как-то использовать для борьбы с Сети’Агоном?

– Я очень в этом сомневаюсь, Великая Царица, – покачал головой Рольх. – Судьба Фаишаля и вопрос о том, может ли его кто-то использовать, – едва ли не такая же загадка, как приход в мир Аватар для Танца Хаоса. История эта очень долгая, но остановимся на основных моментах. – Он немного помолчал, обдумывая что-то, потом вновь заговорил. – Сразу же после того, как Крон был побежден, Ирантир принимает решение расколоть Фаишаль на части, чтобы он не попал не в те руки. Также он обосновывает это необходимостью защиты частей своей империи: якобы сила даже осколков Фаишаля способна отвадить от границ дермаков и прочую нежить, которой очень много осталось на Срединном Материке, когда после гибели Крона его армии разбежались, кто куда. Однако, незадолго до того, как покинуть тело, Ирантир делает предсказание на эльфийском языке в крайне невнятной форме о том, что через какое-то время старое зло вернется вновь, а следом за ним придут те, кто будут в состоянии не только собрать все части Фаишаля в одно целое, но и смогут использовать их в борьбе с врагом. Так как прямых списков этого пророчества не сохранилось до наших дней, естественно, появилось множество вариантов изначального текста, его трактовок, объяснений и дополнений. Буквально все государства Этлана оставили свой след в этой кропотливой работе, – Рольх криво ухмыльнулся. – И каждый новый царек стремился доказать, что именно он – тот самый потомок Ирантира, и именно ему предстоит объединить все страны и бросить их на борьбу с Сети’Агоном. Не одна война вспыхнула после появления пророчества Ирантира, да и сама его империя распалась из-за этого.

– Суть проблемы в том, что все варианты пророчества совершенно разные, – подхватила Истель. – Все они сходятся лишь в нескольких пунктах. Первое: через какое-то время появятся наследники Ирантира, названные позже Дети Солнца. Сколько их будет, достоверно узнать невозможно: цифры называются от одного до двадцати. Как невозможно узнать, будут ли это его прямые наследники по крови, или в данном случае слово «наследники» было употреблено иносказательно, а под ним подразумевались продолжатели дела Ирантира или его политики. Второе: эти Дети Солнца и только они смогут собрать воедино и использовать Фаишаль, так как обломки камня в руках даже самого сильного ведуна абсолютно бесполезны. Правда, это не совсем так. Зафиксировано несколько случаев, когда осколки чудесным образом действовали, исцеляли или творили чудеса при том, что никто из ведунов не знал, каким образом запустил сам процесс. Над ними проводились тысячи опытов, но это ничего не дало. И, в конце концов, осколки стали всего лишь частью религии и реликвией прошлых времен. – Вздохнув, Истель вновь взглянула на лежащий на столе камень. – Одним словом, вряд ли все это имеет отношение к той войне, которую вы сейчас ведете. Не думаю, что кто-то из ныне живущих является наследником Ирантира. Да и сказка эта слишком стара, а пророчество может быть сфабриковано.